Содержание
«Военная Литература»
Военная история

Глава 2.

С кайзером против России

В 1916 году на выборах в сейм большинство голосов получила Социал-демократическая партия Финляндии (СДПФ), основанная еще в 1899 году. Левое крыло этой партии, возглавляемое О. Куусиненом, К. Маннером и Ю. Сиролой, поддерживало тесные связи с большевиками и лично с Лениным. [501]

После победы Февральской революции в России в промышленных центрах Финляндии начали создаваться рабочие сеймы, Рабочая гвардия порядка и Красная Гвардия. Руководящими революционными органами были Гельсингфорсский сейм рабочих организаций (созданный в марте 1917 года) и левое крыло СДПФ, которые сотрудничали с русскими советами солдатских депутатов, матросскими комитетами Балтийского флота и советами рабочих депутатов во главе с Областным комитетом армии, флота и рабочих Финляндии, с Гельсингфорсским комитетом РСДРП (б), с финским национальным районом Петроградской организации РСДРП (б).

Временное правительство России 7 (20) марта 1917 года восстановило автономию Финляндии, но выступило против ее полной самостоятельности. По требованию Социал-демократической фракции финский сейм принял 5(18) июля 1917 года "Закон о власти", ограничивавший компетенцию Временного правительства вопросами военной и внешней политики. В ответ Временное правительство разогнало 18 (31) июля сейм. Тогда буржуазно-националистическая часть финского общества приступила к созданию вооруженных отрядов, получивших название шюцкор (от шведского слова Skyddskar - охранный корпус). Забавно, что в этом вопросе немцы отстали от финнов на 16 лет. У них Schutzstaffeln - охранные отряды (сокращенно - SS) появились только в 1934 году.

В октябре 1917 года состоялись новые выборы в сейм, в результате которых буржуазия и националисты получили большинство. Вскоре после этого (25 октября/ 7 ноября) в Петрограде произошло вооруженное восстание, вошедшее в историю как Октябрьская революция. Правление СДПФ и исполком профсоюзов Финляндии 26 октября (8 ноября) приветствовали победу большевиков. Под впечатлением событий в России 31 октября - 6 ноября (13-19 ноября) в Финляндии проходила всеобщая забастовка с лозунгами экономических и политических требований рабочих. Одновременно Красная Гвардия разоружала отряды шюцкора, занимала административные здания, вокзалы, телеграфные и телефонные станции, брала на себя охрану общественного порядка. Во многих городах власть фактически перешла к рабочим. Однако Центральный революционный совет (образованный [502] в ноябре) после утверждения сеймом принятых еще летом постановлений о взятии на себя верховной власти, законов о 8-часовом рабочем дне и демократизации системы коммунальных выборов, призвал рабочих прекратить забастовку.

13 (26) ноября сейм утвердил сенат (правительство) во главе с П. Свинхувудом. 23 ноября (6 декабря) сейм в одностороннем порядке провозгласил Финляндию независимым государством. 18 (31) декабря Ленин подписал "Постановление Совета Народных Комиссаров о признании независимости Финляндской Республики". В постановлении говорилось:

"В ответ на обращение Финляндского Правительства о признании независимости Финляндской Республики Совет Народных Комиссаров в полном согласии с принципами права наций на самоопределение постановляет:

Войти в Центральный Исполнительный комитет с предложением: а) признать государственную независимость Финляндской Республики и б) организовать, по соглашению с Финляндским Правительством, особую Комиссию из представителей обеих сторон для разработки тех практических мероприятий, которые вытекают из отделения Финляндии от России".

Это постановление Совнаркома лично получил в Смольном Пер Эвинд Свинхувуд, премьер-министр новообразованного государства. Однако предусмотренные в постановлении Совнаркома практические мероприятия по отделению Финляндии от России не успели осуществиться, так как в Финляндии вспыхнула гражданская война. В ночь на 10 января 1918 года{108} начались вооруженные столкновения между шюцкором и отрядами финской Красной Гвардии.

12 января сейм признал шюцкор правительственными войсками. 16 января сенат, получив чрезвычайные полномочия от сейма, назначил бывшего царского генерала Карла Густава Маннергейма (1867-1951) главнокомандующим белой гвардией{109}. В городе Васа (Николайштадт) [503] расположился военно-политический центр буржуазии и националистов.

23 января Партийный совет СДПФ образовал Рабочий исполнительный комитет (РИК) - высший орган власти "красных финнов". 26 января РИК приказал Рабочей гвардии начать захват всех административных учреждений и стратегических пунктов в стране. 27 января РИК обратился с "Революционным воззванием к финскому народу". В этот же день Рабочая гвардия порядка и Красная Гвардия объединились, приняв название последней. В ночь с 27 на 28 января в Гельсингфорсе отряды Красной Гвардии заняли здания центральных правительственных учреждений. Буржуазное правительство бежало из Гельсингфорса. 28 января было сформировано революционное правительство - Совет народных уполномоченных (СНУ) в составе социал-демократа Маннера (председатель), Сиролы, Куусинена и других. Вместо сейма был создан Главный рабочий совет в составе 35 человек (10 от Партийного совета СДПФ, 10 от профсоюзов, 10 от Красной Гвардии, 5 от Гельсингфорсского сейма рабочих организаций).

На борьбу за власть поднялись рабочие Або, Таммерфорса, Пори, Котки, Лахти, Выборга и других городов. Рабочие устанавливали свой контроль на промышленных предприятиях, железных дорогах и в портах. Революционный подъем трудящихся заставил СНУ перейти к более решительным действиям. Началось установление контроля уполномоченных над частными банками, закрывались контрреволюционные газеты, был учрежден революционный суд, сеймы рабочих организаций фактически стали органами диктатуры пролетариата.

Однако эти предприятия и банки не были национализированы, не были конфискованы земельные угодья и леса у землевладельцев и лесопромышленных обществ, не решался вопрос о наделении землей малоземельных крестьян и т.д. СНУ не принял необходимых мер по обеспечению государственной безопасности и ликвидации контрреволюционного подполья. Север и большая часть центральной Финляндии остались в руках буржуазно-националистических кругов. [504]

Финская Красная Гвардия, численность которой в революцию достигла 80 тысяч человек, имела все шансы разгромить шюцкор и буржуазные организации. В ее руках находились все основные промышленные центры, включая военные заводы. Подавляющее большинство складов русской армии также контролировались финской Красной Гвардии. Однако руководство Красной Гвардии придерживалось оборонительной тактики. В результате этого в феврале - начале марта 1918 года война между красными и белыми финнами приобрела позиционный характер. Причем сплошной линии фронта не было, отдельные отряды шюцкора и красногвардейцев противостояли друг другу возле населенных пунктов и на стратегических дорогах. Условно линию фронта можно было провести через города Бьернеборг - Таммерфорс - Вильмастранд - Иматра - Раутус.

Таким образом, в Финляндии возникли два враждебных друг другу правительства. 1 марта 1918 года Ленин и вице-премьер СНУ Эдвард Гюллинг подписали в Смольном "Договор об укреплении дружбы и братства между РСФСР и Финляндской Социалистической рабочей республикой" (ФСРР). Тем самым Совнарком признал правительство "красных финнов". В свою очередь, 7 марта 1918 года белофинское правительство подписало договор с Германией.

В ходе боевых действий против красных финнов белофинны уже в январе 1918 года начали совершать вооруженные нападения на части русской армии, дислоцированные в Финляндии. Задним числом финские политики и историки позже оправдывали свою агрессию тем, что эти части якобы поддерживали большевистское правительство ФСРР. Однако эти обвинения не выдерживают критики. Подавляющее большинство русских солдат, находившихся в Финляндии к февралю 1918 года, не имело ни малейшего желания участвовать в гражданской войне, они мечтали лишь о том, чтобы спокойно уехать в Россию. Офицеры же в своем большинстве крайне отрицательно относились к большевикам, и подозревать их в помощи красным финнам просто нелепо.

Само же советское правительство в Петрограде симпатизировало красным финнам, но заявило о своем нейтралитете [505] в его борьбе с белыми, опасаясь Германии. Ленин и Троцкий боялись применить силу даже для защиты жизни русских солдат и матросов, а также русского военного имущества в Финляндии. Так, в первой декаде января 1918 года белофинны по льду подошли к ряду островов Аландского архипелага и напали на дислоцированные там подразделения русской армии. Деморализованные солдаты практические не оказывали сопротивления. С крупными соединениями русской армии или флота белофинны действовали более или менее осторожно, а вот с небольшими изолированными подразделениями чинили расправу как хотели.

15 февраля 1918 года к острову Аланд подошел отряд шведских кораблей. Шведы предъявили русским войскам ультиматум - до 6 часов утра 18 февраля эвакуировать с Аланда все русские войска на шведских судах в Ревель. Все военное имущество оставить на месте, за исключением "одной винтовки на человека". Вмешательство русского консула в Швеции Вацлава Воровского не помогло. В конце концов, военное имущество пришлось отдать шведам и белофиннам. Особую ценность в этом плане представляли береговые батареи Або-Аландской позиции.

Читатель может задать вопрос: а на каком основании эскадра нейтральной Швеции вошла в российские территориальные воды и предъявила ультиматум русскому командованию? Отвечу ему риторически: а на каком основании английские мониторы добрались по Северной Двине до Котласа, австрийские мониторы поднялись по Днепру, японские корабли пришли во Владивосток и на Камчатку? Когда государство больно и его вооруженные силы не могут дать сдачи, то охотников грабить всегда найдется с лихвой. И чем, собственно говоря, шведы хуже немцев, англичан или японцев?

В связи с наступлением немцев в Эстляндии русские эвакуировали Ревель. Батареи крепости Петра Великого были частично взорваны, но большей частью попали в руки немецких и эстонских националистов. Боевые корабли и транспорты Балтийского флота перешли из Ревеля в Гельсингфорс. [507]

3 марта 1918 года представители Советского правительства подписали в Брест-Литовске мирный договор с Германией. Согласно договору Россия теряла Украину, часть Белоруссии, Привисленский край, Литву, Курляндию и Эстляндию. На основании V статьи договора Россия должна была перевести все свои военные суда в русские порты и оставить их там до заключения всеобщего мира.

Статья VI требовала немедленного ухода русских войск из Финляндии и с Аландских островов. Все русские военные корабли и суда должны были покинуть порты Финляндии. Пока лед делал их уход невозможным, разрешалось оставить на судах часть команды, необходимую для последующего перехода в русские порты.

Брестский мир действительно был "препохабнейший", но попрекать им Ленина бессмысленно. У России в сложившейся к февралю 1918 года ситуации было только два выхода: либо мир с Германией на всех ее условиях, либо гибель государства Российского, которое в случае продолжения войны растащили бы на куски все, кому не лень. При этом шведы и финны тоже в стороне не остались бы{110}.

Другой вопрос, что Брестский мир держался исключительно на германских штыках. И как только штыки исчезли, договор приказал долго жить. 13 ноября 1918 года ВЦИК РСФСР в рабочем порядке аннулировал Брестский мир. В его постановлении было сказано: "Насильнический мир в Брест-Литовске уничтожен".

Забавно, что сам Ленин незадолго до заключения Брест-Литовского мира подвергся нападению бандитов по дороге в Сокольники. Ильичу тоже пришлось заключить "мир" с бандитами, согласно условиям которого ему пришлось расстаться с автомобилем, деньгами и даже личным браунингом. Ленин пешком пришел в Кремль. Зато через пару часов вся ЧК занялась поисками бандитов, десятки из числа которых не дожили до следующего утра.

Странно, что урок с Брест-Литовским миром не пошел в прок малым странам, которые, пользуясь бедой государства Российского, навязали ему буквально под пистолетом различные "мирные" договоры в 1919-1923 годы. А потом горько плакали в период 1939-1945 годов, когда Сталин восстановил статус-кво, существовавший до подписания этих маленьких "препохабнейших" миров. Так было и так будет. Договоры о границах выполняются лишь тогда, когда они соответствуют реальному соотношению сил сторон. В противном случае это не договоры, а бумажки, годные для использования лишь в отхожем месте{111}.

Еще до заключения Брестского мира германское правительство попросило "потесниться" шведов, оккупировав Аландские острова. Шведы согласились, хотя и без особого энтузиазма. 28 февраля 1918 года из Данцига вышла в море эскадра контр-адмирала Майера в составе однотипных дредноутов "Вестфален", "Рейнланд" и "Позен" (водоизмещение 18900 тонн; вооружение: 12 - 280-мм и 12 - 150-мм пушек), нескольких крейсеров и тральщиков, конвоировавшие 17 транспортов с войсками. 5 марта эскадра встала на якорь у местечка Экерэ (в западной части Аландских островов). При подходе к Аландским островам германский ледокол "Гинденбург" погиб на мине. Немцы высадили десант на острова, но к материковой [508] части Финляндии немецкие корабли подойти не смогли из-за толстого льда.

С улучшением ледовой обстановки немцы начали вторжение в Финляндию. В ночь на 3 апреля к полуострову Гангэ подошла эскадра в составе 30 боевых кораблей и транспортов, впереди которой шли ледокол и десять тральщиков. Немцы высадили десант и захватили город Гангэ. Четыре русские подводные лодки IV дивизиона (АГ-11, АГ-12, АГ-13 и АГ-14) были взорваны экипажами. По приказу командира русской береговой батареи в Хесте-Бюссе орудийные расчеты взорвали орудия, за что впоследствии в Гельсингфорсе немцы предали их военно-полевому суду. Затем германские войска двинулись по направлению к городу Тавасгусу, взяв по дороге город Экнес.

Тем временем командование Балтийского флота спешно уводило корабли из Гельсингфорса. Первый отряд вышел 12 марта 1918 года. В его составе были линкоры "Петропавловск", "Севастополь", "Гангут" и "Полтава", крейсера "Рюрик", "Богатырь" и "Адмирал Макаров" в сопровождении ледоколов "Ермак" и "Волынец". Через пять дней все они благополучно пришли в Кронштадт.

Немцы не возражали против ухода русских кораблей в Кронштадт. Зато белофинны и в первую очередь сам Маннергейм делали все, чтобы захватить корабли в Гельсингфорсе, 29 марта "Ермак" вышел из Кронштадта в Гельсингфорс за новой партией кораблей. Однако он был обстрелян береговой батареей с острова Лавенсаари, которая накануне была захвачена белофиннами. Затем "Ермак" был атакован захваченным финнами ледоколом "Тармо". "Ермак" был вынужден вернуться в Кронштадт.

В результате этого второй отряд Балтийского флота вышел 4 апреля из Гельсингфорса в сопровождении лишь трех малых ледоколов. В составе этого отряда были линейные корабли "Андрей Первозванный" и "Республика" (бывший "Император Павел I"), крейсера "Баян" и "Олег", подводные лодки "Тур", "Тигр" и "Рысь", а также ряд вспомогательных судов. Все корабли и суда, кроме [509] подводной лодки "Рысь", вернувшейся в Гельсингфорс, благополучно дошли до Кронштадта{112}.

В Гельсингфорсе к командующему Балтийским флотом А. В. Развозову явились представители консолидации финских банков и предложили... продать часть судов Балтийского флота Финляндии. На вопрос командующего флотом, о какой "Финляндии" идет речь, представители банков заявили, что они подразумевают конечно же "законное правительство Финляндии", но что переговоры они ведут самостоятельно, без официальных полномочий со стороны белого правительства.

Одновременно по Гельсингфорсу широко распространилось анонимное воззвание якобы от лица командующего германскими военными силами в Финляндии, с обещанием вознаграждения за сдачу судов. На желание белофиннов задержать Балтийский флот до взятия Гельсингфорса указывает и планомерность захвата ледоколов "Волынец" и "Тармо", имевшая целью лишить флот лучших ледоколов и тем самым затруднить его переход во льдах.

Захват судов белофинны осуществляли старыми пиратскими способами. Так, ледокол "Волынец" 29 марта 1918 года вышел из Гельсингфорса в Ревель, но в пути его захватила вооруженная группа белофиннов, проникшая на ледокол под видом пассажиров{113}. [510]

Кроме русских судов на Гельсингфорс базировался отряд английских подводных лодок. С разрешения советского правительства 4 апреля 1918 года английские команды взорвали на внешнем Свеаборгском рейде подводные лодки Е-1, Е-8, Е-9, Е-19, С-26, С-27 и С-35{114}.

С 7 по 12 апреля из Гельсингфорса вышли корабли и суда третьего отряда Балтийского флота, всего около 170 вымпелов. Все суда благополучно дошли до Кронштадта. Лишь госпитальное судно "Рига" задержалось из-за тумана и было задержано германскими кораблями. В Гельсингфорсе остались 37 русских судов под военным флагом, 10 под флагом Красного Креста и 38 под коммерческим флагом.

11 апреля в командование русскими морскими силами в Финляндии вступил А.П. Зеленый, о чем он объявил в приказе, подняв свой флаг на учебном судне (бывшем крейсере) "Память Азова". Немедленно приступили к регистрации оставшихся судов, их разоружению и регистрации личного состава. 12 апреля на всех оставшихся судах подняли андреевский флаг (ввиду того, что красный флаг правительства РСФСР не был объявлен военным флагом вместо андреевского и не признавался поэтому правительствами иностранных держав).

С утра 12 апреля в Гельсингфорсе начались перестрелки между отрядами белых и красных финнов. К полудню [512] германские войска вошли в предместья города. 13 апреля на рейд Гельсингфорса вошел отряд германских тральщиков и открыл артиллерийский огонь по городу. Вслед за тральщиками на рейд появился германский броненосец береговой обороны "Беовульф" и начал стрелять из 240-мм пушек по позициям красных. Вечером 12 апреля и в ночь с 12 на 13 апреля немцы высадили в Гельсингфорсе большой десант.

Красная Гвардия отчаянно сопротивлялась немцам, но к вечеру 13 апреля большая часть зданий, занятая красногвардейцами, была взята. Моряки Балтийского флота соблюдали полнейший нейтралитет. Потери русских были случайными. Так, на госпитальном судне "Лава" от шальной пули погиб врач.

13 апреля на внутренний рейд Гельсингфорса в дополнение к "Беовульфу" вошли дредноуты "Вестфален" и "Позен". В тот же день, несмотря на протесты русского командования, немцы заняли Свеаборгскую крепость.

14 апреля в Гельсингфорсе начались бесчинства финской белой гвардии. Дабы избежать обвинений в предвзятости, процитирую книгу "Гражданская война. Боевые действия на морях, речных и озерных система", причем для неспециалистов поясню, что это не пропагандистское, а чисто военное издание, которое до 1991 года находилось в спецхране.

"14-го апреля по городу были расклеены объявления о предполагавшемся срочном выселении русско-подданных из Гельсингфорса. Затем начался захват белой гвардией русских судов под коммерческим флагом, что было опротестовано русским командованием. Захватывались главным образом буксиры и тральщики, причем это выполнялось самым бесцеремонным образом: команды выгонялись, имея 5 минут времени для сбора своих вещей, и отбиралась вся провизия. В городе и на кораблях германскими и финляндскими войсками производились аресты русских офицеров и матросов по самым нелепым предлогам. Местные газеты проявляли по отношению к России исключительную злобность и выливали ушаты грязи на все то, что так или иначе было связано с русским именем... На госпитальные суда финляндское правительство наложило эмбарго и совершенно не считалось ни с флагом Красного Креста, [513] ни с датским флагом, поднятым после принятия флотилии под покровительство Дании...

Все матросы и солдаты, застигнутые в рядах красногвардейцев с оружием в руках, - неукоснительно подвергались расстрелу. В одном Таммерфорсе число расстрелянных достигло 350 человек. Здесь было расстреляно, по сведениям из газет, и несколько русских офицеров. В Выборге, после его взятия белогвардейцами, кроме непосредственных участников борьбы, погибло несколько десятков русских офицеров, а также воспитанников русских учебных заведений, вовсе не принимавших участия в обороне Выборга красногвардейцами. Русские граждане принуждались к скорейшему оставлению Финляндии не только открытыми репрессиями властей, но и бойкотом, публичными оскорблениями, газетной травлей и условиями жизни, близкими к полному бесправию. В виду спешности, они при этом теряли все свое имущество, которое за бесценок распродавалось"{115}.

Как видим, расправы в отношении финнов шли по классовому признаку, а в отношении русских - по национальному. По всей Финляндии белофинны расстреляли несколько сот русских офицеров, причем большинство из них скрывалось от красных финнов и радостно встретило "освободителей". В первые же дни после захвата Гельсингфорса, Або и других городов имущество русских купцов и предпринимателей безжалостно конфисковывалось. Германское командование силой оружия защищало русские суда под военным флагом, но все частные суда финны захватили. Всего же в апреле 1918 года белофинны захватили русского государственного имущества на 17,5 миллиардов золотых рублей (в ценах 1913 года){116}. [514]

Таким образом, экспроприация частной собственности, и как следствие, гражданская война и массовые репрессии начались в Финляндии несколькими месяцами раньше, чем в Советской России. В строительстве концлагерей белофинны тоже опередили большевиков.

После захвата Гельсингфорса германский флот высадил десанты в восточных финских портах Ловиза и Котка. Оттуда немецкие войска двинулись в район Лахта - Тавастгус, где были значительные силы Красной Гвардии. К концу апреля объединенные силы немцев и белофиннов сумели окружить красных финнов и принудить их к капитуляции. Значительную часть пленных расстреляли, остальных отправили в концлагеря.

25 февраля 1918 года во всех церквях Финляндии был зачитан указ барона Маннергейма, по которому подлежали расстрелу все, кто "оказывает вооруженное сопротивление законным военным силам страны... уничтожает продовольствие" и вообще все, кто хранит дома оружие без разрешения. По финским, чрезвычайно заниженным данным, весной 1918 года были казнены 8400 красных финнов, в том числе 364 несовершеннолетние девушки{117}. В концлагерях погибло 12,5 тысяч человек. Вообще в лагеря загнали столько народу, что сенат в мае 1918 года предложил Маннергейму отпустить простых красногвардейцев, чтобы было кому заняться посевной (в Финляндии в это время свирепствовал голод).

В конце апреля 1918 года белофинны овладели городом и крепостью Выборг. Там они взяли 15 тысяч пленных и около 300 русских пушек (в основном крепостных). Не менее десяти пароходов сумело уйти из Выборга в Кронштадт с красногвардейцами и их семьями.

Белофинские войска подошли с суши к форту Ино, который вместе с фортом Красная Горка входил в систему [515] обороны Кронштадта и Петрограда. Не будь Брестского мира, пушки форта Ино даже без помощи кораблей Балтийского флота оставили бы "рожки да ножки" от отрядов белофиннов. Но советское правительство боялось немцев и попыталось тянуть время в переговорах. Замки же 305- и 254-мм орудий форта были сняты и отправлены в Кронштадт, а сам форт подготовлен к взрыву. К форту Ино подошли линкор "Республика" и миноносец "Прыткий".

Интересно, что немцы не проявили заинтересованности в вопросе об Ино и попросту отмалчивались. Но 12 мая Троцкий отправил из Москвы телеграмму командующему Балтийским флотом:

"Если будет произведено решительное нападение (финское - А.Ш.) на форт Ино, то очевидно должно вступить в силу принятое решение и должно быть произведено уничтожение форта, причем Кронштадт ни в коем случае не должен принимать участия в военных действиях из-за форта Ино".

Комендант Кронштадской крепости Артамонов решил не конфликтовать с Троцким и приказал взорвать форт, что и было сделано 14 мая.

К началу мая в руках белофиннов оказалась вся территория бывшего Великого княжества Финляндского. Но этого верхушке белофиннов было мало - они мечтали о "Великой Финляндии". 7 марта 1918 года, то есть в разгар гражданской войны, глава финского правительства Свинхувуд заявил, что Финляндия готова пойти на мир с Советской Россией на "умеренных условиях", то есть если к Финляндии отойдут Восточная Карелия, часть Мурманской железной дороги и весь Кольский полуостров.

15 марта генерал Маннергейм подписал приказ о выступлении на завоевание Восточной Карелии трех финских групп вторжения. Маннергейм утвердил "план Валлениуса"{118}, то есть план захвата русской Территории по линии Петсамо - Кольский полуостров - Белое море - Онежское озеро - река Свирь - Ладожское озеро. Маннергейм [516] выдвинул также план ликвидации Петрограда как столицы России и превращения города и прилегающей территории городов-спутников (Царское Село, Гатчина, Петергоф, Ораниенбаум и др.) в "свободный город-республику" наподобие Данцига.

18 марта в поселке Ухта, занятом финскими войсками, собрался "Временный Комитет по Восточной Карелии", принявший постановление о присоединении Восточной Карелии к Финляндии. Целью финского вторжения в Карелию и на Кольский полуостров были не только территориальные приобретения. В Мурманске скопилось огромное количество оружия, продовольствия и различного ценного оборудования, доставленного союзниками в 1916-1918 годы. До революции царская администрация не сумела наладить как следует вывоз всего этого, а в годы революции вывоз и вовсе прекратился.

В конце апреля 1918 года крупный отряд белофиннов на лыжах двинулся к порту Печенга. По просьбе Мурманского Совета Рабочих и Солдатских депутатов английский адмирал Кемп приказал посадить отряд русских красногвардейцев на крейсер "Кохрэйн" ("Cochrane"). 3 мая "Кохрэйн" прибыл в Печенгу, где высадил красногвардейцев. В помощь им командир крейсера Фарм направил отряд английских матросов под командованием капитана 2 ранга Скотта.

Первое нападение на Печенгу финны произвели 10 мая. Основные же силы финнов атаковали союзников 12 мая. Однако совместными усилиями английским матросам и красногвардейцам (в большинстве своем матросам с крейсера "Аскольд") удалось рассеять и отогнать финнов.

В начале апреля союзное командование послало французский крейсер "Адмирал Об" ("Amiral Aube") в Кандалакшу для помощи советским силам в отражении предполагаемого набега финнов. Но крейсер не смог пройти через лед в горле Белого моря. Тогда в Кандалакшу по железной дороге выслали 150 британских морских пехотинцев. Финны решили не связываться с англичанами, и отменили нападение на Кандалакшу. Таким образом, местным русским властям с помощью англичан и французов удалось отстоять от финнов Кольский полуостров. [517]

15 мая Ставка Маннергейма опубликовала "решение правительства Финляндии объявить войну Советской России". 22 мая, обосновывая это решение на заседании сейма, депутат и один из руководителей финского Министерства иностранных дел (в 1921-1922 годы вице-премьер) профессор Рафаэль Вольдемар Эрих заявил:

"Финляндией будет предъявлен иск России за убытки, причиненные войной (имеется в виду гражданская война в Финляндии). Размер этих убытков может быть покрыт только присоединением к Финляндии Восточной Карелии и Мурманского побережья (Кольского полуострова)".

Но тут вмешалась Германия. Ее правительство здраво рассудило, что захват финнами Петрограда вызовет взрыв патриотических чувств населения России. А прямым следствием этого может стать падение большевистского правительства и установление власти патриотов, сторонников "единой и неделимой России", которые неизбежно снова объявят войну Германии. Поэтому еще 8 марта 1918 года император Вильгельм II официально заявил, что Германия не будет вести войну за финские интересы с советским правительством, подписавшим Брестский мир, и не станет поддерживать военные действия Финляндии, если та перенесет их за пределы своих границ.

В конце мая - начале июня германское правительство в ультимативной форме предложило Финляндии отказаться от нападения на Петроград. Финскому правительству пришлось смириться, а чересчур ретивого "ястреба" барона Маннергейма 31 мая отправили в отставку. Как писал финский историк Вейо Мери:

"Немцы помешали Маннергейму осуществить его главный замысел - захватить Петербург"{119}.
В итоге барону пришлось перебраться из Гельсингфорса в "Гранд-Отель" в Стокгольме.

Разумеется, на решение Финляндии повлиял не только германский ультиматум, но и концентрация русских сухопутных сил на Карельском перешейке. Серьезным аргументом явился также Балтийский флот. Корабли, стоявшие на Кронштадском рейде могли артиллерийским огнем [519] и десантами угрожать правому флангу финских войск в случае наступления на Петроград. Крейсера "Олег", "Богатырь", "Адмирал Макаров" и миноносцы заняли позиции в Морском канале вблизи Петрограда. На Неве встали канонерские лодки "Хивинец", "Храбрый" и "Грозящий", эсминцы и сторожевые суда.

В Ладожское озеро вошли 12 миноносцев, сторожевые суда и даже подводные лодки "Вепрь" и "Тур". Причем подводные лодки были посланы на Ладогу не только для устрашения. Глубина озера вполне допускала их боевые действия. Подводная лодка "Вепрь" длительное время находилась у Сердоболя{120}, самого крупного порта на северном побережье Ладожского озера. Началось формирование Онежской военной флотилии. Над Ладожским и Онежским озерами постоянно патрулировали советские гидропланы. Но за всю навигацию 1918 года финские суда ни разу не рискнули появиться на Ладоге и Онеге.

В июне-июле 1918 года Финляндия и Россия начали предварительные переговоры об условиях заключения мира. 12 июля финский Генштаб подготовил проект переноса финской границы с Россией на Карельском перешейке в обмен за щедрую компенсацию территорией Восточной Карелии. Этот проект подписал генерал-майор Карл Ф. Вилькман (Вилкмаа) и одобрил немецкий главнокомандующий генерал Людендорф. По своей сути этот проект представлял то же самое, что через 21 год предложил Финляндии Сталин.

С 3 по 27 августа 1918 года в Берлине при посредничестве германского правительства состоялись мирные переговоры между РСФСР и Финляндией. Советскую депутацию возглавлял Вацлав Воровский, финскую - второй министр иностранных дел Карл Энкель. Однако 21 августа финны отказались заключать договор с Россией. Тогда немцы за спиной финской делегации заключили "Добавочный договор" к Брестскому миру. В статье V этого договора говорилось, что если Россия примет все меры для удаления "боевых сил Антанты с Севера России", то Германия гарантирует, что на "русскую территорию не последует нападения Финляндии". После изгнания [520] войск Антанты на Севере будет установлено русское, то есть советское, правление.

Финская делегация сильно возмутилась, прервала переговоры с Россией, а Германии заявила протест. В результате на русско-финской границе сложилось положение "ни войны, ни мира". Тем не менее, 13 сентября 1918 года представитель Министерства иностранных дел Германии заявил финскому послу в Берлине, что Германия решительно предостерегает Финляндию от нападения на РСФСР, которая занята борьбой с войсками Антанты.

Дальше