Содержание
«Военная Литература»
Проза войны

Под Давид-Городком

Конец июня — начало июля сорок первого года... Армия гитлеровской Германии, ценой огромных потерь, преодолевая упорное сопротивление наших войск, продолжала наступление. Ведя непрерывные бои рука об руку с войсками, флотилия отходила на восток. С каждым днем все необходимей становилась войскам помощь моряков. Фронт все ближе перемещался к берегам рек, лежавших поперек пути наступавшего врага. Уже стала рекой, текущей через фронт, Припять, враг подходил севернее Киева к Березине, южнее — к Днепру. Если взглянуть на карту, Днепр и его притоки — Припять, Березина, Сож и Десна — образуют как бы ветвистое дерево, обращенное кроной на север. Бои развертывались уже в этой «кроне», то есть в междуречье. Это позволяло использовать реки не только как рубежи обороны, но и для действий боевых кораблей.

Вся флотилия после отхода от Пинска действовала на Припяти — поддерживала огнем войска на прибрежных позициях, не давала противнику переправляться. Но корабли нужны были и на других реках. Поэтому решено было разбить боевые силы флотилии на три отряда: Припятский, Березинский и Днепровский. В Припятский вошли и два бронекатера, которыми командовал Бабков. По-прежнему он хранил в кармане кителя беленькую панамку дочки. Его сердце по-прежнему томила неизвестность. Впрочем, о своем, личном, служба не очень-то давала думать: катера постоянно были в деле. Почти все время ходили в дозор между занятым немцами Туровым и Давид-городком, стоящим у впадения Горыни в Припять, где по северному берегу заняла оборону 75-я стрелковая дивизия. С этой дивизией моряки были знакомы еще с довоенного времени. Совсем недавно, за несколько дней до начала войны, когда шли учения, Бабков с катерами своего отряда вот так же ходил в дозоры, выискивая условного «противника», как теперь — противника настоящего.

В первых числах июля с бронекатеров, ходивших дозором, обнаружили, что противник по прибрежным дорогам перебрасывает большие силы в Давид-городок.

Упредить противника! — решило наше командование.

Командир монитора «Бобруйск» старший лейтенант Семенов получил приказ: под покровом ночи пройти мимо береговых позиций врага, в его тыл на тридцать километров и, приблизившись вплотную к Давид-городку, обстрелять скопившиеся там части.

В ночь на 12 июля «Бобруйск» вышел выполнять эту задачу. Гитлеровцы могли и в темноте заметить большой корабль на реке, обрушить на него огонь артиллерии. Но путь монитора почти до самого Давид-городка лежал вдоль заболоченных, заросших камышом и лозняком берегов, от которых дороги и деревни находятся вдалеке, а значит маловероятно, что в этих местах окажутся вражеские наблюдатели. Семенов надеялся, что ему удастся провести монитор незаметно.

Трудно идти ночью по реке, не пользуясь путевыми огнями. Легко сбиться с курса, врезаться в берег, напороться на мель или проскочить дальше нужного места. Но недаром моряки флотилии в мирное время учились на этих же фарватерах действовать по-боевому, знали каждый островок, каждую излучину.

В час, когда забрезжил рассвет, «Бобруйск», благополучно пройдя весь намеченный путь, уже стоял, плотно прижавшись к северному берегу Припяти, напротив устья Горыни, надежно замаскировавшись набросанным сверху срубленным кустарником.

Противник из Давид-городка не видел монитора. Но с «Бобруйска» и с наблюдательных постов, скрыто выдвинутых на берег, прекрасно был виден Давид-городок и дороги, ведущие к нему. Целый день артиллеристы монитора наблюдали за городком и его окрестностями, отмечали, где между зданиями и в ближних рощах и перелесках замаскированы пушки, куда грузовики подвозят снаряды, где сосредоточивается пехота, и готовили данные для стрельбы.

Долог июльский день. Еще более долгим кажется он, когда тянется в томительном напряжении, когда приходится с нетерпением ждать желанного часа. Открыть огонь по ненавистным захватчикам до наступления темноты нельзя, только она поможет уйти из-под ответного удара.

Но вот, наконец, по воде потянулись длинные тени, повеяло вечерней прохладой, такой желанной после дневного зноя. Вот тени накрыли уже всю реку...

Встревоженно взлетели из прибрежных кустов в подернутое ночной синевой небо уснувшие было птицы — из темных зарослей над водой полыхнули три языка пламени, раскатисто громыхнуло. «Бобруйск» дал первый залп. Было видно — на той стороне в синеватой дымке, уже почти затянувшей Давид-городок, взметнулись желтовато-багровые огни разрывов.

Еще залп! Еще! Еще!

Артиллеристы монитора, несмотря на темноту, били точно: ведь цели были определены еще засветло.

Прогремел последний залп. По тихой вечерней воде поплыли ветви, которыми был замаскирован монитор. Корабль отвалил от берега, так надежно прикрывавшего его, и, набирая ход, вышел на фарватер. Позади, там, где только что стоял «Бобруйск», всплескивались столбы воды, вздыбленной вражескими снарядами. Но немцы открыли огонь слишком поздно. Им было невдомек, откуда на противоположном берегу, в тридцати километрах от линии фронта, вдруг появилась советская артиллерия? Огонь противника был неподготовленным, неприцельным. Он не принес кораблю никакого вреда.

На рассвете «Бобруйск», благополучно проделав обратный путь, вернулся в Туров. Командованию уже было известно из донесения, которое Семенов передал по радио, что артиллеристы «Бобруйска» уничтожили вражескую батарею, более полусотни машин с военными грузами, свыше двухсот гитлеровцев.

Налет на Давид-городок хотя и нанес ущерб противнику, но, конечно, не мог помешать его наступлению. Немцы начали наступать тем же утром. Припять стала как бы осью этого наступления. Знакомая морякам 75-я дивизия оказалась на том участке, где натиск противника был особенно силен. Не раз на выручку ей приходили моряки. «Бобруйск» и другие корабли, имевшие артиллерийское вооружение, били по наседавшему врагу, зачастую заходя ему во фланг; бронекатера, прорываясь в тыл гитлеровцев, поливали их пулеметным огнем, а по немецким самолетам, когда те налетали со стороны реки, где не было армейских зениток, вела огонь плавучая зенитная батарея.

В ходе этих боев командир 75-й дивизии не раз благодарил моряков за помощь.

Дальше
Место для рекламы