Содержание
«Военная Литература»
Военная история

Глава 4.

Гогландское сражение

5 июня 1788 года первый отряд Средиземноморской эскадры Грейга вышел из Кронштадта и направился в Копенгаген. В его составе были три новых 100-пушечных корабля "Иоанн Креститель" ("Чесма"), "Три Иерарха" [411] и "Саратов", 32-пушеч-ный фрегат "Надежда", а также несколько транспортов. Командовал отрядом вице-адмирал Виллим Петрович Фондезин (фон Дезин). По пути отряд встретил шведский флот под командованием герцога Зюдерманландского. Войны еще не было, и шведы не рискнули напасть.

Поэтому герцог Зюдерманландский ограничился требованием, чтобы русский отряд салютовал шведскому флоту. На это Фондезин ответил, что по договору между Россией и Швецией от 1743 года "положено друг другу нигде не салютовать, но понеже Герцог Зюдерманландский брат королевский и двоюродный брат Императрице, то он его поздравит - и выстрелил из 13 пушек"{91}. Шведы ответили восемью выстрелами. После чего Фондезин повел свои корабли к Копенгагену, а шведы - от Готланда на восток-28 июня русский отряд прибыл в Копенгаген.

В связи с угрозой шведского короля 5 июня 1788 года в разные районы Балтийского моря для разведки были посланы три фрегата. Из них 44-пушечный фрегат "Мстиславец" 13 июня встретил шведский флот, пересчитал число кораблей и 19 июня вернулся в Кронштадт.

35-пушечный фрегат "Ярославец" 27 июня встретился со шведским флотом у острова Суроп. Его командир А.Г. Бардаков не сумел уйти и сдался шведам (22 июня 1790 года в ходе Выборгского сражения этот фрегат был отбит у шведов). В тот же день шведы захватили в Финском [412] заливе 26-пушечный фрегат "Гектор" (командир И.М. Колокольцев).

После возвращения фрегата "Ярославец" все приготовления к отходу эскадры Грейга на Средиземное море прекратились. Теперь эта эскадра, а также пять кораблей и два фрегата из оставшихся на Балтике начали срочно готовиться к бою со шведами. На судах был некомплект. Экипажи набирали буквально "с бору по сосенке" - туда брали и матросов с ластовых судов{92}, и писарей, и вестовых из береговых учреждений, мастеровых из Кронштадта, необученных рекрутов. Взяли даже петербургских арестантов.

26 июня адмирал Грейг получил указ императрицы:

"Следовать с Божьей помощью вперед, искать флот неприятельский и оный атаковать".

28 июня его флот снялся с якоря и при самом тихом ветре двинулся на запад. У Грейга было 17 кораблей. Один 100-пушечный "Ростислав"; восемь 74-пушечных ("Владислав", Всеслав", "Иоанн Богослов", "Кир-Иоанн", "Мстислав", Св. Елена", "Св. Петр", "Ярослав"); восемь 66-пушечных ("Болеслав", "Виктор", "Вышеслав", "Дерись", "Изяслав", "Мечеслав", "Память Евстафия", "Радислав"), а также 7 фрегатов: "Слава" (32 пушки), "Возьмислав" (32 пушки), "Подражислав" (32 пушки), "Надежда Благополучия" (32 пушки), "Премислав" (36 пушек), "Мстиславец" (44/40){93} и "Брячислав" (44/40).

Грейг разделил свой флот на три эскадры. Самая слабая эскадра контр-адмирала Мартына Петровича Фондезина{94} "для лучшего над ней надзора" была назначена в авангард. Наиболее надежная эскадра контр-адмирала Т.Г. Козлянинова поставлена в арьергард. А самые сильные корабли под личным командованием Грейга составляли кордебаталию. Грей держал свой флаг на "Ростиславе".

Между тем герцог Зюдерманландский, захватив 27 июня два русских фрегата, вместо того, чтобы идти на Кронштадт, пошел в Гельсингфорс. Лишь 3 июля шведская эскадра [413] покинула Гельсингфорс и двинулась на восток. B ee составе были 15 кораблей и 5 фрегатов. Корабли: 70-пушечные "Ее Величество Шарлотта" (62 пушки), "Эмгей-тен", "Густав III", "София Магдалена"; 62-пушечные "Ара", "Омхет", "Принц Карл", "Принц Фридерик Адольф", "Принц Густав Адольф". "Ретвизан", "Дигд", "Фадернесланд", "Форсигтигхет"; 60-пушечные "Васа" и "Принц Густав". Фрегаты 40-пушечные "Грип", "Камилла", "Фройя", "Минерва" и "Тетис". Число орудий на шведских кораблях и фрегатах указано не по рангу, а фактически.

Флот Грейга из-за малого ветра двигался очень медленно. Лишь 5 июля он обогнул с юга остров Гогланд. А утром 6 июля на горизонте показались, шведы. Флоты маневрировали западнее Тогланда между островом Стеншхер и мелью Калбоденгрунд.

Шведский флот, бывший под ветром от русских кораблей и лежавший левым галсом, держался, как на маневрах, в правильной линии, сохраняя между судами равные интервалы. Между тем, спускавшийся на шведов русский флот сохранял довольно правильный строй только в авангарде и передовой части кордебаталии, за которой в беспорядке шли восемь судов, в большинстве принадлежавшие отряду Фондезина. Сильно отставшие задние корабли, несмотря на сигналы адмирала, сопровождаемые пушечными выстрелами, не торопились приблизиться к неприятелю.

В третьем часу пополудни шведский флот повернул "все вдруг" на правый галс{95} и стал выстраивать линию на северо-запад. В это время Грейг сделал сигнал авангарду "спуститься на неприятеля" и, дав авангарду выдвинуться вперед, повторил тот же сигнал всему флоту. Но по ошибке корабли "Болеслав", "Мечеслав" и "Владислав" стали спускаться по первому сигналу вместе с отрядом Фондезина, а "Иоанн Богослов" по тому же сигналу сделал поворот оверштаг{96} и остался за линией. В 4 часа, когда шведы [414] повернули "все вдруг" на левый галс, Грейг сделал сигнал "повернуть через фордевинд"{97}. Но корабли "Дерись" и "Память Евстафия" повернули оверштаг и сильно отстали.

В это время шведский флот находился уже на расстоянии пушечного выстрела и шел в полном порядке, тогда как у русских три корабля сильно отстали, а еще три вышли вперед, и строй флота был нарушен. На адмиральском корабле развевался сигнал "арьергарду вступить на свое место", а четвертая и пятая пушки требовали скорейшего исполнения, но отставшие корабли не прибавляли парусов и не спешили занимать свои места.

В 5 часов дня головной корабль линии (контр-адмирал Козлянинов) сблизился с передовым шведским кораблем на расстояние картечного выстрела. Адмиральский корабль "Ростислав" был на таком же расстоянии от шведского адмиральского корабля, и оба корабля открыли огонь. Это послужило сигналом к началу общего боя, разыгравшегося между островом Стеншхер и Калбоденгрундской мелью.

Наиболее энергично атаковали неприятеля восемь кораблей русского авангарда и кордебаталии. Грейг и Козлянинов своим примером воодушевляли другие суда. Но против всего шведского арьергарда вели бой всего три русских корабля - "Болеслав", "Мечеслав" и "Владислав". Остальные шесть кораблей держались в отдалении, стреляя как бы только для очистки совести.

Через полтора часа боя передовые корабли шведского флота пришли в замешательство. Первым вынужден был спуститься за линию строя флагманский корабль, сильно поврежденный "Ростиславом". За ним спустились еще три шведских корабля, и теперь корабли Фондезина имели уже по одному противнику. Но в конце линии "Владислав" слишком близко подошел к неприятелю и, попав под огонь пяти кораблей, оказался без всякой поддержки.

Около 9 часов вечера шведский флот сделал поворот через фордевинд. Русская эскадра привела на правый галс и продолжала атаковать. При этом "Ростислав", оказавшись [415] напротив флагманского корабля вице-адмирала графа Вахтмейстера "Принц Густав", энергично его атаковал. Около 10 часов вечера, "Принц Густав", получив сильные повреждения, вынужден был спустить флаг.

Затем наступило полное бездействие. Пороховой дым окутал оба флота и скрыл их друг от друга. Команды были до крайности утомлены, корабли повреждены, отряд Фондезина сильно отстал. В 12-м часу ночи к "Ростиславу" подошла шлюпка с донесением, что "Владислав", снесенный в середину неприятельского флота и не поддержанный своими мателотами, был вынужден сдаться в плен. Справедливости ради следует заметить, что на "Владиславе" из 700 человек экипажа погибли 257 человек. В корпусе имелось 34 пробоины. Три пушки разорвало при стрельбе. Грейг попытался тут же погнаться за неприятелем, но штиль и повреждения, нанесенные ближайшим к нему кораблям, лишили его возможности спасти "Владислав". Утром 7 июля шведский флот был уже далеко, а к полудню скрылся из виду в направлении Свеаборга.

Русские потери в этом бою составили 580 человек убитыми, 720 ранеными и сдались в плен на "Владиславе" 470 человек. У шведов погибли 130 человек, были ранены 334 человека, сдались в плен на "Принце Густаве" 539 человек.

В тактическом отношении Гогландское сражение следует считать ничьей, фактически дело кончилось разменом двух равноценных кораблей. Стратегически же сражение стало победой русских, перечеркнувшей все планы шведов в кампанию 1788 года. Это отметила и Екатерина, написав, что "победа была полная". Кстати, сражение у Гогланда произошло 6 июля в день преподобного Сисоя. С тех пор на протяжении почти ста двадцати лет (до 1905 года) в списках русского флота постоянно значился корабль под названием "Сисой Великий".

Гогландское сражение было первым полномасштабным сражением русского флота с интенсивным использованием артиллерии, то есть классическим сражением по регламенту Госта. Ряд русских кораблей получил серьезные повреждения. Так, в корпусе "Мстислава" было 116 пробоин, "Св. Петра" - 76 пробоин и т.д. То, что ни один [416] корабль не погиб, объясняется слабостью артиллерии шведов, да и русская артиллерия была не намного лучше. Так, максимальный калибр орудий шведских кораблей был 24 или 30 фунтов. Каррокад не было, брандкугели и бомбы не использовались.

За неумелое командование авангардом контр-адмирала Мартына Фондезина отстранили от командования, а командиров кораблей "Иоанн Богослов", "Память Евстафия" и "Дерись" Валронта, Баранова и Коковцева отдали под суд и приговорили к смертной казни. Екатерина писала Потемкину, что они заслужили виселицу, но сама их и помиловала, ограничившись разжалованием в матросы.

Несмотря на серьезные повреждения, адмирал Грейг не пошел с флотом в Кронштадт, а отправил туда четыре наиболее поврежденных корабля (среди них были "Бесслав", "Болеслав" и "Мечеслав"), фрегаты "Премислав" и "Слава". Кроме того, фрегат "Надежда Благополучия" повел на буксире в Кронштадт плененного "Принца Густава". Остальные суда были отремонтированы своими силами и средствами у острова Сескар. А 26 июля флот Грейга внезапно появился на входе в Свеаборгские шхеры.

Шведский флот спокойно расположился в Свеаборге. Корабли ремонтировались, офицеры гуляли на берегу. По случаю "Гогландской победы" Густав III велел устроить салют в Гельсингфорсе. Вход на Свеаборгский рейд охраняли три шведских корабля и фрегат. Рано утром 26 июля стоял сильный туман, поэтому наблюдатели со шведских судов заметили русские корабли лишь в нескольких кабельтовых от себя. Обрубив якорные канаты, шведские корабли начали уходить под огнем русского авангарда, в котором были корабли "Память Евстафйя" (66 пушек), "Ярослав" (74 пушки) и "Мстислав" (74 пушки). 62-пушечный шведский корабль "Принц Густав Адольф" сел на мель и сдался русским. Остальным шведским судам удалось скрыться в шхерах. Русские пытались снять трофей с мели, но быстро сделать это не смогли, а начинать капитальные спасательные работы было невозможно, поскольку шведский флот находился всего в двух-трех милях. Поэтому русские сожгли "Принц Густав Адольф" на виду всего шведского флота. [417]

Войти на Свеаборгский рейд и устроить Шведам "Синоп" или "Копенгаген" Грейг не решился, поскольку он был Грейгом, а не Нахимовым или Нельсоном. Да и навигационная обстановка возле Свеаборга посложнее, чем в Синопе, Абукире и Копенгагене. Поэтому Грейг ограничился тесной блокадой шведского флота, запертого в Свеаборге.

10 августа 1788 года у острова Нарген сел на мель 32-пушечный фрегат "Возьмислав". Вскоре его разбил шторм. Погиб один матрос.

Во время блокады Свеаборга адмирал Грейг тяжело заболел. В связи с этим его флагманский корабль "Ростислав" покинул флот и 21 сентября прибыл в Ревель. Там 15 октября Самуил Карлович Грейг умер. Командование флотом в его отсутствие принял контр-адмирал Т. Г. Козлянинов. Он быстро снял блокаду Свеаборга и отправил суда зимовать в Ревель и Кронштадт.

Несколько слов скажем и о действиях гребного флота. К началу войны при русской Финляндской армии в Выборге дислоцировались всего лишь восемь полугалер под командованием капитана 1 ранга Слизова. Большой отряд шведских галер с десантом двинулся к русской крепости Фридрихсгам. Слизов попытался своими восемью галерами [418] остановить противника, но ввиду неравенства сил отступил, не потеряв ни одного судна.

В связи с вступлением Дании в войну и угрозой вторжения ее войск вглубь Швеции, а также с мятежом в шведских войсках в Финляндии, парализовавшем любые наступательные действия против русских, король Густав III решил с частью войск вернуться в Швецию. Сделать это можно было только на галерах. Шведский корабельный флот, как уже говорилось, был заперт в Свеаборге. Армейский флот вместе с королем и войсками двинулся шхерным фарватером от Свеаборга к Або. Но после Гогландского сражения адмирал Грейг сформировал отряд в составе 66-пушечного корабля "Ростислав", фрегатов "Премислав" (44 пушки) и "Слава" (32/36 пушек), а также гребного фрегата "Евангелист Марк" (22 пушки). Командовал отрядом капитан 1 ранга Я.И. Тревенен. Отряд занял позицию у Гангута 14 августа, а 23 августа к отряду присоединились 66-пушечные корабли "Память Евстафия" и "Пантелеймон".

В 1788 году русские поменялись местами со шведами по сравнению с 1714 годом. Теперь их армейскому флоту пришлось стать на якорь у деревушки Тверминне, где в 1714 году стояли галеры Петра Великого.

3 октября шведские гребные суда, шедшие с запада (из Або), воспользовавшись штилем, попытались прорваться мимо мыса Гангут. Эти суда везли продовольствие для шведской армии в Финляндии. Навстречу им король выслал из Тверминне восемь галер. Из-за штиля русские парусные корабли не смогли перехватить шведов. Зато "Евангелист Марк" выпустил весла и атаковал шведов, которые после нескольких залпов фрегата кинулись врассыпную и укрылись в шхерах. Судам с провиантом так и не удалось прорваться на восток.

Через день, 5 октября, шведы вновь попытались провести транспорты мимо мыса Гангут, и опять из-за безветрия с ними дрался один "Евангелист Марк". После интенсивной артиллерийской дуэли шведские галеры, канонерские лодки и часть транспортов отошли в шхеры, а 14 транспортных судов захватили баркасы с абордажными партиями с русских кораблей. [419]

Но 13 октября Тревенен получил приказ контр-адмирала Козлянинова оставить позицию у Гангута и уйти в Ревель. Иначе, чем предательским сей приказ не назовешь. Шведский армейский флот, воспользовавшись уходом русских, свободно прошел в Або, а грузовые суда проследовали в Свеаборг шхерным фарватером. В итоге Густав III прибыл в Швецию с верными ему полками. Как говорится, история не терпит сослагательного наклонения, но есть все основания полагать, что ригсдаг не принял бы угодных королю решений, если бы тот по-прежнему оставался заблокированным русскими в Тверминне.

Мало того, по приказу Густава, оценившего, наконец, значение Гангутской позиции, там началось строительство мощной крепости. Крепость имела нескольких фортов, расположенных как на полуострове, так и на ближайших островах. К 4 мая 1789 года строительство крепости было закончено. Спустя несколько дней после этого у Гангута появился отряд русских кораблей, который вновь собирался блокировать этот район. Однако, увидев шведские форты, они уплыли восвояси.

Адмирал Козлянинов, сняв блокаду со Свеаборга, спас и корабельный шведский флот. 9 ноября шведский флот [420] покинул Свеаборг и беспрепятственно дошел до своей главной военно-морской базы Карлскрона.

Дальше