Содержание
«Военная Литература»
Военная история

Глава вторая.

Войска противовоздушной обороны страны
во втором периоде Великой Отечественной войны

В год коренного перелома

Второй период Великой Отечественной войны, вошедший в ее историю как период коренного перелома, продолжался с 19 ноября 1942 г. до конца 1943 г.

Победы, одержанные Советскими Вооруженными Силами в этот период войны, имели огромное всемирно-историческое значение, которое определялось прежде всего тем, что советский народ своими собственными силами нанес решающее поражение немецко-фашистской армии, изменил в свою пользу ход войны. Эти победы показали всему миру величайшую мощь и жизненную силу Советского социалистического государства.

Значительный вклад в достижение побед во втором периоде войны внесли и Войска противовоздушной обороны страны. Они не только выполняли прежние задачи по противовоздушной обороне крупных политических и промышленных центров и районов, железнодорожных узлов, мостов, плотин и других объектов, имеющих крупное военно-экономическое значение, но и принимали активное участие в блокаде окруженных группировок противника, обеспечивали проведение широких наступательных операций фронтов, вели борьбу с немецкими самолетами, пытавшимися забрасывать десанты в наш тыл. Однако решение этих задач проходило в более благоприятных условиях, чем в первом периоде войны.

Под руководством Коммунистической партии советский народ в 1943 г. добился еще более значительного увеличения выпуска военной продукции, что позволило оснащать Войска [196] ПВО страны во все возрастающих размерах вооружением и боевой техникой. За этот год количество боевых экипажей в истребительной авиации возросло в 1,6 раза, зенитных орудий среднего калибра - в 1,4 раза, зенитных орудий малого калибра - в 4,7 раза, крупнокалиберных зенитных пулеметов - в 5,8 раза, прожекторных станций - в 1,5 раза{248}.

Наряду с количественным ростом вооружения Войск ПВО страны повышалось и его качество. Еще в период битвы за Сталинград на фронт прибыли первые истребительные авиационные полки, вооруженные новыми самолетами Ла-5.

В 1943 г. эти машины поступали на вооружение истребительной авиации ПВО страны уже в массовом количестве. В этом же году в войска ПВО стали поступать новые истребители, созданные под руководством авиаконструктора А. С. Яковлева (Як-7 и Як-9). Самолеты новейших конструкций имели следующие основные характеристики: мощность мотора - 1200 - 1850 л. с.; горизонтальная скорость полета - 596 - 672 км/час; вооружение - одна-две пушки калибром от 20 до 37 мм и крупнокалиберные пулеметы. На истребителях устанавливались радиопередатчики и приемники, позволявшие летчикам поддерживать двустороннюю связь на удалении до 60 - 70 км. {197]

Части зенитной артиллерии среднего калибра во втором периоде войны были полностью перевооружены 85-мм зенитными пушками образца 1939 г. Началась модернизация этой пушки.

К концу 1943 г. зенитные артиллерийские части ПВО страны в основном были перевооружены приборами ПУАЗО-3, четырехметровыми стереоскопическими дальномерами типа ДЯ и получили сотни радиолокационных станций орудийной наводки. Зенитные пулеметные части были полностью перевооружены крупнокалиберными (12,7 мм) зенитными пулеметами ДШК. Из радиолокационных станций обнаружения и наведения в этом году были приняты на вооружение «Редут-43» и «Пегматит» образца 1942 г. (П-2), являвшиеся более совершенными образцами существующих станций подобного типа. В зенитные прожекторные войска ПВО страны в конце года поступили первые радиопрожекторы (РАП-150), искатель которых работал на радиолокационном принципе.

Количественный и качественный рост вооружения повышал эффективность действия Войск ПВО страны в борьбе с авиацией противника.

Успехи советских войск на фронтах оказали существенное влияние на состав и характер действия авиации противника.

В условиях господства советских ВВС в воздухе, окончательно завоеванного летом 1943 г., общая активность авиации противника все же продолжала оставаться высокой. Основные усилия ее были направлены на непосредственное [198] обеспечение боевых действий наземных войск. В районах же, прикрываемых Войсками ПВО страны, за 1943 г. было отмечено всего лишь около 61 626 самолето-полетов против 201 000 самолето-полетов в первом периоде войны.

Наибольшее количество (59000) самолето-полетов в районах ПВО страны приходится на период с декабря 1942 г. по июнь 1943 г., когда среднемесячная плотность составила свыше 8400 самолето-полетов. В первой половине 1943 г. авиация противника особенно активно действовала по железным дорогам в полосах Брянского, Центрального, Воронежского и Южного фронтов, а также по путям сообщения блокированного Ленинграда и Кировской железной дороги.

В июне 1943 г. немецкая авиация впервые за время Великой Отечественной войны совершила ряд крупных ночных налетов на объекты более глубокого тыла страны (города Горький, Саратов, Ярославль).

С началом битвы под Курском и развертыванием наступательных операций советских войск летом 1943 г. немецко-фашистское командование почти всю авиацию переключило на поддержку наземных войск. Активность вражеской авиации в районах, прикрываемых Войсками ПВО страны, значительно сократилась и к концу второго периода войны не превышала 1000 - 1100 самолето-полетов в месяц, а в районах восточнее линии Архангельск - Шуя - Армавир за второе полугодие этого года было отмечено всего 182 самолето-полета авиации противника{249}.

Изменения в действиях вражеской авиации, естественно, потребовали иного подхода к распределению средств ПВО страны по характеру выполняемых задач. Во втором периоде войны резко увеличивается количество средств ПВО, выделяемых для обороны прифронтовых путей сообщения. Так, количество средств ПВО, находившихся на обороне прифронтовых путей сообщения в европейской части СССР в августе 1943 г. по сравнению с маем 1942 г. увеличилось: по истребительной авиации - в 2,3 раза, по зенитной артиллерии среднего калибра - в 2,9 раза, по зенитной артиллерии малого калибра - в 7,3 раза, по зенитным пулеметам - в 2,9 раза, по зенитным прожекторам - в 8,7 раза.

В то же время оборона наиболее крупных политических и промышленных центров СССР продолжала занимать основное место среди задач, выполнявшихся Войсками ПВО страны. Выполнением этой задачи было занято более половины истребительной авиации и зенитной артиллерии Войск ПВО страны. [199]

Вместе с тем перед Войсками ПВО страны встали новые задачи. Необходимо было организовать противовоздушную оборону объектов на освобожденной территории. Кроме того, в условиях широких наступательных действий возникла необходимость более тесного взаимодействия Войск ПВО страны с противовоздушной обороной общевойсковых фронтов и армий. Все это повлекло за собой пересмотр организационных форм и системы управления Войсками ПВО страны.

В освобожденных от противника зимой 1943 г. районах были созданы Ростовский и Краснодарский корпусные и Харьковский дивизионный районы ПВО страны. Проведение этих мероприятий обеспечило организацию противовоздушной обороны Курска, Воронежа, Ростова-на-Дону, Краснодара и важнейших железнодорожных узлов и станций в полосах действия Центрального, Воронежского, Юго-Западного и Южного фронтов.

К июню 1943 г. в составе Войск ПВО страны имелось уже столько оперативно-тактических объединений и соединений ПВО, без учета истребительных авиационных корпусов и дивизий, что осуществлять непосредственное управление таким количеством объединений и соединений командующему ПВО страны было весьма сложно.

Вместе с тем опыт показал, что главное внимание в управлении Войсками ПВО страны уделялось соединениям, находившимся в прифронтовой полосе, а руководство соединениями ПВО, прикрывавшими объекты тыла, было ослаблено.

В целях улучшения управления Войсками ПВО страны решением Государственного Комитета Обороны в 1943 г. все Войска ПВО территории страны были разделены на два фронта ПВО - Западный и Восточный.

На войска Западного фронта ПВО (командующий генерал-полковник М. С. Громадин, член Военного совета генерал-майор Н. И. Орлов, начальник штаба до 4.10.43 г. генерал-лейтенант Н. Н. Нагорный, с 4.10.43 г. полковник В. С. Гаврилов, командующий артиллерией генерал-лейтенант артиллерии А. Ф. Горохов, командующий ВВС генерал-майор авиации С. А. Пестов) возлагалась противовоздушная оборона Москвы и Московского промышленного района, Мурманска, Ярославского промышленного района, а также прифронтовых объектов и путей сообщения.

В состав Западного фронта ПВО вошли: Особая Московская армия (Московский фронт ПВО в 1943 г. был преобразован в Особую Московскую армию ПВО), одиннадцать корпусных и дивизионных районов ПВО и четырнадцать соединений истребительной авиации ПВО. Истребительная авиация, оборонявшая Москву, была объединена в 1-ю воздушную [200] истребительную армию ПВО (командующий генерал-майор авиации А. В. Борман).

Войска Восточного фронта ПВО (командующий генерал-лейтенант артиллерии Г. С. Зашихин, член Военного совета генерал-майор С. С. Наваев, начальник штаба полковник Н. Ф. Курьянов, командующий артиллерией генерал-майор артиллерии С. С. Сазонов, командующий ВВС генерал-майор авиации А. Б. Юмашев) должны были обеспечивать противовоздушную оборону важнейших объектов Северного и Южного Урала, Средней и Нижней Волги, Кавказа и Закавказья. В состав войск фронта вошли: Закавказская зона ПВО, семь корпусных и дивизионных районов ПВО, восемь соединений истребительной авиации ПВО.

Боевой состав фронтов ПВО по состоянию на 1 июля 1943 г. был следующий. Западный фронт ПВО: боевых экипажей истребительной авиации - 1012, зенитных орудий среднего калибра - 3106, зенитных орудий малого калибра - 1066, зенитных пулеметов - 2280, зенитных прожекторов - 1573, аэростатов заграждения - 1834. Восточный фронт ПВО: боевых экипажей истребительной авиации - 447, зенитных орудий среднего калибра - 2459, малого калибра - 800, зенитных пулеметов - 1814, зенитных прожекторов - 1142, аэростатов заграждения - 491{250}. [201]

Дальневосточная, Забайкальская и Среднеазиатская зоны ПВО передавались в подчинение военных советов соответствующих фронтов и военных округов. Ленинградская армия ПВО и Ладожский дивизионный район ПВО оставались в оперативном подчинении Военного совета Ленинградского фронта.

Управление командующего Войсками ПВО территории страны было расформировано. Контроль за действиями фронтов и зон ПВО, а также планирование вооружения и комплектования войск ПВО рядовым и начальствующим составом были возложены на командующего артиллерией Красной Армии маршала артиллерии Н. Н. Воронова, при котором были сформированы Центральный штаб войск ПВО, Центральный штаб истребительной авиации ПВО, Главная инспекция ПВО, Управление боевой подготовки войск ПВО, Центральный пост ВНОС.

Начальником Центрального штаба войск ПВО в начале октября 1943 г. был назначен генерал-лейтенант Н. Н. Нагорный, командующим истребительной авиацией генерал-майор авиации И. Д. Климов, начальником Центрального штаба истребительной авиации генерал-майор авиации Н. Л. Степанов.

Создание фронтов ПВО существенно улучшило управление войсками, сделало его более гибким и оперативным, что было особенно важным в условиях развертывавшегося стратегического наступления Красной Армии. Однако упразднение должности командующего Войсками ПВО территории страны было ошибочным. Позже эта ошибка была исправлена.

Что касается обороны объектов на освобожденной территории, то она осуществлялась в 1943 г. в основном двумя способами: путем расширения границ прифронтовых районов ПВО страны и путем организации новых районов ПВО страны.

Сущность первого способа заключалась в том, что ликвидация разрыва между войсковой ПВО и системой ПВО территории страны осуществлялась за счет перегруппировки войск внутри прифронтовых районов ПВО страны. В первую очередь для прикрытия объектов на освобожденной территории выдвигались зенитные бронепоезда, зенитные пулеметные части и подразделения, части ВНОС, затем уже прибывали части ПВО из тыловых районов страны. Так, например, была организована противовоздушная оборона железнодорожного узла Дарница и железнодорожных мостов через Днепр у Киева осенью 1943 г. и зимой 1943/44 г.

Новые районы ПВО создавались за счет частей, перебрасываемых с объектов более глубокого тыла, и за счет новых формирований. [202] Так, например, для организации противовоздушной обороны на освобожденной территории из состава Восточного фронта ПВО за период с сентября 1943 г. по май 1944 г. было передано в Западный фронт ПВО 125 отдельных частей ПВО и 186 зенитных пулеметных взводов{251}. Из этих частей и подразделений на освобожденной территории осенью 1943 г. по решению ГКО создавались Смоленский, Орловский, Донбасский районы ПВО страны.

Развертывание службы ВНОС на освобожденной территории было связано с большими трудностями. Медленная перевозка частей ВНОС по железной дороге в районы развертывания на освобожденной территории, а также отсутствие проводной связи в этих районах (проводная связь противником разрушалась на 70 - 90 проц.) задерживали развертывание постов ВНОС. Это привело к тому, что разрыв между войсковой службой ВНОС и службой ВНОС прифронтовых соединений ПВО страны зимой 1942/43 г. на некоторых участках достигал 200 - 250 км, а выдвинутые в эти районы части ПВО страны в течение 15 - 20 суток не получали своевременного оповещения о воздушном противнике{252}.

Для устранения этого недостатка в 1943 г. создаются первые четыре радиобатальона ВНОС, наблюдательные и ротные посты которых были полностью обеспечены радиосредствами. Продвижение этих батальонов вслед за наступающими войсками уже не зависело от состояния проводной связи в освобожденных районах. По мере готовности проводной связи производилась смена постов и высвобождение радиобатальонов для дальнейшего перемещения их вперед.

Наиболее напряженные бои с немецкой авиацией во втором периоде проводились войсками Сталинградского корпусного района ПВО во время воздушной блокады окруженной группировки противника, войсками Ленинградской армии и Ладожского дивизионного района ПВО по обороне блокированного Ленинграда и его путей сообщения с тылом страны, войсками Мурманского района ПВО по обороне Мурманского порта и Кировской железной дороги, войсками Воронежско-Борисоглебского, Ростовского, Ряжско-Тамбовского, Харьковского, Донбасского, Бологоевского и других районов ПВО, оборонявшими прифронтовые пути сообщения и переправы войск, войсками Горьковского, Саратовско-Балашовского [203] и Рыбинско-Ярославского районов ПВО по отражению налетов авиации противника на Горький, Саратов и Ярославль в июне 1943 г.

Начало второго периода Великой Отечественной войны ознаменовалось мощным контрнаступлением советских войск на берегах Волги, начавшимся 19 ноября 1942 г.

Развивая стремительное наступление, советские войска 23 ноября завершили окружение группировки немецко-фашистских войск численностью более 330000 человек. С этого времени враг начал снабжение окруженных войск по воздуху. Согласно приказу немецко-фашистского командования ежесуточно в район Сталинграда должно было транспортироваться около 300 т горючего, снарядов и продовольствия. Обратными рейсами самолетов предусматривалось вывозить раненых.

Но планы врага потерпели крах. Советское командование организовало воздушную блокаду окруженной группировки, которая осуществлялась соединениями воздушных армий и зенитной артиллерией фронтов в тесном взаимодействии с Войсками ПВО страны.

Основную задачу по созданию надежной воздушной блокады окруженной группировки врага выполняли воздушные армии фронтов.

Борьба с авиацией противника велась в четырех зонах.

Первая зона - зона уничтожения авиации противника на его аэродромах, с которых шло снабжение окруженной группировки. По этим аэродромам наносили удары фронтовая авиация и авиация дальнего действия. Отмечено несколько очень успешных ударов штурмовой и бомбардировочной авиации по аэродромам Сальска и Тацинской. Только 9 января советские летчики уничтожили на аэродроме Сальска 72 самолета Ю-52 и 2 сбили в воздухе{253}.

Значительный ущерб немецкой авиации, главным образом транспортной, нанесли в декабре советские танковые соединения во время развития контрнаступления, когда они на аэродроме Тацинская захватили большое число самолетов.

Тяжелые потери нес противник и во второй зоне - зоне уничтожения авиации в воздухе, между внешним и внутренним фронтами окружения. Эта зона была круговой и делилась на пять секторов. В каждом секторе действовало по одной истребительной авиационной дивизии 16-й и 8-й воздушных армий. Внешняя граница второй зоны находилась на [204] расстоянии 60 - 80 км от района окружения. В секторах на вероятных маршрутах полетов самолетов противника было организовано патрулирование истребителей в воздухе, а также дежурство на аэродромах для вылета из положения готовности ? 1 и ? 2. В секторе ? 5 с аэродромов-засад Большие Чапурники и Бекетовка действовали истребители 102-й истребительной авиационной дивизии ПВО{254}.

Непосредственно у района окружения находилась третья зона - зона уничтожения авиации противника огнем зенитных средств. Здесь располагались значительные силы зенитной артиллерии и зенитных пулеметов фронтов и армий, а также части и подразделения зенитной артиллерии Сталинградского корпусного района ПВО{255}.

К 20 декабря 1942 г. в этой зоне имелось 395 зенитных орудий среднего и малого калибра и 241 зенитный пулемет, принадлежавших общевойсковым армиям и Сталинградскому корпусному району ПВО{256}.

Зенитные артиллерийские части Сталинградского корпусного района ПВО были включены в состав зенитных артиллерийских групп общевойсковых армий и действовали в тесном взаимодействии с зенитной артиллерией этих армий.

К началу января 1943 г. район окружения был на три четверти охвачен сплошной зоной огня зенитной артиллерии, шириной от 16 до 20 км в юго-западном направлении и до 30 км в южном направлении{257}. Только обращенный на север сектор раствором 84 не обстреливался огнем зенитной артиллерии среднего калибра.

Всего огнем зенитной артиллерии и зенитных пулеметов за период с 19 ноября 1942 г. по 2 февраля 1943 г. было сбито 146 самолетов, из них зенитной артиллерией Сталинградского корпусного района ПВО около 50 самолетов{258}.

Авиация противника уничтожалась и в районе окружения группировки противника, который составлял четвертую зону воздушной блокады. В этой зоне наши бомбардировщики, истребители и штурмовики уничтожали немецкие самолеты в воздухе и на земле днем и ночью. Большую помощь в борьбе с вражеской авиацией в этой зоне оказывали нашим летчикам сухопутные войска, которые артиллерийским огнем обстреливали аэродром противника и сбивали его самолеты всеми видами стрелкового оружия. [205]

Таким образом, попытка германского верховного командования снабжать по воздуху окруженные под Сталинградом войска окончилась полным провалом. Вражеская авиация понесла при этом огромный урон. Всего за время воздушной блокады окруженной группировки советские летчики и артиллеристы уничтожили около 1160 боевых и транспортных самолетов, треть из них - на аэродромах{259}.

Противовоздушная оборона Ленинграда

Во втором периоде войны части Ленинградской армии ПВО (с 4 июля 1943 г. в командование армией вступил генерал-майор артиллерии П. Ф. Рожков) продолжали выполнять свою основную задачу - оборону Ленинграда от налетов авиации противника. Вместе с тем около половины частей и соединений принимали активное участие в прорыве блокады Ленинграда и противовоздушной обороне путей сообщения блокированного города с тылом страны.

В течение второго периода войны немецкая авиация продолжала совершать налеты на город. Наибольшая активность ее была в конце 1942 г. и первой половине 1943 г. Еще в последних числах октября 1942 г. противник возобновил систематические налеты на город, которые продолжались до конца января 1943 г. Самолеты типа Ю-88 и Хе-111 действовали на высотах 5000 - 7000 м и бомбардировали Ленинград с горизонтального полета. В течение одной ночи над городом появлялось до пяти одиночных бомбардировщиков, действовавших в большинстве случаев со значительными интервалами. Такая тактика противника была рассчитана на изматывание системы ПВО и всего населения Ленинграда.

В конце января в связи с активными боевыми действиями наших войск и прорывом блокады Ленинграда немецкое командование временно прекратило налеты своей авиации на город и сосредоточило основные усилия ее на поддержке войск на фронте.

В марте налеты небольших групп бомбардировщиков на город возобновились и продолжались до конца мая. Однако в этот период немецкие самолеты появлялись над Ленинградом обычно в сумерках или на рассвете, когда по условиям видимости можно было производить прицельное бомбометание. В то же время наблюдение за вражескими самолетами с помощью оптических приборов было затруднено, а освещение [206] их прожекторами не давало должного эффекта. Особенностью весенних налетов было то, что самолеты подходили к городу с разных направлений. С 12 мая враг впервые в ходе войны стал использовать для дневных бомбардировочных налетов истребительную авиацию. Эти налеты производились в ясные дни или при незначительной облачности обычно парами истребителей Ме-109 или ФВ-190 на высотах от 6000 до 9000 м. В течение дня появлялось от 2 до 26 истребителей.

В июне неприятель перебросил из-под Ленинграда значительные силы авиации на другие участки советско-германского фронта. Поэтому с июня по октябрь над Ленинградом отмечено всего 22 вражеских самолета. Последняя бомба на город была сброшена противником в ночь на 17 октября 1943 г. В ноябре его самолеты над городом не появлялись, а в декабре прорвались 2 одиночных разведчика.

Всего за второй период войны в границах Ленинградской армии ПВО было отмечено свыше 8200 самолето-налетов авиации противника, что составляло 25 проц. общего числа полетов вражеской авиации в границах армии за время войны. На Ленинград было совершено 136 налетов (из них до 80 проц. ночью) с общим количеством самолетов, прорвавшихся к городу, - 253{260}. Сигнал воздушной тревоги в городе в течение года подавался 214 раз.

Эти цифры показывают, что по своей интенсивности налеты на Ленинград во втором периоде были значительно слабее, чем в первом периоде войны, а в конце периода прекратились совершенно.

Состав Ленинградской армии ПВО в 1943 г. по сравнению с 1942 г. существенно не изменился.

Боевые действия войск Ленинградской армии ПВО во втором периоде войны характеризовались возросшей эффективностью борьбы с самолетами противника. Важными условиями этого были рост боевого мастерства личного состава и поступление на вооружение войск более совершенной материальной части. Полки 7-го истребительного авиационного корпуса ПВО теперь имели на вооружении в большом количестве новые самолеты Як-7, Ла-5 и другие. В зенитной артиллерии с поступлением на вооружение станций СОН-2 и их освоением значительно повысилась эффективность борьбы с самолетами противника в ночных условиях.

В группировке истребительной авиации армии особых изменений не произошло по сравнению с первым периодом войны. Однако опыт отражения налетов немецких истребителей на Ленинград в мае 1943 г. показал, что установленный [207] порядок подъема истребителей на перехват противника из готовности ? 1 себя не оправдал. Это объяснялось тем, что истребительная авиация врага действовала с аэродромов, расположенных вблизи линии фронта (Гатчина и другие) и наши истребители не успевали взлететь, набрать высоту и встретить неприятеля на подступах к городу. Поэтому для наиболее эффективной борьбы с его истребительной авиацией были предусмотрены специальные зоны патрулирования с выносом их в сторону вероятных маршрутов полетов авиации противника.

В дни наиболее интенсивных налетов приходилось держать над городом постоянный патруль из 2 - 4 самолетов{261}.

Боевые действия нашей истребительной авиации ночью были малоэффективны. Обычно при появлении самолетов противника ночью в воздух поднималось от 2 до 10 истребителей, которые патрулировали эшелонированно по высоте в зонах ожидания. Однако вследствие несовершенства системы наведения и незначительного количества освещенных прожекторами целей встреч наших истребителей с самолетами противника было мало.

Следует отметить, что офицеры 7-го истребительного авиационного корпуса ПВО под руководством командира корпуса Героя Советского Союза полковника Н. Д. Антонова настойчиво изыскивали более совершенные методы управления истребителями в воздухе и их наведения. Они разработали и внедрили в боевую практику централизованную систему управления и радионаведения истребителей на самолеты противника.

Для успешного решения этой задачи использовались данные «Редут» и СОН. Данные станций наносились на специальные планшеты. По решению Военного совета фронта был оборудован командный пункт планшетного наведения, на котором несли постоянное дежурство опытные командиры - авианаводчики.

В результате накопленного опыта по наведению летчики корпуса стали более успешно перехватывать самолеты врага. Так, в течение сентября - октября 1943 г. из 32 наведений более половины закончилось встречей наших истребителей с бомбардировщиками противника{262}.

Выполняя основную задачу, части 7-го истребительного авиационного корпуса одновременно прикрывали боевые порядки соединений Ленинградского фронта, вели разведку войск и коммуникаций противника. В период прорыва блокады Ленинграда (12 - 18 января 1943 г.) для прикрытия [208] боевых порядков войск 67-й армии из состава 7-го истребительного авиационного корпуса было выделено 5 авиационных полков{263}. Наши истребители, патрулируя над боевыми порядками наступавших войск тремя группами по 6 самолетов в каждой, парализовали действия вражеской бомбардировочной авиации. За период наступательных боев летчики корпуса совершили 364 боевых вылета, провели 104 воздушных боя, в результате которых сбили 60 и подбили 16 фашистских самолетов. Кроме того, штурмовыми ударами уничтожили зенитную батарею и большое количество живой силы и техники врага{264}.

Летчики ПВО в этот период совершили десятки героических подвигов. Расскажем о некоторых из них.

В первый день наступления шестерка истребителей, возглавляемая старшим лейтенантом В. Н. Харитоновым, вылетела на перехват группы вражеских бомбардировщиков, шедших под прикрытием истребителей. Стремительной атакой нашим летчикам удалось отсечь немецких истребителей и завязать бой с бомбардировщиками. С первого захода В. Н. Харитонов уничтожил «Юнкерс-87», а в последующих сбил еще один. Столь же успешно сражался в этом бою и старший лейтенант В. И. Потапов. Он уничтожил две вражеские [209] машины. По одному бомбардировщику подожгли старший лейтенант А. Т. Карпов, младший лейтенант А. Г. Андрианов и сержант П. А. Внуков.

14 января на разведку вылетел капитан В. А. Мациевич. В районе Тосно он заметил тщательно замаскированную колонну, двигавшуюся по направлению к Синявино. Чтобы задержать ее продвижение, летчик решил уничтожить головные и замыкающие машины. После двух заходов две головные машины запылали факелами. Такая же участь постигла и замыкающие машины, а через некоторое время вражескую колонну штурмовали прибывшие по вызову В. А. Мациевича наши самолеты.

Родина высоко оценила героические подвиги летчиков. Многие из них были удостоены высоких правительственных наград, а летчики В. Н. Харитонов, В. А. Мациевич, Г. Н. Жидов и другие - почетного звания Героя Советского Союза.

В итоге боевых действий за год части 7-го истребительного авиационного корпуса произвели 5664 боевых вылета. В проведенных 296 боях летчики сбили 210 и подбили 36 самолетов{265}.

Во втором периоде войны некоторые изменения были проведены в группировке зенитной артиллерии и зенитных пулеметов. Для ПВО освобожденного города Петрокрепость (Шлиссельбург) и мостов у истоков Невы, а также для ПВО 5-й ГЭС и порта Осиновец были выделены части и подразделения из состава армии ПВО. Кроме того, часть сил выделялась для прикрытия районов сосредоточения и боевых порядков наземных войск и создания маневренных групп.

В дни подготовки операции по прорыву блокады Ленинграда командующий войсками Ленинградского фронта генерал-полковник Л. А. Говоров и член Военного совета генерал-лейтенант А. А. Жданов посетили 169-й зенитный артиллерийский полк (командир полка полковник П. Д. Гордиенко), осмотрели впервые созданную восьмиорудийную зенитную батарею, синхронно связанную с СОН-2, интересовались готовностью зенитчиков к прикрытию с воздуха наземных войск.

12 января 189-й (командир полковник В. С. Зенгбуш), 351-й (командир подполковник В. Д. Жеглов), 194-й (командир подполковник С. А. Громов) и 115-й (командир подполковник В. Г. Привалов) зенитные артиллерийские полки принимали участие в артиллерийской подготовке. А когда пехота перешла в атаку, они умело прикрывали ее переправу через Неву. Первый самолет врага сбила батарея 189-го зенитного артиллерийского полка, которой командовал старший лейтенант П. Я. Кочетков. Произошло это так. Когда группа [210] немецких пикирующих самолетов устремилась к переправе, батарея встретила их сильным огнем. Наводчик ефрейтор Г. К. Мирзонян, поймав в прицел «юнкерс», первым же снарядом сразил его. Всего же батарея во время прорыва блокады сбила 9 самолетов.

Стойко и умело сражалась с врагом в эти дни батарея, которой командовал старший лейтенант А. Г. Зверев. Метким огнем зенитчики уничтожили 4 самолета, 2 наблюдательных пункта и минометную батарею противника{266}.

Всего за время обеспечения действий наземных войск по прорыву блокады Ленинграда зенитчики уничтожили 30 самолетов, 2 минометные и 2 артиллерийские батареи, 9 пулеметов, 8 дзотов и до 300 немецких солдат и офицеров{267}.

Большую роль в защите Ленинграда сыграли во втором периоде войны маневренные зенитные артиллерийские группы, являвшиеся по существу подвижным резервом командующего армией ПВО. Они применялись главным образом для прикрытия мостов через Неву и перевалочных баз на Ладожском озере. Особенно успешно действовала 1-я отдельная железнодорожная батарея под командованием капитана П. С. Татарникова. Она, своевременно меняя огневые позиции и внезапно открывая огонь по противнику, за один день (30 мая 1943 г.), находясь на ПВО бухты Гольцмана, сбила [211] 3 самолета противника{268}. В этот же день 5-я отдельная железнодорожная батарея, расположенная у маяка Осиновец (командир батареи капитан П. И. Гагарин), провела бой с группой самолетов противника в составе 37 бомбардировщиков и 8 истребителей. За 30 минут зенитчики сбили 2 Хе-111{268}.

Всего за 1943 г. зенитной артиллерией среднего калибра сбито 123 и подбито 27 самолетов противника. Пулеметные части и подразделения сбили 11 немецких самолетов.

В этом году значительно улучшилась служба ВНОС, повысилась ее боевая готовность. Радиолокационные станции, оставаясь основным средством обнаружения воздушного противника, повысили качественные показатели боевой работы. Все это позволило, несмотря на близость линии фронта, своевременно обнаруживать вражеские самолеты и производить оповещение.

По решению командования армии ПВО посты ВНОС, расположенные в прифронтовой полосе, были вооружены зенитными пулеметами для борьбы с низколетящими целями. Это позволило им за год уничтожить ружейно-пулеметным огнем 6 самолетов.

Особенно успешно действовал начальник наблюдательного поста 2-го полка ВНОС старший сержант Н. И. Пименов, который за год сбил 3 вражеских самолета{270}.

В результате боевой деятельности частей Ленинградской армии ПВО за 1943 г. было сбито 350 и подбито 63 самолета противника{271}.

Всего за 900 дней вражеской блокады на город было произведено 272 воздушных налета (из них 193 ночью). Ленинград пережил 642 воздушные тревоги, продолжавшиеся 702 часа 21 минуту.

Четыре года днем и ночью воины ПВО вместе со всеми другими фронтовиками стояли на страже города Ленина и с честью выполнили свой священный долг перед Родиной.

За годы войны войска Ленинградской армии ПВО уничтожили 1561 вражеский самолет, в том числе истребительная авиация ПВО уничтожила 1044 самолета, зенитная артиллерия - 479 самолетов, зенитные пулеметы - 30 самолетов и посты ВНОС ружейным огнем - 8 самолетов. Огнем зенитчиков и штурмовыми атаками летчиков-истребителей было уничтожено свыше 3 полков пехоты противника, 99 танков, 183 артиллерийские батареи, 85 минометных [212] батарей, 685 автомашин и много другой военной техники гитлеровской армии.

Партия и правительство высоко оценили боевые заслуги войск Ленинградской армии ПВО.

Приказом НКО СССР от 7 июля 1943 г. 7-й истребительный авиакорпус ПВО был преобразован во 2-й гвардейский истребительный авиационный корпус ПВО с присвоением ему почетного наименования Ленинградский.

Приказами Верховного Главнокомандующего были объявлены благодарности и присвоены почетные наименования: Красносельского 169-му зенитному артиллерийскому полку, Выборгских 11, 27 и 102-му гвардейским истребительным авиационным полкам ПВО, Таллинского 404-му истребительному авиационному полку ПВО.

Указами Президиума Верховного Совета Союза ССР были награждены: двумя орденами Красного Знамени 169-й зенитный артполк, орденами Красного Знамени 43-я отдельная зенитная артиллерийская бригада, 351-й зенитный артиллерийский полк, 3-й дивизион 351-го зенитного артполка, 3-й дивизион 189-го зенитного артполка, 72-й отдельный радиобатальон ВНОС, орденами Кутузова III степени 11-й гвардейский и 404-й истребительные авиационные полки.

За особые заслуги перед Родиной 22 летчикам 2-го гвардейского Ленинградского истребительного авиационного корпуса ПВО было присвоено высокое звание Героя Советского Союза, ленинградский летчик А. Т. Карпов был удостоен этого звания дважды.

Тысячи отличившихся в боях с немецко-фашистскими захватчиками бойцов, сержантов и офицеров Ленинградской армии ПВО были награждены орденами и медалями.

Имена прославленных воинов ПВО - дважды Героя Советского Союза летчика-истребителя А. Т. Карпова, Героев Советского Союза летчиков-истребителей С. Г. Литаврина, И. П. Неуструева, И. М. Шишкань, В. А. Мациевича, И. Д. Пидтыкан, Н. П. Можаева, знаменитых зенитчиков Б. С. Алымова, П. Н. Петрунина, З. В. Литвиновой, вносовцев Н. И. Зорникова, М. И. Пименова и многих других широко известны советскому народу.

Зимой 1942/43 г. противовоздушную оборону ледовой трассы через Ладожское озеро, по которой проходил основной поток грузов для Ленинграда и Ленинградского фронта, осуществляли части и подразделения Ладожского дивизионного района ПВО (командующий с июля 1943 г. полковник Н. В. Травин, начальник штаба подполковник Е. Э. Майоров). В то же время эти части по-прежнему прикрывали железнодорожную магистраль Тихвин - Ладожское озеро. [213]

В связи с неустойчивой погодой и частыми оттепелями ледовая трасса вступила в строй только 19 декабря 1942 г. Однако подготовка к расстановке зенитных орудий и пулеметов на льду началась значительно раньше.

К концу декабря на трассу передислоцировались части и подразделения МЗА, а в начале января 1943 г. туда перешли две батареи СЗА. Одна батарея 85-мм орудий была установлена на острове Большой Зеленец, а вторая - на специально оборудованных площадках. Площадки оборудовались следующим образом: в наиболее мелком месте (в 14 км от берега) для каждой площадки забивалось по 16 свай, на которых делали деревянный настил. Орудие от орудия устанавливались на расстоянии» 60 м. Пушки перевозились на огневые позиции в разобранном виде.

Орудия МЗА и зенитные пулеметы устанавливались прямо на лед вдоль всей трассы. При этом пушки устанавливались повзводно, с интервалом до 3 км, а пулеметные установки - по одной-две с интервалом 1 - 1,5 км.

В январе из имевшихся в районе 129 орудий СЗА, 43 орудий МЗА и 97 зенитных пулеметов на трассу были выдвинуты 8 орудий СЗА, 35 орудий МЗА и 83 зенитных пулемета{272}.

Таким образом, в отличие от зимы 1941/42 г., когда ледовая трасса покрывалась однослойным огнем МЗА и зенитных пулеметов, зимой 1942/43 г. на трассу поставили также зенитные орудия среднего калибра. В результате этого вся трасса была прикрыта огнем зенитной артиллерии среднего калибра и двухслойным огнем МЗА и зенитных пулеметов.

Для управления огнем зенитной артиллерии и пулеметов вся ледовая трасса делилась на три участка. На каждый участок назначался начальник. Управление всеми подразделениями ПВО, находившимися на льду; возглавлял начальник ПВО ледовой трассы, командный пункт которого располагался на острове Большой Зеленец. Начальник ПВО ледовой трассы подчинялся начальнику оперативной группы, которой руководил начальник штаба Ладожского района ПВО.

Авиация противника начала активные действия по ледовой дороге еще до ее открытия. Уже 16 декабря одиночные самолеты и небольшие группы производили разведку и бомбардировочные удары по трассе и объектам восточного берега Ладожского озера.

29 декабря 8 истребителей произвели налет на трассу. Как и в 1941 - 1942 гг., самолеты противника пытались подавить средства ПВО и с небольшой высоты штурмовать автомобильные колонны, доставлявшие продовольствие населению Ленинграда. Однако фашистские стервятники были встречены массированным зенитным артиллерийским и пулеметным [214] огнем и потеряли 3 самолета. После этого гитлеровцы стали действовать с высот более 3000 м. Бомбардировка узкой дороги с такой высоты была малоэффективной. Истребители противника вдоль трассы летать уже не решались, а лишь изредка пересекали дорогу, имея возможность обстреливать небольшой ее участок.

6, 7 и 14 января неприятель произвел еще несколько попыток бомбардировать и обстреливать трассу в дневное время, но безуспешно, зато наши зенитчики и пулеметчики сбили еще 3 и подбили 2 самолета.

Понеся потери, немецко-фашистское командование вынуждено было перейти к действиям авиации ночью. В связи с этим командование района ПВО установило на ледовой трассе прожекторы.

Воины частей и подразделений ПВО, прикрывавших ледовую дорогу, проявили исключительное мужество, перенесли огромные трудности. В течение трех месяцев они находились на льду и несли службу в тяжелых условиях.

Неустойчивая температура отрицательно влияла на состояние ледяного покрова. На поверхности льда часто выступала вода, и работать приходилось иногда в воде, доходившей до колен.

Бомбардировочные налеты и артиллерийские обстрелы вынуждали часто менять положение трассы, перемещая ее на 100 - 200 м в сторону от прежнего направления. Вместе с перемещением трассы приходилось менять и огневые позиции. Некоторые подразделения за зиму перемещались по 10 раз, а отдельные пулеметные установки свыше 20 раз{273}. И все же, несмотря на эти трудности боевой жизни, личный состав справился с поставленными задачами. Ледовая трасса работала бесперебойно. За три месяца части и подразделения, оборонявшие ледовую дорогу, сбили 10 и подбили 7 самолетов противника.

После прорыва блокады Ленинграда по южному берегу Ладожского озера проложили железную дорогу, соединившую Шлиссельбург с железнодорожной линией Мга - Волховстрой. 6 февраля 1943 г. по ней прошел первый продовольственный поезд в Ленинград.

Немецко-фашистское командование упорно стремилось сорвать перевозки и нарушить движение поездов в Ленинград. С этой целью неприятель производил усиленный обстрел построенного в районе Шлиссельбурга (Петрокрепость) моста через Неву и бомбардировку железнодорожных станций и разъездов на участке дороги Тихвин - Ленинград. Особенно ожесточенным ударам подвергалась железнодорожная станция Волховстрой и мосты через р. Волхов. Всего со [215] второй половины марта до июня 1943 г. авиация противника произвела 61 групповой налет на объекты железной дороги Тихвин - Ленинград с участием около 2000 самолетов, причем на г. Волхов было совершено за это время 20 налетов с участием свыше 1300 самолетов{274}.

Советское командование приняло срочные меры по усилению противовоздушной обороны объектов Ладожского дивизионного района. Уже в начале апреля из резерва Главного командования ВВС Красной Армии на аэродром этого района прибыла 240-я истребительная авиационная дивизия под командованием полковника Г. В. Зимина.

14 апреля на прикрытие Тихвина и Волхова пришли батареи МЗА Волховского фронта с оперативным подчинением их командованию Ладожского дивизионного района ПВО. В мае в распоряжение командующего районом ПВО прибыл 630-й истребительный авиационный полк 106-й истребительной авиационной дивизии ПВО.

В результате принятых мер на ПВО Волхова к началу июня были поставлены восемь отдельных зенитных артдивизионов (1, 37, 25, 69, 214, 251, 253 и 432-й), которые имели в своем составе 72 орудия СЗА, 23 орудия МЗА, 28 зенитных пулеметов и 44 прожектора. В целях централизации управления боевыми действиями этих подразделений была создана Волховская зенитная артиллерийская группа во главе с начальником штаба Ладожского района ПВО подполковником Б. М. Дреминым{275}.

Для прикрытия объектов железной дороги создавались кочующие группы, каждая в составе двух 37-мм орудий и нескольких пулеметов. Кроме того, для сопровождения поездов в пути оборудовались платформы с зенитными пулеметными установками.

Как правило, каждый поезд прикрывался взводом зенитных пулеметов, установленных на двух платформах. Платформы с пулеметными установками ставились в голове и в хвосте состава. Такое прикрытие поездов себя оправдало, так как истребители противника в первую очередь стремились вывести из строя паровоз.

В течение года зенитными пулеметами было прикрыто 1982 поезда, противник атаковал из них 27 поездов, однако только в двух случаях был нанесен ущерб. В то же время неприкрытые поезда часто повреждались вражеской авиацией. В июле, например, противник бомбил 8 неприкрытых поездов, и все они оказались поврежденными.

Личный состав Ладожского дивизионного района ПВО проявил исключительное мужество и героизм. Так, [216] 22 мая при отражении налета до 60 самолетов противника на Волхов отличился летчик 630-го истребительного авиационного полка ПВО младший лейтенант Александр Филонов. При подходе бомбардировщиков к мостам через р. Волхов он, несмотря на опасность, врезался в самую гущу самолетов, нарушил их строй и не дал возможности произвести прицельное бомбометание{276}. Исключительно ожесточенный налет на мосты в районе Волхова произошел 1 июня. Свыше 250 самолетов пытались уничтожить эти объекты. Однако противнику не удалось достичь намеченной цели.

Личный состав зенитных батарей действовал исключительно упорно и самоотверженно. Особенно геройски дрались с противником расчеты 69-го отдельного зенитного артдивизиона МЗА под командованием майора В. В. Васильева. Несмотря на разрывы бомб в непосредственной близости от ;огневых позиций, они не прекращали стрельбы, не давая вражеским самолетам пикировать на мосты. Всего огнем зенитной артиллерии было сбито 16 самолетов противника{277}.

Слаженно действовали при отражении налета 1 июня и летчики 630-го истребительного авиационного полка ПВО. Несмотря на численное превосходство противника, они смело атаковали его и сбили 14 самолетов. Особенно отличился командир эскадрильи капитан М. Д. Цибулькин, лично сбивший 2 самолета. В неравном бою 8 июня капитан М. Д. Цибулькин пал смертью героя{278}.

Несмотря на героические действия личного состава частей ПВО, неприятелю все же удалось прорваться к объектам и сбросить на мосты через Волхов около 400 авиабомб. Мосты на некоторое время вышли из строя.

Этот налет показал, что имеющихся сил истребительной авиации для прикрытия объектов на восточном берегу Ладожского озера недостаточно. Поэтому в начале июня командование выделило дополнительные силы истребительной авиации из состава воздушной армии. Была создана также оперативная группа ВВС 13-й воздушной армии, в состав которой вошла вся истребительная авиация, находившаяся на восточном берегу Ладожского озера{279}.

Части Ладожского дивизионного района ПВО успешно справились с поставленными задачами. Противнику не удалось нарушить пути сообщения со страной. Войска района за год уничтожили 102 самолета{280}. [217]

Противовоздушная оборона железнодорожных коммуникаций

Противовоздушная оборона железнодорожных путей сообщения являлась одной из основных задач Войск ПВО страны во втором периоде Великой Отечественной войны Наиболее напряженные бои по защите железнодорожных путей они вели на тех направлениях, где развертывались активные боевые действия сухопутных войск. Среди этих боев значительный интерес представляют противовоздушная оборона Мурманска и Кировской железной дороги, отражение массированных налетов немецко-фашистской авиации на железнодорожный узел Батайск и защита железных дорог Курского выступа весной и летом 1943 г.

В силу географических условий и общей военной обстановки, сложившейся еще осенью 1941 г. на советско-германском фронте, Мурманский порт и Кировская железная дорога в годы Великой Отечественной войны имели важное значение.

Учитывая большое стратегическое значение Мурманска и Кировской железной дороги, немецко-фашистское командование планировало захватить эти объекты в короткие сроки. В начале июля 1941 г. немецко-фашистские войска совместно с финскими войсками предприняли наступление на Северном фронте. Внезапность и превосходство в силах позволили противнику в середине сентября подойти к Мурманску. Бои шли в 30 - 35 км от города. Однако советские войска отразили упорный натиск врага, перешли в наступление и к концу сентября отбросили его на рубеж р. Западная Лица (60 - 65 км от Мурманска). Здесь фронт стабилизировался и продержался до октября 1944 г.

Потерпев неудачу в захвате Мурманска и Кировской железной дороги наземными войсками, немецко-фашистское командование всю тяжесть боевых действий перенесло на авиацию, которая должна была вывести из строя Мурманский порт, железнодорожный узел и нарушить нормальную работу Кировской железной дороги.

Способы действия авиации противника на всем протяжении войны неоднократно изменялись, что требовало гибкого маневрирования силами и средствами ПВО, а в ряде случаев и коренной перестройки противовоздушной обороны Мурманска и Кировской железной дороги.

За время Великой Отечественной войны гитлеровцы совершили на Мурманск около 800 воздушных налетов и сбросили 4100 осколочно-фугасных и 181000 зажигательных бомб. Им удалось уничтожить в городе 1509 жилых домов и 437 производственных помещений{281}. [218]

Однако, несмотря на ожесточенные бомбардировки, противнику не удалось вывести из строя Мурманский порт. Грузооборот порта к концу войны значительно превысил довоенный 1940 г.{282}.

К началу войны район Мурманска оборонял 33-й отдельный зенитный артиллерийский дивизион под командованием майора Н. И. Петрунькина. На ПВО города находилась всего одна 76-мм зенитная батарея, остальные две батареи прикрывали поселок Кола и Мурмаши.

Уже 23 июня 1941 г. дивизион вступил в бой, а 24 июня 3-я батарея, сбив один бомбардировщик, открыла счет уничтоженным самолетам врага. В первые два месяца войны, взаимодействуя с истребительной авиацией Северного флота, дивизион отразил 46 налетов фашистской авиации, уничтожив при этом 5 самолетов{283}. Ведя непрерывные бои, личный состав дивизиона несколько раз менял огневые позиции, создавал ложные позиции, неоднократно вводя противника в заблуждение. Все это обеспечивало успешное отражение налетов вражеской авиации. Однако ее активность из месяца в месяц возрастала. Только за август в районе Кольского залива был отмечен 1771 самолето-полет. Поэтому советское командование приняло меры по усилению противовоздушной обороны объектов Советского Заполярья. В августе 1941 г. 33-й отдельный зенитный артиллерийский дивизион был полностью поставлен на ПВО Мурманска, а в район Кола и Мурмаши прибыл 426-й отдельный зенитный артиллерийский дивизион (командир до февраля 1942 г. майор Я. Ф. Похуденко, а с февраля 1942 г. капитан О. А. Алтунин).

В январе 1942 г. был сформирован Мурманский дивизионный район ПВО (командующий полковник Ф. А. Иванов, начальник штаба -подполковник А. Н. Курочкин, командующий артиллерией - полковник А. И. Глебов). В состав района вошли все наземные части ПВО, находившиеся на ПВО Мурманска и Кировской железной дороги. Району придавалась 122-я истребительная авиационная дивизия ПВО под командованием подполковника А. И. Швецова, сформированная в марте 1942 г.

С апреля 1942 г. в Мурманский порт стали приходить караваны судов с военными грузами. Стремясь помешать нормальной работе порта, немецко-фашистское командование активизировало действия своей авиации. Если в марте 1942 г. отмечалось 700 самолето-полетов, то в апреле эта цифра возросла до 1641, в июне до 2895. Чтобы уменьшить потери от огня наших зенитчиков, враг стал чаще производить ночные налеты и увеличил высоту полета до 4500 - 5000 м. [219]

Встречая ожесточенное сопротивление противовоздушной обороны в районе Мурманского порта, неприятель решил прежде всего уничтожить жилые кварталы города. Зная о том, что Мурманск преимущественно состоит из деревянных построек, командующий 5-м немецким воздушным флотом генерал-полковник Штумпф приказал сжечь его зажигательными бомбами. Фашистская авиация бомбардировала город по нескольку раз в день. Иногда воздушная тревога продолжалась по 16 - 18 часов, а личный состав зенитных артиллерийских частей по 22 часа в сутки стоял у орудий{284}.

12 июня 1942 г. противник произвел шесть налетов на Мурманск. В них участвовало до 120 самолетов. 18 июня на город фашисты сбросили около 12000 зажигательных бомб. Горели целые кварталы. В сплошном огне была улица Полярных зорь, на которую упало 3000 бомб. Только благодаря стойкости, мужеству и героическим усилиям личного состава воинских частей, бойцов местной противовоздушной обороны и населения к вечеру удалось ликвидировать гигантский пожар.

В этот день враг сжег и разрушил до 800 жилых домов и несколько общественных зданий, школ и больниц.

Немало героизма и мастерства проявили зенитчики в столь трудный период. Всего за первый год войны они отразили более 300 налетов вражеской авиации и уничтожили свыше 50 самолетов{285}.

15 июня 36 вражеских самолетов пытались произвести бомбардировку аэродрома вблизи поселка Мурмаши. Личный состав 426-го отдельного зенитного артиллерийского дивизиона своевременно обнаружил противника, огнем зенитной артиллерии рассеял строй бомбардировщиков и сбил при этом 5 самолетов. 2 бомбы, снаряженные взрывателями замедленного действия, упали в центре позиции 1-й батареи. Командир огневого взвода коммунист младший лейтенант И. Я. Майборода, видя смертельную опасность, грозящую орудийным расчетам, быстро извлек из земли бомбы и отнес их в сторону, тем самым спас личный состав и материальную часть{286}.

В одном из боев в районе поселка Мурмаши отличился орудийный расчет под командованием сержанта Д. С. Акулича. Несмотря на то что на позицию батареи упало 18 бомб, его расчет продолжал вести огонь и сбил самолет противника. Командующий Мурманским районом ПВО за мужество, находчивость и отвагу присвоил этому расчету звание ефрейторского расчета. [220]

Взвод МЗА под командованием лейтенанта Б. Ф. Комарского, стоявший на прикрытии Мурманского торгового порта, своим метким огнем не давал фашистским бомбардировщикам сбрасывать бомбы с малой высоты. Немецкие летчики решили уничтожить эти орудия. В одном из налетов они нанесли удар по огневой позиции взвода. На огневые позиции упало 3 бомбы. Грудь лейтенанта Б. Ф. Комарского пронзил осколок. «Держитесь»,- успел произнести лейтенант Б. Ф. Комарский и умер. Гитлеровские пираты за смерть и разрушения поплатились 7 самолетами, сбитыми в этом бою{287}.

Учитывая важность Мурманского порта, командование проявляло постоянную заботу об усилении его противовоздушной обороны. На ПВО Мурманска прибыл 885-й зенитный артиллерийский полк и несколько пулеметных рот и взводов. К началу 1943 г. в составе района уже имелось 134 орудия СЗА, 42 орудия МЗА, 220 зенитных пулеметов, 13 прожекторных станций, 56 аэростатов заграждения, 2 радиолокационные станции и 5 СОН.

Приданная району 122-я истребительная авиационная дивизия ПВО в своем составе имела 37 боевых экипажей, из них 11 подготовленных для действий в ночных условиях{288}.

Но сил противовоздушной обороны Мурманска и других объектов Заполярья не хватало. Поэтому в течение 1943 г. принимались меры по дальнейшему усилению ее. В октябре по решению Государственного Комитета Обороны в распоряжение командующего Мурманским дивизионным районом ПВО прибыли с Восточного фронта ПВО 2 зенитных артиллерийских полка СЗА, зенитный артиллерийский полк МЗА, зенитный пулеметный полк, прожекторный батальон, 2 батареи СОН-2, отдельный взвод ВНОС и значительное количество зенитных пулеметных взводов ПВО{289}.

Этим же постановлением приказывалось дальней авиации организовать систематическое подавление авиации противника на аэродромах Тебухтин, Лаксервен (Киркенес), Наути и Банак. Решением Государственного Комитета Обороны в 1943 г. дивизионный район ПВО реорганизуется в Мурманский корпусной район ПВО.

В результате принятых мер Мурманский корпусной район к концу 1943 г. имел в своем составе 6 зенитных артполков, 10 отдельных зенитных артиллерийских дивизионов, 2 зенитных бронепоезда, зенитный пулеметный полк, 3 отдельных зенитных пулеметных батальона, 85 отдельных взводов ПВО, зенитной прожекторный батальон, дивизион аэростатов [221] заграждения, 8 отдельных батарей СОН-2, 2 батальона ВНОС, 4 отдельных взвода ВНОС и другие подразделения{290}.

На вооружении этих частей имелось 318 орудий СЗА, 311 орудий МЗА, 596 пулеметов, 109 прожекторов, 58 аэростатов заграждения, 8 СОН-2 и 4 радиолокационные станции обнаружения.

122-я истребительная авиационная дивизия ПВО имела уже 65 боеготовых экипажей, из них 37 экипажей, подготовленных для действий ночью{291}.

Увеличение количества войск ПВО и рост их боевого мастерства заставили противника во второй половине 1943 г. значительно уменьшить активность своей авиации в районе Мурманска. Всего за 1943 г. части зенитной артиллерии и истребительной авиации ПВО в районе Мурманска уничтожили 87 самолетов неприятеля{292}. Последние бомбардировочные налеты немецко-фашистской авиации на город были совершены в марте 1944 г.

Наряду с противовоздушной обороной города войска Мурманского района ПВО осуществляли и противовоздушную оборону Кировской железной дороги.

Противник с первых же дней войны стремился нарушить работу Кировской железной дороги, воздействуя на нее с воздуха, засылая группы диверсантов, а также предпринимая неоднократные попытки прорвать фронт обороны наших войск и перерезать эту магистраль. Особенно ожесточенные и систематические налеты на объекты Кировской железной дороги немецко-фашистская авиация совершала в декабре 1942 г. и в первой половине 1943 г. В качестве такого уязвимого звена противник избрал участок дороги от станции Лоухи до станции Кандалакша протяженностью 164 км.

С середины декабря 1942 г. почти все станции и мосты на указанном участке дороги стали объектами регулярных налетов авиации противника. В отдельные дни фиксировалось до восьми налетов с тяжелыми последствиями для движения поездов. Однако, несмотря на серьезные повреждения, магистраль в основном продолжала работать бесперебойно, так как причиненные за день повреждения успевали за ночь исправить.

В марте 1943 г. противник активизировал свои действия на железнодорожном участке Лоухи - Кандалакша. Ночи стали короче, и его авиация значительную часть суток висела над дорогой. Создалась серьезная угроза срыва движения поездов. [222]

Для усиления противовоздушной обороны этого участка дороги командование Мурманского района ПВО в дополнение к имеющимся здесь двум батареям МЗА и зенитной пулеметной роте срочно перебросило пять батарей СЗА, две батареи МЗА и три взвода зенитных пулеметов. Эти подразделения были поставлены на противовоздушную оборону станций и разъездов Княжная, Ковда, Полярный Круг и другие. Кроме того, бронепоезд и часть подразделений МЗА и зенитных пулеметов были использованы как кочующие огневые средства и перемещались с места на место в зависимости от обстановки.

Разобщенное расположение подразделений, выделенных для прикрытия объектов, находящихся один от другого на значительных удалениях, наряду с ненадежностью и загруженностью единственной линии связи (Наркомата связи СССР), выходившей из строя после каждой бомбардировки дороги, совершенно исключали организацию взаимодействия между ними и тем более управление со стороны старшего начальника. В силу тех же причин эти подразделения редко получали информацию о воздушном противнике от постов ВНОС. В таких условиях каждая батарея (взвод) могла рассчитывать только на свои силы и должна была решать задачи самостоятельно. Тем не менее увеличение количества сил и средств ПВО на участке дороги Лоухи - Кандалакша позволило за короткий срок уничтожить до 15 самолетов противника.

Понеся потери и располагая данными разведки о расположении зенитных средств, неприятель перенес основные усилия на неприкрытые и недостаточно прикрытые участки дорог. Одновременно немецкая авиация усилила также налеты на поезда в пути их следования. Немецко-фашистское командование начало практиковать рейды пар истребителей, которые с самого рассвета и до наступления темноты штурмовали поезда на всем участке пути, стремясь вывести из строя паровоз и остановить состав. Вслед за этим к месту вынужденной остановки поезда прилетали пикирующие бомбардировщики, которые уничтожали состав. Создавались, таким образом, пробки, устранить которые в течение дня не было возможности, так как противник сразу же выводил из строя ремонтные поезда, направлявшиеся к месту аварии. Чтобы не дать возможности восстанавливать поврежденные участки ночью, противник начал минирование дороги на перегонах, высылая незадолго до наступления темноты группы по 2 - 3 бомбардировщика, которые с высоты 50 м сбрасывали на полотно дороги мины замедленного действия.

Поэтому в апреле обстановка на дороге серьезно усложнилась. Система противовоздушной обороны дороги, состоявшая из отдельных дивизионов и батарей, а также взводов [223] зенитных пулеметов, выделенных для прикрытия важных станций и мостов, оказалась неприспособленной к новой тактике врага. Дорога несла большие потери и стала работать с перебоями. Так, во второй половине апреля 1943 г. были случаи, когда по 3 - 4 суток не отправлялось ни одного поезда.

Сложившаяся на дороге обстановка требовала принятия радикальных мер, и в первую очередь решения вопроса об обороне поездов в пути следования. По решению командования района срочно начали формироваться группы противовоздушной обороны, предназначенные для прикрытия поездов в движении. В дополнение к имевшимся зенитным бронепоездам создавались 5 групп ПВО по сопровождению поездов, каждая в составе нескольких орудий МЗА и двух-трех крупнокалиберных зенитных пулеметов. Зенитные средства каждой группы устанавливались на специально оборудованных полувагонах.

В первых числах мая группы ПВО начали сопровождать поезда на опасном участке дороги. Наряду с этим в апреле закончилось сооружение аэродрома для нашей истребительной авиации, которая в мае начала успешные действия по прикрытию участка железной дороги от станции Лоухи до Кандалакши.

Для руководства всеми частями и подразделениями ПВО, находившимися на участке дороги от Кандалакши до Беломорска, была создана оперативная группа во главе с начальником 1-го отдела штаба ПВО подполковником К. К. Маташ, которая размещалась на станции Лоухи. Штаб оперативной группы имел надежную связь со всеми частями и подразделениями ПВО, находившимися на данном участке, с аэродромом истребительной авиации и штабом дивизионного района{293}, штаб установил также тесное взаимодействие с органами военных сообщений и управлением дороги.

На обоих конечных пунктах участка дороги Лоухи - Кандалакша был организован сбор сведений о составе и характере грузов, находившихся на подходах к станциям. Это позволяло заранее спланировать передвижение составов на опасном участке дороги и распределять подвижные средства прикрытия.

Выход поездов с конечных пунктов опасного участка производился только с разрешения дежурного штаба оперативной группы. Огневые средства обычно размещались в голове, хвосте и середине состава. В пути следования поездов расчеты все время находились у пушек (пулеметов) в полной готовности [224] к немедленному открытию огня по самолетам противника.

На случай организации восстановительных работ создавались команды МПВО. Для управления подразделением ПВО и связи с машинистом паровоза в поезде устанавливалась проводная связь. Один из офицеров группы находился в тендере паровоза и, получая по телефону от начальника ПВО поезда необходимые распоряжения, адресованные машинисту, следил за точным их выполнением. Для приема сообщений о самолетах противника и связи с вышестоящим штабом у начальника ПВО поезда имелась радиостанция.

Разведка воздушного противника велась наблюдательными постами ВНОС, а также радиолокационной станцией, установленной на станции Лоухи.

Оповещение начальников ПВО поездов осуществлялось по радио с узла связи оперативной группы, а также непосредственно с радиолокационной станции.

Дополнительным средством оповещения служила переговорная селекторная связь дороги. В этом случае донесения о появлении немецкой авиации передавались со станции на станцию, а поезда, проходя станции и разъезды, с помощью сигнализации оповещались о противнике. Своевременное оповещение имело большое значение, так как позволяло заблаговременно остановить состав и подготовиться к встрече противника, а в ряде случаев даже применить маневр. Характерен пример маневра, который применил командир зенитного бронепоезда ? 190 капитан Н. С. Мироненко.

Бронепоезд сопровождал крупный состав цистерн с горючим, направлявшийся в Мурманск. На одном из перегонов командир бронепоезда получил по радио донесение о появлении в воздухе двух вражеских разведчиков. Рассчитав время и придя к заключению, что до подхода самолетов остается достаточно времени для осуществления маневра, командир решил обмануть противника. Он остановил состав на ближайшем разъезде, прицепил паровоз в хвост состава и дал обратный ход. Подойдя к поезду и установив, что последний движется на юг, летчики вызвали бомбардировщиков. После ухода разведчиков поезд снова начал движение на север. Подошедшая через некоторое время группа бомбардировщиков прошла от места обнаружения поезда до самого конца участка на юг и, не обнаружив состава, сбросила бомбы в болото{294}.

Принятые меры по организации противовоздушной обороны составов на участке железной дороги Лоухи - Кандалакша сразу же дали положительные результаты. Действиями [225] группы ПВО, находившейся в составе каждого поезда, подразделениями ПВО, расположенными на прикрытии станционных объектов, и истребительной авиации неприятелю наносились большие потери.

За май - июнь 1943 г. на указанном участке железной дороги было зафиксировано 1315 самолето-полетов противника, из них с целью бомбардировки железнодорожных объектов и поездов в пути - 742 самолето-полета. За это время группы ПВО прикрывали 882 поезда, из которых лишь 18 поездов получили некоторые повреждения при налетах авиации. Отражая удары с воздуха, группы ПВО сопровождения поездов сбили 30 и подбили 14 самолетов{295}.

Понеся потери, гитлеровцы вынуждены были действовать со значительных высот, сократив также количество налетов на объекты железной дороги. В связи с этим эффективность их бомбардировочных ударов по железнодорожным эшелонам резко сократилась. Так, например, в мае число разбитых и поврежденных паровозов по сравнению с апрелем сократилось в два раза, а в июне в шесть раз. Число поврежденных и разбитых вагонов в июне уменьшилось в четыре с половиной раза{296}.

Таким образом, в мае - июне в результате увеличения количества сил и средств и совершенствования противовоздушной обороны объектов удалось окончательно установить нормальное движение поездов на Кировской железной дороге и обеспечить переброску всех видов довольствия для Карельского фронта и Северного флота.

Попытки противника парализовать деятельность дороги ударами с воздуха по железнодорожным объектам и поездам на участке Лоухи - Кандалакша потерпели неудачу.

Боевая работа воинов ПВО, оборонявших Кировскую железную дорогу, изобиловала яркими примерами мастерства, стойкости, храбрости и беззаветной преданности Родине. Вот несколько примеров.

12 мая 1943 г. во время движения зенитного бронепоезда ? 201 (командир капитан И. П. Ольховский) от станции Лоухи в направлении станции Кандалакша на него произвели налет две пары истребителей. Они несколько раз пытались атаковать бронепоезд пушечным огнем. Однако все эти атаки успешно отражались бронепоездом. В итоге немцы потеряли один истребитель, а остальные скрылись. Вскоре из-за сопок на бронепоезд навалилась девятка пикирующих бомбардировщиков Ю-87. В течение сорока минут происходил неравный бой. Бомбардировщики несколько раз делали заходы и наносили удары. Бронепоезд получил несколько повреждений, и в команде вышло из строя несколько человек, [226] но огонь советских зенитчиков не умолкал ни на секунду. Метким огнем они сбили еще два бомбардировщика.

5 июня на этом же участке бронепоезд вел бой с семью бомбардировщиками Ю-87 и четырьмя истребителями Ме-109. Гитлеровцы опять недосчитались трех самолетов в этой горячей схватке.

Образцы героизма, выдержки и мастерства показали старший сержант Т. Я. Кузьмин, ефрейтор И. А. Козлов, наводчики М. Б. Акопов и В. А. Егоров, лейтенанты В. В. Чумичев, К. Н. Фролов и Н. Н. Тихий, которые умело руководили своими подразделениями{297}.

При обороне объектов Кировской железной дороги отличились пулеметная рота под командованием старшего лейтенанта П. С. Шилова и батарея МЗА под командованием лейтенанта А. Д. Горбунова из 33-го отдельного зенитного артиллерийского дивизиона. Находясь на обороне станций Ковда, Княжная, Жемчужная и разъезда Долгий, пулеметная рота провела 79 боев с воздушным противником, сбила 6 и подбила 7 самолетов. Батарея МЗА, оборонявшая мосты через р. Ковда, провела 50 боев с воздушным противником и сбила 11 самолетов. Все попытки неприятеля разрушить эти мосты не увенчались успехом{298}.

Успешно действовали и летчики-истребители. За 1943 г. частями 122-й истребительной авиационной дивизии ПВО было произведено 1857 самолето-вылетов, проведено 44 воздушных боя и сбито 47 самолетов противника{299}.

Самоотверженную борьбу с врагом вели и воины службы ВНОС. В 1943 г. фашистские самолеты в одиночку и группами стали нападать на посты ВНОС с тем, чтобы расстроить систему обнаружения и оповещения.

Перед коммунистами постов 6-го и 73-го отдельных батальонов ВНОС была поставлена задача овладеть мастерством ружейно-пулеметного огня по самолетам противника и мобилизовать личный состав постов на выполнение этой трудной задачи. В январе коммунист С. А. Назаров первым в частях ВНОС района открыл боевой счет, сбив огнем из личного оружия фашистский самолет. Этим самым было положено начало движения за уничтожение вражеской авиации постами ВНОС. Всего за войну личный состав постов 6-го и 73-го отдельных батальонов ВНОС сбил 19 и подбил 8 самолетов{300}.

Не сумев парализовать движение на Кировской железной дороге путем нанесения ударов с воздуха, немецко-фашистское [227] командование решило вывести ее из строя действиями диверсионных групп. При этом диверсионные группы часто нападали на посты ВНОС. Вот один из характерных примеров.

Наблюдательный пост 6-го отдельного батальона ВНОС в составе начальника поста коммуниста старшего сержанта Ф. А. Колпина и наблюдателей красноармейцев И. И. Филиппова и Т. С. Барановой находился недалеко от линии фронта (Пирт-озеро). Утром 6 сентября красноармеец Т. С. Баранова заметила группу противника в составе 50 человек, направлявшуюся в наш тыл. Об этом она доложила начальнику поста старшему сержанту Ф. А. Колпину. Перед боем Ф. А. Колпин обратился к своим товарищам со словами: «Ну, друзья, предстоит жестокий бой, на нас с надеждой смотрят матери, отцы и дети, нам. доверяет Родина. Не опозорим чести нашей, храбро будем драться с врагами, и мы победим».

Вражеские солдаты подошли к посту на расстояние 400 м и открыли огонь из пулеметов и автоматов.

Трое смельчаков, в том числе одна девушка, упорно дрались с превосходящими силами, оповещая о ходе боя ротный пост. От зажигательных пуль загорелось помещение поста, однако боец И. И. Филиппов быстро ликвидировал пожар и снова открыл огонь. Положение было критическим, противник все ближе и ближе подходил к посту. Казалось, еще одно усилие - и враг сомнет храбрецов. Но в это время в воздухе появились четыре наших истребителя. А как направить их на цель? Коммунист Ф. А. Колпин, проявив смекалку, выложил целеуказательную стрелу из нательного белья. От огня истребителей враг понес значительные потери. Это взбесило его еще больше. Как только самолеты улетели, противник с еще большей яростью стал атаковывать пост. В самый критический момент в воздухе появилась новая пятерка наших истребителей. С помощью летчиков вносовцы отстояли свой пост.

За этот бой старший сержант Ф. А. Колпин был награжден орденом Красного Знамени, а красноармейцы И. И. Филиппов и Т. С. Баранова орденами Отечественной войны II степени.

В итоге напряженных боевых действий части Мурманского района ПВО сорвали попытку противника вывести из строя Мурманский порт и Кировскую железную дорогу.

Всего частями Мурманского района ПВО и 122-й истребительной авиадивизии ПВО за 1943 г. было сбито 139 и подбито 30 самолетов врага[301].

Части Мурманского района ПВО приобрели значительный опыт организации и ведения противовоздушной обороны в условиях Заполярья. [228]

В годы Великой Отечественной войны воины противовоздушной обороны Заполярья с честью и достоинством выполняли свой долг перед Родиной. Вместе с личным составом других видов Вооруженных Сил они отстояли от врага Мурманский порт и Кировскую железную дорогу и обеспечили их бесперебойную работу.

Советский народ высоко оценил ратные подвиги воинов ПВО Заполярья. 1528 солдат, сержантов, офицеров и генералов удостоены высоких правительственных наград. 33-й и 426-й отдельные зенитные артиллерийские дивизионы, 190-й, 201-й зенитные артиллерийские бронепоезда и 6-й отдельный батальон ВНОС были награждены орденом Красного Знамени, а 313-й отдельный зенитный артиллерийский дивизион - орденом Красной Звезды{302}.

Весной 1943 г. ожесточенные воздушные бои развернулись на самом южном участке советско-германского фронта - на Кубани. В это время войска Северо-Кавказского фронта проводили наступательные операции по освобождению Таманского полуострова.

Для создания подавляющего превосходства в воздухе фашистское командование сосредоточило на Кубани основные силы 4-го воздушного флота, который насчитывал около 1500 самолетов, то есть больше половины всей немецкой авиации, действовавшей в это время на советско-германском фронте{303}.

Весной на Кубани развернулась напряженная борьба за господство в воздухе. В этой борьбе значительную роль сыграли части Ростовского района ПВО (командующий генерал-майор артиллерии Н. В. Марков) и 105-й истребительной авиационной дивизии ПВО (командир полковник Л. Г. Рыбкин).

Эти соединения обороняли от налетов немецко-фашистской авиации тыловые коммуникации Южного и Северо-Кавказского фронтов и промышленные объекты Северного Кавказа.

Всего за год на территории Ростовского района ПВО отмечалось 4597 самолето-полетов авиации противника{304}. Наибольшая активность ее наблюдалась в марте - мае. На эти месяцы приходилось около 2700 самолето-полетов{305}. Особенно ожесточенным налетам подвергались железнодорожные узлы Батайск и Ростов. [229]

В течение марта противник произвел на Батайск 10 массированных дневных налетов, в которых в общей сложности участвовало до 900 самолетов{306}. Стремление врага во что бы то ни стало разрушить этот железнодорожный узел объяснялось тем, что он являлся конечной выгрузочной станцией, питавшей войска левого крыла Южного фронта.

На противовоздушной обороне Батайска весной находились ограниченные силы зенитной артиллерии: 18-й отдельный зенитный артдивизион (командир майор А. М. Белявский) и 189-й отдельный зенитный артдивизион (командир майор В. Н. Близнюк){307}. Поэтому вся тяжесть отражения налетов вражеской авиации легла на 105-ю истребительную авиационную дивизию, которая имела в своем составе 45 боевых экипажей. Летчикам дивизии во взаимодействии с фронтовой авиацией и зенитной артиллерией ПВО удалось отразить эти налеты. Однако до 25 марта вследствие близости линии фронта и отсутствия своевременного оповещения наши истребители опаздывали с подъемом и встречали самолеты противника уже над объектом.

25 марта начала работать приданная дивизии радиолокационная станция (97-й отдельный взвод ВНОС). С этого времени оповещение частей 105-й истребительной авиационной дивизии резко улучшилось. Летчики получили возможность встречать авиацию противника на подступах к объектам. Успешное использование данных радиолокационной станции значительно повысило эффективность боевой работы истребителей. Только 27 марта, отражая очередной налет на Батайск, летчики дивизии сбили 13 самолетов{308}. Всего за март истребительная авиация ПВО уничтожила на подступах к Батайску 33, а зенитчики района 18 самолетов противника{309}.

В боях личный состав частей и подразделений ПВО показал образцы мужества и стойкости. Так, 25 марта, отражая налет 150 вражеских самолетов на Батайск, летчики 234-го истребительного авиационного полка ПВО капитаны Я. И. Верников и Н. К. Дураков смело вступили в бой с 5 истребителями противника и сбили 4 из них{310}. В этом бою отличились также 2-я и 3-я батареи 18-го отдельного зенитного артиллерийского дивизиона и 1-я батарея 189-го отдельного зенитного артиллерийского дивизиона. Личный состав указанных батарей, несмотря на ожесточенную бомбардировку, [230] ни на минуту не прекращал вести огонь и сбил восемь самолетов противника{311}.

27 марта 5 истребителей И-16 266-го истребительного авиационного полка ПВО, ведомые майором А. А. Гончаренко, встретили на подступах к Батайску 9 бомбардировщиков и вступили с ними в бой. Первую атаку они произвели на встречно-пересекающихся курсах. Все истребители по команде ведущего выпустили реактивные снаряды, которые разорвались перед боевым порядком бомбардировщиков. Бомбардировщики, не дойдя до цели, беспорядочно сбросили бомбы и стали уходить обратно. Наши летчики, преследуя их, произвели несколько атак и сбили 3 самолета. В бою отличился старший лейтенант М. Д. Быков, сбивший 2 самолета{312}.

Особенно ожесточенные бои по отражению массированных налетов немецко-фашистской авиации на Батайск Войска ПВО страны вели в мае.

Так, утром 9 мая более 160 бомбардировщиков под прикрытием 70 истребителей произвели налет на Батайск. Бомбардировщики шли тремя эшелонами, состоявшими из нескольких групп каждый. Радиолокационная станция обнаружила первый эшелон в районе северо-западнее Таганрога. В этом районе бомбардировщики на некоторое время задержались, ожидая истребителей прикрытия.

Задержка противника в районе северо-западнее Таганрога ввела в заблуждение командование 105-й истребительной авиационной дивизии ПВО. Оно решило, что противник будет действовать по нашему переднему краю. Поэтому подъем истребителей в воздух начался с опозданием, когда определилось движение бомбардировщиков в сторону Батайска.

Наши летчики проявили большую настойчивость и отвагу в бою, взаимную выручку и поддержку. Однако командир дивизии, неправильно оценив обстановку, поднял истребители с запозданием и ввел их в бой небольшими группами. Это привело к тому, что значительная часть бомбардировщиков проникла к объекту.

Прикрывающей группы истребителей выделено не было, поэтому значительная часть наших истребителей оказалась в ходе боя связанной истребителями противника.

Как и в предыдущих боях, только первая атака наших истребителей была групповой, а затем бой распадался на бой пар и одиночек, действовавших самостоятельно. Атаки велись не только на подступах к железнодорожному узлу Батайска, но и непосредственно над городом, вследствие чего действия зенитной артиллерии оказались связанными.

Отражая налет 9 мая, летчики 105-й истребительной авиационной [231] дивизии ПВО произвели 93 самолето-вылета и сбили 40 самолетов (35 бомбардировщиков и 5 истребителей). Зенитная артиллерия в этом бою сбила только 3 самолета{313}.

9 мая отличился летчик майор А. А. Гончаренко, сделавший за день 3 боевых вылета и сбивший 3 самолета. Лейтенант А. Е. Санников, капитан Г. И. Садовкин, старший лейтенант Ф. И. Перепелица уничтожили в этот день по 2 самолета противника{314}.

Понеся большие потери в дневных налетах и не добившись успеха, немецко-фашистская авиация 11 мая произвела ночной налет на Батайск силами до 150 бомбардировщиков. Однако интенсивный огонь зенитной артиллерии и действия наших истребителей заставили немецких летчиков беспорядочно сбросить бомбы, и ущерб, причиненный бомбардировкой железнодорожному узлу, оказался незначительным.

При отражении этого налета успешно действовал летчик капитан А. А. Аверьянов, уничтоживший в ночном бою 2 бомбардировщика{315}.

24 мая противник произвел последний массированный налет на Батайск. В налете участвовало до 70 бомбардировщиков и 20 истребителей. На этот раз бомбардировщики шли двумя эшелонами с северо-западного и юго-западного направлений. Разрыв по времени между эшелонами составлял 15 - 20 минут. Первый эшелон противника был обнаружен в 7.39.

Командир 105-й истребительной авиационной дивизии ПВО имел в своем распоряжении 44 истребителя. Он решил нанести удар всеми силами сначала по первому эшелону, а затем по второму. В ударную группу он выделил 33 истребителя, в прикрывающую - 7 истребителей и в группу поддержки - 4 истребителя.

В результате боя 24 мая наши истребители сбили 11 и подбили 13 самолетов.

Этот бой показал, что командир дивизии, учтя ошибки, допущенные 9 мая, действовал решительно, обеспечил твердое управление истребителями, о чем свидетельствует умелое перенацеливание их в воздухе. Летчики действовали грамотно, не увлекались преследованием подбитых и уходящих самолетов противника, настойчиво стремились решить главную задачу - не допустить бомбардировки объекта.

В последующие месяцы немецкая авиация большой активности в границах Ростовского района ПВО не проявляла. [232]

Таким образом, части Ростовского района ПВО и 105-й истребительной авиационной дивизии ПВО успешно отразили все налеты авиации противника на железнодорожный узел Батайск.

Основную роль в этих боях сыграла истребительная авиация, на долю которой приходится свыше 80 проц. всех сбитых самолетов.

При защите Батайска летчики ПВО приобрели большой опыт ведения групповых воздушных боев. Типичным воздушным боем стал такой, когда истребители производили всей группой атаку плотного боевого порядка бомбардировщиков, достигая тем самым нарушения их боевого порядка и возможности дальнейших атак отдельных бомбардировщиков и небольших групп.

Летом 1943 г. немецко-фашистское командование планировало развернуть новое наступление на советско-германском фронте.

Главный удар оно решило нанести в районе Курска, где в результате наступления советских войск зимой этого года образовался Курский выступ.

Для обеспечения успеха наступления под Курском противник принял меры к тому, чтобы создать мощную авиационную группировку и вновь захватить инициативу в воздухе. На советско-германский фронт были переброшены многие авиационные соединения из Германии и других театров войны. В результате этого в районах Орла, Белгорода и Харькова образовалась значительная группировка авиации, состоявшая из соединений 4-го и 6-го воздушных флотов общей численностью свыше 2000 самолетов{316}.

В предвидении крупного наступления неприятеля на Курском выступе Ставка Верховного Главнокомандования перебрасывала сюда новые и новые силы и средства. Большое внимание уделялось обеспечению войск продовольствием, боеприпасами и горюче-смазочными материалами.

Создание надежной противовоздушной обороны железнодорожных узлов и коммуникаций от налетов немецко-фашистской авиации было задачей огромной важности, от решения которой в значительной степени зависел успех подготовки наших войск к срыву наступления фашистских полчищ и разгрому их ударных группировок. Эта задача была возложена .Ставкой, на Войска противовоздушной обороны страны.

Противовоздушная оборона железнодорожных путей Курского выступа весной и летом 1943 г. представляет большой [233] интерес. Здесь впервые наиболее полно были разработаны и практически проверены основные формы организации и ведения Войсками ПВО страны противовоздушной обороны железнодорожных объектов в прифронтовой полосе.

Массовые железнодорожные перевозки в районе Курского выступа привлекли внимание фашистской авиации. Начиная с марта авиация противника активизирует свои действия на курском направлении, имея целью сорвать пополнение войск Центрального и Воронежского фронтов и тем самым создать благоприятные условия для наступления своих наземных войск.

Противовоздушную оборону железных дорог в районе Курского выступа осуществляли части Ряжско-Тамбовского, Воронежско-Борисоглебского и Харьковского дивизионных районов ПВО, а также часть сил Тульского дивизионного района ПВО.

Наиболее ответственные задачи выполняли части и подразделения Воронежско-Борисоглебского дивизионного (корпусного) района ПВО под командованием генерал-майора артиллерии Н. К. Василькова и 101-й истребительной авиационной дивизии ПВО (командир полковник А. Т. Костенко). Они осуществляли противовоздушную оборону важнейшего участка железной дороги Касторное - Курск.

Противовоздушная оборона железнодорожных коммуникаций на Курском выступе организовывалась в соответствии со сложившейся обстановкой, при тесном взаимодействии Войск ПВО страны с воздушными армиями и войсками ПВО Воронежского и Центрального фронтов.

Истребительная авиация ПВО была максимально приближена к обороняемым железнодорожным узлам и магистралям. Каждому полку намечалось несколько аэродромов или посадочных площадок, что обеспечивало широкий маневр истребителями.

Новым в применении истребительной авиации явилось назначение каждому истребительному авиаполку определенного участка железной дороги. Протяженность их была различной и зависела от боевого состава полков, важности участка и наличия аэродромов. Участки распределялись так, чтобы на полет к обороняемому объекту истребитель затрачивал минимум времени{317}.

Способы боевых действий истребительной авиации по прикрытию железнодорожных участков в зависимости от обстановки также были различными. Если система оповещения обеспечивала истребителям возможность заблаговременного вылета и перехвата противника до подхода его к обороняемым объектам, тогда применялось дежурство на аэродромах. [234]

Непрерывное патрулирование осуществлялось на тех железнодорожных участках, которые находились недалеко от линии фронта и подвергались активному воздействию вражеской авиации. Патрулирование производилось либо над всем обороняемым участком железной дороги, либо там, где в данный момент находился поезд. Патрулированием в воздухе прикрывались также районы выгрузки и сосредоточения войск.

Было четко отработано и успешно осуществлялось взаимодействие истребительной авиации ПВО с истребительной авиацией Центрального и Воронежского фронтов. Оно заключалось в распределении зон боя. Фронтовая истребительная авиация, располагаясь на передовых аэродромах, атаковала воздушного противника у линии фронта, составляя первый эшелон в противовоздушной обороне прифронтовых объектов. Истребительная авиация ПВО страны наносила удары по вражеским бомбардировщикам на дальних и ближних подступах к объектам до зоны огня зенитной артиллерии.

Зенитная артиллерия среднего калибра Войск ПВО страны применялась для прикрытия наиболее важных железнодорожных узлов и станций. Сильные группировки зенитной артиллерии были созданы для противовоздушной обороны таких [235] важных железнодорожных узлов, как Тула, Ряжск, Елец, Грязи, Курск, Касторное, Воронеж, Лиски, Валуйки. Группировка зенитной артиллерии строилась по принципу круговой обороны. Наибольшая плотность зенитного артиллерийского огня создавалась на подступах к вероятному рубежу бомбардирования. Зенитные артиллерийские батареи среднего калибра располагались в интервалах 2 - 3 км, а иногда и более.

Командные пункты полков и дивизионов располагались обычно вне населенных пунктов, вблизи от линии передовых батарей, что обеспечивало большую гибкость управления и упрощало организацию связи. Связь осуществлялась по проводным телефонным линиям и по радио.

Зенитная артиллерия малого калибра и зенитные пулеметы большей частью применялись для обороны небольших объектов (промежуточные станции и разъезды, мосты, склады, депо, водонапорные башни и т. д.).

Широкое применение в противовоздушной обороне железнодорожных коммуникаций под Курском нашли маневренные зенитные артиллерийские группы ПВО, в состав которых включались зенитные орудия среднего и малого калибров, зенитные пулеметы, необходимое количество транспортных средств, средств проводной и радиосвязи. Они применялись для обороны небольших железнодорожных объектов, ранее не прикрывавшихся войсками ПВО, но на которые периодически совершала налеты вражеская авиация, а также для временного прикрытия станций погрузки и выгрузки войск.

Огневые позиции маневренных групп выбирались и занимались скрытно, чаще всего ночью, на наиболее вероятных направлениях полета авиации противника. После 2 - 3 стрельб маневренная группа по специальному графику своим ходом перемещалась к новому объекту.

Важную роль в противовоздушной обороне железных дорог на Курском выступе сыграли зенитные бронепоезда. В составе Тульского, Ряжско-Тамбовского, Воронежско-Борисоглебского и Харьковского районов ПВО летом 1943 г. имелось 35 зенитных бронепоездов. Они успешно выполняли задачи по сопровождению эшелонов в пути, а также по временному прикрытию станций выгрузки (погрузки) войск и организации засад на промежуточных станциях и разъездах, не прикрываемых другими средствами ПВО.

Как и при обороне Кировской железной дороги, широко применялись группы противовоздушной обороны по сопровождению поездов в пути. В их состав входили зенитные пулеметные взводы, а также зенитные пушки малого калибра.

Основу службы ВНОС ПВО составляли наблюдательные посты, которые располагались по системе сетки. Наблюдательные посты Войск ПВО страны имели непосредственную связь с войсковыми постами ВНОС. [236]

В 101-й истребительной авиационной дивизии ПВО имелись три радиолокационные станции, которые использовались для наведения истребителей и разведки воздушного противника{318}.

Оповещение о воздушном противнике осуществлялось циркулярно по радио с главного поста ВНОС и по телефонным линиям связи на основные аэродромы ИА ПВО и воздушных армий фронтов. Система ВНОС в основном со своими задачами справилась. Особенно следует отметить четкую работу личного состава 29-го отдельного батальона ВНОС.

Управление частями ПВО, оборонявшими железнодорожные пути сообщения на курском направлении, имело ряд особенностей, которые обусловливались следующим: наличием в границах каждого прифронтового соединения ПВО большого количества отдельных железнодорожных объектов, удаленных друг от друга на значительных расстояниях; близостью расположения передовых частей ПВО и железнодорожных объектов к линии фронта; необходимостью маневрировать частями ПВО, перебрасывая их с обороны одних объектов на другие.

В силу этих обстоятельств в войсках ПВО широко применялось децентрализованное управление, которое прежде всего выражалось в создании особых оперативных групп. Штабы оперативных групп располагались, как правило, в районах важных железнодорожных объектов, а начальники оперативных групп являлись начальниками ПВО этих объектов.

Примером создания таких групп является Курская оперативная группа. Она осуществляла руководство боевыми действиями частей Воронежско-Борисоглебского района ПВО, оборонявшими один из самых важных железнодорожных участков на Курском выступе - участок Курск, Касторное. Группу возглавлял начальник штаба корпусного района ПВО полковник В. С. Гаврилов.

При отражении налетов авиации противника на объекты железнодорожных коммуникаций Курского выступа воины Войск ПВО страны действовали умело и решительно. От ударов наших летчиков-истребителей и зенитчиков фашистская авиация несла большие потери. Только 16 мая наши летчики сбили 16, а зенитчики 4 фашистских самолета. Поражением для врага закончился и налет 17 мая. Из 8 бомбардировщиков, пытавшихся прорваться к объекту, было уничтожено 7.

При налете немецкой авиации на станцию Алексеевка, которую оборонял 129-й зенитный бронепоезд (командир капитан Н. П. Корниенко), стойко сражался огневой взвод под командованием старшего сержанта М. С. Скулкина. Во [237] время боя М. С. Скулкин и несколько солдат получили ранения. В одном орудийном расчете создалось замешательство, тогда старший сержант М. С. Скулкин, напрягая последние силы, сам стал подавать команды. В этом бою зенитчики сбили 4 самолета.

Мужественно бились с врагом и женщины. 19 марта летчицы 586-го истребительного авиационного полка ПВО младшие лейтенанты Т. У. Памятных и Р. Н. Сурначевская на самолетах Як-1 патрулировали над железнодорожным узлом Касторное. В это время к охраняемому объекту подходили две группы бомбардировщиков Ю-88 численностью до 20 самолетов. Отважные летчицы смело атаковали их и, ведя неравный бой, в течение 10 минут сбили 4 Ю-88. Остальные самолеты, сбросив бомбы вне цели, повернули обратно{319}.

За этот бой приказом НКО СССР от 24 марта Т. У. Памятных и Р. Н. Сурначевская были награждены орденом Красного Знамени.

Отважно сражалось с противником пулеметное отделение 7-го зенитного пулеметного полка под командованием З. В. Прохода. Находясь на обороне моста через Дон у станции Лиски, пулеметчики своим огнем не давали самолетам противника пикировать на мост. Смелость и уверенность командира отделения передавались и бойцам. Отделение действовало слаженно и сбило 2 самолета{320}.

Высокое воинское мастерство и мужество воины ПВО страны проявили при отражении массированных налетов вражеской авиации на железнодорожный узел Курск.

При подготовке наступления на Курской дуге противник произвел на железнодорожный узел Курск два массированных налета (22 мая и 2 июня), в которых принимало участие около 1050 самолетов.

В налете 22 мая участвовало до 170 самолетов противника. При отражении этого налета отличились летчики 101-й истребительной авиационной дивизии ПВО коммунисты лейтенант А. А. Елдышев, капитаны Н. В. Подковщиков, В. И. Малахов, Н. В. Борисенко и другие. Лейтенант А. А. Елдышев, например, первым врезался в строй немецких бомбардировщиков и сразу же сбил Ю-87. Развернувшись, он точным огнем поджег второй «юнкерс», который взорвался на собственных бомбах. Заметив третьего «юнкерса», пытавшегося уйти с поля боя, А. А. Елдышев стремительно пошел в атаку. В это время появились четыре Ме-109ф. А. А. Елдышеву грозила опасность, но на помощь ему поспешил старший лейтенант Н. Л. Часнык, и третий Ю-87 был сбит. По два самолета [238] противника сбили коммунисты Н. В. Подковщиков, В. И. Малахов и Н. В. Борисенко.

Стойко защищали железнодорожный узел и воины 254-го зенитного артполка под командованием подполковника Н. А. Маркевича. Массированным огнем встретили они прорвавшихся к городу бомбардировщиков. Три самолета в этот день уничтожил дивизион, которым командовал старший лейтенант В. Н. Кузнецов.

При отражении налета на Курск 22 мая воины противовоздушной обороны совместно с летчиками фронтовой авиации уничтожили 65 вражеских самолетов, 9 из них сбили зенитчики.

Ценой любых потерь гитлеровское командование решило разрушить железнодорожный узел Курск. С этой целью враг организовал налет 2 июня - один из самых крупных за время Великой Отечественной войны. Он осуществлялся соединениями немецкой авиации, базировавшимися на Орловском и Донецком аэродромных узлах. Налет начался в 4.39 и закончился в 14.50. Самолеты противника шли к объекту пятью эшелонами (от 25 до 167 самолетов в каждом) с дистанцией между эшелонами по времени от 1 до 3 часов. Подход к объекту совершался с разных направлений на высотах от 1500 до 7000 м.

На перехват первого эшелона поднялось 53 истребителя 16-й воздушной армии Центрального фронта и 42 истребителя 101-й истребительной авиационной дивизии ПВО. Фронтовая истребительная авиация связала боем истребителей сопровождения и атаковала бомбардировщиков севернее Фатежа.

Летчики 101-й истребительной авиационной дивизии ПВО атаковали отдельные группы бомбардировщиков на подступах к Курску. В результате успешных действий истребительной авиации были рассеяны и частично уничтожены пять групп бомбардировщиков противника; в зону огня зенитной артиллерии прорвались лишь около 30 бомбардировщиков. Шестой группе в количестве 24 бомбардировщиков удалось обойти район воздушных боев и без потерь проникнуть к железнодорожному узлу, но здесь она была встречена огнем 254-го зенитного артиллерийского полка.

Второй эшелон состоял из 20 бомбардировщиков под прикрытием 5 истребителей. Его обнаружили в 6.32 к югу от Курска. Для борьбы с ними направили 16 самолетов 101-й истребительной авиационной дивизии ПВО. Они атаковали противника на подступах к Курску и сбили 8 машин.

Третий эшелон обнаружили в 8.25 северо-западнее Курска. Он насчитывал 100 бомбардировщиков, шедших пятью группами под прикрытием 50 истребителей. Через несколько минут в воздух поднялись 51 истребитель 16-й воздушной армии и 16 самолетов 101-й истребительной авиационной дивизии [239] ПВО. Воздушный бой начался северо-западнее Фатежа и проходил вплоть до зоны огня зенитной артиллерии, к которой прорвалось около 55 бомбардировщиков.

Четвертый и пятый эшелоны (167 бомбардировщиков и 14 истребителей) наносили удар по Курску с юга и юго-запада. Бомбардировщики шли на большой высоте (6000 - 7000 м) несколькими группами под прикрытием истребителей. Против них сражалось 205 истребителей. Однако им не удалось перехватить все эти группы. Около 100 бомбардировщиков нанесли удар по объектам железнодорожного узла. Всего в дневном налете на Курск 2 июня участвовало 543 самолета, из них бомбардировщиков - 424 и истребителей - 119.

В ночь на 3 июня немцы провели ночной налет. Их самолеты шли непрерывным потоком, заходя на объект с разных сторон группами в 3 - 5 самолетов и по одному. В ночном налете участвовало до 300 самолетов.

Всего при отражении налета 2 июня Войска ПВО страны совместно с силами и средствами войсковой ПВО уничтожили 145 самолетов{321}. [240]

Немецко-фашистской авиации, несмотря на отчаянные усилия, не удалось разрушить железнодорожный узел. Основные элементы узла сохранились, и уже через 12 часов после окончания ночного налета его работа возобновилась.

Мужественно и стойко сражались с врагом летчики истребительной авиации ПВО страны. В ожесточенных боях 2 июня они сбили 54 самолета противника{322}. Заместитель командира полка по политчасти Герой Советского Союза майор В. Ф. Башкиров в пяти воздушных боях сбил 2 самолета противника, лейтенант А. А. Елдышев, капитан Б. Я. Терновой - по 4, капитан П. П. Калюжный, старший лейтенант М. П. Старжинский - по 3, комсомолец сержант С. Г. Яковенко сбил 2 самолета противника{323}. В этом бою отличились также летчики старшие лейтенанты Г. К. Гультяев, Н. Н. Кузнецов, лейтенанты М. М. Митенков, К. Ф. Карпов и многие другие.

Командующий 16-й воздушной армией генерал-лейтенант С. И. Руденко после боя заявил, что он много наблюдал воздушных боев, но такого упорства, такой стремительности, такого мужества в борьбе в воздухе еще не видел{324}.

Зенитная артиллерия Войск ПВО страны в бою 2 июня уничтожила 27 вражеских самолетов.

Умело действовали воины 254-го зенитного артиллерийского полка. Полк уничтожил за сутки 22 вражеских самолета{325}. Отважно сражались в этом бою лейтенант М. В. Корявко, младший сержант Н. И. Кравцова, красноармеец П. И. Загребальный, ефрейтор Н. М. Переверзева и другие.

Понеся тяжелые потери и не достигнув намеченной цели, противнику пришлось отказаться от массированных ударов и перейти к ночным действиям небольшими группами самолетов.

В итоге боевых действий Войска ПВО страны в тесном взаимодействии с истребительной авиацией и зенитной артиллерией Центрального и Воронежского фронтов сорвали планы немецко-фашистского командования по выводу из строя железнодорожных коммуникаций наших войск на курском направлении.

В боях под Курском высокое воинское мастерство, мужество и отвагу показали воины ПВО страны. Родина высоко оценила их ратный труд. Много солдат, сержантов и офицеров удостоились высоких наград.

За отличное выполнение боевых задач по противовоздушной овороне объектов на Курском выступе 487-й и 910-й истребительные [241] авиационные полки ПВО были преобразованы в гвардейские.

Президиум Верховного Совета СССР своим указом в 1944 г. за отличное выполнение задач по противовоздушной обороне коммуникаций войск, за мужество и героизм личного состава при отражении налетов вражеской авиации наградил орденом Красного Знамени 183-й зенитный артиллерийский полк, 254-й зенитный артиллерийский полк, 7-й зенитный пулеметный полк и 55-й зенитный бронепоезд, а указом Президиума Верховного Совета СССР в 1945 г. за героизм и мужество личного состава в боях под Курском и последующих боях 29-й отдельный батальон ВНОС был награжден орденом Красной Звезды.

Постоянная боевая готовность, высокое воинское мастерство и самоотверженное служение Родине, проявленные в битве под Курском советскими летчиками, зенитчиками, пулеметчиками и вносовцами, служат примером для воинов Войск ПВО страны, которых наш народ по праву считает зоркими часовыми советского неба.

Противовоздушная оборона крупных промышленных центров

Готовясь к летнему наступлению 1943 г., немецко-фашистское командование предприняло массированные налеты авиации на промышленные города Советского Союза, расположенные в глубоком тылу. Основная цель этих налетов состояла в том, чтобы разрушить имевшие важное оборонное значение предприятия, расположенные в Горьком, Саратове и Ярославле.

Опыт отражения налетов на Горький и Саратов поучителен и заслуживает изучения.

Противовоздушная оборона Горького начала создаваться с началом Великой Отечественной войны, в 1942 - 1943 гг. она непрерывно усиливалась и совершенствовалась.

К июню 1943 г. противовоздушную оборону города осуществляли части Горьковского корпусного района ПВО (командующий генерал-майор артиллерии А. А. Осипов, начальник штаба подполковник В. В. Совко, командующий артиллерией полковник П. А. Долгополов) и 142-й истребительной авиационной дивизии ПВО (командир подполковник В. П. Иванов).

Эти соединения на 1 июня 1943 г. имели в своем составе 47 экипажей истребительной авиации, подготовленных для действий ночью, в том числе 41 экипаж на обороне Горького, орудий СЗА - 433, орудий МЗА - 82, станций орудийной наводки (СОН-2) - 13, радиолокационных станций - 2, зенитных прожекторов -231, аэростатов заграждения - 107{326}. [242]

Истребительная авиация имела 12 зон ночного патрулирования, в каждой из которых действовал истребитель. Зоны ночного патрулирования располагались равномерно вокруг обороняемого пункта и вплотную примыкали к зоне огня зенитной артиллерии Горького, Балахны и Дзержинска. Истребительной авиации запрещалось входить в зону огня зенитной артиллерии. Световых прожекторных полей для обеспечения боевых действий истребителей ночью не создавалось.

Боевые порядки зенитной артиллерии среднего калибра располагались вокруг города в трех секторах. Начальниками секторов являлись командиры зенитных артиллерийских полков. Полки строили свои боевые порядки в несколько линий зенитных батарей. Однако глубина боевых порядков была небольшой. Так, передовая линия зенитных батарей находилась на удалении 5 - 7 км от границ обороняемых объектов. В то же время многие зенитные батареи располагались непосредственно у объектов и на их территории. Интервалы между батареями у объектов равнялись 1,5 - 2,5 км, а на внешней границе боевых порядков доходили до 5 - 6 км.

Большое уплотнение боевых порядков зенитной артиллерии среднего калибра непосредственно у обороняемых объектов - основной недостаток в ее группировке. Получилось так, что наибольшая плотность зенитного артиллерийского огня создавалась над объектами. Необходимой же плотности огня зенитной артиллерии на подступах к рубежу бомбардирования не обеспечивалось.

Для отражения ночных налетов немецкой авиации основным видом стрельбы зенитной артиллерии среднего калибра все еще оставался заградительный огонь. Объясняется это следующим: во-первых, зенитных прожекторов не хватало и граница созданной ими световой зоны почти совпадала с внешней границей зоны зенитного огня, что не обеспечивало необходимого светового упреждения для стрельбы зенитной артиллерии; во-вторых, стрельба по ненаблюдаемой цели по данным СОН в достаточной степени освоена не была.

Службу ВНОС осуществляли 2 (101-й и 8-й) батальона ВНОС и около 30 внештатных постов ВНОС. Большинство этих постов располагалось вдоль рек Волга и Ока и вдоль железных и шоссейных дорог, являвшихся основными ориентирами для полетов вражеской авиации.

Оповещение всех частей ПВО возлагалось на главный пост ВНОС корпусного района. Оповещение зенитных артиллерийских частей, кроме того, должны были осуществлять их наблюдательные пункты.

Кроме постов визуального наблюдения для разведки воздушного противника использовались две радиолокационные станции типа «Пегматит». Обе станции находились в подчинении [243] командира 142-й истребительной авиационной дивизии ПВО и обеспечивали боевые действия ее частей. Станции располагались в Правдинске и Сейме. Возможности станций заранее проверены не были. Только после первых налетов немецкой авиации выяснилось, что станция, находившаяся в Сейме, не «просматривает» южный и юго-западный секторы и ее работа экранируется высоким южным берегом Оки. В последующем эту станцию передислоцировали в Богородск.

Управление боем частей ПВО планировалось осуществлять с командного пункта командующего войсками корпусного района ПВО, а в секторах - с командных пунктов начальников секторов. Командные пункты ряда частей ПВО находились в городе, вблизи обороняемых объектов.

Основным видом связи являлась телефонная связь. Для каждого звена управления была подготовлена лишь одна телефонная линия (с КП корпусного района на КП полков, с КП зенитных артиллерийских полков на КП дивизионов и т. д.). Одна линия проводной связи, естественно, не могла обеспечить оповещение о противнике, передачу приказов и приказаний, а также получение донесений.

Радиосвязь некоторыми командирами частей и подразделений недооценивалась и рассматривалась как дублирующее средство для оповещения, передачи команд и донесений.

Так в основном была организована противовоздушная оборона Горького к июню 1943 г.

Первый массированный налет на Горький противник произвел в ночь на 5 июня без предварительной разведки. Всего в период с 4 по 22 июня немецко-фашистская авиация совершила 7 массированных ночных налетов на Горький. В этих налетах участвовало до 645 самолетов. Каждый налет продолжался от полутора до двух с половиной часов. Самолеты противника поднимались с Брянского и Орловского аэродромных узлов за 20 - 30 минут до наступления темноты, в сумерках они пересекали линию фронта и примерно в 22.30 - 23.10 подходили к Горькому. Основная трасса полетов проходила через Рязань. Впереди обычно шли самолеты-лидеры, обозначавшие объекты бомбометания светящимися бомбами. Освещение объектов поддерживалось в течение всего налета. Затем с разных сторон и на разных высотах подходили мелкие группы и одиночные самолеты, имевшие своей задачей скрыть направление удара главных сил отвлечением на себя огня зенитной артиллерии и истребителей ПВО. Главные силы бомбардировщиков подходили к городу с западного, юго-западного и восточного направлений.

Первый налет противник произвел силами до 45 бомбардировщиков. Ночью 4 июня штаб Горьковского корпусного района ПВО получил от Центрального поста ВНОС из Москвы [244] сообщение о том, что большая группа бомбардировщиков противника прошла Курск по курсу 90°. В распоряжении штаба оставалось 20 - 30 минут до их подхода к границам Горьковского района ПВО. Через несколько минут частям района объявили положение ? 1.

Получив донесение с наблюдательного поста о приближении двух бомбардировщиков, огонь открыли подразделения 742-го зенитного артиллерийского полка (командир полка подполковник М. Ф. Евгенов), а затем начала действовать зенитная артиллерия всех секторов{327}. Части зенитной артиллерии в основном вели заградительный огонь постановкой на пути предполагаемого курса цели неподвижной огневой завесы.

Станции СОН-2 не использовались с полной нагрузкой из-за слабого знания личным составом их возможностей.

Наличие в полках только одной линии связи затрудняло управление, причем в результате бомбардировки во многих частях проводная связь нарушилась.

Маневрирование огнем в первый день боя было слабым. Подразделения медленно переходили от заградительного огня к сопроводительному и наоборот. Также медленно осуществлялись переносы огня с одной завесы на другую.

Управление огнем со стороны командиров полков осуществлялось исключительно с вышки. Командир полка видел только то, что происходило в поле его зрения. Видел разрывы снарядов, слышал над головой шум самолетов, но то, что происходило в секторе полка, он не мог своевременно воспринимать и быстро реагировать на все изменения обстановки. Его распоряжения приходили в подразделения с опозданием и становились нереальными. Командир полка фактически часто фиксировал распоряжения начальника штаба и командиров дивизионов, которые в свою очередь, чувствуя себя связанными волей командира, действовали нерешительно.

Первый налет показал нецелесообразность расположения командных пунктов зенитных артиллерийских полков в подвальных помещениях городских зданий, так как они сразу же оказались в зоне бомбардировки, во многих частях проводная связь вышла из строя, а это поставило под угрозу управление огнем.

Зенитная артиллерия малого калибра и зенитные пулеметы в первый день налета вели огонь по светящимся авиабомбам и снижающимся самолетам противника. Однако их огонь был недостаточно эффективным. Зенитная артиллерия среднего калибра к уничтожению светящихся авиабомб не привлекалась. [245]

Взаимодействие между зенитной артиллерией и зенитными прожекторами было организовано нечетко. Всего прожекторы осветили 15 целей, однако ни одну из них зенитная артиллерия не обстреляла.

Истребители в зоны патрулирования поднялись с опозданием. Всего было произведено 12 самолето-вылетов, причем произошла только одна встреча с противником. Командир эскадрильи 423-го истребительного авиационного полка капитан В. А. Шилов шесть раз атаковал вражеский самолет, однако огонь открывал с большого расстояния. После шестой атаки отказало вооружение. При преследовании противника самолет капитана В. А. Шилова был пойман в лучи прожекторов, в результате чего он потерял противника{328}.

Отмеченные недостатки не позволили сбить ни одного самолета. Значительная часть бомбардировщиков прорвалась к объектам и сбросила бомбы.

После первого налета в Горький выехал командующий Войсками ПВО территории страны генерал-полковник М. С. Громадин с группой офицеров, которые на месте приняли необходимые меры по совершенствованию противовоздушной обороны города.

При отражении второго и третьего налетов, произведенных в ночь на 6 и 7 июня силами 80 и 160 бомбардировщиков, средства ПВО действовали примерно так же, как и при отражении первого налета, так как к этому времени еще не были полностью реализованы указания командующего войсками ПВО.

Четвертый налет авиация противника произвела в ночь на 8 июня силами до 80 бомбардировщиков. Налет производился эшелонированно по времени и высоте (3500 - 5000 м).

Служба ВНОС своевременно оповестила части и соединения.

К этому времени в противовоздушной обороне Горького удалось провести значительные изменения. Прежде всего перестроили схему заградительного огня. В автозаводском секторе значительно увеличили количество огневых средств. В достаточном количестве подвезли боеприпасы. Командные пункты некоторых зенитных артиллерийских полков (784-го, 1291-го и других) вынесли из города в поле и приблизили к боевым порядкам. Во всех частях пересмотрели вопрос о месте командира в бою. Командир полка теперь находился там, откуда удобнее управлять боем. Значительно улучшилась связь.

В результате всех этих мероприятий эффективность противовоздушной обороны повысилась. Основной массе бомбардировщиков [246] прорваться к автозаводу не удалось. В районе автозавода упали лишь три фугасные авиабомбы, не причинив существенного ущерба цехам. Зенитчики 784-го полка (командир подполковник М. П. Бирюков) и 1291-го полка (командир майор И. Б. Зугер) сбили четыре вражеских самолета.

При отражении этого налета более успешно действовала и истребительная авиация.

При отражении последующих налетов, произведенных в ночь на 11, 14 и 22 июня силами от 70 до 130 самолетов каждый, части и подразделения района ПВО действовали более организованно, в результате чего большинство самолетов противника не могли прорваться к объектам.

Всего при отражении семи воздушных налетов части Горьковского корпусного района и 142-й истребительной авиационной дивизии ПВО уничтожили 14 бомбардировщиков противника. Однако из-за недостаточной боевой готовности отдельных частей и подразделений и недочетов в управлении войсками часть бомбардировщиков противника прорвалась к объектам и причинила им ущерб.

Истребительная авиация при отражении ночных налетов противника действовала преимущественно из зон патрулирования. Всего при отражении 7 налетов летчики сделали 201 самолето-вылет. В 12 воздушных боях истребители подполковник А. Я. Ковригин, капитаны Н. А. Малякин, В. И. Воронович, старшие лейтенанты Л. Н. Клойз, Б. С. Табарчук, лейтенант В. И. Люльков уничтожили 6 бомбардировщиков.

Однако в ходе боевых действий выявилось много недостатков. Эти недостатки состояли в следующем: не было четкого взаимодействия между зенитной артиллерией и истребительной авиацией при ведении боя в одной зоне. Получалось так, что либо истребители обстреливались зенитной артиллерией, либо последняя прекращала огонь во избежание поражения своих самолетов; плохо осуществлялось управление истребителями. На принятие решения командиром дивизии затрачивалось много времени, в результате чего передача приказов и распоряжений на аэродромы обычно запаздывала.

Крайне незначительная эффективность действий ночных истребителей 142-й истребительной авиационной дивизии ПВО явилась результатом не только плохой организации взаимодействия и управления, но и недостаточной обученности летного состава действиям ночью без светового обеспечения.

Факты показывают, что 50 проц. летчиков вели поиск, находясь на светлой части горизонта по отношению к противнику, что давало ему возможность обстреливать наши самолеты огнем бортового оружия. Выявилось также неумение летчиков определять расстояние до обнаруженных самолетов, вследствие чего огонь обычно открывался с больших дистанций [247] и не давал должного эффекта. Некоторые летчики, не имея навыков ведения воздушного боя ночью, стремились без всякой на то необходимости таранить самолеты противника, тогда как боекомплекты не расходовались. Положительных результатов это не давало: из шести попыток произвести таран только одна закончилась успешно.

В зенитной артиллерии среднего калибра при отражений первых трех налетов немецкой авиации выявилась полная несостоятельность ранее принятой схемы заградительного огня. Вследствие недостаточного расстояния между линиями завес открытие огня по вторым и последующим эшелонам бомбардировщиков противника запаздывало. Учтя опыт, командование корпусного района изменило схему заградительного огня. Был произведен маневр зенитной артиллерией и усилена оборона на основных направлениях действий авиации противника. Вместо трех линий завес подготовили две. Внутренняя линия завес устанавливалась на удалении 2 - 3 км от границ объекта, а внешняя - на удалении 6 - 7 км от внутренней.

Создание новой схемы заградительного огня значительно повысило его эффективность, что дало возможность зенитной артиллерии при отражении последующих налетов сбить 8 самолетов противника{329}.

Зенитная артиллерия малого калибра при отражении всех семи налетов не сбила ни одного немецкого самолета. Это объясняется тем, что авиация противника действовала на высотах, превышающих дальность действительного огня зенитной артиллерии малого калибра.

Зенитные прожекторы обеспечивали стрельбу зенитной артиллерии путем создания световых зон. При отражении налетов прожектора осветили 90 вражеских самолетов. Четкого взаимодействия между прожекторными станциями-искателями и станциями-сопроводителями установить не удалось, и последние пропустили до 36 целей, обнаруженных искателями. Не было также четкого взаимодействия между зенитной артиллерией и прожекторами, в результате зенитная артиллерия обстреляла только 3 освещенных цели.

После третьего налета для обеспечения ночного боя истребителей силами различных прожекторных подразделений наспех создали одно СПП. Опыта взаимодействия между собой прожекторные подразделения не имели, и в СПП был освещен только один немецкий бомбардировщик.

Централизованного управления боем частей ПВО с командного пункта корпусного района, в связи с нарушением проводной связи, осуществить не удалось. В этих условиях управление частями осуществлялось децентрализованно [248] начальниками секторов, а роль начальника пункта ПВО сводилась к общей ориентировке частей в обстановке. В ходе боя выявилась и слабая подготовка офицеров штабов, которые недостаточно четко знали свои функциональные обязанности и не могли обеспечить своевременный сбор и проверку донесений, составить доклад командиру и донесение в вышестоящий штаб.

На Саратов в период с 12 по 27 июня 1943 г. авиация противника совершила девять ночных налетов, в которых участвовало до 420 бомбардировщиков.

Саратов прикрывали в это время части Саратовско-Балашовского дивизионного района ПВО (командующий полковник М. В. Антоненко, начальник штаба подполковник Н. А. Тихонов) и 144-й истребительной авиационной дивизии ПВО под командованием майора И. П. Суворова.

К началу налетов немецко-фашистской авиации на Саратов боевой состав этих соединений характеризовался следующими данными: боевых экипажей истребительной авиации насчитывалось 41, причем все они находились на ПВО Саратова; для ночных действий было подготовлено 23 экипажа истребителей; орудий СЗА было 192, орудий МЗА 72, пулеметов ДШК 90, станций орудийной наводки 4, зенитных прожекторов 98, аэростатов заграждения 48.

В основу построения противовоздушной обороны Саратова были положены принципы ПВО Горького.

После длительной разведки объектов Саратова 50 самолетов противника произвели в ночь на 13 июня первый налет. К объекту они подходили небольшими группами с южного направления. Бомбометание производилось с горизонтального полета с высоты 3000 - 4000 м.

Служба ВНОС своевременно обнаруживала подход бомбардировщиков и оповещала части и подразделения ПВО Саратова. Воздушную тревогу в городе объявили за 12 минут до подхода авиации к зоне огня. Зенитная артиллерия среднего калибра вела заградительный и сопроводительный огонь по данным СОН-2. Ее огнем удалось сбить 2 самолета. Зенитная артиллерия малого калибра и зенитные пулеметы обстреливали светящиеся авиационные бомбы. Прожекторы произвели 24 групповых поиска, но вследствие низкой облачности осветили лишь одну цель. Аэростаты заграждения поднимались в воздух на высоту 1500 - 2000 м.

Всего при отражении ночных налетов авиации противника на Саратов летчики 144-й истребительной авиационной дивизии ПВО произвели 179 самолето-вылетов. При этом они обнаружили самолеты противника и провели с ними воздушные бои только в 22 случаях, уничтожив 3 машины. Такая [249] низкая эффективность ночных действий истребителей явилась следствием крупных недочетов в организации боя и управления им со стороны командира дивизии.

В ряде случаев решение на вылет истребителей принималось несвоевременно. Распределение самолетов по зонам часто не соответствовало воздушной обстановке, а система управления не обеспечивала перевода их из одних зон в другие. Так, например, в ночь на 13 июня основные силы наших истребителей сосредоточили в зонах ? 4 и ? 1, а противник в основном проходил через зоны ? 5 и ? 2.

Взаимодействие истребителей с зенитной артиллерией и зенитными прожекторами было также плохо организовано. Это привело к тому, что свои истребители часто освещались прожекторами и обстреливались огнем зенитной артиллерии.

В ходе боев выяснилось, что летный состав дивизии слабо подготовлен для действий в ночных условиях.

Зенитная артиллерия вела стрельбу преимущественно заградительным огнем. Стрельба основным способом применялась только по 5 освещенным прожекторами целям, которые в лучах прожекторов находились от 30 до 60 секунд. За это время зенитные батареи среднего калибра смогли произвести не более 4 - 5 залпов, так как переход от заградительного огня к сопроводительному осуществлялся слишком медленно.

За весь период налетов зенитная артиллерия среднего калибра сбила 12 самолетов{330}.

Зенитные прожекторы при отражении налетов авиации противника произвели 188 поисков группами прожекторов и осветили 29 самолетов. Однако вследствие кратковременности освещения и медленного перехода зенитной артиллерии от заградительного огня к стрельбе основным способом было обстреляно только 5 целей, но ни один освещенный самолет сбить не удалось.

Несмотря на эти недостатки, личный состав проявил большое мужество и отвагу, в результате чего значительной части вражеских бомбардировщиков к объектам прорваться не удалось.

Храбро сражались с врагом пулеметчики 720-го зенитного артиллерийского полка. Сержанты Николай Двуреченский и Иван Политков, ефрейтор Мария Пиминова проявили исключительное бесстрашие при отражении налетов вражеских самолетов. Пулемет сержанта Н. Двуреченского стоял на крыше огромного бензобака, рядом находилось бензохранилище, которое загорелось. Вот-вот мог взорваться и бензобак. Несмотря на это, его расчет продолжал отражать налет вражеской авиации. [250]

Смертью храбрых погибла пулеметчица комсомолка О. З. Кумылганова. Вместе с другими отважными девушками она стойко и умело вела огонь из пулемета по немецкому самолету, пикировавшему на бензохранилище. Когда один из бензобаков вспыхнул, О. З. Кумылганова бросилась спасать пулемет и боеприпасы. Она погибла от прямого попадания бомбы{331}.

Четко работала прожектористка 43-го зенитного прожекторного полка А. М. Ларионова. Будучи в расчете четвертым номером, она, несмотря на бомбежку, четко передавала команды для поиска вражеских самолетов, и только смерть от разорвавшейся бомбы противника вывела из строя храброго воина{332}.

При отражении последнего налета противника на Саратов (в ночь на 27 июня) успешно применялось задымление отдельных объектов и наиболее характерных ориентиров.

В ходе предыдущих налетов было установлено, что ориентирами для подхода самолетов противника к основным объектам города служат Волга, ряд ее притоков и островов. Поэтому командование решило прикрыть дымовой завесой железнодорожный мост через реку, южную оконечность острова и приток Волги в районе завода «Крекинг». В соответствии с этим решением были расставлены дымовые средства, в том числе использованы четыре катера с дымовыми средствами.

В ночь на 27 июня при налете вражеской авиации дымовые средства привели в действие. Задымление дало большой эффект. Об этом говорит тот факт, что в эту ночь ни одна из [251] сброшенных вражеской авиацией бомб не попала в цель Летчики сбитого самолета показали, что при налете привычные для них ориентиры исчезли и цель они не нашли{333}.

В июне 1943 г. немецко-фашистская авиация одновременно с бомбардировочными налетами на города Горький и Саратов произвела два массированных налета на Ярославль.

В первом налете, в ночь на 10 июня, участвовало до 65 бомбардировщиков, во втором налете, в ночь на 22 июня, до 45 бомбардировщиков. При налете в ночь на 10 июня одновременно применялись отвлекающие удары по пунктам Рыбинск, Константиновский, Иваново, Комсомольск и Углич группами по 4 - 6 самолетов.

Противовоздушную оборону Ярославля в тот период осуществляли части Рыбинско-Ярославского дивизионного района ПВО (командующий генерал-майор артиллерии И. С. Смирнов, начальник штаба подполковник И. А. Киселев) и 147-й истребительной авиационной дивизии ПВО (командир полковник И. И. Красноюрченко).

Из их состава на противовоздушной обороне Ярославля находилось 17 экипажей ИА, подготовленных для действий ночью, 75 орудий СЗА, 19 орудий МЗА, 55 зенитных пулеметов и незначительное количество зенитных прожекторов и аэростатов заграждения. Части Рыбинско-Ярославского дивизионного района ПВО и 147-й истребительной авиационной дивизии по сравнению с частями Горьковского и Саратовско-Балашовского районов имели гораздо больший опыт борьбы с воздушным противником и находились в более высокой степени боевой готовности. Противовоздушной обороной Ярославского промышленного района непосредственно занимался городской комитет обороны.

Так, еще в марте 1943 г. городской комитет обороны, расследуя результаты налетов авиации противника на Рыбинск, установил, что эти налеты стали возможными потому, что в артиллерийских батареях не было надлежащего порядка, а среди личного состава допущена беспечность, вследствие чего активные средства противовоздушной обороны, расположенные в районе г. Рыбинск, своевременно не были приведены в действие{334}.

Постановлением ? 14-П от 21 марта Ярославский городской комитет обороны предложил командующему Рыбинско-Ярославским дивизионным районом ПВО проверить боеспособность всех частей и подразделений ПВО, повысить их боевую готовность и дисциплину личного состава{335}.

В соответствии с этим постановлением была пересмотрена группировка средств ПВО. Основную массу зенитной [252] артиллерии сосредоточили в северо-западном секторе для прикрытия наиболее важных промышленных объектов. Это позволило увеличить глубину плоской зоны огня на высоте 7000 м до 17 - 18 км от центра города. Для наведения истребителей шире стали применяться радиолокационные станции «Пегматит», что значительно увеличило количество встреч истребителей с бомбардировщиками противника.

Проведенные мероприятия сыграли положительную роль. При отражении воздушных налетов авиации противника на Ярославль в июне 1943 г. части ПВО действовали слаженно и организованно.

Служба ВНОС своевременно обнаруживала вражеские самолеты и оповещала части. Это давало возможность командующему районом все время быть в курсе обстановки. Так, например, при отражении налета в ночь на 10 июня еще при подходе бомбардировщиков к границам района ПВО командующий уже принял решение на подъем истребительной авиации и приведение наземных средств ПВО в полную боевую готовность.

Истребители выходили в заранее установленные три зоны патрулирования. Наведение их осуществлялось по радио с командных пунктов дивизии и полков по данным радиолокационных станций «Пегматит». При отражении двух налетов на Ярославль истребительная авиация произвела 51 самолето-вылет, в 18 воздушных боях было сбито 4 самолета, причем 2 из них тараном.

Зенитная артиллерия среднего калибра вела заградительный и сопроводительный огонь и сбила 6 самолетов{336}. Зенитная артиллерия малого калибра и зенитные пулеметы вели борьбу с пикирующими на объекты самолетами и со светящимися авиационными бомбами. В ходе отражения воздушных налетов они уничтожили один самолет и 40 светящихся авиабомб.

В ночь на 10 и 21 июня производились подъемы аэростатов заграждения. Несмотря на небольшое количество аэростатов, поднимаемых в воздух, они все же не позволяли самолетам противника действовать ниже потолка подъема. В ночь на 10 июня при попытке проникнуть к объекту вражеский бомбардировщик столкнулся с тросом и рухнул на землю.

Всего при отражении налетов авиации противника на Ярославль войска ПВО сбили 12 самолетов. Из 110 вражеских самолетов, участвовавших в налетах, к объектам прорвалось только 32{337}.

Опыт отражения налетов бомбардировщиков противника [253]

на Ярославль показал, что даже при наличии недостаточного количества сил и средств ПВО, но при правильной их расстановке и надлежащей боевой готовности войск можно обеспечить надежную оборону объектов.

Итак, Войска противовоздушной обороны страны, прикрывавшие Горький, Саратов и Ярославль, при отражении налетов в июне 1943 г. сбили свыше 40 вражеских бомбардировщиков и в основном сохранили прикрываемые объекты от разрушений.

Опыт отражения налетов подтвердил требование советской военной науки о том, что срыв воздушных операций противника, направленных против объектов в глубине страны, должен осуществляться действиями не только войск ПВО, которые обороняют эти объекты, но также действиями фронтовых средств ПВО и войск ПВО районов, через которые пролетает противник в глубину страны, а в случае необходимости - действиями нашей дальней авиации по аэродромам базирования вражеских бомбардировщиков.

Однако это требование в период налетов авиации противника на Горький и Саратов в полной мере не выполнялось. Только дальняя авиация по указанию Ставки нанесла несколько ударов по аэродромам, на которых базировались бомбардировщики противника. Фронтовые средства ПВО в уничтожении вражеской авиации, пролетавшей через их полосы, участия не принимали.

Войска ПВО страны во втором периоде Великой Отечественной войны успешно отражали налеты немецко-фашистской авиации на прикрываемые ими объекты и нанесли ей большие потери. За 1943 г. они уничтожили 1615 самолетов противника, в том числе истребительная авиация - 933 самолета, зенитная артиллерия и зенитные пулеметы - 682 самолета.

Наиболее ожесточенные бои во втором периоде войны Войскам ПВО страны пришлось вести с авиацией противника, пытавшейся нарушить нормальную работу железных дорог в прифронтовой полосе.

Опыт этих боев показал, что успешное выполнение задач по противовоздушной обороне железнодорожных коммуникаций в прифронтовой полосе возможно только совместными усилиями Войск ПВО страны с войсковой ПВО. Полностью оправдало себя взаимодействие, в основу которого было положено разделение зон боя между силами и средствами ПВО фронтов и Войск ПВО страны. При такой системе взаимодействия немецкая авиация подвергалась последовательным ударам на всем маршруте полета к объектам и при возвращении. [254]

Истребительным авиационным частям и соединениям, выполнявшим задачи противовоздушной обороны железнодорожных путей сообщения, стали назначаться для прикрытия не только крупные железнодорожные узлы, но и важные железнодорожные участки.

Для наращивания сил при отражении налетов авиации противника широко применялся маневр истребительной авиацией. Это положило начало перехода в боевом применении истребительной авиации ПВО от пунктового прикрытия к прикрытию целых районов (зон).

В этот период также значительно совершенствовались способы наведения истребительной авиации на самолеты врага. Основным средством, обеспечивавшим наведение, стали радиолокационные станции «Редут» и «Пегматит». С этой целью до 80 проц. взводов ВНОС, вооруженных радиолокационными станциями, было передано из войск ВНОС соединениям и частям истребительной авиации.

В области боевого применения зенитной артиллерии широкое распространение получили маневренные зенитные артиллерийские группы. Они применялись для прикрытия промежуточных станций, разъездов, небольших железнодорожных мостов, которые почему-либо не прикрывались войсками ПВО. Кроме того, маневренные группы привлекались для временного прикрытия станций погрузки и разгрузки войск, а также для прикрытия мест скопления воинских составов, образовавшихся в результате разрушения противником отдельных участков железных дорог.

Широкое применение получили также группы ПВО по сопровождению поездов в пути. Управление этими группами требовало большого расхода сил и средств штабов соединений ПВО страны и отвлекало их внимание от решения задач по противовоздушной обороне основных объектов. В связи с этим в начале 1944 г. все отдельные зенитные пулеметные взводы, предназначавшиеся для сопровождения поездов, организационно свели в полки и отдельные дивизионы и передали в полное подчинение органам ВОСО Красной Армии.

Во втором периоде войны Войска ПВО страны получили опыт по проведению перегруппировок на значительные расстояния и организации противовоздушной обороны объектов на освобожденной территории. Этот опыт показал, что своевременное прикрытие объектов на освобожденной территории было в тех районах, где имелись подвижные средства ПВО. В это же время продолжала совершенствоваться организационная структура Войск ПВО страны.

Дальше