Содержание
«Военная Литература»
Проза войны

Михаил Найдич

Мне кажется, что шестидесятые годы были для моей родной газеты «Красный боец» особенно плодотворными. В самом деле, наша редакция стала тогда притягательным местом для многих творческих личностей. В редакцию шли писатели, журналисты, композиторы, ученые. Шли не с пустыми руками, они дарили «Бойцу» свои произведения.

Очень верно сказал в одной из своих статей по этому поводу поэт Михаил Найдич: «Красный боец» является как бы опытным полем, самой первой трибуной для тех произведений, которые впоследствии попадают во всесоюзные издательства. Не раз так бывало и с моими произведениями. Как-то в редакции возник разговор, что-де неплохо бы выступить со стихами, откровенно призывающими литераторов чаще писать об армии именно сегодняшней. Было высказано пожелание, чтобы стихи носили характер этакой дружеской подначки».

Вскоре действительно Михаил Найдич принес в «Боец» небольшое стихотворение:

Как часто мы, вступая в споры
И горячась наперебой,
Все ищем, смотрим —
где, который
Наш положительный герой?..
А тут же рядом, под горою,
Где лес уперся в небосвод,
Взвод положительных героев
На стрельбы с песнями идет. [739]

И по сей день Михаил Яковлевич верен дружбе с окружной газетой. Пишет для нее, печатается. Правда, нынче меньше об армии, больше всего звучит его лирический голос о любви, о природе. Что ж, эти темы по душе и молодым людям в армейских шинелях.

Как хороши они, мгновения,
в степи — когда еще не мгла,
когда любое дуновение —
как взмах орлиного крыла —
Когда высоко
тучка движется,
совсем одна в голубизне,
когда и дышится и пишется,
и нет ни строчки о войне.

Понимаю Михаила Яковлевича. Он, ушедший на войну в малолетстве, столько видел крови и сам пролил ее немало, что войной сыт под завязку. Написал когда-то повесть «Шинель на вырост» и множество стихотворений на ту же военную тему и подал сам себе, наверное, команду переключиться на лирическую волну. И пошла лирика книжка за книжкой. Подсчитано: их уже 20! Все толстые журналы страны печатают Михаила Найдича. Понятно почему: большому поэту — широкая дорога!

Мне по душе лирический герой стихов Найдича, а значит, и он сам. С вниманием и уважением читаю его стихи, его публицистику, слушаю его устное слово, его советы, которые всегда считаю добрыми. Был момент в моей жизни, когда Михаил Яковлевич очень значительно повлиял на мою литературную судьбу. Он вдруг спросил меня, почему я не вступаю в Союз писателей. Ответа внятного я не дал, кажется, сослался на то, что я же давно состою в одном из творческих союзов — Союзе журналистов, но Михаил Яковлевич все-таки советовал быть в Союзе российских писателей и что он готов дать мне рекомендацию для вступления. Так и произошло. И [740] 17 сентября 1992 года писательское собрание рассмотрело мое заявление. Но меня там не было: находился на излечении в госпитале инвалидов войны. Вечером позвонил Михаил Яковлевич: «Юра, поздравляю! Ты единогласно принят в Союз. Выздоравливай!».

Этот звонок подзарядил меня положительными эмоциями. Через два дня меня признали здоровым и выписали из госпиталя.

И еще об одном конкретном добром деянии Михаила Яковлевича. В 1980 году Средне-Уральское книжное издательство выпустило книгу писем с фронта «Живые строки войны». Авторами и редакторами этой книги был журналист Василий Лошак и я. Прошло буквально полмесяца, и в московском толстом журнале «Новый мир» и в газете «Книжное обозрение» появились рецензии на это произведение. Их автором был Михаил Найдич. Он писал в «Книжном обозрении»: «Книга потрясает. Она, несомненно, является документом огромной человеческой, нравственной силы. Не одна слеза упадет на ее страницы, не один юноша, мгновенно взрослея, сдвинет брови, становясь мужественнее и сильнее от прочитанного». Вот такая оценка книги Михаилом Найдичем вдохновила нас, составителей, и издательство на продолжение поиска новых фронтовых писем. И в свет появились еще два тома «Живых строк войны»...

И все-таки прошлое крепко зацепилось в памяти солдата Победы Михаила Найдича. Нет-нет да и появляются стихи о боях-походах, об окопной жизни бойца-пехотинца, о Сталинградском сражении, в котором был на ее самом переднем крае в составе 35-й гвардейской стрелковой дивизии. Вот только что написанное стихотворение «Помню».

Как входила поэзия в душу,
понимая и радость, и грусть,
я скажу — правды я не нарушу,
лишь слегка приукрашу...
И пусть!.. [741]
Тот снарядик, железная репка,
разорвался почти что у ног, —
службу знал, без сомнения,
крепко, но добить меня все же не смог.
В пятнах солнечных, словно
в олифе, надо мной заупрямилась высь.
Если б думал тогда я о рифме,
я б искал ее к слову «Спастись!».
Да, спастись, уцелеть —
мне же было восемнадцать тогда, у Днепра.
Рядом пули свистели уныло;
но был голос: еще не пора!
И в пилотке, от крови
Промокшей,
словно вызванный кем-то на суд,
я, раздавленный, полуоглохший,
вдруг услышал, как травы растут!

Часто-часто беру в руки не так давно добротно изданный «Банком культурной информации» стихотворный том Михаила Найдича «Годы твои и мои». И читаю. По душе мне все написанное поэтом. Фронтовая лирика глубоко западает в душу. Еще очень важную деталь характера Найдича-литератора, мимо которой не могу пройти, должен подчеркнуть: он не отшельник, живущий в замкнутом мире, а воинствующий мыслитель. Своими суждениями Михаил Яковлевич весьма точно и справедливо вторгается в жизнь общества, в дела и поступки государства, волнуется о сегодняшнем положении литературы. Доселе не пойму, говорит Найдич, какое мы строим государство и экономику, в частности. Какие в последние двадцать лет вели и ведем войны? И очень точно и тонко подчеркнул суть проблемы:

Вином захлебнешься, чаем —
Ладно, снова начни.
...Кажется, он нескончаем,
пир во время Чечни. [742]
Место для рекламы