Содержание
«Военная Литература»
Проза войны

У моряков

На судах флотилии ночь прошла спокойно. Враги решили, по-видимому, пока только обороняться. А может быть, ждали подкреплений.

Когда стало светать, вахтенный спустился в кубрик будить смену. Он обратил внимание на койку, где спал Родион. Одеяло там как-то странно топорщилось. Он приподнял его и увидел аккуратно сложенные рубаху, штаны и сапоги.

Самого же мальчика и след простыл.

«Удрал, проклятый пацан! Ну и ну!» — удивился вахтенный.

— Эй, братва! — заорал он. — Подъём! Мальчишка убежал! Проспали, черти! Хотя ничего страшного нет, обмундирование на месте, — видать, парень честный!

— Честный?! — свирепо крикнул кто-то из моряков. — А ты когда-нибудь видел честного шпиона? Таких, брат, не бывает! Их всех стрелять надо!

— Узнал, что ему было приказано, и подался к своим, гадёныш! — возмущённо сказал Силин. — Говорил я начальнику, что его надо под замок посадить, так не разрешил. «Куда он убежит?» — сказал. А он убежал и его не спросил. Как же он, змей, до берега добрался? Неужто вплавь?

— Конечно, вплавь! Чего тут удивительного! Но как наши вахтенные его прохлопали, вот это удивительно! Этак и беляки к нам смогут забраться, а мы только ушами будем хлопать!

— Недаром мальчишка всё выпытывал, — заметил черноусый комендор. — Да ему сам начальник дал точные сведения. Мальчишка спросил, какие пушки на других кораблях, а начальник сказал, что разные есть, и большие и маленькие! — В кубрике грянул дружный смех. Побег мальчишки не испортил хорошего настроения команды.

Но начальник отряда ходил по палубе мрачный. Он не боялся за сведения, которые мог передать врагам мальчишка. Белые, конечно, и так знали, сколько судов в отряде и как они вооружены.

А если мальчишка расскажет, что моряки не сомневаются в близком разгроме врагов, так это будет даже хорошо. Пусть знают, что их дни сочтены! Начальника угнетала мысль, что его одурачил понравившийся ему мальчишка. Сотни людей были в его подчинении, и он был уверен, что каждого из них он знает и понимает. И вот мальчишка, подосланный врагами, нарушил эту уверенность. Такой ли он хороший командир, каким себя считал? Не смог разобраться в мальчишке, который совершенно открыто выуживал у него шпионские сведения. Как только получилось, что он не обратил внимания на чрезмерное любопытство мальчишки?! «Воображаю, как он теперь смеётся надо мной! Вот шляпа я!! — ругал себя моряк. — Доверился первому встречному и даже зачислил его в команду боевого корабля. Ничего себе начальник! У Силина оказалось больше чутья, и он не зря меня предупреждал. И, как нарочно, комиссар в госпитале, не с кем было посоветоваться. Если бы он был здесь, мальчишку отправили бы в тыл — и всё было бы в порядке! А вдруг его обидели наши ребята?» — пришла в голову неожиданная мысль.

— Вахтенный! — крикнул он. — Позовите ко мне комендора Силина.

Вахтенный подбежал к открытому люку и заливисто свистнул:

— Силина к начальнику, живо!

— Нет его здесь, — ответили снизу. — Он у носового орудия.

— Хорошо, слышу! — отозвался начальник отряда. — Сам пойду.

У орудия на плетёном коврике лежали и матово блестели приготовленные к бою снаряды. Замок орудия был открыт, и около него с маслёнкой в руках работал Силин.

— Товарищ Силин, чем можно объяснить побег мальчишки, как думаете? — спросил начальник отряда.

— То есть как чем? — удивился моряк. — Узнал, что ему было надо, и смотался к своим. Я говорил вам: подослан он, а вы не поверили. По-моему, всё ясно! — Комендор склонился к замку.

— А не могло случиться, что его кто-нибудь из нашей братвы обидел?

— Ну уж нет, товарищ начальник. Наши, как увидели его разукрашенную спину, очень сочувственно к нему отнеслись. А он, гад, обманул всех и удрал. Но ничего, никуда он не денется, рано или поздно, а его поймаем! — В глазах моряка сверкнули гневные искорки.

Ещё больше расстроился начальник. «Силин был прав», — подумал он, входя в каюту командира судна.

— Степан Александрович! — обратился он к плотному и кудрявому командиру. — Передайте на посты, чтобы никого не выпускали из деревни, всех приходящих, независимо от возраста — и старых и малых, — приводили бы ко мне.

Дальше
Место для рекламы