Содержание
«Военная Литература»
Проза войны

25 июля 1943 года

Я пишу эти строки из района, расположенного возле магистрали Брянск — Орел. Здесь идут тяжелые бои. Немцы хорошо понимают, что означает для них указанная дорога. Поезда Брянск — Орел больше не ходят. Пытаясь удержать наше продвижение на юг, немцы атакуют с западного фланга, но безуспешно. Немецкая линия обороны была прорвана 12 июля на 11 километрах. Теперь ширина прорыва 60 километров. Еще четыре дня тому назад я присутствовал при немецких атаках с восточного фланга. После взятия Волхова немцы на этом фланге пассивны. Они отказались от мысли срезать нашу дугу, направленную к Карачеву. В самом Карачеве, по словам пленных, с которыми я разговаривал, паника, немцы бросили в бой писарей, поваров, кучеров.

Немецкая оборона была сильной: немцы укрепляли в течение года ряд глубоких отвесных оврагов. В чем причина нашего успеха? Скажу прежде всего, что Красная Армия теперь не та. К операции тщательно готовились — учения проводились в тылу, в оврагах. Артподготовка длилась два с половиной часа и была убийственной. Если немцы всегда страшились русской артиллерии, теперь они страшатся русской пехоты. Построение боевых порядков и сила огня обеспечили успех операции. Важно было не дать врагу опомниться, прорвать сразу три линии обороны. Это было выполнено. Сказалось хорошее взаимодействие частей, радиосвязь не прерывалась ни на час, саперы хорошо справились со своей задачей. Ярость вдохновляла наших солдат. Я беседовал с десятками героев. Вот группа разведчиков — шесть человек захватили пять немецких танков. Вот лейтенант Ионсян — армянин, он собственноручно перебил свыше ста гитлеровцев. Нет теперь ни танкофобии, ни страха самолетов. Наши потери относительно к результатам невелики, и это веселит бойцов.

Да и немцы теперь не те. Вот последний солдат знаменитой 293-й пехотной дивизии, сформированной из уроженцев Берлина и прозванной «медвежьей дивизией». Она считалась особенно боеспособной. Во Франции на реке Эн она получила боевое крещение. В июне 1941 года «медведи» бойко перешли Буг и ринулись на восток. 6 декабря 1941 года было для «медведей» черным днем. Дивизию пополнили. К нашему последнему наступлению, по данным штабных немецких документов, в «медвежьей дивизии» оставалось мало ветеранов. Вот данные об одном батальоне: в 1-й роте — 10 ветеранов, во 2-й — 11, в 3-й — 1, в 4-й — 0, в штабной — 1. Для утешения вдов командующий дивизией генерал Карл Арндт издал брошюру, озаглавленную «Кладбище героев 293-й ПД». В брошюре генерал, прозванный своими солдатами «костлявым Карлом», с немецким педантизмом сообщает, что 307 человек в течение 141 рабочего часа рыли могилы. Брошюра иллюстрирована фотографиями березовых крестов и геральдическими медведями. Теперь 293-я ПД уничтожена. Последний «медведь» мне меланхолично рассказывал, что «костлявый Карл» предусмотрительно сбежал.

Разбиты 211-я ПД из Рейнской области, 5-я и 20-я ТД. Немцы кинули в бой новые части. На участке, где я нахожусь, сражаются 10-я, 25-я, 110-я, 327-я ПД, 9-я ТД, 10-я МД.

Солдаты из разбитых немецких дивизий разбежались по лесам. Неприспособленные к лесной жизни, они умирают или выходят на опушку, чтобы сдаться в плен. Вчера при мне вышел из леса один отощавший солдат и заплетающимся языком стал проклинать Гитлера. Немцев ловят наши партизаны: каждому свой черед.

Любопытно, что подбитые танки «Т-4» помечены маем 1943 года. Любопытно также, что пленные говорят, что им приказано беречь боеприпасы.

Немцы не ждали удара. Они устраивались надолго. Разводили огороды и цветники. Устраивали клубы, театры, бары. Убегая, они побросали все: и пушки «фердинанд», и русских предателей-старост, и фотографии невест. Немцев потрясло наше наступление. Один пленный мне возмущенно заявил, что это наступление вносит беспорядок, что летом должны наступать не русские, а немцы. Важнее захвата территории, важнее уничтожения ряда вражеских дивизий удар по психике немецкого солдата: он вдруг понял, что немцев можно бить во все времена года.

Германское командование пытается отыграться на авиации. По ночам здесь светло, как днем, — горят подожженные немецкими бомбами села. Бывали дни с 1500 самолето-вылетами. Однако и в авиации у немцев чувствуется снижение. Видимо, у них вдоволь бомбардировщиков, но недохват в истребителях. Я не раз видел, как шли бомбардировщики без прикрытия. Немецкие летчики хуже прошлогодних. Много неопытных новичков. Один приземлился два дня тому назад на «фокке-вульфе» на нашем аэродроме и, смущенно улыбаясь, объяснил, что он «еще не умеет летать». Советская авиация ведет тяжелые, но успешные бои с противником. Я был у французов — летчиков «Нормандии». Они прекрасно показали себя: высокое мастерство и отвага. Небольшая эскадрилья французов за время последней операции сбила 17 самолетов противника. Командир эскадрильи сказал мне: «Наконец-то мы на настоящей войне».

Бои только разгораются. Средний немец уже не тот, что два года тому назад, но все же немецкая рота 1943 года стоит итальянского полка. Я пишу из села, от которого осталось одно название. Это название ничего не скажет читателю. Я понимаю, что Палермо звучит много торжественнее, но по всей справедливости нужно сказать, что центр войны по-прежнему в России, что бои в районе магистрали Брянск — Орел остаются «главным направлением» войны.

Я проехал за последние дни сотни километров по освобожденной территории: исколесил ее. Всюду развалины, заплаканные женщины. От большинства сел остались только дощечки с названием. Когда же кончится этот кошмар? Один спокойный генерал, задумавшись над картой, сказал мне: «Сейчас с немцами можно было бы кончить, если бы с запада по ним ударили. А ведь пора кончать».

Я надеюсь, что английские друзья примут эти слова не как полемику, но как трезвую оценку боевой обстановки.

Дальше
Место для рекламы