Содержание
«Военная Литература»
Военная история

Глава 14.

Одиссея короля Карла

В лагере под Бендерами король Карл XII вскоре оправился от раны и принялся за свои обычные занятия - верховую езду, охоту, маневры, утомляя ежедневно трех лошадей и всех своих подчиненных. Единственным отдыхом, который он себе иногда позволял, была игра в шахматы. Карл постоянно проигрывал, так как и на шахматной доске стремился атаковать в основном королем. Неудачи не заставили его переменить тактику. Между тем [321] в Стамбуле шла борьба между сторонниками и противниками войны с Россией.

Проискам "ястребов" русский посол П.А. Толстой противопоставлял как дельные речи, так и большие суммы денег, притом денег шведских, из захваченной под Переволочной казны короля Карла. 14 января 1710 года султан Ахмет III вручил Толстому ратификационную грамоту, подтверждающую Константинопольский договор 1700 года. Относительно Карла XII договорились, что он выедет в Швецию через Польшу "только со своими людьми", то есть без запорожцев, подлежащих выдаче русскому царю. Однако Карл XII не собирался покидать турецкую территорию, применить же к нему силу турки не решались. В конце концов, беглому королю предложили 800 кошельков по 500 золотых монет в каждом, только чтобы он уехал, но Карл отказался.

Но вот политический маятник в Стамбуле пошел в другую сторону, и 20 ноября 1710 года султан объявил войну России. По старой традиции Толстого и других членов русского посольства посадили в Семибашенный замок. На неудачной для России войне 1710-1711 годов мы не будем останавливаться{77}.

Узнав об окружении русского войска на Пруте, Карл XII помчался прямо туда. Он без остановки проскакал верхам 120 верст, мечтая увидеть капитуляцию Петра I. Однако король пришел в неистовую ярость, увидев уходящее под барабанный бой русское войско. Карл кинулся с упреками к великому визирю Балтаджи: "Разве не от тебя зависело отвести царя пленным в Стамбул?!" Визирь получил от русских громадную взятку и, будучи в отличном настроении, сострил:

"А кто бы управлял государством в его отсутствие? Не подобает, чтобы все короли были не у себя дома".

Прутский договор не устроил ни Россию, ни Турцию, поэтому еще два года страны балансировали на грани новой войны. Естественно, что Карл прилагал все усилия, чтобы вынудить султана начать войну. Однако под новый 1713 год в лагерь к Карлу явился сераскир Измаил-паша [322] с султанским указом и спросил, уедет ли король добровольно. Иначе сераскир угрожал применить силу и предостерег Карла от такого бесчестья. Он не знал, что угрозы Карлу были лучшим способом заставить его делать обратное. В гневе король сказал:

"Повинуйся своему господину, если смеешь, и убирайся вон. Мы приготовимся ко всему и силе дадим отпор силой".

Тогда турки предложили полякам и запорожцам, жившим в стане короля, покинуть его и перейти под покровительство султана. Все они ушли ночью. С Карлом остались только 300 шведов. Карл приказал построить деревянные баррикады вокруг домов и готовиться к бою. 14 тысяч турок и татар при 14 пушках осадили королевский стан в Бендерах. Осада продолжалась целый месяц.

В конце января 1713 года из Стамбула пришел новый указ султана, в котором сераскиру и крымскому хану разрешалось применить силу против шведов. В указе говорилось, что если удастся взять шведского короля живым, то его надлежит сопроводить как пленника в Салоники для отправки морем в Европу. Если же Карл погибнет, то ни один мусульманин не будет виноват в его смерти.

Карлу доложили о новом указе, но он по-прежнему отказывался повиноваться. Дело дошло до штурма. Шведам удалось отбить первую атаку янычар, а затем турки пустили в ход пушки. Дом, где находился Карл, загорелся. Король и его спутники пошли на вылазку, но были схвачены янычарами. При штурме погибло до 200 турок. По приказу султана Карла поселили в небольшом городке Демирташ близ Адрианопля. Карл, опасаясь, что его все-таки вышлют из Турции, притворился больным и оставался в постели с 6 февраля 1713 до марта 1714 года. В конце концов Карл понял, что шансов вовлечь Турцию в войну с Россией практически не осталось и что он здесь никому не нужен. Весной 1714 года король сам попросился домой. Выехать Карлу удалось лишь 1 октября 1714 года. Султан подарил королю просторную алую палатку, вышитую золотом, саблю с рукоятью, усыпанной драгоценными камнями, и восемь отличных арабских лошадей в роскошной сбруе. Шведам выдели 60 повозок с припасами и 300 лошадей. На радостях султан даже пообещал покрыть долги короля. [323]

В Тарговицах на границе с Трансильванией Карл отпустил назад турецкий конвой и весело заявил свите, что дальше поедет с одним провожатым. Местом встречи он назначил Штральзунд, расположенный в 1200 верстах от Тарговиц. Король надел черный парик, шляпу с золотым галуном, серый камзол, синий плащ и под именем немецкого офицера покинул испуганную свиту. Но, несмотря на инкогнито, Карл выбирал для проезда только те земли, которые не находились под властью союзников. За 16 дней он проехал Трансильванию, Венгрию, Австрию, Баварию, Вюртемберг, Вестфалию, Мекленбург, Гессен, Франкфурт и Ганновер, нигде не останавливаясь, и 21 ноября в час ночи постучался в ворота Штральзунда. Отоспавшись несколько часов, король принял на себя командование шведскими войсками в Штральзунде.

Дальше