Содержание
«Военная Литература»
Исследования

Предисловие автора

В 1949 году Международный совет философских и гуманитарных наук при ЮНЕСКО обратился к Амстердамскому государственному институту военной документации с просьбой оказать содействие при составлении истории национал-социалистской Германии и фашистской Италии. Такой труд предполагалось написать силами историков нескольких стран. Речь шла об исследовании вопроса о так называемой немецкой пятой колонне. Просьба была удовлетворена; написание соответствующего исторического очерка поручили мне. Черновая работа над очерком, сравнительно небольшим по объему, была закончена во второй половине 1951 года.

Вначале я ставил перед собой ограниченную задачу. Мне хотелось дать представление о тайных происках немцев за пределами Германии (именно это обычно имеется в виду, когда идет речь о немецкой пятой колонне). В первую очередь я использовал имевшуюся литературу на данную тему, а затем и другие источники. Когда я углубился в исследование, меня поразило то, что немецкой пятой колонне, особенно в годы войны, приписывали совершенно невероятные вещи. Противоречие между сложившимися представлениями и реальной действительностью само по себе является довольно важной и интересной темой.

В конечном счете была написана книга, состоящая из трех частей.

В первой части ('Страх') описывается, как после 1933 года людей за пределами Германии все более и более охватывал страх в связи с зловещими махинациями немецких агентов и сторонников национал-социализма, рассказывается, как этот страх перерастал в [34] настоящую панику при каждом новом акте гитлеровской агрессии; наконец, здесь же показывается, как концепции, порожденные страхом и паникой, нашли свое воплощение в соответствующей литературе.

В книге приведены многочисленные примеры того, как немецкой пятой колонне приписывалось таинственное всемогущество. Характерной в этом отношении является выдержка из статьи, написанной американским журналистом Отто Толишусом. Она поможет восстановить в нашей памяти, как оценивались происходившие события, и познакомиться с теми взглядами, которые нашли широкое распространение в большинстве стран Запада в годы, когда опьяненный успехами Гитлер достиг наивысшего расцвета своего могущества. В те дни, когда Франция - вслед за Польшей, Данией, Норвегией, Голландией, Бельгией и Люксембургом - переживала трагедию, Отто Толишус писал:

'Деятельность пятой колонны можно подразделить на два периода: мирное и военное время.

В условиях мирного времени одной из главных задач является развертывание пропаганды, которая по своему содержанию не всегда носит явно пронемецкий или откровенно пронацистский характер, а также сбор подробной информации о состоянии торговли, промышленности, политики и морального духа народа. Такая информация после сопоставления полученных в Берлине отдельных сообщений дает полное представление о всей жизни той или иной страны. К числу других обязанностей пятой колонны относятся систематическая слежка за видными государственными и политическими деятелями страны, самый беззастенчивый шпионаж, а главное - подготовка к 'чрезвычайным обстоятельствам', вплоть до тренировки специальных отрядов для нанесения первого удара. В своей работе пятая колонна ловко использует все социальные, политические и моральные притязания или устремления различных недовольных элементов в стране; она старается создать у населения ложное чувство безопасности и вместе с тем подорвать обороноспособность страны и посеять внутри нее политические, классовые и расовые раздоры. [35]

В военное время деятельность пятой колонны проявилась с поразительной эффективностью особенно в Польше, Норвегии и Голландии. Правда, для работы в условиях войны пятая колонна обычно усиливалась посылкой решительных людей из самой Германии; они прибывали в ту или иную страну, пользуясь самыми разнообразными благовидными предлогами, чаще всего под видом туристов, спортсменов, торговых агентов и деятелей культуры, зачастую имея при себе в чемоданах военную форму. Подобные посланцы обычно берут на себя руководство заранее подготовленными силами из местных немецких поселенцев, которые в штатском платье или же в военной форме подвергающейся нападению страны захватывают важные объекты, оказывают поддержку отрядам парашютистов, развертывают шпионаж и диверсии в тылу, вносят замешательство в ряды армии и населения противника, распространяя ложные приказы и сообщения...'{3}.

Картина, нарисованная Толишусом, полностью совпадает с представлениями о деятельности немецкой пятой колонны в тех странах, которые одна за другой становились жертвой гитлеровской агрессии; это относится к Польше, нападение на которую было совершено в сентябре 1939 года, к Дании и Норвегии, захваченным в апреле 1940 года, к Голландии, Бельгии, Люксембургу и Франции, наступление против которых развернулось в мае 1940 года. Аналогичные представления сложились и в Англии, США, в республиках Центральной и Южной Америки, на Балканах, а также в Советском Союзе - во всяком случае, после того как немецкие войска вторглись на его территорию.

Насколько соответствовали действительности подобные представления? Была ли в самом деле немецкая пропаганда так всемогуща, а немецкий шпионаж так всеведущ? Создавали ли немцы, жившие в странах, подвергшихся нападению со стороны Германии, боевые группы для нанесения ударов по тылам войск, оборонявших страну? Способны ли были эти местные группы, [36] руководимые людьми, засылаемыми из Германии, выполнять диверсионные акты, распространять ложные приказы и сеять панику? Действительно ли существовала во время войны такая 'военная' немецкая пятая колонна?

Я старался дать ответы на эти и подобные им вопросы во второй части книги ('Действительность').

В третьей части книги ('Анализ') рассматриваются некоторые самостоятельные проблемы, а также те вопросы, которые невольно возникают при сопоставлении первой и второй частей книги. Для того чтобы лучше разобраться в том, что представляли собой немцы, проживавшие за пределами Германии к моменту, когда Гитлер развязал свою агрессию, укажем, что они делились на две категории. Первую составляли так называемые 'Reichsdeutsche' - подданные Германии, жившие за пределами своей страны; ко второй причислялись люди, получившие в самой Германии наименование 'Volksdeutsche' (немецкие национальные меньшинства{4}); такие люди являлись гражданами других государств, но говорили на немецком языке и во многом являлись приверженцами немецкой культуры.

Моя книга посвящена главным образом той работе пятой колонны, которая выполнялась непосредственно немцами. Конечно, я учитываю при этом, что существовали и другие пятые колонны, принимавшие участие в общем наступлении национал-социализма в международном масштабе. Гитлер подбирал себе сообщников во всех странах. Тем не менее, как мне кажется, еще не настало время для правильного описания деятельности этих разнообразных по своему характеру пятых [37] колонн из состава коренного населения. На эту тему нет хороших монографий, доступ к надежным архивным материалам весьма затруднен. Социальная и политическая разношерстность групп, сочувствовавших национал-социализму, весьма велика и является еще более запутанной, чем это наблюдалось среди немецких групп. Попытка провести исследование и дать описание деятельности пятых колонн, состоящих из людей - уроженцев той или иной страны, привела бы к неоправданному сваливанию в одну кучу разнообразных по своей сущности групп, каждую из которых можно правильно понять только при специальном рассмотрении, с учетом соответствующей социальной и политической обстановки.

Вот почему я лично ограничиваюсь в основном рассмотрением пятой колонны, состоявшей из немцев.

Я полностью отдаю себе отчет и в том, что не в состоянии дать что-либо похожее на полную картину деятельности той пятой колонны, за описание которой я взялся. Я смог познакомиться со многими источниками; ряд других источников оказался для меня недоступным; еще большее их количество, вероятно, вообще уже исчезло без следа. Само собой разумеется, что я ни в какой мере не претендую на исчерпывающее историческое исследование о немецких национальных меньшинствах во всех странах земного шара, от Эстонии до Чили и от Австралии до Канады. Для этого мне попросту не хватило бы всей жизни. В самом деле, любой человек успел бы состариться, прежде чем разобрался бы в тех слухах, которые ходили по поводу пятой колонны в период немецкой оккупации, - даже если ограничиться масштабами какой-нибудь одной страны. Вот почему мне хотелось бы подчеркнуть временный характер содержания моей книги. Даже если приводимые мною факты и не окажутся полностью опровергнутыми, книга бесспорно будет нуждаться в многочисленных дополнениях и более или менее существенных исправлениях. Вместе с тем 'международный' характер той картины, которую я пытаюсь нарисовать, и мое стремление к использованию возможно более разнообразных материалов позволяют мне надеяться, что данная книга сможет [38] пригодиться в качестве какой-то своеобразной мерки для оценки или переоценки действий немецкой пятой колонны в той или иной стране.

В предисловии необходимо сделать несколько замечаний по своему собственному адресу.

Маккаллум говорит:

'Каждому, кто пишет по поводу общественного мнения, - а разве первая часть моей книги не является в конечном счете частичным отображением общественного мнения в период 1933 - 1945 годов? - трудно не возбудить своим высказыванием довольно неприятного подозрения в том, что автор претендует на высшую мудрость - быть умным не только после событий, но и до их начала'{5}.

Я должен, не колеблясь, признать, что одной из жертв страха перед пятой колонной оказался в свое время я сам.

Я ссылаюсь на газетные и журнальные статьи и книги с высказываниями отдельных лиц. Их утверждения оказались впоследствии необоснованными, хотя и звучали в свое время вполне резонно. Возможно, эти люди найдут некоторое моральное удовлетворение в том, что в 1941 году я описывал 'мастерскую организацию' пятой колонны в своем родном городе Амстердаме с тревожным восхищением{6}.

Изучение материалов и документов, легших в основу содержания данной книги, убедило меня в ограниченности человеческих суждений. Бурные события и связанные с ними переживания могут сбить человека с толку, особенно когда события неожиданно надвигаются то с одной, то с другой стороны. А ведь именно так обстояло дело в ряде тех районов, где действовали немцы.

Агрессия порождает контрагрессию.

Моя книга является лишь одним из вариантов исследования, затрагивающего эту далеко не новую тему.

Луи де Ионг. [41]

Дальше