Содержание
«Военная Литература»
Военная история

Глава четвертая.

Удар трех фронтов

8 апреля, в 10 часов 30 минут, после длящейся 2,5 часа артиллерийской и авиационной подготовки, войска 2-й гвардейской и 51-й армий 4-го Украинского фронта атаковали противника. Командующий 17-й немецкой армией, определив место главного удара советских войск, быстро подтянул свои резервы на усиление уржинско-тарханского участка обороны. Бои сразу же приняли ожесточенный характер. 1-й гвардейский и 10-й стрелковый корпуса (командиры — генералы И.И. Миссан и К.П. Неверов) на тарханском направлении овладели только первой и местами второй траншеями и в тыл перекопских позиций противника выйти не смогли.

А вот на вспомогательных — каранкинском и тойтюбинском -направлениях, где оборонялась 10-я пехотная дивизия румын, 267-й и 263-й стрелковым дивизиям 63-го стрелкового корпуса генерала П.К. Кошевого удалось добиться успеха. Для его развития командование фронта 9 апреля ввело в бой 417-ю стрелковую дивизию этого же корпуса, усилив ее 32-й гвардейской танковой бригадой и 22-м гвардейским танковым полком, при поддержке самолетами 8-й воздушной армии и артиллерией. Вспомогательный удар перерастал в главный. В ходе тяжелых и упорных боев 9 апреля войска 63-го стрелкового корпуса, отразив контратаки 111-й пехотной дивизии, 279-й бригады штурмовых орудий и 10-й румынской пехотной дивизии, продвинулись на 4 — 7 километров, в результате чего был ликвидирован один из важнейших узлов обороны противника —Каранки, Асс-Найман. Чтобы прорвать оборону противника на этом участке полностью, командующий фронтом приказал усилить 63-й стрелковый корпус бригадой реактивной артиллерии М-31, а 77-ю стрелковую дивизию, находившуюся в армейском резерве, передать в 63-й стрелковый корпус,

В эти же дни напряженные бои на Перекопе вела 2-я гвардейская армия. 8 апреля части 3-й гвардейской и 126-й стрелковых дивизий, углубившись в оборону противника до 3-х километров, овладели Армянском. К исходу дня 9 апреля перекопские позиции противника были преодолены.

Отходя на ишуньские позиции, противник неоднократно контратаковал. Только 9 апреля части 13-го гвардейского и 54-го стрелковых корпусов отбили до восьми контратак противника.

В ночь на 10 апреля для содействия наступлению 13-го гвардейского стрелкового корпуса в тыл противника был десантирован 2-й батальон 1271-го стрелкового полка 387-й стрелковой дивизии, под командованием капитана Ф.Д. Диброва, усиленный 5-й отдельной стрелковой ротой капитана М.Я. Рябова. [79]

За самоотверженные и умелые действия, внесшие большой вклад в прорыв обороны врага, весь личный состав десантного батальона был удостоен государственных наград, а Ф.Д. Диброву 24 марта 1945 г. присвоено звание Героя Советского Союза.

К исходу дня 10 апреля войска 2-й гвардейской и 51-й армий прорвали оборону противника на Перекопском перешейке и южнее Сиваша.

Офицер оперативного отдела штаба 17-й армии капитан Ханс Рупрехт Гензель в своем дневнике 9 апреля записал:

"... 5-я пехотная дивизия вынуждена отступить на новую линию обороны. Еще в более критической ситуации оказалась 10-я румынская пехотная дивизия на Сивашском участке фронта. Армия запросила у штаба группы армий "А" разрешение на операцию "Адлер", Это означает отступление войск к Севастополю. Ночью разрешение получено. Операция "Адлер" начинается".

На следующий день он дополнил записи:

"Северный фронт удержать нельзя. 50-я пехотная дивизия, понеся большие потери, с трудом сумела отойти на запасную линию обороны. Но сильная танковая группировка русских наступает сейчас через брешь в румынском секторе обороны, создавая угрозу нашим тылам. Мы лихорадочно трудимся над тем, чтобы подготовиться к размещению войск на оборонительной линии "Гнейзенау". Мне было приказано вылететь в 5-й корпус на Керченский полуостров, чтобы доставить туда приказ об отступлению к Севастополю. 5-й корпус получил приказ оторваться от противника в течение ближайшей ночи и отходить к Севастополю"{1}.

Отступление к Севастополю еще не означало эвакуации войск, хотя тыловые службы, транспортные подразделения, власовцы, военнопленные и гражданские служащие эвакуировались уже с 10 апреля. Ясность внес Гитлер, приказавший 12 апреля:

"Севастополь оборонять до конца. Боеспособные войска не эвакуировать"{2}.,

хотя против этого были командующий 17-й армией генерал Енеке, командующий группой армий "Южная Украина" генерал Шернер и и начальник генерального штаба сухопутных войск генерал Цейтцлер.

С самого начала наступления советских войск командованию 17-й армии стало ясно, что удержаться в Крыму невозможно. Поэтому оно усиленно работало над проблемами отхода к Севастополю и последующей эвакуации в Румынию.

8 апреля 1944 г. разрабатываются "Указания о создании групп эвакуации".

Дело WF-03/50075. лл.100-102:

Совершенно секретно.

Только для командования 17-я армия.
Оперотдел ? 38/44 сов.секр. 8.04.1944 г.
Приложение 2 к Плану 1.

Указания о создании групп по эвакуации.

I. Следующие служебные инстанции обязаны создать группы для [80] эвакуации (далее, в пунктах 1 — 16, перечислены наименования этих инстанций: Группа Конрада, 5 АК, 1-й румынский горно-стрелковыи АК и т.д. — Прим. перевод.).

II. Расстановка групп эвакуации.

1. Все поименованные в пунктах 1 — 16 службы создают группы для эвакуации из частей и подразделений, которые остро не нужны для непосредственных боевых действий или снабжения во время проведения операции "Тигр".

2. Все имеющиеся воинские части пересмотреть, оставить для боев прикрытия и снабжения необходимым для боя небольшое количество людей. Остальных солдат и "Хиви" отправить.

3 Количество технических войск оставить необходимое, это определяет командование АК. Подчиненные строительные войска также отправить. По прибытии в Севастополь они сразу же поступают в подчинение коменданта крепости для производства работ.

4. Полностью отправить следующие части, службы и учреждения:

а. Все армейские и сухопутных войск части снабжения, кроме тех, которые будут нужны в Севастополе.

б) Персонал военно-хозяйственного командования, кроме тех, кто будет уничтожать и разрушать объекты...

г) Все контрразведывательные и пропагандистские органы.

5. Общее количество предназначенных для отхода войск в округленных цифрах:

1) Группа Конрада, включая румынский кавкорпус — 21 000 чел.
2) 5 АК — 16 000 чел.
3) 1-й румынский горно-стрелковый корпус — 5 800 чел.
4) ВМС — 3 400 чел.
5) 1-й воздушный корпус — 3 600 чел.
6) 9-я зенитная дивизия — 3 900 чел.
7) СС и полицай-фюрер — 6 100 чел.
8) Харко{80.1} 304 — 800 чел.
9) Войска связи — 600 чел.
10) Инженерные войска — 3 000 чел.
11) Войска тыла (включая военно-хозяйственное командование) — 27 000 чел.
12) Кодеайс{80.2} — 17 330 чел.
13) Полевые комендатуры 853 — 500 чел.
14) Контрразведка и пропаганда (органы) — 550 чел.
15) Штаб 17-й армии — 400 чел.

III. Готовность и отзыв групп эвакуации.

1. Группы подхода из 49-го горно-стрелкового АК и 5 АК уходят из районов Ишунь — Джанкой (группа Конрада) из района Владиславовка — Багерово (5 АК) по железной дороге на Севастополь, а оттуда действуют по Распоряжению 4 для убытия на материк. Отход этих групп производится на основании Распоряжения 5.

2. Остальные службы держат свои группы отхода на указанных местах. Отход по команде оперотдела армии в районы аэродромов или в крепость Севастополь. [81]

Исключения: Группы отхода из частей ВМС, 9-й зенитной дивизии, 1-го воздушного корпуса, которые действуют на Керченском полуострове, также направляются в Севастополь по железной дороге. Они, по согласованию с 5 АК, отходят вместе в группами отхода 5 АК.

3. Строительные войска раньше всех отправить в крепость Севастополь.

4. Группы, предназначенные к отправке, собираются в компактные колонны и действуют под руководством энергичных офицеров. По возможности соблюдать их причастность к своим частям. Каждой марш-колонне придать одну полевую кухню или одну-две повозки с продуктами.

5. Прибывающие в Севастополь маршевые колонны идут самостоятельно в свои места дислокации, о чем они должны знать при отходе.

6. Отход этих групп из районов ожидания будет по команде из штаба армии (оперотдел) или от своего командования, указанного в пунктах 1 — 16. Отход в аэропорты и гавани начнется по прибытии транспортных средств.

Например: Штаб тыла 1 000 чел. в день А плюс 2 дня в 7.00 и своим транспортом прибывает на аэродром Сарабуз. Там докладывает по прибытии. Подобно этому действуют и другие группы.

7. Группы отхода частей ВМС отбывают на материк на кораблях конвоя. Действуют по приказам командования ВМС в Крыму. Об этих передвижениях командование ВМС докладывает в штаб 17-й армии.

8. Относительно эвакуации и ее порядка изготавливаются документы в штабах на основании отданных распоряжений, указанных в документах.

9. Указания по обеспечению питанием групп отхода отданы штабом тыла. В Севастополе имеется в распоряжении коменданта крепости "Штаб по обеспечению питанием".

9 апреля даются "Предварительные указания по организации отхода и дальнейшей эвакуации на материк"

Дело WF-03/50075. лл.137-138:

Приложение ? 6 к приказу по 17-й армии,
оперотдел ? 38/44, сов.секр. от 9.04.1444 г.
Одновременно приложение ? 7 к приказу по 17-й армии,
оперотдел ? 18/44, сов.секр. от 14.03.1944 г.

Предварительные указания по организации отхода и дальнейшей эвакуации на материк.

1. Так как до сего времени не получен приказ об организации отхода и дальнейшей эвакуации на материк от вышестоящих инстанций, то для проведения операций "Тигр" и "Адлер" даются следующие предварительные указания.

2. По получении сигнала "Тигр начинается" или "Адлер начинается" Корюк 550 создает "штаб дальнейшего управления Констанца" для поступающих в Констанцу частей 17-й армии.

3. Корюк 550 с начала операции "Тигр" немедленно устанавливают связь с немецкими и румынскими военными властями, чтобы доложить им о своей задаче. Особенно важно установить контакт с немецкой военной миссией в Румынии (Бухарест).

4. Через Корюк 550 выполняются следующие задачи:

а) Обеспечить быструю высадку с прибывающих судов и немедленный марш воинских частей из гаваней. Необходимо четко учитывать прибывающих офицеров, унтер-офицеров и рядовых, а также устанавливать наименование частей.

б) Быструю разгрузку самолетов на аэродромах и вывод людей за пределы аэродромов. Проделывать одновременно то, что и в морских портах. [82]

в) Организовать справочное бюро, куда направлять прибывающих по морю и воздуху.

г) Организовать указания, куда направлять людей для расположения в укрытиях. Это все делать для частей 17-й армии, учитывая численность

соединений, а именно:

50-я ПД — 14 000 чел.
73-я ПД — 8 000 чел.
98-я ПД — 12 000
336-я ПД — 10 000 чел.
Горно-стрелковый полк "Крым" и отдельныем батальоны, входящие в группу "Кригер" — 4 00 чел.
"Восточные батальоны" вместе со штабом "Ост" при 17-й армии — 7 000 чел.
Штаб 5-го АК с корпусными частями — 15 000 чел.
Штаб 49-го горно-стрелкового АК с корпусными частями — 1 000 чел.
Штаб 17-й армии с армейскими частями (без частей снабжения, включая сухопутные инженерные части и строительные части) — 9 000 чел.
Харко 304 (штаб артиллерии с сухопутной и морской артиллерией) — 10 500 чел.
Части снабжения армии — 27 000 чел.
Части СС и полицай-фюрера — 6 000 чел.
Люфтваффе (сюда включено 9 зенитных дивизионов)— 15 000 чел.
Штаб 1-го горно-стрелкового корпуса румын с корпусными частями — 2 500 чел.
1-я горно-стрелковая дивизия румын — 9 000 чел.
2-я горно-стрелковая дивизия румын — 9 000 чел.
3-я горно-стрелковая дивизия румын — 8 000 чел.
10-я румынская ПД — 11 000 чел.
19-я румынская ПД — 10 000 чел.
6-я румынская кавдивизия — 7 000 чел.
9-я румынская кавдивизия — 7 000 чел.

(Всего в подчинении 17-й армии в это время находилось, не считая ВМС,
199 700 чел. — прим., перевод.)

В этот же день был разослан "План разрушений при эвакуации из Крыма".

Дело WF-03/50075. лл.122-128:

Приложение 3 к приказу 17-й армии

? 38/44 от 9.04.1944 г.
Одновременно приложение 3 к приказу 17-й армии,
оперотдел ? 18/44 от 14.03.44 г.
сов.секр. только для командования

План разрушений при эвакуации из Крыма.

I. Общее

При эвакуации из Крыма необходимо:

1. Все важные пути движения в Крыму во многих местах разрушить или создать на них препятствия... особенно на важной железной дороге Чонгар — Джанкой — Армянск. Чрезвычайно важно создать разрушения на дорогах южного участка, т.е. тех, которые идут в направлении крепости Севастополь.

2. Разрушить гавани, все хозяйственные постройки, уничтожить все имеющиеся потребительские и снабженческие товары, аэродромы, средства связи, чтобы на длительное время не дать противнику использовать полуостров. Крым как операционную базу.

3. Все оставляемое собственное военное имущество привести в негодность, чтобы противник не мог им воспользоваться.

4. Нельзя до определенного момента подавать вида, что готовится эвакуация...

II. Подготовку к разрушениям в Крыму организует армейский инженер. За подготовку и проведение разрушений отвечают:

1. Минирование гаваней по указанию Адмирала Черного моря выполняют ВМС.

2. За разрушения портовых сооружений отвечают коменданты гаваней в Казантипе, Феодосии, Иван-Бабе, Ялте, Севастополе, Евпатории, Ак-Мечети. Выполняют это своими силами и средствами. Командование армейских корпусов возлагает на офицера-сапера задачу установить мины и фугасы для разрушений в гаванях по согласованию с комендантом гавани...

3. За разрушения железной дороги отвечает Кодеайс 17. Время разрушения ж.д. согласовывается с группой Конрада и 5 АК. Учитывая, что линия Керчь — Джанкой и Севастополь — Джанкой может еще долго использоваться, нужно подготовить четкое ее разрушение.

4. За все армейские сооружения службы снабжения отвечает штаб тыла армии.

5. За все снабженческое имущество армии, которое находится в армейских корпусах, и за свое имущество несут ответственность штабы корпусов и дивизий.

6. За все саперное имущество и хозяйственные сооружения несет ответственность хозяйственное управление и штаб тыла армии.

7. Воздушные силы и ВМС несут ответственность за разрушение своих объектов, особенно аэродромов.

8. За разрушение средств связи несет ответственность штаб связи.

9. За разрушение мостов, путей движения, наблюдательных постов, зданий и заграждений отвечают корпуса и дивизии.

На участке группы Альмендингера и 1-го горно-стрелкового корпуса румын армейские саперные части провели мероприятия по подготовке к разрушению дорог в Феодосии, Старом Крыму, Карасубазаре, Симферополе, Сюрени, Алуште, Ялте, Севастополе, а также важных перекрестков между дорогами, которые с начала "Фазы II" операции "Тигр" или с начала операции "Адлер" перейдут в группу Альмендингера. Сюда же входит разрушение дамбы пруда у Карасубазара и дамб в долине Альмы и Толе. В предгорье возле Севастополя проводятся приготовления по разрушению дорог, которые будут затем переданы группам Альмендингера и Конрада в их районах обороны после проведения "Фазы II" операций "Тигр" и "Адлер". Сами группы затем проводят эти разрушения.

Обе группы получат из штаба инженера армии уточненные карты с отмеченной обстановкой. Сейчас отвечают за эти работы те части, которые эти работы выполняют, а после начала вышеуказанных операций отвечают за это:

а) Группа Альмендингера: штаб, 1-я рота (без 1-го взвода), 3-я рота I армейского учебного саперного батальона.

б) Группа Конрада: взвод 1-й роты армейского учебного саперного батальона...

10. Для наблюдения за производством работ и их проведением в Симферополе назначен майор Шенерт из штаба инженерных войск. Он получит конкретные указания армейского штаба.

При проведении операций "Тигр" и "Адлер" этот офицер подчиняется штабу армейского инженера, а при отходе находится при штабе местной комендатуры 853. После эвакуации Симферополя слова возвращается в Штаб армии... [84]

III. Для уничтожения нетранспортабельных больших агрегатов, оружия, лошадей, транспорта и автомашин и других приборов приказано:

1. Все собрать в места сбора и там по команде уничтожить. За исключением: всех пригодных к движению автомашин, всех лошадей и повозок. Их передать воинским частям для улучшения подвижности.

2. Все, что можно увезти в Севастополь, нужно брать с собой.

В крепости Севастополь тоже установлены места для уничтожения поврежденного военного имущества, которое не поддается восстановлению. Убой лошадей в районе крепости Севастополь производить только по разрешению, ибо при определенных условиях они будут убиваться на мясо для гарнизона.

Места для убоя лошадей в крепости Севастополь установлены:

а) Южнее п. 93,9 (3 км северо-западнее мыса Фиолент).

б) 7,5 км северо-западнее мыса Фиолент.

в) Северная Учкуевка, 1,5 км северо-западнее церкви Бертеневка.

На месте убоя трупы сбрасывать в море, чтобы затем отступающие войска не попадали на места, где гниют трупы.

3. Все железнодорожное имущество, которое будет уже не нужно в Севастополе, уничтожить путем сброса локомотивов и вагонов{84.1}.

IV. Приказ на начало проведения разрушений (кроме железной дороги и хозяйственных предприятий) будут давать командные инстанции. Необходимо иметь четкие связи офицеров, ответственных за разрушения, с этими инстанциями.

Время начала разрушений железной дороги по приказу армии из отдела военных сообщений. Использование бронепоездов как арьергардов невозможно. Последний поезд — это поезд командира для производства разрушений{84.2}.

Сохранение линий связи на железной дороге невозможно, и их нельзя использовать для тактических подразделений. Внутри крепости Севастополь (включая Бельбек — виадук) разрушения производятся по приказу коменданта крепости.

Разрушения хозяйственных предприятий начинаются по приказу хозяйственного управления из штаба армии.

V. При разрушении дорог позаботиться, чтобы противник не смог легко переправиться через водные преграды и через каменные завалы в горах. Особенно обратить внимание на дороги в Старый Крым, Симферополь, в горах западнее Старого Крыма, в гаванях южного берега Крыма, горах Яйлы, на дорогах их Симферополя на Алупку и Байдары.

В целях создания преград на этих дорогах можно взрывать нависающие над ними каменные глыбы и т.д.

VI. Создание минных заграждений для недопущения быстрого продвижения моторизованных и танковых частей противника.

Заминированные места должны быть огорожены и охраняться, производить такие работы в темноте. Внимательно следить, чтобы там не подорвались наши люди. Если будут допущены несчастные случаи среди наших войск, на таких участках немедленно проводить расследования и строго наказывать.

Приказ командующего 17-й армией выполнялся подчиненными точно, тщательно, пунктуально. Горели дома, рушились столбы, разрушались дороги, гибли люди... [85] Но История уже вынесла приговор преступникам. Многие были уничтожены Красной армией и партизанами в ходе боев, а многих из уцелевших ждал суд людской. Сам генерал Енеке за военные преступления, совершенные на Кубани и в Крыму, в ноябре 1947 г. был в Севастополе приговорен к 25-летнему заключению в исправительно-трудовых лагерях.

Но это будет еще через несколько лет, а пока на основе указаний командования 17-й армии в каждом корпусе были разработаны руководящие документы по проведению отхода в Севастополь и последующей эвакуации из него в Констанцу.

Они еще не теряли надежды хотя бы какое-то время отсидеться в Севастополе. В занимающих 12 машинописных листов "Особых указаниях по проведению операции "Адлер" квартирмейстерского отдела 5-го армейского корпуса, в частности, говорилось:

"Все, что нельзя будет использовать в боевых действиях и снабжении во время отхода к крепости Севастополь, а также его обороны или при эвакуации по морю и воздуху и нельзя будет вывезти, уничтожить...

... В крепость Севастополь будет доставлено как можно больше боеприпасов и ценного продовольствия...

Использовать всякую возможность захвата продовольствия по пути следования... Комендантов обязать гнать гурты скота в Севастополь.

... Алкогольные напитки не уничтожать, а оставить русским. Практика показывает, что, когда они захватывают такие трофеи, их наступление замедляется{85.1}.

Лошадей и повозки, которые принадлежат гражданскому населению, по необходимости забирать...{85.2}

Оружие и техника, которую необходимо взять с собой из Крыма:

а) все ручное оружие;

б) автоматы, пулеметы, средние минометы;

в) оптические приборы;

г) только в случае эвакуации по морю: тяжелые минометы, легкие арторудия, малокалиберные зенитные пушки...

Забрать весь шанцевый инструмент...

... С получением сигнала об отходе прием военнопленных и гражданских лиц в лагерях военнопленных корпуса в Багерово и Семи Колодезях прекращается...

Находящиеся при частях веоннопленные остаются с ними и отходят вместе с частями. Больние и раненные пленные остаются на месте{85.3}.

... Дулаг ? 181 в Севастополе готов к принятию военнопленных (Херсонесская улица)...

Отдельные .лица, которые особенно активно боролись с большевизмом, могут убыть в Севастополь... они могут взять с собой только ручной багаж.

Важнейшей задачей комендатур остаются наблюдение за гражданским населением, оборона населенных пунктов, а также [86] подготовка к разрушению хозяйственных построек и предприятий, захват скота и другого продовольствия..."{3}

То, что эти приказы и указания не удалось выполнить полностью, объясняется во многом тем, что события на фронте развивались стремительно.

Командующий 4-м Украинским фронтом генерал Ф.И. Толбухин 10 апреля в 17 часов приказал подтянуть 19-й танковый корпус ближе к переднему краю, чтобы в 5 часов 30 минут 11 апреля ввести его в бой с рубежа южнее Томашевки, овладеть крупным железнодорожным узлом Джанкой, а затем, развивая наступление на Симферополь — Севастополь, рассечь крымскую группировку врага, лишить его возможности маневрирования и организованного сопротивления, нарушить управление войсками.

Командир 19-го танкового корпуса генерал И.Д. Васильев с оперативной группой офицеров выехал в район высоты 30,3 к командиру 63-го стрелкового корпуса генералу П.К. Кошевому для организации взаимодействия. Во время рекогносцировки в районе высоты 30,3 Васильев был тяжело ранен осколком сброшенной с самолета бомбы. В командование 19-м танковым корпусом вступил легко раненный заместитель командира корпуса полковник И.А. Поцелуев, который командовал корпусом до конца Крымской операции.

Введение в прорыв усиленного 19-го танкового корпуса с плацдарма южнее Сиваша явилось полной неожиданностью для немецкого командования5 считавшего, что корпус находится в районе Перекопа, где, по их мнению, должен быть нанесен главный удар.

На самом деле в период с 13 по 25 марта 1944 г. вся боевая техника и вооружение корпуса были скрытно переправлены на плацдарм южнее Сиваша. Переправа танков велась только ночью или при плохой видимости, когда не могла действовать авиация противника. Личный состав инженерно-саперных частей заранее подготовил укрытия-для танков. Все тщательно маскировалось. Следы гусениц заметались. Личный состав танковых экипажей перед переправой прошел на специально оборудованном поле тренировку по проведению танков по узкому и длинному мосту.

В 1946 г. Маршал Советского Союза Ф.И.Толбухин, вспоминая подготовку к Крымской операции 19-го танкового корпуса, говорил:

"План был доведен до каждого командира, довольно хорошо разработан, все действия были расписаны по бригадам до батальона, все было предусмотрено"{4}

В этом была большая заслуга штаба корпуса во главе с полковником И.Е. Шавровым. Штаб корпуса справился со своей задачей и, в сложной обстановке, когда вышли из строя командир корпуса, начальник оперативного отдела и другие офицеры штаба корпуса, штаб был надежным помощником у только что вступившего в командование корпусом полковника И.А. Поцелуева.

В 5 часов 11 апреля войска 63-го стрелкового корпуса во взаимодействии с 19-м танковым корпусом завершили прорыв обороны противника на этом участке. Танки на большой скорости двинулись на Джанкой. Передовой отряд 19-го танкового корпуса в составе 202-й танковой бригады полковника М.Г. Фещенко (он же командир передового отряда), 867-го самоходного артполка майора А.Г. Свирерского [87] и 52-го отдельного мотоциклетного полка майора А.А. Недилько уже в 11 часов 11 апреля ворвался на северную окраину Джанкоя. С юга нанесла удар 26-я мотострелковая бригада подполковника А.П. Храповицкого. Противник, имея до полка пехоты, до двух дивизионов артиллерии, четыре штурмовых орудия и бронепоезд, упорно оборонялся{5}. Совместными и решительными действиями частей 19-го танкового корпуса, стрелковых частей и авиации Джанкой был освобожден к 18 часам 11 апреля. 79-я танковая бригада полковника П.С. Архипова в это же время разгромила аэродром противника в районе Веселого (15 км юго-западнее Джанкоя), а 101 танковая бригада подполковника М.Ф. Хромченко в 8 км юго-западнее Джанкоя захватила важный железнодорожный мост.

Батальоны аэродромного обслуживания 8-й воздушной армии шли сразу же за танкистами. Например, личный состав комендатуры 449-го бао быстро подготовил взлетно-посадочную площадку, что дало летчикам возможность наносить удары по врагу с только что захваченного аэродрома в Веселом. Так же быстро готовил площадки для самолетов бао 4-й воздушной армии в районе Керчи, Багерово и в других местах.

11 апреля приказом командующего фронтом с целью быстрейшего освобождения Симферополя была создана подвижная группа фронта. Возглавил ее заместитель командующего 51-й армией генерал-майор В.Н. Разуваев. В подвижную группу, кроме усиленного 19-го танковго корпуса, входили 279-я стрелковая дивизия (два полка на автомашинах) и 21-я отдельная истребительно-противотанковая артиллерийская бригада.

Командование 17-й немецкой армии вынуждено было принять решение на отход к Севастополю, в том числе и с Керченского полуострова.

Разведка Отдельной Приморской армии заметила подготовку к отходу уже 10 апреля. В 21 час 30 минут 10 апреля, после артиллерийской и авиационной подготовки, перешли в наступление передовые отряды армии, а в 2 часа 11 апреля — главные силы.

Части 3-го горно-стрелкового корпуса генерала А.А. Лучинского заняли сильно укрепленный опорный пункт противника Булганак и начали продвижение к Турецкому валу.

К 4 часам 11 апреля части 11-го гвардейского корпуса генерала С.Е. Рождественского прорвали рборону противника на своем участке.

Войска 16-го стрелкового корпуса генерала К.И. Провалова к 6 часам освободили Керчь.

Командир 9-го кавалерийского полка 6-й румынской кавалерийской дивизии, попав в плен, показывал:

"Мой полк занимал оборону южнее города Керчь. Когда русские прорвали немецкую оборону и вышли на шоссейную дорогу Керчь — Феодосия, над полком нависла угроза окружения. Немцы очертя голову удирали, и и я отдал приказ отступить на линию Турецкого вала. Не успели мы занять оборону на новом месте, как на левом фланге появились русские танки. Увидев, что немцы побежали, румынские солдаты стали сдаваться в плен целыми эскадронами... Приказы, отданные мною командирам эскадронов, не выполнялись. Девятый кавалерийский полк полностью разгромлен, ни один солдат не ушел с Керченского [88] полуострова. Вся техника полка и приданнная ему артиллерия захвачены русскими"{6}.

Из доклада оперативного отдела 17-й немецкой армии:

Дело WF-03/33876. л.472:

Сообщения об обстановке для коменданта Севастополя.
Только для служебного пользования.
После ознакомления и использования уничтожить.
17-я армия. Оперотдел.
11.04.1944 г. ? 23.35.

Обстановка за день 11.04.1944 г. ? 472. Восточный фронт: Противник продолжает наступление обеими танковыми группами на запад и достиг вечером района Аги-Эли. 5-й АК отходит на Керченский перешеек. 6-я кавдивизия румын отходит очень быстро. Из 73-го ПД до этого часа нет донесений. 98-я ПД в общем отходит планомерно.

Северный фронт: Передовые отряды танковых частей в 17.00 в Курман—Кемельчи. Дальнейшее их направление, вероятно, вдоль дороги и ж.д. полотна Джанкой — Сарабуз. В Карангуте и западнее от него сильный зенитный огонь противника. С румынским кавкорпусом нет связи. Другие дивизии группы Конрада движутся на юг и достигли линии Старый Кудияр — Сари-Даш — Эски-Керчь — Старый Бараган.

Воздушная обстановка: Целый день авиация противника сильно действует (истребители, штурмовики, бомбардировщики).

...5). Группа Конрада — Тотман,

5-й АК в Шейх-Эли (12 км северо-восточнее Старого Крыма).

6). Готовые к бою танки:

191-я бригада штурмовых орудий и 279-я в бою.

...9). Погода: солнечная, ясно. Дороги проходимы.

11 апреля Верховный Главнокомандующий объявил благодарность войскам 4-го Украинского фронта, прорвавшим сильные укрепления на Перекопе и глубокоэшелонированную оборону врага в озерных дефиле{88.1} на южном берегу Сиваша и освободившим Джанкой, а также Отдельной Приморской армии, овладевшей сильно укрепленными городом и крепостью Керчь. В 21 час в Москве прогремели 20 артиллерийских залпа салюта из 224 орудий в честь 1-го Украинского фронта, и в этот же день, в 22 часа, — в честь войск Отдельной Приморской армии.

Решающее значение при преследовании противника имел глубокий рассекающий удар подвижной группы фронта, главной силой которой являлся усиленный 19-й танковый корпус, по центру 17-й немецкой армии в направлении на Симферополь, где дислоцировались штабы армии и румынского горно-стрелкового корпуса. Этот удар отрезал главные силы обороняющихся, находящиеся в северном Крыму, от их керченской группировки. Большую помощь наступающим оказала авиация, вызываемая по радиостанциям, находящимися в голове 19-го танкового корпуса.

Левый боковой отряд 19-го танковго корпуса (202-я танковая бригада, 867-й самоходный артполк и 52-й отдельный мотоциклетный полк) [89] двинулся навстречу частям Отдельной приморской армии в направлении Джанкой — Сейтлер, Карасубазар — Зуя. 12 апреля 52-й мотоциклетный полк, совместно с воинами 263-й стрелковой дивизии полковника П.М. Волосатых, овладел Сейтлёром. 202-я танковая бригада и 867-й самоходный артполк, во взаимодействии с партизанскими отрядами Н.А. Сороки и В.М. Буряка в 16 часов 12 апреля уже в районе Зуи перехватили и разгромили большую колонну противника, двигавшуюся по шоссе на Симферополь.

Путь на Севастополь через Симферополь для частей 5-го немецкого армейского корпуса закрылся.

Главные силы 19-го танкового корпуса с частями усиления 12 апреля продолжали наступать на Симферополь. Вместе с подвижной группой преследовала противника 51-я армия.

Под Сарабузом, в районе аэродрома, части 19-го танкового корпуса втретили упорное сопротивление вновь созданной боевой группы под командованием командира немецкой 5-й пехотной дивизии генерал-лейтенанта Сикста, в составе 10-го румынского мотополка, 46-го саперного батальона, батальона гренадерского полка 50-й пехотной дивизии и батарей зенитных орудий. Не ввязываясь в затяжные бои, танкисты обошли позиции пртивника с востока и двинулись на Симферополь. 2-я гвардейская армия 12 апреля прорвала оборону противника по реке Чатырлык. В преследование отступающих включились подвижные отряды под командованием заместителя командира 24-й гвардейской дивизии Героя Советского Союза гвардии подполковника Л.И. Пузанова и командира гвардейской легкой артбригады 2-й гвардейской артдивизии прорыва гвардии полковника В.И. Кобзева. 12 апреля подвижные группы Отдельной Приморской армии и стрелковых корпусов вышли к Ак-Монайским позициям пртивника, но с ходу прорвать оборону противника не смогли. Только после мощного артиллерийского и бомбо-штурмового удара (844 боевых вылета авиации за день) противник оставил АК-Монайские позиции. К исходу дня Керченский полуостров был полностью освобожден.

Генерал А.И. Еременко решил армейскую подвижную группу направить на Старый Крым, Карасубазар, для установления непосредственной связи и лучшего взаимодействия с войсками 4-го Украинского фронта. На этом же направлении действовали подвижные группы и главные силы 11-го гвардейского стрелкового и 3-го горнострелкового корпусов. 16-й стрелковый корпус наступал на Феодосию и дальше вдоль южного берега Крыма на Ялту — Севастополь.

Войска 5-го немецкого армейского корпуса отходили по дороге вдоль побережья. Преследование противника, в чем большую помощь оказали партизаны Восточного соединения, шло днем и ночью. 12 апреля бригада А.А. Куликовского и часть отрядов 2-й бригады Н.К. Котельникова разгромили гарнизон оккупантов в Старом Крыму. В ночь на 13 апреля гитлеровцы бросили против партизан большие силы и выбили их из города. Мстя за свои неудачи мирным жителям, оккупанты устроили жестокую расправу, убив 584 человека, из них 200 детей, и ранив свыше 100{7}.

12 апреля, когда советские войска уже подходили к Феодосии, ВВС Черноморского флота нанесли бомбо-штурмовой удар по плавсредствам противника в Феодосийском порту, сорвав эвакуацию [90] войск противника морем.

Из сообщения об обстановке оперативного отдела 17-й немецкой армии за 12 апреля:

Дело WF-03/33876. л.473:

17-я армия. Оперотдел.
13.04.1944 г. 0.05

Донесение за 12.04.1944 г. ? 473.

1-я группа Альмендингера прорвалась сквозь отдельные танковые группы противника. Ей удалось все же, в общем, загнув левый фланг, остановиться на перешейке.

Северный фронт: С 19-й румынской ПД нет радиосвязи уже сутки. Она отходит на юг восточнее дороги Джанкой — Симферополь.

Вновь образованная группа войск Сикста из румынского мотополка ? 10, саперного батальона ? 46 и одного батальона гренадерского полка отбивается от прорвавшихся танковых частей противника в районе аэродрома Сарабуз.

Группа Конрада обороняется на достигнутой до обеда линии обороны при помощи подошедших на помощь танков и отбивает противника, который кое-где вклинился в оборону. Румынская 9-я кавдивизия — на линии "Гнейзенау" восточнее Сасык—озера. Танковые соединения противника пробились между линией Джанкой — Симферополь и достигли вечером дороги Сарабуз — Саки. Отдельные передовые отряды противника достигли дороги Симферополь — Саки. Одна слабая танковая группа перешла дорогу Зуя —Симферополь и там раздавила отдельные наши автомашины{90.1}.

Намерения: Группа Альмендингера поворачивает к морю и по дороге вдоль побережья при помощи поданного автотранспорта и по морю будет отходить к Севестополю.

Группа Конрада ночью 13.04. по приказу будет обороняться на линии "Гнейзенау". Крепость Севастополь обороняют семь румынских батальонов, батальон моряков и батальон немецких отпускников.

...9). Погода: Солнечно, ясно, дороги проходимы. Подписи, отметки

13 апреля войска 16-го стрелкового корпуса, при содействии армейской подвижной группы, освободили Феодосию. Отличились войска 339-й и 383-й стрелковых дивизий, 111-го стрелкового полка 227-й стрелковой дивизии.

Ранним утром этого дня 54 штурмовика и 6 бомбардировщиков ВВС Черноморского флота под прикрытием 42 истребителей совершили налет на Судак, потопив 3 больших десантных баржи с солдатами и офицерами, и 5 барж повредив. После этого противник уже не рискнул эвакуировать войска в Севастополь морем.

Пленный румынский лейтенант показывал:

"Наша рота 13 апреля прибыла в Судак. Там скопилось много немцев и румын. Немцы грузились на баржи. Как только три баржи, переполненные солдатами, отчалили от берега, налетели русские штурмовики. На наших глазах все три баржи пошли ко дну. После этого румынские солдаты, находившиеся в порту и видевшие гибель немцев, категорически отказались садиться на суда. На причалах поднялась невообразимая суматоха. Приказы офицеров не выполнялись. Между немцами и румынами произошли кровавые стычкии. Немцы также прекратили погрузку...{8}

Немецкие и румынские войска устремились к Севастополю по горным дорогам, но и на них было не легче, так как подвижные части Красной армии, партизаны и авиация не давали им передышки. Группы бомбардировщиков и штурмовиков, сменяя одна другую, создавали пробки и обвалы на дорогах.

Преследуя противника по пятам, подвижная группа Отдельной Приморской Армии, возглавляемая командиром 227-й стрелковой дивизии полковником Н.Г. Преображенским (227-я стрелковая дивизия на автомашинах и 227-й отдельный танковый полк подполковника А.С. Сойченкова), направилась к Старому Крыму и, при содействии партизан Восточного соединения В.С. Кузнецова, освободила его, после чего двинулась на Карасубазар, за который уже, совместно с партизанами 5-й бригады Северного соединения партизан под командованием Ф.С. Соловья и И.Я. Бабичева, вела бой прорвашаяся на автомашинах группа полковника М.Г. Фещенко. Колонна войск противника, отходившая на Симферополь, была разгромлена.

В 16 часов 30 минут 13 апреля войска 4-го Украинского фронта соединились здесь с частями Отдельной Приморской армии.

Во всех этих боях советские воины действовали смело и решительно. Например, командир танковой роты 172-го танковго батальона 202-й танковой бригады старший лейтенант П.А. Кубышкин на своей боевой машине первым ворвался в Джанкой и уничтожил танк, шесть противотанковых орудий, пять автомашин с боеприпасами и четыре трактора — артиллерийских тягача. В бою за поселок Зуя Кубышкин на своем танке врезался в колонну автомашин противника и артиллерийско-пулеметным огнем и гусеницами уничтожил несколько автомашин с солдатами и офицерами противника{9}.

Совместно с танкистами действовала танко-десантная рота лейтенанта Т.К. Щербанева, своими внезапными и стремительным действиями вносившая панику в ряды врага и расчищавшая путь пехоте и танкам. В последующем Т.К. Щербанев одним из первых вышел на подступы к Севастополю, где в ожесточенном бою получил тяжелое ранение. 3 мая 1944 г. Т.К. Щербанев был представлен к званию Героя Советского Союза и удостоен его 24 марта 1945 г.{10}.

13 апреля 1944 г. в районе села Ашага-Джармин Сакского района около двух часов вели неравный бой девять разведчиков 3-го гвардейского мотоинженерного и 91-го мотоциклетного отдельного батальонов: командир группы гвардии сержант Н.И. Поддубный, его заместитель гвардии младший сержант М.З. Абдулманапов, гвардии красноармейцы П.В. Велигин, И.Т. Тимошенко, М.А. Задорожный и Г.Н. Зазарченко, красноармейцы В.А. Ершов, П.А. Иванов и А.Ф. Симоненко. Разведчики отбили три атаки роты противника, а затем и неоднократные атаки батальона. После артподготовки противник предпринял еще одну атаку. Когда кончились патроны, разведчики, многие уже раненные, дрались врукопашную, каждый против многих врагов. На допросе бойцов, связанных колючей проволокой, били прикладами, кололи штыками, дробили кости, выкалывали глаза. Но никто не проронил ни слова. Тогда фашистский офицер подошел к 19-летнему аварцу Абдулманапову: "Ну, они русские, а ты кто? Чего молчишь? Чего тебе терять? Ты чужой для них. [92] Каждый должен думать о своей жизни. Откуда ты?" Магомед с гордостью ответил: "Известно, откуда. Мы все — дети одной матери-Родины!" и плюнул фашисту в лицо. Его долго мучили, а потом вырезали на груди звезду. После пыток фашисты расстреляли героев-разведчиков недалеко от села{11}. Один из них, 24-летний пулеметчик В.А. Ершов, случайно оказался жив. Местные жительницы Л.Р. Гапкова, Н.А. Голубенко, А.А. Клименко и О.Г. Собко обнаружили на его теле 10 огнестрельных и 7 штыковых ран. Челюсть была не просто раздроблена, а буквально искрошена. Он на всю жизнь остался инвалидом 1-й группы.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 16 мая 1944 г. все девять разведчиков удостоены звания Героя Советского Союза.

13 апреля подвижная группа фронта освободила Симферополь. Вместе с войсками фронта в освобождении Симферополя участвовали партизаны 1-й бригады (командир Ф.И. Федоренко, комиссар Е.П. Степанов) Северного соединения, 4-й бригады (командир Х.К. Чусси, комиссар А.Н. Бережной) Южного соединения, подпольщики под руководством А.И. Косухина и В.И. Бабия, группа румынских антифашистов, возглавляемая Михаилом Михайлеску (бывший офицер штаба румынского горно-стрелковго корпуса).

В этот же день войска 2-й гвардейской армии освободили Евпаторию. Трижды 13 апреля в Москве гремели артиллерийские салюты, в честь освободителей Феодосии, Евпатории и Симферополя.

А бои продолжались с прежним ожесточением. Генерал армии И.Е.Шавров в статье "19-й танковый корпус в боях за Крым" писал:

"Оценив сложившуюся обстановку, командование корпуса пришло к выводу, что наиболее целесообразно в данной ситуации немедленно всеми силами перейти к преследованию отходивших к Севастополю войск, чтобы на их плечах ворваться в город. Однако генерал Разуваев приказал 101-ю и 202-ю танковые бригады направить на восток, в район Карасубазара, для борьбы с отходившими частями Керченской группировки, а 26-ю мотострелковую бригаду — на Алушту, чтобы отрезать путь войскам, отступавшим вдоль Черноморского побережья. Преследование врага, отходившего через Бахчисарай на Севастополь, возлагалось лишь на две танковые бригады: 76-ю полковника П.С. Архипова и 6-ю гвардейскую полковника В.Ф. Жидкова. Это распыляло усилия корпуса"{12}.

По докладу командования 19-го танкового корпуса командующий фронтом решение генерала Разуваева отменил, но части корпуса уже выполняли первый приказ и возможности изменить положение не представлялось{13}.

Рано утром 14 апреля совместной атакой 6-й отдельной гвардейской и 79-й танковых бригад, при содействии партизан 6-й бригады Южного соединения под командованием М.Ф. Самойленко и П.П. Кузнецова, был освобожден Бахчисарай. Партизанские отряды под командованием Г.Ф. Грузинова и И.И. Урсола, успев уничтожить факельщиков, спасли город от разрушения.

Командование танкового корпуса решило перегруппировать бригады и нанести удар на Качу, Мамашай, а затем — по северной окраине Севастополя. 202-я танковая бригада, 867-й самоходный артполк, 52-й мотоциклетный полк из района Симферополя быстро прошли в направлении Качи и овладели ею к 18 часам. 101-я танковая бригада в 19 часов овладела селами Мамашай, Эски-Эли, Аранчи. [93]

Здесь же действовали два полка 279-й стрелковой дивизии.

В районе Качи и Мамашая танковые бригады соединились с подвижными передовыми отрядами 2-й гвардейской армии, которые, по приказу командующего фронтом, должны были, не считаясь с разграничениями, действуя вне дорог, не ввязываясь в бои, обходя узлы сопротивления, стремительным ударом овладеть Севастополем.

И все-таки, несмотря на высокие темпы наступления Красной Амии, основные силы 49-го горно-стрелкового корпуса генерала Конрада, сохранив тяжелую артиллерию, выиграли гонку и сумели к исходу 14 апреля занять оборону в Севастополе.

Всю ночь на 14 апреля на Ангарском перевале вели бои приморцы и 26-я мотострелковая бригада 19-го танкового корпуса. Атакой с севера и с востока советские войска, при содействии партизан 4-й и 5-й бригад, освободили город Алушту.

15 апреля на подступы к Севастополю вышли главные силы 2-й гвардейской и 51-й армий. Не ожидая подхода к Севастополю войск Отдельной Приморской армии, командование 4-го Украинского фронта решило взять крепость Севастополь (так называло тогда немецкое командование свой плацдарм в районе Севастополя) с ходу. Известно, что, если открывается возможность взять город с ходу, военачальник обязательно попытается воспользоваться ею. Не избежали такого соблазна маршал А.М. Василевский и генерал армии Ф.И. Толбухин.

Но сделать это не удалось. [94]

Дальше