Содержание
«Военная Литература»
Проза войны

От автора

В то время когда и разыскивал защитников Брестской крепости и собирал материал об этой героической обороне, у меня был разговор с одним из моих товарищей, тоже литератором

- Зачем тебе это?! - упрекнул он меня - Искать сотни людей сличать их воспоминания, просеивать множество фактов. Ты же писатель, а не историк. У тебя уже есть главный материал - садись и пиши повесть или роман, а не документальную книгу.

Признаюсь, искушение последовать этому совету было очень сильным. Основная канва событий в Брестской крепости уже прояснилась, и, если бы я писал повесть или роман с придуманными героями, священное право литератора на вымысел оказалось бы на моей стороне и я имел бы выражаясь по военному, "полную свободу маневра" и был бы избавлен от "цепей документализма". Что и говорить, соблазн был велик, а к тому же в нашей литературной среде как то так повелось, что роман или повесть считаются уже сами по себе первым сортом а документальная или очерковая книга - вторым или третьим. Зачем же добровольно становиться третьесортным автором, если можно самим определением жанра шагнуть повыше.

Но когда я думал обо всем этом, в голову приходила и другая мысль. Ведь если я напишу роман или повесть с вымышленными героями, читатель не различит в этой книге, что было на самом деле и что просто придумано автором. А события Брестской обороны, мужество и героизм крепостного гарнизона оказались такими, что пре восходили любой вымысел, и именно в их реальности, правдивости заключалась особая сила воздействия этого материала. Кроме того, судьбы героев Бреста, сложные и порой трагические, становились гораздо более впечатляющими, когда читатель знал, что это действительные, а не придуманные писателем люди и что многие из них живут и здравствуют сейчас рядом с ним.

И мне вспомнилось остроумное сравнение нашего замечательного писателя Самуила Яковлевича Маршака.

- Предположим, что писатель побывал на Луне, - шутя сказал как-то он - И вдруг, вернувшись оттуда, он сел писать роман из лунной жизни. Зачем? Читатель хочет, чтобы ему просто, "документально" рассказали, что собой представляют лунные жители, как они живут, что едят, чем занимаются.

В героической истории Великой Отечественной войны в силу сложных исторических причин есть и доныне немало "белых пятен", подобных обороне Брестской крепости, о которой мы тогда знали едва ли не меньше, чем о Луне. И просто, "документально" рассказать читателям об этом было и остается, по-моему, очень важным делом Вот почему я не стал писать "романа из лунной жизни". Правда, когда книга "Герои Брестской крепости" вышла из печати, мой товарищ литератор уже не повторял своих упреков, и, думаю, если ему сейчас напомнить о том разговоре, он возмутится и скажет, что никогда этого не говорил.

Эта книжка такого же "документального" жанра, что и книга о Брестской крепости. Каждый из рассказов, содержащихся в ней, мог быть превращен в повесть или даже роман Но автор остался при своем мнении и хочет прежде всего рассказать читателю о том, что было на самом деле, и о тех неизвестных героях, которые были или есть и сейчас на нашей советской земле. Потому тут нет вымысла, и все, о чем я рассказываю, происходило в жизни.

Быть может, иные из литераторов и читателей упрекнут меня в некоторой сухости изложения, в отсутствии ярких метафор или сравнений, пейзажа, диалога. Но мне кажется, что температура повествования должна быть обратно пропорциональна температуре материала, а то, о чем я здесь пишу, - добела раскаленный материал удивительных героических подвигов наших людей, и о нем, по моему мнению, следует рассказывать максимально сдержанно и строго, даже, быть может, с оттенком лаконичности военных донесений. Поэтому пусть мои критики отложат такие упреки до выхода повести или романа, которые я собираюсь написать в будущем.

Я допускаю, что многим покажутся спорными эти мысли. Что ж, пусть наш спор решат читатель и время.

Дальше
Место для рекламы