Содержание
«Военная Литература»
Военная мысль

Средства определения места неприятельских батарей

Точность определения местоположения неприятельской артиллерии является важнейшим необходимым залогом успешности борьбы с нею. Земные наблюдательные пункты, преимущественно применявшиеся русской артиллерией во все время войны, в значительной мере утратили свое значение после того, как артиллерия противника стала располагаться, по примеру русской, на закрытых позициях. Пришлось обратиться к другим способам определения расположения неприятельской артиллерии, к которым относятся: авиационная разведка и фотографическая съемка с самолетов, световое и звуковое измерение (или свето-звукометрия), отчасти разведка при наблюдении с привязных шаров (о которой уже упоминалось).

Авиационная разведка требовала согласованного действия летчиков-наблюдателей с артиллерией, чего при слабом развитии авиации в русской армии почти не замечалось во все время войны.

Для однообразного пользования самолетами в русской артиллерии в апреле 1916 г. объявлена была Упартом "Инструкция для стрельбы артиллерии при помощи летчиков-наблюдателей", причем инспекторам артиллерии армий предлагалось представить Упарту свои заключения о применении Инструкции на боевой практике{337}.

В Инструкции указывалось, между прочим, следующее:

..."Применение самолетов при стрельбе, отыскании и указании целей дает могущественное средство для борьбы... Существенно для всех родов артиллерии, для тяжелой же настоятельно необходимо. Для успешного содействия необходимо самолетные части передавать в полное распоряжение артиллерии и ни на какую другую службу не назначать".

"Наиболее выгодными и точными являются наблюдения при нахождении самолета на вертикали над целью — с высоты около 2 000 м, для подъема на которую требовалось 25 — 40 мин. Продолжительность нахождения самолета в воздухе не более 3 час. Летчики-наблюдатели должны быть из опытных строевых артиллерийских офицеров, по возможности из желающих".

Эти артиллерийские офицеры проходили особый курс при школе летчиков-наблюдателей.

По высоте полета, указываемой с самолета, и тангенсу угла высоты, составляемому направлением от орудия на самолет с горизонтом и измеряемому с батареи угломерным прибором, определялась дальность до неприятельской батареи с точностью до 15 — 20%.

К Инструкции была приложена табличка дальностей по данным — высоте полета самолета и углу высоты. Полученная по табличке дальность и указываемое самолетом направление на цель служили основными данными для пристрелки цели и корректирования стрельбы при помощи наблюдения с самолета.

Немцы первые стали отыскивать при помощи самолетов русские батареи, располагавшиеся, как правило, на закрытых позициях с самого начала и во все время войны. В первое время отыскивающий самолет направлял в цель свою батарею довольно простым способом, выбрасывая в створе ее и цели дымовой или другой какой-нибудь сигнал, по которому бралось направление, или самолет своим полетом от стреляющей батареи на цель и обратно давал это направление. Показания же о падении или разрыве снарядов самолет давал цветными звездками и заранее условленными эволюциями полета в воздухе (упомянутой Инструкцией передача наблюдений эволюциями [382] самолета для русской артиллерии запрещалась — см. выше). В дальнейшем, с постановкой на самолеты радиотелеграфных аппаратов, показания для корректирования стрельбы передавались немцами по радио через устанавливаемые на земле приемные станции, связанные телефоном с командиром стреляющей батареи.

Исходные данные для стрельбы и первоначальное направление батареи на цель в русской артиллерии давалось преимущественно по карте. Затем пристрелка и стрельба на поражение велись по корректурным наблюдениям летчика-наблюдателя, передаваемым на батарею. Время готовности батареи к открытию огня, момент его открытия и в редких случаях другие данные сообщались с батареи летчику-наблюдателю зрительным способом, т. е. выкладываемыми на местности условленными знаками (различных размеров, форм и окраски полотнища).

В мае того же 1916 г. был объявлен дополнительный приказ о применении самолетов для содействия артиллерии. Этим приказом устанавливались три рода авиационных отрядов: а) армейские, б) корпусные и в) истребителей.

Армейские авиационные отряды назначались для разведки глубокого тыла противника и фотографирования важнейших для армии участков неприятельского расположения; для содействия артиллерии могли быть использованы лишь по приказанию командующего армией и в тех случаях, когда средств корпусных авиационных отрядов было недостаточно.

Корпусные авиационные отряды служили для разведки и фотографирования позиций и ближайшего тыла противника и для содействий артиллерии. Обыкновенно один самолет корпусного отряда оставался в распоряжении штаба корпуса, остальные самолеты передавались в распоряжение инспектора артиллерии корпуса для содействия стрельбе артиллерии.

Самолеты-истребители для содействия артиллерии не назначались.

Дополнительным приказом подтверждалось, что Инструкция для совместной работы артиллерии и летчиков, объявленная приказом 23 апреля 1916 г. ? 541 (см. выше), заменяет все остальные наставления и инструкции, изданные на этот предмет в разное время штабами фронтов, армий и корпусов. А затем в декабре 1916 г. взамен Инструкции было объявлено к руководству составленное Упартом "Наставление для стрельбы артиллерии при помощи летчиков-наблюдателей", которое в свою очередь было заменено другим "Наставлением", изданным в ноябре 1917 г.{338}

Фотографические съемки с самолетов, производившиеся на русском фронте в период позиционной войны, давали возможность установить довольно точно места расположения неприятельских батарей и обстреливать их при помощи корректирования стрельбы с самолета.

Для обстрела без вспомогательного корректирования с самолета необходимо было произвести предварительный расчет по карте, т. е. [383] учет топографического положения артиллерии противника относительно стреляющей батареи, с тем чтобы получить возможно точные данные для придания орудиям надлежащего направления на цель и соответствующего угла возвышения. В полученные топографические данные для стрельбы следовало вводить поправки балистические и метеорологические, на силу и направление ветра, на температуру и барометрическое давление воздуха, определяемые метеорологическими станциями, но в русской артиллерии во время войны эти поправки в общем не принимались во внимание за недостатком метеорологических станций и за неимением соответственно обработанных таблиц стрельбы (какие имелись тогда во Франции и в Германии).

Определение местоположения неприятельской артиллерии звуко-световыми методами сводилось к тому, чтобы, во-первых, с помощью тех или иных приборов взять с разных пунктов направления на вспышки, пыль или дым от выстрелов батареи противника, прочертить эти направления на карте и засечками найти требуемые точки стояния неприятельской артиллерии; во-вторых, при помощи секундомера точно измерить промежуток времени между вспышкой выстрела и его звуком и, учитывая отсюда скорость звука, определить дистанцию, с которой и начинать пристрелку (обычно шрапнелью на высоких или нормальных разрывах). Измерение промежутка времени между огневой вспышкой неприятельского выстрела и его звуком производилось обычно ночью; в дальнейшем во время стрельбы командир стремился получить точно такой же промежуток времени, смотря на секундомер, между моментом наблюдения разрыва своего выстрела и моментом дошедшего до слуха звука от разрыва, какой получился при измерении ночью по неприятельской огневой вспышке, чтобы таким путем убедиться в достаточной точности найденной дистанции.

Этот звуко-световой способ применялся довольно успешно некоторыми русскими батареями во время брусиловского наступления в июне 1916 г.

Так, например, одна из батарей, занимавшая хорошо укрытую позицию в бою у д. Немировка, вела стрельбу указанным способом и систематически погашала огонь неприятельских батарей, обстреливавших позицию русских с трех разных направлений{339}.

Звукометрические определения мест расположения стреляющих батарей производились на основании показаний особых электрических мембранных приборов, чрезвычайно чувствительных к звуку выстрела и вследствие этого дававших показания, по которым возможно было графическим построением найти место неприятельской батареи.

Звукометрические приборы разных систем — от довольно простого до весьма сложного устройства — испытывались в русской артиллерии еще в довоенное время, причем звукоизмерительяые команды с прибором, признанным наиболее совершенным для того времени, были отправлены на войну (см. часть I) с целью дальнейшего испытания приборов в боевой практике. [384]

Кроме этих приборов, испытывались во время войны звукометрические приборы и других систем. Простейшим из них являлся так называемый "Электрохронограф", который испытывался в течение лишь около 1? мес. в боевой обстановке при самых неблагоприятных условиях — при недостатке необходимых средств и при отсутствии желания внимательно относиться к испытанию. Поэтому нельзя судить о степени его пригодности своему назначению, хотя по отзыву командира 2-й Сибирской артиллерийской бригады, при которой производилось испытание, "прибор заслуживал дальнейшего усовершенствования"{340}...

Русские звукометрические приборы обладали большой точностью благодаря применению чрезвычайно совершенных инструментов, более совершенных, чем германские, но и более сложных. Действие звукоприемников, основанное на размыкании тока доходящей до мембраны звуковой волной, было настолько чувствительно, что могло указывать разницу в достижении звука каждого из приемников, расположенных в разных пунктах на известном удалении, с точностью до 1/1000 доли секунды. Несмотря на теоретическое совершенство и точность звукометрических приборов, русская артиллерия практической пользы от них почти не получала, да и мало их имела, так как формирование звукоизмерительных команд производилось лишь в 1917 г. В общем нужно признать, что звукометрия не только не получила широкого применения в русской артиллерии во время войны, но и оставалась до самого конца войны в стадии испытаний.

Первые 14 команд звукометрических станций марки ВЖ были сформированы в январе 1917 г. Команды эти не составляли отдельных войсковых частей, а прикомандировывались к частям артиллерии. Затем в сентябре того же года решено было сформировать на Юго-западном фронте еще 24 команды звуковых станций ВЖ{341}.

В августе 1917 г. формировались в Казанском военном округе 7 корпусных отрядов артиллерийских наблюдательных станций с приборами того же образца, которые были отправлены в армию для испытания в начале войны. По мере выполнения практических занятий на заводе, изготовлявшем звукометрические станции, эти корпусные отряды отправлялись в действующую армию; из них 5 отрядов были отправлены в армию в октябре 1917 г., остальные 2 отряда предполагалось отправить той же осенью{342}.

В начале декабря 1917 г. выяснилась неудовлетворительность организации указанных отрядов артиллерийских наблюдательных станций и безрезультатность нахождения их на фронтах, вследствие чего они должны были отправиться в Царское Село в запасную тяжелую артиллерийскую бригаду для переформирования на новых основаниях{343}. [385]

Дальше