Содержание
«Военная Литература»
Проза войны

Половодье

На солнечном склоне взгорья обжилась и начинала властвовать весна. Весь подлесок был обряжен в почки. На прогалинах густо пробивались зеленя. Еще немного — и они доползут, заиграют дымкой, начнут захлестывать все взгорье. От земли, леса и свежих зеленей исходили приятные, поднимающие кровь запахи. Всюду здесь чувствовалось пробуждение жизни.

У подножия взгорья играла река. Она вышла из берегов, широко раскинув свои сверкающие воды, затопив луга и перелески. Слабый ветерок бесшумно гнал по водному раздолью веселую рябь. С берега реки доносился звон топоров и разноголосица — саперы спешно чинили там лодки и сколачивали плоты.

На взгорье в ожидании переправы отдыхала группа солдат. Некоторые из них дремали, пригревшись на солнце, другие лежали на разостланных шинелях и счастливо смотрели на играющие воды реки, на проплывающие в небе стремительные облака. Лица у всех солдат были загорелые, огрубевшие от ветра.

Кавалер ордена Славы Матвей Воронов, сняв ботинки, растирал натруженные ноги и рассказывал о том, как он во вчерашнем бою за подступы к этой реке убил гранатой трех фашистов, а четвертого задушил.

— Здоров гитлеровец был! Ой, здоров! — потряхивал он головой. — И сейчас не пойму, как я совладал с ним. Заел у меня автомат, а он — на меня. Ну, скажи, закипело все во мне от злости! Сшиб я его, вцепился в горло — и ничего не помню больше. Закричали мне наши, очнулся я и вижу: лежу на фашисте, сдавил ему горло, а он уже синий весь.

Помолчав, он вдруг воскликнул радостно:

— Эй, ребята, гляди-ка!

— Что такое? — повскакали бойцы.

— Бабочка! Гляди-ка, а?

Бойцы со всех сторон приблизились к Воронову. Около него, запутавшись в сухих прошлогодних былинках, трепетала цветистая, нарядная бабочка.

— Какая ведь красота, а? — восхищенно сказал Воронов. — И сотворит же природа такое чудо! Цвета-то, цвета на ней какие!

— Да, хороша!

Воронов осторожно взялся за крылышки бабочки, но товарищи сразу накинулись на него.

— Не тронь, Матвей, погубишь!

— Эй, малый! Ну, не тронь же!

— Что ж я, — обиделся Воронов, — губитель, что ли, какой? Зачем это я погублю ее? Я легонько. Ну, смотрите вот...

Он положил бабочку на свою широкую и жесткую ладонь. Должно быть обессилев от борьбы в траве, бабочка сидела спокойно, раскинув разноцветные крылышки.

— Какая ведь красота, а? — повторил Воронов.

— Отпусти! — предложил один из бойцов.

— Сейчас отпущу. — Воронов повернулся к вершине взгорья. — Ну, лети, милая, лети в тыл! Живи-поживай, красоточка.

Он подбросил бабочку, и она затрепетала в легком воздухе.

Когда бабочка скрылась за кустами, Воронов задумчиво и певуче сказал:

— Да-а, весна, ребятушки!

Друзья отозвались:

— Весна!..

— Слушай, друзья! — опять заговорил Воронов. — Смотрю я на это половодье, и так мне радостно — сказать не могу! Вон как разлились воды-то, а? Удержи их теперь! Вот обмоют они землю, напитают силой, а потом поглядим, что тут будет: вся жизнь оживет тут, в рост пойдет, зацветет, как в сказке!

В это время на реке левее взгорья показались лодки с бойцами. Воронов посмотрел на них, защищаясь рукой от солнца, и сказал опять восторженно и певуче:

— А наши-то силы, а? Тоже идут, как эти вот воды! Идут, очищают. — Он весело прищурился. — Половодье! Истинное половодье!

2 мая 1944 г.
Дальше
Место для рекламы