Содержание
«Военная Литература»
Военная мысль

Глава III.

С черного хода в Нормандию

Воздушно-десантные операции планируются и проводятся, о одной стороны, в расчете на введение противника в заблуждение и, с другой, - на внезапность нападения. Вероятные районы боевых действий воздушно-десантных войск обычно охватывают тысячи квадратных километров. Районы выброски воздушных десантов и аэродромы отправки могут отстоять на сотни километров друг от друга, и все же удар может быть нанесен через несколько часов и даже через несколько минут.

Штаб, планирующий наступательную операцию, в равной степени тщательно разрабатывает как план введения противника в заблуждение, так и план нанесения удара по противнику и в соответствии с этим размещает авиатранспортные средства и воздушно-десантные войска.

Однако обороняющиеся войска тоже имеют возможность скрывать свои истинные намерения. На пути наступающего они сооружают противодесантные препятствия. Чтобы отвести десант от важных районов, там устанавливают по существу безобидные, но грозного вида макеты. Районы, пригодные для высадки десанта, полностью нейтрализуются пассивными средствами обороны, в то время как другие, в равной или даже в большей степени пригодные, остаются как бы незащищенными» с тем чтобы заманить воздушно-десантные войска в тщательна подготовленные ловушки и уничтожить их хорошо замаскированными боевыми средствами.

Итак, воздушно-десантный бой значительно отличается от других видов боя и имеет следующие две особенности: во-первых, для отражения воздушно-десантного нападения обороняющаяся сторона может провести как активные, так и пассивные мероприятия, во-вторых, уже начавшееся воздушно-десантное вторжение невозможно приостановить, направить в другое место или окончательно отменить. Вот почему, если мы хотим успешно проводить в будущем воздушно-десантные операции более крупного масштаба или вести борьбу с воздушными десантами, необходимо тщательнейшим образом изучить все факторы, влияющие на проведение и планирование подобных операций.

Методы действий воздушно-десантных войск и способы борьбы с воздушными десантами были всесторонне проверены в воздушно-десантной битве за Нормандию. В этой битве участвовали три воздушно-десантные дивизии. Подобной воздушно-десантной операции еще не было в военной истории. Наши войска потратили много месяцев на подготовку воздушного десанта, и столько же времени противник готовился к борьбе о ним. Несмотря на то, что планирование операции продолжалось 7 месяцев, за неделю до вторжения пришлось коренным образом изменить весь план. Разведка и контрразведка обеих сторон действовали необычайно хорошо. Впоследствии выяснилось, что несмотря на все попытки ввести противника в заблуждение, в ночь на 6 июня, когда воздушно-десантные войска появились в небе над Нормандией, немецкие солдаты уже находились на постах у оборонительных противодесантных сооружений. В одном районе, как заявил один военнопленный, даже проводилось учение по уничтожению воздушного десанта.

Активная подготовка к вторжению в Нормандию началась в ноябре 1943 г. В это время большая часть транспортной авиации союзников все еще оставалась в Соединенных Штатах и только одна воздушно-десантная дивизия находилась в Италии. Однако планирование Нормандской операции началось осенью того же года в штабе верховного главнокомандующего союзными силами, находившемся в Лондоне. Английские воздушно-десантные войска были представлены в этом штабе вновь назначенным командующим генерал-лейтенантом Ф. А. Браунингом. Представителем американских воздушно-десантных войск был командир 101-й воздушно-десантной дивизии генерал-майор Уильям Ли. Позже, когда в Англию прибыла 82-я воздушно-десантная дивизия, ее командир генерал-майор Мэтью Риджуэй был назначен начальником консультативно-инспекторской группы воздушно-десантных войск США.

Воздушно-десантные силы союзников, выделенные для участия в Нормандской операции, были довольно значительными. Количество имевшихся в наличии авиатранспортных средств было примерно таково:
Вид авиатранспортного средства Количество Полезная нагрузка, кг
Транспортные самолеты 1384 2650{5}
Планеры СО-4А 2000 1875
Планеры 'Хорса» 1250 3125
Планеры 'Гамилькар» 50 7250

Ощущался [47] острый недостаток в пилотах-планеристах. В ноябре 1943 г. было подсчитано, что пилотов не хватит, даже если рассчитывать по одному пилоту на планер, в то время как на каждом планере должно быть по два пилота (первый и второй). В этой операции места вторых пилотов занимали десантники. Как это ни странно, они не имели никакого представления о том, как управлять планером. В день высадки некоторые из них оказались в весьма затруднительном положении, когда, перехватив управление из рук раненого пилота, они вынуждены были вести свои полностью загруженные планеры среди разрывов зенитных снарядов. К счастью, оказалось, что управлять планером СО-4А не так уж сложно. Но когда человек делает это впервые в жизни, да еще в боевых условиях, он заслуживает искреннего восхищения.

В распоряжении американцев были две воздушно-десантные дивизии - 82-я и 101-я. Кроме того, у них была одна отдельная парашютная бригада, состоявшая из двух полков - 507-го и 508-го, которые позже были приданы 82-й дивизии. 504-й парашютный полк, входивший в состав 82-й дивизии, в это время вел бои за овладение плацдармом в Анцио и прибыл в Англию слишком поздно, чтобы принять участие в Нормандской операции. Интересно отметить, что высшее немецкое командование было явно обито с толку таким членением 82-й дивизии. Оно было уверено, что эта дивизия находится в Анцио (в то время как там действовал только 504-й полк), и считало, что она не сможет принять участие во вторжении в Нормандию. Допрашивая пленных американцев в Нормандии, немцы все время старались выяснить, где же находится 504-й полк, если его нет в Нормандии.

Англичане располагали одной 6-й воздушно-десантной дивизией, кроме того, в их распоряжении были французские, бельгийские, норвежские и голландские парашютисты, не участвовавшие при вторжении главных сил морского и воздушного десантов в первый день операции. Правда, многие из них выбрасывались небольшими группами для выполнения специальных заданий.

По предварительным расчетам, союзники могли перебросить в первом эшелоне парашютные части трех воздушно-десантных дивизий и небольшое количество войск, перевозимых на планерах. Остальные воздушно-десантные части этих дивизий намечалось перебросить во втором эшелоне, главным образом на планерах. Предполагалось, что каждая дивизия должна была также иметь морской эшелон, который должен был прибыть сразу после создания берегового плацдарма. Морским транспортом планировалось перевезти танки, бульдозеры, грузовики и другую материальную часть, которую невозможно доставить по воздуху.

Первой и основной задачей воздушно-десантных войск при вторжении в Нормандию было блокирование немецких резервов, перебрасываемых для подкрепления войск, оборонявших побережье. Вторая задача воздушного десанта состояла в том, чтобы атаковать береговые оборонительные сооружения противника с тыла.

Высадку морского десанта первоначально решено было произвести на ограниченном участке побережья между устьями рек Орн и Вир (рис. 5). 18 декабря 1943 г. в штабе английской 21-й группы армий в Лондоне состоялось совещание, на котором обсуждались вопросы, связанные е предполагающейся высадкой морского десанта, и вопросы возможного использования воздушно-десантных войск. На совещании присутствовали представители воздушно-десантных войск и военно-транспортной авиации США и Англии, а также офицеры штабов американской 1-й армии и английской 21-й группы армий.

К тому времени местность в Нормандии была хорошо изучена, в результате чего стало очевидным, что для любого крупного передвижения резервов противнику придется использовать коридор между городами Кан и Байе, удобный для действий [49] танков. Конечно, если воздушно-десантным войскам предстояло блокировать резервы противника, то наилучшим местом для этого была бы местность вокруг этих двух городов и в коридоре между ними, но, к сожалению, здесь им пришлось бы вести борьбу с противником на удобной для его танков местности. Обычно воздушно-десантные войска выбирают для себя такие плацдармы и оборонительные позиции, которые позволяют ограничить действия танков противника каким-либо одним направлением. Здесь же танки противника имели полную свободу маневра, могли нанести нашим воздушно-десантным дивизиям большой урон и прорваться через наши позиции. К тому времени я уже знал, что буду участвовать в этой операции, и вспомнил нашу первую встречу с танковой дивизией «Герман Геринг» в Сицилии. Я особенно хорошо представлял себе трудности борьбы с немецкими танками и довольно скептически относился ко всему плану в целом. Районы выброски и высадки были достаточно удобными, огонь зенитных орудий по нашим расчетам должен был быть не особенно сильным, и план казался вполне осуществимым. Серьезную угрозу представляла только 21-я немецкая танковая дивизия, находившаяся в районе Кана.

Задача воздушно-десантных войск

Как бы то ни было, но задачу нужно было выполнить. После сравнительной оценки темпов сосредоточения как немецких, так и союзных войск на плацдарме стало очевидным, что эффективное использование всех потенциальных возможностей воздушного десанта может оказать решающее влияние на исход действий в первый день операции. На совещании в Лондоне было решено, что одна американская воздушно-десантная дивизия будет выброшена юго-западнее Байе, вторая - юго-восточнее Байе, а, 6-я английская дивизия - возле Кана (рис. 5). Этим трем дивизиям была поставлена задача блокировать продвижение немецких войск по направлению к береговому плацдарму и удерживать позиции до тех пор, пока к ним не подойдут части морского десанта.

Я припоминаю сейчас, что уже после совещания кто-то сказал мне, что майор Микше в своей книге «Парашютные войска» предложил использовать воздушно-десантные войска именно в этом районе Нормандии. Но ведь немцы, без сомнения, тоже читали книгу Микше, а если даже они ее и не читали, то всякий интересующийся потенциальными возможностями десантирования в Нормандии может прийти к заключению, что коридор между городами Кан и Байе - единственный подходящий район для блокирования немецких войск в целях поддержки морского десанта, высаживающегося в районе между реками Орн и Вир.

В конце декабря я присутствовал на совещании в штабе генерала Омара Брэдли, состоявшемся в Бранстон-сквер в Лондоне. На этом совещании генерал Брэдли особенно настаивал на расширении фронта высадки морского десанта. Он хотел, чтобы высадка производилась и севернее р. Вир. В случае принятия этого плана воздушно-десантные войска должны были использоваться для оказания поддержки при высадке морского десанта.

Захват порта Шербур был одной из задач 1-й армии, и если бы Шербур можно было быстро отрезать, это оказало бы решающее влияние на исход всей операции.

Местность между Карантаном и Лессе в отличие от местности между Каном и Байе была превосходной для борьбы с танками. Там было очень мало участков, где танки могли бы свободно маневрировать, но зато было много площадок, пригодных для выброски и высадки воздушного десанта. Наконец, мы разработали план проведения воздушно-десантной операции, который предусматривал выброску одной американской дивизии севернее Карантана. Эта дивизия должна была блокировать передвижение немецких резервов, перерезать шоссейные дороги, ведущие от побережья в глубь страны, и захватить переправы через р. Мердере (рис. 6). [51]

Вторая американская дивизия должна была десантироваться несколькими километрами западнее города Сен-Совер-ле-Виконт (рис. 7), захватить его и мост через р. Дув, находящийся поблизости, чтобы блокировать передвижение войск севернее лугов Маресажес и перекрыть все дороги, ведущие к побережью. Предполагалось, что английская воздушно-десантная дивизия высадится перед фронтом морского десанта англичан. Ее задача оставалась в основном без изменения. Она должна была содействовать высадке морского десанта путем захвата Канского моста и моста через р. Орн, разрушения долговременных сооружений и уничтожения береговых батарей на левом фланге англичан. Таким вкратце был план действий воздушно-десантных войск в день Д. В конце декабря в Англию прибыл фельдмаршал Монтгомери, который вскоре одобрил предложенный генералом Брэдли план расширения предполагаемого плацдарма на север от р. Вир. Американский 5-й корпус должен был высадиться восточнее, а 7-й корпус - западнее р. Вир. Воздушно-десантные войска должны были оказать поддержку морскому десанту при его высадке, как это рекомендовал генерал Брэдли.

Последующие несколько месяцев ушли на согласование многих деталей объединенного плана операции по вторжению в Нормандию. Прежде всего нужно было издать инструкции по стандартизации методов использования транспортных самолетов английскими и американскими десантниками. Оформление документации, методы погрузки и размещения войск в самолетах, необходимая сигнализация и т. д. - все это унифицировалось, чтобы на самолетах можно было перебрасывать как английские, так и американские войска. Английские парашютисты знакомились с американскими самолетами, а американские парашютисты - с английскими планерами «Хорса». Для проверки деталей окончательного варианта плана проводились тщательная подготовка мелких подразделений и генеральные репетиции.

На основе опыта, приобретенного в Сицилии и Италии, в 82-й дивизии была проведена тщательная работа по подбору грузов как для отдельных солдат, так и для подразделений. Грузы распределялись по самолетам с таким расчетом, чтобы даже в случае потери части грузов при сбрасывании подразделения получили полный комплект оружия. Так как угрозу для парашютистов в первую очередь представляли танки, мы распределили ружья «базука» и противотанковые мины по всем самолетам. Всем солдатам были выданы противотанковые гранаты. Безжалостно исключались все предметы личного обихода, так как и без того парашютисты были нагружены боеприпасами до такой степени, что с трудом могли подняться в самолет без посторонней помощи. Анализируя операции в Сицилии и Италии, мы пришли к убеждению, что нет нужды чернить лица и использовать трещотки для подачи сигналов. Мы решили подавать сигналы только голосом.

Грузы самолетов и планеров взвешивали и проверяли, чтобы не потерять ни одного грамма полезной нагрузки самолетов. Нагрузка самолета, С-47 составляла 2650 кг, а планера СО-4 - 1875 кг. Мы запоминали местность, районы выброски и сеть дорог, запоминали все планы и приказы, так как никто не имел права брать с собой никаких документов. Очень часто мы репетировали сбор и построение подразделений в темноте. Для этого использовались все средства сбора парашютистов, разработанные после довольно беспорядочных ночных боев в Сицилии. Мы проигрывали задачи для всех подразделений до отделения включительно на ящиках с песком, чтобы каждый солдат выучил не только свою задачу, но и задачу своего вероятного соседа в бою. [52]

По мере приближения дня Д мы все внимательнее изучали аэрофотоснимки районов предстоящих действий и, естественно, обращали при этом особое внимание на противодесантные препятствия. Весь Шербурский полуостров был покрыт этими препятствиями.

Подготовка немецких войск к отражению воздушного десанта

Организацию типичной немецкой обороны против воздушных десантов можно рассмотреть на примере высоты 110. Эта гладкая, лишенная растительности высота, на 110 м возвышавшаяся над окружающей местностью, находилась примерно в 4500 м западнее Сен-Совер-ле-Виконт (см. рис. 7). С этой высоты в ясную погоду можно было видеть восточный берег, а при обычных условиях только западный. Захват и удержание этой высоты, без сомнения, имели бы решающее значение для действий воздушно-десантных войск, которые должны были десантироваться поблизости от нее. Эта задача была возложена на 82-ю воздушно-десантную дивизию.

Ежедневное изучение аэрофотоснимков высоты 110 показывало, что это вполне приемлемый район выброски. Склоны высоты были, правда, слишком круты для посадки планеров, но на них не было больших валунов или других препятствий, которые могли бы помешать приземлению парашютистов. Вдоль западного склона высоты тянулся глубокий карьер шириной 45 м. Высота была круглой, диаметром около тысячи метров. В целом это был не особенно хороший район выброски, но много лучше тех, на которых без особенно больших потерь парашютистам приходилось приземляться на Сицилии и в Италии. После обсуждения высота 110 была намечена как район выброски 508-го парашютно-десантного полка.

Затем началось тщательное изучение дислокации и активности противника на этой высоте и вокруг нее. Во-первых, на ней было три ветряных мельницы, в которых, по донесениям разведки, размещались радиостанции. В районе этих мельниц постоянно находился небольшой отряд немцев, но он нас мало беспокоил. Затем начали появляться кое-какие признаки жизни в карьере. Аэрофотоснимки показывали, что в карьере и возле него размещалась артиллерия, но какая, установить было трудно. Скорее всего это были легкие зенитные орудия.

На нижних склонах высоты 110, около живых изгородей, начали появляться места стоянок автотранспорта. Кое-где на нижних склонах холма живые изгороди были расчищены. Мы долго не могли найти этому объяснения. Наконец, примерно за три недели до дня Д, по всему холму начали появляться небольшие черные пятна, расположенные в определенном геометрическом [54] порядке. Их становилось все больше и больше, и, наконец, они покрыли весь холм. Это были, очевидно, просто ямки, так как на фотоснимках, сделанных рано утром, они не давали тени, как другие предметы, выступающие над землей.

Некоторые из нас, знакомые с оперативными планами, были теперь уверены, что немцам известны наши планы десантирования и они принимают контрмеры. Мы уже слышали о так называемой «спарже Роммеля»; обычно это препятствие устанавливалось на небольших площадках очень быстро. «Спаржа Роммеля» представляла собой столбы 15 - 30 см в диаметре и 2,5 - 3,5 м длиной, врытые в землю на глубину 30-60 см на расстоянии 22-30 м друг от друга. Назначением их было, очевидно, помешать союзным воздушно-десантным войскам использовать хорошие районы выброски.

Через несколько дней на высоте 110 появились тени, отбрасываемые «спаржей Роммеля». Трудно было сказать, были ли столбы соединены между собой проволокой и находились ли около них какие-либо противопехотные оборонительные сооружения. Но так как высоту не предполагалось использовать для посадки планеров, то было решено, что 508-й полк так или иначе должен приземлиться на ней, несмотря на все приготовления противника. Мы должны были овладеть этой высотой. Если мы не высадимся на ней, то нам придется за нее драться, что может обойтись значительно дороже. Но, к счастью, еще за неделю до того, как воздушно-десантные войска сконцентрировались на аэродромах отправки, районы выброски частей 82-й дивизии были перенесены на 16 км восточнее Сен-Совер-ле-Виконт, так что десантироваться на высоту 110 не пришлось. Однако она меня настолько заинтересовала, что я внимательно осмотрел ее, после того как она была захвачена нами на 11-й день операции.

Такой тщательной организации обороны против воздушного десанта я еще не встречал. Весь холм был покрыт «спаржей Роммеля», все столбы были опутаны колючей проволокой, в одних случаях поверху, в других - от верхушки одного столба до нижней части другого. Кроме того, столбы были соединены о подготовленными к взрыву артиллерийскими снарядами и минами. Вся высота была опоясана пулеметными и орудийными окопами, соединенными между собой узкими, немецкого типа траншеями. Окопы также соединялись с убежищами, где отдыхали солдаты. По всей высоте были расположены скрытые наблюдательные пункты, на которых были установлены специальные приспособления для подачи сигнала тревоги. В карьере находились большие укрытия для войск и многочисленные, хорошо замаскированные минометные позиции. Было установлено, что минометным огнем немцы могли покрыть весь холм. [55]

Интересно отметить, что обороняющиеся не удовлетворились принятием только пассивных мер обороны. «Спаржа Роммеля» рассматривалась ими как вполне достаточное первоначальное оборонительное мероприятие, позволяющее командованию держать войска в подвижном резерве. Значение высоты 110 как ключевого пункта вполне оправдывало принятие всех дополнительных мер для ее удержания.

В течение долгого времени мы внимательно изучали причины, побуждавшие немцев использовать «спаржу Роммеля», стараясь уловить в них возможные указания на оценку противником важности того или иного сектора с точки зрения обороны. Нам казалось, что районы, густо насыщенные такого рода препятствиями, были особенно важными для противника и, следовательно, должны были представлять для нас исключительную ценность. Но в конце концов всегда оказывается, что человеческая натура остается все еще величайшим фактором, с которым приходится считаться: из допроса пленных немецких командиров и французского населения вскоре выяснилось, что количество препятствий на том или другом участке было всего лишь показателем способности и инициативы местного немецкого командира. В некоторых случаях оказывалось, что удобные для высадки десанта районы оставались незащищенными просто из-за лени командира, обороняющего данный участок. В других районах препятствиями был покрыт чуть ли не каждый квадратный метр, так как обороняющийся проявил инициативу и стремился сделать порученное ему дело как можно лучше. Количество препятствий, таким образом, не имело почти никакого отношения к тактической ценности района.

Но нам стало ясно, что было бы серьезной ошибкой в будущем при планировании не учитывать того, что в случае ограниченности времени или недостатка в материалах противник всегда будет стремиться подготавливать к обороне в первую очередь наиболее важные с его точки зрения районы.

Спешные приготовления

В Англии приготовления шли ускоренным темпом. Проводились предшествующие десантированию бомбардировки. В целях обеспечения высадки (выброски) десанта в дневное время планировалась постановка дымовых завес в районе высот 121 и 131. Выброска воздушного десанта была тщательно согласована с высадкой морского десанта. Наконец, казалось, все уже было готово.

Противник тоже не терял времени даром. По всей Северной Франции он проводил лихорадочную подготовку, используя все, что было в его силах, чтобы остановить величайшее в истории современных армий воздушно-десантное вторжение.

Позже командующий воздушно-десантными войсками Германии генерал-полковник Штудент, командовавший в свое время немецкими войсками на острове Крит, рассказал, что на немцев большое впечатление произвели мероприятия по борьбе о воздушными десантами, проводившиеся англичанами в 1940 г. Это и было одной из причин отказа немцев от вторжения в Англию, намеченного на осень этого же года.

Немцам особенно запомнилось загромождение всех посадочных площадок столбами, грудами камней и разбитыми автомобилями. Во Франции они делали то же самое и настолько быстро, насколько позволяли условия. На допросе генерал-полковник Штудент сказал, что немцы разработали детальный план противодесантных мероприятий, вплоть до того, что были подготовлены карты с обозначением заминированных и загороженных участков и районов, подготовленных к затоплению. Но, согласно признанию Штудента, все это было сделано главным образом для воздействия на психику противника, в расчете на то, что эти карты попадут в руки союзников и отобьют у них охоту к воздушно-десантному вторжению.

Я не знаю, существовали ли такие карты, так как не видел их ни во время подготовки к вторжению, ни позднее.

Штудент сказал, что он пытался доложить Гитлеру свой план использования немецких парашютных войск против портов погрузки морского десанта в целях предотвращения вторжения. Это был интересный план, но, по признанию Штудента, Геринг отверг его и даже не разрешил докладывать о нем впечатлительному фюреру.

Штудент неоднократно предлагал Гитлеру использовать немецкие парашютные войска для борьбы против воздушного десанта союзников, но и эта его идея была принята очень холодно. Когда Гитлер увидел, что десантирование союзников проходит успешно, он приказал Штуденту бросить в бой его парашютистов, но, к несчастью для Штудента, единственная имевшаяся в его распоряжении немецкая парашютная дивизия уже действовала на фронте как обычная пехотная дивизия.

В то время как в высших кругах немецкого командования Шли споры, командиры отдельных подразделений делали все возможное для подготовки противодесантных препятствий. «Спаржа» была их любимым средством. До какой степени было распространено применение этого препятствия, видно из отчета, составленного фельдмаршалом Роммелем после инспектирования им Западного оборонительного вала весной 1944 г. Там говорилось:

«Многие дивизии успешно воздвигают препятствия против воздушных десантов. Например, одна дивизия установила почти 300 тыс. столбов, а один корпус - свыше 900 тыс.»

И далее:

«Установки столбов еще недостаточно. Их нужно опутывать проволокой и соединять с подготовленными к взрыву [56] минами и снарядами. Плотность должна составлять около тысячи столбов на 1 км2. Под этими заминированными препятствиями можно пасти привязанный скот».

Все это представляло особый интерес, так как наши дешифровщики тщательно отмечали все места, где на фотоснимках был виден пасущийся скот. Они считали, что там, где ходит скот, парашютисты могут передвигаться без опасений. Это было нашей ошибкой и привело к трагическим последствиям.

15 апреля 1944 г. командованием немецкой группой армий «Д» был выпущен справочник для солдат под названием «Что должен знать каждый солдат о воздушно-десантных войсках». Эта брошюра с неплохими цветными иллюстрациями сослужила, если верить показаниям военнопленных, хорошую службу. В 243-й немецкой дивизии, противостоявшей в первых боях 82-й дивизии, 1 мая 1944 г. тоже появилась инструкция об использовании противодесантных препятствий. Эти две брошюры были захвачены 82-й дивизией в первом же бою. Все подразделения 243-й немецкой дивизии действовали четко и энергично. На важных для обороны участках они поставили наблюдателей и систематически прочесывали местность с целью своевременного обнаружения воздушных десантов. Командование дивизии проводило учения по борьбе с воздушными десантами.

В середине мая 1944 г. положение немцев стало настолько критическим, что их высшее командование сочло необходимым подтянуть на Котантенский полуостров еще одну пехотную дивизию. Туда была послана немецкая 91-я пехотная дивизия, которая была сосредоточена в окрестностях Сен-Совер-ле-Виконт. Это настолько осложнило положение 82-й дивизии, что было решено изменить районы выброски.

26 мая мы получили новый приказ, согласно которому дивизия должна была десантироваться значительно восточнее (рис. 8). К этому времени уже были готовы все планы действий 82-й дивизии. Тогда штаб составил и срочно разослал боевые и административные приказы на первый день десантирования. Кроме того, были подготовлены специальные карты масштаба 1 : 25 000, на которых командиры полков и батальонов нанесли свои решения в целях ознакомления командиров всех подразделений с задачами, которые им предстояло выполнять.

Новый план был таков: 82-я дивизия должна была десантироваться на р. Мердере, затем захватить районы Нувиль-о-Плейн, Сент-Мэр-Эглиз, Шеф-дю-Понт, Этьенвиль, Амфревиль, разрушить переправы через р. Дув и затем приготовиться к продвижению на запад.

Задачи, поставленные перед 101-й дивизией, остались в основном без изменений, за исключением того, что захват мостов через р. Мердере был возложен на 82-ю дивизию. Задача 6-й английской дивизии также осталась без изменений. [57]

Мы охотно приняли новый план. 508-й полк никогда не ждал ничего хорошего от десантирования на высоту 110. 505-й полк, закаленный в боях, все же не мог не считаться с превосходством сил немцев, расположенных вокруг Сен-Совер-ле-Виконта, который ему предстояло захватить. По данным разведывательного отдела, в Сен-Совер-ле-Виконте находился штаб дивизии, специальные дивизионные подразделения и, возможно, до полка пехоты. Немцы энергично проводили оборонительные мероприятия. Возле железнодорожных депо создавались склады горючего и смазочных материалов, вокруг города расчищались живые изгороди. На аэрофотоснимках с каждым днем появлялись все новые и новые артиллерийские позиции. Поэтому большинство опытных офицеров дивизии считало, что для успешного выполнения задачи лучше десантироваться в западной части полуострова. Согласно новому плану зоны выброски полков были передвинуты на несколько миль к востоку. Ввиду того что расположение районов выброски в основном [59] осталось без изменений, не изменилось и распределение аэродромов отправки.

Успех воздушно-десантной операции всегда в значительной степени зависит от слаженности работы командиров авиатранспортных подразделений и пилотов, с одной стороны, и командиров воздушно-десантных подразделений и старших парашютных команд, с другой. Они возможно чаще должны работать совместно.

Хотя изменения были внесены очень поздно, все воздушно-десантные подразделения были проинструктированы и 4 июня находились на аэродромах в полной боевой готовности. Они ожидали отправки в эту же ночь, но начало операции было отложено на один день. Несмотря на отсрочку, ожидаемых налетов немецкой авиации и управляемых снарядов не последовало, и вокруг царили тишина и спокойствие. Наконец день Д был назначен на 6 июня. Вскоре после наступления темноты 5 июня на аэродроме Норт-Уитхэм в Англии загудели моторы самолетов наведения 9-го транспортно-десантного авиационного командования. Воздушно-десантная битва за Нормандию началась.

Погода на континенте была плохая. Основываясь на метеосводке, высшее командование немецкой армии считало, что о воздушно-десантном вторжении не может быть и речи. К счастью для немцев, эта сводка не была передана командирам немецких подразделений, а следовательно, и не повлияла на степень их готовности. Генерал Эйзенхауэр, получивший подобную информацию о погоде, после тщательного анализа общей обстановки решил проводить операцию. Действия воздушно-десантных войск в большой степени зависят от метеорологических условий. Некоторые воздушно-десантные подразделения оказались из-за плохой погоды в крайне тяжелом положении, но в конце концов все они выполнили свои задачи.

Воздушно-десантная операция в Нормандии была самой сложной из всех тех, которые предпринимались до сего времени - в ней участвовало несколько тысяч самолетов. Действия воздушно-десантных войск нужно было согласовать с действиями крупнейшего в истории морского десанта. Естественно, планирование и подготовка заняли много месяцев. Нужно было учесть не только действия своих бомбардировщиков и истребителей, но и возможное противодействие немецкой авиации и зенитной артиллерии.

План полета в его окончательной форме показан на рис. 9. В воздухе каждое подразделение выстраивалось над своим аэродромом, а затем по графику занимало свое место в общем потоке. До самого побережья Франции трасса полета была хорошо отмечена, так как использовались вое визуальные навигационные средства. Трасса полета первых групп самолетов с американскими воздушно-десантными войсками проходила несколько западнее курса транспортов с морским десантом. Самолеты летели через Ла-Манш и огибали Нормандский полуостров, все время оставаясь вне досягаемости огня зенитных орудий противника, расположенных на островах западнее полуострова. Они придерживались этого курса, пока не достигали берега, затем ложились на прямой курс к районам выброски и высадки.

Первыми десантниками, коснувшимися французской земли в день Д, были парашютисты команд наведения самолетов. Они приземлились между 00 ч. 10 м. и 00 ч. 20 м. и, несмотря [59] на все трудности, выполнили свою задачу. Команды наведения американских воздушно-десантных войск прибыли на место на 30 минут раньше главных сил. В авангарде была команда 101-й дивизии. За ней следовала команда 82-й дивизии, которая высадилась на французской территории в 01 ч. 21 м.

Над Ла-Маншем условия погоды были очень плохими, и самолетам пришлось немного снизиться, в результате чего некоторые из них были сбиты огнем немецкой зенитной артиллерии. [60]

Тотчас после приземления некоторым командам пришлось вступить в бой, что очень осложнило выполнение ими их основной задачи. Однако на 50% эта задача была выполнена. По сравнению с предыдущими воздушно-десантными операциями, проводившимися без команд наведения, выполнение этой задачи даже наполовину явилось большим достижением.

Действия 82-й дивизии

Мой собственный опыт можно считать типичным для большинства командиров частей, и поэтому на нем стоит остановиться. Я был назначен командиром оперативной группы «А», состоявшей из трех парашютных полков 82-й дивизии, саперной роты, артиллерийского подразделения, группы воздушной поддержки, группы управления огнем корабельной артиллерии и штаба группы. Моя группа должна была десантироваться между 01 ч. 00 м. и 03 ч. 10 м. в день Д в трех районах, показанных на рис. 8. Для транспортировки группы было выделено 378 самолетов С-47 9-го транспортно-десантного авиационного командования. Следующим рейсом за нами должны были следовать остальные перевозимые по воздуху части 82-й дивизии на 428 планерах, 52 из них должны были приземлиться до рассвета, а остальные - после рассвета.

Мой самолет был ведущим в группе самолетов, доставлявших 508-й парашютно-пехотный полк, который по плану должен был десантироваться в зоне N. Первый самолет оперативной группы «А» поднялся в воздух 5 июня в 23 ч. 15 м. Взлет и полет над Англией проходили точно по расписанию. Стоя у дверей своего самолета, я видел все визуальные навигационные сигналы. Разговаривая время от времени с пилотом через старшего парашютной команды, я убеждался, что все идет хорошо. Покинув Англию, мы некоторое время не встречали никакого противодействия противника. Оглядываясь назад, я видел, что воздух, насколько мог охватить глаз, был заполнен массой самолетов С-47, летящих плотным строем. Вид был поистине великолепный. Пролетая над островами, расположенными возле побережья Нормандского полуострова, наши самолеты попали под обстрел легкой и тяжелой зенитной артиллерии немцев. Однако снаряды разрывались с недолетом. Это было хорошим предзнаменованием. Французское побережье мы пересекли точно по расписанию. С самолета берега Франции выглядели точно такими же, как и берега Италии, - земля была красновато-коричневой, а дороги и небольшие группы домиков нормандских деревень резко выделялись при свете луны. Было тихо, зенитные орудия молчали (хотя позже другие командиры воздушно-десантных частей и подразделений докладывали, что они были обстреляны зенитной артиллерией, когда пролетали [61] над побережьем). Через несколько минут мы пролетели немного севернее города Брикбек, а затем самолеты вошли в густые облака. Облачность была настолько плотной, что из двери не было видно крыльев самолета. В первый момент я подумал, что мы попали в дымовую завесу, поставленную противником. Однако самолет продолжал лететь, и вскоре мне начало казаться, что, кроме нас, находящихся в самолете, в мире нет никого. Каждый старший команды парашютистов помнил время полета до различных ориентиров в Нормандии. Я знал, что мы должны будем оставить наш самолет через 7,5 минуты после того, как пролетим над линией побережья Франции, чтобы попасть в свой район выброски. Примерно через 7 минут после того, как мы пересекли береговую линию, облака начали рассеиваться. Когда прояснилось, я увидел вспышки огня большого количества зенитных орудий и разрывы снарядов справа от нашей колонны. Наверное, это был Этьенвиль. Нам сообщали о большом скоплении зенитной артиллерии в этом районе, и в тот момент мы должны были находиться как раз над ним.

Я не видел других самолетов, не находил и знакомых ориентиров. К северу от нашей линии полета я обнаружил широкую реку, делающую поворот на запад, и решил, что мы находимся южнее р. Дув. Затем нас начали обстреливать из стрелкового оружия; звук от попаданий пуль в самолет был похож на удары мелких камешков о железную крышу. Вскоре на значительном расстоянии от нас показались один - два самолета. По мере того как облака рассеивались, усиливался ружейно-пулеметный огонь, но до сих пор еще никто в самолете не был ранен.

Самолет снизился до высоты примерно 180 м, и в кабине зажглась зеленая лампочка. Секунды на три я задержался, чтобы последний раз перед прыжком взглянуть на местность, а затем подал команду. Прошло около восьми минут с того момента, как мы пересекли береговую линию. С земли нас продолжали обстреливать сильным ружейно-пулеметным огнем. Судя по доносившимся до нас звукам и по массе летящих во всех направлениях трассирующих пуль, можно было заключить, что впереди нас идет тяжелый наземный бой. Это, вероятно, был Сент-Мэр-Эглиз. Там бой завязался сразу после приземления 505-го парашютно-пехотного полка.

Я приземлился во фруктовом саду. Среди деревьев бродило несколько щипавших траву коров. Они продолжали сосредоточенно жевать свою жвачку, совершенно не интересуясь мной. Мой адъютант приземлился около меня. Мы собрали своих парашютистов и вскоре подошли к краю большого болота. Парашютисты были заняты вытаскиванием тюков с вооружением из глубокой топи. Время от времени вокруг нас приземлялись новые группы парашютистов. Немцы не предпринимали никаких [63] попыток атаковать нас. Иногда вдалеке слышались отдельные выстрелы. Восточнее нас чувствовались все признаки тяжелого боя.

Приблизительно через 15 минут по другую сторону болота появился красный свет, а вслед за ним - зеленый. Это были условные сигналы для сбора 507-го и 508-го парашютных полков. Я послал адъютанта через болото, чтобы наладить связь, а сам продолжал руководить сбором материальной части и наведением порядка среди солдат, собравшихся на восточной окраине болота.

Адъютант вернулся примерно через час и доложил, что к востоку от нас находится железная дорога и река, которую можно перейти вброд, хотя ее глубина местами доходит до плеч.

Мы установили, что находимся на западном берегу р. Мердере, примерно в 3 км севернее Ла-Фира. 508-й парашютно-пехотный полк под командованием полковника Линдквиста продвинулся в южном направлении, чтобы захватить мост у Ла-Фира и затем выйти в назначенный ему район. Постепенно к нам присоединились 100-150 парашютистов из различных подразделений 507-го полка. Одни из них были ранены, другие получили повреждения при приземлении.

Возле того места, где мы приземлились, ширина р. Мердере достигала приблизительно 900 м, так как немцы затопили окружающую местность. В реке утонуло несколько парашютистов, попавших в нее при приземлении, а также большое количество вооружения.

Тяжелый бой 82-й дивизии

Задержавшись немного (надо было вытащить планер, севший в болото недалеко от нас), наша группа начала продвигаться к населенному пункту Ла-Фир, где 1-й батальон 505-го полка под командованием майора Келлама уже вел бой с небольшой группой немцев за мост. В Ла-Фире я организовал временный командный пункт. Была налажена связь с командным пунктом дивизии, который был уже организован возле Сент-Мэр-Эглиза. Командир 82-й дивизии генерал-майор Мэтью Риджуэй приземлился вместе с 505-м полком.

Бой за мост возле Ла-Фира оказался тяжелым и обошелся нам дорого. Немцы, занимавшие этот район на протяжении нескольких лет и никогда не выставлявшие охраны на мосту, в ночь на 6 июня, т. е. накануне дня Д, выставили там караул примерно из 18 человек. Как утверждали французские граждане, опрошенные после боя, это было сделано впервые за все время оккупации Франции.

Первым во Франции был освобожден городок Сент-Мэр-Эглиз. Он был захвачен 3-м батальоном 505-го парашютно-пехотного полка под командованием подполковника Эдуарда Краузе - участника боев в Сицилии и Италии. Перед вылетом он собрал всех своих парашютистов и развернул перед ними американский флаг.

«Этот флаг, - сказал он, - впервые был поднят 1 октября 1943 г. над Неаполем, когда 3-й батальон захватил этот город».

На этот раз он намеревался водрузить флаг на рассвете над городом Сент-Мэр-Эглиз и хотел бы, чтобы при этом присутствовали все его парашютисты. Где бы они ни приземлились, хотя бы в нескольких километрах от назначенного района обора, они должны пробираться к городу.

Сам Краузе приземлился в нескольких километрах от города. Собрав всех приземлившихся вместе с ним парашютистов, он стал продвигаться к городу и на рассвете захватил его. Самые тяжелые бои начались уже после захвата города. Хотя Краузе был дважды ранен, он не оставил свой батальон и продолжал им командовать до тех пор, пока через 33 дня его не сменили.

2-м батальоном этого полка командовал подполковник Вандерворт. Перед батальоном была поставлена задача - воспретить противнику подход к Сент-Мэр-Эглизу с севера. При приземлении Вандерворт сломал лодыжку, но остался в строю, передвигаясь на повозке с боеприпасами. Только на четвертый или пятый день десантирования ему наложили металлическую шину на ногу. Он продолжал командовать своим батальоном до тех пор, пока его не сменили через 33 дня. Его батальоном был остановлен и практически разбит в контратаке немецкий 1058-й полк, двигавшийся в южном направлении на Сент-Мэр-Эглиз.

Командир 1-го батальона 505-го полка майор Келлам был убит в день десантирования в тот момент, когда он вел свой батальон в атаку на мост возле Ла-Фира. Вместе с ним был убит и его начальник штаба. Я говорю об этих командирах батальонов потому, что невозможно представить себе бои воздушно-десантных войск, не зная, как ими руководили командиры батальонов, рот и взводов. Уже доказано, что в воздушно-десантных войсках каждый десантник может в любой момент стать руководителем группы. Однако, хотя каждый парашютист и носит маршальский жезл в своем ранце, тем не менее ему нужен личный пример его непосредственных начальников.

Парашютные силы 82-й дивизии (за исключением личного состава, находившегося на 50 самолетах) приземлились в районе Ла-Фира. Посадка планеров ночью прошла очень неудачно - они оказались разбросанными на большой территории. Почти половина всех планеров не смогла достичь р. Мердере. Буксировка планеров ночью при полете в строю на тросе длиной 90 м сквозь густой туман, под зенитным огнем, является [65] редчайшей операцией. К вечеру первого дня десантирования из этих планеров было извлечено шесть 57-мм противотанковых пушек; они были сразу же установлены на позиции возле Сент-Мэр-Эглиза.

В первый и второй день десантирования доставка войск и вооружения посредством планеров была весьма успешной. К исходу второго дня десантирования дивизия приняла соответствующий боевой порядок, удерживая в районе Сент-Мэр-Эглиза плацдарм протяженностью 19 км. Доставка предметов снабжения, предусмотренная планом, началась с утра второго дня десантирования, и, несмотря на то, что транспортная авиация встретила сильное сопротивление и понесла большие потери, она все-таки доставила грузы. Я полагаю, что доставка грузов оказалась решающим фактором, который дал возможность 82-й дивизии удержать свой плацдарм до соединения с силами морского десанта.

На этом закончилась чисто воздушно-десантная фаза действий 82-й дивизии. Дивизия продолжала сражаться в роли наземных войск. Продвигаясь на запад, она захватила Сен-Совер-ле-Виконт, а затем, повернув на юг, подошла к окраинам Ла-Э-дю-Пюи, где 8 июля была сменена.

82-я дивизия 33 дня вела непрерывные бои без отдыха и без пополнения. Она выполнила все свои задачи и ни одной пяди земли, которую она захватила, не отдала противнику. Проведенные дивизией бои были тяжелыми, дивизия потеряла 57% своей пехоты и приблизительно 18% личного состава других родов войск.

Действия 101-й дивизии

Переброска по воздуху 101-й воздушно-десантной дивизии под командованием генерал-майора Максуэлла Тэйлора была проведена примерно в таких же условиях, как и переброска 82-й дивизии. Из 6500 парашютистов, доставленных в день Д на 432 самолетах, в назначенный час близ объектов 101-й дивизии собралось приблизительно 1100 человек. К полуночи первого дня десантирования их численность увеличилась до 2500 человек. Несмотря на неблагоприятную для 101-й дивизии боевую обстановку, она тоже выполнила все поставленные перед ней задачи. В первый день десантирования она установила связь с 4-й пехотной дивизией морского десанта и, действуя в южном направлении, атаковала и разгромила 6-й немецкий парашютный полк. В результате трехдневного боя дивизия захватила Карантан, дав возможность соединиться двум американским корпусам - 5-му и 7-му.

Восточнее Карантана, согласно плану, действовала 6-я английская воздушно-десантная дивизия под командованием генерал-майора Гейла (рис. 10). Следуя за своими наводчиками, приземлившимися между 00 ч. 10 м. и 00 ч. 20 м. в день десантирования, отряд, состоявший из шести взводов пехоты и усиленный саперами, высадился из планеров и захватил мосты через Канский канал и р. Орн. Подход к месту десантирования был необычным. Сразу после взлета с аэродрома самолеты начали набирать высоту и к побережью Франции подошли на высоте 1500-1800 м. Как только самолеты пересекли береговую линию, планеры отделились от них и стали планировать к своим объектам. В докладе о результатах операции говорилось: «Так как планеры могли подойти к району мостов одни и без шума, оба моста удалось захватить неповрежденными».

К концу дня 6-я дивизия захватила все намеченные объекты, правда, с тяжелыми боями и с большими потерями. Впоследствии дивизия [67] продолжала сражаться уже как наземная часть и вплоть до 26 августа продвигалась в авангарде английских войск, наступавших на восток.

Изучение противника

Впереди еще предстояли тяжелые бои, поэтому личный состав 82-й воздушно-десантной дивизии все время проявлял большой интерес к тому, в какой степени противник был подготовлен психологически и физически к отражению воздушного десанта. Мы понимали, что наши шансы сохранить себе жизнь в бою будут повышаться по мере того, как мы будем узнавать средства и методы борьбы немцев с воздушными десантами. Имея это в виду, командир дивизии генерал Риджуэй дал указание разведывательному отделу дивизии тщательно допрашивать всех военнопленных. На этих допросах нужно было выяснять, что думали немецкие солдаты и командиры мелких подразделений о действиях наших воздушно-десантных войск: ожидали ли они высадки воздушного десанта в Нормандии и какие меры принимали отдельные солдаты и офицеры; как они поступили бы, если бы им снова пришлось отражать нападение воздушно-десантных войск, и т. д.

Такому допросу подверглось свыше тысячи военнопленных на Нормандском полуострове при десантировании 82-й дивизии. Из допросов выяснилось, что немецкие солдаты морально были хорошо подготовлены к борьбе с воздушными десантами. Им часто читали лекции о воздушно-десантных войсках, и они знали многое об их преимуществах и недостатках. Немцы были уверены, что смогут справиться с воздушными десантами, о чем свидетельствует следующий факт. В течение нескольких первых дней, когда командир подразделения вызывал добровольцев для патрулирования в районе, где можно было ожидать высадки воздушного десанта, всегда находилось много желающих. В подразделениях проводились двухсторонние учения по борьбе с воздушными десантами. Солдат 922-го пехотного полка 243-й немецкой пехотной дивизии показал на допросе, что в окрестностях города Сент-Мэр-Эглиза командование дивизии провело интересные учения, в которых 920-й полк дивизии выполнял роль десанта, высадившегося поблизости и стремившегося соединиться о морским десантом. Особенно интересно отметить, что на этих учениях «десант» победил.

Для борьбы с воздушными десантами немцы обычно использовали постоянные караулы, выставляемые в пунктах, имеющих важное значение, таких, как города, мосты и перекрестки дорог. Сразу же, как только сообщали о выброске десанта, эти караулы усиливались высокоподвижными патрулями.

В ночь вторжения у обороняющихся создалось впечатление, что бои идут повсеместно, так как при выброске произошло большое рассеивание десанта, и высланные патрули вели бои с мелкими группами в различных местах.

На основании полученной информации все немецкие штабы направляли войска в те пункты, куда был заброшен десант. Эти войска вступали в бой с парашютистами с ходу, при приближении к объектам или на самих объектах. Однако разбросанность парашютистов очень затрудняла их действия. Вскоре отдельным мелким подразделениям пришлось вести бои во всех направлениях. Командиры частей потеряли возможность управлять своими подразделениями, и последним всюду пришлось действовать самостоятельно, кроме районов, находящихся поблизости от штабов.

Немецкие методы обучения

Во время учений по отражению воздушных десантов немцы не предусмотрели такого положения, которое создалось на самом деле вследствие неожиданно большого рассеивания наших войск при выброске. Немцы ожидали, что воздушно-десантные группы будут действовать по крайней мере в батальонном масштабе. Фактически создалась более сложная обстановка, особенно для командиров немецких частей, и они часто принимали тактически неправильные решения. Между тем солдаты вели себя более уверенно. Если не учитывать того, что они наслушались рассказов о жестокости парашютистов, о том, что они в плен не берут и т. д., то им, очевидно, было совершенно безразлично, с кем сражаться - с парашютистами или с пехотинцами.

Немецкий солдат обычно был уверен в том, что его высший штаб знает обо всем происходящем. К несчастью для него и к счастью для нас, это было далеко не так. В качестве типичного примера можно привести случай, происшедший с генерал-лейтенантом Фолли - командиром немецкой 91-й пехотной дивизии. Это была та самая дивизия, прибытие которой в Нормандию вынудило 82-ю дивизию передвинуть свои районы высадки дальше на восток. По прибытии на полуостров штаб 91-й дивизии расположился в замке возле Пиковилля. Вскоре после приземления первых парашютистов командир этой дивизии вышел из штаба и поехал в своей машине по дороге в сторону Сент-Мэр-Эглиза. Через несколько минут он попал под обстрел парашютистов 508-го полка и был убит, а его водитель взят в плен. Из этого можно сделать вывод, что в случае нападения воздушного десанта командир обороняющихся войск должен находиться на своем командном пункте, а не разъезжать по своим частям и [68] подразделениям. Конечно, если нападению подвергнется командный пункт, командиру придется сражаться наряду о другими.

Немецкие планы обороны против воздушного десанта предусматривали сосредоточение артиллерийского огня по вероятным районам выброски (высадки). Ко времени выброски (высадки) нашего десанта все подходящие для десантирования площадки были учтены, произведены необходимые расчеты, и на огневых позициях все подготовлено. Но опять-таки, к несчастью для них и к счастью для нас, противодесантные патрули находились на тех самых площадках или вблизи них, так что немецкая артиллерия не могла вести огонь, не рискуя попасть в своих. Захваченные в плен офицеры-артиллеристы выражали явное недовольство этим обстоятельством, скорее всего потому, что они сдались парашютистам, не сделав ни одного выстрела. Для успеха в борьбе против воздушного десанта необходимо, чтобы действия артиллерии и пехоты были строго координированными.

Некоторые военнопленные утверждали, что им было известно время нашего вторжения, но таких было очень немного. Ночные противодесантные учения были настолько привычными для немецких войск, что в тот момент, когда началось настоящее вторжение, многие из них приняли его за учебную тревогу. В ряде случаев обороняющиеся оказывались в критическом положении - им приходилось получать оружие и боеприпасы со складов в то время, когда парашютный десант уже приземлился поблизости. Большинство военнопленных считало, что предотвратить высадку воздушного десанта, в особенности крупного, - совершенно безнадежное дело. Последующий анализ и тщательная оценка всех известных фактов десантирования подтверждают эту точку зрения. Нельзя помешать противнику высадить десант в любом пункте, находящемся в пределах досягаемости его авиации, если только ему удалось беспрепятственно подняться в воздух. Чтобы предотвратить воздушно-десантное вторжение противника, нужно его разбить еще до того, как он поднимется с аэродромов. Находящийся в воздухе десант обладает такими преимуществами, как инициатива, широкий выбор территории, на которой можно нанести удар, и быстрота нанесения удара. Поэтому предотвратить его вторжение уже невозможно.

Если противника нельзя разбить до того, как он поднимется в воздух, то его можно ввести в заблуждение и заставить десантироваться в таком районе, где подготовлены мощные оборонительные сооружения и имеются наготове войска, способные разбить его штурмовой эшелон и, в конечном счете, отразить атаку. Такие способы борьбы о десантом может применить любая обороняющаяся сторона.

Воздушно-десантные бои будущего

Я думаю, что армиям никогда больше не придется сражаться при такой концентрации сил и средств, которая была характерна для второй мировой войны. Войска будут еще более рассредоточены, и воздушно-десантные операции станут обычным явлением. Большое рассредоточение компенсируется использованием авиации для стратегической и тактической переброски войск.

Так как внезапность нападения является основой успеха воздушно-десантной и противодесантной операций, то обе стороны будут прилагать все усилия для достижения внезапности.

В бою, в котором примут участие противники, обладающие равными средствами, победу одержит тот, кто разработает лучший план операции. И хотя обороняющийся почти не в состоянии помешать выброске десанта, он может уничтожить десант, если правильно расположит и использует свои средства обороны.

В будущих войнах воздушно-десантные операции по своим масштабам превзойдут все те, что проводились до сих пор. Целые армии смогут подниматься в воздух и высаживаться в глубоком тылу противника. Станут возможными внезапные атаки и неожиданные отступления. Источники стратегического сырья, военные заводы и важные политические районы могут в любое время подвергнуться нападению воздушно-десантной армии. [71]

Дальше