Содержание
«Военная Литература»
Проза войны

Глава 9

Смит остановился у двери с надписью по-немецки "Радиорубка" и предупредил своих понурых пленников:

- Не вздумайте попытаться связаться с кем-нибудь или поднять шум. Я совсем не горю желанием тащить вас с собой до самой Англии... Лейтенант Шэффер, нельзя ли как-нибудь обезопасить этих людей?

- Отчего же нельзя, - не стал спорить Шэффер. Он по очереди расстегнул верхние пуговицы мундиров всех троих, стянул их сзади за воротник вниз и связал за спиной рукава.- Ну, вот, с руками все в порядке.

- Чего не скажешь о ногах. Смотрите. Мэри, не подпускайте их к себе. Им сейчас терять нечего. Лейтенант, ну что там с дверью?

- Готово.

Шэффер осторожно отворил дверь радиорубки. Просторная, ярко освещенная комната была почти пуста, если не считать стоявшего у окна массивного стиля с огромным, сверкающим металлом, радиопередатчиком. пары стульев и стеллажа с папками. Даже ковра не было на полу. И потому на звук их шагов тут же обернулся радист, который, безмятежно покуривая, слушал легкую музыку, лившуюся из приемника. Реакция его была мгновенной: подняв, как бы сдаваясь, руки вверх, он резким движением ноги нажал кнопку тревоги на полу: раздался рев сирены. Шэффер резким ударом автомата свалил его с ног. Но было поздно. Сигнал тревоги продолжал звучать.

- Только этого не хватало, черт меня раздери. - в отчаянии выругался Смит. - Только этого и не хватало. - Он выскочил в коридор, и хватил прикладом "шмайсера" по стеклу ящика с сигнализацией, заставив сирену умолкнуть.

- Туда! - Смит указал жестом на распахнутую дверь радиорубки. - Живо! - Он пропустил всех в комнату. оглядел ее и, увидев сбоку еще одну дверь, велел Мэри проверить, что за ней. Шэффер стал у входа в радиорубку.

- Да, без этого шоу мы бы обошлись, босс.

- Мало ли без чего мы бы обошлись, - неохотно ответил тот и вопросительно посмотрел на Мэри. Ну, что там?

- Склад радиодеталей.

- Вы с Джонсом возьмите там этих троих на свое попечение. Вздумают пикнуть - стреляйте без предупреждения.

Джонс с опаской посмотрел на свой пистолет и жалобно сказал:

- Я не военнообязанный, сэр.

- К вашему сведению. - отпарировал Смит. - я - тоже.

Он подсел к передатчику и несколько секунд внимательно изучал хозяйство радиста.

- Умеете с этим обращаться, босс? - крикнул от двери Шэффер.

- Самое время выяснить. Разберемся как-нибудь, - он включил аппарат на передачу и настроил его в диапазоне ультракоротких волн на нужную частоту. Взял в руки микрофон.

- Бродсворд вызывает Дэнни Боя, - сказал он. - Бродсворд вызывает Дэнни Боя. Слышите меня? Слышите меня?

Увы, никто не услышал его. Смит поменял частоту передачи и еще раз попробовал установить связь. И еще. И еще. Когда он пытался сделать это в шестой или седьмой раз, у двери загремела автоматная очередь. Он резко обернулся. Шэффер растянулся на полу, над стволом его "шмайсера" вился дымок.

- У нас гости, босс, - извиняющимся тоном прохрипел он. - Не уверен, что достал, но заставил их поджать хвост, это точно.

- Бродсворд вызывает Дэнни Боя, - настойчиво повторял Смит. - Боже милосердный, что же вы не отвечаете?

- Они носа из-за поворота теперь не высунут - я их мигом прошью. Могу их держать за углом хоть до Рождества. - подбодрил Шэффер, - можете не спешить.

- Бродсворд вызывает Дэнни Боя. Бродсворд вызывает Дэнни Боя... Как ты думаешь, сколько у нас в запасе времени, пока кто-нибудь не догадается вырубить электричество?

- Да уж, пожалуйста, Дэнни Бой, не молчи, ответь нам. - подключился Шэффер.

- Дэнни Бой вызывает Бродсворда, - голос из передатчика звучал так громко и отчетливо, будто говорили в соседней комнате. - Дэнни Бой...

- Через час, Дэнни Бой, - перебил его Смит. - Через час. Поняли меня? Прием.

- Вас понял. Получилось, Бродсворд? - это был голос адмирала Ролленда. - Прием.

- Получились, - ответил Смит. - Все получилось.

- Отпускаем вам все грехи. Матушка Макри собирается вас встретить. Выезжает немедленно. Опять прогремела автоматная очередь. Шэффер подул на дымящийся ствол. Голос адмирала Ролленда спросил из передатчика:

- Что там у вас?

- Статический разряд. - ответил Смит и, не выключив передатчик, сморщившись от боли в руке, трижды выстрелил в аппарат. Теперь никто не сможет им воспользоваться. Смит бросил короткий взгляд на Шэффера: тот не нуждался в словах одобрения, лицо его ныло невозмутимо спокойным. Смит подошел к окну и здоровой рукой поднял стекло.

Луна спряталась за тучи и почти совсем не давала света. Опять начался снегопад. Арктический холод пробирал до костей. Смит сообразил, что они находятся в восточной части замка, самой отдаленной от верхней станции фуникулера. В густой мгле невозможно было разобраться. гуляют ли там еще патрульные с собаками, Смит достал нейлоновую веревку, привязал один конец к ножке стола, другой сбросил вниз из окна. счистил намерзший на карнизе снег. Ему хотелось бы убедиться, что веревка достигла земли, но пришлось ограничиться надеждой, что это так. Впрочем, это были не так уж и важно.

Подойдя к Шэфферу, устроившемуся на полу в дверях. он сказал:

- Пора запираться.

- Давайте подождем, пока они еще раз сунутся, уж очень хочется дать им напоследок острастку, - ответил Щэффер. - И выиграем лишних пару минут - у них такая регулярность, они каждые две минуты высовываются. Этого как раз хватит, чтобы смыться отсюда.

- Будь по-твоему. - Порыв ледяного ветра заставил Смита поежиться. - Свежо, однако!

- Это вас знобит из-за потери крови. И зря вы так коньяки накачались. Сосуды сужает, когда в таких количествах. Он не договорил и замер, уставившись в прицел своего "шмайсера".

- Дайте-ка ваш фонарь, босс.

- Зачем? - Смит протянул ему фонарь.

Он включил фонарь, положил его на пол и насколько мог оттолкнул его от себя.

- А они ребята смышленые. Привязали зеркальце на палку, чтобы следить за нами. Только угол неправильно взяли.

Смит осторожно выглянул из двери, ожидая, когда появится самодельный перископ. На этот раз зеркальце было прилажено под нужным углом в сорок пять градусов. Но едва показавшись в коридоре, оно отлетело, снятое выстрелом Шэффера. Следующим выстрелом он уничтожил единственную лампу на потолке, освещавшую коридор. Теперь там горел только фонарь, разглядеть, что делается в радиорубке, было невозможно. Шэффер бесшумно затворил за собой дверь и беззвучно повернул в замке ключ. Затем прикладом вбил его в скважину. Прошло две минуты. Раздались голоса и стук сапог по коридору. Смит и Шэффер вошли в комнатку, где хранились запчасти, оставив узкую щель в двери, в которую пробивалась полоска света. Смит тихо сказал:

- Мэри, ты и мистер Джонс следите за Томасом. Пистолеты - к обоим вискам.

На себя он взял Кристиансена, заставил его стать на колени и упер ствол ему в затылок. Шэффер толкнул к стене Каррачолу и приставил дуло "шмайсера" прямо ко рту. Установилась мертвая тишина.

Полдюжины немцев, осаждавших радиорубку, были ребята совсем не того сорта, что старый служака, с которым беседовал во дворе фон Браухич. Они принадлежали к элите Альпийского корпуса. Люди, прошедшие железную выучку, настоящие профессионалы. Им и в голову не пришло бы пользоваться отмычкой или дергать за дверную ручку: на этот случай у них была отработана совсем другая процедура. По сигналу обер-лейтенанта один из солдат веером от живота разрядил в дверь магазин своего автомата. Второй прошил в ней аккуратный кружок и вышиб его прикладом. Третий швырнул в образовавшуюся дыру пару гранат.

Два взрыва раздались почти одновременно, из щелей повалил густой дым. Вышибив дверь, они ввалились в радиорубку. Теперь не было необходимости в предосторожностях - все, находившиеся там, неминуемо должны были погибнуть. Через несколько секунд, когда сильный сквозняк развеял дым и в комнате прояснилось, обер-лейтенант, посветив фонариком, понял, откуда дует ветер и кинулся к окну. Он заметил веревку, перегнулся через подоконник, протер заслезившиеся от ветра глаза и поискал в темноте лучом фонаря. Он схватил веревку и резко дернул - она легко поддалась, на ней не было никакого груза.

- Дьявол! - крикнул он своим. - Ушли! Они уже внизу! Быстро, к телефону!

- Ну вот, - одобрительно сказал Шэффер, услышав удаляющийся по коридору топот и убрав дуло автомата от лица Каррачолы, - прекрасно себя вел, молодец.

Не переставая держать Каррачолу на мушке, он, вместе со Смитом, выйдя в изуродованную радиорубку, сказал ему:

- Они сейчас же обнаружат, что внизу нет наших следов.

Преодолевая боль в руке, Смит вытянул из окна веревку.

- Она нам понадобится. И надо бы отвлечь их внимание. Возьми четыре-пять взрывпакетов и чтобы запальные шнуры были разной длины. Разбросай их по комнатам вдоль коридора.

- Считайте, что сделано, босс, - отчеканил Шэффер, достал из сумки взрывпакеты, обрезал ножом шнуры, оставив разную длину, и вышел.

Первые три двери на его пути оказались запертыми, и он не стал тратить ни времени, ни драгоценной начинки своего "люгера", чтобы их открыть. Тем более, что пять следующих заперты не были. Три взрывпакета он поочередно разместил в вазах дрезденского фарфора, под офицерской фуражкой и под подушкой. В четвертой комнате он пристроил взрывчатку в ватерклозете, а в пятой (кладовой)- на полке за картонками.

Тем временем Смит вывел своих подопечных из радиорубки, где от дыма и гари невозможно было ни дышать, ни смотреть, на чистый воздух в коридор, ждать Шэффера. Тут взгляд его упал на пожарную конторку с большим огнетушителем, ведрами с песком и топориком.

- Решили провести отвлекающий маневр, майор? - с улыбкой спросила Мэри. Веки у нее покраснели от дыма, а лицо со следами слез было бледным, как бумага. И все же она нашла в себе силы улыбнуться ему. - Я тоже хотела предложить нечто эдакое, но не решилась.

Смит ответил ей болезненным оскалом - боль в руке не позволила ему улыбнуться так, как хотелось, от всего сердца, и взялся за ручку двери с надписью "Архив", находившейся рядом с конторкой. Дверь, естественно, оказалась запертой. Он приставил "люгер" к замку и выстрелил.

Комната вполне отвечала своему назначению: она вся была заставлена стеллажами и шкафами с документами. Смит открыл окно, устроив сквозняк, скинул на пол кучу всяких бумаг и поднес к ним спичку. Мигом разгорелся костер.

- Не забыли про эту штуку, а? - Шэффер втащил в комнату огнетушитель и швырнул его в окно. - Как говорится, на кого Бог пошлет!

Пожар занялся так скоро, что Шэффер, сразу закоптевший от дыма, с трудом выбрался в коридор. В этот момент где-то в недрах замка заревела пожарная сирена.

- Господи, - отчаянно воскликнул Шэффер, - да никак сейчас явится пожарная команда!

- Пожалуй, что так, - отозвался Смит. - Черт побери, как же я это упустил! Теперь они точно засекут, где мы находимся.

- Думаете, у них здесь имеется противопожарное устройство с очень чувствительным индикатором?

- Наверняка. Сматываемся.

Они рванули вперед по центральному переходу, гоня перед собой пленников, спустились по лестнице на один пролет и уже вышли на следующий, как со двора послышался шум голосов и топот ног.

- Живо! Сюда! - Смит указал на задернутый гардиной холл.

- Поторапливайтесь! Ах, черт возьми, забыл! - Он резко повернул назад.

- Куда же вы, черт подери, - взорвался Шэффер, чувствуя, как неотвратимо приближается погоня. Больно ткнув ближайшего пленника стволом "шмайсера", он скомандовал: - Сюда, в холл, быстро. - Оказавшись за гардиной, он взял свой "люгер" с глушителем. - Только шелохнитесь - пришью на месте. В этом шуме никто и не услышит, как вы прощаетесь с жизнью.

Никто не шелохнулся. Громко топая тяжелыми сапогами, солдаты пробежали мимо. За гардиной слышно было их неровное дыхание. Этажом выше топот резко оборвался. По доносившимся оттуда возгласам стало ясно, что, увидев пожар, солдаты только теперь поняли его масштабы.

- Тревога! Сержант, на связь! - скомандовал оберлейтенант, атаковавший радиорубку. - Огнетушители сюда, пожарные рукава! Где же, черт побери, полковник Крамер? Капрал! Найди полковника Крамера!

Капрал не отозвался, ответом послужил стук каблуков по ступеням. Они простучали мимо холла и затихли где-то внизу. Шэффер рискнул выглянуть в коридор - как раз в ту минуту, когда там появился Смит.

- Где вас черти носили?

- Пошли! Давайте отсюда! Нет. Джонс, не вниз, там вас встретит целый полк Альпийского корпуса. Прямо по коридору, в западное крыло. По боковой лестнице. И Бога ради, побыстрее. Через несколько секунд тут будет тесно, как на Пиккадили.

Торопясь вслед за Смитом, Шэффер повторил свой вопрос:

- Так где же, черт побери, вы были?

- Мы забыли парня, в комнате возле коммутатора. Архив прямо над ней. Я его развязал и вытащил в коридор. А то сгорел бы.

- И вы из-за этого рисковали? - поразился Шэффер. - Как вы можете в такую минуту думать о пустяках?

- Для кого пустяки, а для кого - нет. Например, для парня, который там лежал. Ну да ладно. Теперь направо, вниз по лестнице и прямо. Мэри, ты знаешь куда.

Мэри знала. Она остановилась у нужной двери. Смит на ходу бросил взгляд в окно. Огонь и дым вырывались из северо- восточной башни. По двору беспорядочно сновали солдаты. И в этой снующей толпе выделялся один человек - пилот геликоптера, который неподвижно стоял, привалившись к своей машине. Смит увидел, как он поднял руку и потряс кулаком в сторону горящей башни.

- Ты уверена, что нам нужно именно сюда? - спросил Смит у Мэри. - Двумя этажами ниже того окна, через которое мы влезли?

Мэри кивнула.

- Безусловно.

Дверь была заперта. Тратить время на возню с отмычкой было бы слишком большой роскошью. "Люгер" справился с замком в два счета.

Капралу, которого обер-лейтенант послал на розыски полковника Крамера, тоже пришлось решать проблему с дверью: покидая золотую гостиную, Шэффер запер ее и выбросил ключ в окно. Капрал сначала вежливо постучал. Ответа не последовало. Он постучал погромче - с тем же результатом. Капрал поддал дверь плечом, но только ушибся. Попытался выбить замок прикладом "шмайсера", но строители Шлосс Адлера хорошо знали свое дело. Поколебавшись, капрал дал по замку очередь, моля Бога, чтобы полковник Крамер не вздремнул где-нибудь в кресле возле двери.

Полковник Крамер действительно спал глубоким сном, но вдали от двери, на мягком ковре, закрыв голову подушкой. Капрал осторожно вошел в гостиную; брови у него поднялись чуть ли не до самых волос, а челюсть отвалилась. Глазам его открылась невероятная картина: рейхсмаршал Роземейер растянулся рядом с полковником. Фон Браухич и сержант, свесив головы, спали в креслах, а Анна-Мария - вся в синяках и с растрепанными волосами - на диване.

Недоумевающий капрал приблизился к Крамеру, стал возле него на колени и потряс за плечо - сперва уважительно, а потом раздраженно. Скоро до него дошло, что он смог бы с тем же успехом трясти полковника хоть всю ночь. И тут же ему бросилось в глаза, что все мужчины были без кителей и у каждого спящего, включая Анну-Марию, левый рукав был завернут выше локтя. Обведя взглядом комнату, он заметил на столике металлический поднос с пузырьками, ампулами и шприцами. Все стало на свои места. Капрал рванулся к двери.

Шэффер привязал конец веревки к спинке железной кровати, проверил прочность узла, открыл окно и сбросил моток в темноту. В долине все еще догорала железнодорожная станция. В самой деревне светились огоньки. Внизу патрулировали солдаты с собаками. Шел легкий снег. Луна выглянула из-за темной гряды облаков и победно плыла в чистом небе. Даже звезды засияли.

- Похоже, нас неплохо будет видно, босс, - засомневался Шэффер. - И еще эта волчья стая внизу...

- Будет хуже, если они направят сюда прожектора, - ответил Смит. - Впрочем, выбора у нас все равно нет. Ну, пошли! Шэффер обреченно кивнул, перелез через подоконник. И, схватившись за веревку, на секунду замер, услышав донесшийся из восточного крыла взрыв.

- Номер один, - удовлетворенно констатировал он. - Ваза для фруктов, дрезденский фарфор. Надеюсь, - добавил он, - никто сейчас не справляет нужду в сортире, который я начинил взрывчаткой.

Смит открыл было рот, чтобы прервать это словоизлияние, но Шэффер уже стоял на кровле верхней станции. Смит неуклюже, опираясь на здоровую руку, перекинул тело через подоконник и посмотрел на Мэри. Она ободряюще улыбнулась ему, но глаза выдавали тревогу: за ее спиной стояли лицом к стене, сложив руки на затылке, трое мужчин. Довершал картину Карнаби-Джонс, державший их на прицеле, причем видно было, что он сам до смерти боится своего оружия.

Смит присоединился к Шэфферу на крыше станции. Оба старались вжаться в кровлю, чтобы быть как можно незаметнее. Возле стены крыша была совсем плоской, а дальше шел резкий скос под углом градусов в тридцать. Смит задумчиво оглядел его и сказал:

- Что-то не хочется еще раз испытать приключение, которое нас тут поджидало в прошлый раз. Нужно подобрать надежный крюк и вбить для страховки прямо в стену.

- Не надо никаких крюков. Взгляните-ка сюда. Шэффер голыми руками поскреб ледяную корку; обнажилась металлическая сетка, крепившаяся на железных прутьях, а под ней - стеклянный люк.

- Это, кажется, называется "световой люк". А прутья выглядят вполне надежно.

Они попробовали согнуть один из них, но он не поддался. Шэффер удовлетворенно улыбнулся и закрепил на нем веревку. Смит схватился за веревку, но Шэффер твердой рукой разжал его кулак.

- Нет уж, - сказал он, глядя на раненую руку Смита: от повязки остались одни лохмотья, сквозь которые сочилась кровь.

- Если вы задумали получить за этот переход Крест Виктории, забудьте. Шансом воспользуюсь я. - И добавил, покачав головой: - Сам не знаешь, чего болтаешь, Шэффер. Лейтенант ухватился за веревку, сполз по склону кровли до края, перевернулся головой к краю и дальше передвигался уже медленно, сантиметр за сантиметром.

Заглянув вниз, он обнаружил, что оказался прямо над одним из тросов лебедки фуникулера. А с левой стороны поисковая группа с собаками, утопая в глубоком снегу, карабкалась вверх по откосу в сторону. главного входа в замок. Видно, всех подняли по тревоге - либо тушить пожар, либо искать поджигателей. Следовательно, заключил Шэффер, люди из внутренней охраны проверили обстановку под окнами радиорубки и обнаружили там девственно чистый, нетронутый снег...

Он посмотрел вверх. Оттуда никакой опасности не грозило: видно, хозяева Шлосс Адлера решили - какой смысл ставить часового снаружи, когда враг явно не покидал стен замка. Шэффер сдвинулся вниз еще на расстояние ладони. Теперь проблема была в одном. Есть ли охрана на станции, и если есть, то удастся ли ему, Шэфферу, удержаться на веревке с помощью одной руки, а второй вытащить "люгер" и снять часового? Конечно, ему грех жаловаться - он прошел отличную школу, но из него же готовили не акробата на проволоке. В горле у него пересохло, и сердце стучало как бешеное. Шэффер изогнул шею и заглянул внутрь станции. Там никого не было, а если кто и был, то так надежно спрятался, что Шэфферу было не видать. Логика, однако, подсказывала, что прятаться там глупо; скорее всего, дежурившего на станции часового отозвали в замок на пожар. Насколько он мог видеть, на станции не было ничего подозрительного, только вагончик, машинный механизм подъемника и батареи аккумуляторов. Опасностью не пахло. Но вот что его сильно огорчило. Оказалось, что попасть внутрь станции можно было только одним способом, причем, отнюдь не по веревке. Дело в том, что станцию выстроили в типично альпийском стиле: крыша метра на два спускалась ниже уровня пола, прямо в пропасть. Выход был один: вскарабкаться по стальному тросу фуникулера на крышу вагончика и уже оттуда спуститься на пол станции. Шэффер не стал тратить время на раздумья о том, насколько это физически возможно. Это должно было стать возможным. Все равно иначе на станцию не проникнуть.

Шэффер не без труда отполз от края крыши, опять перевернулся, теперь ногами в сторону ската и посмотрел вверх. Смит весь напрягся в ожидании, и только лицо его было как всегда бесстрастным. Шэффер жестом показал, что начинает действовать, и заскользил по склону, пока ступни его не нащупали стальной трос.

Он обхватил трос ногами и руками, повис и начал карабкаться вверх. Это удавалось ему плохо. Поднявшись сантиметров на двадцать, он тут же сползал вниз на десять. Трос, натянутый под углом сорок пять градусов, был покрыт ледяной коркой и промаслен, поэтому, чтобы хоть чуть-чуть продвинуться по нему вперед, надо было до боли в мышцах сжимать его пальцами. Такой способ передвижения был просто самоубийством для Смита с его раненой рукой и абсолютно невозможен ни для Мэри, ни для Карнаби-Джонса. И самому Шэфферу подъем давался нелегко. Теряя силы, он представил себе, что будет, если он сорвется. Мысль об этом-и вид зияющей под ним бездны, от которого закружилась голова, заставили Шэффера сделать невозможное. Через десять секунд он, обливаясь потом и дыша как бегун-марафонец на финише, влез на крышу вагончика.

С минуту он пролежал не шевелясь, восстанавливая пульс и дыхание. Потом вытащил "люгер", снял его с предохранителя и спустился на пол. намереваясь окончательно убедиться в том, что станция пуста. И хотя здравый смысл подсказывал, что это чрезмерная осторожность - кто бы тут ни прятался, он обязательно обнаружил бы себя с появлением Шэффера - инстинкт самосохранения и воспитанный тренировкой рефлекс заставили его обшарить все закоулки. На станции действительно никого не было.

Теперь следовало выяснить обстановку поблизости от нее. Тяжелая железная дверь в начале туннеля была отворена. Вторая - в конце туннеля - тоже. Стараясь держаться в тени, Шэффер вышел во двор замка и осторожно осмотрелся. Посмотреть было на что. Во дворе царила лихорадка, которую они видели из окна, только теперь беготня приобрела осмысленный и упорядоченный вид. Повинуясь командам начальства, множество солдат разматывали пожарные шланги, таскали ведра с песком и огнетушители. Между тем главные ворота оставались без присмотра - охрану тоже привлекли к тушению. Но только самоубийца рискнул бы совершить побег через эти ворота на виду шестидесяти или семидесяти альпийских стрелков.

Слева во дворе стоял всеми забытый и бесполезный геликоптер. Пилот куда-то исчез. Грохот сильного взрыва донесся из стен замка. Шэффер поднял голову, чтобы определить - откуда именно, и, увидев дым, клубящийся из окна верхнего этажа в восточном крыле, прикинул, какой из его взрывпакетов сработал на этот раз. В тот же миг шестое чувство заставило его посмотреть вправо. Он замер. В воротах замка появились те самые люди с собаками, которых он видел сверху у подножия скалы. Из оскаленных пастей доберман- пинчеров вырывались клубы морозного пара. Шэффер инстинктивно отпрянул назад: с солдатами он так или иначе мог бы справиться, но собаки были ему не по силам. Он шмыгнул назад, под защиту железных дверей, закрыл их за собой и положил ключ в карман.

Неожиданно над его головой раздался треск. Битое стекло посыпалось на пол. Шэффер недоуменно поднял глаза кверху. Ствол "люгера" автоматически повторил траекторию его взгляда.

- Убери пушку, - недовольно сказал Смит, прижав лицо к металлическим прутьям. - Ты что, решил, что сюда Крамер с компанией пожаловал?

- Нервы, - сухо объяснил Шэффер. - Знали бы вы, что пришлось пережить лейтенанту Шэфферу. А что там у вас новенького?

- Каррачола с приятелями мерзнут носом вниз на крыше, Мэри со "шмайсером" за ними присматривает. Джонс еще наверху. Боится высунуться. Говорит, что не переносит высоты. Я устал его убеждать. А у тебя что?

- Тихо. Похоже, пока никто не собирается воспользоваться услугами фуникулера. Обе двери на замке. Они железные, и если кому-нибудь придет в голову их штурмовать, не сразу поддадутся. Кстати, босс, впорхнул я сюда как птичка. В буквальном смысле слова. Без крыльев тут не обойтись. Вам с вашей рукой этого пути нипочем не проделать. Мэри и старикан и пытаться не станут. А Каррачола и прочие - ну, впрочем, что о них беспокоиться...

- Сначала поставь рычаг электропитания подвесной дороги в положение "аварийное". Они наверняка отключат здесь энергию из замка.

- 0'кей. Готово. Здесь еще кнопки "Пуск" и "Стоп", механический тормоз...

- Включай мотор, - приказал Смит. Шэффер нажал кнопку "Пуск", генератор загудел, быстро набирая обороты. - Теперь освободи тормоз и поставь передачу на передний ход. Если сработает, останови вагончик и попробуй задний ход. Шэффер снял тормоз и включил передачу. Вагончик послушно двинулся вперед. Шэффер остановил его, включил обратную передачу и вернулся в исходную точку.

- Гладко, да?

- Теперь подведи вагончик серединой под крышу. Мы спустимся по веревке на крышу вагончика, а ты доставишь нас внутрь.

- Здорово придумано! - с восторгом сказал Шэффер.

- Первыми я отправлю Каррачолу, Томаса и Кристиансена, - сказал Смит. - Сумеешь приглядеть за ними, пока мы не подоспеем?

- Оскорбление подчиненных не способствует укреплению их морального духа, - обиженно ответил Шэффер.

- Я и не знал, что он у тебя еще остался. А теперь я еще попытаюсь уговорить нашу Джульетту спуститься с балкона. - Смит пнул Каррачолу носком ботинка.

- Ты пойдешь первым. По веревке на крышу вагончика. Каррачола посмотрел вниз.

- Не заставите. Ни за что, - он покачал головой, глядя на Смита полными ненависти глазами. - Лучше застрелите. Прямо сейчас.

- Застрелю, если попробуешь сбежать, - ответил Смит. - И ты об этом знаешь.

- Знаю, конечно. Но вот так, лицом к лицу, вы меня не пристрелите. Вы ведь с принципами, так, майор? Эдакий высокоморальный идиот, который готов рисковать жизнь, чтобы спасти вражеского солдата. Ну, что не стреляете?

- Просто нет необходимости. - Здоровой рукой Смит сгреб Каррачолу за волосы и сильно дернул назад, поднеся ему к лицу дуло "люгера". От острой боли, причиненной размозженной руке, его затошнило, но он даже не поморщился. - Я стукну тебя хорошенько на веревке. Шэффер подаст вагончик и втащит тебя внутрь. Но ты, видно, заметил, что моя правая рука не вполне в порядке, так что не обессудь, если я неважно затяну узел или не смогу тебя удержать. Будешь плохо себя вести, может, и Шэффер не захочет взять тебя в спутники. Но мне по большому счету на все это наплевать, Каррачола.

- Подлая змея! - Слезы бессилия брызнули из глаз Каррачолы, в голосе звучала остервенелая ярость. - Клянусь Богом, я выживу, чтобы заставить тебя пожалеть о том, что ты со мной встретился.

- Поздно. - Смит с презрением оттолкнул Каррачолу от себя и тому пришлось схватиться за веревку, чтобы не свалиться с крыши. - Я об этом жалею с тех самых пор, как обнаружил, кто ты есть на самом деле. Дерьмо собачье. Вали отсюда, а то я вправду пристрелю тебя. Какого черта я обязан тащить тебя на своем горбу в Англию?

Каррачола повиновался. Он соскользнул вниз по веревке. пока ступни его не уперлись в штангу вагончика. Томас последовал вниз без лишних уговоров. За ним отправился и Кристиансен. Смит увидел, как вагончик начал двигаться внутри помещения станции и посмотрел вверх, на окно, откуда свисала веревка.

- Мистер Джонс?

- Я тут, - раздался голос Карнаби-Джонса из глубины комнаты. Он не рискнул даже высунуться из окна.

- Надеюсь, вы не заставите себя ждать, - серьезным тоном сказал Смит. - Другого выбора у вас нет. К вам могут войти в любую минуту. Мне неприятно говорить об этом, но я вынужден. Мой долг предупредить вас о том, что с вами сделают. Вас будут пытать, мистер Джонс, как шпиона и не такими пошлыми способами, как вырывание зубов и ногтей, а невыразимыми пытками, которые у меня язык не поворачивается описать в присутствии мисс Эллисон. А кончите вы в газовой камере. Если к тому времени еще останетесь живым.

Мэри стиснула его плечо.

- Неужели они правда на это пойдут?

- Господи, конечно, нет! - спокойно сказал Смит и громко добавил: - Вы умрете в страшных мучениях, мистер Джонс, вам такое не привиделось бы и в самом кошмарном сне. И умирать будете долго. Много часов. Может быть - дней. Не переставая кричать от боли.

- Что же мне делать. Господи? - полным отчаяния голосом проговорил Джонс. - Что делать?

- Спуститься вот по этой веревке, - безжалостно ответил Смит. - Всего-то метров пять. Совсем немного, мистер Джонс. Вам это раз плюнуть.

- Я не могу, - запричитал Джонс. - Ей-богу, не могу.

- Можете, можете! - не уступал Смит. - Хватайте веревку, закрывайте глаза, перелезайте через подоконник и вперед! А мы вас тут поймаем.

- Я не могу! Не могу!

- Господи! - взмолился Смит. - Господи! Уже слишком поздно.

- Что значит - поздно?

- Они приближаются, зажгли свет во всем крыле - и в том окне, и в этом... Сейчас войдут к вам. Когда вас разложат на столе пыток...

Не прошло и двух секунд, как Карнаби-Джонс перемахнул через подоконник и заскользил по нейлоновой веревке. Глаза его были плотно зажмурены.

- Ну и врун же ты, - восхитилась Мэри.

- Вот и Шэффер мне говорит то же самое, - ответил Смит. - Значит, в этом есть зерно истины.

Вагончик с тремя мужчинами, прижавшимися к штанге, медленно вполз в помещение станции, дернулся и остановился. Один за другим они, повинуясь движению "люгера" Шэффера, спрыгивали вниз, сначала повиснув на руках. Последним был Томас, который, вроде неудачно приземлившись, вскрикнул от боли и тяжело завалился на бок. Но падая, он выбросил руки и задел Шэффера. Тот потерял равновесие, а тут еще Кристиансен ударил его головой в живот. Лейтенант упал навзничь, ударившись спиной о генератор так, что перехватило дыхание. Кристиансен вырвал у него пистолет и приставил к горлу.

Каррачола подбежал к железной двери тоннеля и остервенело затряс их. Потом кинулся назад к Шэфферу и вцепился ему в горло.

- Там замок. Где ключ от этого чертова замка? - Голос его был похож на шипение змеи. - Двери заперты изнутри. Только ты мог это сделать. Где ключ?

Шэффер попытался сесть, ослабевшей рукой отводя от себя руки Каррачолы.

- Дай дохнуть, - прохрипел он. - Меня сейчас вырвет.

- Где этот чертов ключ? - напирал Каррачола.

- Господи, да пусти меня! - Шэффер неуклюже поднялся на колени, из горла его вырывались какие-то нечленораздельные звуки. Он помотал головой, словно пытаясь развеять туман в глазах, потом поднял мутный взгляд на Каррачолу:

- Чего тебе надо? Что ты сказал?

- Ключ! - в ярости заорал Каррачола и несколько раз наотмашь ударил Шэффера ладонью по лицу. - Где ключ!

- Полегче, полегче! - Томас перехватил его руку. - Не дури. Тебе ведь надо, чтобы он заговорил, а не сдох.

- Ключ... а, ключ...

Шэффер неуверенно поднялся на ноги и застыл. Глаза его были полузакрыты, лицо бледно-землистого цвета, из уголков рта сочилась кровь.

- Там батареи, я, должно быть, спрятал его за батареями. Впрочем, погоди... - Слова его звучали глухо и отрывисто. - Кажется, я только хотел это сделать. - Он пошарил в карманах, нащупал ключ и протянул его Каррачоле. Тот, победно улыбнувшись уголком рта, хотел было взять его, но Шэффер резким движением размахнулся и швырнул ключ в обрыв. Каррачола завороженно проследил за его полетом и, рассвирепев от ярости, с размаху ударил Шэффера по голове его же "шмайсером". Американец свалился как подкошенный.

- Ну, - холодно заключил Томас, - остается выбить замок из автомата.

- Если желаешь покончить жизнь самоубийством. Пули отрекошетят от железной двери, - Каррачола вдруг улыбнулся.

- Но чего мы, собственно, добиваемся? Давайте пораскинем мозгами. Выбравшись отсюда во двор, мы первым делом получим пригоршню пуль в живот. Не забудьте, что тех, кому известно, кто мы такие на самом деле, угостили нембуталом, и они нескоро придут в себя. Для всех остальных мы либо неизвестно кто, либо - пленные. И в том, и в другом случае - враги.

- И что же? - нетерпеливо перебил его Томас.

- Вот я и говорю, надо мозгами шевелить. Значит так. Спустимся вниз на этой штуковине, позвоним Ванснеру, попросим его сообщить в замок, где находится Смит. А если Смиту удастся спуститься в деревню вслед за нами, поможем устроить ему торжественную встречу на нижней станции. Потом отправляемся в казармы - у них там наверняка есть радиопередатчик - и связываемся сами знаете с кем. Есть вопросы?

- Никаких! - повеселел Кристиансен. - И после этого мы будем жить долго и счастливо. Так пошли, чего мы ждем? - Давайте оба в вагончик.

Каррачола подождал, пока они забрались туда, пересек помещение станции, остановился там, где Смит разбил световой люк и позвал:

- Босс!

В руке он держал "люгер" Шэффера с глушителем. Смит поручил Мэри дрожащего Карнаби-Джонса, который так и не открывал глаз, и сделал два шага в сторону люка. Но не случайно Уайет-Тернер говорил, что у Смита встроен радар, реагирующий на любую опасность; зов снизу заставил этот радар заработать на полную мощность.

- Шэффер? - осторожно спросил он. - Лейтенант Шэффер, это вы?

- Я, босс, - ответил голос с характерным акцентом. Тем не менее радар майора бил тревогу. Смит опустился на четвереньки и бесшумно пополз вперед. Он не сразу увидел Шэффера, распластавшегося на полу, но успел отпрянуть, и ветер от пролетевшей у его головы пули, пущенной из "люгера", только взметнул ему волосы. Снизу донеслось проклятье.

- Это был твой последний шанс, Каррачола, - сказал Смит. Теперь ему хорошо было видно лицо Шэффера, точнее - кровавая маска, в которую оно превратилось. Сверху трудно было судить, жив он или мертв. Он больше был похож на мертвеца.

- Ошибаешься, - рассмеялся Каррачола. - Я просто растягиваю удовольствие. Мы отчаливаем. Смит. Сейчас я заведу мотор. Если не хочешь, чтобы Шэффер получил пулю, - при этих словах он кивнул на Кристиансена, который держал лежащего под прицелом "шмайсера", - не делай глупостей.

- Как только ты подойдешь к панели управления, Каррачола, попадешь мне на мушку, и я пристрелю тебя. Шэффер мертв. Я вижу.

- Его угостили прикладом, это верно, но удар был не смертельный.

- Я убью тебя, - без выражения повторил Смит.

- Вот проклятье, я же сказал, что он жив! - Каррачоле явно стало не по себе.

- Я тебя убью, - еще раз бесстрастно сказал Смит. - А если не я, тебя кокнут внизу. Взгляни, что мы сотворили с их драгоценным Шлосс Адлером. Он весь в огне. Нетрудно догадаться, что ребята получили приказ стрелять без предупреждения во всех подозрительных. А ты, Каррачола, подозрительный.

- Послушай же меня, - уже с ноткой отчаяния сказал Каррачола. - Я докажу, что Шэффер жив.

Каррачола вошел в поле обзора Смита и, увидев наставленный на себя ствол "шмайсера", отшвырнул "люгер":

- Автомат тебе не понадобится! - Потом склонился над Шэффером, зажал ему пальцами нос и прикрыл ладонью рот. Шэффер, как марионетка, задергал головой и зашевелил пальцами, словно пытаясь схватить воздух.

- И не забудь, - пригрозил Каррачола, - что Кристиансен держит его на прицеле.

Он демонстративно прошел к пульту управления, включил генератор и освободил механический тормоз. Смит отложил бесполезный теперь "шмайсер" и поднялся. На его лице была горечь.

- Вот, значит, как, - проговорила Мэри неестественно спокойным тоном. - Конец. Всему конец. Операции "Оверлорд" - и нам. Если нас вообще кто-нибудь принимает в расчет.

- Я принимаю. - Смит достал и взял в здоровую руку свой "люгер". - Присмотри за нашим малышом.

Дальше