Содержание
«Военная Литература»
Военная история

Глава вторая.

Планы войны

Разработка планов войны

Опубликованные за границей и у нас военно-исторические труды, посвященные подготовке мировой войны, позволяют установить процесс выработки генеральными штабами «планов войны» в том смысле, который в настоящее время вкладывается в план операций. План войны в современном понимании представляется программой деятельности всего государства на известный период лет для защиты с оружием в руках своих жизненных интересов и прежде всего своей независимости. План войны охватывает все элементы подготовки к ней, обеспечивающие достижение ее целей путем применения вооруженных сил, подкрепленных всеми благоприятствующими экономическими и политическими мероприятиями. В таком смысле плана войны не существовало к 1914 г. ни в одном государстве. Однако во Франции и особенно в Англии подготовка к войне в широком государственном масштабе начата была с момента образования высших органов по обороне страны: во Франции - Высшего совета государственной обороны в 1906 г. и в Англии - Имперского комитета обороны в 1911 г. Этими советами был проведен ряд мероприятий, идейно подсказанных определенным планом войны. Наилучше разработанный план операций принадлежал Германии и охватывал наметку ее исходных военных операций. К экономическому плану будущей войны в Германии приступлено было лишь в 1913 г. [35]

Начало стратегической подготовки войны 1914-1918 гг. может быть отнесено к 1871 г. Уже в апреле 1871 г. фельдмаршал Мольтке в своем очередном мемуаре писал, что «опаснейшим испытанием для существования молодой Германской империи была бы одновременная война ее с Россией и Францией, и так как возможность такой комбинации не может быть исключена, то следует заблаговременно принять в расчет средства для обороны в таких условиях». С этого момента и вплоть до 1914 г., в течение 44 лет, в Большом генеральном штабе в Берлине велась разработка плана войны на два фронта, в конечном счете ясно установившая основную идею операции против Франции и России, четкое распределение всех германских сил и характер первоначальных военных действий.

С заключением в октябре 1879 г. союза с Австро-Венгрией начальник германского Генерального штаба устанавливал роль австро-венгерских вооруженных сил при совместной борьбе обоих союзников против Франции и России. С присоединением Италии к Центральному союзу в 1882 г. в Берлине учитывалось использование итальянских сил для военных целей Тройственного союза, но участию итальянской армии никогда не придавалось первостепенного значения вследствие ясно сознававшейся в Берлине шаткости военно-политических связей между Италией и Австро-Венгрией.

Зато экономическое порабощение Турции, особенно после прибытия в Константинополь германской миссии Лимана фон Зандерса, делало ее послушным орудием в руках Германии{14}, а положение вещей на Балканском [36] полуострове делало для германской дипломатии небезосновательным расчет на возможность привлечения на свою сторону Румынии и Болгарии и объединения, таким образом, в один сплошной фронт всей средней Европы от Северного до Средиземного моря.

Два упрека относительно стратегической подготовки к войне обычно ставятся Союзу центральных государств: отсутствие писаной военной конвенции между ними, которая жестко определяла бы взаимные оперативные обязательства контрагентов союза, и умолчание об объединенном руководстве союзными силами, особенно ввиду территориальной неразделенности государств союза, дававшей право считать их территорию единым театром войны. Однако первый упрек отчасти отвергается на основании статьи 1 союзного договора между Германией и Австро-Венгрией, по которой обе державы обязывались помогать друг другу всеми своими вооруженными силами при нападении России на одну из них. Отсутствие более конкретных оперативных обязательств между обеими армиями объясняется политическими причинами. Германский Генеральный штаб не желал заранее открывать своих карт союзнику, военную ценность которого он расценивал невысоко. Нужно было считаться и с формальным участием Италии в союзе. Вместе с тем Германия опасалась оказаться на буксире у австрийской дипломатии, политика которой в течение [37] 35-летнего существования союза не раз стремилась спровоцировать войну ради сепаратных интересов лоскутной империи. Политика мешала также установлению единого верховного командования. Оба начальника генеральных штабов постоянным личным общением устраняли надобности в документе, который мог вредно отразиться на свободе действий обеих армий в обстановке действительной войны. Вопрос о едином союзном командовании, как свидетельствует опыт всех коалиционных войн, в том числе и мировой, не может быть разрешен удовлетворительно, так как затрагивает основные права верховной власти каждого государства, участвующего в союзе. Единое союзное главнокомандование к концу мировой войны формально было достигнуто на обеих сторонах, но по существу оно оставалось только деликатным компромиссом, опиравшимся лишь на добровольное согласие союзных правительств.

На другой стороне, у французов и у русских, дело с планом войны формально обстояло лучше, но по ясности руководящей идеи, по смелости ее проведения в жизнь и по четкости союзнического взаимодействия их план значительно уступал германскому. Если можно миновать более или менее случайные эпизоды франко-русского сближения в 1875 и в 1878 гг., то возникновение Союза Центральных держав надо считать окончательным толчком, который побудил французское и русское правительства одновременно пойти навстречу друг другу для заключения, в противовес Центральному союзу, в августе 1891 г. союзного договора, а через год - военной конвенции, подписанной, по уполномочию правительств, генералами Буадефром и Обручевым{15} и окончательно ратифицированной в январе 1894 г. [38]

Оба правительства обязывались в случае нападения на одно из их государств выступить всеми силами против врага, причем статьей 3 конвенции определялось выставление против Германии со стороны Франции 1 300 000 человек, а со стороны России - от 700 000 до 800 000 человек с целью заставить Германию вести борьбу одновременно на востоке и на западе. По статье 4 генеральные штабы обеих держав должны были находиться в постоянных между собой сношениях для практического осуществления указанного выше обязательства. Во время последнего совещания обоих начальников генеральных штабов (1913 г.) Жоффр особым протоколом изменил в конвенции цифру выставляемых Францией сил до 1 500 000 человек, с указанием срока их мобилизации на 10-й день и начала наступления на 11-й день, взамен чего Жилинский (начальник русского Генерального штаба) заявил о выставлении большей части из обещанных 800 000 человек к 15-му дню на германской границе и о немедленном их наступлении на территорию Германии. На основании периодически дополнявших военную конвенцию протоколов совещаний французский Генеральный штаб оказывал веское влияние на русское железнодорожное строительство, причем правительство Франции охотно предоставляло денежные капиталы для развития в желаемом для Франции смысле русской железнодорожной сети.

Итак, на одной стороне задолго до войны существовала писаная военная конвенция и в дополнение к ней периодические совещания начальников генеральных штабов, закреплявшиеся протоколами. На другой стороне не было конвенции и зафиксированных на бумаге стратегических постановлений. Преимущества оказались на последней стороне, так как именно русский план операций, скованный формальными требованиями конвенции, вызвал, как будет видно дальше, непоправимые ошибки в исходных операциях русской армии. [39]

В дополнение к военной конвенции в 1912 г. была заключена в Париже франко-русская морская конвенция, которой устанавливалось распределение задач обоих союзных флотов и обеспечение ими, с учетом также и британского флота, господства Антанты на европейских морях.

Что касается Англии, то участие ее в военном выступлении держав согласия не было, по принципам британской политики, оформлено предварительными обязательствами и ограничивалось в последние годы перед войной официозными совещаниями начальников французского, британского и бельгийского генеральных штабов.

Еще менее точно были координированы стратегические намерения морских сил держав Антанты. Среди них господствующую роль бесспорно занимал сильнейший флот Англии. В 1912 г. британское и французское правительства подписали, однако, два секретных документа. Один касался распределения морских сил обеих держав: французский флот в случае войны сосредоточивался в Средиземном море, а охрана Ла-Манша и Атлантического побережья Франции возлагалась на британский флот. Другим письменным соглашением оба правительства обязывались при неизбежности европейской войны подписать военную и морскую конвенции, заранее выработанные французским и английским генеральными штабами. Проще говоря, с приближением войны автоматически вступали в силу означенные конвенции, как это и произошло в действительности в августе 1914 г. Накануне самой войны, в мае и июне 1914 г., все три правительства Антанты намеревались заключить общую военно-морскую конвенцию относительно распределения союзных флотов и вытекающих из него оперативных задач. Ввиду существовавшего уже по этому вопросу соглашения между Францией и Англией оставалось тот же вопрос урегулировать между Англией и Россией. Переговоры между обоими правительствами [40] о заключении морской конвенции были прерваны наступившей войной.

Прежде чем перейти к изложению планов операций обеих сторон в мировую войну, необходимо предпослать этому изложению краткую оценку местности тех театров войны, на которых эти операции развивались.

Театры войны

Театрами мировой войны, с которыми связаны были первоначальные планы сторон, являлись:

1) На западе Европы - сначала вся полоса местности вдоль границы Германии с Бельгией и Францией, а затем вся северо-восточная часть Франции; этот называемый в литературе Западноевропейским театр войны мы в дальнейшем изложении для краткости будем называть Французским.

2) На востоке Европы - сначала, в маневренный период войны, вся полоса местности вдоль границы России с Германией и Австро-Венгрией, а затем преимущественно вся западнопограничная полоса России; этот называемый в литературе Восточноевропейским театр войны мы в дальнейшем, по той же причине, будем называть Русским.

3) На юге Европы - сначала вся полоса местности вдоль границы Австро-Венгрии с Сербией, затем вся территория последней, а потом и весь Балканский полуостров; этот театр войны мы будем называть Балканским.

Западноевропейский (Французский) театр войны

(Схема 3)

Западноевропейский театр войны тянулся между Северным морем и Швейцарией. На этом протяжении в 700 км территория Франции соприкасалась с Бельгией от моря до Лонгви на 400 км с лишком, а на [41] франко-германскую границу приходилось около 300 км. В пределы театра военных действий вошли вся Бельгия и северо-восточная Франция, до линии: устье р. Сены - Бельфор - Базель.

По рельефу вся означенная территория разделялась на два разных района: северо-западный - равнинный, включающий в себя Бельгию к западу от р. Маас и северную часть Франции между морем и р. Уаза; вся остальная часть театра - юго-восточный район - возвышенная, частью даже гористая.

Северо-западный район по характеру местности и по обилию Дорог позволяет свободное маневрирование крупных войсковых масс, кроме низменных участков по pp. Шельде, Лис и Самбра с изрядным числом болот, перерезанных каналами. Эти участки представляли выгоды только при обороне, когда можно было легко устраивать искусственные наводнения.

Юго-восточный район включает систему трех горных групп вдоль границ, отбрасывающих от себя ряд отрогов в глубь французской территории. Северная группа - Арденны - заполняет пространство по обоим берегам р. Маас, между верховьями р. Уаза и северной границей Люксембурга. Арденны не представляют ясно выраженного горного хребта. Это - группа плоских возвышенностей, прорезаемых течением р. Маас. К западу от реки эти возвышенности не превосходят 350 м над уровнем моря, а к востоку, близ бельгийско-германской границы, достигают вдвое большей высоты.

На линии Ретель - Монмеди Арденны увязываются с другой горной группой - Аргоннами, которая в виде двух узких лесистых параллельных цепей заполняет пространство между р. Маас и верхним течением р. Эна. Обе цепи Аргонн имеют резко обозначенный характер горных хребтов и представляют значительные затруднения для войск на путях из Лотарингии к Реймсу. Но высота этих гор лишь в окрестностях Бар-ле-Дюка достигает 400 м. [42]

Третья горная группа - хребет Вогезских гор вдоль границы Эльзаса. Это наиболее высокий и трудноодолимый хребет, являющийся как бы барьером для обеих сторон на путях вторжения через него крупных масс. Его прорезали только две сквозные железные дороги, и то в его наиболее низком северном участке. Вогезы повышаются с севера на юг и достигают наибольшей высоты в своей южной оконечности, где высшие точки хребта имеют высоту до 1500 м.

Из водных рубежей театра наиболее значительными являются: р. Рейн, ограничивающая этот театр с северо-востока, с его левыми притоками pp. Мозель с Мертой и Сааром и Маас с Самброй; р. Сена, ограничивающая этот театр с юго-запада, с ее правыми притоками pp. Марна (с Большим и Малым Морэнами и Урком) и Уаза, Эна и Вель, и впадающая в море р. Шельда (Эско) с притоками pp. Лис, Изер и Сомма. Все эти реки и соединяющие их многочисленные каналы приобретали характер трудноодолимых преград лишь на тех участках, где они были усилены укреплениями или снабжены сооружениями для устройству наводнений. Во всех же других местах они имели лишь значение тактических рубежей, на которых и разыгрались наиболее значительные операции, получившие свое название по названию этих рек.

Поскольку государственная граница между участвовавшими на Западноевропейском театре государствами не всегда совпадала с солидными естественными рубежами, обе стороны уделяли значительное внимание укреплению естественных рубежей в ближайшем тылу от границ. Со стороны Германии таким рубежом являлся широкий Рейн, на котором были сооружены крепости Страсбур и Кёльн, Гермерсгейм, Майнц, Кобленц и Везель. У самой границы на Мозеле были крепости Мец и Тионвиль (Диденгофен) и укрепления у Саарлуи. На границе же с Бельгией для прикрытия обходных путей через Бельгию к Нижнему Рейну был укрепленный лагерь у Мальмеди. Со стороны Франции таким ближайшим [43] (в двух переходах) к германской границе и важнейшим укрепленным рубежом являлись верховья pp. Мозеля и Мааса, на которых были построены четыре крепости и до 20 более или менее значительных укреплений, составлявшие в совокупности два укрепленных района: Бельфор, Эпиналь - 80 км по фронту, и Туль, Верден - 80 км по фронту. За указанными укрепленными районами 1-й линии находились укрепления 2-й линии, состоящие из укрепленной позиции у Дижона и Лангра и укрепленных районов - Реймса, Лаона, Ля-Фера. Центральным редюитом всей этой укрепленной системы служил укрепленный лагерь Парижа. Что же касается системы укреплений на участке границы Франции с Бельгией, т. е. от Монмеди до моря, то в связи с усовершенствованием крепостной техники, выдвинувшей в 80-х гг. XIX столетия бетон и бронированные башни и потребовавшей огромных затрат, от первоначально задуманной обширной системы укреплений на этой границе было решено отказаться. Были оставлены лишь Монмеди и Мобеж, а крепость Лилль была намечена к упразднению. Со стороны моря этот театр был прикрыт крепостями Дюнкерк, Кале, Булонь.

Что касается Бельгии, то правящие классы, которые вполне сознавали всю иллюзорность «вечного» нейтралитета своей страны, хотя бы и гарантированного европейскими державами, ясно понимали, что в случае войны между Германией и Францией Бельгия неминуемо подвергнется вторжению германских армий, поэтому по мысли известного бельгийского инженера генерала Бриальмона в 1890-1892 гг. были предприняты меры по укреплению рубежа р. Маас крепостями Намюром и Льежем, а Антверпен был превращен в обширную крепость-лагерь.

Сооружение французских восточных крепостей отражало систему обороны Франции после франко-прусской войны 1870-1871 гг. против нового германского вторжения. Франция по намеченному в 1874 г. генералом Сере де Ривьерой плану принялась за укрепление [44] своей новой границы для прикрытия мобилизации и сосредоточения армии с целью остановить противника и собрать все силы на борьбу с его армиями, пользуясь линией крепостей.

Руководящая идея укрепления этой новой границы заключалась в том, чтобы занять важнейшие узлы сообщений сильными крепостями с фортовым обводом и направить вторжение германских армий к свободным промежуткам между крепостями, расположив эти промежутки или в системе огня крепостей и фортов застав, или на труднопроходимой местности. Таких открытых промежутков было оставлено два: один шириной в 60 км между крепостями Эпиналь и Туль, так называемый Шармский проход, и другой шириной в 35 км между крепостями Верден и Монмеди.

Вся система укреплений на восточной границе Франции и Бельгии оказала прямое влияние на выработку плана первоначальных операций обеих сторон, который, в свою очередь, исходил из ближайших конкретных целей войны.

Восточноевропейский (Русский) театр войны

(Схема 4)

Весь маневренный период мировой войны на Русском европейском театре разыгрался преимущественно на территории западной пограничной полосы бывшей Российской империи и сопредельных провинций Восточной Пруссии, Западной и Восточной Галиции.

В отношении подготовки театра к войне, стратегического развертывания и первоначальных планов имело первенствующее значение очертание государственной границы между воюющими странами; в данном случае эта граница приобретала еще особое значение ввиду большого различия между Россией и Австро-Венгрией и Германией - особенно в отношении путей сообщения и инженерной подготовки. [45]

Государственная граница между воюющими странами представляла много оригинального. Являясь результатом тех политико-экономических отношений, которые сложились ко времени Венского конгресса (1815 г.), она совершенно не преследовала стратегических целей, а исключительно политические, в виде образования под скипетром русских монархов Царства Польского с вознаграждением Австро-Венгрии галицийскими областями с более родным России по крови населением, чем Польша, и с оставлением Пруссии ее коренной провинции - Восточной Пруссии.

Первая особенность пограничной линии состояла в том, что она нигде не совпадала с естественными преградами. Реки Неман и Висла, которые могли бы служить таковыми, пересекались границей, попадая устьями в море Германии, а Карпатский хребет составлял ближайший тыл австрийской пограничной полосы. Вторая особенность заключалась в том, что русская граница вдалась большим четырехугольником с основанием около 360 км и высотой около 400 км в территорию враждебных России стран, что неминуемо должно было оказать большое влияние как на подготовку театра войны, так и на первоначальный ход операции.

По общему географическому облику театр вполне пригоден для широких маневренных операций. Равнинный, отчасти холмистый, отчасти лесисто-болотистый характер его обусловливает в виде холмов, лесисто-болотистых и озерных участков элементы только тактического значения, за исключением некоторых районов, которые имеют и стратегическое значение.

К таковым принадлежат: 1) озерный район в Восточной Пруссии, известный под названием Мазурских озер; 2) лесисто-болотистый участок в восточной части театра, охватывающий бассейн р. Припять, под названием Полесья и 3) на юге театра горный Карпатский хребет, который представлял естественную значительную преграду для русского наступления в Венгрию, но, с другой стороны, стеснял маневрирование [46] австро-венгерской армии. Кроме обильных лесисто-болотистых участков, театр изобилует реками, текущими в большинстве в меридиональном направлении и представляющими естественные преграды для действий враждующих сторон. Впрочем, оборонительными линиями, имеющими стратегическое значение, являлись только pp. Висла, отчасти Буго-Нарев и Неман от устья до Гродно, все же остальные реки имели значение только как рубежи и тактические преграды.

Рассматриваемый театр может быть разделен на 4 района, имевшие разное оперативное значение:

1. Центральный, или Привислинский, - образующий дугу, глубоко вдающуюся у Торна, Калиша и Кракова в пределы Германии и Австрии с основанием, идущим примерно по pp. Бобр и Западный Буг.

2. Северный - между Балтийским морем и северной границей Полесья.

3. Южный - между южной границей Полесья и Карпатами.

4. Полесье - в виде разъединяющего северный и южный районы пространства.

Развитие рельсовой сети не только на театре войны, но и на всей территории воюющих стран, входит такой большой удельной величиной в оперативную работу армий, что на этом вопросе приходится остановиться более внимательно.

Обширность территории России, недостаток денежных средств, слабое экономическое развитие и неустойчивость железнодорожной политики были естественными причинами недостаточного и неравномерного роста русской рельсовой сети. Россия поражала своей отсталостью в количестве железных дорог, что отодвигало ее далеко назад в отношении Западной Европы.

Коэффициент обслуженности сетью был в 18,2 раза меньше, чем Франции, Англии и Германии, даже только для Европейской России, без обширных пространств Архангельской, Вологодской и Олонецкой губерний. Русскую сеть в указанных выше пределах [47] необходимо было увеличить в 4,5 раза для того, чтобы сравняться с Германией, и в 3,5 раза, чтобы сравняться с Австро-Венгрией.

Подобные условия накладывали сильный отпечаток не только на роль России в мировой войне, но и на условия ведения операций в различные ее периоды.

В то время как Германия и отчасти Австро-Венгрия имели в своей широко развитой и богато оборудованной сети железных дорог не только могущественный фактор в отношении мобилизации, сосредоточения и питания массовых армий, но и в отношении быстрых перебросок их как с фронта на фронт, так и в районе одной операции, - Россия от своей мало развитой и бедно оборудованной сети получала в этом отношении далеко не полное подспорье.

Все внимание русского Генерального штаба в отношении железных дорог было направлено к тому, чтобы скорее сосредоточить и развернуть армии в начале войны, и отчасти к удовлетворению хоть некоторой возможности перекидывать их с северной стороны Полесья на юг или обратно. Для оперативного использования во время ведения операций рельсовая сеть была почти не подготовлена. Некоторую возможность в этом отношении представлял только участок между Вислой, Наревом и линией Ивангород - Люблин - Ковель, имевший достаточно развитую сеть для использования ее в оперативном отношении. Другим таким участком являлся район Вильны. Русская железнодорожная сеть совершенно не была подготовлена к наступательным операциям и не могла одновременно выдержать тяжесть оперативных перевозок и питания армий; она была более развита для борьбы на германском фронте, чем на австрийском.

Таким образом, обе стороны вели маневренный период войны в совершенно разных условиях помощи со стороны железных дорог, которые поставили противников в далеко не равные условия, - в руках немцев находились богатейшие средства инженерной техники, превосходившие средства противной стороны. [48]

В отношении инженерной подготовки театра приходится отдельно рассматривать территории каждого из враждовавших государств.

Россия. Мнение о том, что Россия вступила в мировую войну почти без инженерной подготовки театра предстоящей борьбы, не будет слишком преувеличено. Так, незадолго до войны разрушили систему инженерной подготовки, проводившейся в жизнь свыше 30 лет, и не успели дать ничего нового. Существовавшая система крепостей исходила из идеи, данной Милютиным в 1873 г., и находилась в полной зависимости от предполагавшегося стратегического развертывания и намеченных планов войны.

Идея стратегического развертывания в течение свыше 30 лет сводилась к использованию выгодных свойств Привислинского района и сосредоточению в нем по обоим берегам р. Висла главной массы сил под прикрытием содержавшейся на западной границе большей части армии мирного времени и соответствующего усиления района развертывания крепостями. В отношении планов действий существовало определенное решение - первоначально [49] обороняться против Германии и энергично наступать против Австро-Венгрии.

В зависимости от этих отправных данных система инженерной подготовки Западного театра сводилась к следующему.

В центре образовался Привислинский укрепленный район.

Основой его служили три крепости на р. Висла, а именно: Новогеоргиевск при слиянии pp. Висла и Буго-Нарев, Варшава - в центре и Ивангород - при слиянии pp. Висла и Вепрж. Эти крепости с мостами через р. Висла и с укрепленной перед ними позицией давали, во-первых, свободу маневрирования на обоих берегах pp. Висла, Буго-Нарев и Вепрж, во-вторых, служили хорошим плацдармом для наступательных операций войск на левом берегу р. Висла, в-третьих, были серьезной преградой для форсирования р. Висла противником.

Вслед за обеспечением фронта начали обеспечивать фланги Привислинского района. Наибольшее значение придавалось северному флангу как ввиду оборонительной задачи по отношению к Германии, так и ввиду необходимости обеспечить Петербурго-Варшавскую ж. д., проходившую близко от германской границы. Для этого воспользовались оборонительной линией pp. Бобр и Буго-Нарев. Левый фланг этой линии обеспечивался крепостью Новогеоргиевск, у слияния pp. Буг и Нарев, небольшой крепостью Зегрж и правый фланг на р. Бобр - большой крепостью Осовец. Кроме того, впоследствии для обеспечения переправ через р. Нарев были укреплены Ломжа, Остроленка, Рожан, Пултуск. Таким образом, водная и болотистая преграда pp. Бобр, Буг и Нарев обращалась для немцев в труднодоступное препятствие, не стесняя свободы маневрирования по обоим ее берегам русских войск. На усиление южного фланга Привислинского района было обращено мало внимания. Предполагавшееся укрепление Ровно-Дубенского узла осталось за недостатком средств в проекте, [50] и здесь все ограничилось только обеспечением флангов: Ивангородом на р. Висла и крепостью Брест-Литовск на р. Буг. Оборонительная линия р. Неман прикрывалась только одной первоклассной крепостью Ковно и устарелыми укреплениями у Олиты и не законченной к 1914 г. крепостью Гродно.

Крайние фланги Северо-западного фронта обеспечивались морскими крепостями: на севере - Либавой, Усть-Двинском и Кронштадтом и на юге - Севастополем и Очаковом.

Если к этому прибавить старые тыловые крепости-склады Двинск и Киев, то этим и ограничивалась вся система укреплений русского Западного театра. Надо сознаться, что к 1909 г. почти все названные крепости пришли в архаическое состояние, совершенно отстали от современных требований в отношении как артиллерийского вооружения, так и фортификационных сооружений.

В 1910 г. в России одновременно с коренной реорганизацией армии, переменой ее дислокации и отнесением линии ее стратегического развертывания назад на фронт р. Неман, Брест-Литовск, Ровно и Проскуров было решено уничтожить и все выдвинутые на pp. Висла и Буго-Нарсв крепости. На Западном театре оставлялись только Ковно, Осовец и Брест-Литовск и вновь сооружалась крепость в Гродно.

Но вслед за тем начались новые колебания, и вполне соответствовавшая идее установленного развертывания [51] армий система 4 крепостей скоро была изменена сохранением Новогеоргиевска, одиноко выдвинутого от линии развертывания вперед километров на 200, и временным сохранением укреплений Ломжи. Из числа приморских крепостей были сохранены Усть-Двинск на Балтийском море и Очаков и Севастополь на Черном. От Либавы и даже Балтийского порта как оперативных баз нашего флота пришлось отказаться ввиду гибели русского флота у Цусимы в 1905 г. и отнести морскую оборону на линию Ревель - Поркаллауд со Свеаборгом как базой для миноносцев и подводных лодок{*4}.

Таким образом, с 1910г. в России начали разрушаться и разоружаться старые крепости и медленно составляться проекты для усовершенствования оставленных и для постройки новых. До чего медленно шла эта работа, явствует из того, что только летом 1912 г. были закончены проекты переустройства Ковенской и Усть-Двинской крепостей и постройки Гродненской крепости.

Германия. За последнее десятилетие перед войной центром тяжести инженерной подготовки на русской границе являлась Восточная Пруссия. Здесь опорой полевой армии при наступлении служили крепости Торн, Данциг и Кенигсберг и ряд укреплений по р. Висла, благодаря которым эта река перестала быть препятствием для германцев и стала весьма трудноодолимой преградой для русских. Для обеспечения же спокойного развертывания армий от наступления русских была сооружена передовая оборонительная линия вдоль Мазурских озер, которая в то же время служила отличным плацдармом для наступлений в русские пределы как на восток, так и на юг. Ближайшие пути от Варшавы на Берлин прикрывались крепостями на pp. Одер и Варта, из которых на ход операций отчасти имели влияние крепости Бреславль и Познань.

Австро-Венгрия. Это государство подготавливало развертывания своих армий против России в Галиции впереди Карпат. Для обеспечения района развертывания с запада и для преграждения прямого пути на Вену [52] служила крепость Краков. Для опоры наступлению -главных сил и свободы их маневрирования, а также для прикрытия лучших проходов через Карпаты существо-вала крепость Перемышль с отдельными укрепления-ми по р. Сан. Наконец для обеспечения правого фланга развертывания линия р. Днестр была усилена рядом отдельных укреплений (Галич, Миколаев, Залещики и др.). Следует упомянуть еще о временных укреплениях Львова, чем и кончается крепостная подготовка Австрии на Русском фронте.

В итоге инженерная подготовка сильно различалась в трех сопредельных государствах. В России этот вопрос находился в периоде перестройки всего плана подготовки. Она отказалась от милютинской системы, которая обеспечивала выдвигаемое вперед стратегическое развертывание, служила хорошей базой при переходе армий в наступление и соответствовала активному характеру войны. Новая система своими тремя северными крепостями (Ковно, Гродно и Осовец) фактически усиливала только оборонительную линию р. Неман, оставляя для опоры против Австрийского фронта только одну крепость Брест-Литовск. В ряде крепостей имелась хорошая база также исключительно для наступления в Восточную Пруссию со стороны р. Неман. На всем остальном пространстве инженерной подготовки фактически не существовало, так как Брест-Литовск [53] оказывал влияние только после занятия противником всего Привислинского района.

В несколько оригинальном положении оказалась крепость Новогеоргиевск, предназначенная первоначально к уничтожению, а потом сохраненная. Выдвинутая, как указывалось выше, от предполагаемой в 1910 г. линии развертывания армий, она могла бы сыграть плачевную роль Порт-Артура, если бы русское стратегическое развертывание в 1914 г. вновь не было выдвинуто вперед.

При такой комбинации Новогеоргиевск служил опорой левого фланга фронта по р. Буго-Нарев и единственной русской крепостью на р. Висла.

Инженерная подготовка в Австро-Венгрии фактически сводилась к двум крепостям, прикрывающим карпатские проходы и находившимся в тылу предполагаемого развертывания австрийских армий в Галиции. Роль этих крепостей ограничивалась исключительно уменьшением последствий неудачной для австрийцев битвы в Галиции и прикрытием внутренних их областей от русского нашествия.

Что касается Германии, то она использовала особенности территории Восточной Пруссии и приспособила ее не только к обороне незначительными силами, но и как базу для развития наступательных операций.

Планы операций на Западноевропейском (Французском) театре

Антанта

(Схема 5)

Как отмечено выше, основным стержнем плана войны для Антанты служила военная конвенция между Россией и Францией 1892 г. с последующими дополнениями, вносимыми на совещаниях начальников обоих генеральных штабов. Наиболее существенные изменения [54] были сделаны по инициативе Жоффра в протоколах последних совещаний, происходивших в 1912 и 1913 гг.

Еще в 1911 г. предшественник Жоффра генерал Дюбайль заявил, что он будет считать себя вполне удовлетворенным в случае, если русское наступление против Германии будет выполнено с такими силами, которые прикуют от 5 до 6 германских корпусов на восточной (русской) границе. Жоффр на совещаниях 1912 и 1913 гг. высказывался о желательности, при сосредоточении германцев в Восточной Пруссии, занятия русскими войсками исходного положения, допускавшего развитие решительного наступления с юга на Алленштейн. Если же германцы развернули бы свои силы в районе Торн - Познань, то русским следовало бы развернуть свои силы против Германии на левом берегу р. Висла, в пределах Польши, для наступления по прямому направлению на Берлин.

За основание при разработке плана войны принято было считать наиболее вероятным направление главного удара Германии сначала на запад - по Франции; решительные действия против России являлись при этом последующим актом германцев после разгрома французских сил. Зависимость русского правительства от французского капитала диктовала подчинение и русского Генерального штаба французскому. Поэтому Дюбайль и Жоффр позволяли себе откровенно внушать Жилинскому желательный для них план операций русских вооруженных сил. По существу выходило, что на совещаниях французы предъявляли свои требования, а русский представитель выяснял возможность и способы их удовлетворения. Сами же французы не открывали карт относительно своего плана операций. На совещаниях никогда не ставился вопрос о наивыгоднейшем способе встречи французами германского удара. Жоффр ревниво оберегал от обсуждения свою идею французского контрудара с фронта Бельфор - Лонгви. Этим маневром, как известно, Жоффр предполагал не только парировать вторжение [55] германцев, но и взять инициативу исходных операций в свои руки.

Взамен этого план русского наступления с началом войны всегда занимал центральное место на совещаниях и привлекал наибольшее внимание французского Генерального штаба. Французам не нравилась мысль о нанесении русскими армиями решительного удара по австрийцам, что требовало сосредоточения главной массы русских сил на русском Юго-западном фронте. Французы настойчиво указывали, что победа над главным противником - Германией - сразу же закончит борьбу с Австро-Венгрией.

В итоге перед войной не существовало конкретного общего плана операций коалиции, несмотря на близкие отношения между французским и русским генеральными штабами. Эти отношения навязывали серьезные обязательства русским и внушили их стратегическому творчеству предвзятость при разработке своего плана операций. «Военная тайна», которая должна была окружать взаимные военные обязательства Франции и России, безнаказанно допускала со стороны русского представителя уступчивость, оказавшуюся с возникновением войны вредной для русских интересов.

О военном участии в будущей войне третьего члена Антанты - Великобритании, как уже отмечено выше, не имелось никаких письменных документов. Об этом свидетельствует первый том истории войны, издаваемый французским Генеральным штабом. Англия не желала брать на себя письменных обязательств. Когда в марте 1912 г. Френч был назначен начальником английского Генерального штаба, им были предприняты некоторые шаги к обеспечению в случае войны перевозок английских экспедиционных сил на континент, а его помощник Анри Вильсон не раз навещал французский Генеральный штаб и бывал в районе будущего развертывания союзных армий для изучения стратегической обстановки. [56]

Английский Генеральный штаб разрабатывал в общих чертах разные варианты участия английских войск на Европейском материке и в связи с этим из высадки на французском побережье - на участке Кале - Дюнкерк или на бельгийском берегу - в Зеебрюге и Остенде; поднимался даже вопрос о высадке в Антверпене. Но все эти работы можно считать только черновыми набросками английского командования, которым недоставало [57] самого главного - политического оформления со стороны правительства. Последнее не связывало себя до начала войны никакими внешними обязательствами.

Франция. План операций французских вооруженных сил, подобно германскому, последовательно, в течение 40 с лишним лет, разрабатывался Генеральным штабом, но, задуманный тотчас после разгрома 1870-1871 гг., этот план в процессе своей эволюции не мог освободиться от влияния германского превосходства и не отличался такой ясной целеустановкой, как германский. За указанный срок сменилось 17 планов развертывания французской армии. Однако последний план, ? 17, не давал четкого представления о том, что предпримет французский главнокомандующий по окончании стратегического развертывания.

В первые годы после войны 1870-1871 гг. вследствие слабости французской армии ее развертывание происходило под прикрытием линии крепостей на восточной границе Франции с целью дальнейших действий в зависимости от операций германских войск. Однако и позже, когда оборона Франции окрепла, ее военная организация приобрела устойчивость и быстро стали накапливаться живые и материальные средства борьбы, - руководящая идея первых операций всегда сводилась к их подчинению германской инициативе. Эта идея клонилась к тому, чтобы французское развертывание одинаково было пригодно для наступательных и оборонительных действий. В предпоследнем плане - ? 16 - прямо указывалось, что развертывание должно удовлетворять двум условиям: обеспечивать выполнимость исходного маневра армий и быть в состоянии противодействовать возможным неожиданностям в ходе событий{16}. Это все же идея «наступательной обороны», которая красной нитью пронизывала оперативные планы французского Генерального штаба{*5}. [58]

План ? 17 разрабатывался в течение трех последних лет перед войной оперативный бюро французского Генерального штаба, начальником которого был генерал Жоффр. План был окончательно принят 15 апреля 1914 г. По собственному выражению Жоффра, планом операций является основная идея, которая вынашивается в голове главнокомандующего, но не запечатлевается [59] письменно. Результатом же этого замысла служит план сосредоточения вооруженных сил. Впервые высший командный состав узнал о задачах армий из директивы ? 1, сообщенной Жоффром командующим армиями 8 августа, уже после объявления войны. Эта директива указывала на намерение главнокомандующего после сосредоточения всех сил атаковать германские армии, причем атаку развивать в двух главных направлениях: одну - на восток из района южнее крепости Туль, между лесистыми массивами Вогезов и р. Мозель, другую - на северо-восток из района к северу от линии Верден - Мец. Обе эти атаки должны были быть тесно связаны силами, действующими на Маасских высотах и на Ваврском плато.

Соответственно этой задаче правое крыло в составе 1-й и 2-й армий сосредоточивалось между Тулем и Бельфором, причем главные силы 1-й армии - в районе Эпиналя, а 2-й армии - в районе Нанси. Обе эти армии должны были первоначально действовать между pp. Рейн и Мозель южнее Туля и по течению р. Мозель. Левое крыло из 5-й армии и отдельного кавалерийского корпуса сосредоточивалось на линии Вузье - Гирсон. Для связи операций обоих крыльев служила 3-я армия, главные силы которой сосредоточивались у Вердена. 4-я армия временно располагалась во второй линии, в районе С.-Дизье - Бар-ле-Дюк, в готовности двинуться к югу или к северу от 3-й армии. Эта армия являлась оперативным резервом для армий первой линии. На случай движения германцев через южную Бельгию имелся «вариант к плану ? 17», по которому 5-я армия выдвигалась на линию р. Маас, на участок Музон - Мезьер, а 4-я армия - к С.-Менеульд на Верхней Эне, в 40 км западнее Вердена, для заполнения промежутка между 5-й и 3-й армиями. Этот вариант не предусматривал возможности германского маневра через северную Бельгию. Сверх означенных армий в распоряжении главнокомандующего были 2 фланговые группы, каждая в составе 3 резервных дивизий: [60] одна - уступом за правым флангом, у Везуль, другая - уступом за левым флангом, в районе Гирсон - Вервен. Кроме того, главнокомандующий мог рассчитывать на африканские войска по мере их прибытия во Францию (XIX корпус из Алжира и 1½ дивизии из Марокко) и на 12 резервных дивизий, формировавшихся внутри Франции и частью предназначавшихся в гарнизоны крепостей.

В общем французы развертывались на фронте в 350 км от швейцарской границы, у Монбельяра, до бельгийской границы, у Гирсона на р. Уаза. По заложенной в план идее их развертывание представлялось неясным{*6}. Оно намечало нанесение контрудара в лоб по противнику на германско-французской границе и не таило в себе возможности какого-либо маневра. Это был план развертывания, ориентированный, главным образом, на восток, но не на северо-восток - против германского обхода через всю Бельгию. Исходя из неправильной предпосылки, что главная масса германских сил будет стремиться вторгнуться во Францию через Люксембург и южную Бельгию, Жоффр до некоторой степени [62] массировал свои силы для удара правым крылом между Вогезами и р. Мозель. Когда до войны ему указывали на вероятность германского главного удара через всю Бельгию, севернее и западнее р. Маас, он возражал, что у германцев не хватит для этого сил; он не учитывал дублирования ими полевых корпусов резервными. А если такой глубокий обход тем не менее был бы предпринят германцами, то Жоффр считал, что таковой облегчит прорыв германского центра. Большим недостатком французского плана являлось и неиспользование сразу крупных резервных формирований, подсказанное недоверием к их боевой прочности, вследствие чего к началу операций резервные войска, не сведенные в корпуса, оставались на флангах и в тылу - частью для второстепенных задач, а частью для завершения боевой подготовки. Первая операция французов - Пограничное сражение - обнаружила полную несостоятельность плана, разработанного Жоффром в мирное время, и только успех Марнской операции замаскировал слабость замысла и предвзятость плана ? 17.

Англия. Участие Англии в коалиции против Германии начало подготавливаться с момента возникновения «сердечного согласия» между Англией и Францией в 1904 г.; но всегда очень осторожная в связывании себя конкретными обязательствами Англия не торопилась с выработкой плана операций своей сухопутной армии, которая в большой войне на европейском материке вначале могла играть только подсобную роль. Переговоры об операциях английской армии совместно с бельгийской, начатые в 1906 г., не привели к конкретным решениям, но позже, начиная с 1911 г., было выработано условное соглашение между английским и французским генеральными штабами о занятии английской экспедиционной армией во Франции района Мобеж - Ле-Като - Гирсон. Начальник английского Генерального штаба генерал Вильсон предпринимал неоднократные поездки для изучения будущего театра операций английской армии; эту работу надо отнести скорее [63] к его личной инициативе специалиста. Не встречая энергичной поддержки в правительстве, английский Генеральный штаб не мог закрепить общей наметки сосредоточения английской армии на левом фланге французского развертывания точными расчетами перевозок и сроков их окончания на материке. Жоффр включил в план ? 17 предположения о прибытии английской армии под названием «армейской группы W» в указанный выше район, но по всем признакам разрешение вопросов о совместных действиях обеих армий не было [64] уложено в точные рамки, и потому только с прибытием английских войск на левый фланг французских армий и после первых боевых неудач англичан стало постепенно оформляться участие английской армии в операциях на Западноевропейском фронте.

Бельгия. Согласно системе укреплений, бельгийская полевая армия должна была в случае войны оборонять линию р. Маас между голландской границей и Намюром, опираясь на укрепления Льежа и Намюра и войдя в связь своим правым флангом с французской армией. Но если бельгийцам не удалось бы удержаться на р. Маас до прихода к ним союзников, то, предоставив оборону своих маасских крепостей их гарнизонам, полевые войска должны были отходить на линию Диест - Тирлемон - Намюр, прикрывая пути к Брюсселю и к Антверпену. В крайнем случае бельгийская армия должна была укрыться в Антверпене, откуда угрожать правому флангу или тылу германских войск, наступающих через Бельгию. Бельгийский план операций был проникнут внушенной Бриальмоном идеей крепостной обороны Бельгии. Было бы гораздо целесообразнее для бельгийской армии предусмотреть отступление не к Антверпену, а на присоединение к англо-французским армиям в качестве стратегического арьергарда последних. По-видимому, политические соображения бельгийского правительства клонились к тому, чтобы заранее не связывать окончательно судьбу страны с Антантой.

Центральные державы

(Схемы 5 и 6)

План Мольтке Старшего

План операций, согласно учению Мольтке Старшего, должен представлять подробно разработанное стратегическое развертывание армий в пограничных районах, дающее исходный рубеж для намеченных первоначальных [65] действий, за пределами которых в плане ставится лишь руководящая мысль для дальнейшего хода войны. Детали же последнего являются только личными взглядами составителя плана операций. Тот же Мольтке учил, что на плохо составленном плане развертывания армий нельзя построить победоносной кампании, и этот взгляд был твердо усвоен преемниками [66] Мольтке, которые отдавали долгие годы своей деятельности на углубленную разработку стратегического развертывания своих армий в духе определенной основной идеи.

Как было уже сказано, разработанного единого плана операций для обеих союзных армий не было. Германский Генеральный штаб всегда скептически относился к австро-венгерской армии и имел в виду использовать ее, главным образом, для задержания русских сил, пока германцам придется наносить удар по французам. Австрийская армия рассматривалась всегда как «слабейший товарищ», и таким удельным весом в союзе определялось ее стратегическое значение. В зависимости от изменений в распределении германских войск между Западным и Восточным фронтами менялась и роль австрийских сил. В период действия плана Шлиффена на австрийцев ложилась главная тяжесть борьбы с русскими армиями до переброски германских сил на восток. В отношении подробностей оперативных предположений Генеральный штаб Дунайской монархии оставался вполне самостоятельным.

Не существовало также военной конвенции между Германией и Италией, но устные и письменные переговоры о военном сотрудничестве Италии с Германией и Австро-Венгрией, на основании заключенного в 1882 г. договора о Тройственном союзе, были начаты в 1888 г. и продолжались вплоть до самой войны. Была заключена военно-железнодорожная конвенция о перевозке через Австро-Венгрию в Южную Германию на Верхний Рейн 2 итальянских кавалерийских дивизий, первые эшелоны которых должны были выгружаться в Страсбург на 5-й и 6-й день германской мобилизации. За ними должны были следовать 3 итальянских полевых корпуса, головы которых перевозились через итальянскую границу на 15-й день для направления в районы Страсбург и Фрейбурга. Но 3 августа 1914 г. итальянское правительство официально объявило о своем нейтралитете, и все военные [67] обязательства Италии к Германии и Австро-Венгрии были аннулированы{17}.

Германский план операций на всем 44-летнем протяжении, от момента своего возникновения и до осуществления, развивался с точки зрения ведения войны для Германии на два фронта. Эта предпосылка устанавливала ведение операций по «внутренним операционным линиям». Вместе с тем численность сил противников всегда была не в пользу Германии. Отсюда для нее очевидна была необходимость быстрых и решительных действий против одного из своих противников, чтобы, разделавшись с ним, броситься с главной массой сил на другого.

На этой стратегической основе для Германии возникло два варианта главного удара - на запад или на восток. Много лет в германском Генеральном штабе велась параллельная разработка сосредоточения на оба случая, но она была отменена в 1913 г. ввиду загрузки железнодорожных органов обилием мобилизационных материалов, угрожавшим путаницей при объявлении войны.

В зависимости от направления главного удара разработку плана операций можно разделить на три периода.

Первый период (1871-1879 гг.) тотчас после войны за объединение Германии под главенством Пруссии был моментом бесспорной военной гегемонии Германии в Европе, и Мольтке считал вначале возможным вести одновременно наступательную войну на обоих фронтах. Быстрое восстановление Франции и медленность русской мобилизации, выяснившаяся в войну 1877 г., побудили Мольтке к концу означенного периода склониться к нанесению главного удара по Франции, [68] чтобы быстро покончить с ее возрождающейся мощью, и уже затем, в расчете на содействие Австро-Венгрии, броситься против России. В октябре 1879 г. последовало заключение союзного австро-германского договора, и оно вызывало у Мольтке пересмотр намеченного решения.

Наступил второй период (1879 - 1892 гг.), когда постепенно принимался план нанесения первоначально главного удара против России. Расчет на союз с Австро-Венгрией, в который с 1882 г. вошла и Италия, наличие в мирное время крупных русских сил на обоих берегах р. Висла и сведения о русском плане стремительного вторжения в Австро-Венгрию привели Мольтке к решению направить, в случае войны на два фронта, половину германских сил вместе с австрийскими на восток, чтобы одновременным маневром из Восточной Пруссии и Галиции быстро покончить с русской армией. Другая половина германских сил должна была вести оборонительные операции против Франции на пограничном фронте в 270 км, между Бельгией и Швейцарией, опираясь на крепости Мец и Страсбур. Союз с Италией, а также расчет с 1883 г. на присоединение к союзу Румынии обеспечивали для Австро-Венгрии возможность выставить все свои силы против России, что укрепляло германский Генеральный штаб в мысли о быстром достижении конечного успеха в борьбе с русской армией.

В это время Германия еще не была вполне промышленной страной; не учитывалась потребность в огромных боевых припасах; крупповские заводы в Эссене находились далеко от границы и им непосредственно опасность не угрожала; перерыва в подвозе сырья из нейтральных государств ожидать было нельзя, так как о борьбе с Англией в этот период не могло быть еще и речи. Все это подтверждало правильность принятого Мольтке решения, которое оставалось в силе и при преемнике Мольтке - Вальдерзее, сменившем первого в 1888 г., и также в первые годы возглавления [69] германского Генерального штаба Шлиффеном, от 1891 до 1894 г. Однако с 1892 г. у Шлиффена стало закрадываться сомнение в соответствии принятого плана операции с изменившимся политическим положением. Уже Вальдерзее считал необходимым внести поправку в оборону на французской границе, придав операциям возможно более активный характер и не упуская использования случаев частного перехода в наступление. Шлиффен же немедленно реагировал на заключение франко-русской конвенции и на военное усиление России в связи с постройкой новых железных дорог и изменившимися условиями ее мобилизации и сосредоточения. Не укрылся от него также все возраставший рост французской экономической и военной мощи и параллельно усиление чувства реванша в правящих группах французской нации.

План Шлиффена

Наступил третий период составления германского плана операций, начавшийся в 1892 г. и протянувшийся до самой войны, когда основной идеей операций неизменно проводилось массирование возможно больших сил на французском фронте с целью быстрого уничтожения французских армий и выставление первоначально против России только необходимых для совместного участия с австрийцами войск.

В свою очередь в течение означенных 20 с лишком лет указанная идея главного удара по французам постепенно оформлялась в различные варианты плана операций, в которых можно отметить три последовательных этапа.

Исходя из численного превосходства французов сравнительно с теми германскими силами, которые могут быть выставлены на западе, Шлиффен намечал единственный путь, чтобы избежать фронтального столкновения с противником на укрепленной франко-германской границе, а именно: выполнить охватывающий маневр и заменить недостающее общее превосходство [70] сил численным преобладанием на флангах с выдвижением слабых сил на фронте. В плане 1894 г. у Шлиффена была мысль об охвате обоими флангами за счет ослабленного центра, но сама операция представлялась пока в виде фронтального удара. Здесь была уже заложена идея сражения при Каннах с робкой пока попыткой осуществить ее в оперативном масштабе. [71]

Продолжавшееся укрепление французской восточной границы и быстрое увеличение, под напором союза с Францией, русских вооружений толкали Шлиффена к изысканию более стремительного решения на Западном фронте. В поисках этого решения возникает мысль об обходе правым крылом севернее Вердена, где кончается воздвигнутая французами укрепленная линия. Но между Верденом и бельгийской границей тянулось всего пять дорог, и недостаточная ширина полосы вынудила Шлиффена выбрать направление обхода через Люксембург и южную Бельгию, что окончательно было проведено в плане 1898 г. Это был первый этап в плане нанесения главного удара по французам.

Вторым этапом того же плана надо считать окончательное оформление Шлиффеном идеи обхода Французского фронта германским правым крылом. Оно было выражено в его записке в декабре 1905 г., и эта записка явилась программой для дальнейшего строительства германских вооруженных сил и для плана их мобилизации и развертывания при войне на два фронта вплоть до 1914 г., так как именно этот шлиффеновский план в измененном позже виде и явился планом операций для войны 1914 г.

Последний вариант плана Шлиффена для Французского фронта. Воздвигнутая французами укрепленная линия Верден - Туль - Эпиналь - Бельфор на протяжении 200 км заставила Шлиффена искать оперативного решения в обходе ее с севера через Бельгию.

Главная масса германских сил в составе 23 полевых и 12½ резервных корпусов и 8 кав. дивизий с исходной линии развертывания Крефельд - Мец должна была выйти на линию Дюнкерк - Верден. Южнее этой обходной массы для обеспечения левого фланга в Лотарингии, кроме гарнизонов Меца и Страсбура, развертывалось 3½ полевых и 1½ резервных корпуса и 3 кав. дивизии. Левее (южнее) их на Верхнем Рейне 3½ ландверные бригады и в Верхнем Эльзасе 1 ландверная бригада. Опорным пунктом для прикрытия левого фланга обходной [72] маневренной массы должна была служить крепость Мец, которая была значительно расширена вновь проектированными сооружениями, снабжена крупным гарнизоном и большим количеством тяжелой артиллерии.

Обходная масса наступала тремя большими группами, из которых важнейшее оперативное значение приобретала правофланговая группа. Она состояла из 8 армейских корпусов и 5 кав. дивизий и наступала уступами в направлении на фронт Брюссель - Намюр. Девятый корпус должен был позже примкнуть к левому флангу этой группы после ее перехода через р. Маас. Маневр группы надлежало вести форсированным маршем, чтобы пройти между Антверпеном и Намюром раньше столкновения с французской армией для возможности развертывания всей массы на «поле сражения» из глубины без помехи со стороны названных крепостей. За корпусами правой группы уступом справа наступали 7 резервных корпусов, которые предназначались для обложения Антверпена и для обеспечения вообще маневра справа, со стороны англичан и бельгийцев. С той же целью предполагалась также переброска еще 2 полевых корпусов по железной дороге из Лотарингии.

Средняя группа обходной массы состояла из 6 полевых корпусов и 1 резервной дивизии за правым флангом группы и направлялась на участок р. Маас - Намюр - Мезьер. Южная группа из 8 полевых корпусов и 2 кав. дивизий - на участок р. Маас - Мезьер - Верден. 5 резервных корпусов, опираясь на крепость Мец, прикрывали левый фланг германского маневра со стороны французов, которые могли угрожать с линии Туль - Верден. Сзади, за средней и южной группами, по обоим берегам р. Маас следовали 10 и 6 ландверных бригад.

Как только средняя группа переправится через р. Маас, на левом берегу в общем развернется 15 - 17 полевых корпусов, которые будут стремиться обойти левый фланг французского развертывания. Когда германцам [73] удастся проникнуть через линию бельгийских и северных французских крепостей и преодолеть Арденны, положение германцев, по мнению Шлиффена, станет выгоднее положения французов, если последние перейдут в контрнаступление. Если французы, отказавшись от контрудара, будут искать решения в обороне, то они займут расположение позади р. Сомма или даже, может быть, позади р. Уаза, примкнув правый фланг к Ля-Фер, а левый уперев в Парижский укрепленный лагерь. В таком случае германские армии будут атаковать на всем фронте.

Окончательный удар Шлиффен соединял с обходом Парижа западнее и южнее. «Необходимо обязательно стремиться ударом в левый фланг французов оттеснить их в восточном направлении на их крепости на р. Мозель, за горный хребет Юры, к границе Швейцарии, где французская армия должна быть окончательно уничтожена. Самое существенное условие для достижения германцами такого результата операций заключается в образовании сильного правого крыла, посредством которого германцы должны были наносить французам удары и непрерывным преследованием (тем же мощным крылом) все время их добивать»{18}.

Шлиффен правильно рассчитывал, что требуемое им массирование главных германских сил на правом крыле достигалось только за счет левого фланга всего германского развертывания на Французском фронте. Этому флангу в составе 3 полевых и 1 резервного корпусов и 3 кав. дивизий предстояло выдержать борьбу с превосходными силами французов, которые нужно было притянуть на себя в возможно большем количестве посредством энергичного наступления на Нанси и при поддержке со стороны крепости Мец. Задача левого германского крыла сводилась к настойчивому стремлению возможно меньшими германскими силами сковать здесь возможно крупнейшие французские [74] силы. Только тогда можно было спокойно рассчитывать на успешное выполнение правым крылом своей трудной задачи, если в решительном сражении там, на левом берегу р. Мозель, примут участие 25 германских полевых корпусов.

План Мольтке Младшего

Шлиффен ушел в отставку в 1906 г., за 8 лет до начала войны; его преемником был Мольтке Младший, племянник фельдмаршала Мольтке. В течение этих лет германский план операций, сохранив основную идею плана Шлиффена, подвергся ряду изменений{*7}.

Мольтке после русско-японской войны признал необходимым учесть быстрое восстановление русских сил и ускорение их мобилизации. Поэтому в Восточной Пруссии Мольтке развертывал 3 полевых корпуса и 1 резервный. На Французском фронте, опасаясь наступления французов, он постепенно стал усиливать левое крыло германского развертывания, и к началу 1914 г. оно состояло уже из двух групп: 6-й армии в составе 4 полевых и 1 резервного корпусов и 7-й армии в составе 2 полевых и 1 резервного корпусов, а всего - из 8 корпусов.

Главные силы германцев, по плану Мольтке накануне войны, должны были вторгнуться во Францию через нейтральные Бельгию и Люксембург. Их наступление должно было выполняться в виде захождения правым крылом и центром вокруг неподвижной оси, которую образуют Диденгофен - Мец. Движение армий центра и левого крыла должно было регулироваться так, чтобы сохранена была связь между соседними армиями и не произошло отрыва левого фланга центра и заходящего крыла (главных сил на этом фронте) от Диденгофена - Меца. Обеспечение левого фланга должны были выполнить наряду с крепостями Диденгофен и Мец и войска, наступавшие юго-восточнее Меца. [75]

Планы операций на Восточноевропейском (Русском) театре

(Схема 6)

Центральные державы

Германия

На Восточном фронте против России со времени принятия в 1905 г. шлиффеновского плана задача германских войск носила характер стратегической обороны. Сосредоточиваемые в Восточной Пруссии войска образовали 8-ю армию, которая должна была задерживать вторжение русских сил и замедлять их наступление к Нижней Висле до переброски главных сил германцев с Западного фронта после поражения французов. Начало такой переброски намечалось через 6 недель от начала операций на западе.

До этого времени главная тяжесть борьбы с русскими на Восточном фронте выпадала на австро-венгерские силы, причем по соглашению 1909 г. между Мольтке и начальником австро-венгерского Генерального штаба генералом Конрадом Гетцендорфом Германия выставляла с начала войны против России 12-14 полевых и резервных дивизий в Восточной Пруссии и отдельный ландверный корпус в Силезии. 8-я германская армия сперва должна была принять растянутое развертывание для прикрытия границы, а затем выполнять задачу обеспечения провинции по усмотрению командующего армией, имея в виду увязку действий с австро-венгерской армией. Ландверный корпус в Силезии должен был примкнуть к левому флангу австро-венгерской армии и наступать вместе с ней, оставаясь в подчинении командующему 8-й армией. [76]

Австро-Венгрия

Генеральный штаб Австро-Венгрии со времени заключения союзного договора между Австро-Венгрией и Германией разрабатывал планы операций на вероятные случаи войны, и соответственно с ними в период последних 25 лет перед войной им была установлена целая система оперативных комбинаций, сущность которых сводилась к следующему{19}: развертывание австро-венгерских сил общей численностью около 1100 батальонов пехоты предусматривало 3 «оперативных эшелона». «Эшелон А»{20} включал больше половины армии (7/12) и предназначался против России. Он состоял из 28 пех. и 10 кав. дивизий и требовал для сосредоточения в Восточной Галиции 18 дней. Другой - «эшелон В» - представлял «минимальную группу Балкан» и предназначался при всяких военно-политических условиях для действий против Сербии и Черногории. Он состоял из 8 пех. дивизий, принадлежавших 3 корпусам, расположенным в мирное время вдоль южной границы Австро-Венгрии. Третий - «эшелон С» - обнимал меньше ¼ всех сил, т. е. 12 пех. и 1 кав. дивизию. Этот эшелон предназначался в качестве оперативного резерва на оба фронта. Если в случае балканского конфликта Россия осталась бы спокойной, то «эшелон С», усиленный еще 2 кав. дивизиями из «эшелона А», перебрасывался вместе с «минимальной группой Балкан» к границам Сербии для нанесения сокрушительного удара Сербии. Если же Россия приняла бы вооруженное участие в балканском конфликте, то «эшелон С» должен был бы быть направлен в Галицию вслед за «эшелоном А» после 18-го дня мобилизации. [77]

Конрад в своих мемуарах пишет, что его руководящей идеей операций против России было наступление невзирая на риск, так как оборона при первых же столкновениях повлекла бы катастрофу для австро-венгерской армии. 40 дивизий, собранных в Галиции (эшелоны «А» и «С»), не могли оставаться пассивными в то время, когда численно превосходящие русские силы теснили бы союзников в Восточной Пруссии и Румынии, а затем после легкой победы над ними обрушились бы всеми силами на Австро-Венгрию. Перейдя Верхнюю Вислу, близ впадения в нее р. Сан, и сковав австро-венгерские армии в Галиции, русские открыли бы свободный путь на Берлин или Вену. «Прежде всего возможно крупными силами дать генеральное сражение русским войскам, сосредоточенным между pp. Висла и Буг, при содействии с севера удара на Седлец большею частью собранных в Восточной Пруссии германских сил, - такова была ближайшая цель моего плана», - писал Конрад{21}.

В связи с изменением политического положения в 1913 и 1914 гг. Конрад ввел частичные поправки в австрийский план операций. Сомнение насчет верности союзу Италии вынудило снять с расчета 4 германские дивизии, которые Мольтке обещал сосредоточить в Силезии сверх ландверного корпуса, а число германских дивизий в Восточной Пруссии было уменьшено до 9; [78] тяжесть русского удара на Востоке все более ложилась на австрийцев. Еще чувствительнее было отпадение Румынии. На румынскую армию возлагалась надежда, что она в составе 10 дивизий развернется в Молдавии и притянет на себя русские войска Одесского округа, т. е. 7-ю и 8-ю армии в Бессарабии и Подолии.

С выходом Румынии из союза приходилось осадить назад развертывание правофланговой австро-венгерской группы в Восточной Галиции, чтобы не подвергать ее удару со стороны 3-й и 8-й русских армий. А этот отвод правого крыла отражался и на развертывании 1-й и 4-й австро-венгерских армий, предназначавшихся для вторжения в Польшу между pp. Висла и Буг. Их развертывание приходилось отнести более на запад и упереть их левый фланг в р. Висла, чтобы ближе примкнуть к германским войскам и сохранить за собой свободу маневра по тому или другому берегу р. Висла. В случае неудачи австро-венгерские армии скорее могли бы быть отведены за р. Сан в Западную Галицию и легче можно было бы избежать оттеснения их на юг - за Карпаты.

Предположения о таком изменении австро-венгерского развертывания впервые намечены были Конрадом летом 1913 г. Осенью этого года все австрийское развертывание было осажено, и фронт его определялся линией: устье р. Сан - Рава Русская - Жолкиев - Злочов - Тарнополь - р. Серет. К 1 апреля 1914 г. это развертывание было окончательно разработано, но весной [79] этого года Конрад выработал новый план с целью осадить еще более австрийский фронт на линию pp. Сан и Днестр. Как только определилась вероятность войны на два фронта, был окончательно утвержден для Русского фронта выработанный зимой план, и Управлению железных дорог были даны указания относительно новых станций выгрузки в районах сосредоточения. Потребовалось изменение 84 маршрутов, которые спешно были переработаны в течение июля 1914 г., и вся работа по изменению стратегического развертывания австрийцев в Галиции была закончена к первому дню частной мобилизации австрийцев 28 июля.

На Сербском фронте план Конрада предусматривал развертывания трех армий: 2-й армии - по течению pp. Сава и Дунай, по обе стороны Белграда; 5-й армии - по левому берегу р. Дрина, до впадения ее в р. Сава, и 6-й армии - в Боснии, между Сараевым и сербской границей. Эти армии должны были вторгнуться в Сербию с севера и с запада и обойти сербскую армию с обоих флангов.

Антанта

Россия

Еще в период сосредоточения армий в Ставке постепенно назревает решение о скорейшем переходе в наступление обоих фронтов с целью поддержать французов ввиду готовящегося против них главного удара германцев. Срок начала наступления на Северо-западном фронте подгонялся к 14-му дню мобилизации, что вполне отвечало сроку, установленному военной конвенцией с Францией, а на Юго-западном фронте - к 18 - 19 августа (на 19-й день мобилизации). Таким образом, тяжелые обязательства, выполняемые русским Генеральным штабом, приводили к началу наступательных действий тогда, когда могла быть развернута только 1/3 русских вооруженных сил, и при почти полной [80] неготовности тыловых учреждений обеспечить длительное наступление.

В директивах от 10 и 13 августа верховный главнокомандующий указал главнокомандующим обоих фронтов следующий план начальных операций: «Северозападный фронт должен перейти 13 августа в наступление 1-й армией в Восточную Пруссию, которое [81] должно развиться к 17 августа в общую операцию 1-й и 2-й армий в обход Мазурских озер с севера и запада»; Юго-западному фронту приказывалось «перейти в наступление 3-й и 8-й армиями соответственно 19 и 18 августа, не дожидаясь сосредоточения III кавказского и XXIV корпусов, чтобы в связи с намеченным наступлением 1-й и 2-й армий приковать к себе вторжением в Галицию возможно большие силы австрийцев и тем самым воспрепятствовать им развить наступательные действия по левому берегу р. Висла и против запаздывающих в своем развертывании 4-й и 5-й армий».

В то же время верховное главное командование, опять-таки во исполнение указания французов, что наиболее важным для них по-прежнему является русское наступление на операционном направлении Варшава - Познань, сделав ряд перегруппировок за счет сил обоих фронтов (XX корпус из 4-й армии перечислялся в 1-ю армию, I и гвардейский корпуса из 1-й армии в 9-ю), подготовляет новую, третью по счету, наступательную операцию на Познань и формирует для этого 9-ю армию у Варшавы, на левом берегу р. Висла. Для этого с 11 августа в 9-ю армию, кроме гвардейского корпуса, направляются XVIII и XXII корпуса, гвардейская стр. и гвардейская казачья бригады.

В общем все эти мероприятия устанавливают следующую основную идею оперативного плана русского главного командования: переходом в наступление на обоих фронтах создать исходное положение для дальнейшего наступления в глубь Германии. Однако если выбор Юго-западного фронта для главной операции являлся правильным, так как после победы в Галиции русские армии могли выйти на границу Силезии с ее углем и промышленностью, то ведение решительной наступательной операции против германцев в Восточной Пруссии, при подходе к Нижней Висле с ее крепостями, ставило русские армии в невыгодное положение для последующих операций. Кроме того, усиление Северо-западного фронта для [82] ведения Восточно-Прусской операции фактически шло за счет сил Юго-западного фронта, а новое развертывание 9-й армии у Варшавы подчеркивает, что русское главное командование упускает возможность задаться одной важной целью - разгромить одного из противников (Австро-Венгрию), а стремится достигнуть нескольких оперативных целей, что было неисполнимо ввиду медленности развертывания русских армий, последовательная готовность которых определялась: 50% сил на 15 - 20-й день мобилизации, 75% на 15 - 27-й день и 100% на 36 - 40-й день{*8}.

Сербия

Единственным планом операций для небольшой сербской армии могла быть упорная оборона до момента одержания решительной победы ее могущественными союзниками на главных фронтах войны. Общее стратегическое положение Сербии перед мировой войной не могло считаться благоприятным. Расширение ее территории в результате Бухарестского договора 25 августа 1913 г. побудило правительство к реорганизации сербской армии. Необходимо было использовать новые источники комплектования в областях Новой Сербии, и накануне войны большая часть кадровой армии была расположена в этих областях, а Старая Сербия была почти лишена войск. Это обстоятельство затруднило мобилизацию армии. Другим последствием недавних балканских войн явилось крайнее обеднение армии материальной частью, между тем на быстрое снабжение рассчитывать не приходилось.

Разработка плана операций при войне с Австро-Венгрией предусматривала два варианта: придется ли одной Сербии вступить в единоборство со своей соседкой или в союзе с Россией. Сеть австро-венгерских железных дорог к северу от слияния pp. Сава и Дунай имела резко выраженный сгусток линий, свидетельствовавший [83] о намерении австрийского Генерального штаба сразу по объявлении войны захватить Белград и затем воспользоваться долинами pp. Морава и Колубара для быстрого проникновения в глубь страны и для захвата Крагуеваца, где находился главный сербский арсенал.

Сербская армия развертывалась с целью обороны до момента, когда выяснится общая политическая обстановка. Для этого нужно было район развертывания прикрыть течением pp. Сава и Дунай со стороны главного удара австрийцев, ожидавшегося с севера, а затем необходимо было учитывать и второстепенные направления - западное и северо-западное. Соответственно этим направлениям сербские вооруженные силы под верховным начальством регента принца Александра при начальнике штаба воеводе Путнике были сведены в четыре армии, 1-я армия, генерала Бойовича, состояла из 4 пех, и 1 кав. дивизий и имела строго оборонительную задачу по линии р. Дунай в районе Паланка, Рача, Топола, по фронту 100 км. 2-я армия, генерала Степановича, была образована из 4 дивизий первой очереди и являлась маневренной группой в районе Аранджеловац, Лазаревац, Белград. Специально район Белграда обеспечивался дунайской дивизией этой армии. 3-я армия, генерала Журишича-Штурм, состояла из 2 дивизий и 2 отдельных отрядов и представляла также маневренную группу в районе Вальева. 4-я армия носила название Ужицкой армии, под начальством генерала Бояновяча. Она состояла из 2 дивизий и имела назначением прикрывать долину Верхней [84] Моравы со стороны запада и обеспечивать связь с черногорскими войсками. Таким образом, из общего числа 12 сербских дивизий 8 образовали маневренную группу, прикрытую резервными дивизиями. Как только выяснилось, что Австро-Венгрии придется драться на два фронта, эта группа готова была предпринять наступательную операцию или в район Срема (Сирмия), или в Боснию. Директивой от 9 августа командующему 2-й армией указывалось немедленно начать разведку на линии р. Сава между Обреновацем и Дебрицем, чтобы армия была готова к форсированию этой реки. Надо признать, что при ограниченных возможностях сербской армии лучшего исходного положения для нее в предстоящей борьбе за существование государства быть не могло. До осени 1915 г., т. е. в течение года с лишним, изолированная небольшая сила Сербии защищала страну от австрийцев.

Япония

(Схема 2)

Объект действий Японии ограничивался исключительно районом Тихого океана, и операции ее были направлены к овладению германской колонией Циндао. На планах борьбы в Европе значение Японии отразилось в виде освобождения русских сибирских корпусов для направления их на Европейский театр и обеспечения сообщений России с ее союзниками через Тихий океан.

Выводы

Сравнивая разработку в обеих коалициях планов войны в том смысле, в каком они понимались в то время, можно сделать следующие выводы:

1. Все участники готовились задолго до войны. Они были глубоко убеждены в ее скоротечности, так как считали, что ни одно государство не в силах выдержать напряжения [85] длительной войны. Искали быстрого решения, и поэтому везде шла подготовка к войне наступательной, которая с самого ее начала ведется с полным напряжением и стремительно заканчивается.

В военном отношении другим государствам задавала тон Германия; ее экономическое положение (возможность блокады и необеспеченность собственными ресурсами, с одной стороны, и война на два фронта - с другой) с особой настоятельностью требовало от нее в кратчайший срок добиться решительных результатов на войне.

2. Генеральные штабы обеих союзных группировок стремились создать наиболее выгодное положение для своей страны. Напряженная атмосфера нарастающих с каждым годом непримиримых противоречий давала им возможность добиться от своих правительств усиления армии; с другой стороны, они стремились влиять на политику своих государств для углубления уже существующих и создания новых союзов и соглашений.

3. Между главными участниками обоих союзов существовали взаимные военные обязательства, намечавшие только в общих чертах количества выставляемых сил и руководящую идею их оперативного использования в начале войны.

Между Россией и Францией существовала письменная конвенция. Постепенное уточнение этой конвенции все более стесняло свободу действий русских армий. Такой дорогой ценой уплачивала Россия за предоставленные [86] ей Францией крупные денежные средства на развитие вооруженных сил и железных дорог.

Между Германией и Австро-Венгрией не было письменных военных обязательств, но географическое положение и конкретные конечные цели их союза более естественно определяли соучастие германских и австро-венгерских сил в начале борьбы.

4. Германский план был построен, на наибольшем использовании военно-обученных людей в государстве, и сразу же рядом с полевыми корпусами выставлены были на фронт их двойники - резервные корпуса. Французское командование рассчитывало первые операции вести только полевой армией, а в России только ничтожная часть живой силы была заранее учтена организационными мероприятиями военного ведомства.

Что же касается борьбы на море и за колонии, то к началу войны оба эти вопроса не получили еще определенного оформления. Общее направление сводилось к сокращению сферы деятельности германского флота и к захвату германских колоний. Более планомерная колониальная война, вылившаяся в определенную форму захватов с целью удержать захваченное и после заключения мира, обрисовалась позднее.

Стратегическое развертывание и первые задачи

Из приведенных выше предварительных планов сторон видно, что первоначальные военные действия должны были разыграться на нескольких отдельных крупных участках европейской территории, или театрах, а именно: Западноевропейском, или Французском, Восточноевропейском, или Русском, и Балканском, краткое описание которых дано выше.

Главной задачей настоящего очерка служит объединение событий мировой войны на разных театрах во времени, чтобы выявить связь между ними и их взаимодействие. [87] Приняв эту точку зрения за основание, автор при подразделении изложения событий по времени будет стараться, по возможности, группировать их по отдельным операциям. Объединение операций не по времени, а по театрам, является уже задачей будущих исследователей каждого театра в отдельности.

На Западноевропейском (Французском) театре

(Схема 7)

Перед началом войны политическая атмосфера Европы была так сгущена, что все государства начали военные приготовления и мобилизацию еще во время переговоров, до объявления друг другу войны, следуя примеру Австро-Венгрии, первой объявившей сначала частичную, а потом и общую мобилизацию.

Почти одинаковые условия держав, столкнувшихся на Западноевропейском театре, в отношении размеров территории и развития рельсовой сети привели к тому, что мобилизация и сосредоточение были там закончены почти одновременно при опоздании Франции по сравнению с Германией всего на 24 ч{22}. Только сосредоточение английских войск и перевозка нескольких французских частей из Северной Африки немного запоздали по сравнению с полным развертыванием германцев.

1 августа Германия объявила войну России, 3 августа - Франции, а 4 августа Англия стала на сторону Антанты. Между 5 и 17 августа враждующие армии развертывались согласно заблаговременно разработанным планам и расчетам сосредоточения под защитой выставленных на границе войск прикрытия и тотчас же начали военные операции. [88]

Германская армия

Германцы развернули на франко-бельгийской границе 34 корпуса, 10 кав. дивизий, 6½ резервных дивизий и 13½ ландверных бригад численностью около 1600 тыс. бойцов, соединенных в 7 армий на фронте от Ахена до Верхнего Рейна, причем ¾ всех сил (26 корпусов) были сгруппированы на узком пространстве бельгийской и люксембургской границ от Ахена до Меца (около 160 км) и только ¼ (8 корпусов) - к югу от Меца, на фронте около 220 км. Кроме того, резервный корпус, оставленный для охраны побережья, вскоре был переброшен также на запад.

В каждой из этих групп были образованы особые сильно насыщенные участки, а именно: в северной группе половина сил (13 корпусов и 1 кав. корпус) была сосредоточена на крайнем правом фланге, от Ахена до Мальмеди, в южной группе большая часть боевых армий - на фронте Моранж - Саарбург - Донон против наиболее важного и доступного участка французского барьера Нанси - Шарм. [89]

Все армии непосредственно подчинялись верховному командованию (германский император Вильгельм II - начальник штаба Мольтке), и только 6-я и 7-я были объединены командующим 6-й армией - кронпринцем Рупрехтем Баварским.

Задача, поставленная германским армиям, исходила из известного уже нам плана войны{*9}.

Для северной группы она заключалась в быстром движении через Люксембург и Бельгию к северным границам Франции и захождении правым плечом, для чего правый фланг и включал в себя половину войск всей группы и большую часть кавалерии и выдвигался по сравнению с другими вперед{23}. На обязанности этого фланга лежал обход с запада всех встречаемых неприятельских сил. Осью захождения служили Мецский укрепленный район и примыкавшая к нему с севера 5-я армия (кронпринца германского).

Южная группа совместно с Мецским укрепленным районом должна была обеспечивать марш-маневр северной группы и своим выдвижением вперед на Мерту и Мозель приковать сосредоточенные там французские силы и воспрепятствовать их переброске на левый фланг. В случае наступления французов в превосходных силах между Мецом и Вогезами 6-й и 7-й армиям надлежало сначала отойти, а затем противодействовать охвату, угрожающему левому флангу главных германских сил.

Войска Антанты

Со стороны Антанты на Западном театре развернулась вся французская и бельгийская армия. К левому флангу французов после высадки на побережье должна была быть подвезена экспедиционная армия англичан. [90]

Французские силы под главным командованием ген. Жоффра, согласно плану ? 17, начали перевозиться в район сосредоточения 6 августа под прикрытием передовых войск пограничных корпусов. К 13 августа в армейских районах на общем фронте Монбельяр - Гирсон протяжением в 350 км было высажено 5 армий, причем уже 2 августа по получении первых сведений о вступлении германцев в Люксембург был принят упомянутый выше вариант ? 17, по которому район сосредоточения 4-й армии был продвинут к северу - к С.-Менеульд, что более соответствовало предусмотренному планом ? 17 наступлению 4-й армии севернее 3-й.

В окончательном виде французское развертывание приняло следующую форму.

Правое крыло: 1-я армия в составе 5 корпусов, 2 кав. дивизий, группы из 3 резервных дивизий и крепостей Бельфора и Эпиналя расположилась главными силами у Эпиналя, а один корпус (VII) с 1 резервной дивизией - у Бельфора. Группа резервных дивизий во второй линии - у Везуля. Эта армия должна была совместно со 2-й армией наступать на Саарбург. VII корпус с 8-й кав. дивизией должен был наступать через бельфорскую «дыру» в Эльзас, удерживать там германские войска и содействовать восстанию местного населения. 2-я армия в составе 5 корпусов, 2 кав. дивизий, группы из 3 резервных дивизий и крепости Туля расположилась в районе Туль - Невшато. Эта армия должна была обеспечить владение тет-де-поном у Нанси и наступать на Саарбрюкен.

Левое крыло: 5-я армия в составе 5 корпусов, 1 кав. дивизии и 2 резервных дивизий расположилась в районе Гирсон и Ретель, имея за своим левым флангом, у Вервен, группу из 3 резервных дивизий, а перед фронтом, на линии Мезьер - Седан, 1 кав. корпус ген. Сорде из 3 дивизий. Задача 5-й армии была поставлена двойственная: если нейтралитет Бельгии не будет нарушен германцами, то наступать на Тионвиль (Диденгофен) и овладеть им, в противном случае - атаковать [91] противника, дебуширующего между Музоном и Мезьером. 4-я армия в составе 3 корпусов и 1 кав. дивизии, как сказано, должна была вместо второй линии примкнуть к правому флангу 5-й армии. 3-я армия в составе 3 корпусов, 1 кав. дивизии, группы из 3 резервных дивизий и крепости Верден расположилась у Вердена, служа связью между обоими крыльями. Армия должна была быть готова отбросить неприятельские силы, наступающие со стороны Меца и Тионвиля, и подготовить обложение крепости Мец. Вместе с тем эта армия-должна была быть готова поддержать наступление 2-й и 5-й армий.

Всего французы развернули 21 корпус (43 пех. дивизии), 10 кав. дивизий, 28 резервных и 4 территориальные дивизии. К указанным 75 пех. дивизиям нужно добавить 4 дивизии XIX (алжирского) корпуса, прибывшие на фронт несколько позже. Всего 79 пех. дивизий. Общая численность войск на фронте к моменту окончания развертывания достигала 1400 тыс. бойцов. Длина фронта развертывания Гирсон - Бельфор была протяжением 345 км, что давало оперативную плотность: 1 пех. дивизия на 4,3 км, или на 1 км приходилось 4060 бойцов.

Бельгийская армия была застигнута войной в период своей реорганизации, имевшей целью значительное ее численное усиление. К началу войны численность полевой армии достигала 117 тыс. бойцов при 312 орудиях. Армия состояла из 6 пех. и 1 кав. дивизий под верховным командованием короля Альберта. Главные силы армии к 6 августа сосредоточились в районе Брюссель - Льеж - Намюр. В качестве авангардов были выдвинуты части 2 дивизий к Льежу и Намюру.

Английская армия, предназначенная для операций на Западноевропейском театре, состояла из 4 пех. дивизий, так как 4-я и 6-я дивизии были первоначально оставлены на островах. К 21 августа 2 двухдивизионных корпуса и 1 кав. дивизия под начальством фельдмаршала Френча на транспортных судах прибыли через [92] Гавр, Руан и Булонь по двум железным дорогам в район Мобеж - Ландреси. Всего англичан в этот момент было перевезено во Францию около 70 тыс. бойцов. 4-я дивизия была посажена на суда в Англии лишь 23 августа и присоединилась к армии через Гавр уже после сражения у Монса. Френч не был подчинен Жоффру. В инструкции английского военного министра Китченера имелось указание, что Френч вполне самостоятелен и ни в каком случае не будет подчинен никакому союзному генералу. Сотрудничество союзных армий происходило по добровольному соглашению обоих главнокомандующих, и оперативная деятельность английской армии гораздо более считалась с мнениями английского правительства, нежели с желаниями французского главнокомандующего.

Сравнивая развертывания и ближайшие задачи обеих сторон, приходится отметить особо выгодное положение германской армии по сравнению с войсками Антанты. Германцы уже своим развертыванием выиграли весьма важный фланг противника, пространство и свободу для маневра. Они сумели сосредоточить 26 корпусов на одном направлении, против которых с трудом, и то после перегруппировок, могло действовать только около 13 корпусов французских и бельгийских войск, разделенных к тому же на две группы. Перед своим фронтом в начале маневра германцы имели только 6 бельгийских дивизий, прикрытых, правда, двумя крепостями, которые могли заставить выделить против них часть войск. На второстепенном участке к югу от Меца германцы оказались почти в равных силах с французами.

Антанта начинала здесь войну в невыгодных для себя условиях, принужденная парировать удар и надолго потерять инициативу. Свобода действий ей оставалась только к югу от укрепленного района Меца, чем она и воспользовалась, как увидим ниже, в виде слабых и разрозненных попыток, которые не могли иметь успеха, встретив одинаковые и направляемые по строго определенному плану силы германцев. [93]

На Восточноевропейском (Русском) театре

(Схема 7)

На востоке предстояли столкновения России с второстепенными силами Германии и с главными силами Австро-Венгрии. Эти столкновения, согласно предварительным планам войны, должны были разыграться в Восточной Пруссии, с одной стороны, и на большом протяжении австро-русской границы от р. Висла до р. Днестр - с другой. Если на западе условия мобилизации, сосредоточения и даже укрепления границ были одинаковы, то на востоке все эти условия были в пользу Центральных держав. И в мобилизации, и в сосредоточении, и в богатстве рельсовыми путями русская армия намного отставала от своих врагов, что переносило борьбу обеих сторон в совершенно разные плоскости.

Восточная Пруссия (театр предстоящей борьбы с Германией) была обращена германцами в отличный укрепленный плацдарм для войны с Россией. На правом фланге этот плацдарм закреплялся системой Летценских укреплений, которые совместно с пересеченной местностью не только давали все преимущества обороне мелких отрядов, но и разобщали действия армий, вторгавшихся в Пруссию с востока и с юга. Левый фланг указанного плацдарма прикрывался крепостью Кенигсберг.

На русско-австро-венгерском фронте местные условия Южной Польши, Восточной и Западной Галиции в общем были одинаковы для обеих сторон. Военное значение на этом театре принадлежало рекам (Висла, Сан, Днестр с притоками): они являлись удобными рубежами для обороняющейся стороны.

Германская армия. Согласно планам войны, Германия в первый период кампании, до разгрома Франции, поставила себе задачей на Восточном театре удерживать активной обороной Восточную Пруссию и, по возможности, оказать содействие австрийской армии [94] наступлением в Наревском направлении. С этой целью здесь развернулась 8-я германская армия в составе: I, XVII и XX армейских и I резервного корпусов, 3-й и 35-й резервных дивизий, 1-й кав. дивизии, 1-й ландверной дивизии, 3 ландверных бригад, 2 крепостных эрзацбригад, 9½ эрзацландверных батальонов, 2 ландверных батарей и 2 ландверных эскадронов; всего - 14½ пех. и 1 кав. дивизия - 178 батальонов и 24 эскадрона, в числе 173 тыс. бойцов и 794 орудий.

Командующий 8-й армией (фон Притвиц), опираясь на Летценский укрепленный район, развернул один корпус фронтом к Нареву, примерно от Млавы до Виленберга, другой - фронтом к р. Неман, примерно между Гольдапом - Гумбиненом, а остальные части оставил в резерве в районе Ангербург - Алленштейн - Мариенбург, применив их расположение к узловым станциям железных дорог для быстрой переброски в разных направлениях.

Австро-венгерская армия. Из 17 корпусов австрийцы первоначально направили на Русский фронт 12 корпусов, несколько отдельных дивизий и 11 кав. дивизий, разделенных на 3 армии и отдельную группу Кевеса. Остальные 3 армии были оставлены на сербской границе.

Но вслед за началом военных действий австрийцы начали перекидывать на Русский фронт 2-ю армию с сербского фронта, а германцы направили им на помощь ландверный корпус Войрша с силезской границы; все эти подкрепления приняли участие в первой же операции.

Австро-венгерские армии развернулись на Русском фронте следующим образом: ударная группа - 1-я и 4-я армии, 7 корпусов и 4 кав. дивизии - развернулась от р. Висла по р. Сан и далее к востоку от Перемышля, имея целью наступать между pp. Висла и Западный Буг, заходя левым плечом и отбрасывая русские армии от р. Висла на восток. Группа, прикрывавшая операцию с востока, - 3-я армия и группа Кевеса, впоследствии включенная во 2-ю армию, всего 4, впоследствии 6 корпусов [95] и 6 кав. дивизий, - развернулась фронтом на восток в районах Львова и Станиславова. Левый фланг прикрывался по левому берегу р. Висла арм. группой Кум-мера, наступавшей из Кракова, и германским корпусом Войрша, направленным к силезской границе на Ивангород. Всего к 20 августа австро-венгерцы первоначально развернули 35 пех. и 10 кав. дивизий и 7 ландверных бригад численностью до 787 тыс. бойцов и ожидали прибытия еще 7½ пех. и 1 кав. дивизии общей численностью до 264 тыс. бойцов.

Таким образом, для главного удара, принимая возможность участия в нем группы Куммера и корпуса Войрша, т. е. в лучших условиях, было сосредоточено менее 2/3 всех развернувшихся сил и для обеспечения его - свыше 1/3, важное политическое значение Львова и близость развертывания восточной группы к путям отступления ударной группы заставляли армию обеспечения сделать достаточно сильной.

Верховным главнокомандующим австро-венгерской армии был эрцгерцог Фридрих при начальнике штаба генерале Конраде фон Гетцендорфе. Общее командование германскими и австро-венгерскими войсками на Восточном фронте не было объединено в одних руках.

Русская армия. Верховным главнокомандующим русскими армиями был дядя царя Николай Николаевич при начальнике штаба генерале Янушкевиче. Армии, предназначенные действовать против Германии и Австро-Венгрии, были объединены в группы (фронты), которыми командовали: Северо-западным (против Германии) - генерал Жилинский и Юго-западным (против Австро-Венгрии) - генерал Иванов.

На Северо-западном фронте развернулись две армии: 1-я (генерал Ренненкампф) в составе 3½ корпусов с 7 второочередными дивизиями, 1 стрелковой бригады и 5½ кав. дивизий по р. Неман, на фронте Ковно - Олита - Мереч с выдвинутыми вперед прикрывающимися частями и кавалерией; 2-я (генерал Самсонов) в составе 5½ корпусов, 4 второочередных дивизий и 3 кав. [96] дивизий, на фронте Августов - Остроленка - Новогеоргиевск, имея кавалерию перед фронтом и на флангах.

1 армейский корпус по боевому расписанию был предназначен в состав 1-й армии, но 10 августа этот корпус был направлен к Варшаве для включения в состав вновь формируемой 9-й армии. 23 августа II армейский корпус был переключен из состава 2-й армии в 1-ю армию, и взамен II корпуса в состав 2-й армии был назначен I армейский корпус.

Обе армии развернулись без стратегических резервов, с открытым промежутком около 45 км, приходившимся против Летценского укрепленного района Мазурских озер; обе они были, считая второочередные дивизии 1-й армии, почти одинаковой силы, но Неманская армия была более сосредоточена - на фронте около 85 км, а Наревская разбросана на фронте около 220 км.

Они охватывали Восточную Пруссию с востока и с юга, и хотя к началу операций (17 - 19 августа) указанная выше численность их не доходила до 75% полного состава, русские армии имели значительное превосходство над германскими силами.

Первоначальная задача армий Северо-западного фронта состояла в быстром наступлении их в западном и северо-западном направлениях с целью обойти противника с обоих флангов, разбить и отрезать его от Кенигсберга, захватив пути его отступления к р. Висла. При этом в основу плана была заложена быстрота, с целью отвлечь германские силы с Французского фронта, в ущерб готовности операции, предполагавшейся с вполне сосредоточенными и правильно развернутыми корпусами.

На Юго-западном фронте развертывались 4 армии (3, 4, 5 и 8-я) Юго-западного фронта в трех отдельных группах. Западная группа от р. Висла до р. Западный Буг из 4-й и 5-й армий (генерала Зальца, замененного Эвертом, и Плеве), 7½ корпусов и 8½ кав. дивизий на фронте Люблин - Ковель (около 130 км). Ровненская группа в направлении на Львов - 3-я армия (генерал [97] Рузский) из 4 корпусов и 4 кав. дивизий на фронте Луцк - Кременец. Проскуровская группа в направлении между Львовом и р. Днестр - 8-я армия (генерал Брусилов) из 4 1/2корпусов и 3 кав. дивизий. Таким образом, Юго-западный фронт развернулся по дуге свыше 400 км, имея меньшую часть своих сосредоточенных сил на правом фланге, а остальные отброшенными уступом назад на Ровненском и Проскуровском направлениях.

Первоначальная задача фронта сводилась к нанесению поражения австро-венгерским войскам, имея в виду воспрепятствовать отходу из Галиции значительных сил противника на юг за р. Днестр и на запад на Краков.

Выполнение этой задачи должно было вылиться в концентрическое движение всех армий с целью охватить противника с обоих флангов, причем ввиду ошибочного предложения русского Генерального штаба об отнесении австрийцами своего развертывания более на восток, чем это было в действительности, наступление правофланговой 4-й армии было указано на Перемышль, т. е. на фронт австрийского расположения, а левофланговой 8-й армии - между Львовом и р. Днестр, т. е. против фронта перевозимой сюда из Сербии 2-й австрийской армии.

Образование Варшавской группы. Выступление на стороне Антанты Англии и Японии давало возможность уменьшить число войск, предназначенных для обеспечения Балтийского побережья, и снять войска, оставленные на Дальнем Востоке. Это предоставляло [98] в распоряжение верховного главнокомандующего лишних 4-6 корпусов, которыми он решил воспользоваться для лучшего выполнения франко-русской конвенции и, сосредоточив их на левом берегу Вислы в районе Варшавы, образовать 9-ю армию для наступления с ними в глубь Германии через Познань или Бреславль. Соответствующие распоряжения были сделаны во время сосредоточения войск, но к началу операции к Варшаве прибыли только 2 корпуса. Впоследствии ход первой операции заставил временно отказаться от идеи наступления от Варшавы на Берлин и направить 9-ю армию на Юго-западный фронт.

Сравнивая положение сторон на Восточном театре, можно отметить:

1. Центральные державы могли начать кампанию, сосредоточив все назначенные для нее силы и даже исправив первоначальные ошибки в развертывании (переброска 2-й австрийской армии на Сербский фронт, а потом в Галицию в район Ходорова привела к запаздыванию развертывания «эшелона А» на 5 суток, а «эшелона В» - на 7 - 10 суток). Россия должна была начать операцию, сосредоточив не более 75% предназначенных сил и не успев занять правильного исходного положения, в особенности на Юго-западном фронте, где Ровненская и в особенности Проскуровская группы были сильно оттянуты назад.

2. Несмотря на это, на германском фронте численное превосходство русских армий давало полную [99] надежду на успех операции с двойным охватом при условии правильно комбинированных и правильно веденных обеими армиями операций.

На Австрийском фронте численное превосходство в начале операции на стороне русских было очень незначительным, а разбросанное и уступное их положение с сильно оттянутым назад левым флангом давало австрийцам возможность, при развитии энергии в наступлении и искусном управлении, нанести отдельное поражение сильно выдвинутому вперед правому флангу русской армии. По мере сближения русских армий все выгоды переходили на их сторону и приводили к окружению австрийцев.

3. Австрийское развертывание, приспособленное к отходу правого русского фланга, вполне отвечало по расположению левого фланга армий этому условию, так как фланг выигрывался самым развертыванием; здесь не было только выполнено условие сосредоточения подавляющего превосходства в силах.

4. Развертывание русских армий и направление первоначального удара были основаны на предвзятом предположении о развертывании австрийских сил много восточнее, почему и удар их был нацелен не в обход флангов, а на фронт.

5. Развертывание и план операции германской 8-й армии вполне соответствовали складывающейся обстановке, характеру театра и возможностям оперативного использования богатой рельсовой сети.

6. Русское командование, располагая обширными стратегическими резервами, прибывавшими с дальних окраин (около 22 дивизий), имело в своих руках внушительные средства для питания операций на обоих фронтах, в чем ему уступали его противники. [100]

Развертывание вооруженных сил на Западноевропейском (Французском) театре мировой войны в 1914 г. по планам Жоффра и Мольтке
Антанта Германия
Армии Корпуса и пех. дивизии Резерв и территор. дивизии Кав. дивизии Кав. корпуса и дивизии Ландв. бригады Корпуса и пех. дивизии Армии
Бельгийская 6 дивизий - 1 - - - -
Английская 2/4 - 1 - 3 5/10 1 - я
Группа д'Амала - 3 - - - - -
Французская
5-я 5/10 6 4 1 2 7/14 2 - я
- - - 1 1 4/8 3 - я
4-я 3/6 - 1 - 1 5/10 4 - я
3-я 3/7 4 1 1 5 5½ /11 5 - я
2-я 5/10 4 2 1 1 5/10 6 - я
1-я 5/10 5 2 - З½ /7 7 - я
7 армий 23/53{24} 22{25} 12 4/10 14½ 35/70 7
Развертывание вооруженных сил на Сербском фронте Балканского театра
Армии Корпуса и пех. дивизии Резерв и территор. дивизии Кав. дивизии Кав. корпуса и дивизии Ландв. бригады Корпуса и пех. дивизии Армии
Австро-Венгрия Сербия
2-я 5/10

-

1 1 - 11 4
[101]
Развертывание вооруженных сил на Восточноевропейском (Русском) театре мировой войны по планам германского, австро-венгерского и русского генеральных штабов с изменениями, внесенными в планы командованием обеих сторон в начале операции
Германия и Австро-Венгрия Россия
Фронты Армии Корпуса и пех дивизии Резерв, дивизии Кав. дивизии Кав. дивизии Второочередные дивизии Корпуса и пех. дивизии Армии Фронты
Германский - - - - 7 4/8 1-я Северо-западный
8-я 4/8 1 3 4 5 / 10½ 2-я
- - - - 2 - 2/4½ 9-я
1 4/8 1 10½ 11 11/23 3
Герм. ландв. корпус Войрша 1/2 - - - - - - Юго-западный
Арм. группа Куммера - 1 - - - -
Австро-венгерский 1-я 3/9 2 3 4 / 8½ 4-я
4-я 4/9 - 2 5 5 4/8 5-я
3-я 3 / 9½ 2 4 4 4 4/8 3-я
2-я 3/10 2 2 5 1 4/9 8-я
5 14 / 39½ 8 11 18½ 13 16/33½ 4
Всего 6 18 / 47½ 14½ 12 29 24 27/56½ 7
[102]

На Балканском театре

(Схема 7)

Сербы со своей небольшой армией могли ожидать нападения на свою северную границу со стороны pp. Дунай и Сава и на западную - со стороны р. Дрина. Потому они, прикрыв обе границы, сосредоточили главные силы своих войск в гористом районе к востоку от Вальево, почти в одинаковом расстоянии от обоих возможных театров операций. Во главе армии стоял воевода Путник.

Австрийцы, перекинув в самом начале операции 2-ю армию на Русский фронт, развернули 5-ю армию по р. Сава и 6-ю по р. Дрина для широкого наступления против сербов в охват обоих флангов их расположения. В этом отношении обстановка на Сербском театре была схожа с обстановкой в Восточной Пруссии: та же активная оборона, с одной стороны, и охватывающее положение наступающего в превосходных силах - с другой, и то же качественное превосходство более слабой стороны. Но в положении обоих театров замечается и большое различие: германцы строили свою оборону на системе укреплений и подготовленной сети железных дорог, сербы же действовали в горной стране с весьма слабо развитой сетью даже грунтовых путей.

Итоги

В результате воюющие стороны развернули свои силы, как указано на схеме 7 и в приведенных ниже таблицах развертывания на всех театрах. [103]

Дальше