Содержание
«Военная Литература»
Техника и вооружение

Начало

В стране, некогда называемой Советским Союзом, истребитель И-16 являлся одним из наиболее любимых и известных самолетов.

Его силуэт легко угадывался на плакатах, изображающих вождей могучего государства. Стаи этих маленьких самолетиков наполняли детские книги, в кинофильмах предвоенной поры И-16 крутили немыслимые фигуры высшего пилотажа. По своему внешнему виду и летным качествам И-16 резко выделялся среди советских и иностранных истребителей начала 30-х годов. По сути, он явился первым скоростным истребителем - монопланом новой генерации. Непривычно обрубленный спереди фюзеляж, плавно сопряженный мощными зализами с широкими крыльями, массивное оперение, убирающееся шасси, придавали И-16 неповторимый облик фантастического лобастого насекомого. Задняя центровка (более 30 %) делала самолет неустойчивым в полете, что считалось тогда вполне нормальным и даже желаемым для увеличения маневренности. Хотя достигнутый результат и доставлял впоследствии много хлопот при подготовке летчиков, он же сыграл и свою положительную роль. Пилоты, хорошо освоившие И-16, обладали, как правило, утонченной техникой пилотирования и без труда осваивали другие машины. Летчики называли ею «ишачком», любили его и ругали, как любят и ругают привычный предмет, приносящий не только радость, но и огорчения. Когда пришла Большая война, встал И-16 как стойкий бульдог на защиту своего дома. Он и погиб в той войне...

Судьба самолета была не простой. Не простой судьба была и у творца И-16 - авиационного конструктора Николая Поликарпова. Талантливый инженер, давший стране за годы работы несколько добротных и удачных самолетов, Поликарпов был арестован в 1929 году, как буржуазный специалист-вредитель. От смерти в застенках НКВД его спасла лишь исключительная ценность как опытного авиационного конструктора. Поликарпову предлагают заняться разработкой самолетов в заключении, в специально созданном ОГПУ для этой цели конструкторском бюро - ЦКБ-39. Вместе с другим арестованным патриархом русской конструкторской школы - Дмитрием Григоровичем - он делит авторство на созданный в тюремном КБ истребитель И-5.

Тюремный истребитель оказался неплохим, его запустили в серийное производство, арестованных конструкторов освободили, но свобода тоже встретила неласково. Нелепые организации и переорганизации промышленности, слияние Центрального конструкторского бюро (ЦКБ) и Центрального аэрогидродинамического института (ЦАГИ), отсутствие достойного места работы первоначально не позволяли Поликарпову реализовать свои возможности. В мае 1931 года конструктор назначается заместителем Павла Сухого в бригаду ?3 ЦКБ-ЦАГИ. Здесь уже велась разработка цельнометаллического истребителя-моноплана И-14, имеющего традиционную для ЦАГИ гофрированную обшивку крыльев и хвостового оперения. Поликарпов со своим взглядом на видение проблемы инициативно разрабатывает альтернативный бипланный вариант И-14.

Сумев заинтересовать проектом командующего ВВС Якова Алксниса, Поликарпов получает под свое начало бригаду конструкторов, с которой детально разрабатывает этот биплан. Впоследствии этот самолет стал известен, как истребитель И-15. Тогда же, в течение 1932 года, появляются первые наброски будущего И-16. В январе 1933 года происходит долгожданное разделение ЦАГИ и ЦКБ, базирующегося на территории московского авиационного завода ?39. В новом ЦКБ Николай Поликарпов становится начальником конструкторской бригады ?2, специализирующейся на истребителях. Наряду с разработкой И-15, уже включенного в план строительства, он инициативно продолжает проектирование моноплана И-16. В мае 1933 года ВВС проявляют интерес к проектируемому самолету и выдают Поликарпову на него задание, не включая, однако, при этом в план. Так, нелегально, вступает в большую жизнь будущая знаменитость.

Уже к лету 1933 года самолет, получивший рабочее обозначение ЦКБ-12, обретает реальные черты. Низкоплан с веретенообразным фюзеляжем, закрытым фонарем кабины и убираемым шасси был представлен в двух вариантах капотирования двигателя: с кольцом Тауненда и капотом NACA Аэродинамические продувки показали преимущества второго варианта - на нем и остановились. В качестве силовой установки конструктор считал наиболее приемлемыми американские двигатели «Циклон» фирмы «Райт». Появившиеся в 1925 году, «Циклоны» непрерывно совершенствовались и к 1933 году являлись одним из наиболее перспективных двигателей мира. Тем более, что райтовские моторы серии «Уайрлвинд» уже были закуплены Советским Союзом и весьма успешно эксплуатировались на пассажирских самолетах АНТ-9. Велись переговоры и о закупке «Циклонов», однако получить их для инициативного проекта, каковым являлся И-16, было весьма проблематично. В этих условиях, Алкснис предлагает Поликарпову ориентироваться на уже имеющийся двигатель М-22, который хотя и был слабоват, однако вполне обеспечивал по расчетам требуемую скорость - 300 км/час на высоте пять километров.

С июня 1933 года разработка ЦКБ-12 ведется полным ходом. Военные внимательно следят за созданием самолета - осмотр деревянного макета ЦКБ-12 в ноябре окончательно убеждает их в правильности выбора. Делается вывод, что проектируемый истребитель полностью соответствует предъявленным к нему требованиям - особенно по части максимальной скорости. Уже 22 ноября 1933 года Совет Труда и Обороны СССР (СТО) принимает решение о запуске И-16 в серийное производство.

Тем временем, конструктор самолета добивается получения одного двигателя «Райт-Циклон» Ф-2 (невысотный вариант) и принимает решение строить второй опытный экземпляр ЦКБ-12 с этим двигателем. К концу 1933 года оба варианта были готовы. Внешне самолеты не имели отличий - оба лобастые толстячки с капотами NACA. На ЦКБ-12 с американским двигателем стоял однако трехлопастный воздушный винт «Гамильтон Стандарт». Так как русская зима была в разгаре, машины были установлены на неубираемые лыжи. Хотя это «аэродинамическое безобразие» и не позволяло постичь все достоинства ЦКБ-12, однако давало возможность начать испытательные полеты незамедлительно.

30 декабря 1933 года летчик-испытатель авиазавода ?39 Валерий Чкалов впервые поднял в воздух ЦКБ-12 с двигателем М-22. После новогодних праздников состоялся дебют и второй машины. Чкалов считал новый самолет сложным в пилотировании, управлять им было трудно и непривычно. Весь январь шла доводка самолетов, в этот период были проведены основные заводские испытания. Уже в феврале 1934 года обе опытные машины были подготовлены для первого этапа Государственных испытаний.

Целью их было получение основных летных характеристик и окончательное решение о запуске в серийное производство. На самолете с двигателем М-22 16 февраля начал летать летчик-испытатель Коккинаки, машину с «Райт-Циклоном» в тот же день опробовал другой испытатель НИИ - Степанчонок. Летали на лыжах. Погода в том феврале не баловала испытателей - постоянная низкая облачность, полеты по этой причине частенько откладывались. Но все-таки основные выводы были сделаны, и 25-27 февраля машины сдали на завод для устранения недостатков и подготовки к более тщательным испытаниям на колесном шасси. Что же выяснилось по самолетам, налетавшим несколько часов? Оба И-16 с М-22 и с «Райт-Циклоном» были аналогичны в пилотировании, легко переходили с фигуры на фигуру, но не допускали резких движений ручкой управления. Особенно осторожным приходилось быть при посадке, самолет не допускал высокого выравнивания. В то же время пилоты отметили, что И-16 на взлете и посадке более устойчив, чем истребитель И-14. И на виражах он был не столь строгим по сравнению со своим конкурентом. Из двух опытных И-16, машина с двигателем М-22 внушала большее доверие («Райт-Циклон» вызывал на втором экземпляре нежелательные вибрации), поэтому на ней «подлетнули» в эти первые дни испытаний пилоты Юмашев и Чернавский. Общее мнение всех летчиков о самолете было как о довольно опасном, поэтому выполнение фигур, вплоть до крутых виражей, на нем запрещалось на неопределенное время. Решение о серийном производстве однако оставалось в силе, поэтому в акте утверждения испытаний, начальник ВВС Алкснис приказывал начать подбор особо подготовленных летчиков для нового истребителя. Ибо летные характеристики, а главное скорость, во время десятидневных испытаний были получены весьма неплохие:
  И-16 М-22 И-16 Р.Ц.-2
Макс. скорость на высоте 1000 м. км/ч. 303 361
Макс. скорость на высоте 5000 м, км/ч. 283 314
Время подъема на высоту 5000 м. мин. 10,9 7,9
Время виража, сек. 16,5 16,5

Недостатков, присущих опытной машине, надо сказать, тоже хватало. Отмечались недоведенная система бензопитания, хлипкий фонарь, слабое крепление прицела, неудобные плечевые привязные ремни. Уже тогда пилоты отметили сложность посадки в самолет и требовали устройства специальных стремянок или оборудования подножек. Этот недостаток, отмеченный впоследствии практически всеми летчиками, устранен, как известно, не был - слишком уж главный конструктор самолета боролся за чистоту аэродинамических форм. Несколько лет спустя, когда у советских специалистов оказался в руках японский трофейный истребитель И-97, тоже не имеющий подножки, они обнаружили в кабине привязанную веревку с кольцом. Проблема посадки в самолет, очевидно, была общей, ибо инженеры сразу догадались, что японский пилот по-своему решил ее (веревка свисала наружу, при посадке пилот вдевал в это импровизированное стремя ногу и в кабину карабкался как кавалерист на коня). Было даже предложено оснастить таким устройством советские самолеты.

После устранения основных недостатков и установки убираемого шасси оба И-16 было решено отправить для дальнейших испытаний в края более теплые, чем заснеженное Ходынское поле в центре Москвы. Теплыми краями была знаменитая Кача - аэродром летной школы военных летчиков ?1 под Севастополем. Однако, прежде, чем самолеты погрузили на железнодорожные платформы, произошло событие, которое в значительной степени растопило лед недоверия к поликарповскому истребителю. Дело касалось штопора, вокруг которого накалялись страсти. И-14, который являлся все-таки в значительной степени детищем ЦАГИ из штопора выходил со значительным запаздыванием - сказывалось «затенение» руля поворота горизонтальным оперением. А уж «гадкому утенку» И-16 и к тому же конкуренту, специалисты ЦАГИ вообще предрекали неминуемую погибель в этой фигуре высшего пилотажа. Аэродинамик Журавченко, опираясь на результаты аэродинамических продувок, считал, что этот короткохвостый самолет характер штопора будет иметь плоский и даже предлагал поднять вверх стабилизатор, подобно тому, как это было сделано на И-14. На совещаниях 17 января и 21 февраля 1934 года ни один из инженеров или летчиков не смог сказать ничего внятного по этому вопросу. Было ясно, что продувки продувками, но главным судьей будет летный эксперимент. Так как И-16 с «Райт-Циклоном» было жалко, рисковать решили машиной с М-22. В течение двух дней 1 и 2 марта 1934 года испытатель Валерий Чкалов произвел 75 срывов на штопор, которые показали следующее.

При потере скорости и нейтральном управлении И-16 в штопор не входил: свалившись на крыло и сделав полвитка, самолет снова выходил в прямолинейный полет. В случае принудительного ввода (ручка на себя и «дача» педали) И-16 входил в штопор с устойчивым характером вращения. Вывод без проблем осуществлялся при нейтральной установке рулей. Тенденций к плоскому штопору отмечено не было.

Испытания, проведенные Чкаловым 1-го и 2-го марта, результаты для судьбы самолета имели весьма значительные. С этого момента практически уже ничто не могло остановить запуск И -16 в серийное производство. Удачное разрешение мучительного и сложного вопроса придало сил создателям самолета, придало оно уверенности в правоте решения и руководителям промышленности. Никто из них не мог тогда предположить, что начинают многолетнюю борьбу за самолет, борьбу с его многочисленными «болезнями» и «капризами».

22 марта 1934 гола начались эксплуатационные испытания на Каче. Машина с М-22 (ведущий Коккинаки) летала с убранным шасси с целью получения полных скоростных характеристик. Результаты были превосходные! У земли максимальная скорость составила 359 км/час, на требуемых пяти километрах - 325 км/час. Но система уборки шасси, однако, никуда не годилась.

Механизм подъема был весьма ненадежным, часто заедал и отказывал. Подъем шасси вызывал большие затруднения даже для такого физически сильного летчика как Чкалов. Поэтому на втором экземпляре (ведущий летчик Чернавский) с «Райт-Циклоном», шасси на испытаниях даже не убирали. Впрочем, этому аппарату все равно не повезло, 14 апреля, на последней стадии пробега, когда уже можно было сказать, что полет закончился, разрушился узел крепления правой стойки шасси, и самолет лег на брюхо. На этом «качинские» испытания второго экземпляра И-16 закончились.

Через неделю закончили «мучить» и машину с М-22. Если аварийный самолет упаковали в ящик и отправили для ремонта на завод поездом, то И-16 с М-22 решили отправить по воздуху. 25 апреля на нем улетел в Москву Чкалов. 1 мая 1934 года этот самолет в компании с бипланом И-15 и туполевским И-14 впервые пролетел над Красной площадью.

Все лето в ЦКБ и на заводе возились с шасси. Новая машина с двигателем «Райт-Циклон» Ф-3 имела в этой части значительные переделки. Основным же ее отличием был капот двигателя тоннельного типа, близкий к так называемому капоту «Уоттера». На воздушный винт установили обтекатель, усилили крыло - именно с этого экземпляра носовая часть была зашита дюралюминиевым листом по первый лонжерон.

Еще на первых двух экземплярах Поликарпов, предвидя сложности со штопором, предусмотрел установку интерцепторов. Интерцепторы, связанные с управлением, должны были по его замыслу облегчить выход из штопора. Установлены они были в районе первого лонжерона отъемных частей крыла и представляли собой пластинки, выдвигаемые из специальных щелей. Однако, судя по документам летных испытаний, опробованы они не были. Теперь, в третьем опытном экземпляре, интерцепторы отсутствовали.

7 сентября 1934 года самолет перегнали в Щелково, на подмосковный аэродром НИИ ВВС для прохождения Государственных испытаний, которые продолжались до 12 октября. На этот раз заключение по И-16 было категоричным и более жестким.

Признавая, что по причине недоведенности отдельных элементов конструкции самолет испытаний не выдержал, Алкснис требовал отладки вооружения и заключал, что до надежной его работы, И-16 «не может считаться военной истребительной машиной». Хотя этот экземпляр развивал на высоте трех километров максимальную скорость 437 км/час, военные, которых совсем недавно устраивало трехсоткилометровое достижение, теперь вошли во вкус и требовали еще более высоких показателей. Они предлагали установить на И-16 новый отечественный мотор М-58 уменьшенного диаметра и добиться максимальной скорости 470 км/час. Вариант этот, кстати, был осуществлен, но развития не получил.

Серийное производство истребителя разворачивалось тем временем на заводах ?39 в Москве и ?21 в Нижнем Новгороде. Головной московский авиазавод получил на 1934 план изготовления 50 самолетов. Здесь самолет дорабатывался, здесь же готовилась техническая документация. В период с января по апрель 1934 года отсюда в Нижний Новгород были отправлены все чертежи для серийной постройки. Хотя там уже заканчивали изготовление истребителя И-5, производственные мощности вовсе не были свободны. Практически до середины лета, 21-й завод возился с внедрением в серию (по ранее принятым решениям) самолетов ХАИ-1 и И-14. Только 17 июля здесь приступили наконец к работе по И-16. До конца года завод должен был изготовить 250 таких истребителей. Естественно, что этим фантастическим планам сбыться суждено не было - до конца года заводчанам вообще не удалось сдать ни одной серийной машины.

И-16 стал на заводе ?21 четвертым типом выпускаемой продукции после И-5, ХАИ-1, И-14. Первые самолеты, оснащенные двигателями М-22, получили, таким образом, обозначение - тип 4. Эти машины выпускались заводом в течении всего 1935 года. В общей сложности, вместе с выпущенными однотипными И-16 на московском авиазаводе, суммарное количество истребителей, оснащенных М-22, составило 400 экземпляров.

Тип 4 не применялся в «командировках» - Испании и Китае - однако оставался в небольших количествах в строевых частях и летных школах к моменту нападения Германии на Советский Союз. Вполне возможно поэтому, что отдельные экземпляры И-16 тип 4 принимали участие в боевых действиях летом 1941 года.

И-16, выпускаемые авиазаводом ?39, имели обозначение в соответствии с порядковым номером ЦКБ. В течении 1934 года здесь выпустили 50 самолетов И-16, имеющих серийные номера с ?123901 по ?123950 (что означало - ЦКБ-12 выпуска завода ?39 номер такой-то). В 1935-36 годах московский завод выпустил еще 8 машин (по четыре экземпляра ежегодно), закончив на ?123958. Конечно, все эти И-16 вовсе не являлись дублированием опытной машины М-22. Более того, в это количество входили и опытные самолеты, которые разрабатывались в бригаде Поликарпова. Вошла сюда и специальная пятерка И-16, предназначенная для группового пилотирования.

В течение всего года, когда велись первые испытания истребителя, а заводы готовились к его серийному производству, слух о И-16 перелетал из кабинета в кабинет руководителей промышленности и государства, поднимаясь все выше. Обратил внимание на новый самолет и сам Иосиф Сталин. Однажды в ноябре 1934 года (произошло это по воспоминаниям летчика и конструктора Владимира Шевченко после того, как выпавший первый ноябрьский снег внезапно растаял) на Ходынку прибыли роскошные правительственные автомобили. Приехали Сталин, Орджоникидзе, Каганович, Микоян и другие партийные руководители. Интересовались И-16. В самолет сел Чкалов и от души открутил весь пилотаж перед правительственной делегацией. Когда пришло время приземляться, капризное шасси как обычно застряло на выходе. Чкалов, уже неоднократно проделывая это ранее, дожал шасси перегрузкой, крутанув несколько эффектных «мертвых» петель. Последнее особенно понравилось Сталину - после приземления он пожелал познакомиться с отважным пилотом. Опрашивая других присутствующих летчиков завода и НИИ ВВС, вождь интересовался их мнением о новом истребителе. Нужно отметить, что к тому времени официально и неофициально И-16 опробовали в воздухе человек двадцать.

Все опрошенные самолет хвалили. На вопрос «Так что, нужен нам такой самолет?» отвечали - «Очень нужен, товарищ Сталин!». Тогда же было решено построить на авиазаводе ?39 пять специально облегченных И-16 для парадной пилотажной группы. Заказ на их изготовление получил название «Сталинское задание». Эти машины, оснащенные американскими «Райт-Циклонами», выполненные по типу третьей опытной, были готовы в марте 1935 года. Сами летчики-пилотажники, состоящие из испытателей НИИ ВВС, уже имели к тому времени богатый опыт совместных полетов. Они летали на И-5, крылья которых поначалу даже связывали металлическим тросиком. Понятно, что такие смертельные опыты требовали филигранной техники пилотирования, ибо ошибка одного пилота могла привести к гибели других. Однажды такое едва не произошло. При заходе на посадку ведущий пилотажной пятерки Степанчонок успел перескочить через рулящий по летному полю самолет Р-5. Летчик Супрун, «привязанный» замыкающим, не успел повторить этот маневр, потерял скорость, после чего ударился о землю и. перевернувшись, загорелся. Только чудо в виде шустрой аэродромной команды спасло пилота. Тросики после этого с самолетов сняли, однако желания крутить фантастический групповой пилотаж не убавилось. Летать в пилотажной пятерке пробовали многие летчики, удавалось это, однако далеко не всем, слишком уж своеобразные навыки были здесь нужны и. прежде всего, полное доверие к ведущему.

В марте 1935 года, в момент получения с завода новеньких И-16, пятерка состояла из летчиков Коккинаки, Шевченко, Супруна, Евсеева, Премана. Ведущим этого состава являлся Коккинаки. Самолеты были окрашены в ярко красный цвет, лишь капоты в соответствии с неписанными традициями завода ?39 были черными. Практически сразу с получением самолетов начались тренировки. Причем с утра пораньше все участники вылетали по своим испытательским заданиям - кто на ТБ. кто на И-Z, а кто и на прозаическом У-2.

Только во второй половине дня пятерка собиралась в своих ярких И-16, и, сомкнувшись в небе в виде пятиконечной звезды (расстояние между концами крыльев 1-2 метра), начинала свой отчаянный пилотаж. Самой эффектной фигурой была, конечно же, замедленная восходящая бочка всей группы от самой земли, однако командующий ВВС Яков Алкснис задумал кое-что похлеще, а именно - пролет всей группы над Красной площадью во время первомайского парада.

30 апреля 1935 года пилотажники всем составом поехали на место предстоящего действия. По просьбе Коккинаки, посредине проезда между ГУМом и Историческим музеем, на брусчатке была нанесена жирная белая полоса. Ей суждено было стать ориентиром. На следующий день 1 мая. пятерка ярко красных И-16, снизившись ниже крыш зданий, ворвалась на Красную площадь и с оглушительным ревом, вращаясь всей группой как единое целое, «ввинтилась» в небо. Эффект был необычайный! Вернувшись на аэродром, летчики уже собрались разъехаться к праздничным столам, когда вдруг появился порученец от маршала Ворошилова. Он привез каждому пилоту петлицы с прикрепленными знаками внеочередных воинских званий и денежную премию - каждому по пять тысяч рублей (легковой автомобиль М-1 - «Эмка» - тогда стоил шесть с половиной тысяч рублей). Одновременно Ворошилов позвонил сам и вызвав к телефону Коккинаки сказал: «Товарищ Сталин восхищен мастерством летчиков и просит их еще разок пролететь над Москвой».

После этого пятерка еще и еще летала над московскими улицами. Самолеты видели в разных районах города и впоследствии даже родилась легенда о том, что 1 мая 1935 года над Москвой летало несколько «красных пятерок». Вечером пилоты (среди них был и Валерий Чкалов) были приглашены на торжественный обед в Кремль, где Иосиф Сталин поднял тост за здоровье советских летчиков. Самим триумфаторам довелось лишь «пригубить» бокалы с вином, ибо на следующий день предполагалось повторить полеты.

Летал 2 мая над Ходынкой и Валерий Чкалов, Сталин, наблюдавший его полет, прилюдно расцеловал приземлившегося пилота. Богатырская стать волжанина, его открытое, смелое поведение, явно импонировали Сталину. С этого момента Чкалов становится самым знаменитым летчиком Советского Союза, а И-16 любимым самолетом вождя. В конце мая Сталин решил показать виртуозную воздушную группу французскому министру Лавалю. Групповой пилотаж над самой землей настолько потряс француза, что по приезду домой он организовал подобную группу у себя в стране.

А «красные пятерки» с этого момента стали непременным атрибутом всех авиационных праздников и парадов. Пилоты-пилотажники, с целью быстрейшего освоения нового истребителя в строевых частях, гастролировали по воинским гарнизонам в течение всего 1935 года. Показательный пилотаж должен был развеять недоверие рядовых пилотов к И16. Впоследствии, все участники этих событий и сам Николай Поликарпов были награждены орденами Ленина - высшей тогда наградой государства. Кроме этого им выделили по легковому автомобилю М-1. Нужно отметить, что пилотаж в плотном строю, каковой осуществляли участники «красных пятерок», был действительно весьма сложен и опасен. 11-го августа 1937 года во время очередной тренировки произошло столкновение двух самолетов, в результате которого один из воздушных акробатов - летчик Евсеев - погиб. Это была единственная неудача, которая, однако, не прекратила полеты. «Красные пятерки» на И-16 просуществовали до 1940 года, в них летал и разные летчики, которые по праву считали свое участие в этом деле высшей оценкой их профессионального мастерства.

Серийный выпуск самолета, начатый в 1934 году, по настоящему развернулся только на следующий год. Даже те И-16, которые были выпущены и засчитаны в производственный план 1934 года, продолжали доводиться и в 1935 году. Тогда же появилась возможность устанавливать на самолет двигатели М-25, являющиеся советской копией американского «Райт-Циклон» Ф-3. Производство этих двигателей развернули на вновь построенном авиазаводе ?19 в городе Пермь, на Урале. За 1935 год, используя зачастую американские детали, завод выпустил 660 двигателей М-25. Часть этих двигателей предназначалась для И-16. Новая модификация самолета уже была построена в Москве, пять первых машин этого типа вошли в «красную пятерку», а самолет ?54 (? 123954), выпущенный 25 апреля 1935 года подвергся тщательным заводским испытаниям. Имея полетный вес 1432 килограмма, он развивал скорость на трехкилометровой высоте 456 км/час. В целом этот И-16 очень напоминал третий опытный экземпляр с «Райт-Циклоном» Ф-3, однако капот двигателя несколько изменился и получил лобовые жалюзи, элеронная щель была заделана. а клапаны-обтекатели вдоль всего размаха оперения сменились маленькими крышками на узлах навески рулей. На серийном заводе ?21 в Нижнем Новгороде этот самолет получил обозначение тип 5.

К моменту внедрения этой модификации в серийное производство, заводской коллектив уже вполне освоился с выпуском И-16, а серийный конструкторский отдел (СКО) уже проводил свои удачные доработки машины. Еще в конце 1934 года заводские конструкторы разработали свой вариант убирающегося шасси. Проведенные испытания на первом же заводском И-16 ?4211, показали, что механизм работает вполне надежно, поэтому на всех последующих выпускаемых машинах ставилась эта кинематика. Довели к тому времени, то есть к моменту выпуска машины тип 5 и вооружение самолета. Характерной особенностью И-16 было его изначальное вооружение новейшим пулеметом ШКАС калибра 7,62 мм. Этот пулемет, разработанный в 1932 году оружейниками Шпитальным и Комарицким, обладал самой высокой в мире скорострельностью - 1800 выстрелов в минуту. ШКАС был запущен в серийное производство одновременно с И-16 в 1934 году и первоначально сам обладал многочисленными дефектами, которые приходилось устранять уже в процессе эксплуатации самолета. Хотя новый пулемет был дороже в пять раз (в 1934 году его цена была определена в 5000 рублей) освоенного промышленностью ПВ-1 (Максим), по весу он был в полтора раза легче, а по скорострельности стоил двух старых пулеметов.

Первоначально ШКАСы, установленные в крыльях, давали при стрельбе много отказов. Причина заключалась в том, что конструкторы самолета установили пулемет в перевернутом положении - так оказалось удобнее его конструктивно увязать. Хитрая механика, находясь вверх ногами, стала заедать, оружейники, опомнившись, стали протестовать, однако дело было сделано и первые И-16 выпуска 1934 года так и летали с капризным вооружением. Впоследствии этот недостаток естественно был устранен.

В период с 28 августа по 3 ноября 1935 года 10 самолетов И-16 выпуска завода ?39 проходили войсковые испытания в 107 авиаэскадрилье Брянской авиабригады. Военные летчики изучали все слабые и положительные стороны самолета, все возможные варианты его боевого применения. Выяснилось, например, что опускаемые на взлете элероны (И-16 тип 4 и тип 5 обладали механизмом дифференциального опускания элеронов, в таком виде они осуществляли функцию закрылков) действительно ощутимо сокращают дистанцию взлета и посадки. Это заключение было весомым аргументом для сторонников И-16, ибо работы по расширению действующих аэродромов для новых истребителей только велись.

В оценке пилотирования говорилось, что «управление самолетом легкое, чувствительно реагирует на малейшее движение рулей, ...малейших ошибок не прощает. ...Передирание ручки на вираже и посадке опасно сваливанием в штопор». Такая высокая чувствительность самолета на малейшие движения ручки управления затрудняла пользование гашетками пулеметов, оснащенных механическим спуском - требовался более мягкий электроспуск. Бочку И-16 крутил за 1-1,2 секунды, причем самолет всегда можно было зафиксировать и в промежуточном положении. Отметили армейские пилоты (как и несколько ранее испытатели), что при полетах на максимальной скорости верхняя обшивка крыльев отсасывается потоком и как бы вспучивается. Частоту нервюр явно необходимо было увеличить - впрочем, конструкторы к этому времени уже разрешили этот вопрос.

Особое внимание было уделено проведению штопора. Вот основные оценки: «Самолет штопорит хорошо на всех высотах... в процессе штопора, при ослабленной ноге, заметна, после каждого витка, тенденция самолета выйти из штопора. ...Правый штопор проводится до 12 витков без запаздывания при выводе. Штопор влево происходит энергичнее... ввод и вывод как в правый, но полного добора ручки не желательно, так как в этот момент самолет поднимает нос между горизонтом и нормальным штопором, вращение происходит плоское, а вывод с запаздыванием - после пяти витков два витка запаздывания, ...случаев отказа управления при штопоре не было». Общая оценка самолета гласила: «Обладает отличными пилотажными качествами». В том же 1935 году И-16 впервые отправился за границу. На миланской международной авиационной выставке в Италии Советский Союз выставил несколько образцов самолетов: АИР-9 бис Яковлева, ОСГА-101 Четверикова, Сталь-3 Путилова. Ярко раскрашенный И-16 представлялся как спортивный самолет АСБ с максимальной скоростью 467 км/час. По сравнению с длинными, вытянутыми гоночными машинами выглядел он скромно и вызывал на выставке скорее недоумение чем неописуемый восторг. Мало кто думал тогда, что русские всерьез намерены развернуть крупномасштабное производство этого толстячка. А устроители выставки, пожалуй, меньше всех подозревали, что через год с небольшим от него крепко достанется, прежде всего, итальянским конструкциям.

Испанский дебют

Во время гражданской войны в Испании в 1936-1939 гг. И-16 впервые был использован в боевой обстановке. Истребители были получены испанской республикой из Советского Союза в конце октября, начале ноября 1936 года. Это была первая партия поставленных машин, состоящая из 31-го И-16 тип 5. Вместе с самолетами прибыли летчики 1-ой авиабригады из Брянска. Группой этих пилотов, состоящей из 3-х эскадрилий, командовал капитан Тархов. Уже 9-го ноября 1936 года И-16 впервые появились в небе над Мадридом. Появление И-16 коренным образом изменило характер воздушных схваток. Новый боец был первым в мире самолетом способным вести бои на вертикали. Основные противники - немецкий истребитель He-51 и итальянский C.R.32 значительно уступали ему по своим летным данным - настолько, что пилотам этих машин было настоятельно не рекомендовано ввязываться в бой, не имея численного преимущества. Это было уже излишним. Ужас встречи с внезапно появившимися И-16, у националистов первоначально был столь велик, что они дали ему прозвище «Рата» (крыса). Республиканцы стали ласково называть своего защитника «Моска» (муха), а авиационные издания всего мира окрестили «Боингом», утверждая при этом, что самолет разработан на этой известнейшей американской фирме.

7 мая 1937 года прибыла вторая партия И-16 в количестве 31 машины, а 21 мая еще 17 истребителей и четыре УТИ-4. Одновременно с новой партией машин прибыла очередная группа советских летчиков, в основном из 142-ой авиабригады, базирующейся в Бобруйске, и шестьдесят молодых испанских парней, освоивших технику пилотирования И-16 в советской летной школе в Кировабаде. Обе партии, состоявшие из боевых машин типа 5, были собраны и отправлены в летные части. Скоро произошел ряд загадочных катастроф - погибло несколько советских и испанских летчиков. При тщательном расследовании выяснилось, что эти самолеты обладают недостаточной прочностью крыльев. При энергичном пилотировании концевая часть крыла в районе подвески элерона разрушалась и самолет становился неуправляемым. Так как в этот период в Советском Союзе велись судебные процессы над политическими противниками Сталина, которые обвинялись во вредительстве, вредительством же была объявлена небоеспособность партии самолетов. В результате, 150 крыльев И-16 подверглись усилению конструкции и смене обшивки. Подвергались этой операции, в том числе, и 14 машин, прибывших 1-го июля. В прибывшей 10 августа 1937 года новой партии, состоящей из 62 И-16, усиления уже были внесены. Вообще, эксплуатация И-16 в Испании выявила целый ряд определенных недостатков самолета. Колеса (750х100) оказались слишком узкими для испанских аэродромов - взлетать часто приходилось с обычных каменистых виноградников. При этом мелкие камни пробивали полотно низко расположенного горизонтального оперения. Колеса, впоследствии, стали ставить более толстые (750х150), а нижнюю поверхность стабилизатора и руля высоты обшивать двойным слоем авиаполотна. Хуже оказалось с подвижным фонарем летчика, который мало того, что забрызгивало маслом, он и работал недостаточно надежно. Частенько фонарь самопроизвольно на большой скорости задвигался, поэтому скоро пилоты стали закреплять его постоянно в открытом положении, что хотя и ухудшало аэродинамику, однако добавляло уверенности в бою. Задняя центровка машины неожиданно сделала И-16 прямо-таки вездеходом - он не переворачивался даже при посадке на пашне.

Особым вопросом стало исследование живучести самолета. Во время боевых действий в Валенсии, в период с 9 марта по 8 апреля 1937 года были проведены целые исследования по этому вопросу. Вражеские пули пробивали только введенные бронеспинки (были это очевидно пули крупнокалиберных пулеметов итальянских C.R.32), протектирование бензобаков оказалось недостаточно эффективным и не всегда защищало от загорания.

Моторы М-25 засасывали во время руления по земле много пыли и быстро выходили из строя. Первоначально эти двигатели воздушного охлаждения эксплуатировались без маслорадиаторов - Испания показала необходимость установки последних. Жара была - это да, но и воевали пилоты отменно - летали на максимальных скоростях и двигатели при этом эксплуатировались на перефорсированных режимах. Мог разве кто в мирных условиях предположить, что в бою придется пикировать с высоты 3-4 километров практически до земли, а потом вновь карабкаться до самого неба ни на миллиметр не сдвигая на себя рычаг газа.

В целом И-16 показал себя неплохо. Высокая выносливость планера, простота устранения боевых и эксплуатационных повреждений привели к тому, что отдельные машины проходили по 4-5 капитальных ремонтов и налетывали по 350-400 часов. Из строя, как оказалось, в месяц выходило 34,5% самолетов, срок жизни одной машины составлял 87 дней. В ремонт при этом уходило 16,25%, полные потери составляли 18%. Совершенно особо отмечался тот факт, что в условиях сухого испанского климата дерево в конструкции самолета не было подвержено загниванию (в отличие от российских условий) и находилось в отличном состоянии.

Одним из основных недостатков И-16 была признана все-таки его недостаточная огневая мощь. Основной противник «Моски» - итальянский истребитель Фиат C.R.32, как уже отмечалось выше, быстро доказал высокую эффективность своего бортового оружия. И это при явно худших летных характеристиках.

Стало ясно, что два пулемета ШКАС калибром 7,62 мм, несмотря на свою рекордную скорострельность, являются недостаточным вооружением истребителя. В Советский Союз ушел заказ на довооружение И-16. Доработка машины была проведена на заводе ?21 бригадой инженеров под руководством конструктора Боровкова в течение одной ночи. Они установили третий синхронный ШКАС в нижней части фюзеляжа. Уже на следующий день самолет был испытан. Машина получила обозначение И-16 тип 6 и была изготовлена в количестве 30 экземпляров. Самолеты были срочно облетаны бригадой военных летчиков-испытателей и так же срочно отправлены в Испанию. Несколько позже появилась и модификация с двумя синхронными пулеметами ШКАС, установленными в верхней части фюзеляжа. Этот четырехпулеметный И-16, обозначенный как тип 10, в Испании стал называться «Супер Моска» или просто «Супер». Срочность заказа привела к тому, что этот тип продолжал дорабатываться в процессе серийной постройки и в окончательном виде - с форсированным двигателем М-25В, посадочными щитками и убираемыми лыжами, проходил государственные испытания в НИИ ВВС только в феврале 1939 года.

В Испанию тип 10 поступил впервые в марте 1938 года в количестве 31 экземпляра. В течение лета поступило еще 90 таких четырехпулеметных машин. Эти самолеты участвовали в воздушных сражениях в течение лета-осени 1938 года. В этот период в Испанию попали 24 «контрабандных» американских высотных двигателя «Райт-Циклон» F-54. Этими двигателями оснастили самолеты эскадрильи ?4, состоящей из 12-ти И-16 тип 10, которой командовал один из самых результативных испанских пилотов Антонио Ариас. «Суперы», оснащенные двигателем, который развивал максимальную мощность на 7000 метрах, получили прекрасную возможность отыграться на немецких истребителях Bf.109. Нужно сказать, что уже первые боевые столкновения И-16 и Bf.109 весной 1937 года показали приблизительно равные возможности этих машин. Однако так продолжалось лишь до 3-х километровой высоты, где мощность двигателя И-16 начинала падать, а двигатель Bf.109 сохранял мощность до подъема на высоту 5000 метров. Данное преимущество позволяло пилотам «Мессершмиттов» практически всегда занимать более выгодную позицию.

После установки высотных двигателей на самолеты 4-ой эскадрильи, летчики стали летать с кислородными масками, за что их прозвали эскадрильей «сосунков». 18 сентября 1938 года в воздушном бою над рекой Эбро, две шестерки «сосунков» внезапно атаковали сверху две восьмерки «Мессершмиттов» и сбили четыре из них. Всего в этом групповом бою, в котором участвовали также невысотные И-16 и И-15, было сбито 11 неприятельских самолетов.

Это, однако, были уже одни из последних удачных боевых действий. До конца 1938 года советские летчики были отозваны на родину, а поставки самолетов практически прекращены. Всего в период 1936-1938 г.г. в Испанию было отправлено 455 И-16 и 20 УТИ-4. Дошло соответственно 422 и 4 машины. За этот период было задержано 96 советских судов с поставками военных грузов. Три судна «Комсомолец», «Тимирязев», «Благоев» были потоплены. Сложность доставки военных грузов впрочем, предугадывалась с самого начала. Поэтому еще в 1936 году в Испанию была направлена техническая комиссия с целью оценки возможности производства самолетов на месте. Комиссия обследовала 16 заводов и уже 22 января 1937 года направила наркому авиационной промышленности СССР М.М.Кагановичу обстоятельный документ с положительной оценкой.

Для серийного изготовления в Испании был выбран, однако, биплан И-15. Именно этот самолет был обеспечен технической документацией и материалами из СССР. И-16, который был все-таки предпочтительней, ввиду более высоких характеристик, стали строить нелегально. С готовых самолетов, запасных частей были сняты чертежи и восстановлена технология изготовления. О стремлении выпускать И-16 говорит тот факт, что у испанского руководства существовал план выпуска 1000 таких истребителей. Летом 1938 года производство И-16 тип 10 было развернуто на авиазаводе SAF-15 в Аликанте. До конца года завод закончил 4 машины, обозначенные Сн-001 - Сн-004. Эти первые И-16 испанской постройки были, однако, вооружены лишь двумя крыльевыми пулеметами, поэтому занимали промежуточное положение между типом 5 и 10. По сути, они являлись первыми и последними, ибо остальные 10 машин этой серии после падения республики достались националистам. Вместе с захваченными боевыми И-16, они вошли после войны в базирующуюся на Мальорке Grupo 26, состоящую из 22 самолетов. В 1941 году до летного состояния были доведены еще 28 машин. В 1948 году самолеты типа И-16 получили обозначение С.8. Используясь в основном в летных школах, С.8. просуществовали в испанской авиации до 1953 года.

Заканчивая «испанский эпизод» хотелось бы отметить, что именно И-16 выполнили роль «загонщиков» в случае пленения интересующих советскую сторону немецких самолетов. 4 декабря 1937 года был принужден к посадке немецкий истребитель Вf.109В{1}. Менее чем через две недели, 17 декабря, такая же участь постигла экипаж бомбардировщика Не111. Оба трофея были, затем переправлены в Советский Союз, где их тщательным образом обследовали и испытали в 1938 году.

На Восток!

В самый разгар испанской войны камни аэродромов другой далекой страны начали вылетать из-под колес газующих на взлете «ишачков». Япония, включившись в процесс передела мира, начала в 1937 году захват территории Китая. Чан Кайши, который любил русских, пожалуй, даже меньше, чем японцев, в поисках поддержки вынужден был пойти на переговоры со Сталиным. Ряд соглашений между гоминдановским Китаем и Советским Союзом предусматривал военные поставки, среди которых были и самолеты. Только в первые годы войны с октября 1937 года по сентябрь 1939 года в Китай поступило 885 советских самолетов (до 1941 г. поступило 1250 самолетов), среди которых находилось 216 истребителей И-16 тип 5 и тип 10. Кроме поставок боеспособных самолетов, в городе Урумчи был построен завод для постройки И-16. Усложнившаяся политическая обстановка однако не позволила довести это начинание до желаемых результатов.

Схема поступления «живых» самолетов выглядела следующим образом. Самолеты, выделенные китайцам, накапливались в Алма-Ате, а затем перегонялись по воздуху за самолетом лидером СБ до Ланьчжоу. Эта трасса, протяженностью 2400 км, проходила через горные массивы Тянь-Шаня и пустыни Северо-Западного Китая. Осуществление полетов по этой трассе само по себе было беспрецедентным событием. Плохая видимость, пыльные бури значительно осложняли эти рискованные акции. Аэродромы, наспех оборудованные в горных ущельях, многократно этот риск усиливали. Поэтому в 1938 году отдельные партии истребителей доставлялись на грузовиках ЗИС-5 до Хами, там собирались, облетывались и только затем включались в воздушную гонку над пустыней. По прибытии в Ланьчжоу на самолеты наносились 12-ти конечные гоминдановские звезды и с этого момента они входили в состав китайских ВВС. Пилоты прикрепляли к своим комбинезонам красные шелковые лоскуты с белыми иероглифами - отныне каждый китаец обязан был оказывать им всяческое содействие в случае аварии. Получили И-16 и свое новое - китайское прозвище - здесь их стали называть «ласточкой». Часть из них использовалась для обучения китайских летчиков, а основная масса следовала далее на Восток к горячим точкам.

Первая группа Г.Прокофьева в составе 23 самолетов И-16 во второй половине ноября 1937 года стремительным броском пересекла весь Китай с запада на восток, 21-го ноября эта группа, охраняя с воздуха новую столицу страны - Нанкин (Шанхай был сдан японцам 11-го ноября) вступила в первый воздушный бой. Семь И-16 сбили в этом бою три японских самолета, не имея потерь со своей стороны. Воздушные бои конца ноября и начала декабря 1937 года, прошедшие с подавляющим превосходством советских летчиков (а именно они пилотировали И-16 в этот период), заставили японцев потесниться в китайском небе. Эпизодические полеты американских и французских пилотов волонтеров не воспринимались ими ранее как серьезное препятствие. Более того, «наивные» русские летчики отказывались от полагающегося денежного вознаграждения за сбитых японцев. Естественно, что в условиях коррумпированной китайской армии эти деньги не пропадали. Чиновники получали деньги, желающие из волонтеров участвовать в сговоре - факты побед. Впоследствии, эта дурацкая ситуация создала один из устойчивых и до сих пор не опровергнутых мифов - а именно - миф о героях летчиках из Америки.

В начале 1938-го года прибыли еще две группы И-16. После падения Нанкина, эти самолеты с группой истребителей И-15бис занимались охраной городов Ухань, Наньчан и Ханькоу. Характер воздушных боев в этот период становился более ожесточенным, 18-го февраля в воздушном бою над Уханем японцы теряют двенадцать самолетов, 29-го апреля, вдень рождения императора, уже 54 японских самолета участвуют в налете на Ухань. Этот день стал скорее траурным, чем праздничным для нападающей стороны. Тридцатиминутная воздушная схватка завершилась полной победой пилотов И-15 и И-16. 21 японская машина не вернулась на свои аэродромы. Русские парни результатом не были удовлетворены и 31 мая в третьем воздушном сражении лишают японскую авиацию еще 14-ти самолетов. Действия пилотов в Китае были столь эффективны, что в апреле 1938-го года японское правительство обратилось по дипломатическим каналам к правительству СССР с требованием отозвать их из Китая. Естественно, требование было отвергнуто, и братская помощь продолжала оказываться.

Работа на перспективу

Результаты воздушных схваток в Испании и Китае позволили сделать вывод, что И-16 необходима замена. Самолет, задуманный в 1932 году, явно начинал уступать новым истребителям противника. Необходимость такого шага в 1938 году становится очевидной. Логичным поэтому становился вопрос - почему не появилась новая машина за прошедшие пять лет? Может быть, Николай Поликарпов успокоился успехами И-15 и И-16, может быть, он выдохся, может быть, он уже не «король истребителей»?

На самом деле, именно эти годы были наиболее продуктивными по части перспективных разработок, как для самого Конструктора, так и для его бригады ?2 ЦКБ. На ватманские листы еще только ложились линии обводов лобастого ЦКБ-12, а Поликарпов уже задумал «остроносый» вариант истребителя с двигателем «Испано Сюиза» 12 ybrs, мощностью 760 л.с. По расчетам этот самолет мог обеспечить максимальную скорость 500 км/ч и имел большие возможности для совершенствования. Обозначенный по началу как ЦКБ-15, он был испытан менее чем через год после первого полета Валерия Чкалова на ЦКБ-12.

Получивший обозначение И-17, новый истребитель составлял определенную конкуренцию «ишачку», прежде всего возможностью установки 20-ти мм пушки в развале блока цилиндров. Николай Поликарпов видел благоприятные перспективы для И-17, поэтому задумал несколько направлений его развития. Наряду с основной машиной И-17, появляются проекты И-18 (ЦКБ-43). И-19 (ЦКБ-25) под двигатель М-34ФРН, на которых Поликарпов рассчитывал добиться максимальной скорости 600 км/ч. Задуманные не только как истребители, но и как машины для достижения мировых рекордов скорости, эти самолеты так и не были построены. Не строился и спроектированный на базе И-17 подвесной истребитель с уменьшенным размахом крыла, не строились спроектированные ЦКБ-33 (вариант И-17 с паровым охлаждением) и И-20 (ЦКБ28). Явно не суждено было И-17 стать очередной удачей конструктора. Интерес руководства в тот период сосредоточился на И-15 и И-16, эти самолеты внедрялись в серийное производство с трудом, а тут еще какой-то И-17. Да и не могли представители определенной оппозиции в промышленности и ВВС позволить Поликарпову выиграть еще один приз в этом соревновании за право строить самолеты. Одним словом, самолет закритиковали, долго и придирчиво испытывали, а потом и вовсе сняли с плана. Все проектные работы по ЦК Б-15 и его вариантам ЦКБ-19. ЦКБ-33, ЦКБ-43 и другим прекратились в 1936 году.

Работы же по совершенствованию И-16 продолжились следующим образом.

Развитием реально существующего самолета с двигателем М-22 (тип 4) стала разработка штурмовика ЦКБ-18. Этот самолет имел увеличенный размах крыльев до 10 метров. В крыльях устанавливались 4 пулемета ШКАС калибра 7,62 мм (в другом варианте 4 ПВ-1). Кабина пилота имела бронезащиту. Предусматривалась установка бомбового вооружения. В июле 1935 года ЦКБ-18 проходил испытания. Развитие этого направления однако было признано нецелесообразным ввиду недостаточной мощности двигателя. В поисках штурмовика, руководство ВВС отдало предпочтение двухместному биплану ДИ-6 конструктора Яценко.

В декабре 1934 года начались работы по установке на И-16 закупленного во Франции двигателя Гном Рон «Мистраль Мажор», мощностью 850 л.с. В результате получился новый самолет И-19 (ЦКБ-25). Проект был готов в апреле 1935 года, максимальная скорость на расчетной высоте 3000 м ожидалась 483 км/ч. Было ясно, что это далеко не лучший вариант. Тем более, что двигатель только начинал осваиваться советской промышленностью. В конце года обозначение И-19 (ЦКБ-25) переходит к разрабатываемому варианту И-17 с форсированным двигателем М-34 пол гликолевое охлаждение. Проект же ЦКБ-25 с двигателем Гном Рон был «одолжен» инженером Сильванским. руководителем скороспело организованного КБ, который попытался довести его, используя в основном родственные связи в высших кругах советской власти. Эта попытка Сильванского оказалась неудачной.

Капризное шасси первых И-16 заставляет конструктора уделить особое внимание этой части самолета в следующем проекте ЦКБ-29, законченном в июле 1935 года. ЦКБ-29 предполагался под высотный двигатель «Райт-Циклон» F-54, имел новую конструкцию шасси, где основные стойки были выполнены в виде вилки. Уборка шасси была пневматической. Расчетная скорость этого варианта И-16 была 475 км/ч на высоте 5000 м. Развития этот проект также не получил.

В начале 1936 года обстановка вокруг Поликарпова и его бригады ?2 на заводе ?39 ухудшилась. В мае 1936 года Поликарпова назначают главным конструктором нового авиационного завода ?84 и одновременно на серийный завод ?21 - руководить внедрением И-16. Бригада конструкторов тоже разделялась - часть на ?84, часть на ?21. Ни к чему хорошему это не привело. Темп работ упал, часть конструкторов перешла в другие подразделения. Заместитель Поликарпова - Константин Таиров, бывший одним из главных помощников при создании И-16, перешел на киевский завод ?43. Последующие затем испанские события, а также ряд катастроф И-16 также забирали много нервов. Эти катастрофы начались практически одновременно в Испании и Советском Союзе в разгар самого «расстрельного» 1937 года. Виной всему был план любой ценой, т.е. гонка производства и, как следствие, многочисленные нарушения технологии изготовления самолета. Качество поставляемого материала также было зачастую не на высоте. Начиная с 28-ой серии, на самолетах типа 5 при выполнении маневров в воздухе иногда разрушались концевые части консолей. Имели место случаи других разрушений и отказов в эксплуатации: облом ручек управления при низких температурах, протекание клепанных бензиновых баков, что зачастую вело к пожарам.

Специальным постановлением Правительства крылья на уже изготовленных И-16 было решено усилить, выполнением этой работы занимался авиазавод ?81 в Москве. Хотя конструкция И-16 ранее уже усиливалась (в 1937 году изменились нормы прочности, поэтому, естественно, конструкция машины, созданной по нормам прочности 1934 года, была пересчитана), был проведен целый ряд дополнительных статистических испытаний. Все эти работы отнимали много сил и времени у главного конструктора. Кроме этого, следует отметить и определенную увлеченность Поликарпова новыми проектами и разработками. Именно в этот период он работает над многоцелевым самолетом «Иванов» и двухмоторным многоместным пушечным истребителем МПИ-1, называемым им еще воздушный танк (ВТ). Возвращается он, наконец, и к проекту истребителя, способного заменить И-16. Работа это начинается опять на новом месте. В 1937 году Поликарпова назначают главным конструктором авиазавода ?156. Здесь, в самом начале 1938 года конструктор предлагает проект истребителя И-180, который, по сути, представляет собой дальнейшее совершенствование И-16. В И-180 явно угадывается влияние более раннего проекта ЦКБ-25. Французский Гном-Рон к этому времени уже прочно «прописался» на моторном заводе ?29 в городе Запорожье, а его потомок - двигатель М-88, хотя и находился в стадии разработки, по своим данным весьма подходил для нового истребителя. Вот под этот двигатель, мощностью 1100 л.с. и проектировался И-180, который в короткий срок должен был заменить И-16.

Технология производства новой машины мало отличалась от таковой на И-16, поэтому внедрение в серийное производство на заводе ?21 предполагалось безболезненным. При всем этом Главный конструктор предполагал получить на И-180 максимальную скорость 600 км/ч. Такой самолет ждали ВВС, и в апреле 1938 года правительственным решением обязали Поликарпова построить его к концу года. Последующие события, связанные с И-180, требуют и по сей день тщательнейшего расследования ввиду их загадочности и необъяснимости. Именно эта странная цепь злоключений новой машины не позволила ей заменить «старичка» И-16. Первый полет Валерия Чкалова на И-180 15-годекабря 1938 года закончился катастрофой и гибелью отважного пилота. На втором экземпляре самолета 5-го сентября 1939 года погиб летчик-испытатель Томас Сузи. Уже в процессе внедрения И-180 в серийное производство, средь бела дня, 26-го мая 1940 года, на ровном месте капотирует опытнейший летчик Степан Супрун. Немногим более чем через месяц, 5-го июля, летчик НИИ ВВС Афанасий Прошаков, исчерпав все свои возможности по усмирению штопорящего вверх ногами И-180, спасается на парашюте.

Вереница неудач, преследующая Поликарпова, вовсе не была случайной. «Короля истребителей» травили самым натуральным образом. Его перегоняли с одного авиационного завода на другой, а работы по перспективным машинам всячески дискредитировались руководством авиапромышленности. В 1939 году Поликарпов продолжает развивать схему истребителя под рядный двигатель жидкостного охлаждения: Проект нового высотного истребителя И-200 («К») под новый перспективный двигатель АМ-37 был готов к осени того года. В октябре Поликарпов направляется в составе группы авиационных специалистов в Германию. Цель командировки - изучение немецкой авиапромышленности. В отсутствие главного конструктора на заводе ?1 из сотрудников поликарповского конструкторского бюро создается по указанию сверху новое подразделение - опытный конструкторский отдел (ОКО) для разработки истребителя И-200. Руководить ОКО назначается молодой военпред завода Артем Микоян - родной брат одного из сподвижников Сталина - Анастаса Микояна. В помощники Микояну определяется опытный сотрудник КБ - Михаил Гуревич. Истребитель И-200 был построен и стал впоследствии известен как МИГ-3 - истребитель Микояна и Гуревича.

Что касается Поликарпова, то в те дни о нем говорят как будто о разжалованном генерале, многие сотрудники завода считают, что по возвращении из Германии его расстреляют. Такое вот было время тогда... Хотя самого худшего не произошло, однако детища своего, как и большей части сотрудников КБ Поликарпов лишился. Сам конструктор тяжело переживал случившееся. Чтобы как-то сгладить неприятную эту историю, Поликарпова с остатками конструкторов переводят на новый завод ?51. Хотя и завода такого не существовало, просто отгородили кусочек Ходынки с самолетным ангаром и громко назвали новое детище авиазаводом ?51 Народного комиссариата авиационной промышленности. Здесь, на новой территории Поликарпову предстояло собраться с новыми силами, здесь, несмотря на все неприятности, конструктор смог создать еще целый ряд опытных истребителей, которые, вне всякого сомнения, были передовыми машинами. И-185, проект которого появился в начале 1940 года, мог бы стать лучшим советским истребителем периода второй мировой войны. Однако эта выдающаяся машина начала летать в такое тяжелое для опального конструктора время, что ему подчас приходилось для обеспечения его полетов сливать бензин из личного автомобиля...

Работа над модификациями

Описанная выше краткая история попыток Поликарпова создать замену И-16, касается, пре Описанная выше краткая история попыток Поликарпова создать замену И-16, касается, прежде всего, перспективных разработок. Велась в это время и работа по дальнейшему совершенствованию самого И-16. Со второй половины 1936 года улучшениями самолета занимались в основном на нижегородском авиазаводе ?21.

Одной из первоочередных задач для завода явилось создание двухместного учебно-тренировочного истребителя. Еще в начале 1934 года такой самолет был создан на базе истребителя И-5, Двухместный И-5 ?6211, что по принятой заводской классификации означало - тип 6, завода ?21, первый экземпляр, был испытан летчиком Павлушевым в период с 5-го по 8-е августа 1934 года. В серию самолет, в связи с прекращением производства И-5, однако не пошел, порядковый номер типа впоследствии был использован для обозначения «испанского» трехпулеметного «ишачка». В связи с освоением заводом И-16, внимание заводских конструкторов, в первую очередь, было обращено на создание его двухместного варианта.

Уже в мае 1935 года такой самолет, обозначенный УТ-2 ?8211 был облетан. Машина имела полностью закрытые общим фонарем кабины пилотов. Впоследствии были построены еще два подобных самолета. В серийное производство, однако, пошел вариант, обозначенный УТИ-2 тип 14, который не имел общего фонаря, а лишь индивидуальные козырьки пилотов. Шасси не убиралось. Впоследствии, когда была построена машина УТИ-2 с убирающимися шасси (она проходила госиспытания в июле 1937 года), выяснилось, что запасов двигателей М-22 нет, а производство самого мотора уже прекращено. Попытка получить более дешевый учебный истребитель не состоялась (были и другие варианты экономии - например, установить двигатель М-26), поэтому в массовую серию пошел самолет с двигателем М-25 - УТИ-4, тип 15.

В 1935 году, кроме УТ-2 с М-22 испытывался другой двухместный вариант - УТИ-3 ?11211, оснащенный советским двигателем М-58. Летал на нем Чкалов. Ему самолет понравился, особенно после сравнения с УТ-2 ?8211. Трудности освоения в производстве еще одного нового двигателя, несмотря на его достоинства, не дали хода УТИ-3.

Уже в конце 1935 года на заводе ?21 ведется разработка самолета, обозначенного И161. Машина была вооружена 4 пулеметами ШКАС в крыльях, планировалась подвеска 4х двадцатикилограммовых бомб. В серию запустили однако самолет с еще более мощным пушечным вооружением, получившим обозначение И-16 тип 12 (о нем подробнее ниже).

Два года спустя, обозначение И-161 было использовано еще раз. Так назывался облегченный истребитель типа И-16, планируемый для серийного выпуска в 1938 году. И-161 1937 года просчитывался и под двигатель М-88, однако далее расчетов работы не продвинулись. За 1936-1937 годы заводом были проведены работы по следующим опытным машинам, получившим индексы с 163 по 166.

И-163-1 -эталон 1937 года (облегченный - вес 1600 кг). Это был первый самолет, оборудованный посадочными щитками, внешне походил на обычный тип 5. К отличиям следует добавить измененную конструкцию шасси, хвостового оперения и наличие мачтовой антенны. Начиная с апреля месяца, этот самолет за весь 1937 год сделал около тысячи полетов. Задачу свою выполнил, однако нововведения на серийном типе 5 применены не были. Посадочные щитки ввели на И-16 тип 10.

И-163-2 - самолет со щитками увеличенной площади, шасси имели масляно-воздушную систему уборки. Не летал.

И-164-1 (первый с М-25В) - называемый также И-16с или самолет- сопроводитель (так в документах) оборудовался двумя дополнительными бензиновыми баками в крыльях. Первоначально был забракован по причине некачественного выполнения и долго переделывался. Заводские испытания проходил в феврале 1938 года. Летал летчик-испытатель Сузи. При суммарной заправке топлива 500 кг была получена дальность полета 2000 км.

И-165 (И-16бис) - этот самолет, как и предыдущий, имел крыльевые баки, новое облагороженное, так называемое, скоростное крыло с жесткой обшивкой, измененную форму фюзеляжа, измененное капотирование двигателя, масляно-воздушную стойку шасси. Было построено два экземпляра с двигателями М-62.

И-166 с М-25В - облегченный, с полетным весом 1383 кг, делался по заданию ЦАГИ. Основное отличие - капот NACA с регулируемой задней щелью (при помощи «юбки»), с коллектором выхлопных газов, с лобовым кольцевым маслорадиатором. Летал Томас Сузи. И-166 явился прямым следствием требований «испанской» войны. Кроме него, еще ряд самолетов, не имеющих обозначений, получал различные видоизменения с целью облегчения конструкции.

На отдельных И-16 устанавливались колеса из электрона с облегченным пневматиком, облегченные бронеспинки, капоты по типу И-15бис, но укороченные, с отдельными патрубками Облегчение составляло до 230 кг. Все эти работы однако не нашли отражения в серийных самолетах. Использовано было облегчение лишь для серии пилотажных И-16, предназначенных для демонстрационных полетов. По документации, эти машины, полетный вес которых обычно не превышал 1490 кг, проходили как «красные».

Это и были специальные самолеты для «красных пятерок» (звезды серебристого цвета), с которых снималось вооружение (не всегда) и даже часть оборудования и приборов. Время виража этих самолетов составляло 12,3 секунды против обычных 15-16 секунд. В конце 1937 года работы по облегчению такого рода было решено прекратить. Однако некоторое количество пилотажных «красных» И-16 было заводом выпущено и использовалось в воинских округах для демонстрационных полетов.

Описанные выше работы в основном не проявились на широко тиражирующихся серийных образцах. Первым же серийным самолетом, последовавшим за стандартным И-16 тип 5, стал пушечный вариант истребителя.

В апреле 1936 года Поликарпов предложил проект И-16, вооруженного пушками в дополнение к имеющимся пулеметам. Этот проект, получивший обозначение ЦКБ-12П (пушечный) явился последним осуществленным на базе завода ?39 и, соответственно, последним, имеющим обозначение ЦКБ.

ЦКБ-12П или И-16П был оснащен двумя пушками ШВАК и двумя пулеметами ШКАС. Размешались они в крыле таким образом, чтобы стрельба велась за пределами диска вращающегося винта. Пушки ставились в центроплане, на месте ранее устанавливаемых ШКАСов. А сами ШКАСы перекочевали в отъемную часть крыла. Патронная лента питания пулеметов проходила через всю длину отъемной консоли. Укладка патронной ленты осуществлялась через люк в верхней поверхности законцовки крыла.

Испытания И-16П проходили с июля по сентябрь 1936 года. Уже в следующем 1937 году эта модификация под обозначением тип 12 стала выпускаться серийно на заводе ?21. Впоследствии, когда появился тип 10 с форсированным двигателем М-25В и синхронными пулеметами ШКАС в фюзеляже, переставлено было оружие и в пушечной машине. С двигателем М-25В, с фюзеляжными пулеметами как у типа 10, этот И-16 получил обозначение тип 17. Оба типа самолетов выпускались в течение 1938 года{2} и испытания проходили в боевых условиях в Испании. Государственные испытания обе машины проходили в феврале 1939 года, на аэродроме НИИ ВВС в Шелково. Особенностью этих испытаний явилось то, что самолеты были оборудованы убирающимися лыжами типа Р-39. Вообще, российские климатические условия, отличающиеся длинной зимой и обилием снега, с самого зарождения авиации подразумевали постановку лыж на самолеты. С ростом полетных скоростей и появлений убирающегося шасси, проблема усложнилась, так как убирать громоздкие лыжи было значительно сложнее, чем колеса. На И-16 такая работа началась еще зимой 1935-1936 годов.

2-го февраля 1936 года завод ?39 закончил установку на И-16 с М-22 убираемых в полете лыж. Капот NACA, для этой цели в нижней части был обрезан. Испытания, проведенные на двух самолетах ? 123904 и ? 123906, показали работоспособность механизма, однако вопрос о серии не возникал. В течении последующих двух лет в воинских частях летали с неубираемыми в полете лыжами, однако уже в 1938 году вопрос с уборкой решили. Самолеты выпуска второй половины года имели для вышеозначенной цели выколотку-ложемент в нижней части капота. Отработан был и сам механизм уборки - с этого момента все серийные самолеты (за исключением типа 29) могли переставляться зимой на лыжи без заметного ущерба для летных характеристик.

В начале 1939 года был решен вопрос и с заменой двигателя М-25 на более мощный - М-62. Восьмисоттрицатисильный М-62 определил и появление новой модификации И-16 тип 18. Однако, прежде чем тип 18 стал выпускаться серийно, замена двигателя произошла в боевых условиях.

1939 год

Японская экспансия в Китае, характеризующаяся военными успехами, в начале 1939 года определенно повернулась в сторону Монголии. Прощупывание монгольской границы на востоке было явным вызовом помериться силами с расположенными здесь частями Красной Армии. В мае 1939 года в районе приграничной реки Халхин-Гол и озера Буирнур с японской и советской сторон были сосредоточены воинские соединения. Авиация ВВС РККА была представлена здесь поначалу 150-м смешанным авиаполком, вооруженным самолетами СБ и Р-5, а также 70-м истребительным авиаполком, состоящим из 38-ми бипланов И-15.

В период с 22-го по 26-е мая к району противостояния, на аэродром Тамсаг-Булак прибыл из Забайкалья 22-ой истребительный авиаполк, вооруженный самолетами И-16 и И15. Незадолго до описываемых событий, это соединение было перебазировано из Брянска и сразу попало в руки ведомства Лаврентия Берия. По ложным обвинениям и доносам арестовали основную часть руководства полка вплоть до командиров эскадрилий. Только после такой «профилактической кастрации» 22-ой полк был отправлен в Монголию совершать подвиги. Явная небоеспособность 22-го полка проявилась буквально в первый день боевых действий, 27-го мая, первая эскадрилья этого полка в составе 8-ми И-16 встретилась с японскими истребителями И-97. Результаты столкновения были удручающими, четыре И-16 с заглохшими моторами вскоре вышли из боя, один был сбит, один расстрелян при вынужденной посадке, один перевернулся при приземлении. В этот день погибло два летчика.

На следующий день, 28-го мая, неудача постигла 4-ую эскадрилью 22-го полка, вылетевшую на истребителях И-15. Ни один самолет на место базирования не вернулся...

Москва немедленно отреагировала на тревожные вести из Монголии, 29-го мая с Центрального московского аэродрома, на трех пятнистых «Дугласах» к месту боевых действий вылетела группа летчиков-асов во главе с заместителем начальника ВВС РККА Яковом Смушкевичем. Другая группа пилотов, в которой также находились опытные бойцы, летавшие в Испании и Китае, была отправлена поездом. В Чите летчики получали и облетывали самолеты, а затем перелетали к линии фронта. Там пока было тихо, обе стороны накапливали силы для решающего сражения.

22-го июня 1939 года состоялся крупнейший воздушный бой того времени. Сто двадцать японских самолетов, поднятые с аэродромов в Маньчжурии, были встречены девяносто пятью советскими истребителями. На высоте от 2000 до 4000 метров завязался воздушный бой, определяемый обычно летчиками как «свалка в воздухе». Бой продолжался в течении 2,5 часов. Привлечение опытных летчиков-истребителей себя оправдало - из 42-х упавших на землю самолетов 31 оказался японским.

В последующие дни прошел еще ряд яростных воздушных сражений, собирающих, как правило, по несколько десятков участников с каждой стороны. Однако документальное отображение боевых действий несло в себе большую долю пропагандистских усилий с обеих сторон, поэтому автор не решается приводить данные о сбитых самолетах, ибо эти данные слишком противоречивы и требуют специального исследования. Известно, что наземные боевые действия прекратились в августе, с завершением окружения японской группировки, а воздушные бои продолжались по 15-е сентября включительно, причем советская сторона осталась явно удовлетворенной конечным боевым счетом.

Одним из наиболее эффектных боевых эпизодов в небе Монголии явилось применение советской стороной ракетного оружия, 20-го августа 1939 года пятерка истребителей И-16, оснащенная подкрыльевыми установками реактивных снарядов PC-82 в небе над участком между рекой Халхин-Гол и местечком Хамар Даба встретила группу японских бомбардировщиков в охранении истребителей И-97. Не вступая в боевой контакт с противником, И-16 выпустили реактивные снаряды, оснащенные дистанционными взрывателями. Результат был великолепен! 2 истребителя были уничтожены, а остальные японские самолеты сочли необходимым как можно скорее отправиться домой. Группой И-16, оснащенных ракетами, командовал летчик НИИ ВВС, капитан Звонарев{3}. Всего с 20-го августа по 15-е сентября 1939 года эта спецгруппа совершила 85 боевых вылетов, уничтожив при этом 13 японских самолетов. Кстати японцы весьма заинтересовались чудо оружием, однако единственное что они могли потрогать руками, это обломки своих сбитых самолетов. По характеру повреждений они решили, что хитроумные русские каким то образом сумели поставить на истребители 76 мм пушки.

В боевых действиях в Монголии И-16, наверное в последний раз, оказался на высоте положения. Основные противники - японские истребители И-96 и И-97 - хотя и были практически равны по своим боевым возможностям, однако всегда оставляли пилоту И-16 небольшое преимущество в скорости и особенно скороподъемности. Естественно, японские машины по традиции интересовали советских специалистов. Поэтому с первых дней за новым истребителем И-97 была начата охота, которая увенчалась успехом пары И-16. И-97, хотя и достался со слегка «помятыми боками» - однако явился ценным трофеем и был отправлен для исследования в Москву.

Первоначальное количество И-16 в Монголии, в мае 1939 года составило 76 машин, в основном это был тип 5. В ходе боевых действии поступали в основном тип 10 и тип 17, в августе общее количество составило 200 машин. Всего в конфликте приняло участие 311 истребителей И-16.

Во второй половине лета началось применение И-16, оснащенных двигателем М-62 - впоследствии такие машины стали обозначаться как тип 18.

М-62, обладая большой мощностью и высотностью, мог устанавливаться вместо двигателя М-25 практически без переделок. Его максимальный диаметр, равный 1375 мм, всего на 10 мм превышал диаметр предшественника, а гнезда крепления моторами были тождественными.

Идея такой установки возникла в действующих частях, когда в июле на фронт прибыли новейшие бипланы - истребители И-153 «Чайка», оснащенные М-62. Поступившие запасные комплекты двигателей «чаек» и послужили толчком для установки их на И-16. Испытания первой машины с новым мотором показали, что летные данные значительно возросли. ВВС немедленно, на своем уровне начали переделку еще трех экземпляров в мастерских Московского военного округа. Присуждать военным лавры первенства в вопросе установки нового двигателя, однако, не стоит, ибо завод ?21 к тому времени так же провел подобную работу. Сначала капитально восстановили и модернизировали 134 И-16 старых выпусков, которые немедленно отправились в Монголию. Параллельно шесть машин тип 10 были переделаны в тип 18 путем установки М-62 и также отправились на фронт. Следующим этапом для завода стал И-16 с еще более мощным двигателем М-63. Этот самолет в четырехпулеметном варианте стал называться тип 24. Хотя установка М-62 и М-63 тормозилась отсутствием достаточного количества воздушных винтов переменного шага и некоторых агрегатов - тип 18 и тип 24 постройки завода ?21 успели принять участие в заключительной фазе войны в Монголии.

Еще не смолкли последние залпы на Востоке, когда часть пилотов вместе со своими верными «ишачками» была переброшена в Белоруссию, к польской границе. Начавшееся здесь 17-го сентября продвижение Красной Армии по польской территории встретило лишь номинальное сопротивление. И-16 здесь не пришлось собирать свою победную жатву...

7 ноября 1939 года две пятерки И-16 ведомые героями летных боев Кравченко и Лакесвым с оглушительным ревом пронеслись над Красной площадью Москвы и скрылись в облаках. Это была, пожалуй, самая вершина расцвета популярности истребителя. Начавшаяся вскоре «зимняя» война с Финляндией, которая продлилась до марта 1940 года, была явно неудачной как для Красной Армии, так и для ее основного истребителя И-16.

Сильнейшие морозы той зимы значительно затрудняли полеты в открытой кабине. По выражению отдельных летчиков, они летали тогда в «полуобморочном» состоянии. Хотя И16 для полетов зимой мог теперь переставляться на убираемые лыжи, уборка их ручной лебедкой была тяжелым физическим процессом, а для одетого в меховой комбинезон летчика эта операция была подобием циркового фокуса. Иногда из-за отказа гидроамортизаторов лыжи зависали и вообще не убирались.

В «зимней» войне на И-16 уже массово начали применяться сбрасываемые подвесные бензобаки. Испытания первых подвесных баков на И-16 велись еще в марте-апреле 1939 года. Были испытаны баки цилиндрической и плоской формы, подвешиваемые под фюзеляжем. Испытаний, однако, эти столитровые емкости не выдержали, основной причиной явилось сдвигание центровки самолета назад до опасного предела, чего никак нельзя было допустить. Более удачными оказались подвесные баки, подвешиваемые под крыльями. По своему внешнему виду они явно напоминали подобную конструкцию на И-97 - не зря японский истребитель испытывался в НИИ ВВС РККА. Впрочем, подобие было только внешним, ибо баки И-16 были выполнены из прессованного, пропитанного клеем картона - фибры. Первый самолет, оснащенный такими баками, испытывался в июне-июле 1939 года, это была машина, доработанная на базе серийной ?1021681. Серьезность решения данной проблемы, очевидно была столь велика, что этот И-16, называемый (в который раз) самолетом-сопроводителем даже получил на этапе испытаний обозначение тип 20. Испытание фибровые бачки, каждый на 93 литра емкостью, выдержали. И-16 с этими баками мог пикировать с углом 60°, выполнять виражи до 80°, максимальная скорость конечно при этом снизилась на 21 км/ч, однако полетное время увеличилось на один час. До конца 1939 года завод ?21 сдал ВВС 80 машин с подвесными бензобаками, а с января 1940 года крылья всех типов стали оборудоваться такими установками. Каждая выпущенная заводом машина комплектовалась шестью подвесными баками. До первого апреля 1940 года завод выпустил 1000 таких баков.

Что касается основных бензиновых баков в фюзеляже, то еще в 1938 году велись работы по замене металлических баков на картонные - фибровые. Тогда же велась разработка наиболее эффективных методов протектирования. Многослойный протектор бензобаков должен был устранять протекание бензина в случае боевых повреждений. Один из вариантов протектора был следующим: кожа-юфть яловая, краснодубовая, толщиной 5,5-6 мм, вулканизированная резина 0,5 мм, наружный чехол - сетка металлическая, стальная, отожженная и 2,5 мм резина. Работы по протектированию велись и в 1939 году и только с того года были полностью освоены. Таким образом, лишь машины, выпущенные во второй половине 1939 года, оснащались баками, полноценно защищенными от повреждений в бою.

После удачного применения реактивных снарядов PC-82 в боевых условиях летом 1939 года началось оснащение такими установками и серийных машин. До конца 1939 года завод сдал военным 31 самолет с установками PC.

В последнем квартале 1939 года авиазавод ?21 стал выпускать самолеты с двигателем М-62 и М-63, заменив тем самым пулеметный тип 10 на тип 18 и 24, а пушечный тип 17 на тип 27 и 28. Выпуск серийной продукции за тот год выглядел следующим образом:
Модификация Двигатель Количество
тип 10 М-25В 426
тип 18 М-62 177
тип 24 М-63 155
тип 17 М-25В 314
тип 27 М-62 59
тип 28 М-63 16
УТИ-4(тип 15) М-25 424
ВСЕГО:   1571

Работа продолжается...

Будучи самым массовым истребителем, состоящим на вооружении ВВС РККА, И-16 конечно был и наиболее часто использован для различных переделок и модификаций. Особенно часто такие работы проводились над вооружением истребителя. Первыми удачными в этой области были ранее упоминаемые И-16 тип 6 и 12. В начале 1937 года состоялась попытка усиления пушечного варианта дополнительным бомбовым вооружением. Самолет, оснащенный подкрыльевыми держателями для 280 кг бомб, испытывался в НИИ ВВС с 10-го февраля по 3-е марта 1937 года. Под каждым крылом устанавливалось по четыре замка ДЕР-32 для четырех бомб АО-10 и по одному ДЕР-3 для ФАБ-100. Серийное производство такой установки развернуто не было.

В конце 1937 года с заводского аэродрома в Нижнем Новгороде начал летать штурмовой вариант, разработанный конструктором Боровковым. Этот самолет, получивший обозначение тип 9 (? 9211), совершил первый полет 27-го декабря 1937 года, затем прошел заводские испытания, однако путевки в большую жизнь не получил.

Основной «изюминкой» машины являлась шестипулеметная батарея пулеметов ШКАС, управляемая в полете. Пулеметы размещались в центроплане, в районе сочленения с отъемной частью крыла и могли поворачиваться вниз в вертикальной плоскости на угол 9°. Шасси при этом не убирались и были закапотированы в своеобразные обтекатели - «штаны». Эти обтекатели улучшили путевую устойчивость самолета, что явилось даже некоторой неожиданностью для летчиков и конструкторов. Так как неубираемое шасси освободило подфюзеляжное пространство, то там были размещены держатели для шести двадцатипятикилограмовых бомб. В серию машина не пошла.

Тот факт, что И-16 изначально был оснащен гордостью русских оружейников - сверх-скорострельными пулеметами ШКАС вовсе не означал, что оружейники на этом достижении (1800 выстрелов в минуту) успокоятся. В мае 1937 года, авторами пулемета Шпитальным и Комарицким был закончен более совершенный образец - пулемет Ультра ШКАС со скорострельностью 2400 выстрелов в минуту. Однако, прежде чем начались полигонные стрельбы Ультра ШКАС, еще двое изобретателей предложили свой образец оружия. Пулемет «СН», обладающий скорострельностью 2800-3000 выстрелов в минуту конструкторы Савин и Норов изготовили в 1935 году. В 1936 году пулемет «СН» успешно прошел испытания, а в 1937 году Комитет Обороны санкционировал его серийное изготовление. «СН» немедленно установили на И-16, более того, установка пулемета привела к появлению нового типа, обозначенного как тип 19. Изменения на новом типе были незначительные, внешне он выглядел как тип 10, «СН» устанавливались взамен крыльевых ШКАС с прежним боезапасом, верхние, синхронные пулеметы остались прежние. Вначале 1939 года завод ?21 изготовил три таких машины: ?19211, ?19213 и ?19212. С 15 по 26 марта их испытания провел шеф-пилот заводской летно-испытательной станции полковник Сузи. По результатам испытаний было предложено часть самолетов И-16 выпускать с этим вооружением, однако количество таких машин неизвестно. Под обозначением И-16 «СН» истребители поступили в войска. Весной 1939 года был принят на вооружение ВВС и пулемет Ультра ШКАС. Некоторое количество И-16, вооруженных крыльевыми пулеметами «СН» и Ультра ШКАС поступили в войска и участвовали в «зимней» войне с Финляндией зимой 1939-1940 года.

Продолжалась установка на истребитель и крупнокалиберных артиллерийских систем. Этой работой в 1938-1939 годах занимался непосредственно Николай Поликарпов, размещавшийся в тот период с основным составом своего КБ на территории Московского авиазавода ?156. Основной целью данной работы являлось отработка синхронных пушек и пулеметов, установленных в фюзеляже. При получении положительных результатов. И-16 с таким вооружением, за счет сосредоточения нагрузки в центре масс, становился более маневренным по сравнению с базовым вариантом. Одновременно увеличивалась точность стрельбы.

В конце 1938 года на заводе началось переоборудование двух машин полученных из авиабригады базирующейся в подмосковных Люберцах. С самолета ?1021332 сняли крыльевые ШКАСы и установили два синхронных 12,7 мм пулемета Березина. В фюзеляже пулеметы размещались перед летчиком, несколько ниже продольной оси самолета. Для размещения боезапаса (440 патронов) и самих пулеметов пришлось заметно уменьшить фюзеляжный бензобак - часть топлива при этом перекочевала в крыльевые топливные баки. Самолет получил обозначение И-16СО (синхронный, опытный) и в периоде 23 марта по 9 апреля 1939 года прошел полигонные испытания. Практически одновременно - с 10-го февраля по 4-е апреля испытывался вариант вооруженный двумя ШВАК калибра 20 мм, переделанный из старенького ?521570 и получивший обозначение И-16ПС (пушечный, синхронный). Пушки при этом устанавливались прямо через кабину летчика, для их обслуживания на борту прорезались небольшие люки, боепитание осуществлялось из двух магазинов по 175снарядов. Внешне И-16СО и И-16ПС мало отличались от серийных собратьев. Хотя обе машины успешно отстрелялись и даже нормально летали с пробитыми лопастями воздушного винта (последнее было особенно важно, ибо малейший сбой синхронного механизма вел к попаданию снаряда в лопасть) обрели они и досадные недостатки. Прежде всего, это проявлялось в попадании значительного количества пороховых газов в кабину, однако более серьезным было то, что при стрельбе срывало обтекатель воздушного винта, а патрубок карбюратора засасывал несгоревшие частички пороха. Несмотря на эти неприятности, 6-го мая 1939 года было решено построить войсковую серию И16, вооруженных синхронными пулеметами Березина. Неизвестно, была ли такая серия построена, однако интерес к пулемету Березина калибра 12,7 мм, обозначавшемуся поначалу во всех документах как ТКБ-150, весной 1939 года был весьма велик. Еще в апреле появилось правительственное решение о принятии ТКБ-150 на вооружение и его производстве. Немедленно по всем авиационным заводам и КБ была разослана директива, предусматривающая установку пулемета Березина (и только его!) на самолеты. Понадобилось, однако, определенное время, необходимое на доводку и освоение производства, прежде чем эта механическая машина действительно появилась в войсках. На И-16 пулемет Березина под обозначением БС (Березина, синхронный) стал устанавливаться лишь начиная с середины 1940 года на И-16 тип 29.

Опытные работы по модернизации И-16, развернутые Поликарповым на базе авиазавода ?156 имели еще одно направление. Этим направлением являлось создание высотного истребителя - одной из главенствующих задач авиапромышленности второй половины 30-х годов. Для осуществления этой задачи Центральным институтом авиационного моторостроения (ЦИАМ) были разработаны турбокомпрессоры ТК-1, работающие от выхлопных газов авиадвигателя. Считалось, что такие турбокомпрессоры можно устанавливать на эксплуатирующиеся в войсковых частях самолеты и тем самым значительно повышать их боевые возможности на высотах до 10 километров.

Для отработки высотных полетов несколько И-16 было оборудовано ТК-1. Турбокомпрессоры устанавливались на боковой поверхности капота, при диаметре 285 мм они вполне удачно помещались в пространстве за головками цилиндров двигателя. Первый И-16В с двигателем М-25А, оборудованный двумя ТК-1, летал уже во второй половине 1938 года. Тогда это был первый высотный истребитель в СССР. Следом были переоборудованы еще несколько самолетов с двигателями М-25В и М-62. Так как установка турбокомпрессоров оказалась весьма пожароопасным делом - выхлоп из ТК ложился прямо на фюзеляж - борта и центроплан всех этих машин стали обшивать стальным листом.

В течении 1939 года был проведен целый ряд успешных полетов. С двигателем М-25В (самолет ?1021582) и двумя ТК-1 истребитель развивал максимальную скорость 494 км/час на высоте 8600 м, с двигателем М-62 скорость на этой высоте превышала 500 км/ч. Одновременно с работами по турбокомпрессорам в СССР в тот период велась работа и по гермокабинам (ГК). К сожалению, на И-16 установить гермокабину было практически невозможно, ибо даже при наименьшем весе такого устройства 29 кг, центровка истребителя достигала катастрофического значения 35%, что являлось совершенно недопустимым. Очевидно, по причине невозможности установки ГК. работы по созданию на базе И-16 высотного истребителя развития не получили.

Кроме масштабных модификаций И-16 были и небольшие доработки самолета, к которым следует, пожалуй, отнести следующие:

- Эксперименты ЦАГИ со всасывающим патрубком карбюратора. Патрубок при этом устанавливался не в лобовой части капота, а на его верхней поверхности.

- Установка в 1940 году хвостового колеса диаметром 200мм.

- Установка козырька пилота с плоскими стеклами, не дающими бликов.

- Испытания фонаря пилота со сдвигаемой назад средней частью. Летчики Табаровский, Супрун и Никашин облетавшие самолет И-16 ?5210601 в марте 1938 года единодушно забраковали такой фонарь.

- В течении 1937 года И-16 ?5210671 подготавливался для скоростного рекордного перелета. Машина готовилась для Валентины Гризодубовой. Осенью 1937 года во время тренировочного полета самолет был разбит Валерием Чкаловым.

- Летом 1940 года в ремонтных мастерских ВВС ВМФ два самолета тип 24 были оборудованы бомбодержателями конструктора Орлова. Самолеты брали 10 бомб по 15 кг или одну 100 килограммовую бомбу Установки испытывались в 62-й авиабригаде ВВС Черноморского флота.

- Летом 1941 года И-16тип 29 был оборудован установками для стрельбы реактивными снарядами PC-132. Под каждым крылом размещалось по два снаряда. Установка испытывалась с 18 по 26 июня 1941 года.

- Тогда же в первой половине 1941 года часть И-16 была оборудована стандартными бомбодержателями (по типу И-153) позволяющими подвешивать каплеобразные подвесные бензобаки ПСБ-21 или две бомбы по 100 кг.

В заключение главы, охватывающей (далеко не полностью) работы по переделкам и модификациям самолета следует упомянуть, что И-16 применялся в экспериментах по дозаправке горючим в воздухе. Разработка такой системы была осуществлена в 1935 году специализированным КБ?1 Управления ВВС под руководством конструктора Запанованного{4}. Первоначально система дозаправки была оборудована на биплане И-5. Весной 1936 года для этой цели переделкам подвергся И-16 ?123915. Суть всего процесса была проста и заключалась в следующем. С самолета-заправщика ТБ-3 опускался шланг, наконечник которого пилоту истребителя предстояло ухватить и соединить с заправочным гнездом на левом борту И-16. После наполнения бензобака наконечник шланга автоматически выбрасывался из гнезда. Сложность операции по перекачиванию топлива была в следующем. Так пилоту И-16 приходилось ловить шланг одной рукой, то необходимо было совместить ручку управления самолетом с рычагом управления двигателем. Действительно, устройство, позволяющее управлять двигателем, было смонтировано прямо на «калаче» ручки управления. В июне 1936 года полеты на таком доработанном И-16 произвели летчики Соколов, Супрун и Евсеев. 22 июня 1936 года, старший лейтенант Евсеев, один из самых опытных пилотажников среди военных испытателей, произвел две удачных дозаправки в воздухе. В последствии подобные опыты были продолжены после окончания второй мировой войны уже с реактивными истребителями.

1939-1940

В 1939 году уже мало кто сомневался в окончании эпохи И-16. Даже установка более мощных двигателей М-62 и М-63 не позволила серийному истребителю превзойти рубеж скорости в 500 км/час. Какое-то время считалось, что добиться более высоких характеристик можно с новым двигателем М-64, обладавшим взлетной мощностью 1200-1300 л.с. Конструкторы ожидали появление М-64 (был еще и М-65) вплоть до 1941 года, однако этот двигатель являющейся последней однорядной девятицилиндровой звездой так и не был доведен.

Николай Поликарпов пытался улучшить аэродинамику самолета, заменив полотняную обшивку крыльев фанерной. Летом 1939 года был испытан самолет ?1721103, у которого верхняя часть крыла была обшита фанерой толщиной 2,5 мм, тогда же на госиспытании в НИИ ВВС был предъявлен И-16 тип 24 с фанерным покрытием крыла. Последний аппарат летал со скоростью 489 км/ч, что было несколько выше показателей других машин. Однако данный результат приписали двигателю М-63. И хотя деревянная обшивка была рекомендована для производства, в серийных образцах она своего применения не нашла.

В 1939 году были проведены летные исследования И-16, доказывающие, что дальнейшее совершенствование истребителя как типа нецелесообразно.

Одна такая работа касалась затягивания истребителей И-16 в пикирование. Происходило это в случае установки стабилизатора на положительные углы атаки. Несколько катастроф заставили провести исследование этого явления. Выяснилось, что И-16 чрезвычайно чуток к изменениям угла установки стабилизатора. В тоже время при нейтральном положении стабилизатора и задней центровке пилоты испытывали чрезвычайно большое давление на ручке. Тот факт, что раньше явление затягивания в пикирование не отмечалось, был связан с постепенным сдвиганием центровки самолета назад, от серии к серии, за счет установки аккумулятора, щитков, бронеспинки и радио. На некоторых машинах значение центровки уже достигало значений 35% САХ. Дополнительный пикирующий момент создавали неубираемые лыжи.

Проведенные в начале 1939 года испытания показали, что зона полной неустойчивости при пикировании начинается между 32-33% САХ при убранном шасси. Опасность явления была весьма велика, летчик-испытатель капитан Таборовский, занимающийся этими рискованными полетами погиб. Его машина ?1021101 врезалась в землю при значении САХ 33,6% и угле установки стабилизатора +2°. В результате, значение центровки для всех эксплуатируемых машин было ограничено 33%, а о неустойчивости И-16 в полете, наконец, было сказано как о недостатке. Мнение пилотов было единогласно - машина обладает лучшими летными качествами с передней центровкой. В случае с И-16 все беды упирались в неудовлетворительную компоновку самолета, летчик, летающий на нем, приучался к неправильному пилотированию, о полете с «брошенной» ручкой не могло идти речи, а ведение прицельной стрельбы из неустойчивой машины являлось весьма непростым делом.

Еще одна работа, получившая название «Определение усилий на ручке от руля высоты, элеронов и на педалях от руля направления И-16» была проведена летом 1939 года в ЦАГИ. Летчик-испытатель Станкевич, осуществивший эти летные исследования, в качестве выводов записал следующее: «Вследствие неустойчивости самолета даже небольшие продольные усилия «от себя», порядка 4-5 кг на установившихся режимах полета для летчика неприятны (утомляется рука). На фигурах возникают резкие перепады давления на ручку, неприятные для летчика. Открытые щитки ухудшают продольную устойчивость и увеличивают усилия «от себя». При открытии щитков самолет кабрирует, при уборке резко проваливается и имеет тенденцию к пикированию. ...При переходе на большие углы атаки неустойчивость резко возрастает... При разбеге самолет долго не поднимает хвост, ручку приходится с большими усилиями отдавать от себя. ...При высоком выравнивании сваливается на правое крыло, эффект элеронов для парирования сваливания недостаточен». Невеселые эти выводы были верными, однако даже самые строгие придирки к «старичку» И16 не смогли бы исправить положение. Хотя авиазаводу ?21 решением правительства было поручено в 1940 году освоить производство нового истребителя И-180, однако именно производство И-16 достигло в этом году наивысшего результата. В 1940 году варианты истребителя выпускались в следующей комплектации:

тип 18 М-62 с ПБ

тип 24 М-63 без ПБ

тип 24 М-63 с ПБ

тип 24 М-63 с PC

тип 24 М-63 с ПБ и РСИ-3

тип 24 М-63 с PC и ПБ

тип 27 М-62 с ПБ

тип 28 М-63 с ПБ

тип 28 М-63 без ПБ

тип 28 М-63 с ПБ и РСИ-3

тип 15 М-25В (УТИ-4)

(ПБ - подвесные бензобаки, PC - реактивные снаряды, РСИ-3 - радиостанция)

Начиная со второй половины года авиазавод взамен этого «винегрета» перешел на выпуск последней модификации И-16, обозначенной как тип 29. 29-й тип стал воплощением работ по стрелковому вооружению, проведенных в 1939 году, и имел в дополнение к двум синхронным ШКАСам крупнокалиберный пулемет БС, размещенный между нишами шасси. Крылья свободные от пулеметов, в 29-м типе имели стандартные установки на шесть PC и два подвесных фибровых бака. Всего за 1940 год было выпущено 2210 И-16, которые распределились по типам следующим образом:
тип 18 и тип 24 760
тип 28 277
тип 25 (И-180) 1
тип 29 570
тип 15 (УТИ-4) 600

Два самолета тип 29 не вошли в количество переданных заказчику, и были переданы на испытания до полного износа. Еще 125 самолетов (45 тип 15 и 80 тип 29) были закончены, но не сданы и перешли в план 1941 года. Кроме этого на заводе было изготовлено 7590 подвесных бензобаков из фибры, 165 комплектов деталей для оборудования самолетов, находящихся в частях, радиостанциями РСИ-3. 294 комплекта деталей было изготовлено для переоборудования в частях машин тип 10 на тип 18 путем установки двигателей М-62 взамен М-25В.

1940 год стал последним годом официального серийного производства И-16. Уже начиная с IV квартала этого года, последняя модификация истребителя, И-16 тип 29 была снята с плана, а начиная с декабря, завод ?21 начал производство истребителя ЛАГГ-3, получившего заводской индекс тип 31. Здесь уместно дать справку по делам авиазавода ?21. Николай Поликарпов в 1939-1940 году безуспешно пытался организовать производство в Нижнем Новгороде И-180. Так как машина эта оказалась прямо-таки «заговоренной» (причины называть бессмысленно, ибо они находятся гораздо выше логического понимания), серия не состоялась. В 1940 году планировалось поначалу выпустить десять И-180, затем это количество увеличили на 20 самолетов. В феврале эти 20 из плана изъяли, а в июле вновь последовал приказ из наркомата авиапромышленности на 110 таких истребителей. В результате, на заводе имелось на начало 1941 года семь незаконченных И-180, которые никто собственно заканчивать и не собирался, ибо еще в сентябре 1940-го года И-180 был окончательно снят с плана производства. После последнего решения предполагалось строить здесь истребитель Пашинина - И-21 (тип 21), за ним предполагался И-200 (МИГ-1), который не менее быстро был заменен ЛАГГ-3. На последнем чехарда, наконец, закончилась и уже в декабре на заводе мастерили оснастку ЛАГГа. Был этот истребитель конструктивно выполнен на 36% из дерева (у И-16 деревянных деталей конструкции было 10%) и поразительным образом подтверждал стародавнее утверждение Поликарпова, что в российских условиях самолет для войны должен строиться из российского дерева. В такой вот обстановке на авиазаводе ?21 потихоньку заканчивали производство И-16. Машин тип 29, согласно заводского отчета в 1941 году изготовили 80 (это были оставшиеся с 1940г.), УТИ-4 - 256. Общая цифра выпуска составила 336 самолетов. Далее из цехов авиазавода ?21 на аэродром выкатывали только ЛАГГи.

АВИАЗАВОД ? 153

В 1936 году И-16 являлся самолетом с весьма неплохой репутацией. Нападки скептиков к тому времени уже были отбиты, машина устойчиво шла в серии, на 1937 год разработчики обещали уже не много ни мало, а достижение максимальной скорости 520 км/час. Естественным было желание развернуть производство И-16 на еще каком-либо авиазаводе.

Начиная с 1936 года, в Новосибирске появился авиазавод ?153, который был ориентирован на изготовление И-16. Построенный в соответствии с планом развития авиапромышленности в восточной части СССР, этот завод имел поначалу скромные результаты по выпущенной продукции. В 1937 году в Новосибирске изготовили 27 И-16 тип 5, из которых только 6 экземпляров были приняты военной приемкой. Следующий год для сибирских авиастроителей был не менее трудным, изготовление самолетов приходилось вести параллельно с дооборудованием самого завода. В результате, 105 сданных машин явились только половиной количества, которое требовала Москва.

В 1938 году в Новосибирске была начата постройка опытного истребителя И-220 конструктора Сильванского. Как уже говорилось выше, эта машина являлась по сути перелицованным И-16 с двигателем М-88. В случае успеха машина могла быть принята к серийному производству на заводе ?153. Успех, однако, не сопутствовал этому начинанию, И220 оказался во всех отношениях неудачен и практически не летал.

В 1939 году из 264 сданных самолетов, 53 экземпляра явились истребителями тип 5. Запланированные на 1940 год 500 истребителей И-16 тип 24, в конце концов, было решено не делать - Новосибирск выпустил 503 учебных УТИ-4. В 1941 году авиазавод ?153 выпустил 404 УТИ-4 и 19 И-16, тип 24. Со второго полугодия 1941 года в Новосибирске полностью перешли на выпуск истребителей ЛАГГ-3 (до конца изготовили 265 самолетов) и ЯК-7б (до конца года изготовлено 21 самолет).

АВИАЗАВОД ? 458

Последним авиазаводом, выпускавшим самолеты типа И-16 (а если быть точнее, УТИ-4) стал авиазавод ?458. История самого завода такова.

В 1939 году в связи с правительственными решениями увеличения выпуска самолетов, в авиапромышленность были переданы некоторые производства других отраслей. Так был передан во владение НКАП автосборочный завод «РАЗ» в Ростове-на-Дону, который занимался сборкой нижегородских грузовиков-полуторок. Однако в 1940 году завод еще собирал грузовики ГАЗ-АА и ГАЗ-ММ, причем количество собранных здесь машин - 20250 штук - говорит о приличном размахе производства. Тогда же, в 1940 году в Ростов-на-Дону стала поступать с авиазавода ?21 техдокументация, оснастка, детали (30 комплектов) для производства УТИ-4.

Начиная с марта 1941 года, начался выпуск самолетов. В помощь новому авиазаводу была выделена Ростовская фабрика имени Урицкого (изготовление фюзеляжей) и завод ?457 в городе Запорожье (шасси). С началом войны авиазавод ?458 был эвакуирован в город Баку, где производство УТИ-4 было продолжено. Всего в Ростове-на-Дону до эвакуации было построено 310 УТИ-4, еще 146 подверглось капитальному ремонту. 46 учебных машин завод изготовил до конца года уже на новом месте, в Баку. Там же, в Баку в конце года появилась, пожалуй, последняя модификация И-16 - боевой вариант УТИ-4, обозначенный как тип 15б.

Учебная машина для этой цели была доработана следующим образом. В центроплане крыльев устанавливались два крупнокалиберных несинхронных пулемета Березина. На консолях крыла устанавливались по три «флейты» для PC-82 (всего шесть) и бомбодержатели с И-153 для 50 кг бомб (по одному держателю на крыло). Для стрельбы и бомбометания в передней кабине устанавливался коллиматорный прицел ПБП-1А. Задняя кабина в случае боевого применения закрывалась дюралевым колпаком. Боевой вариант УТИ-4 проходил испытания на аэродроме 480-го авиаполка в местечке Кишлы и в 266 авиаполку в местечке Шехикай, в 60-ти километрах от Баку. Было признано, что тип 15б по мощности вооружения превосходит другие типы И-16, диапазон использования машины шире, и, главное, имеется возможность переоборудовать ранее построенные УТИ-4. Вся работа вместе с выводами была закончена в январе 1942 года. Однако неизвестно, выпускались ли боевые УТИ-4. Скорее всего, нет и вероятно те 83 экземпляра, изготовленные заводом ?458 в 1942 году были обычными, учебными. Вообще, это были последние серийные «ишачки». Завод ?458, который объединился с еще рядом эвакуированных заводов завалили к тому времени огромным количеством необходимых фронту заказов. Там были и бензобаки для СБ, амортизаторы ТБ-3, детали для ППШ, реактивных минометов «Катюша» и многое другое. И-16 уже более не заказывался.

РУССКИЙ «ЛЕНД-ЛИЗ»

В 1941 году ВВС Красной Армии получили дополнительно полторы сотни «ишачков», о которых, казалось, уже следовало забыть. Поступили эти самолеты из Китая, с авиационного сборочного завода в городе Урумчи. Завод этот был построен специально для сборки И-16 и являлся своеобразным форпостом советской авиапромышленности в самом центре Азии. В официальных документах это предприятие обозначалось как авиазавод ?600 в Западном Китае. Перегонка готовых И-16 сюда по воздуху к 1940 году была практически прекращена, теперь истребители доставлялись в Китай на грузовиках в виде комплектов деталей. Сборка самолетов и осуществлялась на заводе ?600. К 1941 году это было новенькое, «с иголочки» предприятие, располагающее собственной электростанцией и независимой системой водоснабжения, находящееся в стратегически удобном месте и одновременно глубоко в тылу Завод продолжал строиться и в перспективе предполагался как полноценный самолетостроительный авиазавод. В апреле 1941 года в Урумчи находилось 143 законсервированных И-16, хранящихся там уже в течении 6-8 месяцев. Тогда же и появилось решение о возвращении этих самолетов в Союз. Возвращение началось уже после начала войны. Машины собирались, облетывались, камуфлировались, после этого следовала приемка военными летчиками и перегонка в Алма-Ату. К 1 сентября перегнали 111 самолетов, один И-16 был потерян в горах. Оставшиеся 30 И-16 и 2 УТИ-4 ушли в Алма-Ату до конца года. В течение 1941-42 годов завод ?600 занимался изготовлением отдельных агрегатов для И-16, однако новых самолетов здесь так и не строили.

Заключая рассказ о последних годах производства И-16 стоит вспомнить о бытовавшем в начале 40-х годов у многих летчиков мнении, что достаточно поставить на «ишачок» двигатель помощнее и проблема нового истребителя будет решена. Производственники искали свои пути продления долголетия старичка. Так, уже во время войны, в 1942 году, на авиазаводе ?163 в Иркутске были разработаны цельнодеревянные крылья и хвостовое оперение для И-16. Новосибирский филиал ЦАГИ провел статиспытания этих деревянных конструкции. Новое крыло, обшитое полностью 2,5 мм фанерой, при равной прочности весило 65 кг, что всего на 3 кг превышало вес прежней конструкции. Небольшое превышение веса было и у деревянного оперения по сравнению с дюралевым. В апреле 1943 года руководство завода ?163 даже предложило возобновить производство И-16 в таком цельнодеревянном виде, использовав, при этом оснастку авиазавода ? 153. Однако понятно, что идея эта в руководстве авиапромышленности энтузиазма не вызвала - производство истребителя И-16 безвозвратно закончилось...

В заключение материала о постройке и модификации И-16 хочется отметить, что это был первый в мире истребитель, построенный в столь массовых количествах. Вместе с учебно-тренировочным вариантом УТИ-4 общее количество машин типа И-16 с 1934 по 1942 год составило 10292 экз. По годам это выглядело следующим образом:
Завод изготовитель. 1934 1935 1936 1937 1938 1939 1940 1941 1942 Всего
?39 Москва 50 4 4             58
?21 Н.Новгород   527 902 1881 1070 1571 2207 336   8494
?153 Новосибирск       6 105 264 503 423   1301
?458 Ростов-на-Дону               356 83 439
Всего:                   10292

Начиная с 1938 года (уточненными цифрами по выпуску определенных типов в более ранний период автор на момент написания материала не располагает) выпуск И-16 по типам выглядел следующим образом:
Год 1938 1939 1940 1941 1942 Всего
тип 5 274 53       327
тип 10 508 426       934
тип 12 12         12
тип 15 (УТИ-4) 352 635 1103 1016 83 3189
тип 17 27 314       341
тип 18   177       177
тип 24   155 760{5} 19   934
тип 27   59       59
тип 28   16 277{6}     293
тип 29     570 80   650

Начиная с 1938 года по 1941 год промышленность выпустила 3727 боевых И-16 всех типов. Именно эти самолеты в основной своей массе оказались боеспособными в 1941 году.

И-16 в Великой Отечественной войне

Летом 1941 года, когда поверженная Европа была практически полностью оккупирована Германией, немецкая военная машина изготовилась к решающему броску на восток. Невидимая пленка государственной границы Советского Союза буквально прогибалась под тяжестью подпиравших ее немецких частей и соединений. Начиная с мая месяца, нарушения советской границы немецкими разведывательными самолетами становятся почти ежедневными. Хотя официальная советская печать опровергала слухи о возможном нападении Германии, по всему чувствовалось, что война не за горами. Основная часть войск и, прежде всего, авиация размещена была в районе западных границ страны.

По состоянию на 22 июня 1941 года ВВС Западных приграничных округов насчитывали 4226 самолетов истребителей. Истребителей И-16 всех типов вдоль линии границы насчитывалось 1635. Судя по этим официальным цифрам архива Министерства Обороны СССР, И-16 составляли 26% от других типов истребителей. По округам распределение И16 выглядело следующим образом:
ВВС Ленинградского военного округа 396
ВВС Прибалтийского военного округа 142
ВВС Западного особого военного округа 361{7}
ВВС Киевского особого военного округа 455
ВВС Одесского военного округа 143

Всего в приграничных округах насчитывалось 57 полков, имевших на вооружении истребители И-16, часть этих полков имела смешанный состав машин. Некоторое количество И-16 имелось в летных училищах, на ремонтных заводах и резервных авиаполках.

Кроме авиации Красной Армии в западной части Советского Союза были сосредоточены ВВС Северного, Балтийского и Черноморского флотов, насчитывающие 778 истребителей{8}, из которых почти половина - 344 были И-16. Имелось в тот период 155 И-16 в авиации Тихоокеанского флота и 110 таких самолетов в летных школах ВМФ. На флоте и в училищах морской авиации по состоянию на 22.06.1941 имелось также 145 экземпляров УТИ-4. В отличие от армейских, флотские данные давали представление и о типах И-16:
ВВС КБФ ВВС ЧФ ВВС СФ ВВС ТОФ ВВС речных флотилий летные училища Авиаэскадрильи УВВС прочие
И-16 М-22 - - -     26   -
И-16тип5 38 39 - 74 9 66 - 1
И-16 тип 10 10 9 - 16 - 16 1 -
И-16тип 12 - - - 10 - - - -
И-16тип 17 28 5 - 15   -   -
И-16тип 18 15 16 -     - - -
И-16 тип 24 33 43 16 33 10 4 - -
И-16тип 27 5 - -       -  
И-16 тип 28 6 21 - 7 1     -
И-16тип 29 45 15 - - 9 2 - -
УТИ-2 - - -   - 3 - -
УТИ-4 28 21 2 26 6 61 - 1

Приведенные данные позволяют сделать заключение, что И-16 являлись основными истребителями всех Военно-Воздушных Сил Советского Союза. Тот немаловажный факт, что истребители И-16 были прекрасно освоены в воинских частях, в отличие от новых машин ЯК, ЛАГГ, МИГ, делал «ишачок» в случае начала боевых действий главной защитой страны.

На рассвете воскресного дня 22 июня 1941 года Германия повторила свой неоднократно onpo6oванный в Европе вероломный сценарий вторжения. Граница Советского Союза на всем протяжении от северных до южных морей около четырех часов утра была внезапно атакована немецкими войсками. Почти одновременному удару подверглись 66 аэродромов, на которых находились главные советские авиационные силы прикрытия границы. Внезапность нападения принесла свои плоды - 900 краснозвездных самолетов были уничтожены на аэродромах. К вечеру потери возросли и составили около 1200 самолетов.

Основные силы немецких армий группы «Центр», поддержанные 2-м воздушным флотом Люфтваффе были направлены против войск Западного особого военного округа (ОВО). ВВС Западного ОВО и понесли в первый день войны наиболее значительные потери. К исходу дня авиация округа лишилась 738 самолетов (528 потеряны на земле, 210 в воздухе), что составило около половины первоначального состава. Основная задача немецкого плана по уничтожению советской авиации на земле и завоеванию превосходства в воздухе удалась. К сожалению, для советской стороны первоначальный успех немцев закреплялся в последующие дни - неразбериха, беспомощность командования и бездарность управления обороной создали для них весьма благоприятные условия. Впоследствии, когда понадобилось указать причины летних поражений 1941 года, всегда достаточно твердо назывались вероломство немцев и устаревшее вооружение Красной Армии. Хотя на самом деле причин военных неудач было много, именно технике и, особенно самолетам, как устаревшим и никуда не годным была отведена роль главного «козла отпущения». Роль самого отъявленного неудачника отводилась истребителю И-16... Сегодня стоит, наконец, заявить нечто обратное, ибо именно истребители И-16 вместе с другим детищем Поликарпова - бипланом И-153 защитили родную страну в первые дни войны.

Несмотря на внезапность нападения и большие потери на земле, пилоты этих самолетов оказали наиболее жесткое противодействие немецкой авиации уже в первый день летней катастрофы. Уже в 3:30 утра И-16 33-го ИАП Западного ОВО базирующиеся в Пружанах сбивают над Брестом первый немецкий самолет. Спустя примерно час на землю падают еще пять вражеских машин атакующих аэродром этого полка. В Прибалтийском военном округе при подобных обстоятельствах И-16 21-го ИАП уничтожили 9 немцев, столько же побед у 15-го ИАП и 7 сбитых у 10-го ИАП. В Одесском военном округе 55-й ИАП, базирующийся в Бельцах к концу дня имел 10 побед, 67-й ИАП в Белграде имел побед еще больше - 15. Вообще первый день войны был для немецких ВВС не столь уж простым - в этот день они потеряли 300 самолетов.

Многие пилоты И-16 имели 22 июня победы в воздушном бою, многим доставались эти победы ценою жизни. Летчик 67 ИАП, лейтенант Мокляк уничтожив в утренних воздушных боях четыре вражеских машины, пятую - SM.79 - таранил и сам погиб. Третий уничтоженный самолет у лейтенанта Гудимова - летчика 33 ИАП - тоже тараном и тоже ценой собственной жизни. Василий Лобода - пилот 19 ИАП сбивший двух немцев в воздушном бою, третьего врага таранит своим «ишачком». Конечно, таран в этот первый день был естественным явлением для людей, проникнутых ненавистью к врагу, стремящихся хотя бы ценою собственной жизни задержать вторжение захватчиков, летчики применяли таран в случаях боевого азарта, в отчаянной ситуации и при отказе оружия. В первый военный день 15 советских летчиков применили таранный удар для уничтожения врага, применяли они его и в последующие дни. В условиях военных неудач 1941 года решение пилота пойти на таран даже поощрялось. Первыми летчиками, получившими звание Героя Советского Союза, также стали пилоты, решившиеся на таран. Летчик 158 ИАП, младший лейтенант Харитонов 27 июня таранил своим И-16 пикировщик Ju-88 в районе Пскова. Через день двое его однополчан, младшие лейтенанты Здоровцев и Жуков, на подступах к Ленинграду также винтами своих И-16 лишают немецкие бомбардировщики возможности летать по небу, а сами благополучно возвращаются домой. Иосиф Сталин, узнав о таранах истребителей 158 полка, а главное о том, что пилоты спасли свои машины, распорядился о немедленном присвоении им звания героев.

Выше уже отмечалось, что авиация Западного ОВО в результате первых бомбардировок лишилась значительной части своих самолетов. Однако некоторые соединения, расположенные восточнее, утреннему нападению не подверглись. В таком положении находилась 43-я авиадивизия, которой командовал герой воздушных боев в Испании генерал-майор Захаров. Базировалась дивизия на аэродромах Могилева и Орши, и имела к началу войны следующий боевой состав:
160 ИАП 60 (66{9}) самолетов И-153 72 летчика
161 ИАП 62 (64{9}) самолетов И-16 70летчиков
162 ИАП 54 самолета И-16 75 летчиков
163 ИАП 59 самолетов И-16 72 летчика

Согласно приведенным данным понятно, что 175 И-16 43-й авиадивизии являлись ее главным оружием, а после утренней неудачи всего округа представляли собой основу истребительной авиации на направлении движения основных сил немцев.

Утром 22 июня все четыре полка получили боевую задачу и перелетели навстречу немецкому наступлению. Уже в тот же день дивизия включилась в боевые действия. Наиболее удачно действовал 163 ИАП, который вместе со 160 полком получил задачу по прикрытию города Минска. В первый день пилоты 163 полка одержали несколько побед. Два Ju-88 ближе к вечеру над Минском сбил лично командир дивизии Захаров. Через день, 24 июня И-16 163 ИАП сбили в течение дня двадцать одну вражескую машину. Такое количество по признанию Захарова не удавалось сбить за один день в последующие годы войны даже составом целой истребительной дивизии.

Организованное противодействие давало свои плоды - в большинстве случаев И-16 в воздухе имели больше побед, чем потерь. Однако непрекращающиеся бомбардировки аэродромов, на которых базировались эти истребители, вели к их неуклонному сокращению. Именно уничтожение самолетов на земле было бесспорным успехом немецкой авиации. Другой причиной высоких потерь являлась необходимость посылать истребители для сдерживания танковых и моторизованных колонн, которые, как правило, были хорошо защищены подвижными средствами ПВО. Уже через полмесяца после начала военных действий полки 43-й дивизии имели лишь по 15-20 боеспособных машин. К этому времени боевая деятельность дивизии была оценена командованием ВВС Западного фронта (с началом войны округа получили названия фронтов) в следующей характеристике:

«43-я истребительная авиадивизия, выполняя задачи по отражению и уничтожению авиации противника в воздухе на подступах к Минску, Пуховичам, Бобруйску, Могилеву, Смоленску и Вязьме, сопровождала бомбардировочную авиацию, уничтожала авиацию противника на аэродромах и живую силу на фронте, вела разведку и прикрывала наземные войска. 43-я дивизия произвела 4638 самолетовылетов с общим налетом 5956 часов. За этот период сбила в воздушных боях 167 самолетов противника, потеряв своих: 63 самолета уничтожено на земле, 26 сбито в воздушных боях, в катастрофах - трех летчиков».

Вообще, нападение на Советскую Россию оказалось не столь безболезненным для немецких ВВС. За период с 22 июня по 5 июля 1941 года Германия потеряла 807 самолетов всех типов, а за период с 6 по 19 июля - 477. При этом не учтены потери авиации германских союзников, например Румынии, выступившей против СССР в южной части его западной границы. Немецкой и румынской авиации на южном участке противостояли ВВС Одесского военного округа и ВВС Черноморского флота. Непосредственным прикрытием границы занимались истребители 20-й и 21-й смешанных авиадивизий. Почти 300 И-16 этих дивизий были основой истребительной авиации Одесского военного округа. Летчики 21-й САД в первый день войны сбили более 20 вражеских самолетов, через месяц боев на счету дивизии насчитывалось 150 побед. К этому сроку, когда наступление румынских войск было остановлено на подступах к городу Одессе, основной силой, сдерживающей вражескую авиацию на южном участке фронта, стал 69 ИАП из состава 21 САД.

69 ИАП, имеющий на 22 июня 1941 года в своем составе 70 И16 и 5 МиГ-3, в течение трех месяцев обороны Одессы не только защищал город, но и выполнял многочисленные вылеты по противодействию вражескому наступлению. Только в воздушных боях пилоты 69 ИАП сбили за этот период 94 немецких и румынских самолета. Командир полка. Лев Шестаков, освоил И-16 еще в 1936 году. В 1937 году он воевал в Испании, где совершил 150 боевых вылетов, провел 90 воздушных боев, имел 39 воздушных побед, из них 8 лично и 31 в группе. В небе под Одессой сбил еще 3 самолета лично и 8 в группе. До своей гибели 13 марта 1944 года Лев Шестаков имел 23 личные победы и 44 в группе.

Успешное наступление немецких войск в глубину территории Советского Союза уже через месяц ведения военных действии позволило немцам приступить к бомбардировке советской столицы. Советским командованием для обороны Москвы с воздуха был образован 6-й истребительный авиакорпус противовоздушной обороны (6-й ИАК ПВО). Самолеты истребители этого авиакорпуса были расположены на аэродромах вокруг Москвы в радиусе 100-120 километров. По состоянию на 10 июля 1941 года в составе 6-го ИАК насчитывалось 783 истребителя - из них И-16 223 экземпляра. 22 июля состоялся первый ночной налет на Москву, в котором участвовало 250 немецких бомбардировщиков.

Встречены немцы были на дальних подступах к Москве над ложными объектами, имитирующими городские кварталы, прожекторные установки, стоящие в глухих лесах имитировали аэродромы. В эту ночь в 25 воздушных боях советские истребители сбили 12 немецких бомбардировщиков, еще 10 вражеских машин завалили зенитчики. В город при этом прорвались единичные самолеты. Буквально в тот же день, в 22 часа 10 минут начался очередной налет, длившийся до 2 часов ночи 23 июля. В эту ночь немцы потеряли 15 бомбардировщиков.

Всего до 15 августа 1941 года на Москву было произведено 18 ночных налетов, при этом нападающая сторона потеряла около 200 машин. Накал этих ночных битв был весьма велик, по сути, стоял вопрос о завоевании превосходства в воздухе над Москвой, тем более что немцы заявляли, что уничтожат советскую столицу с воздуха. В этой психологически сложной обстановке советские летчики по-прежнему применяли таранные удары. В ночь на 7 августа, летчик 177 ИАП, Виктор Талалихин, расстреляв весь боекомплект, таранил своим И-16 Не-111 над подмосковным городом Подольском, после чего покинул свой разваливающийся истребитель на парашюте. Наутро он стал национальным героем.

В начале сентября активность немецкой авиации снизилась, налеты на Москву стали носить в основном беспокоящий характер, многие истребители ПВО начинают использоваться и в дневное время. Использовались они таким образом и ранее и именно пилоты И-16 имели при этом наиболее впечатляющие результаты воздушных побед. Летчик 126 ИАП, лейтенант Каменщиков еще в первые дни войны под Белостоком сбил на своем И-16 четыре немецкие машины. 7 и 10 июля Каменщиков на подступах к Москве сбил Bf.109 и Ju-88. Однополчанин Каменщикова - младший лейтенант Степан Ридный, 10 июля сбил Ju-88, на следующий день записал на свой счет Не-111, а 12 июля вдвоем с напарником, младшим лейтенантом Левша уничтожил еще два Ju-88. 9 августа Владимиру Каменщикову и Степану Ридному было присвоено звание Героев Советского Союза - эти пилоты оказались наиболее удачливыми охотниками, использующими И-16. К концу октября 1941 года на счету Ридного имелось 29 побед, из них 21 самолет он сбил лично и 8 в группе.

Естественно, что количество И-16 в Московской зоне ПВО уменьшалось: на 1 октября здесь имелось 117 «ишачков», в начале декабря уже только 90. После окончания зимней компании И-16 стали передаваться во фронтовые части - осенью 1942 года в ПВО Москвы имелось лишь 13 таких машин, весной 1943 года согласно официальным данным, И-16 в 6-м ИАК уже не было.

Первое появление немецких бомбардировщиков над советской «северной столицей» - Ленинградом было отмечено уже на второй день войны - 23 июня. Для защиты города еще 19 июня был создан 7-й истребительный авиакорпус противовоздушной обороны (7-й ИАК ПВО). Из 232 истребителей 7-го ИАК И-16 составляли больше половины - 149 машин. В конце 1941 года Ленинград был окружен и блокирован немецкими и финскими войсками. Блокада длилась до 1943 года. Все это время Ленинград подвергался ожесточенным атакам с воздуха. Вместе с пилотами 7-го ИАК воздушную защиту города, вплотную расположенного фронта и кораблей Балтийского флота несли истребители армейской авиации и авиации ВМФ. Среди истребительных авиаполков, обороняющих Ленинград, наиболее результативно вел боевые действия 13-й ИАП ВМФ. Часть полка базировалась на полуострове Ханко в Финском заливе и прикрывала с воздуха не только гарнизон полуострова, но и корабли Балтийского флота. Так как аэродром, на котором базировались истребители, находился в зоне действия финской артиллерии и часто обстреливался, И-16 взлетали из подземных капониров в короткие минуты прекращения стрельбы. Летчик-инспектор 13-го ИАП Алексей Антоненко прибыл на Ханко 25 июня и буквально через несколько минут после прибытия взлетел на перехват разведчика Ju-88 и сбил его. Очевидцы утверждали, что при этом еще не успел остыть флотский борщ, от которого его оторвал визит незваного гостя. За месяц боев этот способный пилот записал на свой счет 11 личных побед, одержанных на И16 тип 29. Однако полеты с обстреливаемого аэродрома были ежедневной игрой со смертью, 25 июля снаряд финской мортиры разорвался почти под брюхом садящегося «ишачка» Антоненко. Спастись в этом случае было невозможно...

Напарник Антоненко, Петр Бринько продолжил свой боевой счет - к середине сентября он имел уже 15 сбитых самолетов и один привязной аэростат. 14 сентября при атаке второго привязного аэростата Бринько был тяжело ранен осколками зенитного снаряда. Сил у пилота не знавшего поражений в воздушных боях, хватило лишь, чтобы привести машину домой.

После того как советские войска оставили Ханко, 13-й ИАП прикрывал Ленинград и трассу снабжения окруженного города, проходящую через Ладожское озеро. Эта трасса, по которой поступало продовольствие, известная как «дорога жизни» постоянно подвергалась атакам бомбардировщиков. С конца 1941 года летчики 13-го ИАП вступили в эту нигде не отмеченную воздушную битву, продлившуюся с малыми перерывами почти два года. Лишь в период с 12 марта по 13 апреля 1942 года 13 ИАП сбил 54 немецких самолета, потеряв лишь два И-16.

Большую часть побед полк одержал в новом качестве - в середине марта 13 ИАП был переименован в 4-й Гвардейский ИАП. Нужно отметить, что звание Гвардейских присваивалось в русской и советской армиях лишь за высокие заслуги, наиболее отличившимся частям.

Летчики 4-го ГИАП заслуживали этого высокого звания - к лету 1942 года многие из них имели по 10 воздушных побед. Назначенный командиром полка капитан Голубев до конца 1943 года лично сбил на своем И-16 27 самолетов. В это число вошли и два FW-190 сбитые им 10 и 15 января 1943 года. Впоследствии полк перевооружили на Ла-5 и Василий Голубев довел счет побед до 39. Что касается И-16,то 4 ГИАП активно использовал эти истребители вплоть до 1944 года.

Наиболее результативным летчиком истребителем на северном участке войны - в районе Мурманска - стал летчик 72-го ИАП Борис Сафонов. Первый немецкий самолет ст. лейтенант Сафонов сбил на своем И-16 24 июня 1941 года. Уже через месяц он имел 10 побед. Осенью 72-й ИАП получил на вооружение английские истребители «Харрикейн». Прежде, чем пересесть на «Харрикейн», Сафонов только на И-16 сбил 14 немецких самолетов. К лету 1942 года Сафонов в звании майора назначается командиром 72-го ИАП. а полк за успешное ведение боевых действий переименовывается во 2-й Гвардейский ИАП. Сам Борис Сафонов имел 25 личных побед и 14 побед в группе, он был первым советским летчиком, дважды удостоенным звания Героя Советского Союза. Яркая боевая судьба Сафонова была, к сожалению, короткой. Встречая морской конвой PQ-16 30 мая 1942 года, он погиб при выполнении боевого задания.

Вообще И-16, управляемый умелым пилотом, был опасным противником - в 1942 году количество боевых потерь И-16 было меньше чем у других истребителей, состоящих на вооружении советских ВВС. Немецкие летчики, воевавшие на Восточном фронте, вовсе не считали И-16 легкой добычей. Хотя они могли почти всегда навязать пилоту «ишачка» свою инициативу в воздушном бою, тем не менее, маневренного боя с русским ветераном старались избегать. В своем кругу немцы обычно говорили, что не нужно загонять крысу в угол. Имелось в виду, конечно же, бытующее еще с Испании прозвище самолета «Рата» - «Крыса». В случае, если пилоты «мессершмиттов» изменяли этому принципу, результат схватки мог оказаться для них весьма болезненным.

Тем не менее, количество «старичков» в действующих частях неуклонно сокращалось. В авиации ВМФ наличие И-16 с 1942 года и до конца войны выглядело следующим образом:
  01.05.1942 01.07.1942 18.11.1942 01.07.1943 01.01.1944 01.06.1944 01.01.1945
ВВС Северного флота 12/3 8/3 10/6 5/0 4/0 3/1 1/0
ВВС Балтийского флота 52/17 23/7 28/11 21/3 8/1 -  
ВВС Черноморского флота 27/0 14/8 8/2 3/1 - 12/0 -
Всего 91/27 45/18 46/19 29/4 19/4 15/1 1/0

В числителе - всего машин; в знаменателе - в том числе неисправных на данный момент.

Весной 1942 года наибольшее количество истребителей И-16 находилось в частях ПВО - тыловые объекты и крупные города охраняли 333 самолета этого типа. Кроме уже упомянутых 6-го ИАК ПВО Москвы, 7-го ИАК ПВО Ленинграда, 118 И-16 имелось в 8-мом ИАК ПВО Баку, 13 И-16 из состава 106 ИАД охраняли Бологое. 24 И-16 из состава 102 ИАД ПВО - Сталинград, 8 И-16 из состава 105 ИАК ПВО - Ростов-на-Дону. В течение лета 1942 года наличие И-16 в ПВО даже возросло до 348 единиц, однако уже осенью опять пошло на убыль - истребители передавались на фронт. В середине 1943 года в ПВО имелось 143 И-16, к концу года их оставалось около четырех десятков. В 1944 г. И-16 из состава противовоздушной обороны были выведены, там теперь оставались лишь современные машины.

Во фронтовых частях армейской авиации убытие И-16 было наиболее интенсивное, здесь к концу 1941 года начитывалось 240 И-16. К середине 1942 года эта цифра осталась неизменной за счет ремонта и пополнения из тыловых частей. В этот период «ишачки» применялись не только как истребители, но и как штурмовики и разведчики. С появлением на фронте ночных бомбардировочных полков И-16 передавались в такие полки и действовали по ночам - основной их целью при этом стало уничтожение прожекторов. В конце 1942 года на фронте имелось лишь 75 боеспособных И-16, в середине 1943 года 42. В 1944 году И-16 уже не включается в официальные списки боевых самолетов и отдельные оставшиеся из них коротают свои век на краю аэродромов.

До августа 1945 года И-16 состояли на вооружение 888 ИАП, базирующегося в районе Петропавловска-Камчатского. Беспокойной была жизнедеятельность этого подразделения, оберегающего границы страны на Дальнем Востоке. С юга со стороны Курильской гряды сюда частенько залетали японские самолеты, с другой стороны не менее частыми были «визиты» американцев. С японцами приходилось вступать в бой, американцев за нарушение границы принуждали к посадке. Так 12 сентября 1943 года И-16 посадили под Петропавловском В-25 и В-24, а 12 июня 1944 года «ишачки» отбили от японских истребителей американскую «Вентуру» и привели ее на свой аэродром. Бывали случаи, когда американцы поддерживали И-16 в схватках с японцами.

Активность в воздухе в районе Камчатки не ослабевала до конца войны. Сажать американские самолеты летчикам 888 полка доводилось вплоть до 1945 года. Из известных случаев посадка В-24 25 сентября 1944 года и 11 мая сорок пятого. В августе 1945 года полк был перевооружен на истребители Р-63 «Кингкобра».

Поэтому, когда дело дошло до боевых действий, тревожить заслуженного ветерана не пришлось - боевой техники в 1945 году хватало.

«Цирк Вахмистрова»

Да, именно цирком назывался один из наиболее экзотических способов применения истребителей И-16, подвешиваемых под крылом самолета-носителя ТБ-3. Разработал эту оригинальную идею в 30-е годы инженер Владимир Вахмистров.

Проектирование воздушных авианосцев было начато Вахмистровым еще в 1931 году. Основной идеей при этом было сопровождение бомбардировщиков и их защита в воздушном бою. Поначалу конструктор разместил на крыльях двухмоторного бомбардировщика ТБ-1 два истребителя И-4. Система получила обозначение «Звено-1» и в течение 1931 года успешно прошла испытания. Продолжая развивать оригинальную конструкцию, Вахмистров разработал несколько вариантов летающих авианосцев на базе тяжелого четырехмоторного бомбардировщика ТБ-3. Эти системы получили обозначение «Звено-2,-3,-4,-5» и в течение нескольких лет в различных сочетаниях истребителей И-5 и И-Z успешно прошли испытания. В 1934 году появилась наиболее удачная разработка соединения ТБ-3 с двумя истребителями И-16, получившая первоначальное обозначение «Звено-6». При этом каждый И-16 для подцепления самостоятельно подруливал под крыло бомбардировщика, прямо под механизмы подвески. Крепились истребители тремя замками, два из которых находились на крыльях, а третий, фиксирующий, был расположен на «холке» фюзеляжа, за головой пилота. После зацепления пилоты И-16 убирали шасси и были готовы к совместному взлету. «Звено-6» испытывалось в течение двух лет и полностью оправдало ожидания конструктора - результаты были великолепны!

В 1935 году Вахмистров осуществил новую разработку, прицепив к ТБ-3 пять истребителей: два И-5, два И-16 и один И-Z, причем И-Z осуществлял соединение с самолетом-носителем в воздухе! Вахмистров назвал это сложное сооружение «Авиаматка» и предлагал в будущем подвешивать под ТБ-3 до восьми И-16. Два истребителя при этом предполагалось устанавливать сверху, на крыльях «Авиаматки», шесть И-16 должны были посменно по три самолета подцепляться снизу и питаться горючим от ТБ-3. Вся эта «летающая этажерка» предназначалась для ПВО, продолжительность воздушного патрулирования предполагалась в 6,5 часов. Однако, в жизни, под ТБ-3 никогда не находилось более двух подвешенных И-16, а что касается подцепления истребителей в воздухе, то работа не продвинулась дальше нескольких удачных опытов. Для этой цели под правым крылом ТБ-3 была оборудована специальная опускаемая ферма. И-16 имел соответствующее прицепное устройство, напоминающее внешне ухват с замком. Подцепка происходила на скорости 155-160 км/час, после чего экипаж бомбардировщика подтягивал истребитель вплотную к специальным упорам на нижней поверхности крыльев. Летом 1938 года было произведено несколько успешных подцепок в воздухе. Летали лучшие летчики-испытатели НИИ ВВС Степан Супрун и Петр Стефановский. Было признано, что система вполне жизнеспособна и достойна дальнейшего развития. Были и противники, мнение которых повлияло, очевидно, на то, что финансирование этой потрясающей работы продолжено не было.

В 1938 году Вахмистров переориентировал задачи для подвешиваемых истребителей - теперь он предлагал использовать их как пикирующие бомбардировщики. Каждый И-16 мог нести по две бомбы ФАБ-250, причем радиус действия истребителей увеличивался на 80%, так как в полете истребители питались горючим от самолета-носителя. Для этой цели крайние крыльевые баки ТБ-3 емкостью 600 литров заполнялись бензином Б-3 (двигатели М-34 бомбардировщика ТБ-3 работали на авиабензине Б-2). Максимальная дальность всей системы при этом могла составлять до 2500 км. При подходе к цели командир ТБ-3 подавал сигнал к отцеплению, для чего под крылом носителя зажигалось специальное световое табло, а на истребителях сигнал сброса дублировался сиреной. Пилоты И16 освобождали хвостовые замки своих машин, затем давали ручку управления на себя, угол атаки при этом увеличивался и при повороте самолета на угол 3°30' крыльевые замки автоматически открывались. После отцепки пикировщики устремлялись к цели. С двумя двухсотпятидесятикилограммовыми бомбами машины типа 5 имели максимальную скорость 410 км/час, на высоте 2500 метров, практический потолок составлял 6800 метров. Пикирование осуществлялось на скорости 650 км/час. И-16 после сброса бомб оставался полноценным истребителем, способным вести воздушный бой.

Неоспоримым преимуществом задуманного способа являлось наиболее эффективное использование устаревших бомбардировщиков ТБ-3, которых имелось на вооружении ВВС несколько сотен. Летом 1938 года система, получившая обозначение «ЗвеноСПБ», успешно прошла испытания. За внедрение воздушных авианосцев в войска выступили маршал Ворошилов и народный комиссар ВМФ Фриновский. Уже в октябре появляется постановление Комитета обороны СССР, подписанное фактически вторым человеком в правительстве страны - Молотовым. Постановление гласило буквально следующее:

1. Принять «Звено-СПБ» на вооружение ВВС РККА и Морской авиации РККА.

2. Обязать Народный комиссариат оборонной промышленности оборудовать к 1 февраля 1939 года установки для подвески самолетов по способу товарища Вахмистрова:

- 20 самолетов ТБ-3 АМ-34РН для ВВС РККА 20 самолетов ТБ-3 АМ-34РН для Морской авиации

- 40 самолетов И-16 для ВВС РККА 40 самолетов И-16 для Морской авиации

Вахмистрову предлагалось предоставить в правительство план своих дальнейших работ. Конструктор, вдохновленный успехом, действительно предлагает целый ряд интереснейших разработок, где фигурируют новейший бомбардировщик ТБ-7, летающие лодки МТБ-2 и ГСТ, истребитель И-16 с бомбой 500 кг, истребитель И-180. Однако работа даже по внедрению уже испытанной системы «Звено-СПБ» в течение всего 1939 года так и не сдвинулась с места. Первоначальный заказ на 40 носителей был уменьшен до 12 экземпляров, да и это количество авиазаводы, заваленные огромным планом по выпуску самолетов, отказывались выполнять. Что касается дальнейших разработок, то скептики в руководстве авиационной промышленности и армии опять взяли верх - сначала Главное Управление снабжения Красной Армии (ГУСКА) не включило работы Вахмистрова в план 1940 года, затем Народный Комиссариат авиационной промышленности (НКАП) отказался финансировать эти работы и лишил конструкторское бюро по подвесным самолетам производственной базы. Руководство ВМФ, поначалу наиболее благосклонно относящееся к Вахмистрову и его идеям, также прекратило оплату всех новых разработок.

1940 год был отмечен большими успехами немецкой авиации в Европе, причем наибольшие удачи германской армии приписывались применению пикирующих бомбардировщиков. В Советском Союзе на тот период не было полноценного самолета такого типа. Однако желание иметь свой пикирующий бомбардировщик и как можно скорее было весьма велико. Попытки приспособить для этой цели имеющиеся самолеты СБ и ДБ-3 были лишь паллиативной мерой и особого успеха не имели. Возможно, что такое положение вещей способствовало возобновлению работ по заказанным еще в 1938 году системам «Звено-СПБ». В июне 1940 года начались испытания головной серийной установки, изготовленной на подмосковном авиазаводе ?207. Использовались при этом И-16 тип 24 с двигателями М-63. Всего оборудовали пять комплектов «ЗвеноСПБ», которые поступили на вооружение 2-й специальной эскадрильи, 32-го истребительного авиаполка, 62-й авиабригады ВВС Черноморского флота, с местом базирования в Евпатории. До конца года эскадрилья активно отрабатывала тактику применения нового вооружения, основными целями при этом были военные корабли.

В январе 1941 года командование флота, однако, охладело к этому необычному соединению, называемому здесь по имени командира эскадрильи «цирк Шубикова» и приказало демонтировать установки. Вернулись к ним только летом 1941 года, когда война была уже в разгаре. С началом войны авиация Черноморского флота неоднократно наносила бомбовые удары по территории Румынии, одновременно с Германией, напавшей на Советский Союз. Одной из наиболее важнейших целей для бомбардировочной авиации считался железнодорожный мост через реку Дунай близ станции Чернаводы, в 60 км западнее Констанцы. Этот мост являлся крупнейшим мостовым сооружением, его общая длина составляла 1662 метра, а общая высота в наивысшей точке 75 метров. Под нижним настилом моста проходил нефтепровод Плоешти - Констанца. Разрушение моста приводило к приостановке всех железнодорожных перевозок между Бухарестом и другими промышленными центрами, прерывало основную транспортную связь с портом Констанца, ослабляло снабжение румынских войск. Неоднократные попытки 63-й бомбардировочной бригады Черноморского флота, использующей бомбардировщики СБ и ДБ-3, разрушить мост успеха не имели. Было решено срочно восстановить конструкции Вахмистрова для последующего боевого использования. 22 июля последовал приказ из Москвы о боевом применении, а уже 26 июля состоялся первый боевой вылет. Первый удар был нанесен по портовым сооружениям города Констанца. Средь бела дня пара ТБ-3 подошла к румынскому берегу и на удалении 40 км освободилась от четверки И-16. Командир группы капитан Шубиков, выйдя на город, на глазах у барражирующих в отдалении «Мессершмитов» дважды спокойно облетел цель - нефтеперегонный завод - затем произвел бомбометание. Попадания в гигантские нефтехранилища были точными. Вся четверка благополучно покинула место удара и на повышенной скорости ушла. Промежуточную посадку совершили в Одессе, затем, дозаправившись, перелетели в Евпаторию.

Для нанесения удара по Чернаводскому мосту было оборудовано уже три комплекта носителей, И-16 оснастили дополнительными подфюзеляжными бензобаками емкостью 95 литров, позволяющими находиться в воздухе дополнительно 35 минут. Вылет состоялся 10 августа в 3 часа ночи. Стартовали все три подготовленных ТБ-3, однако один по причине неисправности вернулся на базу с середины пути. В 5 часов 10 минут, на удалении 310 км от базы, на траверзе Георгиевского гирла Дуная, в 15 км от берега, последовала команда «Сброс». Через 15 минут после отцепки пикировщики вышли на цель, которая встретила их плотным зенитным огнем. Прорвавшись сквозь огонь, четверка спикировала с высоты 1800 метров и сбросила бомбы с 300 метров, после чего без потерь, скрылась. Уже в 6.40 утра И-16 пылили по Одесскому аэродрому.

13 августа налет на мост повторили, на этот раз шестью пикировщиками. Все было как в предыдущем вылете, только время старта сместилось на полчаса. Атака состоялась в 5.50, пилоты отметили пять прямых попаданий, была полностью разрушена одна ферма моста. На обратном пути шестерка проштурмовала вражескую пехоту в районе Сулина, а в 7.05 приземлилась в Одессе. Далее следовала дозаправка горючим и перелет в Евпаторию.

Достигнутый успех возобновил интерес руководства ВМФ к системе «Звено-СПБ», количество воздушных авианосцев было доведено до пяти комплектов, однако дальнейшее переоборудование было ограничено недостаточным количеством самолетов ТБ-3 с двигателями М-34РН (самолеты ТБ-3 ранних выпусков и особенно с двигателями М-17 были к тому времени сильно изношены, что вызывало необходимость ограничения полетного веса). Из имеющихся на флоте 12 таких машин пять были переоборудованы, а оставшиеся семь были оставлены для выполнения транспортных операций. 16 августа Командующий Военно-морским флотом адмирал Кузнецов обратился к Сталину с просьбой о получении 10 таких бомбардировщиков от ВВС Красной Армии. Однако потери этих тихоходных гигантов в первые месяцы войны были столь велики, что выделены они так и не были.

Использование имеющихся машин было продолжено. 17 августа 6 И-16 удачно разбомбили плавучий док в Констанце. В конце месяца пикировщики были использованы для уничтожения переправ через Днепр. Важность задания заключалась в стратегическом значении этих переправ и в возможности значительного сдерживания немецкого наступления. 28 августа два ТБ-3 взлетели с евпаторийского аэродрома и взяли курс в район Запорожья. На рассвете, в тридцати километрах от города, И-16 произвели отцепку. Налет был внезапным и точным, вся четверка без потерь ушла. 8 сентября «ЗвеноСПБ» во взаимодействии с истребителями охранения ЯК-1 разрушили переправу в районе Берислава. Не вернулись один ЯК-1 и один И-16. На следующий день после удачного бомбометания четыре И-16 сбили в воздушном бою 2 Bf.109.

Последующие боевые действия «подвесок» проходили в условиях все более ухудшающейся для советской стороны боевой обстановки. В конце сентября немецкие войска начали продвижение в северной части Крыма. Для сдерживания врага были использованы все наличные силы авиации, даже те средства, которые предназначались для нанесения высокоточных ударов в тылу противника. ТБ-3 теперь зачастую использовались лишь для подъема тяжелонагруженных бомбами И-16 - сами истребители с двумя бомбами по 250 кг взлететь не могли. В этих тяжелых боевых условиях участились и боевые потери. 1 октября 1941 года в воздушном бою погиб командир эскадрильи подвесных самолетов Арсений Шубиков. Дальнейшее применение подвесных И-16 становится эпизодическим и боевые донесения встречаются все реже. Доподлинно известно лишь, что применялись подвесные истребители И-16 и в 1942 году. Всего было произведено нескольким более 30-ти боевых вылетов, которые по своей высокой эффективности стали одними из наиболее удачных военных акций советской авиации.

Дальше