Содержание
«Военная Литература»
Мемуары

III. Генералъ Викторъ Леонидовичъ Покровскiй

9го ноября 1922 года въ г. Кюстендилѣ, на границѣ Болгарiи и Сербiи, погибъ отъ предательской руки одинъ изъ сознательныхъ патрiотовъ земли Русской генералъ Викторъ Леонидовичъ Покровскiй. Это былъ энергичный, горячаго темперамента, образованный, самоотверженный, гуманный, вдохновенно проникнутый и фанатически преданный идеѣ борьбы съ большевизмомъ человѣкъ.

Это тотъ Покровскiй, который первымъ изъ Рускихъ военныхъ летчиковъ во время европейской войны захватилъ въ воздушномъ бою въ плѣнъ непрiятельскiй аппаратъ съ летчикомъ и наблюдателемъ и тѣмъ въ самомъ началѣ военныхъ дѣйствiй сразу покрылъ славою имя молодой тогда Русской авiацiи.

Это - тотъ Покровскiй, который, среди крайне тяжелыхъ условiй, первымъ поднялъ знамя борьбы на Кубани за освобожденiе Росеiи отъ ея угнетателей.

Погибъ онъ въ полномъ расцвѣтѣ силъ, въ то время, когда, какъ вождь, прибылъ къ своимъ старымъ соратникамъ, чтобы имъ, среди тягостей изгнанiя, помочь, вдохнуть, и поддержать ихъ гаснувшiя силы и увлечь на новый подвигъ.

Онъ не могъ мириться съ сѣрою эмигрантскою жизнью. Присущiя ему исключительная идейность, высокое чувство нацiонализма и любовь къ Россiи всегда увлекали его на самопожертвованiе для горячо любимой имъ Родины.

Два года зарубежной жизни протекли для покойнаго въ непрерывной научной работѣ. Онъ въ совершенствѣ изучилъ нынѣшнее общее политическое и экономическое положенiе Европы и въ частности совѣтской Россiи, написавъ о немъ громадный въ пяти частяхъ трудъ своего анализа.

Слишкомъ тяжело ему было жить и работать среди парижской, берлинской и вѣнской эмиграцiи, въ большинствѣ своемъ ушедшей въ область личныхъ матерiальныхъ заботъ жизни.

Въ концѣ 1922 года онъ покинулъ Берлинъ и направился въ страну, гдѣ, среди особенно тягостныхъ условiй, живутъ кадры армiи, - та категорiя Русскихъ эмигрантовъ, которая вынесла на своихъ плечахъ всю тяготу вооруженной борьбы, походовъ и эвакуацiй, но [6] продолжающая всетаки стойко и идейно вѣрить въ скорое паденiе власти совѣтовъ, - въ Болгарiю. Его появленiе въ Болгарiи вызвало охоту по немъ со стороны коммунистовъ.

Онъ былъ дважды преданъ имъ, зорко слѣдившимъ, въ лицѣ чекиста Чайкина, измѣнника Секретева и другихъ - за этимъ генiальнымъ организаторомъ. Первый равъ его предалъ, продавшiй свою шпагу большевикамъ, генералъ Муравьевъ. - 'Къ счастью, хотя и въ послѣднiй моментъ, писалъ В. Л. Покровскiй 30го октября 1922 г., но все же это было замѣчено'. Пришлось покинуть Софiю и переѣхать вь г. Родомiръ. Увы!.. Онъ спасся отъ одного предателя, а тамъ его поджидалъ уже другой. И кто? Извѣстный ему уже четыре года офицеръ. Сотникъ Артемiй Соколовъ.

7го ноября Покровскiй послалъ Соколова въ Софiю для выполненiя нѣкоторыхъ порученiй и приказалъ ему на слѣдующiй день съ опредѣленнымъ* поѣздомъ прибыть въ г. Кюстендиль, гдѣ и должна была состояться ихъ встрѣча. Передъ отправкою Соколова, бывшiе вмѣстѣ въ генераломъ Покровскимъ офицеры заявили послѣднему, что они не довѣряютъ Соколову и опасаются, какъ бы онъ ни предалъ его.

'Я его знаю 4 года лично, онъ и всѣ, кто со мной - люди внѣ подозрѣнiй', отвѣтилъ Покровскiй. [7]

Но на слѣдующiй день съ условленнымъ поѣздомъ Соколовъ не прибылъ; это еще болѣе вызвало подозрѣнiе у бывшихъ съ Покровскимъ лицъ, предложившихъ ему переѣхать въ другой городъ. Однако онъ рѣшительно отвергъ это предложенiе.

9го ноября, около 10 ч. вечера въ Кюстендиль на автомобиляхъ прибыли чекисты Чайкина и, окруживъ вмѣстѣ съ болгарскими солдатами домъ, гдѣ находился Покровскiй, открыли стрѣльбу. Покровскiй выбѣжалъ, выстрѣлами изъ револьвера ранилъ двухъ чекистовъ и прорвался черезъ нападавшихъ во дворъ; здѣсь былъ раненъ болгарскимъ солдатомъ штыкомъ въ бокъ и упалъ; подбѣжали коммунисты, схватили раненаго, положили на автомобиль и увезли. По дорогѣ его истязали, ограбили и, наконецъ, звѣрски добивъ, бросили изуродованное тѣло въ моргъ Кюстендильской больницы.

На просьбу родственниковъ убитаго, обращенную въ прокурору Софiйскаго суда о производотвѣ слѣдствiя объ ограбленiи В. Л. Покровскаго и объ истязанiяхъ, послѣдствiемъ которыхъ была его смерть, болгарскiя власти не сочли нужнымъ даже отвѣтить. Предатель Соколовъ, получивъ за свое мерзкое дѣло 10000 болгарскихъ левъ, остался въ Софiи подъ защитой коммунистовъ и ихъ прислужниковъ. [8]

Прошлое этого выдающагося человѣка весьма интересно. Оно выявляетъ и его исключительныя дарованiя, рѣдкую любовь къ Родинѣ и твердую, непоколебимую вѣру въ возрожденiе Россiи.

В. Л. Покровскiй изъ Одесскаго кадетскаго корпуса поступилъ въ 1906 году въ Павловское военное училище, которое онъ окончилъ первымъ и затѣмъ былъ произведенъ въ офицеры въ Гренадерскiй Малороссiйскiй полкъ. Заурядная служба въ полку его не удовлетворяла: онъ, еще совсѣмъ юный, мечталъ о болыпой работѣ, о широкой дѣятельности. Весь свой досугъ онъ отдавалъ чтенiю, научнымъ занятiямъ и особенно заинтересовался авiацiею. Онъ вѣрилъ въ ея будущее, въ ея громадное значенiе на войнѣ и рѣшилъ посвятить себя этой области.

Въ 1912 году онъ поступилъ въ Петроградскiй Политехническiй Институтъ, въ классъ авiацiи, гдѣ съ исключителышмъ интересомъ изучилъ технику летательныхъ аппаратовъ, а затѣмъ переѣхалъ для прохожденiя практическихъ занятiй въ Севастопольскую авiацiонную школу. Закончивъ курсъ и сдавъ въ Ноябрѣ 1914 г. экзаменъ, онъ немедленно отправился въ Дѣйствующую Армiю, съ столь дорогимъ для него званiемъ военнаго летчика.

Мѣсяца не проходитъ чтобы отважный летчикъ не совершилъ выдающагося подвига. Одна за другой [9] боевыя награды украшаютъ его грудь. Вотъ небольшая выписка изъ послужнаго списка Покровскаго всего за два мѣсяца его дѣятельности:

Военный летчикъ поручикъ Викторъ Покровскiй, въ перiодъ времени съ 16го мая по 15ое iюля 1915 г. произвелъ, исключая перелеты, 40 воздушныхъ развѣдокъ, каждый разъ выполняя данныя заданiя, давая штабамъ корпусовъ цѣнныя свѣдѣнiя о противникѣ. Развѣдки эти производились подъ сильнымъ орудiйнымъ, пулеметнымъ и ружейнымъ огнемъ непрiятеля. За означенный перiодъ времени Покровскiй, согласно оффицiальной реляцiи, пробылъ въ воздухѣ надъ противникомъ 141 часъ; участвовалъ въ четырехъ воздушныхъ бояхъ, обстрѣливая непрiятельскiе аппараты и дважды препятствуя имъ произвести развѣдку; помимо сего 16го мая участвовалъ въ воздушномъ бою съ германскимъ аппаратомъ и произвелъ развѣдку, несмотря на то, что аппаратъ его былъ поврежденъ пулей противника, причемъ въ 35 верстахъ отъ своихъ позицiй и весь путь до нихъ подвергся обстрѣлу германскаго аппарата, летящаго прямо надъ головой, и перешелъ позицiи на высотѣ всего 700 метровъ. 7го iюня обстрѣлялъ германскiй аппаратъ и заставилъ его спуститься. 15го iюня совершилъ ночной полетъ для отысканiя батарей противника и обнаружилъ шесть непрiятельскихъ батарей. 27го iюня преслѣдовалъ [10] аппаратъ противника и заставилъ его повернуться и спуститься. 9го iюля во время развѣдки тыла противника, попавшей въ моторъ пулей - свернутъ клапанъ и тяга цилиндра аппарата Покровскаго и, несмотря на то, что цилиндръ былъ приведенъ въ полную негодность и моторъ въ 11 верстахъ въ тылу у противника выключился, сумѣлъ спуститься на своей территорiи, не повредивъ аппарата.

15го iюля Покровскiй совершаетъ настолько значительное по отвагѣ и цѣнности результата дѣло, что вскорѣ по представленiю Верховнаго Главнокомандующаго, награждается офицерскимъ крестомъ Св. Георгiя 4ой степени и имя его попадаетъ на страницы многочисленныхъ приказовъ, газетъ и журналовъ.

Это было на австрiйскомъ фронтѣ, у Золотой Липы, гдѣ стоялъ 2ой Сибирскiй корпусный авiацiонный отрядъ, въ которомъ служилъ покойный.

Утромъ 15го iюля Покровскiй вмѣстѣ со своимъ наблюдателемъ корнетомъ Плонскимъ, совершивъ обычную развѣдку, вернулся сильно утомленнымъ на аэродромъ отряда.

Въ тоть же день около полудня, вдругъ появился у Золотой Липы большихъ размѣровъ австрiйскiй 'альбатросъ', который держалъ направленiе на расположенный недалеко отъ 2го Сибирскаго авiацiоннаго [11] отряда штабъ армiи, видимо съ намѣренiемъ бросить туда бомбы.

Это замѣтилъ Покровскiй: забывъ усталость, онъ приказалъ наблюдателю Плонскому садиться въ аэропланъ. Мигомъ они вскочили на "фарманъ' и аппаратъ сталъ брать высоту, держа путь прямо на австрiйскiй альбатросъ. На высотѣ около двухъ верстъ, почти надъ самымъ штабомъ армiи, Покровскiй ветупиль въ бой съ австрiйскимъ летчикомъ. Мѣткой стрѣльбой и поразительно искуснымъ управленiемъ аппарата, Покровскiй вызвалъ замѣшательство на альбатросѣ и австрiецъ, повернувъ, сталъ уходить. Но Покровскiй сумѣлъ занять позицiю надъ нимъ и началъ прижимать его къ низу. Противникъ снижался и затѣмъ, опасаясь сѣсть на верхушки лѣса, вынужденъ былъ спуститься. Тогда Покровскiй поспѣшилъ снизиться саженяхъ въ 40 отъ альбатроса и выскочилтГ изъ своего фармана; приказавъ Плонскому охранять его, самъ бросился къ австрiйцамъ, которые спѣшили поджечь свой аппаратъ. Покровскiй стремительно подбѣжалъ въ летчику и ударомъ рукоятки револьвера сбилъ его съ ногъ, а на наблюдателя, офицера австрiйскаго генеральнаго штаба, направилъ маузеръ. Обезоруживъ офицеровъ и поставивъ ихъ впереди себя съ заложенными назадъ руками, онъ слѣдовалъ лично за ними и такимъ образомъ привелъ плѣнныхъ въ штабъ [12] армiи, а затѣмъ доставилъ въ авiацiонный отрядъ совершенно исправный австрiйскiй аппаратъ.

Имя Покровскаго стало въ войскахъ популярнымъ. Въ сентябрѣ 1915 г. онъ срочно былъ вызванъ въ Ставку, гдѣ ему дано было чрезвычайно важное заданiе по развѣдкѣ глубокаго тыла противника. Данное порученiе было блестяще имъ выполнено.

Въ январѣ 1916 года Покровскiй, въ чинѣ капитана, былъ назначенъ командиромъ 12го Армейскаго авiацiоннаго отряда, стоявшаго въ Ригѣ. Ежедневные налеты нѣмецкихъ 'Таубе' дѣлали работу отряда крайне напряженной, поотоянныя развѣдки сопровождались очень часто воздушными боями. Сильно порѣдѣлъ составъ отряда, самъ Покровскiй, и безъ того уже израненный, получилъ контузiю, переломъ двухъ реберъ и отморозилъ себѣ руки. За то его отрядъ стяжалъ славу неустрашимаго и побилъ рекордъ пребыванiя въ воздухѣ.

Наступила революцiя, а съ нею разложенiе армiи. Не могъ перенести и примириться съ несмываемымъ позоромъ 'великой и безкровной' истый воинъ и, бросивъ любимое дѣло, поѣхалъ въ Петербургъ, гдѣ примкнулъ къ организацiямъ Корнилова и Колчака. Послѣ октябрьскаго переворота, не теряя вѣры въ дѣло спасенiя, пробрался на Донъ къ Каледину, а затѣмъ на [13] Кубань, - въ Екатеринодаръ, гдѣ сталъ во главѣ первыхъ добровольческихъ формированiй.

Лучше всего характеризуетъ Покровскаго сама же Кубань въ своихъ многочисленныхъ постановленiяхъ объ избранiи его почетнымъ казакомъ освобожденныхъ имъ отъ большевиковъ городовъ и станицъ. Простой, безыскусный языкъ постановленiй казачьихъ сборовъ называетъ его героемъ Кубани, освободителемъ области отъ изувѣровъ болыневиковъ, защитникомъ закона и справедливости, покровителемъ обездоленныхъ. 95 станицъ Кубанскаго Войска избрали его своимъ почетнымъ старикомъ. Это же почетное званiе онъ получилъ отъ 8 черкесскихъ ауловъ, 7 станицъ Терскаго Войска, 5 - Войска Донского и 3 Войска Астраханскаго. Екатеринодаръ, Новороссiйскъ, Майкопъ, Ейскъ, Анапа, Темрюкъ и Туапсе избрали его своимъ почетнымъ гражданиномъ.

Самостоятельно поднявъ въ декабрѣ 1917 г. возстанiе на Кубани, разгромивъ большевиковъ на Новороссiйскомъ направленiи, организовавъ героическую оборону Екатеринодара и взявъ въ январьскихъ и февральскихъ бояхъ въ плѣнъ болѣе 4000 человѣкъ, 16 орудiй, 60 пулеметовъ, Покровскiй, уже въ должности Командующаго Войсками Кубанской Области, благополучно 28го февраля 1918 г. вывелъ Армiю изъ Екатеринодара  [14] и 14го марта соединился съ Армiей генерала Корнилова.

Для выполненiя заданiя генерала Корнилова, онъ, что называется, съ коня, среди всѣхъ тягостей 1го Кубанскаго похода, приступилъ къ организацiи регулярныхъ частей 1ой Кубанской казачьей дивизiи. Къ этому дѣлу онъ приложилъ строго продуманный планъ и къ маю 1918 г. сформировалъ первые 4 полка этой дивизiи и тѣмъ возродилъ Кубанскую конницу. Формируя и въ то же время ведя со своими полками бои, Покровскiй съ апрѣля по августъ ликвидировалъ Батайскую и Таманскую красныя армiи, очистилъ отъ большевиковъ Задонскiй районъ и всѣ Черноморскiя и Закубанскiя станицы. Участвовалъ со своей дивизiей при занятiи Екатеринодара и, послѣ непрерывныхъ боевъ, овладѣлъ городами Темрюкомъ, Анапой, Новороссiйскомъ, Майкопомъ, Туапсе и Ейскомъ.

Въ качествѣ Командира 1го Кубанскаго Казачьяго Корпуса съ августа 1918 по февраль 1919 года, Покровскiй разгромилъ и плѣнилъ 11, 12 и 13 совѣтскiя армiи и овладѣлъ почти всѣмъ Сѣвернымъ Кавказомъ, съ городами - Георгiевскъ, Моздокъ, Грозный, Кизляръ, - при чемъ взялъ въ плѣнъ 119000 красноармейцевъ, 171 орудiе, 426 пулеметовъ и 19 бронепоѣвдовъ. [15]

Въ февралѣ 1919 года 1ый Кубанскiй и 2ой Донской корпуса, подъ общею командою Покровскаго, были переброшены на Донъ, гдѣ тогда положенiе бѣлыхъ сильно ухудшилось. Онъ велъ неустанные бои на подступахъ къ Новочеркасску, заставилъ большевиковъ отойти и овладѣлъ Д онецкимъ каменноугольнымъ бассейномъ, 2мъ Донскимъ и Сальскимъ округами и, что весьма важно, произвелъ полный разгромъ конницы Думенко.

Въ маѣ 1919 г. Покровскiй въ составѣ Кавказской Армiи повелъ походъ на Царицынъ и въ iюнѣ уже участвовалъ въ захватѣ послѣдняго.

Все лѣто 1919 года Покровскiй командовалъ войсками Волжской группы; разбилъ 8, 9 и 10 совѣтскiя армiи и овладѣлъ Камышинскимъ и приволжскимъ укрѣпленными районами, вплоть до 1ой линiи фортовъ Саратова, причемъ взялъ у красныхъ въ плѣнъ 52000 человѣкъ, 142 орудiя, 396 пулеметовъ, 2 бронепоѣзда.

Во время этихъ боевъ Покровскiй проявилъ исключительную личную храбрость и былъ раненъ. За занятiе Камышина Главнокомандуюшiй генералъ Деникинъ произвелъ его въ генералъ-лейтенанты.

Въ октябрѣ тогоже года Покровскiй былъ назначенъ преемникомъ генерала Врангеля, покинувшаго постъ КЪмандующаго Кавказской Армiей. [16]

Командуя Армiей до февраля 1920 года, когда, было ему приказано отступить, - разгромилъ 34, 35, 37 и часть 38 совѣтскихъ стрѣлковыхъ дивизiй.

За все время командованiя войсками, въ бояхъ противъ совѣтскихъ силъ плѣнныхъ и трофеевъ взято было генераломъ Покровскимъ: плѣнныхъ - 239000, орудiй - 454, пулеметовъ- 1193, бронепоѣздовъ - 34, бронеавтомобилей - 19, канонерокъ - 3, мониторовъ - 6, болиндеровъ - 7.

И въ результатѣ этой непостижимо колоссальной работы, долгихъ лѣтъ войны, раненiй, чрезвычайныхъ усилiй и лишенiй, спасенiя сотенъ тысячъ человѣческихъ жизней - предательство, мученическая смерть и осиротѣлая, безъ средствъ къ существованiю, семья съ тремя малолѣтними дѣтьми.

Даже прахъ Покровскаго до сихъ поръ не вывезенъ изъ Болгарiи въ Сербiю, о чемъ такъ проситъ несчастная вдова покойнаго.

Съ мечемъ карающимъ въ рукѣ, въ терновомъ вѣнцѣ ушелъ отъ насъ еще одинъ рыцарь долга и чести. Погасла его яркая звѣзда, въ которую онъ такъ неизмѣнно вѣрилъ. Прервалась кипучая жизнь, имѣвшая столь большое значенiе въ Русскомъ нацiональномъ дѣлѣ. [17]

Еще мрачнѣе стало на душѣ горсти оставшихся въ живыхъ его соратниковъ.

Но пусть каждый изъ насъ, среди общихъ Русскихъ страданiй, почаще вспоминаетъ слова Покровскаго, которыя онъ всегда говорилъ въ тяжелые дни прошлой борьбы: 'Чѣмъ ночь темнѣй, тѣмъ ярче звѣзды'... [18]

Дальше