Содержание
«Военная Литература»
Военная история

Глава девятая.

Период октябрь - конец года

Балканский театр

Выступление Болгарии

Дипломатическая борьба в Болгарии кончилась неудачно для Антанты, и правительство царя Фердинанда окончательно стало на сторону Тройственного союза и Турции против Антанты и славянских стран. Эта дипломатическая неудача повлекла за собой, между прочим, падение кабинета во Франции. 21 сентября болгары начали мобилизацию, а 5 октября, оставив без ответа ультиматум Антанты, открыто стали на сторону Центральных держав.

Болгарская армия (общей численностью около 500 тыс.) состояла из 12 дивизий, каждая свыше 20 тыс. человек, из которых 11, подразделенных на 3 армии, сосредоточились на границе Сербии, а 1 оставалась в Варне против румын и русского десанта.

План германцев

Выступление Болгарии во многом меняло конфигурацию общего положения сторон в пользу Центральных держав, что отнюдь не компенсировалось выступлением Италии на стороне Антанты.

У Центральных держав образовался сплошной театр от Северного моря до Багдада, дававший им возможность использовать большие богатства азиатской Турции. Маленькую прослойку на этом пути составляла только сербская армия. Ее надо было уничтожить, а кроме того, надо было прочно стать на Балканском [454] полуострове, где политическое положение оставалось столь непрочным, что могло быстро измениться во враждебную Центральным державам сторону. Такая обстановка заставила Германию, у которой в то время шли решительные бои во Франции, не только организовать крупную операцию на полное уничтожение сербской армии, но и обеспечить ее успех посылкой туда части германских войск.

Операции в Сербии

Положение сторон

(Схема 43)

Сербская армия к осени 1915 г. едва насчитывала с трудом набранные 200 тыс. человек, которые и были предназначены для прикрытия Старой Сербии, угрожаемой с трех сторон ее границ. С этой целью сербские вооруженные силы развернулись в одну линию армий по Дрине, Саве, Дунаю, Тимоку и болгарской Мораве, имея на своем левом фланге небольшой отряд черногорцев на Верхней Дрине против Вышграда.

Для атаки сербов под общим начальством Макензена развернулись армии Центральных держав, имея на правом фланге против черногорцев австрийский корпус, на Саве до Дуная включительно - 3-ю австрийскую армию Кевеса (5 австрийских пех. дивизий и 1 германский корпус), по Дунаю - 11-ю германскую армию Гальвица (7 пех. дивизий) и по pp. Тимоку и Мораве - 3 болгарских армии, в общей сложности до 11 дивизий. При этом 3-я австрийская армия должна была форсировать реку на фронте Белград - Купинов и наступать на Крагуевац, 11-я армия - форсировать Дунай на фронте Рама - Смедерево и наступать вверх по Мораве и болгары - наступать главными силами на фронт Княжевец - Пирот и далее на Ниш, а второстепенным отрядом (2-я дивизия) от Кюстендиля на р. Вардар. Всего [455] свыше 500 тыс.{71} (в том числе 11 германских дивизий) против 200 тыс. сербов.

Судьба сербского государства и сербской армии была, таким образом, предрешена. Единственным возможным спасением для сербов было предупредить выступление Болгарии и напасть на нее во время мобилизации. Это могло бы сразу вывести Болгарию из строя или даже передать ее в руки Антанты. Однако такому акту воспротивилась под давлением Англии Антанта, которая предала, таким образом, Сербию полному уничтожению. [456]

Высадка союзников в Салониках

Еще в конце 1914 г. державы Антанты предполагали организовать сильную высадку на Балканском полуострове у Салоник, обезвредить себя со стороны Болгарии и нанести удар Австро-Венгрии с юга. Но эта мысль не встретила сочувствия со стороны Англии, которая предпочла экспедицию в Галлиполи.

5 октября французы и англичане, по соглашению с главой греческого правительства Венизелосом, направили в Салоники 2 дивизии, которые спешно продвинулись на верховья Вардара и заняли позицию между озером Дойран и Криволаком для прикрытия правого фланга сербов и обеспечения отхода их армии на Салоники и для охраны железной дороги на высотах у Криволака.

Ход операции

8 октября армия Макензена после сокрушительной бомбардировки Белграда под прикрытием тяжелой артиллерии начала переправу через Саву и Дунай на широком фронте между Шабацем и Рама, но до 15-го успехи ее были незначительны ввиду контратак сербов. Одновременно австрийцы начали переправу через Дрину у Вышграда, а северная и центральная болгарские армии атаковали сильные позиции на Тимоке к северу от Пирота. Южная болгарская армия легко продвинулась к Вардару и Верхней Мораве, через которую и переправилась у Враньи 20 октября. Южнее же она столкнулась 27 октября с англо-французскими дивизиями, число которых доходило уже до 4 (75 тыс.) и которые расширили свой фронт до верховьев р. Черна.

С 25 октября атаки против сербов начались по всему фронту и особенно сильно в юго-западном направлении, где болгары заняли Ускюб и Велес, а 27 - 30 октября атаковали англо-французов на всем фронте между Криволаком и озером Дойран. При таких условиях сербская армия приняла единственное оставшееся ей [457] решение - отступать в юго-западном направлении на Черногорию и Албанию.

Армии Макензена наступали вслед за сербами с севера на юг, имея австрийцев на правом фланге, и 10 ноября у Ниша соединились с болгарской армией. С 6 по 15 ноября сербы в дефиле у Каманина и у Бабуна, а французы у Криволака с успехом выдержали сильные атаки болгар, чем дали возможность правому флангу сербов отойти на Прилеп и Монастырь.

Дальнейшее отступление сербской армии и народа шло при самых ужасных климатических условиях и лишениях через Ипек, Призрен, Дибра и Эльбасан к Дураццо и Сан-Жан-де-Медуа, где остатки армии в числе около 120 тыс. были посажены на союзные суда и перевезены для устройства на остров Корфу. Одновременно отошли к Салоникам и англо-французские дивизии.

В конце августа 1915 г. уклончивые выражения отчета Гамильтона о только что проведенной операции у Сувлы ясно открыли Лондону всю значительность понесенного Экспедиционным корпусом поражения. В этот момент дипломатическая игра, происходившая в Афинах, Софии и Бухаресте, дошла до кульминационного [458] пункта и закончилась выступлением на стороне Центральных держав Болгарии.

Салоникская операция, бесспорно, отвлекла внимание от Галлиполи, хотя англичане совершенно от нее отказаться все же не думали, так как у них имелись сведения, что Россия под влиянием неудач на своем фронте может пойти на сепаратный мир. В силу этих соображений Китченеру было предложено отправиться в Дарданеллы для личного изучения обстановки и окончательного выбора операционного направления, т. е. Салоникского или Галлиполийского.

Между тем во Франции произошел министерский кризис: ушел в отставку Делькассе - противник Салоникской операции. Сосредоточив свое внимание на Салониках и приняв во внимание доклад Китченера о результатах его поездки, английское правительство пришло к решению об эвакуации Галлиполи. К 9 января эвакуация была закончена. Всего было эвакуировано 193 тыс. человек и 544 орудия, оставлено на берегу 49 орудий, 750 лошадей и мулов с 1600 повозками, кроме того, было оставлено значительное количество всякого рода запасов. Потерь в людях при эвакуации не было. [459]

Дарданелльская операция дорого обошлась противникам: англичанам - 119 тыс. человек, французам - 26 тыс., туркам - 169 тыс. Кругооборот людей, участвовавших в операции, равнялся для англо-французов 570 тыс.

В военном отношении изложенные операции представляют интерес только в том смысле, что сербской армии, захваченной в клещи армией, в 2½ раза ее превосходящей, удается благополучно выскользнуть из охвата благодаря своевременно начатому отступлению и кордонному, без уплотнения на флангах расположению армий Центральных держав.

В политическом отношении захват Сербии вместе с отказом союзников от Галлипольской экспедиции имели большое значение. Прямой путь от Берлина к Константинополю Центральным державам был обеспечен, и, таким образом, образовался один сплошной фронт, причем германские войска могли оказывать помощь своим союзникам на отдаленнейших его углах. Австрия была обеспечена от удара с юга, чем освобождалась часть ее войск. Морские проливы для Антанты были закрыты, и сообщения с Россией продолжались до окончания постройки Мурманской ж. д. кружным путем через Архангельск и Владивосток. Балканский театр приобретал весьма важное для Центральных держав значение, в особенности в экономическом отношении, и здесь обстановка сложилась совершенно не в пользу Антанты.

Итальянский театр

(Схема XX)

В октябре и ноябре итальянцы еще два раза атаковали австрийцев (второе и третье сражения на р. Изонцо) с целью облегчить положение сербов, но обе атаки не принесли никаких положительных результатов. Все важные в стратегическом отношении пункты, как-то: Роверето, Триент, Тоблах, Тарвиз, Горица и Триест, остались в руках австрийцев. [460]

Однако это заставило Тройственный союз увеличить здесь свои силы, и к концу года на Итальянском фронте действуют уже 3 австрийские армии Данкля - в Тироле и на р. Адиже, Рора - в Каринтии и Бороевича - на р. Изонцо.

Русский театр

Операция на р. Стрыпа

(Схема 40)

Хотя Россия вела в течение 1914-1915 гг. непрестанную маневренную борьбу на всех фронтах и только с октября почувствовала возможность передышки и устройства, но тяжелое положение Сербии заставило ее предпринять новую операцию для оказания помощи своей союзнице. Усложнившееся положение на Балканском полуострове вследствие выступления Болгарии и ожидаемого ультиматума со стороны Центральных держав Румынии заставило русскую Ставку сформировать в ноябре новую, 7-ю, армию из 4½ пех. и 1 кав. корпусов и сосредоточить ее в окрестностях Одессы.

Помощь Сербии могла быть оказана 4 способами:

1) вторжением в Болгарию через Румынию, но румыны отказались пропустить русские войска через свою территорию;

2) совместным наступлением, как это предлагала русская Ставка, к Будапешту 10 русских корпусов через Карпаты и 10 англо-французских через Салоники, на что не соглашались ее союзники;

3) производством десанта на болгарский берег Черного моря, против чего возражало морское командование, считая такую операцию в осеннее время, при наличии в Черном море германских подводных лодок и без морской базы в Констанце, крайне рискованной;

4) и, наконец, энергичным наступлением левого фланга Юго-западного фронта, чтобы оттянуть сюда австро-германцев. [461]

Эту последнюю меру и было решено привести в исполнение, употребив для выполнения ее вновь сосредоточенную и отлично снабженную 7-ю армию, которая в декабре была перевезена в район Трембовля - Чортков и должна была атаковать противника при содействии соседних - 11-й (справа) и 9-й (слева) - армий на р. Стрыпа, развивая свой прорыв в северном и северо-западном направлениях. Со стороны Центральных держав на этом участке были расположены новая германская армия Ботмера и 7-я австрийская Пфлянцера, в общем немного слабее атаковавших их русских войск.

Командующий 7-й русской армией решил возложенную на него задачу довольно несложно. На фронте атаки в 25 км он развернул свои 3 корпуса, дав фланговым корпусам для атаки участки по 10 км, а среднему, который вел, так сказать, главную атаку, - участок в 5 км, оставив четвертый корпус у себя в резерве. В этом и заключалось все его руководство операцией. Следует иметь в виду, что против 7-й армии на отлично укрепленных позициях оборонялись 4-5 дивизий австро-германцев, т. е. силы на этом участке были почти равные.

27 декабря атаку начали 3 корпуса 9-й армии для привлечения на себя внимания; корпуса далее проволочных заграждений противника не дошли. А 29 декабря при самых дурных климатических условиях (мокрый снег, грязь, не дававшая даже возможности делать перебежки, и бездорожье) двинулись 3 корпуса 7-й армии атаковать предназначенные им участки. Несколько дней каждый из них на свой риск вел ряд атак без связи друг с другом, имея в некоторых местах успех, в других неудачи, но в общем корпуса, при дурной, к тому же, работе артиллерии, захлебнулись. Управление операцией со стороны армейского командования состояло только в том, что оно через несколько дней атак заменило истомленный Центральный корпус корпусом своего резерва. При таких условиях Алексеев прекратил 26 января эту бесцельно развившуюся операцию, стоившую 7-й и 9-й армиям 50 тыс. потерь. [462]

Азиатский театр

(Схема 36)

Мы видели, что уже летом 1915 г. боевые действия на Кавказском фронте переместились с Сарыкамышского направления в район Ванского озера. Описываемый же период характеризуется переносом центра событий из северного Курдистана на юго-восток, в Персию, которая осенью была включена в район действий Кавказской армии, и в Месопотамию, где в конце года англичане потерпели сильную неудачу, оказавшую большое отрицательное влияние на престиж Англии на Востоке.

Кавказский фронт

После летних боев в районе между р. Мурат-чай и Ванским озером на фронте установилось затишье, прерываемое только частными стычками на Приморском направлении и в районе Ванского озера. В конце года русское командование, учитывая избыток свободных сил у турок и поступающие сведения о предположениях турок развить с будущей весны широкие активные действия против Кавказской армии, стало подготавливать нанесение удара на главном, Сарыкамышском (Карском), направлении, что и привело в начале 1916 г. к успешной Эрзерумской операции.

Осенью же обстановка в Персии сложилась так, что потребовала отвлечения и внимания и сил Кавказской армии, которая вынуждена была, несмотря на свою относительную слабость, перебросить сюда отдельный отряд, сформировав его почти исключительно из состава своей многочисленной конницы. Хотя этот отряд, получивший наименование Экспедиционного отряда, а впоследствии переименованный в корпус, и оставался в подчинении кавказского командования, однако ввиду последующих его операций, отчасти связанных с операциями в Месопотамии, действия его в Персии будут рассматриваться особо. [463]

Действия в Персии

Борьба военно-политического характера на территории Персии продолжалась весь год, приняв формы гражданской войны, причем центром турецко-германской пропаганды сделался г. Исфахан. Он же явился средоточием формирования летучих отрядов под руководством германского консула, шведских инструкторов, персидской жандармерии и турецких офицеров; эти отряды предприняли ряд враждебных выступлений против русских и англичан в Персии. Поэтому русское министерство иностранных дел не считало уже возможным продолжать борьбу с Германией в Персии только дипломатическим путем и потребовало ввода в Персию десятитысячного отряда, который держался бы наготове между Энзели и Тегераном и должен был бы служить для противодействия «мирным отрядам», навербованным германо-турками.

Однако это требование было отклонено Ставкой, которая возложила водворение порядка в западной части Персии на Кавказский фронт, а в восточной части - на Туркестанский военный округ. В персидском Азербайджане были несколько усилены еще раньше находившиеся там небольшие русские отряды, а в восточную Персию со стороны Туркестана был введен отряд силой около 1000 казаков с 4 пушками, получивший наименование по месту своего назначения Хоросанского. Этот отряд задержал и арестовал в Хоросане германско-турецкие группы, следовавшие к афгано-персидской границе, и установил совместно с английским отрядом, достигшим Сежтана, подвижную завесу от Каспийского моря до Индийского океана.

Но германо-турецкая операция не прекращалась, и германский консул занял своим отрядом, составленным из представителей сочувствующих Германии партий, Керманшах и Кянгевер. Тогда с Кавказского фронта в Персию был направлен экспедиционный отряд в составе 3 батальонов, 39 сотен и 20 пушек под командой [464] генерала Баратова, казачья дивизия которого являлась ядром этого отряда. Экспедиционный отряд в октябре был перевезен по Каспийскому морю в Энзели и сосредоточен в Казвине. В это время военно-политическая борьба в Персии достигла своего высшего развития, причем в Тегеране эта борьба ограничивалась дипломатической областью, а собравшиеся в Керманшахе отряды персидской жандармерии и различных наемников предприняли наступление на Хамадан, который и был занят ими в начале декабря. Тогда русский экспедиционный отряд выступил 6 декабря из Казвина и, выделив часть сил на направление между Хамаданом и Тегераном с целью прикрыть Тегеран и действовать далее на [465] Кашан и Исфахан, с остальными направился к Хамадану. После нескольких столкновений с германско-турецкими отрядами Хамадан был занят 16 декабря, чем был нанесен сильный удар враждебному России влиянию.

После этого русское командование предложило англичанам направить хотя бы небольшой отряд в промежуток между русским отрядом Баратова и английскими войсками, действующими в Месопотамии, но англичане как раз в это время потерпели большую неудачу.

Месопотамский фронт

После занятия Курнэ в 1914 г. английские войска в течение почти всего 1915 г. медленно продвигались двумя колоннами вверх по pp. Тигр и Евфрат (схема XII), причем в апреле нанесли серьезное поражение туркам в районе Басры. К концу сентября английский экспедиционный корпус генерала Тауншенда занял линию Кербела, Кут-эль-Амара, а в ноябре, не доходя 35 км до Багдада, достиг района городища Ктезифона. Здесь англичане из-за полного несоответствия своего начальника сколько-нибудь современным требованиям войны были наголову разбиты 22 ноября турками под командой полковника Нур-эд-дина. Остатки Экспедиционного корпуса отступили 3 декабря к Кут-эль-Амаре, где и были осаждены турецкими войсками под общим руководством генерала фон дер Гольца.

Действия у Суэца

Несмотря на февральскую неудачу турецкой экспедиции у Суэца, турки в течение всей весны и лета продолжали подготавливать новую экспедицию для форсирования канала. Турки предполагали укрепиться на берегу Суэцкого канала и прекратить по нему всякое сообщение. Этот план в случае его удачи отрезал азиатские и океанские владения Англии от кратчайшего сообщения с метрополией и вызвал в последней понятную [466] тревогу. Германия со своей стороны для лучшего обеспечения турецкой экспедиции перебросила в Палестину через Константинополь самолеты и австрийские гаубицы. Одновременно началось и усиление турецкого гарнизона в Медине, так как сделались известными переговоры англичан, обеспокоенных планами турок относительно Суэцкого канала, с меккским шерифом Гуссейном в надежде поднять его против турок и тем сорвать экспедицию.

Война на море

(Схема 2)

Сражение у Доггер-Банки 23 января 1915 г. заставило Германский флот почувствовать превосходство на море англичан и побудило его быть еще более робким. В течение 1915 г. не произошло более морских сражений, [467] но зато кампания этого года отмечена развитием двух своеобразных операций, в которых широкая доля участия была отведена морским вооруженным силам: Дарданелльская операция со стороны Антанты и «беспощадная» подводная война, предпринятая Германией. О первой операции уже сказано выше. На второй необходимо остановиться, так как она, несомненно, оказала влияние на судьбу войны, особенно для Германии. Под беспощадной подводной войной разумелось нападение подводных лодок на коммерческие суда с целью уничтожения морской торговли Англии, причем опасности нападения лодок подвергались суда всех наций, идущие к берегам Англии. Германия первоначально долго колебалась относительно применения этого средства борьбы, которое должно было вызвать неприязнь со стороны нейтральных государств. 4 февраля было опубликовано постановление об объявлении вод, омывающих [468] Великобританию, районом военных действий: «С 18 февраля каждое встреченное в этих водах коммерческое судно будет уничтожаться». К этому моменту Германия обладала 35 большими и 33 малыми подводными лодками, и с таким незначительным их количеством германское правительство рассчитывало в 6 недель принудить Англию сдаться.

Германские подводные лодки приступили к действиям 22 февраля. 7 мая была потоплена «Лузитания» - самый крупный английский пассажирский пароход, на котором из числа 1196 погибших пассажиров оказалось 139 американцев. Правительство Соединенных Штатов заявило категорический протест. С этого момента началось медленное затухание подводной войны 1915 г. После ряда инцидентов германскому флоту было приказано не топить пассажирских пароходов, не предоставив возможности к спасению пассажиров, и деятельность лодок была перенесена в бассейн Средиземного моря, где интересы Соединенных Штатов затрагивались гораздо меньше. [469]

Под давлением извне среди германского правительства возникло разногласие относительно дальнейшего применения беспощадной подводной войны, и к концу 1915 г. политические соображения взяли верх. Подводная война была ограничена только действиями против военных судов. Этот перерыв беспощадной войны продолжался до 1 января 1917 г., когда ее возобновление вскоре вызвало разрыв с Соединенными Штатами. В первый период беспощадной подводной войны 1915 г. в среднем ежемесячно подводные лодки топили до 75 - 100 тыс. т морских судов.

Державы Антанты приняли ряд мер противодействия. К ним относилось прежде всего вооружение коммерческих судов артиллерией, затем организация патрулирования (к концу года до 300 единиц) из рыбачьих судов, вооруженных легкой артиллерией, гидроавиация, прокладка подводных сетей (между Дувром и французским берегом было проложено сетей на 260 км), устройство около морских баз минных заграждений. К концу 1915 г. Германия обладала всего 80 подводными лодками, из которых 24 были потоплены. 150 лодок находились в постройке.

На Средиземном море вступление Италии 24 мая в войну увеличило силы Антанты на 14 линейных кораблей к 15 крейсеров. Итальянскому флоту районом действий было отведено Адриатическое море, где флот дол-жен был вести наблюдение за запертым австро-венгерским флотом и обеспечить подвоз снабжения в Сербию.

На Балтийском море в 1915 г. главной задачей русскому флоту, хотя и усиленному в течение истекшей зимы 4 дредноутами, по-прежнему ставилась защита Финского залива (Поркаллаудской позиции), а затем содействие сухопутной армии, отступавшей под ударами германцев вдоль побережья; однако должного объединения в совместных действиях армии и флота не было, и, кроме того, Ставка очень не сочувствовала попыткам морского командования действовать активно. Действия германского балтийского отряда также сводились к демонстрациям. [470]

Единственным крупным событием описываемого периода был бой у Готланда 2 июля. Русская эскадра в составе 4 крейсеров, высланная в набег для бомбардировки Мемеля, встретилась вблизи острова Готланд с 2 германскими крейсерами. Ввиду значительного превосходства сил русских один германский крейсер ушел, а другой, вынужденный вступить в бой, был расстрелян и выбросился на берег. Готландский бой был последним наиболее значительным событием на Балтийском море, и с тех пор до конца войны здесь не произошло ничего серьезного.

Меры, принимаемые для питания войны

Выше уже было сказано, что враждующие стороны вступили в войну, не ожидая тех размеров, которые она примет, и тех потребностей, которые она вызовет. Начиная от расхода огнестрельных припасов, артиллерии и прочего оружия, авиационных, автомобильных и железнодорожных средств и кончая громадными потребностями в сырье, топливе, продовольствии и пр., все это выявилось в таких размерах, которые потребовали напряжения всех стран до крайнего предела.

В лучшем положении по сравнению с другими оказалась Германия, которая была более подготовлена к удовлетворению потребностей будущей войны. Широко обеспеченная тяжелой артиллерией, техникой и боевыми припасами, она, к тому же, готовясь к войне, имела достаточно полно разработанный план для использования во время войны частной индустрии. Вслед за приспособлением всех правительственных металлургических заводов для военных целей к этому роду работы было привлечено 3750 частных фабрик. Все это дало возможность Германии не только снабжать потребными средствами техники свою армию, но и помогать союзникам. [471]

Наибольший недостаток Центральных держав заключался в бедности продовольствием и сырьем. Господство Антанты на морях не давало Центральным державам возможности широко пользоваться услугами нейтральных стран. Это заставило Германию придавать особое значение борьбе за Балканский полуостров, который открывал ей доступ к сырью, топливу и хлебу Румынии и азиатской Турции. В отношении техники Германия хотя и с трудом, но успешно боролась с Антантой до вступления в ее ряды Соединенных Штатов.

Франция, менее подготовленная к войне в этом отношении, развила свою военную производительность только в 1915 г., но развила ее в грандиозных размерах, хотя и лишилась 12 наиболее богатых из своих департаментов.

Тяжелую артиллерию, которая в боях 1914 г. встречалась в небольшом размере, в сентябре 1915 г. мы уже видим в операции в Артуа и Шампани в размере до 2000 орудий. Производство винтовок дошло до 33 тыс. в день. Производство снарядов увеличилось в 14, а вскоре и в 30 раз. Производство авиации и автомобилей дошло до громадных размеров, и последние сделались могучим средством не только для удовлетворения всех потребностей по подвозу, но и для стратегических перебросок крупных масс войск. Правда, сырье и рабочая сила привлекались и из нейтральных стран, которые охотно поставляли и готовые припасы, но и в самой Франции к работе было привлечено, кроме мужского населения, до 100 тыс. женщин.

В Англии, которая не готовилась к ведению сухопутной войны в больших размерах, всю работу устройства армии и снабжения ее всем необходимым приходилось проделать с самого начала.

Под руководством лорда Китченера Англия начала быстро строить армию сначала из волонтеров (1 июля 1915 г. 2 млн, а к концу года 4 млн), перейдя в мае 1916 г. к всеобщей воинской повинности. В отношении снабжения Англия приспособилась не так быстро, как Франция, и весной 1915 г. она нуждалась еще в чужих винтовках. [472]

Однако другой государственный деятель Англии Ллойд-Джордж проведением в июне 1915 г. закона о снабжении, запрещавшего забастовки и призывавшего к станку квалифицированных рабочих, поставил на ноги и эту отрасль, и с половины 1916 г. Англия могла уже обходиться собственными средствами; в ней работали для войны 2700 заводов, а в Канаде - 320 со 100 тыс. рабочих. В России тоже с 1915 г. началась работа по использованию частных заводов для военных целей. Одновременно для участия в снабжении армии были привлечены «общественные силы», но все это было сделано сначала в виде слабой попытки, и только с половины 1915 г. началось улучшение снабжения русской армии, хотя до конца войны она была во всех отношениях далеко позади всех остальных и не могла обойтись без иностранной помощи{*14}.

Результаты кампании 1915 г.

Кампания 1915 г. обнаружила действительные размеры мировой войны и обозначила дальнейшие этапы для ее завершения. Четко выявилась решимость Великобритании сломить военное и морское могущество Германии как опаснейшего соперника по владычеству на морях. Борьба с Германией, начатая в области политики еще за несколько лет до вооруженного столкновения, была поведена в плане и объеме экономического ее удушения, как самого надежного способа поставить ее на колени. В силу экономического положения Германия должна была вести короткую решительную войну по шлиффеновскому плану операций. Но он не удался, Англия искусно воспользовалась этим и построила план действий Антанты на медленном изматывании германской энергии. Кампания 1915 г. развертывает борьбу обеих коалиций на столкновении этих противоположных стремлений. Германия продолжает попытки нанести решительный удар и попутно раздвинуть железное кольцо, [473] которое все теснее зажимает ее. По внешности военные достижения Германии в 1915 г. огромны: Восточный фронт - русская армия окончательно оттеснена от своих границ в болота Полесья (за р. Стоход) и парализована по крайней мере до поздней весны будущего года; Галиция освобождена; Польша и часть Литвы очищены от русских; Австро-Венгрия спасена от конечного разгрома; Сербия уничтожена; Болгария вошла в Центральный союз; Румыния отказалась от присоединения к Антанте; полная неудача Дарданелльской экспедиции и рискованное положение англо-французских войск у Салоник. Все эти лавры германского оружия в 1915 г. могли обнадеживать конечной победой Центральные державы. Даже военное выступление Италии дает возможность союзнику - Австрии - дешевыми успехами восстановить свой военный престиж. Предпринятая беспощадная подводная война, хотя вскоре и затихшая, обнаружила в германских руках грозное средство ущемления жизненных интересов Англии.

Но особенно могли казаться обильными для Германии результаты победы на востоке, далеко перешедшие за пределы лишь поражения русской армии. Внутри России вырвалось наружу всеобщее недовольство существовавшим режимом, выказавшим полную неспособность справиться со снабжением фронта и с устранением продовольственных затруднений в самой стране. Самодержавие серьезно заколебалось, и в частых переменах некоторых министров можно было только видеть слепоту и бессильное упрямство верховной власти игнорировать грозные предвестники надвигавшейся революции. Под напором внутреннего недовольства в стране был открыт отдушник для проявления «общественной самодеятельности» в помощь правительству по снабжению фронта. 7 июня 1915 г. было образовано Особое совещание по обеспечению действующей армии предметами снабжения с участием депутатов Государственной думы и представителей промышленников. В то же время возникли военно-промышленные [474] комитеты с целью объединения и регулирования деятельности промышленности для нужд войны{72}. Общее число таких комитетов дошло до 200. К 1917 г. результаты этой активности буржуазии, конечно, значительно облегчили работу военного ведомства, но вместе с тем эта деятельность подготавливала переход власти от разлагавшегося царизма в руки буржуазных партий. Германия была уже вполне уверена в русской революции, и такая уверенность служила одним из поводов замыслить к 1916 г. удар по Франции на Верден.

Но наряду с перечисленными большими достижениями центральной коалиции в 1915 г., от пытливого глаза не могли укрыться некоторые надломы внутри этого победоносного пока союза. Самой серьезной опасностью, не ощущаемой еще явственно в народных глубинах Германии и Австро-Венгрии, была перспектива длительной войны, на которую делала ставку Антанта. Подводная война всколыхнула общественное мнение Америки и в самой Англии ловко была использована Ллойд-Джорджем для проведения закона о всеобщей воинской повинности, в итоге которого Великобритания могла выставить в конце концов до 5000 тыс. бойцов. Между тем если официальная Германия еще дышала лозунгом «победить или умереть», то все ее союзники являлись коченевшими привесками, которые нужно было непрерывно оживлять материальной поддержкой во всех видах, так как иначе они обращались в мертвый балласт. Германия, сама уже ощущавшая к концу 1915 г. крайний недостаток во многих жизненных ресурсах борьбы, должна была еще делиться ими с Австрией, Турцией, Болгарией. [475]

Осознание командными верхами Германии этого истинного, не показного своего положения подтверждается тем, что дважды в 1915 г. ее правительство зондировало почву для заключения сепаратного мира с Россией. Фалькенгайн два раза возбуждал вопрос об этом мире перед имперским канцлером. При второй попытке в июле 1915 г. Бетман-Гольвег охотно пошел навстречу и предпринял некоторые дипломатические шаги, которые встретили отпор со стороны России, и Германия, как пишет Фалькенгайн, сочла более соответственным «временно совершенно разрушить мосты к Востоку».

Германское население окончательно было переведено на голодные пайки и ощущало полный недостаток в самых необходимых продуктах народного питания, не устранимый никакими суррогатами пищи. Эти лишения угнетающе действовали на народную психику, особенно при начавшейся выясняться долгосрочности войны.

Германский флот - это выражение «германского будущего на морях» - был накрепко заперт в «морском треугольнике» (Гельголандская бухта) и после робкой попытки проявить активность в январе 1915 г. у Доггер-Банки обрек себя на полную бездеятельность. Взамен германское главное командование начало предпринимать налеты цеппелинами на Париж и Лондон. Но эти налеты относились к случайным средствам устрашения мирного населения столиц и после принятия мер воздушной обороны не могли дать крупных результатов.

В снабжении техническими средствами борьбы, особенно снарядами тяжелой артиллерии, к концу 1915 г., с быстрым развитием военной промышленности, Антанта уже сравнялась с Германией, а в дальнейшем стала даже превосходить ее.

На рубеже 1915 и 1916 гг. Англия и Франция приобрели гораздо больше уверенности в окончательной своей победе, нежели годом раньше, причем предстоящее выпадение из союза России заменялось подготовкой вступления в союз Соединенных Штатов, к чему уже направлялись усилия Великобритании. Наконец, [476] результаты кампании 1915 г. на Русском фронте вплотную поставили вопрос о положении России. Не было больше сомнений, что существовавший в ней режим ведет страну к окончательному поражению, причем Антанта стремилась поскорее выжать всю пользу для себя, пока русская армия еще не сдала. Соотношение сил Центрального союза на Русском и Французском фронтах в начале войны и к концу 1915 г. было таково:

Войска Центрального союза:

1) В начале войны:

а) против России - 42 пех. и 13 кав. дивизий;

б) против Франции - 80 пех. и 10 кав. дивизий.

2) К сентябрю 1915 г.:

а) против России - 116 пех. и 24 кав. дивизии;

б) против Франции - все то же количество войск - 90 пех. и 1 кав. дивизия.

Если в начале войны Россия оттягивала на себя только 31% всех враждебных сил, то через год Россия при-тянула к себе более 50% сил противника.

В 1915 г. Русский театр был главным театром мировой войны и обеспечил Франции и Англии передышку, которая была широко ими использована для достижения конечной победы над Германией. Кампания 1915 г. ярко выявила служебную роль царизма для англо-французского капитала. Кампания 1915 г. на Русском театре выявила также, что Россия и экономически и политически не может приспособиться к размаху и характеру войны. С начала войны русская армия потеряла почти все свои кадры (3400 тыс. человек, из них 312 600 убитыми и 1548 тыс. пленными и без вести пропавшими; 45 тыс. офицеров и врачей, из них 6147 убитыми и 12 782 пленными и ранеными). В дальнейшем русская армия не могла оправиться настолько, чтобы вести успешно войну с Германией. [477]

Дальше