Содержание
«Военная Литература»
Военная мысль

3. Военная мобилизация

Перманентность мобилизации. - Необходимость гибкости. - Предмобилизационный период. - Мобилизация и план оперативного развертывания. - Группировка возрастов. - Мобилизационный план. - Дислокация. - Округа или корпуса?

Перманентность мобилизации. Военная мобилизация является испытанием здоровья всего государственного организма. После успехов пруссаков в 1870 г. мобилизационному искусству было уделено повсюду достаточное внимание; каждое государство обладает кадрами опытных мобилизаторов-техников. Однако, теория стратегии не может игнорировать вопросов мобилизации, тесно связанных с боеспособностью вооруженных сил, и должна подойти к ним критически с точки зрения последних войн.

В 1870 году, в течение первого месяца военных действий, пруссакам удалось запереть и обложить в Меце лучшую французскую армию Базена, а следующую армию, Мак-Магона, взять в плен под Седаном. Ничтожные остатки французских кадров, моряки, пожарные, части, находившиеся на пути к формированию, были собраны в Париж и там обложены пруссаками. Французские провинции казались совершенно беззащитными; однако, Гамбетта, опираясь на экономическую мощь Франции и открытые морские сообщения, сумел развернуть по всей Франции широкую мобилизационную работу: за 4% месяца своей работы Гамбетта формировал, в среднем, по 6 тысяч пехотинцев и 2 батареи в сутки. Мольтке был положительно озадачен быстротой, с которой вырастали новые неприятельские войска? в декабре 1870 г, он писал генералу Штиле: 'В операциях, увенчавшихся беспримерными успехами, немецкая армия смогла взять в плен все силы, которые неприятель выставил в начале войны. Тем не менее, в течение только трехмесячного срока Франция нашла возможность создать новую армию, превосходящую по числу погибшую.

Средства неприятельский страны представляются почти неистощимыми и могут поставить под вопрос быстрый и решительный успех нашего оружия, если наше отечество не ответит равным усилием. В дальнейшем, Мольтке многократно повторял: 'эта борьба нас удивила с военной точки зрения в такой степени, что поставленный ею вопрос придется изучать в течение долгих лет мира. Сам Мольтке старший, взвесив все приведенные обстоятельства, пришел к мысли, что в борьбе на два фронта нельзя рассчитывать на сокрушение в течение одного года войны ни Франции, ни России, и остановился на плане войны на измор, с обороной против Франции и нанесением России удара с ограниченной целью, в направлении на Седлец. Но, теоретически, поставленный Мольтке вопрос освещен не был, так как это освещение является возможным только при условии коренной ломки традиционных положений стратегии. Действительно, если Гамбетта сумел добиться крупных результатов, будучи вынужден импровизировать новые формирования во всех деталях, то, при известной подготовке, мобилизация новых сил государства могла бы создать еще более внушительную и прочную вооруженную силу.

Эволюция человеческих обществ за последние сто лет характеризуется огромным увеличением производительности труда, накоплением материальных ценностей, мощью транспорта, быстротой сношений, распространением организационных навыков. Задачи, требовавшие раньше многих лет, могут теперь разрешаться в немногие месяцы. Эти обстоятельства и являются предпосылками успешного формирования новых войск в краткие сроки, от которого теперь не откажется, в случае войны, ни одно государство. Мобилизация еще недавно казалась моментом; мобилизационные органы минировали мирную структуру государства, чтобы дать единовременный взрыв, собрать в течение двух-трех недель те людские массы и материальные средства, которыми война начиналась, велась и заканчивалась.

И горе, и смех вызывало перед мировой войной сообщение Гл. арт. упр., что последнему нужно 420 дней для мобилизации патронов и снарядов. Мы стремились к тому, чтобы уже в первый месяц войны стратегическое развертывание наших средств и сил было закончено. Новая экономическая мощь человечества дает мобилизации измерение во времени, растягивает ее на всю войну, делает перманентной. Несомненно, было ошибкой, что к мировой войне готовились, в сущности, как к маленькой войне, и имели в виду, собственно говоря, маленькие мобилизации.

Как известно, Германия в мирное время действительно охватывала воинской повинностью только 70% наиболее сильной физически части населения; часть этих 70% была мобилизована непосредственно при объявлении войны, а другая часть должна была явиться пополнением для них; эти 70% были обеспечены мобилизационными запасами снаряжения. Но так как война предъявляла требование крайнего напряжения сил, нельзя было оставить неиспользованными остальные 30% человеческого материала; из них можно было составить новые части, обучив их, организовав кадры, заказав нужное им снаряжение, при чем, конечно, можно было широко использовать остатки снаряжения частей, мобилизованных в первый прием. И действительно, через две недели после объявления войны, 16 августа 1914 года, как только схлынула мобилизационная горячка, военный министр генерал Фалькенгайн отдал приказ о сформировании 6,5 новых корпусов (ХХII-XXVII резервные корпуса и 6-я баварская резервная дивизия). На это формирование было предоставлено 55 дней (срок готовности 10 октября). Солдатский состав этих корпусов, наполовину из добровольцев, был превосходен, командный состав оставлял желать много лучшего, так как для этих формирований не было предусмотрено никакого выделения кадров из полевых частей, и он образовывался за счет отставных и ландштурменных офицеров. Так как промышленность еще только приступала к мобилизации, то снаряжение пришлось собирать по мере возможности; каски раздобыли, отобрав их у полиции. Как только военная промышленность заработала, 13 ноября был отдай приказ о третьем эшелоне-мобилизации 41/2 новых корпусов (XXXVIII- XXXXI резервные корпуса и 8-я бав. рез. див.). Срок был дан 68 дней (к 20 января 1915 г.). Полевая артиллерия этих корпусов была получена путем заимствования с фронта, где батареи перешли с 6-орудийного к 4-орудийному составу. Надежные кадры пехота и штабы получили путем назначения энергичных начальников с фронта. Одновременно требовалось формирование железнодорожных, телеграфных, автомобильных, авиационных частей, - общей численностью в 150 тысяч человек. В течение 1915 года, путем перехода дивизий в трехполковой состав и новых формирований, было образовано 50 дивизий. В течение 1916 года было сформировано 14 новых штабов корпусов (?? 51-64) и 48 новых дивизий, частью за счет понижения состава существовавших дивизий. В 1917 году было образовано заново 10 новых дивизий (231-240); приказ был отдан 6 ноября 1916 года, исполнен - в марте 1917 г.; за ним последовало 14 новых дивизий и 4 новых штаба корпуса; еще 8 новых дивизий получено было за счет уменьшения штата старых. Параллельно с этим тыл энергично формировал пулеметные части, увеличивая число их во много раз против намеченных первоначальным планом мобилизации; число легких и горных батарей с 1.141 поднялось до 2.821, противосамолетная артиллерия увеличена с 18 до 2.558 пушек, тяжелая артиллерия в течение войны из состава в 35 тысяч человек, 3.400 лошадей и 576 орудий выросла до 419 тысяч человек, 202 тысяч лошадей, 6.500 орудий. В такой же степени росли и другие технические части. Столь же поучительный пример перманентной мобилизации представляет и Англия. В мирное время английская армия состояла из 6 полевых и 14 территориальных дивизий. Уже в сентябре прибыла первая канадская дивизия на поддержку полевым дивизиям на французском фронте, в ноябре началось прибытие индийских дивизий, в декабре прибыли первые две территориальные дивизии из Англии. Китченер составил план удвоения полевых и территориальных дивизий и формирования 30 новых (Китченеровских) дивизий, и этот план был осуществлен. В 1916 году, через 20 месяцев после начала войны, Англия согласилась расширить свой фронт во Франции; в 1917 году все дивизии были готовы, но командование являлось еще неокрепшим; дивизии были бы мало пригодны для маневренной войны. В 1918 году надо рассматривать напряжение Англии, как достигшее кульминационной точки. Еще более поразительный пример перманентной мобилизации представляет формирование армии Соединенных Штатов в 1917-18 г.г.; Соединенным Штатам в этот период не приходилось удерживать какого-либо фронта, и работу они могли вести вполне спокойно. Мы остановились на примерах из мировой войны. Весьма любопытна также война за нераздельность Соединенных Штатов в 1861-65 г.г. Опыт гражданской войны, конечно, также говорит за перманентность мобилизации в течение всей войны, так как вся Красная армия возникла в процессе производившихся во время войны формирований. Франция в настоящее время решает мобилизационную задачу поэшелонно. "Армия прикрытия" - 32 дивизии, имеющие сильные кадры, образуют первую очередь. Вторая очередь, это - новые формирования, для которых имеется два миллиона резервистов, но отсутствует очень многое - и 90% кадров, и часть необходимого снаряжения. Не дни, а месяцы потребуются на мобилизацию второй очереди. И совершенно самостоятельная мобилизационная работа будет кипеть в колониях по формированию чернокожих войск. Только готовность армии прикрытия ставится вне всякой зависимости от успеха мобилизации промышленности. Отсюда мы должны прежде всего сделать вывод; что роль тыла в течение войны далеко не ограничивается производством первой мобилизации и дальнейшей высылкой укомплектований. Даже в том случае если бы неуспешность промышленной мобилизации и властные веления Экономики заставили отказаться от расширения вооруженных сил, все же, несомненно, пришлось бы формировать много новых технических частей, так как, сколько бы ни стремились мирные соображения ответить потребностям будущей войны, все же характер ее во многом окажется непредусмотренным нами, и нельзя не считаться с необходимостью внесения серьезных поправок в существующую организацию. Современная эшелонная мобилизация заставляет нас вспоминать давно минувшее. Летом 1813 г., в течение перемирия, русская действующая армия в Пруссии была усилена с 90 до 170 тысяч; одновременно в пределах Польши формировалась так называемая польская резервная армия Бенигсена, поспевшая к Лейпцигскому сражению; во внутренних губерниях России приступлено было к формированию следующего эшелона резервной армии Лобанова-Ростовского. Как и тогда, так и теперь было экономически не по силам закончить всю подготовку к началу войны и открыть ее с максимумом напряжения сил.

Необходимость гибкости. Необходимость гибкости мобилизационных предположений обусловливается требованием подчинения мобилизации политической обстановке, сложившейся к моменту мобилизации. В России в 1914 году существовал план общей мобилизации, но политическая обстановка требовала лишь мобилизации, направленной против Австрии. Мобилизация Петроградского, Виленского и части Варшавского округов являлась мероприятием, явно направленным против Германии; желательно было бы избегнуть его, чтобы отклонить от себя одиозность прямого вызова Германии на войну. Между тем, мобилизация части военных округов оказалась технически не проработанной; округа были связаны между собой обширными передачами запасных и т. д., и отказ от предусмотренной во всех деталях общей мобилизации бросал русскую армию в русло импровизации. Поэтому военное командование употребило все меры, чтобы вырвать приказ об общей мобилизации, что ему и удалось. Политика подчинилась дубовой, негибкой мобилизационной технике. Средства торжествовали над целью. Конечно, мобилизация приводит государство в состояние, подобное кипению, и, чтобы не заблудиться в этом потоке бродяжничества, наиболее просто каждому указать твердо определенное место. Но необходимо предъявить к мобилизации требование величайшей гибкости и децентрализации; армия должна иметь возможность мобилизовать любое число любых дивизий, нисколько не нарушая этим мобилизационной готовности остальных. Мобилизация всей армии должна являться лишь суммой мобилизаций всех ее частей, а не представлять самодовлеющего целого. Так как мы теперь видим в мобилизации не единичный акт, а непрерывный ход работы, то понятие общей мобилизации мы вовсе не можем признать отвечающим сути дела. Каждая мобилизация теперь является частной; даже мобилизацию всей Красной армии в начале войны мы будем рассматривать лишь как первый эшелон мобилизации. В том историческом периоде, в который мы вступаем, надо ожидать и возвращения к затяжной подготовке к войнам, господствовавшей в до-Мольткевский период.  12 Лиги наций, стремление использовать ресурсы доминионов (Англия), чернокожих африканских колоний (Франция), необходимость вооружиться (Германия), низкая степень мирной подготовки (Соединенные Штаты) убеждают нас в этом. Можно нарисовать себе картину объявления в настоящее время в двух враждующих государствах Экономической мобилизации при неподвижном состоянии вооруженных сил на мирном положении. Решительно всюду должно господствовать начало экономии сил. Оно будет нарушено, если мы назначим для войны большее количество сил, чем способно выставить государство. Россия к началу 1917 года перемобилизовалась. Оно будет нарушено также в том случае, если на войну будет назначено больше сил, чем надо для того, чтобы уверенно разрешить ее задачи.

Предмобилизационный период. Приводимая таблица начального периода мировой войны убеждает нас, что уже перед ней все государства обращали внимание на использование предмобилизационного периода. "Предостерегающие телеграммы" в Англии, положение об угрожающей опасности в Германии, 7 мероприятий периода напряжения и предмобилизационный дневник "Б" во Франции - в общем, соответствовали нашим мероприятиям, намеченным на предмобилизационный период. Желательно каждой армии встретить мобилизацию, подготовив все, что можно сделать без призыва запасных и поставки лошадей по конской повинности. В будущем надо ожидать еще большего развития деятельности в предмобилизационный период. Учебные или поверочные сборы запасных, созыв территориальных дивизий для отбытия упражнений и, прежде всего, обширные экономические мероприятия явятся дополнением предмобилизационного периода в будущем. Указанные мероприятия являются приметами, за которыми дипломатические и военные агенты должны зорко следить, как и за разъездами дипломатов и занятием руководящими органами печати боевых позиций.

Мобилизация и план оперативного развертывания. Весьма желательно добиться полной независимости мероприятий по мобилизации и мероприятий по использованию для оперативных целей мобилизованных частей друг от друга. Только при такой независимости можно удовлетворить требованиям гибкости и мобилизации и оперативных соображений. Однако, эти мероприятия тесно сплетаются между собой в пограничных корпусах, на которые выпадает несение боевой службы одновременно с производством мобилизации. В случае наличности в пограничной полосе важных центров (крепость Льеж в 1914 г.) или значительных искусственных сооружений (железнодорожный мост через Западную Двину), или совпадения с пограничной чертой оборонительного рубежа (Днестр), эти боевые задачи, подлежащие решению, могут получить значительный объем. Обычный прием их решения заключается в привлечении войск, скорее всего мобилизующихся (кавалерия) или могущих вести мобилизационную и боевую работу одновременно (авиация), а также Табл. в формировании в каждом не слишком отдаленном от границы корпусе сводной бригады пехоты, с немногими батареями; эта сводная бригада выступает в мирном составе, пополнившись лошадьми путем покупки или из наличности других войсковых частей, и мобилизуется или предварительно путем индивидуального призыва запасных, или на фронте, путем доставки ей пополнений, зарядных ящиков и обоза, или во вторую очередь, вернувшись в пункт своего квартирования, как только ее сменят закончившие мобилизацию части. Существует обычай, для облегчения мобилизации, содержать пограничные корпуса в большом составе рядов. Считаясь с указанным приемом, представляется выгодным особенно повышать мирный наличный состав в некоторых полках, предназначенных для прикрытия мобилизации. Имея в виду потребности войск прикрытия, во Франции закон предоставлял военному министру право индивидуального призыва запасных, без объявления общей или частной мобилизации. Этим путем в 1914 г., за два дня до назначения общей мобилизации и не привлекая внимания законодательных учреждений, военный министр укомплектовал 5 пограничных корпусов. Индивидуальный призыв позволил, таким образом, избежать крупных расходов на содержание частей в усиленном составе.

Группировка возрастов. Мобилизация должна рациональным образом использовать поступающий на укомплектование вооруженных сил, исчисляющийся миллионами, человеческий материал. В старой России при этом обращалось внимание лишь на знание мастерства, на возраст же призываемых внимания почти не уделялось. В ополченских частях, несших караульную службу, нередко можно было встретить прекрасный двадцатилетний молодняк; великолепные экземпляры физического развития человека обслуживали конские транспорты, а в полевые части пехоты, уже в августе 1914 года, были зачислены сорокалетние бородачи; число тридцатилетних было очень велико. Рота, составленная из сильных и слабых людей, должна в походе, да и в бою, равняться по более слабым. Нельзя вести ее быстрой походкой молодежи; нужно двигаться размеренной поступью более пожилых людей. Сама дисциплина и приемы обучения меняются с возрастом. Нельзя подходить к отцам семейств так, как подходят к шаловливому, жизнерадостному школьнику. С этим русская мобилизация не считалась и стремилась пополнить пехотные роты тем, что ближе было под рукой. Это содействовало тому, что русская пехота стала грузной. Темп ее движения не превосходил 4 верст в час; и каждые 50 мин. требовался малый привал на 10 минут. На больших переходах неизбежно было значительное количество отсталых. Германская пехота в начале войны ходила со скоростью 10 километров в 2 часа и, делая малый привал только через два часа, совершала большие переходы почти без отсталых. В полевых частях в начале войны 26 лет являлись предельным возрастом, 54% составляли солдаты действительной службы, 46% запасные, ушедшие с действительной службы не более двух лет тому назад. Разумеется, они не успели забыть своего обучения, как великовозрастные русские запасные. В германских резервных частях предельный возраст был 30 лет (состав-1% действительной службы, 44% резервистов, 55% ландверистов). Даже в ландверной пехоте предельный возраст был в 36 лет (состав-62% ландвера I призыва, 38% ландвера II призыва). В течение войны, при больших потребностях в пополнении, пришлось отказаться от этих норм, но каждый призываемый осматривался с точки зрения своей физической годности и получал соответственное назначение. Необходимо покончить с антитэйлоровскими методами русской мобилизации. Надо жесточайше воспретить назначение здорового молодняка на нестроевую и тыловую службу. Надо ввести несколько разрядов военной годности (годен к службе в действующей армии, в тыловых частях, в нестроевых частях, в рабочих командах); красная пехота должна быть молодой пехотой.

Мобилизационный план. Мобилизационный план не может охватывать, как прежде, мобилизацию лишь первого эшелона. В наших условиях, быть может, следовало бы рассматривать и часть территориальных дивизий, как второй эшелон мобилизации. Погоню за рекордами в быстроте мобилизации следует исключить. Если XIII корпус армии Самсонова обнаружил неважную боеспособность, то это отчасти объясняется тем, что он получил запасных непосредственно перед посадкой в вагоны и не успел сплотиться. Пополнение осталось анонимным, неизвестным ротному командованию. ХУ корпус, находившийся в лучших мобилизационных условиях, показал и более высокие боевые достижения. Корпуса Самсоновской армии не получили своей конницы, своих обозов; штаб армии только что съехался с разных концов; аппарат связи только что собирался. Даже два-три дня промедления привели бы к значительному повышению стройности действий. Из приведенной выше таблицы видно, что все государства ощущали форсированность существующих мобилизационных предположений. 25 июля Австро-Венгрия решает мобилизоваться против Сербии, но первым днем назначает не 26, а 28 июля. В Англии мобилизация решена 3 августа, но первым днем назначено 5 августа. Запоздания в 3-5 суток в назначении 1-го дня мобилизации являются нормальными, если не нависает грозной опасности (Австро-Венгрия в борьбе с Сербией, Англия). Чтобы толково провести первый день мобилизации, нужно было еще поработать. Было бы правильнее строить мобилизационные расчеты на более спокойном темпе человеческой деятельности. При недостаточном обучении и недостаточном техническом снабжении часто более выгодным окажется задержать некоторые дивизии и корпуса в тылу, где они будут представлять стратегический резерв, выжидая своей готовности и наиболее удобного момента для выступления на фронте. Действия же на последнем, в особенности, если они связаны с отступательными маршами, лучше предоставить готовой части армии. Никакое разумное использование сил государства невозможно, если будет столь резкое деление власти между главнокомандующим действующими армиями и флотом и военным министром, который руководил военным тылом, как это было в России в мировую войну. Власть над военным тылом и фронтом должна быть объединена, и притом в руках военного-командования. Если военный министр представляет гражданское лицо, то при нем необходим авторитетный специалист-начальник генерального штаба, чтобы о6ъединять фронт с тылом. Франция дошла до этого горьким опытом в 1917 году: первым начальником генерального штаба был генерал Петен, вторым - Фош. Эти имена свидетельствуют о значении, которое следует придавать стратегическому руководству тылом. Успех дальнейших формирований в тылу всецело связан с энергией действий фронта. Россия задалась осенью 1914 года скромной целью- сформировать в тылу два корпуса, XIII и XV, взамен погибших с Самсоновым. Однако, фронт действовал так энергично и неэкономно, что отбирал на свое пополнение у военного министерства все личные и материальные средства, которые последнее могло собрать. Некоторые потери фронт покрывал даже посредством самоедства: так, чтобы скорее ремонтировать армию Ренненкампфа после первого поражения ее на Мазурских озерах, были расформированы три наиболее пострадавшие второочередные дивизии этой армии. Армия была готова к наступательным действиям, вероятно, дней на 10 раньше. Немцы были вынуждены применять прием расформирования для покрытия боевых потерь лишь в 1918 году. Два корпуса, над восстановлением которых трудилось наше военное министерство, были готовы лишь в феврале 1915 года, т.е. к тому же сроку, когда Германия успела сформировать уже 11 новых корпусов. Эти цифры - 2 ремонтированных и 11 - не выражают отношений между мощью германского и русского тыла того времени, - существенную поправку вносит более расточительное ведение военных действий русским фронтом. С началом позиционного затишья, осенью 1915 года, совпавшим с начавшимися успехами промышленной мобилизации, формирование новых дивизий и технических частей в русском тылу начало подвигаться гораздо скорее. Мобилизационный план до сих пор составлялся так, что учитывал почти исключительно обученных уже запасных и существующие уже фактически предметы снабжения и останавливался только на мобилизации первого эшелона. Конечно, эта часть его должна сохраняться и впредь с поправкой на гибкость, но затем он должен включить в себя и вторую часть - мобилизацию новых формирований. Успех последней, несомненно, будет значительнее, если формирования будут заранее обдуманы, и будут созданы выгодные для них методы и условия. Эти формирования должны быть связаны с программой экономической мобилизации и даже, может быть, обусловить известное поведение на фронте. Надо подготовить для них опытных начальников и сеть военно-учебных курсов для младшего командного состава. Надо обдумать использование остающегося в государстве, хотя бы и подержанного, снаряжения и распределить все оборудование между ними и запасными частями, готовящими укомплектование. Надо не ослаблять чрезмерно фронта в их пользу, особенно при применении приемов сокрушения, и нельзя, увлекшись количеством, пойти на сильное понижение общей квалификации армии. Надо иметь готовый план новых формирований, и потребности их, количество и сроки поставки снаряжения вносить в задания по мобилизации промышленности. С началом войны начинается почти неудержимое стремление на фронт лучших сил, и в особенности генерального штаба, В мировую войну на русском фронте младшие работники штабов дивизий были подчас более квалифицированными работниками, чем лица, занимавшие чрезвычайно высокие должности в тылу, именно за непригодностью их к войне. Надо заранее наметить и удержать наиболее выдающихся и надежных работников для руководства тылом в течение войны.

 

Дислокация. Нужно подготовить создание мобилизационных центров в особенности для пулеметных, артиллерийских, авиационных и других технических частей, требующих специального обучения. Эти мобилизационные центры удобнее всего совпадают с существующими полигонами, стрелковыми школами, аэродромами и т. д. В мировую войну офицерская стрелковая школа играла роль пулеметного центра и выпустила многие сотни пулеметных команд Кольта. Это крупное дело должно развиваться не стихийно, а планомерно. Удачно ли расположен наш важнейший центр практического обучения артиллерии - Лужский полигон - для выполнения выпадающих на него мобилизационных задач? Сообразована ли с мобилизационными требованиями наша программа казарменного строительства? Ведь СССР унаследовал казарменную группировку постоянной армии, а для армии-школы нужны казармы хотя бы типа зимних бараков - там, где можно учиться стрелять, летать, маневрировать. Нужно заблаговременно обстроить и оборудовать эти мобилизационные центры, для чего надо лишь согласовать с мобилизационными требованиями мирное учебной оборудование армии. Вся дислокация войск в мирное время должна отвечать не только" удобствам войск, но и требованиям войны, хорошо взвешенным. Мы не говорим здесь о таких отступлениях от требований стратегии, как например, чересполосная дислокация частей двух различных корпусов, или размещение территориальных, долго мобилизуемых частей вблизи самой границы. Нужна уже в мирное время достаточная насыщенность войсками более важных и угрожаемых районов приграничного пространства, чтобы облегчить прикрытие развертывания и ускорить последнее. Но нельзя приближать группировку войск к границам более, чем это строго необходимо в оперативном отношении. Мобилизация может быть гибкой лишь постольку, поскольку дислокация войск в мирное время приближает их к источникам пополнения запасными при объявлении войны. Территориальный принцип-основа вооруженного народа, и слишком грубое нарушение его ведет к крупным минусам. Нужно также помнить, что пограничные области являются стратегически не надежны" источником пополнения и комплектования. С этой точки зрения, мы решительно осуждаем дислокацию русской армии в период 1890-1910 г. г. Под давлением франко-русского союза Обручев стремился ускорить в возможной степени вступление русских войск в борьбу с тройственным союзом, чтобы не дать немцам возможности раздавить в первые недели войны изолированную Францию. Так как мощность русских железных дорог серьезно уступала мощности германских, то Обручев решил расположить уже в мирное время в западных пограничных округах большую часть полевых войск и, в особенности, кавалерии. Дислокация русской армии образовала огромный флюс в районе Вислы. Перед русско-японской войной в западных округах располагались 16 корпусов, 4 корпуса прикрывали Петербург и Балтийское побережье, и только 7 корпусов, преимущественно в уменьшенном составе, оставались внутри государства и на прочих окраинах. Основной тыловой массив русской территории, Московский и Казанский военные округа, включали не свыше 10% состава армии; этого количества войск еле хватало для караульной службы и ухода за мобилизационными запасами долженствовавших здесь развертываться резервных частей. Обучение и боевая подготовка во внутренних округах находились на чрезвычайно низкой ступени. Такая дислокация русских войск оказалась никуда негодной в момент русско-японской войны, которую пришлось начать, кроме сибирских стрелков, преимущественно второлинейными, слабыми войсками. Односторонность флюса сказалась в полной мере. Но и для борьбы с Германией эта дислокация была неудачна. В своих округах служила только 1/8 новобранцев; 7/8 новобранцев назначались на службу в отдаленные от их родины местности; в этих условиях запасные должны были попадать не только в войсковые части, в которых они не служили, но и в совершенно новую обстановку. Национальный вопрос еще более осложнял положение, созданное дислокацией. Все поляки в случае мобилизации должны были быть призваны в ряды войск, переполнявших Варшавский военный округ; чтобы сохранить за последними русскую физиономию, все поляки отправлялись в мирное время на службу далеко на восток, а Варшавский военный округ получал полностью всех новобранцев из других округов. Несмотря на то, что при мобилизации в пограничных округах призывались сразу 43-летние бородачи, присутствие коих должно было серьезно понизить качества нашей пехоты, запасных на месте не хватало, и приходилось при мобилизации передавать сотни тысяч запасных из округа в округ. И после 1910 года, когда 128 батальонов, с соответственной артиллерией и кавалерией, примерно 12% всей русской армии, были выведены из пределов Варшавского и Виленского округов и расположены внутри государства, вблизи источников укомплектования, приходилось передавать при мобилизации из округа в округ 223 тысячи запасных, в том числе направлять в Варшавский военный округ 82 тысячи. Одно дополнительное строительство казарм в пограничной полосе, в связи с обручевской дислокацией, обошлось около 100 миллионов рублей. И это казарменное оборудование польских губерний не могло быть в течение войны использовано для подготовки укомплектований, так как запасные части Варшавского военного округа с началом войны были планомерно вывезены внутрь России. Между тем, успех как комплектования запасными, так и формирования новых частей находится в тесной зависимости от наследства-традиции, жилая площадь, прицельные станки, стрельбища и пр., - оставленного выступившей в поход армией. Во вторую половину войны 1870 г. можно отметить значительную разницу в успехе новых формирований на севере Франции, где в мирное время стояло много войск (армия Федерба), и во внутренних областях (Луарская армия), при чем север не только скорее справлялся с формированием, но и давал более боеспособные части. Конечно, известное значение имела и большая воинственность населения севера Франции, театра многих войн, испещренного старыми крепостями с их значительными вспомогательными средствами, и в особенности более промышленный характер севера по сравнению с земледельческим югом Франции. Центральные, внутренние области, на которые ляжет с началом войны гигантская задача питать вооруженные силы ежемесячной высылкой 100-150 тысяч бойцов, должны быть подготовлены к этой задаче мирной дислокацией. Последняя, конечно, должна быть приурочена к железнодорожной сети.

Округа или корпуса? Группировка мобилизационных запасов явится наилучшей, если каждый корпус в пределах занимаемой им территории будет располагать всей нужной для мобилизации материальной частью. Наиболее отрицательное решение вопроса наблюдалось в Австрии в первой половине XIX века, в виде постройки общегосударственного гигантского арсенала в Вене. На западе роль наших военных округов играют корпусные округа. Последняя организация обеспечивает более полную децентрализацию и лучшее приспособление к местным особенностям. В то же время центр в корпусных округах найдет всегда более послушные органы, чем в округах, вырабатывающих каждый свою физиономию и нарушающих единство подготовки армии. Кроме того, деятельность во главе внутреннего военного округа имеет очень мало общего с командованием армией и является школой для администраторов-хозяйственников, а не стратегов. Внутренний округ является и очень плохой инстанцией для боевой подготовки войск. Русская армия смогла вполне убедиться в этом в 1914 г. Несравненно выгоднее с точки зрения подготовки к воине является замена окружного командования инспекциями, объединяющими несколько корпусов, разгруженными от всякой административной и хозяйственной работы и представляющими замаскированную оперативную головку штаба армии. Известный смысл имеют лишь некоторые приграничные округа, как готовый остов фронтового управления на особенно важных направлениях. Мобилизация и железные дороги. На железные дороги в мобилизационный период выпадает особенно трудная задача. Им необходимо самим произвести мобилизацию, т.е. подготовиться к перевозкам по сосредоточению. Но в то же время им необходимо выполнить огромные наряды по мобилизационным перевозкам - перевезти сотни тысяч призванных запасных, взятых по военно-конской повинности лошадей, доставить спешные воинские грузы; одновременно необходимо начать перевозки по прикрытию, для усиления защиты главных направлений в приграничных районах. В тот же момент и гражданская жизнь государства предъявляет к железнодорожному движению необычайные требования: граждане стремятся экстренно возвратиться к месту своего постоянного пребывания или же, в соответствии с начинающейся экономической мобилизацией, отправляются к новому месту работы. Надо освобождать вагоны и платформы от грузов, чтобы иметь возможность начать посадку войск, надо сосредоточивать порожняк к местам, откуда начнут литься к границам потоки сосредоточения, надо командировать личный состав на ведущие к границе линии для их усиления и в то же время выполнять тройную, против мирного времени, работу. Чрезвычайно важно заблаговременно предупредить железные дороги о предстоящей мобилизации; очень важно во всех деталях разработать план их мобилизации. И особую важность имеет учет действительно возможной работы, которой военное ведомство может потребовать от железных дорог. Надо предостеречь от попытки вовсе игнорировать с началом войны потребности гражданского населения в железнодорожном движении. Произойдет не мобилизация, а закупорка экономической жизни страны. Вокзалы будут забиты ожидающими возможности проникнуть в вагоны, крыши последних заполнятся лицами, прорвавшими на мелких остановках охранение, дисциплина во всех областях жизни пойдет на убыль. Достаточно повысить тарифы втрое; хотя бы скромное движение для удовлетворения настоятельных надобностей населения должно быть сохранено. Правильная дислокация войск и запасов в мирное время является лучшим средством для уменьшения мобилизационных перевозок, которые в противном случае разрастутся до гигантских размеров. Мобилизация железных дорог требовала в Германии 3 суток, в России- перед мировой войной от 4 до 8 суток. Какой проигрыш вытекал для русских от столь долгой мобилизации железнодорожной сети, видно из следующего подсчета, произведенного по данным 1908 года для нескольких десятков русских железных дорог: до конца своей мобилизации они могли, в среднем, пропускать по 4,5 воинских эшелонов в сутки, закончив ее - по 15,7 воинских эшелонов; мощь железных дорог, в отношении воинских перевозок, увеличивалась в 3,5 раза. Чем беднее железные дороги, тем больше средств придется заимствовать линиям, по которым направляются потоки сосредоточения с других железнодорожных линий, и тем больший срок потребуется на мобилизацию первых. Каждый лишний паровоз, каждый лишний вагон, изготовляемый в мирное время, сокращает срок мобилизации. Особенное значение имеет наличие на железных дорогах двух-трехмесячных запасов топлива, которые позволили бы снять с железных дорог, в период мобилизации и разверты-вания, тяготы по перевозке тяжелых грузов топлива. Последнее условие особенно важно для железных дорог, удаленных от источников топлива, в особенности если направление перевозки топлива совпадает с направлением перевозки войск. Сибирская железная дорога перед мировой войной могла пропускать 20-27 пар воинских поездов, но лишь до того момента, пока не были исчерпаны ее мобилизационные запасы угля; с этого же момента воинское движение по ней приходилось сокращать до 12 пар.

Дальше