Содержание
«Военная Литература»
Мемуары

Вместо эпилога

Время неумолимо движется вперед. Годы летят как мгновения. Кажется, что совсем недавно вернулся я из Берлина, хотя прошло с тех пор уже около сорока лет. Зарубцевались, как и раны солдат, язвы окопов на нежном теле земли, поднялись из руин города... Четыре десятилетия мира и тишины! Что может быть радостнее для людей?!

И все же, когда ветераны 5-й ударной армии собираются вместе, они, как и все участники былых сражений, конечно же прежде всего вспоминают войну, трудные дороги к победе, к долгожданной мирной жизни, тех своих боевых друзей, которым никогда не доведется порадоваться благословенной тишине над бескрайними просторами Родины, увидеть плоды созидательного труда нашего народа.

Меня всегда радует на встречах с фронтовиками их интерес не только к судьбам однополчан, но и к преобразованиям, которые произошли за эти годы на немецкой земле. Так уж, видно, воспитан советский человек: дело, которому отдана частица жизни, всегда для него остается очень важным и близким.

После 1947 года я часто бывал в Германской Демократической Республике, всегда искренне радовался ее успехам в социалистическом строительстве и хотел, чтобы мои соратники, знавшие от меня о впечатлениях, вызванных поездками, сами посетили ГДР и разделили мои чувства.

В октябре 1974 года такая возможность представилась. Большая группа советских ветеранов войны была приглашена на празднование 25-летия со дня образования Германской Демократической Республики.

Многие из тех, кто участвовал в торжествах, встретились после войны впервые. В салоне самолета, взявшего курс на Берлин, царила необычная суматоха: радостные возгласы, оживленные беседы, бесконечные взаимные расспросы, веселые шутки.

— Здравствуй, новая Германия!

Это были первые слова, которые произнес на немецкой земле полковник запаса Алексей Никитович Бирюков, когда самолет приземлился в аэропорту Шенефельд.

Мы стали свидетелями поистине грандиозной, волнующей встречи, которую устроил немецкий народ прибывшей вскоре из Москвы партийно-правительственной делегации Советского Союза, возглавляемой Леонидом Ильичом [410] Брежневым. Кортеж автомашин двигался через людской коридор, протянувшийся на 37 километров. Сотни тысяч трудящихся приветствовали Э. Хонеккера и Л. И. Брежнева. Море флагов, восторженные улыбки берлинцев, музыка, песни...

Накануне юбилея Народная палата внесла в конституцию республики несколько принципиальных изменений. Отражая волеизъявление народа, первая ее статья провозглашала, что Германская Демократическая Республика является государством рабочих и крестьян, руководимых марксистско-ленинской партией. В новом основном законе ГДР отмечалось, что братское единение республики с Советским Союзом гарантирует дальнейшие ее успехи на пути социализма и мира, подчеркивалось, что ГДР — неотъемлемая составная часть содружества социалистических государств, верная принципам пролетарского интернационализма.

Принципы этой законодательно закрепленной политики виделись в атмосфере всеобщей сердечности и дружелюбия, которыми окружили граждане ГДР советских людей, в неузнаваемо изменившемся облике Берлина, в грандиозных и зримых успехах социалистической экономики и культуры республики.

Многие из ветеранов, конечно, захотели осмотреть памятные по 1945 году места боев. Это их стремление нетрудно понять, потому что в каждом участнике войны живет властное и горячее желание побывать в тех местах, где прошли его нелегкие фронтовые пути-дороги. Особенно долго задержалась наша группа у Бранденбургских ворот, над которыми реял государственный флаг ГДР. Мы знали, что по замыслу архитектора они должны быть символом мира, но только после войны стали этим символом и эмблемой столицы ГДР.

Затем мы подошли к кварталу, где когда-то находилась имперская канцелярия. Из земли здесь выступали только едва заметные остатки фундамента, на месте «фюрербункера» был виден лишь бугорок щебня и битых кирпичей, а вокруг — пустырь, заросший сорняками. Все, что осталось от логова фашистских главарей... Позорный памятник...

На следующий день наша делегация отправилась в Трептов-парк, чтобы отдать почести захороненным там советским воинам. Семь тысяч павших в сражениях за Берлин. И еще, вспомните, тринадцать тысяч на кладбище Шенхольц. До глубины души тронула нас забота немецких друзей об этих святынях. [411]

Четырежды я бывал в Трептов-парке. И каждый раз тяжело сжималось мое сердце. Здесь нашли вечный покой и многие бойцы нашей 5-й ударной армии, которых я хорошо знал. Тогда, в семьдесят четвертом, рядом со мной стояли в скорбном молчании Салиджан Алимов и Владимир Александрович Ишин. Это они вели в Трептов-парке яростный бой за расширение плацдарма после форсирования Шпрее, они похоронили здесь своих товарищей, а теперь, склонив поседевшие головы, еще раз отдавали дань уважения и благодарности героям. Время не зарубцевало раны в наших сердцах, не стерло в памяти образы погибших друзей...

Все ветераны присутствовали на торжественном заседании ЦК СЕПГ, Государственного совета, Совета Министров и Национального фронта ГДР, посвященном юбилею республики, и на всех нас произвели большое впечатление речи Л. И. Брежнева и Э. Хонеккера, в которых был дан глубокий анализ поступательного движения ГДР к развитому социалистическому обществу, показана борьба всех стран социалистического содружества за реализацию Программы мира.

Говоря о прекрасных всходах, которые дал социализм на немецкой земле, Леонид Ильич Брежнев подчеркнул, что самое важное его завоевание - это, бесспорно, человек нового склада, гордящийся своей социалистической Родиной, преданный идеям коммунизма, связывающий заботу о благе своего государства с интересами всего содружества братских стран.

В правильности этого вывода мы вскоре убедились сами. Нам была предоставлена возможность побывать в четырех округах республики, куда члены делегации выехали, разделившись на группы. Ветераны посетили заводы и кооперативные хозяйства, встретились с рабочими промышленных предприятий и сельскими тружениками в разных районах, но вернулись в Берлин с разительно сходными впечатлениями, отмечали необыкновенно высокий уровень экономики, науки, техники и культуры в ГДР. И еще всех радовало, что в стране действительно выросли люди не только другой генерации, но и новой формации, патриоты народно-демократического государства, воспитанные на идеях марксизма-ленинизма, в духе дружбы и сотрудничества с братскими народами социалистических стран.

Все в один голос отмечали теплоту, радушие, искреннее гостеприимство и еще одну важную черту немецкого народа: будь то рядовой труженик или один из руководителей [412] партии и государства, он говорил убежденно, что все достижения республики — результат освобождения страны от фашизма Советской Армией, плоды дружбы с советским народом.

Гостям Германской Демократической Республики были особенно заметны результаты воспитания ее граждан на революционных и трудовых традициях страны, в духе ненависти к милитаризму и фашизму. На нас большое впечатление произвело множество памятников и мемориальных досок, установленных в честь революционных событий, основоположников научного коммунизма, вождей коммунистической партии и рабочего класса. Имена великих сынов немецкого народа Карла Маркса и Фридриха Энгельса, основателя КПСС и Советского государства Владимира Ильича Ленина увековечены в монументах, названиях городов, улиц, площадей, школ, предприятий, свята у трудящихся ГДР и память о борцах за светлое будущее немецкого народа Карле Либкнехте, Розе Люксембург, Эрнсте Тельмане, Кларе Цеткин, Вильгельме Пике, Отто Гротеволе, Вальтере Ульбрихте. В честь их установлены памятники, мемориальные доски в Берлине и многих других городах республики.

Такое большое внимание к революционному прошлому немецкого народа и истории мирового коммунистического и рабочего движения оказывает благотворное влияние на воспитание в ГДР нового поколения борцов за социализм. И в этом мы еще раз убедились, когда присутствовали в юбилей республики на грандиозном факельном шествии членов Союза свободной немецкой молодежи.

Перед началом этой демонстрации гости Берлина собрались в оперном театре на Унтер-ден-Линден. Мы с генералом С. М. Фомиченко неторопливо прохаживались по фойе, делились впечатлениями, а неподалеку с членами советской партийно-правительственной делегации беседовал Эрих Хонеккер. Он узнал меня, подошел к нам, мы обнялись и расцеловались. Я поздравил Э. Хонеккера со славным юбилеем республики.

Потом всех пригласили на трибуны. Высвеченная лучами прожекторов и отблесками факелов, предстала перед нами Унтер-ден-Линден. После того как от имени юношей и девушек республики первый секретарь Союза свободной немецкой молодежи Э. Кренц произнес клятву верности делу социализма, началось факельное шествие.

Колонна за колонной шли молодые рабочие и труженики полей, студенты, пионеры-тельмановцы. [413]

Глядя на этот торжественный марш, я вспомнил ночь на 2 мая 1945 года. Тогда на Унтер-ден-Линден тоже было светло: горели здания, ночную мглу разрывали всполохи орудийных залпов и разрывов снарядов. Наши воины добивали фашистов, война шла к концу. А теперь, когда я видел марширующую по этой же улице немецкую молодежь, мне хотелось крикнуть: «Шире шагай, революция!»

Ко мне подошел Эрих Хонеккер.

— Какие у вас впечатления? — спросил он.

И я с волнением, которое было трудно сдержать, ответил:

— Грандиозно. Уверен, что они продолжают дело немецких коммунистов и антифашистов. Не зря советские воины полили своей кровью улицы Берлина. Революция растет и ширится...

Немецкую молодежь, уже в форме воинов Национальной народной армии ГДР, мы видели потом утром на военном параде, проходившем на главной магистрали столицы Карл-Маркс-аллее. Ей народ доверил самое лучшее оружие, самую совершенную технику, и не было сомнения, что она с честью выполняет свой долг перед новым немецким государством.

Мы убедились, как свято чтут в ГДР советских воинов-освободителей, с каким уважением относятся к тем, кто в составе органов Советской военной администрации в Германии помогал немецкому народу в трудные послевоенные годы. Нам, ветеранам 5-й ударной армии, было особенно приятно, что в те юбилейные дни на судоверфях Варнемюнде был заложен поставленный потом Советскому Союзу сейнер «Николай Берзарин». Корабелы республики по этому случаю пригласили к себе жену славного командарма Наталию Никитичну и его дочерей — Ирину и Ларису. Первого коменданта Берлина хорошо знают столичные жители разных поколений, потому что его щедрую русскую душу хорошо поняли еще в сорок пятом жители города, о которых Николай Эрастович заботился так же много, как и о своих войсках.

...Все ветераны, люди далеко не молодые, конечно, были утомлены напряженной программой пребывания в ГДР. Но я поразился, с какой бодростью и задором в самолете, на пути домой, они делились своими впечатлениями. И если выделить основное, главное, что глубоко тронуло каждого на немецкой земле и больше всего запомнилось, то можно было уверенно сказать: за построение социализма в ГДР борются миллионы, значит, светлое будущее трудящихся страны обеспечено. [414]

Да, время идет удивительно быстро. Все дальше в прошлое уходят события грозных лет минувшей войны. Но о них не должны никогда забывать нынешнее и будущее поколения, заботясь о сохранении мира на земле.

Эта забота, взволнованность звучит в письмах ветеранов 5-й ударной, которые я часто получаю. Как-то пришла весточка из Ленинграда, от Героя Советского Союза майора запаса Виктора Александровича Гнедина. Он подробно напомнил мне о январских боях 1945 года на берегах Пилицы, о судьбах боевых товарищей, а в конце коротко рассказал о себе.

«...Прошу также извинить за почерк, — писал он. — Дело в том, что в Скерневицах... меня очень тяжело ранило. Два года и восемь месяцев я лечился в госпиталях, перенес много хирургических операций, стал инвалидом первой группы. Рука моя болтается как плеть, но я ее фиксирую в специальном аппарате, натренировался и вот пишу эти строки.

Война кончилась тридцать лет назад, но я ее, проклятую, чувствую каждым моим движением: контрактуры, спондилезы, постоянные боли в ноге, гипертония и множество других болячек. Но, верьте, товарищ генерал, я не скис. Черта с два! Коммунисты не из того материала сделаны, чтобы стать хлюпиками. А я партиец с января 1940 года... Очень часто бываю в школах, красных уголках, в цехах фабрик и заводов, рассказываю о доблести советских воинов, о моих боевых товарищах... Испытываю чувство радости, гордости и счастья от того, что танки моего батальона участвовали в штурме Берлина, но хочу, чтобы мои дети и внуки не испытали ужасов войны».

Созидательный труд, мир, забота о нем... Можно было бы цитировать не один десяток писем, в которых бывшие воины нашей армии рассказывают мне о том, как они сразу после демобилизации снова пошли в бой, но уже на мирном — фронте, как, не жалея сил и времени, стараются воспитать у молодежи преданность коммунистическим идеалам, любовь к Родине, приобщить ее к традициям отцов.

Скажу хотя бы об одном — бывшем артиллерийском разведчике 295-й стрелковой дивизии сержанте запаса Максиме Константиновиче Величко. Это человек удивительной судьбы. В раннем детстве он лишился родителей и воспитывался в детских домах, с 14 лет начал трудиться на заводе, с первого дня войны — на фронте. С боями отступал солдат от западной границы до Кавказа, прошел [415] потом победный путь до Кюстрина, где был тяжело ранен, вернулся после войны на родной завод полным кавалером ордена Славы. Правая рука не сгибалась после ранения. Пришлось работать вахтером. День за днем Величко до боли тренировал руку и через несколько месяцев вернулся к разметочному столу, а затем возглавил бригаду разметчиков. В 1966 году Максим Константинович был удостоен звания Героя Социалистического Труда. Коммунисты избирали его делегатом XXI и XXIV съездов КПСС. За досрочное выполнение заданий 8-й пятилетки М. К. Величко награжден орденом Октябрьской Революции.

Величко и его жена Мария Григорьевна — тоже воспитанница детдома — вырастили пятерых детей. Двое из них — приемные, взятые из детского дома. И как бы ни был Максим Константинович загружен делами на производстве, депутатскими заботами и поручениями обкома партии, он всегда стремился выкроить время для встреч с молодежью на заводе, со школьниками, студентами и воинами. Все то же желание — приобщить молодежь к героическому прошлому своего народа.

Мы всегда обязаны думать о будущем. А будущее наше — молодежь. Передать ей эстафету мужества, славные традиции старшего поколения — вот в чем видят ветераны свой долг. Героическое боевое прошлое страны было и останется могучим средством воспитания. Не случайно на XXV съезде КПСС подчеркивалось, что утверждение в сознании трудящихся, прежде всего молодого поколения, идей советского патриотизма и социалистического интернационализма, гордости за Страну Советов, готовности отдать все силы защите завоеваний социализма является одной из важнейших задач партии.

Мне часто приходится встречаться как с гражданской молодежью, так и с воинами Советской Армии. Радует их пристальный интерес к малоизвестным страницам минувшей войны, к судьбам героев 5-й ударной. Радует их горячее желание созидать и защищать социализм. У нас растет достойная смена, которая заботливо приумножает славное наследие старших.

У каждого поколения есть свои самые памятные рубежи. Для моего это были Днепрогэс, пятилетки, война. И мне хочется, чтоб у других поколений были только мирные памятные вехи, чтоб мои сверстники были последними, кто проливал кровь на поле брани во имя мира на земле.

Дальше