Содержание
«Военная Литература»
Военная история

Часть 3.

Партизанское движение в Греции,
Югославии и Албании (1943-44 гг.)

Немецкие шансы на победу стали уменьшаться с начала 1943 года. Сталинград стоил немцам 22 дивизий и 300 000 человек из Шестой армии в феврале, а силы Оси в Африке были вынуждены сдаться Союзникам в мае. Растущие потери на всех фронтах уже невозможно было полностью восполнить, и «Крепости Европа» стало грозить вторжение с юга. В немецких зонах в Греции и Югославии немцев преследовали нападения на небольшие посты и транспортные линии, которые уменьшали их силы, отвлекали части и оборудование, срочно нужные на активных театрах военных действий, и нарушали организацию эффективной защиты от высадки Союзников. Растущая сила повстанцев еще больше ощущалась немецкими союзниками - хорватами и итальянцами, которые ушли из больших территорий в сельской местности и были вынуждены ограничиваться охраной более крупных населенных центров и основных автомобильных и железных дорог. Такой отход позволил партизанам даже организовать временное правительство в Боснии.

Важность такого развития событий не осталась незамеченной ОКВ, которое выпустило директиву от 28 декабря 1942 г. за подписью Гитлера, поднимавшую статус командующего вооруженными силами на Юго-востоке до главнокомандующего на Юго-востоке (Commander-in-Chief, Southeast) и придавшую его войскам статус группы армий. Как и маршалу Листу более чем за год до этого, генералу Леру было поручено установить адекватную защиту от высадки Союзников и уничтожить все группы повстанцев в тылу, поскольку они угрожали выполнению стоявшей перед ним задачи.

Глава 7.

Операции (январь - август 1943 г.)

I. Югославия

Было очевидно, что ни правительство Павелича, ни итальянские войска в Хорватии не могут справиться с широко распространившимися действиями партизан. Поэтому генералу Лютерсу, командующему немецкими войсками в Хорватии, было поручено принять все необходимые меры для этого.

Первой широкомасштабной операцией Лютерса была операция «Вайсс» («Weiss»). Ее планировалось провести совместно с итальянскими войсками с целью уничтожить сильные подразделения партизан в гористых районах к западу и северо-западу от Сараево. Операцию предполагалось провести в три этапа, при которых итальянцы должны были удерживать вторую зону на итальянской стороне демаркационной линии и позволить немцам войти в эвакуированную до этого зону три, в которой было много повстанцев.

Немецкие войска, использовавшиеся в операции «Вайсс», включали 7 горную дивизию СС и 717 пехотную дивизию, недавно прибывшую 369 пехотную дивизию, и один полк 187 пехотной дивизии. Итальянские войска состояли из V корпуса итальянской Второй армии. В ходе тяжелых боев на первом этапе операции немцы и их союзники нанесли партизанам потери в размере более 8 500 человек, взяв 2 010 в плен. Немецкие потери насчитывали 335 человек убитыми и 101 пропавшими без вести, хорватские потери были в той же пропорции. У итальянцев потери были заметно ниже, поскольку итальянским частям не хватало агрессивности и надлежащего баланса в тяжелом вооружении, чтобы принимать участие в продолжительных перестрелках. Операция «Вайсс I» была закончена 18 февраля, и дивизии незамедлительно перегруппировались для второго этапа, который должен был завершиться к середине марта.

Тяжелые бои были характерны для начала операции «Вайсс II». К итальянским войскам в качестве подкрепления прибыли дополнительные части VI корпуса из Черногории, однако, значительному числу партизан удалось прорваться через позиции итальянцев и скрыться на юге и юго-востоке в более диких горных районах Герцеговины, Черногории и восточной Боснии. Растворившись в практически недоступных районах, группа командования движения партизан и многочисленные отдельные лица смоги уйти от своих преследователей. Операция «Вайсс III», итальянский этап операции, была совершенно неуспешной.

С немецкой точки зрения операция «Вайсс» была удачной, поскольку важные бокситодобывающие районы Югославии были очищены от партизан, понесших большие потери и оттесненных в малонаселенные гористые районы, где было мало средств для существования и пополнений для восполнения понесенных потерь.

Во время проведения операции «Вайсс» четники стали причиной острых разногласий между немецкими и итальянскими командирами. Итальянцев попросили в ходе операции «Вайсс III» разоружить вспомогательные части четников. Но итальянцы считали их своими союзниками, многие части четников получали от них оружие и боеприпасы, и им поручались важные задания при проведении операций.

Поскольку итальянцы увиливали от выполнения многократных требований разоружить четников, немецкие командиры получили приказ разоружить и задержать в качестве пленных любых четников, обнаруженных в районах, за которые они отвечали. Резкие протесты немцев, переданные Муссолини, наконец-таки привели к желаемому результату, и итальянские полевые командиры получили приказ прекратить передачу вооружения и боеприпасов четникам и разоружить их, как только партизаны будут уничтожены.

Для того, чтобы предотвратить повторение событий, повлекших за собою столь широкомасштабное мероприятие как операция «Вайсс», Оперативное командование Вермахта приказало главнокомандующему на Юго-востоке оставить войска в той части Хорватии, которая были только что очищена от партизан, и совместно с итальянцами обеспечить безопасность бокситовых рудников в Далмации. Кроме того, командующему немецкими войсками на Балканах приказывалось в тайне от итальянцев ускорить организацию хорватских частей. Предполагалось, что такая мера позволит создать большое число частей из местных жителей для замены немецких частей.

Но вскоре стало очевидно, что такие меры, как увеличение деморализованных хорватских полицейских и военных сил, не улучшат положение вещей. Большие группировки четников, включая тех, которых поддерживали итальянцы, представляли собою постоянную угрозу для немцев в случае высадки Союзников, и главнокомандующий на Юго-востоке приказал командующему войсками в Хорватии провести в мае и июне операцию «Шварц» («Schwarz»), чтобы уничтожить четников в Герцеговине и Черногории.

В дополнение к уже имевшимся у него войскам командующий в Хорватии для проведения этой операции получил 1 горную дивизию, прибывшую с Русского фронта, а также усиленную полковую боевую группу 104 легкой дивизии из состава немецких войск в Сербии. Воспользовавшись неожиданностью, немцы нанесли четникам тяжелые потери, взяв в плен их командира в Черногории майора Джурисича (Djurisic) с 4 000 человек, и вынудив Михайловича бежать назад в Сербию с потрепанными остатками сил, находившимися под его командованием.

В Сербии в течение первых трех месяцев 1943 г. было отмечено 985 происшествий, включая саботаж, нападения на местных чиновников и полицию, и нападения на небольшие немецкие и болгарские части и сооружения. В особенно незавидном положении оказались местные чиновники, которых немцы заставляли исполнять свои обязанности, и которых и четники и партизаны считали коллаборационистами. В первом квартале 1943 г. было убито 58 из них, а 197 зданий городской администрации были сожжены или повреждены. В отместку, вдобавок к сожжению некоторых деревень и наложению штрафов в виде домашнего скота, оккупационные власти приказали расстрелять несколько сотен заложников из числа лиц, арестованных по подозрению в участии или поддержке движений четников или партизан. Такие безжалостные меры оказывали воздействие в течение какого-то времени, однако не могли предотвратить пополнение сил как четников, так и партизан как только сильно разбросанные немецкие и болгарские войска покидали какие-либо районы.

Возмездие за нападения на болгарские войска было зачастую более быстрым, чем в случаях с немцами. Так в марте 1943 г. 32 болгарина были убиты и 26 ранены в ходе нападения к югу от Скопье. В ярости болгарские войска расстреляли 288 местных жителей, сожгли 550 домов и арестовали 715 человек. Готовность со стороны болгар расстреливать подозреваемых без какого-либо следствия привела к тому, что немецкий командующий в Сербии потребовал от них проведения тщательного расследования каждого дела до казни.

II. Греция

Получая боеприпасы и оборудование по воздуху при помощи 12 британских связных офицеров, приписанных к британским силам на Среднем Востоке, организация ЭДЕС выросла с 98 человек, входивших в нее, когда она начала свою деятельность в 1942 г., до 600 человек два месяца спустя. Этот рост усилился за счет британских радиопередач, направленных на Грецию, и награждения командира ЭДЕС высокой английской наградой. Быстрый рост этой силы вскоре вынудил ее сформировать временный батальон.

К марту 1943 г. в ЭДЕС насчитывалось 4 000 человек, и она была вынуждена сформировать дополнительные батальоны и несколько полков, некоторыми из которых командовали бывшие офицеры греческой армии. К июлю 1943 г. в ЭДЕС входило от 8 до 10 подразделений двухполкового состава, каждый полк состоял из 2 батальонов общей численностью в 7 000 человек. Штаб и основная часть этих сил находились в Эпире, а меньшие группы действовали в Фессалии и Пелопоннесе.

До тех пор, пока Сарафис не принял командование над ЭЛАС в мае 1943 г., эта организация ограничивалась проведением ряда нескоординированных нападений. Однако с приходом нового командующего ЭЛАС вскоре стала организованной силой. К середине 1943 г. в нее входило примерно 7 дивизий, включавших 12 000 человек, и части ЭЛАС действовали по всей Греции за исключением района гор Пиндов, удерживавшегося ЭДЕС.

Первоначальные успехи повстанцев против оккупантов в 1943 г. быстро закончились после перевода на помощь итальянцам из Сербии в Грецию и Албанию немецкой 1 горной дивизии. Заранее получив предупреждение от своей великолепной разведки, партизаны планировали нанести сильный удар новому врагу до того, как он утвердится в качестве оккупанта.

Повстанческая операция должна была начаться, как только горные войска прошли бы на юг через деревню Лесковичи (Leskovic), находившуюся высоко в горах на албанской стороне греко-албанской границы. Поскольку в то время местные жители свободно переходили эту границу, операцию, в основном, проводили греки. Как обычно, повстанцы очистили деревню от всех местных жителей и заняли позиции в зданиях вдоль главной улицы. По плану они должны были позволить авангарду пройти, а потом открыть огонь по основной части войск, проходящей по улице и дороге. После этого большие силы партизан должны были выйти из укрытий в ближайших холмах и довершить разгром деморализованных немцев.

Однако, вместо того, чтобы вслепую маршировать в деревню, немцы сначала охватили ее с обоих флангов, и некоторые повстанцы преждевременно открыли огонь. Быстро развернувшись основная часть горный войск окружила Лесковичи и перед началом штурма сначала тщательно обстреляла ее из орудий. Силы повстанцев, прятавшиеся на холмах вне деревни, были скошены артиллерийским огнем, когда они попытались придти на помощь тем, кто сидел в засаде в деревне, а операция в Лесковичах вылилась в борьбу за каждый дом. Каменные дома были хорошей защитой для осажденных партизан, которые нанесли большие потери горным войскам до того, как те смогли ввести в бой значительное количество пехоты и противотанковой артиллерии, чтобы разрушить укрепления.

Часть повстанцев спаслась, выдавая себя за гражданских лиц, бегущих из деревни, когда сражение было в самом разгаре. Но когда немцы вблизи узнали своих противников, они стали останавливать всех, кто пытался покинуть деревню, и вскоре задержали странную коллекцию мужчин и подростков в обносках. Изучение этих пленных и тел, найденных на руинах Лесковичей, показало, что большая часть повстанцев была одета в гражданскую одежду или части немецкой и итальянской формы. Их единственными знаками различия были маленькие серпы и молоты. Агрессивное настроение новых оккупационных войск, вооруженных более тяжелым оружием и имевший больший боевой опыт, быстро отвадило от осуществления таких предприятий, как нападение в Лесковичах, и в течение некоторого времени ЭДЕС прекратила все активные операции против немцев. Однако, из верности британским силам на Среднем Востоке, Зервас не мог в открытую принять немецкое предложение о перемирии. С другой стороны, ЭЛАС продолжала соврешать небольшие нападения на отдельных лиц и маленькие группы.

III. Положение немцев к середине 1943 г.

Поскольку и югославские и греческие повстанцы на время прекратили крупномасштабные операции, немцы быстро стали принимать меры, чтобы обезопасить Балканы от угрозы падения и капитуляции Италии. Итальянские гарнизоны заменялись немецкими войсками, а немецкие части дислоцировались в тех местах, где они могли быстрее всего противостоять высадкам десантов Союзников. По приказу нового начальника итальянского Верховного штаба генерала (Generale D'Armata) Витторио Амброзио (Vittorio Ambrosio) итальянские части отходили без задержек, предположительно для защиты Италии от угрозы англо-американского вторжения. Зачастую итальянские части оставляли отведенные им районы до прибытия немецких войск, и немцам приходилось, перед тем как занять свои позиции, выгонять оттуда повстанцев.

Немцы принимали различные меры, чтобы заполнить вакуум власти, вызванный уходом итальянцев. Одной из таких мер было расширение на запад болгарских оккупационных зон в Греции и Югославии. Однако, определенное недовольство со стороны местных жителей и отказ царя Бориса передвинуть войска вдаль от турецко-болгарской границы вынудили отменить такие планы. Сильно волнуясь из-за возможности вступления Турции в войну на стороне Союзников, Болгары не использовали свои основные боевые силы, посылая для службы в гарнизонах в болгарской зоне в Греции и Югославии второразрядные дивизии и более старых резервистов.

Также не помогла и реорганизация хорватской армии и сил безопасности. За исключением частей Легиона, находившихся под немецким командованием, хорватские войска и силы безопасности ограничивали свою деятельность более крупными населенными центрами. Случаи дезертирства учащались, а при выполнении заданий, основой которых не были немецкие части, и на части Легиона уже нельзя было положиться.

Было очевидно, что для удержания Балкан потребуется большее число немецких войск. Временно, пока немецкие войска были передислоцированы в прибрежные районы и вероятные районы вторжения, для удержания тыла было достаточно наличия войск и сил безопасности сателлитов и марионеточных правительств. Но со временем потребуется наличие надежных войск с боевым опытом, чтобы заменить марионеточные части, или чтобы обеспечить их кадрами и укрепить их для проведения операций. Поэтому планировалось усиление немецких сил за счет включения в них большего числа этнических немцев, организацией нескольких новых дивизий, и перевода на Балканы ряда дивизий и высших штабов с других фронтов и из оккупированной Европы.

К концу июня из Франции, где она была на переформировании после использования на северном и центральном участке Русского фронта, прибыла 1 танковая дивизия. Под начало вновь сформированного штаба LXVIII корпуса, который был резервом группы армий и получил задачу по защите Пелопоннеса, попали 1 танковая и 117 легкая дивизии. Две другие дивизии находились на стадии формирования - 100 легкая дивизия в Хорватии и 297 пехотная дивизия в Сербии. Также прибыли и дополнительные болгарские войска, доведя количество болгарских дивизий на оккупированной части Балкан до семи.

К концу июня в распоряжении немцев были 3 болгарские, одна итальянская и 12 своих дивизий, разбросанных по тем районам Балкан, которые находились под номинальным немецким контролем. В их распоряжении также было несколько отдельных полков и охранных батальонов, Русский охранный корпус, и некоторое количество батальонов береговой обороны и вспомогательных частей, хотя большая их часть имела ограниченный боевой потенциал. Немцы планировали использовать хорватские и сербские марионеточные войска и охранные части только в качестве вспомогательных частей.

Население районов, занятых немцами, слабеющими итальянцами, болгарами и правительством Павелича, насчитывало почти двадцать пять миллионов человек. В Греции оккупантам противостояли ЭЛАС и ЭДЕС, насчитывавшие по немецким оценкам от 18 000 до 20 000 человек; в Югославии от 50 000 до 60 000 партизан и от 12 000 до 15 000 четников (только мобильные группы); в Албании всего насчитывалось до 20 000 повстанцев, самой сильной группой из них была группа коммунистического лидера Энвера Ходжи. Многочисленные эксцессы со стороны оккупантов, особенно хорватских усташей, привели к враждебности со стороны больших групп населения. Такое изменение в настроении было быстро использовано вождями повстанцев, особенно коммунистами, которые использовали националистические лозунги и лозунги народного фронта, чтобы завоевать симпатию и поддержку населения. Многие бывшие коллаборационисты были прощены и приняты в повстанческие отряды, которые росли и от притока итальянских и болгарских дезертиров.

Неизбежность победы Союзников стала очевидной для масс балканского населения к середине 1943 г., и мало кто хотел, чтобы его ассоциировали с проигрывающей стороной и репрессиями. Щедрое использование золота связными командами Союзников привело ряд независимых горских вождей в лагерь повстанцев, а обещание предоставить оружие обеспечило лояльность многих кланов в более удаленных регионах.

Успешная высадка Союзников на Сицилии 10 июля и ухудшающееся международное положение на Балканах вновь расширило полосу мест возможных высадок противника на Адриатическом побережье, Эгейских островах или западном побережье Греции. Поэтому 26 июля ОКВ издало директиву ? 48, вводившую значительные организационные изменения и объединявшую в одних руках полномочия по защите всего Балканского полуострова. Бывший командующий группой армий В в южной России фельдмаршал (Generalfeldmarschall) Максимилиан фон Вайхс (Maximilian von Weichs) стал главнокомандующим на Юго-востоке, сменив на этом посту генерала Лера, который стал командовать группой армий Е, чье действие ограничивалось Грецией и греческими островами. Маршал фон Вайхс, чей штаб располагался в Белграде, также непосредственно командовал группой армий F, контролируя все оккупационные войска в Югославии и Албании.

Кроме того, по крайней мере временно был решен вопрос о взаимодействии с итальянцами. Итальянская Одиннадцатая армия была подчинена немецкому командованию этого театра военных действий. В свою очередь, немецкий LXVIII корпус, сменивший итальянский VIII корпус на Пелопоннесе попал под командование Одиннадцатой армии. Немецкие войска в районах, оккупированных итальянцами, попадали под их командование в тактических целях.

Как и в более ранних директивах, основной задачей нового главнокомандующего на Юго-востоке была подготовка к береговой обороне греческих островов и материка. Для того, чтобы в это же время обеспечить безопасность тыловых районов и предотвратить нарушение линий поставки припасов и подвоза подкрепления в случае высадки Союзников, ему было поручено уничтожить силы повстанцев, действовавшие по всему полуострову.

Вдоль железной дороги к югу от Белграда надо было сконцентрировать мобильную оперативную группу, состоявшую из двух танковых, двух горных и двух легких пехотных дивизий. Такая центрально расположенная группа должна был не только обеспечить безопасность самого важного участка железнодорожной линии Белград - Афины, но и дать возможность использовать ее против любого крупного берегового плацдарма, который могли захватить Союзники.

Болгарская 7 дивизия во Фракии была придана немецкому командованию в Салониках, а болгарский корпус должен был перейти под немецкий контроль в случае высадки Союзников. Все немецкие гражданские и правительственные учреждения, за исключением двух высших представителей министерства иностранных дел, также были подчинены главнокомандующему на Юго-востоке.

После принятия директивы ? 48 последовали меры, направленные на более тщательную реорганизацию немецких войск в Греции и Югославии и на завершение трансформации некоторых штабов из административных (территориальных) в тактические. Из части персонала штаба военного командующего в Южной Греции был сформирован штаб XXII горного корпуса; функции командования этого района были возложены на нового военного командующего в Греции, чей штаб был образован из оставшегося персонала. Штабы в Сербии были распущены, а их персонал использован в военном командовании на Юго-востоке и при формировании штаба XXI горного корпуса, направленного в Албанию. Третий штаб корпуса - XV горного, был сформирован из персонала штаба командующего немецкими войсками в Хорватии; генерал Лютерс принял командование этим корпусом, взяв с собой многих членов его старого штаба.

Другие корпусные штабы, сформированные в это время или переведенные в этот регион, включали III корпус СС, V горный корпус СС, а также LI и LXIX корпуса. Еще один вышестоящий штаб - штаб Второй танковой армии, прибыл из Советского Союза и разместился в Крагужеваче (Kragujevac). Его задачей был контроль за большой мобильной группой, которую должны были сформировать в этом районе в центре Балкан к югу от Белграда, чтобы использовать ее в качестве мобильного резерва для отражения любой крупной попытки высадки Союзников.

В это время по всей Югославии был проведен ряд мелкомасштабных операций против партизан и четников. В отличие от крупномасштабных операций, они позволяли более легко обеспечить скрытность подготовки и достичь внезапности, а также заставляли повстанцев постоянно находится в движении. Однако их недостатком было то, что они позволяли отдельным партизанам и четникам проскальзывать сквозь окружения и спасаться в районах, которые только недавно были прочесаны другими частями, или где оккупационные части в это время были не столь активны.

В ситуации, когда союзники итальянцы вот-вот должны были перейти на сторону противника, перед главнокомандующим на Юго-востоке встала проблема удержания обширных и неспокойных районов с помощью недостаточных сил, обеспечивая при этом безопасность длинного и открытого фланга, шедшего вдоль моря, от противника, обладавшего колоссальным морским и воздушным превосходством. Используя сложившуюся ситуацию, части партизан активизировались в районе Сараево; в Албании части 100 легкой дивизии вели боевые действия против партизан, которые захватили аэродром в Тиране и эффективно блокировали доставку столь необходимых немцам подкреплений по воздуху.

Глава 8.

Поражение Италии и его последствия

I. Общая информация

Силы итальянцев в Албании, Греции и Югославии состояли из 31 части размером с дивизию, большая часть из которых была под командованием итальянской группы армий «Восток», находившейся в Тиране. На 3 сентября 1943 г. - день подписания перемирия Италией, они насчитывали всего 380 000 человек. Хотя на момент капитуляции итальянского правительства и его перехода на сторону Союзников эти войска уходили с Балкан, они еще удерживали большую часть Албании, части Словении, Далмации и Черногории, Ионическое побережья и острова в Греции, а также ряд Эгейских островов. Кроме того, у итальянцев были войска в Хорватии, во внутренней части Греции и, под немецким командованием, на Крите.

Переговоры между Союзниками и правительством Бадоглио велись в глубокой тайне, поэтому внезапная капитуляция Италии застала врасплох и итальянских и немецких командиров. Немедленной реакцией немцев было начало проведения операции «Константин» (захват контроля в районах, оккупированных итальянцами) и разоружение тех итальянских частей, которые отказывались продолжать воевать на стороне немцев. Захват Фоггии, где была большая авиабаза, и близлежащих портов Союзниками 17 сентября привели к тому, что немцам надо было без промедления обеспечить себе контроль над побережьем и портами Далмации. Поскольку в тот момент Союзники не могли продвинуться в Италии дальше, они могли попробовать перебросить свои войска через Адриатику.

Повстанцы не упустили возможность раздобыть необходимое оружие и оборудование, и немедленно призвали итальянские гарнизоны сдаться. Однако многие итальянские гарнизоны, боясь мести со стороны партизан, ждали на месте, чтобы их разоружили немцы, и ситуация превратилась в гонку между немцами и партизанами за то, кто первый разоружит такие гарнизоны.

II. Югославия и Албания

Схема 3

Примерно 4 000 человек из дивизий «Исонзо» (Isonzo), «Бергамо» (Bergamo) и «Зара» (Zara) в Долмации, Словении и Хорватии дезертировали после объявления Италией перемирия, чтобы присоединиться к партизанам и четникам. Дивизия «Фирензе» (Firenze) во главе со своим командиром перешла к албанским повстанцам как боевая часть. Ряду высших командиров и штабных офицеров удалось по воздуху или морем добраться до Италии, пока немцы и партизаны разоружали оставшиеся итальянские войска. Озлобленные тем, что они считали предательством со стороны своих бывших союзников, немцы стали уделять особое внимание итальянским частям и сооружениям во время проведения операций против партизан. В местах своей дислокации итальянские войска, разоруженные повстанцами, подвергались бомбардировке и обстрелу с воздуха немецкими пилотами, а немецкие наземные войска, несмотря на сопротивление со стороны сил повстанцев, вылавливали отдельные группы и части итальянцев.

Партизаны и тысячи их сторонников среди докеров и левацко-настроенных слоев населения захватили в Далмации порт Сплит, в котором были огромные запасы продовольствия, одежды, топлива и боеприпасов, предназначавшихся для итальянских оккупационных войск. Хотя партизаны и были вынуждены оставить Сплит, им удалось вывезти значительную часть запасов до прибытия немецких сил. Четники тоже не теряли времени при этой смене власти. В Далмацию вошли их сильные части, захватившие длинные участки в прибрежных районах и получившие запасы оружия у итальянских частей, симпатизировавших им в прошлом.

Хорватия, которой не нравилось то, что Италия аннексировала Далмацию, ввела войска в прибрежные районы, опасаясь, что итальянцы попробуют удержать Далмацию до того момента, когда Союзники подтвердят за ней право на это владение в награду за переход на их сторону. Кроме того, поглавник хотел произвести впечатление на своих беспокойных граждан, а демонстрация силы по отношению к бывшим итальянским властителям в момент их слабости, казалась идеальной возможностью для этого.

Запутанная ситуация и спорадические бои, шедшие в течение следующих нескольких недель, привели к тому, что немцы контролировали порты, основные населенные центры и открытые прибрежные районы. Партизаны, нагруженные добычей, деловито переоснащались и перегруппировывали свои силы в горах, а также проводили кампанию устрашения против новых оккупационных войск. Для того, чтобы освободить свои войска в Словении и Далмации от многих рутинных обязанностей, немцы объединили спонсировавшиеся итальянцами объединения «Белая гвардия» Рупника и «Голубая гвардия» командира четников Новака в организацию самообороны «Домобран». Многие четники перешли к партизанам, а другие оставили борьбу и разошлись по домам. Хорватские части перешли под немецкий контроль или вернулись в Хорватию, чтобы поддерживать слабеющее правительство Анте Павелича.

III. Греция

Находясь дальше от дома, чем войска в Югославии, тысячи итальянцев в Греции предпочли сдаться немцам, а не продолжать войну на их стороне, и многие итальянские подразделения из разных частей были сведены в трудовые батальоны. В отличие от своих соотечественников в Югославии, большая часть итальянских войск в Греции была разоружена и немедленно интернирована немцами.

Однако несколько крупных подразделений предпочли перейти на сторону Союзников. Дивизия «Пинероло» (Pinerolo) и кавалерийский полк «Аоста» (Aosta) перешли на сторону ЭЛАС-ЭДЕС, которые планировали использовать их как воинские части. Когда итальянцы отказались участвовать в одной операции, а другая была абсолютно неудачной, греки разоружили и дивизию и полк, и приняли добровольцев оттуда в состав регулярных частей повстанцев. Некоторые итальянские части в Греции смогли добраться до Италии, другие по одиночке или небольшими группами уходили в горы, где их, в конце концов, брали в плен повстанцы, или они присоединялись к ним по своей инициативе. Порядка 1 100 человек, которые устали от войны и не хотели воевать ни на одной стороне, сумели сделать так, что их интернировали в центральной Турции. Ситуация на греческих островах отличалась от ситуации на материке. Если итальянские войска на Крите были без труда разоружены немцами, то на Родосе они сдались только после напряженного боя и демонстрации силы. На Кефалонии командир гарнизона и 4 000 человек были расстреляны за сопротивление немецкому приказу о сдаче в плен, а части на других островах устанавливали контакты с британскими войсками на Среднем Востоке по радио, чтобы запросить подкрепления.

Усиленный британскими войсками, гарнизон Лероса держался против тяжелых немецких атак в течение нескольких месяцев, и, наконец, 5 350 итальянцев и 3 200 англичан сдались немцам 17 ноября. Самос, последний из крупных греческих островов, удерживавшийся итальянцами, сдался несколько дней спустя.

Некоторые лица, осуществлявшие военное планирование, предложили, чтобы немцы оставили южную часть Балканского полуострова и отошли к более приспособленной к обороне линии в северной Греции. Однако Гитлер этого не разрешил, да и сама Германия не могла позволить себе открыть источники многих видов стратегического сырья для атак авиации Союзников, которые бы конечно взяли ее с собой на базы в Греции. Германия получала примерно 50 % нефти, весь хром, 60 % бокситов, 24 % сурьмы и 21 % меди из источников на Балканах. Поэтому, несмотря на продвижение Союзников в Италии, находившихся ниже Рима, и господство авиации Союзников над южной Грецией и греческими островами, немецким защитникам было приказано оставаться на позициях.

Глава 9.

Операции до конца 1943 г.

I. Общая информация

Истощенные длительными маршами и периодическими боями за обладание районами, оставленными итальянцами, немецкие войска были не в состоянии преследовать повстанцев в горах. Вместо этого, немецкие командиры поспешили обеспечить оборону против высадок Союзников, распределили ответственность за различные районы между частями и создали мобильные группы, чтобы обнаруживать и уничтожать банды повстанцев.

Опыт, уже поученный во время операций на Балканах и в России, позволил немцам разработать более эффективные мероприятия против партизан, нежели меры их итальянских предшественников. С имевшимися в распоряжении войсками они поставили себе задачу сдерживать партизан и обеспечивать поставки бокситов и другого стратегически важного сырья, производившегося на Балканах, для немецкой военной машины. Для осуществления пассивной обороны, оккупанты создали сеть укрепленных пунктов (tuetzpunkte), чтобы охранять жизненно важные железные и автомобильные дороги и сооружения. Такие укрепленные пункты представляли собою маленькие форты, тяжело вооруженные автоматическим оружием, минометами, противотанковыми орудиями и даже легкой полевой артиллерией, которые располагались вблизи таких объектов нападений со стороны партизан, как мосты, туннели и участки железнодорожного или автомобильного полотна, за которыми было сложно следить с воздуха или при помощи подвижных патрулей. Поначалу в укрепленных пунктах располагалось не менее одного отделения, а когда маленькие гарнизоны стали привлекать нападения все более агрессивного противника, то не менее взвода. Некоторые пункты были полевыми укреплениями и состояли из вырытых в земле окопов и бункеров, укрепленных бревнами и мешками с песком; другие представляли собою сложные бетонные сооружения, с местами для размещения постоянного гарнизона. Они располагались так, чтобы из них можно было вести огонь во всех направлениях, и обычно имели радиосвязь с вышестоящими штабами и соседними укрепленными пунктами. Походы к позициям минировались, а проходы через минные поля часто менялись. Также сооружались и препятствия из колючей проволоки, однако они редко бывали эффективными при защите от целеустремленных нападавших. Патрули на бронеавтомобилях, силою не менее взвода, снабженные фонарями и тяжелым оружием, часто с нерегулярными интервалами ездили между укрепленными постами; на железнодорожных линиях это делали бронепоезда. Кроме того, создавались мобильные и тяжело вооруженные резервы, готовые незамедлительно придти на помощь атакованным укрепленным постам.

Нехватка персонала привела к необходимости размещать укрепленные посты в среднем на расстоянии не менее 6 миль друг от друга, что вело к проведению длительных патрулей даже на главных дорогах. Партизаны быстро воспользовались этим и стали широко применять мину нажимного действия, которую они, очевидно, получали от Западных Союзников или от русских. Такая мина маскировалась под камень, имела неметаллическое покрытие, и миноискатель не мог ее обнаружить. Будучи поставленной на каменистых дорогах, эта мина выводила из строя многие автомашины, оставляя их экипажи, лишившиеся транспорта, на милость партизан. Другими широко использовавшимися устройствами были противопехотные мины, толовые шашки и специальные гвозди, предназначенные для прокалывания шин. Эти гвозди, которые легко можно было переносить, могли разбрасываться через регулярные интервалы вдоль дороги пастухами, перегонявшими стада с одного пастбища на другое.

Прекрасным способом активной обороны были команды егерей (Jagdkommando), предназначенные для поиска и уничтожения банд партизан. Личный состав таких частей обычно состоял из молодых и опытных ветеранов немецких кампаний на других фронтах. Хорошо подготовленные физически и обученные жить в дикой природе в течение длительного периода времени, егеря мало зависели от колонн с припасами и могли преследовать партизан, зачастую обремененных ранеными, семьями и пожитками, в самые недоступные районы. Если этого требовала ситуация, егеря надевали на себя гражданскую одежду, маскируясь под четников или партизан, чтобы ближе подобраться к осторожному противнику. Если они выходили на большие силы повстанцев, части егерей, редко превышавшие по силе отделение, начинали наблюдать за ними и информировать об этом батальон или другие вышестоящие штабы. Ожидая подкрепления, они пытались получить дополнительные сведения о силе и диспозиции повстанцев. Хотя они и проводили успешные мелкомасштабные операции, частей егерей было слишком немного, чтобы они могли решающим образом повлиять на исход кампании против повстанцев.

Директива Верховного командования немецких вооруженных сил от 19 сентября возложила на фельдмаршала (Generalfeldmarschall) Роммеля и группу армий В совместно с главнокомандующим на Юго-востоке ответственность за уничтожение больших сил повстанцев на Истрийском полуострове, граничившем с Хорватией. Кроме того, с целью усиления немецких войск на Балканах главнокомандующий на Юге (the Commander-in-Chief, South) должен был передать маршалу фон Вайхсу все трофейные танки и другую бронетехнику, которую можно было бы использовать против Союзников в Италии. Этот амбициозный план по уничтожению повстанческой заразы в северо-западной Югославии и в районе югославо-итальянской границы, а также предполагаемая передача нескольких дивизий из группы армий В главнокомандующему на Юго-востоке был разрушен развитием событий в Италии и переводом маршала Роммеля и его штаба во Францию. Кроме того, маршал фон Вайхс потерял 1 танковую дивизию, переведенную в августе на Русский фронт.

В месяцы, последовавшие после сдачи Италии, немецкие войска продолжали прибывать на Балканы. К концу сентября 1943 г. число немецких дивизий увеличилось до 14. Их общая сила примерно составляла 600 000 военнослужащих, что было много для уменьшавшихся людских ресурсов Рейха. Немцы считали, что на этом театре им противостояли быстро растущие повстанческие силы из 145 000 человек, большая часть которых, около 90 000, были под командованием Тито.

К началу ноября немецкие войска на Балканах состояли из 17 дивизий. Тогда ОКВ приказало в качестве предварительной меры перед основными операциями по уничтожению повстанцев произвести обыски во всех городах и населенных центрах Балканского полуострова. Несмотря на активные возражения со стороны командующего театром военных действий, который утверждал, что у него слишком мало людей, обыски прошли по графику, но с абсолютно неудовлетворительным результатом.

В течение ноября болгары тоже превратились в проблему, поскольку целые части попали под воздействие коммунистических агитаторов. Так 24 болгарскую дивизию пришлось прекратить использовать в операциях против партизан, когда она отказалась выполнять приказания немецкого командующего оперативной группой. Участились случаи дезертирства к партизанам, а несколько коммунистических банд, состоявших из болгарских дезертиров, стали действовать против немецких войск и собственного правительства в южной и западной Болгарии с баз, находившихся на территории Югославии. К концу года число немецких войск достигло 700 000 человек, входивших в 20 пехотных, горных дивизий и дивизий СС. Однако, несмотря на впечатляющее число людей, со стороны ОКВ юго-востоку по-прежнему уделялось второстепенное внимание. Подкрепления всегда состояли из более старых людей, или из тех, кто возвращался на службу после длительного пребывания в госпиталях. Техника, включая танки, зачастую была устаревшими военными трофеями времен западноевропейской кампании 1940 года.

II. Югославия и Албания

Основные операции против партизан, планировавшиеся на конец 1943 г., включали операции «Кугелблитц» («Кugelblitz»), «Шнеештурм» («Schneesturm») и «Хербстгевиттер» («Herbstgewitter»). Первая из них, осуществленная V горным корпусом СС, ставила своей целью уничтожение частей партизан в восточной Боснии. Однако немецким войскам пришлось прочесывать слишком большую площадь, чтобы быть тщательными, и основной части партизан удалось ускользнуть из их сужавшегося кольца. В ходе операции партизаны потеряли около 9 000 человек, а их преследование незамедлительно продолжилось в ходе операции «Шнеештурм», состоявшей из ударов по двум направлениям - на запад и северо-запад. В ходе завершившейся к концу декабря операции «Шнеештурм» партизаны потеряли еще 2 000 человек. Хотя они и были сильно потрепаны, основные части партизан остались целыми, и Армия народного освобождения под руководством Тито все еще была эффективной боевой силой.

Операция «Хербстгевиттер» представляла собою очистку острова Коркулы (Korcula) у побережья Далмации, представлявшего собою прекрасную базу для переправки припасов морем из Италии. Партизаны потеряли 1 000 человек в ходе операции. Однако еще более важными, нежели эти потери, были репрессии в отношении партизанского гарнизона. Главнокомандующий на Юго-востоке получил сообщение о том, что 29 дивизия партизан около Мостара (Mostar) расстреляла взятых в плен немецких офицеров и 26 рядовых. Что еще больше разозлило маршала фон Вайхса, один из офицеров был награжден Рыцарским крестом. В качестве меры возмездия он приказал расстрелять 220 пленных, взятых на Коркуле, чем дал партизанам дополнительное оружие в их пропагандистской войне.

К концу года, штабу Второй танковой армии, прибывшему в августе из России, чтобы взять под свое командование основные ударные силы группы армий F, подчинялось 14 дивизий в Югославии и Албании. Спешно сформированной в октябре в Германии 367 пехотной дивизии, пока завершалась ее организация и обучение, было поручено несение гарнизонной службы в Хорватии. Военное командование на Юго-востоке также обладало оперативным контролем над I болгарским корпусом в Сербии и рядом полицейских и охранных частей полкового или батальонного размера.

В это время ряд связных офицеров Союзников был отозван от четников, а с их отъездом поток оружия и оборудования со Среднего Востока и из Италии существенно сократился. Из-за передачи части их снабжения партизанам и постоянных атак со стороны партизан Тито положение четников стало ухудшаться. Хотя они все еще удерживали Сербию и часть прибрежных районов Адриатики, их силы уменьшались из-за потерь в боях и случаев дезертирства.

Не было сомнений в лояльности самого Михайловича роялистскому правительству Югославии в изгнании. Однако было много ясных свидетельств того, что ряд его подчиненных заключал соглашения о перемирии с оккупантами и даже иногда помогал им. Будучи уверенным, что немцы и их союзники рано или поздно покинут Балканы, Михайлович считал партизан, находившихся под опекой Москвы, более серьезным препятствием для реставрации прежнего правительства.

III. Греция

Обладая более гомогенным населением и центральным правительством, каким бы слабым и коллаборационистким оно ни было, оккупированная Греции представляла собою меньше проблем в это время, чем Югославия. Обычный немец уважал культуру древней Эллады и относился к греческому населению лучше, чем к различным югославским народам, которых он считал родственниками русским и славянскими варварами. Также и экономическая ситуация в Греции, которая не могла производить достаточно еды, чтобы кормить собственное население, и которая впала в крайнюю нищету из-за потери мировой торговли довоенных лет, внесла заметный вклад в то, чтобы держать греков под контролем оккупационных сил и марионеточного режима.

Основными операциями, осуществленными немцами в это время, были очистка дороги Эдесса - Флорина, к западу от Салоник, которая была проведена совместно с болгарскими войсками, выдвинувшимися с этой целью на запад, и операция «Пантера» («Panther») - уничтожение банд повстанцев в районе перевала Мецован (Metsovan), района Яннина - Арта, и горы Олимп. В операции на дороге Эдесса - Флорина силы повстанцев растворились в горах, и ни одна из сторон не понесла потерь, сравнимых с потерями от боев Югославии. В ходе операции «Пантера» повстанцы потеряли 1 400 человек, 3 полевых орудия и значительные запасы личного оружия.

К концу года, группе армий Е были подчинены XXII горный корпус, ответственный за западную Грецию и Пелопоннес, и LXVIII корпус, отвечавший за восточную Грецию. Кроме того, «Крепость Крит» получила статус корпуса и подчинялась теперь не командованию театра военных действий, а напрямую командующему группы армий. Ядром группы армий были 6 дивизий, одна из которых была болгарской. В случае значительной высадки Союзников, под контроль группы армий Е переходили 2 дивизии из болгарского корпуса во Фракии.

Глава 10.

Операции в 1944 г.

I. Общая информация

Поскольку итальянцы, за исключением отдельных лиц и небольших частей, сражавшихся на обеих сторонах, потеряли свою главную роль на военной сцене, к началу 1944 г. оккупация Балкан стала тяжелым грузом для немцев. Вермахт истекал до смерти в России, а вторжение во Францию произойдет всего через несколько месяцев; Соединенные Штаты, англичане и другие силы Союзников твердо закрепились в Италии. Болгары, в прошлом надежные союзники, игравшие важную роль в оккупации, все более беспокоились по поводу возможности вступления Турции в войну на стороне Союзников; нападение Турции на Фракию стало кошмаром для болгарского руководства.

В меньших союзных и марионеточных войсках, включая усташей и национальную армию Хорватии, Сербскую государственную гвардию и добровольческий корпус, а также различные югославские, греческие и албанские охранные и вспомогательные части стали все более учащаться случаи дезертирства к партизанам и ЭЛАС, и реже к четникам и ЭДЕС. Русский охранный корпус, а также такое русско-немецкое образование, как 1 казачья дивизия, прибывшая в Югославию в конце 1943 г., оставались верными немцам. Однако разбавление Охранного корпуса бывшими военнопленными и эксцессы казачьей дивизии в отношении гражданского населения приводили к отрицательным результатам для немцев. Бывшие военнопленные, воспитанные по советскому шаблону, были абсолютно враждебны к более старым русским, и Охранный корпус потерял часть своего царистского духа. 1 казачья дивизия, в которую входили кубанские, терские, донские и сибирские казаки, несшие до этого тяжелую службу против советских партизан, оставила за собою след из сожженных деревень и пораженных ужасом крестьян.

Несмотря на слабеющую поддержку, немецкие части все еще представляли для повстанцев значительную военную силу и могли войти и оккупировать любую часть Греции, Албании и Югославии в любое время, что часто использовалось в качестве оправдания для обращения немцев с взятыми в плен партизанами, как с членами незаконных формирований. Кроме того, у немцев были сильные и опытные резервы в лице 1 горной дивизии, а также нескольких менее известных частей, которые можно было бросить туда, где шло затянувшееся восстание.

II. Район группы армий E

Для того, чтобы иметь в своем распоряжении как можно больше хорошо тренированных частей в качестве мобильной силы для отражения высадки Союзников в Греции, группа армий Е получила ряд «восточных» батальонов, состоявших из русских, украинцев, поляков и других славянских народов, в помощь немецким охранным частям. Кроме того, тысячи итальянцев, проведя несколько месяцев в немецких лагерях для интернированных, предпочли им более комфортное существование в трудовых и иных вспомогательных частях. Трудовые части, которые немцы называли хиви (Hiwi (Hilfswillige)), освобождали боевые части от необходимости строить береговые укрепления, укрепленные пункты и вести ремонт, причиненный бомбардировками Союзников, усиливавшихся в это время; кави (Kawi (Kampfwillige)) помогали в выполнении различных караульных и охранных обязанностей. Для поддержания законности и порядка в Греции разношерстного собрания иностранных частей оказалось недостаточным, и командующий группой армий Е запросил и получил разрешение создать и экипировать батальон греческих охранных войск, зная, что если такая новая часть внесет хоть сколько-нибудь существенный вклад в немецкую оборону, он получит разрешение на формирование большего числа таких частей.

Такой первый батальон назывался «Лаокоон» в честь героя греческой мифологии и состоял примерно из 700 человек. Их вооружение ограничивалось винтовками и пулеметами, а первым заданием батальона было участие в зачистке Пелопоннеса. Достаточный успех, достигнутый в ходе этой операции, убедил немцев в разумности организации еще двух дополнительных батальонов.

Однако практика замены немецких частей иностранными формированиями имела свои недостатки. Например, генералу Леру пришлось предупреждать всех русских военнослужащих «восточных» батальонов о том, чтобы они не дезертировали. Ухудшение военного положения немцев привело к тому, что Сталин обратился ко всем советским гражданам, служащим немцам, с призывом мешать немцам любыми способами. Ряд из них последовали этому призыву, дезертируя, распуская слухи и натравливая войска на немецких офицеров и унтер-офицеров.

Точно также общее недовольство среди итальянцев, служивших немцам во вспомогательных службах, привело к тому, что командующий группой армий потребовал, чтобы каждый из них лично принес клятву верности. Целых 30 процентов итальянцев отказались приносить эту клятву, а среди оставшихся 70 процентов стали ходить слухи, что их пошлют служить на передовую. По другим слухам, каждый, поклявшийся в верности немцам, будет посажен в тюрьму на 10 лет, если он когда-нибудь вернется в Италию. И без того низкая мораль и слабая поддержка немцам среди итальянцев упали еще ниже, когда такие новости стали широко известны среди трудовых и охранных частей.

Не улучшилось и положение с болгарами. В отчетах офицера связи при II болгарском корпусе обращалось внимание на пораженческие настроения командующего корпусом и его штаба, которые не надеялись удержать побережье Фракии в случае массированной высадки англо-американских войск. Вместо этого, болгары предпочитали обороняться вдоль Родопских гор на границе своей страны. Будучи уверенными, что перед вторжением будет предпринята широкомасштабная высадка парашютистов у них в тылу, они боялись, что им отрежут сообщение с внутренними районами Болгарии.

Уважая болгар как храбрых и усердных солдат, немцы указывали, что отсутствие у болгар опыта участия в современных военных операциях привело к тому, что они переоценивают Союзников, и что организация мощной береговой обороны отвадит Союзников от каких-либо высадок в районах столь открытых для фланговой атаки немцев со стороны греческого полуострова. Временно успокоенные болгары расширили строительство береговых оборонительных сооружений и согласились послать ряд своих командиров и штабных офицеров ознакомиться с операциями немцев в Италии.

Немецкие части, несшие основную нагрузку в операциях против повстанцев, испытывали собственные трудности, главной из которых была нехватка людей. Чтобы улучшить ситуацию с нехваткой пополнений генерал Лер приказал всем обслуживающим организациям сделать так, чтобы работающие в них здоровые мужчины были готовы к переводу в боевые части. Командующему группы армий Е также пришлось преодолевать некоторую летаргию со стороны подчиненных ему штабов, и в одном случае разослать жесткую директиву, приказывавшую запретить использование таких терминов, как «воскресная служба» («Sunday duty») из распорядков ежедневных обязанностей командиров и штабов корпусов и районов.

В первые месяцы 1944 г. части группы армий предприняли ряд операций, чтобы очистить Грецию от партизан. Хотя они и не были столь масштабными, как операции на севере в Югославии, они, тем не менее, отвлекали тысячи военнослужащих от подготовки береговой обороны или перевода на другие театры военных действий. Кроме того, эти операции требовали использования большого числа автомобилей и бензина, чего немцы не могли себе позволить.

Первая значительная операция в районе Салоник и Эгейского побережья называлась «Вольф» («Wolf»), и в ней участвовали и немецкие и болгарские части. В результате, было насчитано 254 вражеских трупа, а более 400 партизан схвачено. Следом за ней части XXII горного корпуса провели операцию «Хорридо» («Horrido»). Потери повстанцев насчитывали 310 человек убитыми и взятыми в плен, а немцы потеряли 18 человек убитыми, ранеными и пропавшими без вести.

В это время экономическая ситуация постоянно ухудшалась, и стоимость греческой драхмы упала до того, что для покупки фунта масла на черном рынке требовалось 500 000 драхм. В результате, многие греки бежали, чтобы присоединиться к повстанцам, особенно к коммунистическим группам. Поэтому генерал Лер был вынужден отдать приказ, чтобы войска не вмешивались в перевозки продуктов, осуществлявшиеся нейтральными службами, в надежде, что недостаток охраны, вызываемый таким приказом, улучшит уровень существования большинства населения.

У немцев все еще были сторонники среди антикоммунистических групп греческого населения, включая ЭДЕС. Для того, чтобы дорога Яннина - Арта и большая часть Пиндов были очищены от сил ЭЛАС, местные немецкие командиры с одобрения командующего группой армий снабдили ЭДЕС легким оружием и амуницией. В соответствии с немецкими оценками силы Зерваса в это время состояли только из 2 500 - 3 000 человек, но они были хорошо дисциплинированы, адекватно вооружены и организованы в хорошо сбалансированные подразделения, обладавшие достаточным количеством тяжелого оружия, чтобы оказывать огневую поддержку для партизанских действий. В противоположность ЭДЕС, ЭЛАС выросла до 20 000 человек, у нее были одинаково вооружены только подразделения до уровня батальона, у нее не хватало тяжелого оружия в достаточном количестве, и у нее была более слабая организация и дисциплина, нежели у националистов Зерваса.

Начавшись в конце февраля, операция «Реннтер» («Renntier») завершилась в марте и стоила повстанцам 96 убитыми и 100 взятыми в плен. В ходе операции немцы потеряли 2, а болгары - 7 человек. В ходе второй операции в районе Салоник и Эгейского побережья под кодовым названием «Илтис» («Iltis») повстанцы потеряли еще 15 человек. Вдохновленная коммунистами забастовка в районе Пирей в марте была подавлена немцами только после того, как охранные войска открыли огонь по демонстрантам, убив 21, еще 132 забастовщика были арестованы. Сразу после этого в ходе нападения на немецкую колонну грузовиков на дороге Спарта - Триполис в Пелопоннесе было убито 18 немцев, а 44 - ранено. В качестве возмездия было расстреляно 200 подозреваемых коммунистов, сожжено 10 деревень, и по всему Пелопоннесу было объявлено военное положение. Все эти события ухудшили отношения между греческим гражданским населением и немецкими оккупантами.

Другой мерой, предпринятой группой армий Е, было установление запретных зон вдоль обеих сторон железнодорожных линий, использовавшихся немецкими войсками. На открытой местности такие зоны были шириной до 5 километров с каждой стороны от полотна; в населенных районах - до 200 метров. Гражданских лиц предупреждали, что внутри этих зон в них будут стрелять без предупреждения.

Пока операции по зачистке, ограничения на передвижения в районе железнодорожных линий и активная помощь со стороны ЭДЕС и греческих добровольческих батальонов восстановили безопасность немецких путей снабжения, силы партизан увеличили свою активность в более отдаленных районах. На Эвбоэе (Euboea) части LXVIII корпуса и греческие вспомогательные части приняли участие в операции по зачистке, которая стоила повстанцам 85 убитыми и 69 пленными. Шедшая одновременно с нею мелкомасштабная операция в районе Салоник и Эгейского побережья стоила силам греческого сопротивления еще 13 человек, а немцам - 12. Постоянно участвовавшая в операциях оккупационная команда района Салоник и Эгейского побережья стала называться корпусная группа «Салоники» и получила тактический статус корпуса.

В это время вновь начались трения с болгарами. Несмотря на желания немцев, которым они теперь были подчинены тактически, болгары направили целую четверть своего II корпуса для охраны внутренней части Фракии вплоть до горных перевалов, которые вели в Болгарию. Немцы протестовали против такого ослабления прибрежных гарнизонов, уже и так уменьшенных до того, что на морском фронте протяженностью почти в 200 миль было только 11 батарей тяжелой артиллерии. В ответ болгары заявили, что они считали необходимым обезопасить пути подхода подкреплений в случае высадки Союзников. Несмотря на неудовольствие группы армий Е болгары не изменили своей точки зрения, что еще больше расширило трещину в отношениях с немцами. Раздражение росло и в связи с действиями болгарских частей, находившихся в немецкой оккупационной зоне. Не желавшим уходить после выполнения своих заданий болгарам часто приходилось приказывать вернуться назад в их оккупационную зону. В свою очередь, болгарским частям не нравилось требование немцев передавать им все оружие и трофеи, захваченные в ходе совместно проведенных операций. Болгарское меньшинство в оккупированной немцами части Греции также играло роль в этих трениях. По настоянию болгарского II корпуса, им разрешалось формировать отряды самообороны, использовавшиеся греческими болгарами для установления доминирования над своими соседями, которые, в свою очередь, обвиняли немецкие власти в том, что они поставили их в это положение. Операции в начале апреля сводились к очистке ряда горных перевалов в северной Греции, что предваряло операцию «Майгевиттер» («Maigewitter») - широкомасштабную попытку уничтожить силы ЭЛАС в этой части района группы армий. Общие потери повстанцев в ходе этой операции составляли 339 человек убитыми и 75 взятыми в плен, а 200 подозреваемых были арестованы.

Повторявшиеся налеты авиации и диверсантов Союзников на греческие острова вынудили издать специальные инструкции для капитанов небольших судов, совершавших опасные переходы с припасами для снабжения изолированных гарнизонов в районе Эгейского и Ионического морей. Орудийной прислуге было приказано находится на своих местах, пока корабли приближались к якорной стоянке у берегов островов, а припасы можно было разгружать только после идентификации гарнизона. Передвижения по возможности должны были производиться по ночам, а орудийная прислуга должна была быть готовой к нападению с воздуха даже на стоянке в порту. Однако великолепная разведывательная сеть повстанцев и Союзников делала сложной для немцев задачу по обеспечению безопасности корабельных перевозок; это хорошо иллюстрировалось потоплением корабля, перевозившего на Крит и другие острова большие запасы боеприпасов для личного оружия и пулеметов.

Несколько раз частям британских войск специального назначения удавалось оставаться на разных греческих островах в течение нескольких дней, проводя детальную разведку и захватывая пленных для допросов в штабе сил на Среднем Востоке. Пожалуй самым известным из таких пленников был генерал-майор (Generalmajor) Карл Крайпе (Karl Kreipe), командовавший 22 воздушно-десантной дивизией на Крите и взятый в плен 26 апреля группой, которой удалось пойти через систему береговой обороны и провезти генерала мимо ряда охранных постов. Такой настойчивый интерес Союзников к Греции приводил к тому, что немецкие оккупационные войска постоянно находились в состоянии боевой готовности, что ложилось дополнительной тяжестью на командиров, штабы, войска и линии коммуникации. Пожалуй, лучше всего иллюстрирует удар по морали и духу войск, вызванный такой службой, то, что только на одном Крите число самоубийств выросло с 11 в 1942 г. до 41 в 1943 году. Гарнизон на Крите был эвакуирован до конца 1944 г., поэтому не существует данных за этот год. Однако ситуация стала достаточно серьезной, чтобы главный врач группы армий обратил на нее внимание генерала Лера.

Положение в Греции стало более напряженным в мае и июне. Для того, чтобы найти дополнительных людей на случай чрезвычайной ситуации, командующий группой армий отдал приказ о призыве всех годных к службе мужчин-немцев, проживавших в Греции, включая гражданских лиц, приданных экономическим или дипломатическим миссиям, организации Тодта (строительные рабочие), и сотрудников различных военных служб. Часто проводились учения по тревоге, а в войсках в тыловых районах, а также во временных частях, состоявших из новобранцев, проводились интенсивные занятия по овладению личным оружием. Тем временем повстанцы, воодушевленные перспективой неминуемого ухода немцев, увеличили темп своих нападений. В течение первой недели мая генерал-лейтенант (Generalleutenant) Крех (Krech), командовавший 41 крепостной дивизией на Пелопоннесе, и три человека из его штаба были убиты в ходе внезапного нападения, в ответ были расстреляны 325 подозреваемых коммунистов. Другие нападения были направлены на немецкие линии снабжения, а саботаж распространился даже на военные корабли, стоявшие на якоре в греческих бухтах.

Очевидно находясь в неведении о положении, в котором оказались немецкие войска в Греции, Верховное командование Вермахта через штаб маршала фон Вайхса отдало приказ об удержании районов Греческого моря и защите полуострова до последнего. Для очистки островов Спорадов и окрестных вод в соответствии с этим приказом была проведена операция «Нептун» («Neptun»), позднее переименованная в «Коралл» («Koralle»), которая лишь привлекла туда превосходящие силы британского флота. Операция «Айнхорн» («Einhorn»), впоследствии переименованная в «Гемсбок» («Gemsbock») была осуществлена XXII горным корпусом в начале июня; целью операции было нанесение решающего поражения увеличивавшимся войскам повстанцев в районе греко-албанской границы. Через три недели после этой вполне успешной операции для уничтожения частей ЭЛАС в районе Пендалофона последовала операция «Штайнадлер». Пока XXII горный корпус проводил операцию «Гемсбок» в западной Греции и южной Албании, на Пелопоннесе и в восточной Греции LXVIII корпус провел несколько собственных операций. Однако их результаты, оцениваемые по количеству убитых и взятых в плен партизан, были значительно меньше результатов операции «Гемсбок».

Все увеличивающееся число случаев дезертирства среди осетин, горного кавказского народа, хорошо представленного в восточных батальонах, вынудило командующего группой армий приказать разоружить всех осетин и поместить их под стражу как военнопленных. Из немецкой опоры восточные батальоны стали бременем для немцев. Также приходилось присматривать и за итальянскими добровольцами, разбросанными по немецким охранным батальонам в пропорции: одна «рота» из 40 человек в одном батальоне. Сообщения о недовольстве среди таких частей, находившихся под немецким командованием в северной Италии, вызвали значительную озабоченность в штабе группы армий. Ряд болгарских добровольцев, служивших в Вермахте, а также часть 814 армянского батальона были также расформированы в июне, пополнив собою ряды огромного числа военнопленных и интернированных лиц, находившихся на попечении немцев в Греции.

Начало июля принесло с собою изменение боевых сил немцев в Греции, поскольку 4 полицейская дивизия СС, находившаяся в Греции почти год, была оповещена о передислокации на север. Последовавшая за этим перестановка сил привела к тому, что 41 крепостной дивизии, статической части, состоявшей по большей части из бывших военнопленных, была поручена защита всего Пелопоннеса. В зону ответственности располагавшейся в Аттике 11 полевой дивизии Люфтваффе был добавлен новый район, включавший Фракию, наполненную силами ЭЛАС и ЭККА. Части полевой дивизии военно-воздушных сил потеряли контроль над большей частью этой территории в течение нескольких дней и с трудом удерживали основные автомобильные и железные дороги, шедшие с севера на юг.

3 июля ЭДЕС неожиданно возобновила боевые действия против оккупационных сил, захватив 10 километров береговой линии около Парги. Два дня спустя, в ночь с 5 на 6 июля, силы ЭДЕС атаковали немецкие войска около Арты. В целях обороны немцы предприняли несколько мелкомасштабных операций, пытаясь, тем временем, выяснить намерения Зерваса, перед тем, как осуществить какие-либо крупные действия по его уничтожению. Поначалу доклады разведки подтверждали теорию о том, что британские связные офицеры совместно с антинемецкими командирами под руководством полковника Камараса (Kamaras) из 10 дивизии ЭДЕС захватили командование в организации Зерваса. Позднее, несколько тайных встреч между Зервасом и представителями немецких вооруженных сил показали, что греческий лидер разорвал свое соглашение с оккупационными войсками под влиянием связной миссии Союзников. Захват Зервасом прибрежной полосы, откуда был легкий доступ в горы Пинды, контролировавшиеся ЭДЕС, позволил осуществить там высадку подкреплений в размере 5 000 человек из состава греческих частей, находившихся под британским командованием в Египте. Эти части были немедленно распределены по организации Зерваса и существенно увеличили боевую силу его войск.

Поскольку враждебно настроенная и получившая подкрепления ЭДЕС угрожала его войскам, командующий группой армий «Е» приказал уничтожить организацию Зерваса после окончания операции «Штайнадлер». Генерал Лер также приказал провести дополнительные изменения в организации береговой обороны, основываясь на немецком опыте, полученном во время операции в Нормандии. Береговые оборонительные сооружения должны были быть заняты только неподвижными крепостными батальонами, а уменьшенные мобильные резервы 104 легкой и других дивизий должны были быть собраны в тыловых районах, чтобы противостоять высадкам Союзников.

Наступление против ЭДЕС, в котором принимала участие уже выводившаяся 4 дивизия СС, проводилось XXII горным корпусом. Получив кодовое наименование «Креуцоттер» («Kreuzotter»), она началась 5 августа и была лишь умеренно успешной. ЭДЕС всего потеряла 298 человек убитыми и 260 взятыми в плен, тогда как немецкие потери составили 20 человек убитыми, 112 ранеными и один человек пропал без вести.

Более важные события международного значения вскоре затмили операции против партизан в тыловых районах группы армий Е. Румыния сдалась наступавшим русским войскам 24 августа, и советские силы подошли на опасно близкое расстояние к болгарской границе. Хотя они и не находились в состоянии войны с Советским Союзом, болгары опасались неминуемого вторжения со стороны русских или турок, а лидеры болгарского правительства встретились, чтобы рассмотреть возможность прекращения альянса с Германией. В результате, болгарские пограничники получили приказ разоружать немецкие части, отступавшие из Румынии, а II корпус во Фракии получил приказ подготовиться к отправке в Болгарию в первую неделю сентября. Однако немецкие связные миссии при высших болгарских штабах продолжали выполнять свои задачи, а части Вермахта, разбросанные по Фракии и самой Болгарии, организовались в небольшие боевые группы, чтобы сопротивляться любым попыткам болгар их разоружить. Гитлер, взбешенный тем, что он посчитал двуличием со стороны болгар, приказал всем немецким войскам, входящим в Болгарию, сохранять оружие, а всем частям - защищать свои позиции в Болгарии и районах, оккупированных болгарами, до последнего патрона (выражение, которое уже к этому времени стало обычным в директивах Фюрера полевым командирам).

Среди солдат и командиров отношения между немцами и болгарами оставались достаточно дружелюбными. При эвакуации прибрежных районов части болгарской артиллерии оставили свои неподвижные орудия на позициях, которые могли занять немецкие расчеты, а немецкому офицеру связи при II корпусе было разрешено поддерживать связь со штабом группы армий Е. Отдельным лицам и небольшим группам, находившимся вне своих оккупационных зон, было разрешено беспрепятственно вернуться в свои части.

Несмотря на неминуемый кризис в отношениях с Советским Союзом, болгарское правительство, смирившееся с потерей Фракии, не собиралось терять свое положение в Югославии. В связи с этим, немцам пришлось планировать способы по удержанию находившихся прямо поперек основной линии коммуникаций между группой армий Е и немецким командованием на всем Юго-востоке в Белграде, югославской Македонии, занятой болгарским V корпусом, и юго-восточной Сербии, занятой I корпусом. План «Требрух» («Treubruch») предполагал отправку 1 горной дивизии на захват Скопье, крупнейшего города и железнодорожного центра в этом районе; план «Хундессон» («Hundessohn») включал в себя направление 4 полицейской дивизии СС в столицу Болгарии Софию; план «Юдас» («Judas») предполагал разоружение болгарских войск во Фракии и Македонии. Группа армий F была подготовлена к вводу частей группы армий Е в ее зону ответственности.

Пока немецкие части готовились к выполнению своих задач в операциях, запланированных на случай начала военных действий против Болгарии, борьба с силами повстанцев стала более интенсивной. За двухмесячный период, закончившийся в августе, немцы всего потеряли 936 убитыми, 1 235 ранеными и 275 пропавшими без вести, нанеся повстанцам следующие потери: 5 394 убитыми и 768 взятыми в плен. В этот период своего пика достигли и потери личного состава от налетов авиации на поезда, конвои и места расквартирования, достигнув только за одну неделю, закончившуюся 4 августа, 32 человек убитыми и 26 ранеными. Для того, чтобы улучшить противовоздушную защиту железнодорожных путей и сооружений, частям Люфтваффе было приказано летать высоко над железными дорогами и избегать полетов параллельно им. Зенитчикам и войскам, защищавшим поезда и железнодорожные линии, было приказано открывать огонь по любому самолету, приближавшемуся к железной дороге на низкой высоте.

Ситуация, сложившаяся к концу августа, вынудила группу армий Е отдать приказ об эвакуации всех войск, находившихся в Греции, за исключением гарнизонов Крита и Родоса, в район к северу от линии Корфу - Яннина - Калабака - Олимп. Отход должен был проходить организованно, и были предприняты меры, чтобы греческое население не узнало о намерениях немцев. Войска, обеспечивавшие безопасность железных дорог, получили подкрепление, корпусная группа «Салоники», временная структура, сформированная из административного командования района Салоники - Эгеи, была объединена со существовавшей основой штаба, чтобы сформировать штаб XCI корпуса и контролировать войска в районе Салоник, через которые должны были пройти все силы с юга.

8 сентября Болгария объявила войну Германии и немедленно отправила сильные войска из Софии в направлении югославской границы. Не имея сил на осуществление амбициозных планов «Хундессон» и «Юдас», немцы быстро отправили 1 горную дивизию в Скопье, где она под временным контролем со стороны Второй танковой армии приступила к осуществлению плана «Требрух». Если 5 000 болгар в Битоле сложили оружие после небольшой демонстрации сопротивления, то гарнизон в Прилепе и болгарские части в районе Скопье сражались упорно. Однако 1 горная дивизия постепенно смогла захватить и удержать город Скопье и жизненно важную железнодорожную линию вдоль реки Вардар. Болгарские части, обойденные немцами при быстром ударе на север, смогли прорваться через линию в нескольких местах, и для того, чтобы их отогнать, в войсках, двигавшихся на север из Греции на соединение с 1 горной дивизией, были сформированы боевые группы.

Произошедшее в ночь на 9 сентября всеобщее восстание показало, что немецким частям, находившимся ниже линии Корфу - Яннина - Калабака - Олимп, придется прорываться на север с боями. Двигаясь вниз с гор, и ЭЛАС и ЭДЕС попытались блокировать основные автомобильные и железные дороги, ведущие на север. В западной Греции войскам XXII горного корпуса пришлось вести тяжелые бои, чтобы удержать дорогу Арта - Яннина открытой для эвакуации гарнизона Кефалонии и частей из юго-западной Греции. В восточной Греции LXVIII резервному корпусу, уже потерявшему 11 полевую дивизию Люфтваффе, отправленную для защиты Македонии, удалось отбить длинные участки железнодорожной линии на Салоники только после ряда операций с переменным успехом против сильных частей ЭЛАС.

Для того, чтобы дать подкрепления частям, уже ведшим тяжелые бои на севере, и которым угрожали примерно три болгарские армии, двигавшиеся на запад, чтобы отрезать путь отхода группы армий Е, генерал Лер приказал эвакуировать по воздуху боевые части с Крита и Родоса. 11 500 человек, эвакуированных только с Крита в ходе этой операции, большая часть которых была из 22 воздушно-десантной дивизии, оказались существенным прибавлением к находившимся под тяжелым давлением войскам к северу от Салоник. Однако истребители с авианосцев Союзников, действовавших теперь в греческих водах, сделали невозможным завершение эвакуации по воздуху. На 12 октября около 26 500 человек из обслуживающих и боевых частей все еще находились на Крите, Родосе и других удерживавшихся немцами островах с маленькой надеждой на спасение. Получив приказ сражаться до конца и уничтожить все сооружения и материалы, представляющие ценность для врага, основная масса этих частей, куда входили представители всех родов войск, были брошены на произвол судьбы.

Несмотря на достигнутый успех при удержании открытыми путей отступления на север, группа армий Е находилась в тяжелом положении. Все имевшиеся войска были брошены в бой против русских и болгар вдоль линии, шедшей примерно параллельно юго-восточной границе Югославии. В тыловых районах в югославской Македонии албанские повстанцы и югославские партизаны передвигались практически свободно вне линий основных автомобильных и железных дорог, а югославские партизаны установили связи с болгарскими иррегулярными частями, действовавшими в качестве разведчиков и частей прикрытия болгарской армии. В связи с этим, группа армий Е приказала осуществить окончательную эвакуацию из Греции и установить новые оборонительные позиции вдоль линии Скутари - Скопье - Неготин (Карта 4). 14 октября штаб группы армий Е перебрался в югославскую Македонию, где по его подсчетам ему подчинялся эквивалент примерно 4 немецких дивизий, удерживавших линию фронта длинной в 375 миль против 13,5 советских и болгарских дивизий. Если гористая местность позволяла немцам свести все свои усилия к удержанию горных перевалов и других путей прохода, то такое преимущество практически сводилось на нет, недостатком людей, отсутствием авиационной поддержки и действиями повстанцев. Информация, полученная от военнопленных, показала, что Третий Украинский фронт руководил своими операциями из Софии, и что ему подчинялись советские 37 и 57 армии. Болгарские армии были - Первая, Вторая и Четвертая. Войска группы армий Е особенно выводило из себя применение болгарами самолетов «Штука», поученных во время альянса Болгарии с Германией по поставкам среди стран Оси, аналогичных ленд-лизу.

Несколько частей, все еще находившихся в Греции и состоявших по большей части из снабженцев и другого обслуживающего персонала, оказались в положении, похожем на положение островных гарнизонов. Поскольку у них отсутствовали адекватный транспорт и огневая мощь боевых частей, им было приказано сражаться до последнего и уничтожить все запасы и оборудование, которые могли представлять хоть какую-то ценность для партизан. Если некоторые осуществили разрушения, как это было приказано, то в ряде случаев командиры передали учреждениям греческого правительства продукты, медикаменты и одежду, в которых те испытывали крайнюю необходимость.

По мере того, как британские войска высадились в южной Греции, и оккупация быстро подходила к концу, ЭЛАС и ЭДЕС оказались вовлеченными в гражданскую войну, не давшую ни им, ни британцам возможности преследовать немцев. 2 ноября последние организованные немецкие части эвакуировались из Греции, перейдя границу с Югославией, и немецкий контроль над Грецией стал историей.

III. Район группы армий F

Структура немецкого командования в Югославии в начале года была аномальной. Группа армий F, контролировавшая все немецкие войска в Югославии, была одновременно и главным командованием на Юго-востоке. В качестве главнокомандующего на Юго-востоке маршал фон Вайхс контролировал также и группу армий Е, что фактически делало группу армий F штабом, которому подчинялась группа армий Е.

В качестве подчиненных штабов в Югославии и Албании у группы армий F была Вторая танковая армия со штабом в Крагужеваче (Kragujevac) и военное командование на Юго-востоке со штабом в Белграде. На самом деле названия обоих штабов было неправильным, поскольку у Второй танковой армии в это время не было бронетанковых дивизий, но в качестве армейских войск ей подчинялись один или два танковых батальона, тогда как военное командование на Юго-востоке было районным командованием в Сербии и осуществляло тактическое командование войсками в этом районе в качестве армейского командования в Сербии. Хотя Вторая танковая армия сохранила свое название до конца, ее было бы более точно называть Второй горной армией. Этим двум штабам и группе армий F подчинялись: I болгарский корпус, состоявший из четырех дивизий; четыре немецких корпуса, в которые входили одиннадцать пехотных, одна кавалерийская (казачья), одна горная и одна горная СС дивизии; а также части армии и группы армий.

Поскольку перед нею был лучше вооруженный и более многочисленный враг, чем перед немецкими войсками в Греции, группа армий F практически была вынуждена перейти к оборонительным действиям в начале 1944 года. Пока четники все еще поддерживали относительный мир, силы партизан выросли до таких размеров, что они уже могли самостоятельно удерживать большую территорию, на которой были даже транспортные сооружения и система связи, и создать временное правительство. Мелкомасштабные операции различных дивизий и более маленьких частей приносили кое-какой успех, но центр партизанского движения в районе Энин - Яйче - Бихач - Банья Лука оставался тем убежищем, куда части Тито могли отойти, если давление со стороны немцев становилось слишком сильным в каком-либо другом районе. Поэтом, чтобы перехватить уже практически потерянную инициативу и нанести партизанам удар, от которого они нескоро оправятся, маршал фон Вайхс приказал Второй танковой армии уничтожить силы Тито в их главном оплоте. Операция получила название «Ресселспрунг» («Roesselsprung»), и входе нее планировалось использовать части 1 горной дивизии, части дивизии «Бранденбург», 202 танковый батальон, 92 моторизованный пехотный полк (отдельный), парашютно-десантный батальон СС и ряд хорватских частей.

25 мая парашютный десант и части на планерах были высажены у штаба Тито в Дваре, в то же время танковые и пехотные части вышли из Бихача, Банья Луки и Ливно. Хотя самому Тито удалось спастись, был захвачен штаб партизан и обширная система связи. 1 и 6 партизанские дивизии были сильно потрепаны в боях, потеряв всего около 6 000 человек, также были захвачены огромные трофеи. Хотя это был и не смертельный удар, операция достигла своей цели, поскольку цепочка командования партизанами была временно разгромлена до тех пор, пока Тито не обосновался на острове Вис под британской защитой, а тяжелые людские и материальные потери заставили повстанцев прекратить операции в этом районе для реорганизации и перегруппировки. Но удовлетворение немцев от результатов операции было несколько испорчено потерями, которые понесли нападавшие, когда они были неожиданно атакованы американской и британской авиацией при зачистке района Хвара.

Крупная концентрация партизан в Черногории сделала необходимым спланировать другую крупномасштабную операцию под названием «Рубезал» («Ruebezahl»). Однако до того, как ее можно было начать, движение партизан в сторону Македонии потребовало немедленных и эффективных действий. Зная о грядущем уходе немцев из Греции и советском наступлении на запад, партизаны бросили первую из примерно тринадцати дивизий в сторону стратегического района к северу от Скопье. Операция «Розлейн» («Roeslein») стоила нападавшим практически тысячу человек, но не смогла предотвратить от захвата 2 августа участка автомагистрали к северу от Скопье сильными частями партизан; поспешно сформированная оперативная группа, чьей сердцевиной был разведывательный батальон, сумела отогнать оттуда партизан после тяжелых боев. К северу, операция «Фюервер» («Feuerwehr») нанесла партизанам еще большие потери, но не смогла предотвратить их выдвижения в долину верховья реки Моравы.

Наконец 12 августа началась операция «Рубезал», в ходе которой 1 горная дивизия и другие силы сдержали большую часть наступавших партизанских дивизий, а затем отбросили их через реку Лим. Хотя результаты операции были успешны, поскольку она предотвратила переход значительных сил партизан в Македонию, они были ограниченными из-за отсутствия немецкого батальона десантников, который не смог участвовать в операции в своей обычной роли из-за нехватки бензина. Кроме того, ухудшающаяся ситуация с болгарами и румынами привела к тому, что немецкое командование отвело 1 горную дивизию, как только операция была завершена, что лишило возможности использовать достигнутый в ее ходе успех. Также части партизан, которые сумели пройти на восток, могли теперь угрожать всем автомобильным и железным дорогам, шедшим на север и в Белград.

2 августа русские начали большое наступление, направленное вглубь Румынии, и 24 августа еще одни немецкие союзники пошли по тому же пути, что и итальянцы за год до этого. Немецкое военное командование в Бухаресте было блокировано румынскими войсками, и на выручку ему были брошены танковые части. Несколько дней спустя румынские войска присоединились к советским войскам в кампании по выбиванию немцев из Румынии. Тем временем болгары стали собирать свои оккупационные части в Македонии в компактную группу, располагавшуюся к западу от границы с Болгарией.

8 сентября Болгария объявила войну Германии, и болгарский I корпус начал взаимодействовать партизанами, сумевшими инфильтрироваться на восток до Моравии. Ожидая подхода сильных советских и болгарских подкреплений из района Софии, I корпус оставался на месте. Южнее V корпус перешел к обороне к востоку от Скопье, хотя части в самом городе и его окрестностях вели упорную борьбу против 1 горной дивизии, прибывшей туда в ходе операции «Требрух». К северу от Скопье немцы идентифицировали 2, 5 и 17 дивизии партизанского II корпуса. Ведя боевые действия одновременно против болгар и партизан, 1 горная дивизия очистила основные города на севере и само Скопье. Однако у дивизии не хватило сил, чтобы разбить повстанцев и болгар, или чтобы выбить их из этого района.

Здесь необходимо отметить, что в это время немцы стали использовать термин «партизаны» и другие наименования повстанцев при обозначении иррегулярных сил. До этого немецкие доклады обычно упоминали о «бандах». Но с середины 1944 г. операционные приказы и военные дневники немецких частей, использовавшихся против повстанцев, начинают называть части партизан бригадами, дивизиями и корпусами, давая им и численные обозначения, когда они были известны. На совещании, проходившем 21 сентября, маршал фон Вайхс выразил свое мнение о том, что размеры, вооружение, организация и операции частей партизан оправдывают тот факт, что немцы рассматривают их как врага такого же характера, что и регулярные вооруженные силы тех держав, с которыми Рейх находится в состоянии войны.

Для того, чтобы сохранить в целости различные маленькие части и административные подразделения, разбросанные по всей Югославии, пока шла борьба за удержание района Скопье, группа армий F приказала им сконцентрироваться в центральных населенных пунктах и организовать круговую оборону. Было приказано эвакуировать весь женский персонал, и подготовлены планы по уничтожению всех припасов, которые было бы невозможно вывезти. Все дальние гарнизоны были лишены боевых частей, которые использовались для создания в районе южнее Белграда мобильных сил под командованием Второй танковой армии.

После обращения со стороны премьер-министра Недича Сербская государственная гвардия и охранные части получили дополнительные боеприпасы. Однако было очевидно, что уже слишком поздно укреплять как сербских коллаборантов, так и деморализованных хорватских усташей. Четники, которым грозило полное уничтожение в руках партизан, оказывали кое-какие услуги в качестве охранных частей, но не было никакой уверенности в том, что они не будут нападать на небольшие немецкие части при такой возможности.

К концу сентября советские войска сражались к северу от Белграда, осуществляя окружение для захвата этого города. У немецкой Второй танковой армии не хватало сил, чтобы осуществить планы по проведению сильной контратаки, и она отвела свои ослабшие части в западную Хорватию. Маршал фон Вайхс 27 сентября приказал использовать всех жителей Белграда на строительстве оборонительных сооружений. В связи с возникшей угрозой окружения командный пункт группы армий F пришлось перенести на север и запад.

Белград пал под натиском русских и партизанского I корпуса 20 октября. (Карта 4). На юге арьергард немецких войск приближался к греко-югославской границе, оставляя Грецию в руках ЭЛАС, ЭДЕС и британцев. Находясь все еще в хорошем состоянии, части групп армий Е и F пробились на северо-запад, держа открытыми второстепенные автомобильные и железные дороги для эвакуации последних частей из Македонии, Албании и Черногории. Тысячи четников, воинов сербских вспомогательных частей, хорватских солдат и лиц, так или иначе помогавшим оккупантам, присоединились к колоннам отступавших немецких войск.

Можно считать, что с этого момента повстанческое движение завершилось. Силы сопротивления с помощью Союзников и ухудшавшегося стратегического положения немцев наконец-то смогли стать организованной силой, были признаны немцами в качестве таковой, и внесли большой вклад в дело освобождения своих стран. В свою очередь, силы сопротивления ускорили падение немецкого владычества и тем, что они связали более полумиллиона немецких войск, не давая их использовать на других фронтах. В Югославии Тито de facto стал главою государства и сокрушил своих оппонентов четников; в Албании гражданская война продолжилась до тех пор, пока Энвер Ходжа и его коммунистическая группа не захватили контроль над страной. По мере того, как военные действия отодвинулись на север и на запад, внутренние районы Албании и Югославии, а также большая часть Греции стали ареной еще более суровых боев, когда коммунисты безжалостно устремились к власти.

Глава 11.

«Гемсбок» и «Штайнадлер»

Схема 4

Две крупномасштабные операции середины 1944 г. - одна была проведена в северной Греции и южной Албании, а другая в северной Греции, можно считать типичными для военных действий на Балканах, направленных против повстанцев. Местность, в которой проводились эти операции, была идеальной для иррегулярных сил - высокие и скалистые горы, шли параллельно дорогам, которые были жизненно необходимы для растянутых линий коммуникаций оккупантов. Тактика, использовавшаяся в обеих этих операциях, и заключавшаяся в окружении вражеских сил с последующим сужением и уничтожением окружения, была наиболее эффективным способом борьбы с повстанцами, изобретенным немцами. Наконец, повстанцы сражались на хорошо знакомой местности, что давало им преимущество, компенсировавшее имевшееся у немцев превосходство в огневой мощи.

Операция «Гемсбок» проводилась с 6 по 14 июня 1 горной и 297 пехотной дивизиями, а также дивизионной группой (временной дивизией) «Штейрер» (Steyrer), состоявшей из ряда охранных батальонов. (Карта 7). Как самая сильная и опытная часть - 1 горная дивизия удерживала самый большой участок фронта, шедший от Грамша (Gramsh) на севере через Корчу (Korca) к Василикону (Vasilikon) на юге. В свою очередь, 297 пехотная дивизия удерживала линия от точки к западу от Грамша до Валоны (Valona). На юге дивизионная группа «Штейрер» удерживала фронт от точки к западу от Василикона до моря у Саранды (Sarande). Командный пункт XXII горного корпуса, руководившего операцией, находился в Василиконе, и перед ним стояла задача уничтожить примерно 9000 членов ЭЛАС и других коммунистических повстанцев на территории, находившейся примерно в квадрате Корча (Korca) - Валона - Саранде - Василикон. Места сбора, которые части должны были занять перед началом атаки, находились как можно дальше от штаба коммунистов в Коровде (Corovda), для того, чтобы не дать уйти находившимся в его окрестностях группам повстанцев.

Несмотря на детальное планирование, первая часть операции была рискованной, поскольку на каждого человека приходился стоярдовый участок фронта. Поэтому было чрезвычайно важно как можно раньше определить, есть ли у противника намерение идти на прорыв; этот негативный фактор уменьшался по мере того, как кольцо сжималось. Нехватка топлива задержала подход 297 пехотной дивизии к местам сбора, что дало партизанам время для того, чтобы собрать свои разбросанные части и разработать план обороны. Когда операция наконец-таки началась, тяжелые бои развернулись на фронте 1 горной дивизии, которой удалось гнать перед собою повстанцев по мере того, как дивизия продвигалась на запад. Находя дырки в немецком фронте, ряд небольших партизанских отрядов прорвался через линию 297 пехотной дивизии и ушел на север; остатки повстанческих сил двинулись на юг в свой оплот к западу от дороги Василикон - Пермет - Тепелене.

Достигнув дороги на четвертый день операции, горная дивизия отдохнула и перегруппировалась, чтобы начать подъем по практически вертикальным склонам к западу от Пермета на следующее утро. Теперь, когда пути спасения на север и юг были блокированы, оставшиеся повстанцы были зажаты в горном районе около Куча (Kuc) и уничтожены в ходе тяжелых боев, шедших еще три дня. Местность была покрыта пещерами, которые приходилось тщательно осматривать, а повстанцев убивали или брали в плен после рукопашных схваток.

В ходе операции «Гемсбок» повстанцы потеряли более 2 500 человек убитыми и взятыми в плен, а также большие запасы оружия; немецкие потери в ходе операции насчитывали 120 убитыми и 300 ранеными.

Через три недели после завершения операции «Гемсбок» XXII горный корпус начал операцию «Штайнадлер» для того, чтобы уничтожить войска повстанцев, угрожавшие дорогам Корча - Яннина и Яннина - Триккала. (Карта 8). Для этой операции корпусу были подчинены 1 горная дивизия, временная дивизия, сформированная из частей корпусной группы «Салоники» и ряд охранных батальонов. Оценки сил противника были туманными, но считали, что его могло быть около 6 000 - 8 000. Очень важной была тесная связь между этими греческими повстанцами и сильными коммунистическими группами, находившимися прямо по другую сторону границы в Албании.

Для обеспечения безопасности лишь минимальное число командиров и штабных офицеров знали о плане операции, а войскам сообщили, что их собирают для проведения ряда мелкомасштабных операций. Другими мерами для сохранения секретности операции были сохранение радиомолчания частями, двигавшимися в этот район, переброска небольших частей в соседние районы, а также передача радиосообщений от легкой дивизии, находившейся ниже Арты, которые указывали на наступление на юге. Радиосеть повстанцев тщательно отслеживалась для того, чтобы определить их реакцию на эти меры и чтобы установить, приведены ли их соединения в состояние боевой готовности. Воздушная разведка охватывала и Албанию для того, чтобы успокоит подозрения партизан, вызванные необычным интересом к этому району.

Разместив свой командный пункт около Мецована XXII горный корпус использовал 1 горную дивизию вдоль линии, шедшей оттуда до Яннины, Василикона и Лесковичей. Укрепленные посты и усиленные охранные батальоны действовавшие в качестве блокирующих сил, перекрыли дорогу от Лесковичей на север и вошли в контакт с частями дивизионной группы «Салоники» около Корчи. От точки к востоку от Корчи, части группы «Салоника» отвечали за линию Билишт (Bilisht) - Кастория - Неаполи - Гревена - Краниа - Мецован. Поняв их цель, как только немецкие войска выгрузились с грузовиков, повстанцы эвакуировали Пендалофон и ушли в горы. Но воздушная разведка донесла, что они все еще находились внутри кольца, и войска продолжили передвигаться по плану. Первый день закончился тем, что части 1 горной дивизии наткнулись на сильное сопротивление к северу от Мецована. В течение дня части дивизионной группы «Салоники» отбили попытку со стороны сильных частей повстанцев прорваться около Гревены. На второй день войска дивизионной группы «Салоники» были вынуждены остановиться и реорганизоваться, поскольку им было сложно поддерживать соединение между собою на пересеченной местности. Тем временем 1 горной дивизии пришлось вести тяжелые ближние бои, когда она попыталась прорваться через сопротивление на своем фронте. В ходе этих боев батальонная санитарная служба, продвинувшаяся слишком далеко вперед, была захвачена повстанцами, и восемьдесят раненых были убиты и искалечены.

На левом фланге 1 горная дивизия смогла продвинуться вперед и на третий день окружила повстанцев в котле около Мецована только для того, чтобы обнаружить, что большая часть оборонявшихся ушли на северо-запад. Около 1 500 повстанцев оказались в кольце около Пендалофона и были уничтожены в ходе систематической зачистки, длившейся еще два дня. Операция «Штайнадлер» стоила греческим повстанцам 567 человек убитыми и 976 взятыми в плен. Кроме того, в плен были взяты 341 итальянец и 7 британцев. Захваченные трофеи включали в себя 10 тонн взрывчатых веществ, более трех четвертей миллиона ружейных и пулеметных патронов и около 10 000 голов скота, по большей части овец и коз. Несмотря на эти потери, силы повстанцев стали перегруппировываться, как только немецкие части покинули этот район.

Дальше