Содержание
«Военная Литература»
Мемуары

В честь Дня Флота

Для североморцев День Военно-Морского Флота 1943 года был двойным праздником. В этот день отмечалась и десятая годовщина со дня создания Северного флота - самого молодого из флотов нашей страны.

Как мудро поступили партия и правительство, своевременно создав здесь, у берегов Советского Заполярья, флот. Это, пожалуй, в полной мере мы смогли оценить только во время войны. Несмотря на свою молодость, Северный флот доблестно сражался и побеждал врага.

На флоте сложились крепкие боевые традиции. Здесь очень сильны взаимная выручка, товарищеская взаимопомощь в бою и учебе, дружба и сплоченность. Это особенно заметно нам, новым североморцам. Мы здесь меньше пяти месяцев, но благодаря помощи товарищей чувствуем себя уже равноправными членами дружной боевой семьи.

...Зал торжественного заседания переполнен. На сцене за столом президиум; среди других матросов, старшин и офицеров - два представителя нашей лодки: старшина радистов Пустовалов и я.

Докладчика нет. Командующий открыл заседание, поздравил собравшихся с праздником и предоставил слово командиру отряда торпедных катеров Александру Шабалину. Он кратко рассказывает о последней лихой атаке вражеского конвоя. Затем выступает летчик, только сегодня сбивший фашистского стервятника. Морской пехотинец, сражавшийся на хребте Муста-Тунтури, делится своим опытом снайпера. Два дня назад от посланной им пули у фашистов одним горным егерем стало меньше.

Каждому оратору горячо и долго аплодируют. Аплодируют и мне, когда я докладываю об атаках в [125] последнем походе. Оказывается, весь президиум состоит из североморцев, отличившихся в боях последних дней.

В заключение официальной части вечера объявляются указы Президиума Верховного Совета СССР о награждении орденами соединений флота и приказ Наркома Военно-Морского Флота о преобразовании ряда кораблей и частей в гвардейские. Орденом Красного Знамени награждена наша бригада. Гвардейского звания удостоена прославленная подводная лодка Федора Видяева.

Когда мы стоя аплодируем награжденным кораблям и частям, над бухтой раздаются два артиллерийских выстрела. Это возвратилась из похода и принесла свой боевой подарок подводная лодка Константина Шуйского.

Самым молодым флотом командует самый молодой по возрасту командующий. Ему всего тридцать шесть лет. Сегодня Арсению Григорьевичу Головко присвоено звание адмирала. Мы, командиры подводных лодок, от души радуемся этому, ибо мы уважаем нашего командующего. Нас удивляет его работоспособность. Он находит время, чтобы проводить в поход и встретить из похода почти каждый корабль, когда бы он ни возвращался. Успевает бывать на аэродромах, батареях. И не просто бывать, а поговорить с воинами, поинтересоваться их жизнью.

Адмирал знает сильные и слабые стороны каждого из нас, командиров кораблей. Интересуется, как мы учимся, что читаем, как проводим свободное время. Разговаривая с командующим в неофициальной обстановке, всегда нужно быть готовым ответить на самый неожиданный вопрос. Он любит острое слово, шутку, и сам в этом показывает пример. С уважением относится к каждому собеседнику, даже если не согласен с ним.

Память на фамилии и лица у адмирала феноменальная. Например, во время первого посещения нашей лодки командиры отсеков, представляясь командующему, называли свои фамилии. Сейчас, когда мы возвратились из похода, адмирал, обходя выстроившихся на палубе моряков, здоровается с каждым за руку и безошибочно называет по фамилии всех, кто ему в свое время представлялся. Когда я рассказал это [126] товарищам, они даже не удивились. Об этом все давно знают, и мы не являемся исключением.

Слово адмирала, его мнение для нас непререкаемо не только потому, что он командующий. Нам кажется, именно таким должен быть командир для своих подчиненных, как для нас Головко. Вот почему мы многому учимся у своего командующего и гордимся им, как гордимся своим флотом.

Офицерам и старшинам нашего корабля присвоены очередные воинские звания. Весь экипаж, в том числе находившиеся в походе курсанты, удостоены высоких правительственных наград. Есть чему радоваться и чем гордиться. Больше всего нас, конечно, радует победа Советской Армии в битве под Курском и Белгородом. Эта победа красноречиво говорит о росте наших сил.

Но не только радостью отмечены праздники. Есть и горести. Лодка Видяева не вернулась из похода. Вот уже несколько дней, как нет от нее ответа на запросы по радио. И хотя не истек еще срок автономности лодки, все мы знаем, что больше мы никогда уже не увидим Федора Видяева и его экипаж. Они навсегда остались в море, которое защищали и любили. Наши мысли флотский поэт выразил такими словами:

В глубинах, где шли мы в подводном дозоре,
Где нашим победам мы множили счет,
Видяев, навеки оставшийся в море,
Бессменную вахту поныне несет...

Погибшие товарищи навсегда останутся для нас живым примером беспредельной любви к Отчизне и верности воинскому долгу.

У причалов, откуда ушла в свой последний поход Краснознаменная, ставшая гвардейской, лодка, будет сооружен скромный памятник Федору Алексеевичу Видяеву.

Нам официально не засчитали потопление двух последних транспортов. В звезду имеем право вписать цифру шесть, а не восемь, как мы мечтали. Ничего не поделаешь: наблюдать гибель транспортов и сфотографировать их на этот раз не удалось.

По случаю праздника и возвращения из похода у нас три дня отдыха. Пользуясь этим, комсомольцы организовали обсуждение книги Н. Островского «Как [127] закалялась сталь». К обсуждению готовились давно. Уходя в поход, в библиотеке взяли два экземпляра книги, да один у меня был свой. В море роман прочел весь экипаж. Обсуждение привлекло людей и с соседних лодок. Подходили, слушали, а затем просили слова.

Большинство выступавших связывает борьбу комсомольцев первого поколения с задачами сегодняшнего дня. Видят преемственность между подвигами Павла Корчагина и наших современников - таких, как Таня - Зоя Космодемьянская и североморец Иван Сивков. Много хороших, зрелых и вместе с тем горячих выступлений. Мысли направлены к одному - воевать можем и должны еще лучше!

Понравилось мне заключение комсорга Оборина. - В гражданскую войну комсомольцам и молодежи было труднее, чем нам. Не было оружия. Не хватало опыта. Но был энтузиазм освобожденных тружеников и желание построить счастье на земле. И этого оказалось достаточно, чтобы под руководством партии молодежь вырастила тысячи Корчагиных и Железняковых. У нас есть и оружие и знание военного дела, а главное, мы не в мечтах, а в жизни видели, что дает молодежи Советская власть. Пусть немецкие фашисты сильнее белогвардейцев времен гражданской войны. Судьба их будет такой же. А комсомолец Павел Корчагин всегда будет примером для подражания. Думаю, не ошибусь, если скажу: комсомольцы нашей лодки будут воевать так, чтобы не было стыдно перед старой комсомольской гвардией, чтобы всегда быть достойными великого имени, которое носит комсомол, - имени Владимира Ильича Ленина.

Хорошо сказал Оборин. И правильно сделала комсомольская организация, устроив обсуждение книги «Как закалялась сталь». В этот день в кубрике нашей команды завязалась интересная беседа, а такие беседы поднимают у людей чувство патриотизма, закаляют дух, укрепляют сознание долга и готовность во имя его пойти на любые жертвы. А это исключительно важно: ведь у нас впереди новые походы и бои.

Воевать нужно не только торпедой, но и горячими, доходящими до самого сердца словами Островского, Маяковского, хорошим стихом и газетной статьей, [128] словом, всем тем, что заставляет еще крепче любить Родину и ненавидеть ее врагов.

Не случайно выдающиеся полководцы и флотоводцы уделяли исключительное внимание моральному духу войск. Суворов, Ушаков, Нахимов, Фрунзе-все они считали, что от морального фактора на войне, в бою очень многое зависит.

Тем более это важно теперь, когда в войну втянуты многие народы, когда целью войны стало существование той или иной социальной системы.

Полагаю, что вся наша работа должна быть направлена на овладение своей специальностью, развитие у воина смелости, находчивости, инициативы, на привитие ему чувства долга перед своим народом и готовности пожертвовать собою во имя Родины.

Решению этих задач должно быть подчинено все: тренировка у механизмов, личный пример офицера, политические занятия, доклады, диспуты, повседневная организация службы. И еще одно мне ясно. Чтобы добиться безукоризненной исполнительности, высокой дисциплины, нужна большая, кропотливая черновая работа. Какая-то частичка этой работы и была проделана сегодня. [129]

Дальше