Содержание
«Военная Литература»
Проза войны

Н. Бадеев.

Дорогой отцов

Высшее военно-морское училище подводного плавания имени Ленинского комсомола. Здесь все напоминает о героях морских глубин: и портреты прославленных командиров подводных лодок, и модели современных владычиц морей. В классах, в клубе, в ленинских комнатах варьируется один рисунок, ставший как бы эмблемой училища, — атомная лодка с устремленной вверх ракетой. Да, многим воспитанникам училища придется служить на таких первоклассных кораблях, которые на «ты» с любым океаном, которым не страшны ни лед, ни шторм, ни туман...

Мы шествуем с ветераном училища капитаном 1 ранга Сергеем Прокофьевичем Лисиным по длинному коридору. Направо и налево учебные кабинеты, Из-за дверей доносятся команды: «Боевая тревога! Торпедная атака! Право на борт! Курсовой...»

Голос молодой, задорный, уверенный. Сергей Прокофьевич улыбается.

— Это курсант Самончук... Отрабатывает первичные действия вахтенного офицера при выходе в торпедную атаку.

Сергей Прокофьевич по командам определяет, какие задачи решают курсанты. В классах идет напряженная учеба. Будущие офицеры-подводники атакуют «вражеские» конвои, уклоняются от противолодочных кораблей, форсируют минные заграждения...

— Зайдемте сюда, — говорит Лисин, открывая дверь в кабинет кораблевождения. За штурманским столиком здесь сидит небольшого роста курсант.

— Здравствуй, Леонид! — говорит Лисин, и глаза у него теплеют. — Знакомьтесь, Леонид Хрусталев, — обращается он ко мне и, видя в моих глазах вопрос, добавляет: — Да, да, сын Михаила Тимофеевича, штурмана с «С-7».

В годы Великой Отечественной войны Сергей Прокофьевич командовал балтийской подводной лодкой «С-7». Действуя в 1942 году на морских сообщениях противника в центральной части Балтийского моря, ее экипаж за один поход потопил четыре вражеских транспорта с войсками и боевой техникой, а пятый фашистский корабль, поврежденный артиллерийским огнем подводников, выбросился на камни. В этом походе коммунист штурман Хрусталев, как и все члены экипажа, проявил не только высокое мужество и отвагу, но и большое воинское мастерство. Старший лейтенант М. Т. Хрусталев был награжден орденом Ленина.

17 октября 1942 года «С-7» вышла в новый поход. Прошла неделя, вторая — с лодки не поступило ни одной радиограммы. Подводники не ответили и на переданную им по радио радостную весть о присвоении П. Лисину звания Героя Советского Союза. Корабль не вернулся на базу...

Уже после войны стало известно, что он погиб на боевом посту. В момент гибели находившаяся в рубке группа подводников, в числе которых были и Лисин и Хрусталев, силой взрыва была выброшена за борт. Штурман погиб на глазах командира. Тяжело контуженного командира корабля моряки сумели спасти.

Плен, допросы, издевательства... Моряки держались с достоинством. После войны оставшиеся в живых вернулись на родную Балтику. От Лисина узнал Леонид о гибели своего отца. А потом как-то пришел в дом незнакомый офицер — он служил на «С-7», но в последнем походе не участвовал ввиду болезни — и положил на стол тетрадь. На первой странице ее было написано: «Товарищ! Если я погибну в боях за Родину, выполни мою последнюю просьбу: по окончании войны или когда это будет возможно передай этот дневник моей жене для моего сына по адресу: Ленинград, проспект 25 Октября, дом 11/2, Хрусталевой Софье Григорьевне. Пусть мой сын Леонид знает о моем участии в Отечественной войне и защищает Родину, как защищали ее мы, участники этой войны.

М. Хрусталев».

Остро отточенным штурманским карандашом, которым, вероятно, прокладывались боевые курсы подводной лодки, были сделаны эти записи. С глубоким волнением читали дневник Леонид и его мать. Отец писал о железной стойкости балтийцев, о их безграничной любви и преданности Коммунистической партии и советской Родине, о их страстном стремлении разгромить врага, посягнувшего на честь и независимость Отчизны. «Смерть немецким фашистам! Не жалеем и не пожалеем своей жизни для разгрома и уничтожения ненавистного врага!» — писал отец.

Отец любил жизнь, с нежностью думал о сыне: «Соня пишет, что Леонид уже начал ходить, очень веселый. Взглянуть бы на него хоть разок!» Не удалось герою взглянуть на сына.

Но Родина позаботилась о сыне подводника. Леонид окончил среднюю школу, стал комсомольцем.

— Кем же ты хочешь быть? — спросила его однажды мать.

— Подводником! — не задумываясь, ответил Леонид.

Софья Григорьевна внимательно посмотрела сыну в глаза: она ждала этого ответа.

Случилось так, что после окончания средней школы Леониду не удалось сразу поступить в училище подводного плавания. Тогда он пошел в мореходную школу. Он плавал рулевым на вспомогательном судне, исколесил вдоль и поперек Балтику, стал заправским «соленым» моряком. Затем подготовился и сдал экзамен в училище. До начала теоретической учебы ему пришлось год поплавать. Экипаж одной из лодок Северного флота тепло принял Хрусталева. Бывалые моряки по-отечески делились с ним своими знаниями, опытом, заботились, чтобы сын героя войны стал настоящим подводником. Леонид отвечал ревностной учебой. Даже в дни, когда будущие курсанты увольнялись на берег, он часто оставался на корабле. «Морская косточка», — шутили подводники. Пытливо изучал Леонид устройство корабля, технику и оружие. За короткий срок он стал одним из лучших штурманских электриков. В училище он прибыл закаленным в штормовых походах моряком.

Началась учеба. Высшая математика, общественные науки, физика, кораблевождение... Много нужно знать офицеру-подводнику! Леонид учился ревностно. И вот первая курсантская штурманская практика на Черном море. Хрусталев показывает пример настойчивого овладения штурманским делом. В период практики происходит самое примечательное событие в его жизни — он вступает в ряды Коммунистической партии.

Все это я узнал от Сергея Прокофьевича Лисина, когда мы вышли из кабинета.

— Весь в отца, — сказал Лисин, — такой же настойчивый, так же любит море. Отличный будет подводник!

В училище гордятся и сыновьями отважного балтийского подводника капитан-лейтенанта Николая Константиновича Мохова. В период Великой Отечественной войны он командовал подводной лодкой «Щ-317». Дерзко и умело действуя на Балтике, экипаж этой лодки только за один поход в 1942 году потопил четыре фашистских корабля. Моряк погиб смертью храбрых. Два его сына — Николай и Игорь — решили пойти по стопам отца. Они успешно окончили училище и сейчас служат на подводных лодках Северного флота.

А братья Зайдулины! Их отец ветеран подводного флота Измаил Зайдулин в Великую Отечественную войну погиб смертью героя. После войны в училище по комсомольским путевкам пришли его сыновья — старший Джемал и младший Рустем. Окончив училище, они получили назначение на Тихоокеанский флот, туда, где начинал службу их отец. Сыновья служат ревностно: старший плавает помощником командира на лодке, младший — штурманом.

Примеру Джемала и Рустема последовали их двоюродные братья — Олег и Игорь Чефоновы. Они также успешно кончили училище и служат теперь на Тихоокеанском флоте. На Всеармейском совещании комсомольских работников министр обороны СССР Маршал Советского Союза Р. Я. Малиновский отметил Игоря Чефонова как одного из лучших секретарей комсомольских организаций подводных лодок.

В стенах училища воспитывались также сыновья известного советского подводника Героя Советского Союза Ф. Т. Вершинина, отважного черноморского подводника, погибшего в боях за Родину, капитана 1 ранга А. В. Крестовского, балтийского подводника Е. Г. Юнакова, североморского подводника В. П. Каланина и многих других героев войны.

В одной из аудиторий мы встретили курсанта, фамилию которого уже называл С. П. Лисин, — Самончука.

— Не родственник ли он того самого старшины эскадренного миноносца «Гром», Федора Евдокимовича Самончука, который в Моонзундском сражении в октябре 1917 года взорвал свой тяжело поврежденный корабль, чтобы его не захватили немцы? — спросил я.

— Сын героя, — ответил Лисин. — Павел Самончук...

Дорога отцов... Трудная, полная опасностей, но почетная дорога. Ее избрали многие из сыновей героев Военно-Морского Флота.

На подводные лодки из стен училища идут потомственные моряки, воплотившие в себе смелость и отвагу отцов, глубокие знания современной техники. Свой сыновний долг они видят в том, чтобы служить любимой Родине, как служили ей их славные отцы.

На подводную лодку прибыли для прохождения учебной практики курсанты. Одна золотая углообразная нашивка на рукаве говорила о том, что это были первокурсники. Будущие офицеры пришли на лодку накануне выхода в море. Расписанные по боевым постам, они вместе с экипажем готовили механизмы к походу.

Плавание было тяжелым. Многобалльный шторм бросал лодку из стороны в сторону. Старослужащие моряки пытливо поглядывали на «новичков». Но те вели себя так, словно всю жизнь провели в штормовом море.

К исходу первого дня случилось неожиданное. В одном из механизмов вышла из строя деталь. Требовалось срочно разобрать сложный узел, заменить деталь и вновь собрать механизм.

— Теперь вы нам не мешайте, — сказал курсантам озабоченный старшина команды мотористов мичман Колесов.

— Сколько времени нужно для исправления повреждения? — спросил его командир боевой части.

— Три часа.

— Разрешите обратиться, товарищ командир, — подошел к офицеру курсант Павлов. — Ввести в строй механизм можно за полтора часа. У нас был такой случай...

Все удивленно переглянулись.

— Где это вы ремонтировали за полтора часа? Не у чертежной ли доски? — не без ехидства спросили моряки курсанта.

Все разъяснилось очень быстро. Курсант Павлов до училища четыре года служил на подводной лодке, был специалистом первого класса. В сложных условиях плавания ему не раз приходилось исправлять и более сложные повреждения. И теперь матросы с восхищением смотрели, как умело и ловко будущий офицер вместе с группой моряков разобрал и собрал механизм.

Через полтора часа корабль продолжал выполнять учебную задачу.

Оказалось, все «новички» уже служили на кораблях, закалились и возмужали в морских походах. Прошло то время, когда в Высшее военно-морское училище зачислялись юноши, «не нюхавшие» моря, которые лишь в первую морскую практику видели настоящие боевые корабли. Сейчас подавляющее большинство курсантов — бывшие матросы, люди с мозолями на руках. Полюбив всей душой море и флотскую службу, закалившись в плаваниях, они пришли в училище по призванию, по зову сердца.

Взять хотя бы мичмана Юрия Невинного. До службы на флоте он работал слесарем на Новочеркасском машиностроительном заводе и учился в вечерней средней школе. На флот комсомолец пришел с хорошей трудовой закалкой. Он попросил направить его в школу подводников. «Почему вы хотите стать подводником?» — спросили его. «Потому что там труднее всего, — ответил комсомолец и, немного краснея, добавил: — И интереснее».

Юрий Невинный много читал о героических подвигах советских подводников в годы Великой Отечественной войны. Как живые стояли перед ним образы Гаджиева, Осипова, Вишневского и многих других героев морских глубин, отдавших свои жизни за счастье народов нашей Родины.

В школе подводного плавания Юрий с первых же дней учебы прослыл как дисциплинированный матрос, настойчиво изучающий корабельную технику. Отлично окончив школу, Невинный стал торпедистом, затем командиром отделения. Командир подводной лодки заметил старательного, умеющего обучать и воспитывать матросов комсомольца и назначил его старшиной команды.

Все торпедные атаки лодка производила с отличными оценками. В этом была немалая заслуга мичмана Невинного, умело обеспечивающего безотказную работу торпедных аппаратов и торпед. Настойчивой работой с подчиненными мичман добился того, что команда торпедистов была объявлена отличной.

Опытного специалиста, воспитателя командир соединения перебрасывал с одной лодки на другую. За четыре года службы Ю. Невинный познал почти все типы подводных лодок. Знаки отличника Военно-Морского Флота и специалиста первого класса украсили грудь моряка. На флоте передовой воин был принят в ряды Коммунистической партии.

Когда настала пора увольняться в запас, Ю. Невинный решил остаться на сверхсрочную. Он хотел передать свой богатый опыт молодежи. Интересы повышения боеготовности флота были для него дороже всего. Прослужив на подводных лодках шесть лет, Юрий поступил в Высшее военно-морское училище подводного плавания. Надо ли говорить, какой высококвалифицированный офицер выйдет из этого человека! Ведь мичман Невинный может работать почти за любого специалиста подводной лодки. В стенах училища коммунист показывает пример упорного овладения знаниями.

Под стать мичману Невинному и другие курсанты. Более четырех лет плавал на подводных лодках главный старшина Александр Заблоцкий, в прошлом механизатор из Павлодарской области.

Специалист первого класса Заблоцкий сумел вывести свою команду электриков в число отличных. За успехи в боевой и политической подготовке моряк был награжден Почетной грамотой ЦК ВЛКСМ, знаком «Отличник Военно-Морского Флота». В комсомольской путевке, с которой он пришел в училище, было написано: «Служба и общественная работа комсомольца Заблоцкого являлись примером всем морякам корабля». И в училище бывалый подводник отличается упорством в овладении науками. Флот научил его ценить и плодотворно использовать каждую минуту времени.

Среди курсантов немало и тех, кто не служил на флоте, но прошел обязательный стаж плавания. Это вчерашние рабочие, колхозники, служащие, выпускники средних школ. Они успешно сдали вступительные экзамены, после чего год плавали на подводных лодках, проверяли, правильно ли они избрали целью и смыслом всей своей жизни службу на флоте.

— Действительность оказалась сильнее романтики. Проплавав год на подводной лодке, я еще крепче полюбил свою будущую профессию, — так заявил курсант Наиль Гафаров, кровельщик из Татарии. За время плавания он не только хорошо ознакомился с особенностями службы подводника, но и глубоко изучил устройство корабля, сдал зачет на самостоятельное управление боевым постом, стал старшиной 2 статьи.

В стенах училища будущие офицеры не только овладевают необходимыми знаниями и навыками. Они растут здесь идейно, закаляются духовно, глубоко изучают марксистско-ленинскую науку. Под руководством опытных военных педагогов и воспитателей здесь еще более укрепляются их морально-боевые качества; принципами морального кодекса строителей коммунизма проникнута вся жизнь и учеба подводников.

О благородном моральном облике будущих офицеров, о их стойкости, мужестве, чувстве взаимной выручки говорит случай, происшедший на очередной учебной практике. Ночью, когда корабль проходил вдоль Кавказского побережья, курсант Владимир Кузнецов в темноте оступился и упал за борт. На помощь ему, не раздумывая, бросился курсант Игорь Иванов. Увидев, что двое товарищей оказались в воде, курсант Валерий Субботин, схватив спасательный жилет, прыгнул за борт и поплыл на еле доносившийся сквозь рокот волн голоса друзей.

При падении Кузнецов наглотался воды, сильно ослабел. Товарищи заботливо поддерживали и ободряли его.

Оказавшись втроем в ночном море, комсомольцы не дрогнули. Они знали, что их не оставят в беде, но найти ночью в море человека не так просто. Ориентируясь по звездам, курсанты плыли в сторону земли. Это было суровым испытанием их нравственных и физических сил. Намокшая одежда тянула вниз, от холода сводило ноги. Особенно плохо стал чувствовать себя Иванов. Товарищи надели на него спасательный жилет и стали растирать тело. Потом залихорадило Кузнецова.

Подбадривая друг друга, три комсомольца, напрягая все силы, в ночном мраке, в бескрайном море плыли к заветному берегу.

В полночь они увидели огни парохода, закричали о помощи, но на судне их не услышали. Огни стали удаляться и вскоре исчезли.

Вот когда сказалась флотская закалка! Василий Субботин и Игорь Иванов до училища служили на подводных лодках Северного флота. Там в дружной семье североморцев они приобрели стойкость, умение переносить трудности, постигли нерушимый закон войскового товарищества: один за всех, все за одного. До самого сердца молодых моряков проникли слова, записанные ныне в Программе КПСС: человек человеку — друг, товарищ и брат.

Наступило утро. Уставшие, ослабевшие, но твердо уверенные в том, что они или доберутся до берега, или их разыщет корабль, курсанты продолжали плыть вперед. Вскоре их подобрал специально высланный на их поиски корабль. Десять часов находились будущие офицеры в море!

— Благородные сердца! — сказал о курсантах ветеран подводного флота нашей страны Герой Советского Союза контр-адмирал Н. П. Египко. — Они готовят себя к защите социалистической Отчизны, и свою любовь к Коммунистической партии, к Родине они выражают во всем, живут мыслями и чувствами народа.

Здесь все как в центральном посту подводной лодки. Светятся сигнальные глазки приборов, пощелкивают автоматы. У перископа, за штурманским планшетом, у имитатора гидроакустической станции и приборов управления торпедной стрельбой застыли моряки. Командует «подводной лодкой» старшекурсник Волховской. Остальные выполняют обязанности помощника командира, рулевого, гидроакустика, торпедного электрика.

Руководит тренировкой капитан 2 ранга Михаил Кондратьевич Свиридов. Сегодня он ставит задачу: отработать стрельбу по быстродвижущимся надводным кораблям.

«Подводная лодка» на позиции.

— Открыть гидроакустическую вахту! — приказывает курсант Волховской.

Не проходит и нескольких минут, как гидроакустик докладывает о шуме винтов кораблей «противника». Взглянув на карту, Волховской мгновенно принимает решение, лодка идет на сближение с «противником». Началось маневрирование для определения элементов движения цели. Перископ можно поднять лишь в крайнем случае: цель идет в сильном охранении.

Курсанты работают напряженно. Они знают, что успех современного боя решают секунды. Волховской и его помощник быстро определяют курс и скорость цели, выбирают наиболее выгодную позицию для стрельбы.

Но атака протекает не гладко. Капитан 2 ранга М. К. Свиридов позаботился о том, чтобы задача была максимально приближена к боевой обстановке: только в борьбе с трудностями закаляются будущие командиры, только сложные условия боя побуждают их проявлять решительность и находчивость. В самый последний момент, когда Волховской уже готов был подать команду «залп», гидроакустик доложил, что к лодке приближается сторожевой корабль.

Видимо, «противник» обнаружил лодку. Но курсант Волховской не растерялся. Он молниеносно атакует конвойный корабль, а затем дает торпедный залп по основной цели...

Атака проведена успешно. Тем не менее офицер строго и внимательно разбирает действия курсантов. На собственном опыте он знает, как важно для командира научиться быстро реагировать на внезапное изменение обстановки. В период Великой Отечественной войны Свиридов служил командиром подразделения торпедистов на краснознаменной подводной лодке Северного флота «С-51», которой командовал Герой Советского Союза капитан 2 ранга И. Ф. Кучеренко. Молодому офицеру довелось участвовать в потоплении нескольких фашистских кораблей.

После окончания войны Свиридов долго служил на лодках, потом поступил в адъюнктуру. Коммунист-подводник стал кандидатом военно-морских наук, доцентом. Он взыскательно оценивает действия будущих офицеров...

А в перерыве между занятиями завязывается оживленная беседа между педагогом и его воспитанниками. «А как поступали в подобной обстановке подводники в минувшую войну?» — спрашивают курсанты. Михаил Кондратьевич подробно рассказывает о том, как проходили атаки транспортов, шедших в охранении десяти-пятнадцати кораблей.

Боевые дела советских подводников в период Великой Отечественной войны — прекрасная школа для обучения и воспитания курсантов. Бесстрашие, мужество, высокое воинское мастерство, проявленные подводниками старшего поколения, служат примером того, как нужно защищать честь любимой Родины, как бороться за дело Коммунистической партии.

В классах и аудиториях училища можно встретить немало педагогов и воспитателей со славным боевым прошлым. Здесь служат Герои Советского Союза капитаны 1 ранга В. Г. Стариков, Я. К. Иосселиани, контр-адмирал Н. П. Египко. Часто бывают здесь Герой Советского Союза контр-адмирал Н. А. Лунин, капитан 1 ранга М. С. Калинин и другие.

С каким волнением слушают курсанты рассказы ветеранов о дерзких атаках героев-подводников Гаджиева, об искусных минных постановках Котельникова! Молодежь хочет во всем быть похожей на своих отцов, вписавших бессмертные страницы в летопись славы нашего флота.

Примечания
Место для рекламы