Содержание
«Военная Литература»
Военная история

Над Донбассом и Приднепровьем

Войска Южного фронта, освободив Ростов и Новочеркасск, во второй половине февраля 1943 года, вышли на рубеж реки Миус. Немецкая 6-я полевая армия, использовав заранее подготовленные позиции, сумела быстро организовать оборону на этом рубеже, как его называли гитлеровцы, Миусфронте. Попытки советских войск прорвать его не увенчались успехом. В конце марта на [39] советско-германском фронте наступило относительное затишье. Обе воюющие стороны усиленно готовились к новым операциям.

В конце февраля в состав 226-й штурмовой авиадивизии влился еще один полк - 655-й штурмовой (командир майор М.С. Столяров, замполит майор Л.М. Дюжаков, начштаба майор В.Г. Фадеев{38}).

Этот полк был сформирован в марте 1940 года в Лебедине. Две эскадрильи его имели опыт боев с белофиннами. Боевые действия в Великой Отечественной войне полк начал с первого ее дня. До 10 сентября 1941 года с аэродрома Бердичев воевал в районах Броды, Ровно, Тернополь. Затем ночные боевые действия под Харьковом. За неполные девять месяцев летчики части произвели 811 боевых вылетов на самолетах Як-2, Як-4, СБ и Р-5. В апреле 1942 года личный состав приступил к переучиванию на Ил-2, а в июле того же года к боевым действиям на нем в составе войск Южного фронта{39}.

Теперь в дивизии стало четыре полка. Увеличился и боевой состав частей, в них вместо трех стало четыре эскадрильи. Полки дивизии, находясь в районе Котельниково, доукомплектовывались личным составом и техникой, занимались боевой учебой, подготовкой к боевым действиям. Одновременно с новичками предстояло обучить полетам на Ил-2 большую группу авиаторов ранее летавших на По-2. С техникой пилотирования они справлялись успешно, сказывался большой налет. Труднее давалась групповая слетанность, самолетовождение. Ведь на По-2 они летали со штурманом, который вел детальную и общую ориентировку. Здесь же необходимо было ориентироваться самому. Предстояло также овладеть всем комплексом пулеметно-пушечного вооружения, различными способами бомбометания и поражения целей эрэсами, усвоить порядок работы с аппаратурой, размещенной в кабине самолета.

Продолжалось обучение экипажей действиям в ночных условиях. Подготовка "ночников" начиналась в закрытой кабине самолетов По-2, УТ-2 и Уил-2, [40] затем в сумерках, в облаках и, наконец ночью, а заканчивалась самостоятельным полетом на боевом штурмовике.

Проводились тактические учения с участием подразделений наземных частей. В процессе их отрабатывались вопросы взаимодействия в обороне и наступлении, при действиях в разнообразной обстановке и на различной местности.

О том, насколько плодотворным было обучение в Котельниково, говорит тот факт, что из 12 летчиков, переученных тогда с самолета По-2 на штурмовик, впоследствии 7 человек стали Героями Советского Союза, а 2 из них удостоились этого звания дважды. Другие летчики дрались тоже мужественно и умело, неоднократно отмечались высокими правительственными наградами.

Кроме летной проводилась наземная боевая подготовка. Ее завершением стала конференция боевого актива, которая состоялась совместно с летчиками 287-й истребительной авиадивизии, часто прикрывавшей штурмовиков. На ней особенно подробно рассматривались методика постановки боевых задач, вопросы взаимодействия штурмовиков с истребителями при следовании к цели, уходе от нее и на обратном маршруте.

С докладом выступил командир 504-го штурмового авиаполка майор С.Д. Прутков. Он подробно рассказал о боевом применении двухкабинных Ил-2. В связи с тем, что таких машин было еще мало, докладчик подчеркнул целесообразность использования их преимущественно для прикрытия тыла и флангов строя штурмовиков.

Докладчика дополнили командир 505-го штурмового авиаполка капитан Н.Ф. Ляховский, младший лейтенант Ф.И. Бузиков, старшие лейтенанты С.И. Жариков и М.И. Смильский.

Вопросы боевого совершенствования не переставали волновать летчиков, приковывать внимание к себе и в последующем. И по-прежнему в роли активнейшего участник и организатора боевой учебы выступал С.Д. Прутков. В конце февраля 1943 года он обобщил обширный материал для проведения методических конференций летного состава по темам: "Строй и боевые порядки и их зависимость от характера цели", "Сбор группы после выполнения задачи", "Состав групп", "Наивыгоднейший порядок действий в различной обстановке", "Тактика повторных заходов", "Маневр при [41] подходе к цели, при штурмовке и в воздушном бою", "Метод обороны экипажей Ил-2 с задней кабиной"{40}.

18 марта 1943 года в командование 1-й гвардейской штурмовой авиадивизии вступил полковник Б.К. Токарев. К этому времени он имел большой опыт полетов и командирской работы. Был инструктором-летчиком, командиром звена, эскадрильи, полка, бригады и дивизии. Участвовал в боях с белофиннами. В Великой Отечественной войне воевал с самого ее начала. Оборонял Москву, возглавлял ВВС 53-й армии Северо-Западного фронта.

С именем Токарева связаны многие важные события истории дивизии. При нем, например, было подготовлено к боевым действиям более 200 летчиков. Под его руководством летчики дивизии впервые применили на практике наступательные воздушные бои с бомбардировщиками противника. Комдив проявлял большую заботу о подчиненных, сочетая ее с большой требовательностью. Его всегда можно было увидеть там, где требовалось вдохновить людей или навести порядок.

В декабре 1943 года Токарев, будучи уже генерал-майором, получил назначение на должность командира 6-го штурмового авиакорпуса, который под его командованием отличился в боях за освобождение Люблина и при штурме Берлина.

С 22 апреля 1943 года 1-я гвардейская штурмовая авиадивизия выполняла специальное задание. Из ее состава было отобрано 15 лучших экипажей, которые перелетели на аэродром Ростовсельмаш. Оттуда две шестерки этой группы вылетали на уничтожение железнодорожного эшелона противника на станции Успенская. Особенно хорошо действовала группа, ведомая замкомандира 74-го гвардейского штурмового авиаполка капитаном Н. Хикматулиным. Группа метко отбомбилась по заданной цели и без потерь возвратилась на свой аэродром.

Базируясь в Ростове и Ейске, группа дивизии продолжала выполнять специальное задание и в последующем. С 8 по 18 мая она уничтожала плавсредства противника в Таганрогском заливе, где в итоге 23 боевых самолето-вылетов потопила 8 сторожевых катеров, моторную лодку, груженую баржу, 3 парусные шхуны. [42]

Экипажи штурмовиков делали по 6-7 заходов на цель. Боевые полеты над морем хотя и были для них в новинку, но сразу пришлись по душе. И не столько из-за отсутствия организованного противодействия, сколько из-за возможности легче, чем на суше, увидеть цель, лучше прицелиться и метче поразить ее. По всплескам на морской глади легко было определить, куда легла очередь, где разорвалась бомба или эрэс. А внести коррективы особого труда уже не составляло.

29 апреля замкомандующего 8-й воздушной армии по политчасти генерал-майор А.И. Вихорев на Котельниковском аэродроме вручил дивизии и ее полкам гвардейские знамена{41}. Торжественно и величаво происходил этот церемониал. Он глубоко запечатлелся в памяти всех участников.

... Ласковое утреннее солнце нежно пригревает молодую буйную зелень аэродрома. Замер строй гвардейцев. В центре перед строем стол, накрытый кумачевой скатертью. Легкий ветерок колышет знамена с изображением дорогого и близкого каждому Владимира Ильича Ленина.

Строй преклонил колени. Солдаты, сержанты и офицеры вслед за командиром громко и внятно произносят слова клятвы:

"Мы клянемся с честью пронести по полям сражений непобедимое Красное гвардейское Знамя. Мы клянемся всемерно крепить воинскую дисциплину и организованность, беспрекословно выполнять приказы командиров, быть достойными во всем наших летчиков, погибших смертью героев...

Мы клянемся во имя чести гвардии, во имя священной Родины, ее свободы и независимости драться с врагом, не щадя ни сил, ни самой жизни.

Мы клянемся до конца своей жизни быть беззаветно преданными нашей любимой матери-Родине, большевистской партии, в боях с немецко-фашистскими захватчиками умножить славу великого русского народа, беспощадно расправляться с трусами, паникерами и изменниками Родины, свято хранить героические традиции".

Через несколько дней после этого знаменательного события, 4 мая, Нарком обороны СССР [43]

подписал приказ ? 207. В нем говорилось: "В целях дальнейшего закрепления памяти о героических подвигах наших славных советских соколов и создания традиций для ... молодого поколения за особые заслуги в обороне города Сталинграда 1-й гвардейской штурмовой авиационной дивизии и двум ее полкам - 74-му и 75-му присвоить почетные наименования Сталинградских"{42}.

15 мая 1943 года дивизия перебазировалась на передовые аэродромы у хутора Матвеевский в 65 км северо-западнее города Шахты. Отсюда она начала совершать эпизодические боевые вылеты для нанесения штурмовых ударов по противнику в районах Кутейниково, Иловайск и Снежное. 655-й штурмовой авиаполк оставался в Котельниково, его личный состав продолжал освоение новой материальной части - самолета Ил-2.

Май не отличался высокой боевой активностью. За полмесяца гвардейцы произвели 129 боевых вылетов, главным образом на штурмовку аэродромов, железнодорожных эшелонов и переправ противника.

До начала боевых действий на реке Миус дивизия участвовала в нескольких летно-тактических учениях с привлечением наземных войск. В ходе учений отрабатывались темы: "Авиационной обработка переднего края обороны противника с переносом ударов по целям в глубине обороны и с остановкой дымовой завесы", "Взаимодействие штурмовиков с танками при уничтожении прорвавшейся группировки противника" (совместно с частями 4-го гвардейского мехкорпуса), "Сопровождение штурмовиками танков при вводе их в прорыв" (совместно с частями 2-й гвардейской армии ), "Взаимодействие штурмовиков наземными войсками в наступательной операции". На каждом из этих учений действовало по 4-9 самолетов Ил-2{43}.

На показном учении, которе происходило в конце июня, группа летчиков 75-го гвардейского штурмового авиаполка (ведущий капитан И.Г. Суклышкин) получила благодарность начальника штаба Южного фронта генерала С.С. Бирюзова наблюдавшего за действиями авиаторов-гвардейцев. Они в районе населенного пункта Медвеженский демонстрировали старшему командному составу 2-го мехкорпуса приемы [44]

действий при отработке темы "Бой с танками противника, прорвавшимися в наш противотанковый опорный пункт".

На учениях штурмовики доказали, что они могут появляться над полем боя в точно указанное время. Одновременно были решены принципиальные вопросы взаимодействия штурмовиков с подвижными наземными войсками (вызов групп самолетов, целеуказание, перенацеливание по радио с командного пункта или из командирского танка через представителя авиаторов).

В июне бовая работа велась с еще меньшей активностью. За месяц было произведено всего 52 боевых вылета.

Весной и летом 1943 года продолжалось совершенствование форм и методов партийно-политической работы, направленной на усиление роли партийных и комсомольских организаций. Состоялось собрание партийного актива дивизии, на котором лучшие летчики-коммунисты поделились опытом применения штурмовиков над полем боя. Герой Советского Союза капитан М.И. Смильский рассказал как нужно тактически грамотно заходить на цель со стороны солнца, скрываясь в его лучах, а Герой Советского Союза капитан А.И. Бородин - об эффективности внезапных ударов. Другие выступавшие давали практические советы и рекомендации о том, как отражать атаки вражеских истребителей, маневрировать на маршруте и над целью.

В мае 1943 года политотдел создал дивизионный агитколлектив. В него вошли руководящий состав полков и управления дивизии. Члены агитколлектива систематически выступали перед личным составом с квалифицированными лекциями и докладами. Так, начальник политотдела подполковник Н.А. Королев выступал на тему "Законы Советской Гвардии", начальник штаба 74-го гвардейского штурмового авиаполка майор А.Г. Полозов в своей лекции рассказал о факторах, решающих судьбу второй мировой войны, замкомандира дивизии по политчасти подполковник Т.И. Мураткин - о международном положении и обстановке на советско-германском фронте.

С большим успехом проходили лекции командира дивизии полковника Б.К. Токарева: "Достоинство и честь советского офицера", "Моральный облик воина Страны Советов". С этими лекциями комдив выступил перед офицерами управления дивизии и личным составом полков. [45]

Хорошо отзывались в частях о докладах, лекциях и беседах других членов агитколлктива. Так, командир 655-го штурмового авиаполка подполковник П.Г. Ванюхин проводил беседы о поведении офицера в строю и вне строя, заместители командиров полков майоры В.А. Голубев, А.С. Иванов, Л.М. Дюжаков, а также парторг 74-го гвардейского штурмового авиаполка капитан П.М. Снежко рассказывали слушателям о роли партии Ленина как вдохновителе и организаторе побед Красной Армии, о важнейших событиях в стране, за рубежом и на фронте и т.д{44}.

Летом 1943 года партийно-политическая работа стала заметно улучшаться. Центр тяжести ее переместился в эскадрильи. Командиры подразделений правильно поняли роль единоначальников, стали конкретнее и больше заниматься воспитанием подчиненных, партийно-политической работой. В 76-м гвардейском штурмовом авиаполку примерно в этом отношении показывали капитаны А.И. Буданов и В.Д. Жихарев, а в 75-м гвардейском штурмовом авиаполку - капитан Г.Ф. Кривошлык. Как бы сильно они не были заняты, непременно вечерами приглашали к себе активистов и подводили итоги работы за день, ставили задачи перед ними.

Чтобы сделать эскадрилью подлинным центром партийно-политической работы, как того требовал ЦК партии, политотдел дивизии провел совещание командиров эскадрилий. На нем детально обсуждался вопрос о роли единоначальников в организации и проведении партийно-политической работы, рассматривался опыт 2-1 эскадрильи 76-го гвардейского штурмового авиаполка (парторг техник А.Т. Пташник), где все коммунисты имели и добросовестно выполняли партийные поручения, показывали личный пример при выполнении боевых заданий и в подготовке материальной части{45}.

Большой популярностью среди авиаторов пользовались художественные фильмы, особенно на исторические и героико-патриотические темы. Часто перед началом фильма выступали командиры и политработники.

Перед началом наступательной операции по [46] освобождению Донбасса, по установившейся традиции, во всех частях состоялись митинги под развернутыми гвардейскими знаменами. Выступая на них, воздушные воины обещали в предстоящих боях самоотверженно драться с врагом. Они призывали однополчан еще яростнее уничтожать немецко-фашистских захватчиков и быстрее очистить от них советскую землю.

Действенная и целеустремленная партийно-политическая работа сказывалась на росте партийных рядов. "Желаю громить фашистких захватчиков коммунистом. Доверие быть членом партии с честью оправдаю в грядущих боях", - писал в своем заявлении в партию летчик В.Ф. Анисов. Он, как и все другие авиаторы, принятые в партию, был верен своему слову. Только в августе 1943 года партийные ряды дивизии выросли на 57 человек{46}. Молодые коммунисты закалялись идейно, упорно овладевали навыками воспитательной работы. Из летного состава пример в этом отношении показывали М.А. Филиппов и Л.И. Беда. В звене управления дивизии высокую активность проявлял молодой коммунист механик самолета В.В. Кузьмин.

17 июля 1943 года войска Южного фронта перешли в наступление. Начались затяжные кровопролитные бои, продолжавшиеся 17 суток. Противник стремился любой ценой удержать занимаемый рубеж. Немецко-фашистское командование для усиления Миусфронта перебросило сюда с Белгородско-харьковского направления несколько дивизий, в том числе танковые "Райх", "Мертвая голова" и др. Вражеская авиация наносила массированные удары по наступающим советским войскам.

Командующий 8-й воздушной армии генерал Т.Т. Хрюкин поставил 1-й гвардейской штурмовой авиадивизии задачу: всеми четырьмя полками (в том числе и 655-м, не имевшим опыта боевой работы на самолетах Ил-2) включиться в активные боевые действия в интересах наземных войск, содействуя им в прорыве обороны противника.

За 17 июля штурмовики совершили 193 боевых вылета на штурмовку вражеских войск, не потеряв ни одной машины.

Боевое распоряжение штаба 8-й воздушной армии, отданное в 2 ч 45 мин 18 июля, гласило:

"Противник, [47] опираясь на свои опорные узлы, сдерживает продвижение наших частей. 8-я воздушная армия продолжает содействовать их наступлению в общем направлении на Успенская, прикрывает мехкорпуса в развитии прорыва. Командиру 1-й гвардейской штурмовой авиадивизии с 5.30 до 7.30 шестью восьмерками под прикрытием истребителей 6-й гвардейской истребительной авиадивизии уничтожать войска противника и содействовать продвижению наших войск при прорыве укрепленной полосы противника... Каждой восьмерке находиться над целью 20 минут, делая по три захода, не отрываться от нашей пехоты, подавлять огневые точки противника, содействовать продвижению танков и наземных войск.

Первой восьмеркой после артподготовки в 5.30 18.7.43 года атаковать войска противника перед передним краем наших войск, обеспечивая продвижение танков и пехоты"{47}.

Дивизия точно и полностью выполнила эту задачу. В оперативной сводке сообщалось:

"В течение дня 18 июля 1943 года 1-я гвардейская штурмовая авиадивизия бомбардировочно-штурмовыми последовательными ударами по 6-8 самолетов Ил-2 под прикрытием 6-й гвардейской истребительной авиадивизии по 2-4 самолета на группу уничтожала танки и огневые средства противника. Летало 74 самолета, произведено 146 самолето-вылетов, из них на бомбардировочно-штурмовые действия - 144 вылета, на разведку - 2 вылета. Налет - 153 часа 36 минут. По целям перед фронтом 5-й ударной армии произведено 105 самолето-вылетов, перед фронтом 28-й армии - 41. Уничтожено: танков - 8, автомашин - 16, артиллерийских батарей - 3, зенитных батарей - 1, по одному складу боеприпасов и горючего. Повреждено: танков - 8, автомашин - 5, подавлен огнь пяти артиллерийских батарей. Проведено четыре воздушных боя, в ходе которых отбиты атаки Ме-109, нападавших по 4-8 самолетов. Ведущими групп были: капитаны С.И. Жариков, М.И. Смильский, В.Ф. Стрельцов, Г.Ф. Кривошлык, Ф. Безуглов, Д.Н. Овсянников, С.В. Григоренко и старший лейтенант В.А. Кондаков"{48}.

Большой эффективностью и напряженностью отличалась боевая работа гвардейцев и в последующие дни. Так, [48] 19 июля они, действуя в районах населенных пунктов Петровский, Первомайск, Степановка и Саур-Могильский, произвели 82 самолето-вылета, в результате которых уничтожили 345 гитлеровцев, 9 танков, 38 автомашин, 6 автозаправщиков, по одной батарее зенитной и тяжелой полевой артиллерии, создали 12 очагов пожаров в местах скопления танков и автомашин противника. В воздушных боях сбили четыре Ме-109{49}.

Надолго остался в памяти авиаторов вылет, который 26 июля дивизия совершила одновременно всеми своими самолетами. Заданная цель располагалась южнее Калиновки на левом фланге участка прорыва вражеской обороны.

Общую колонну "ильюшиных" вел командир 75-го гвардейского штурмового авиаполка майор Н.Ф. Ляховский. Штурмовиков прикрывали 48 истребителей Як-1 из 6-й гвардейской истребительной авиадивизии.

Это был первый в истории дивизии массированный сосредоточенный налет штурмовиков. Группами по 6-8 самолетов в воздух поднялось свыше 100 штурмовиков. Полет к цели осуществлялся в колонне полков

Когда майор Ляховский наносил удар по цели, самолеты, взлетевшие последними, находились лишь в районе аэродромного узла.

Полету предшествовала тщательная подготовка летного и технического состава. Техники и механики за одну ночь ввели в строй 29 неисправных самолетов. На четырех из них были заменены моторы.

В дни боев партийно-политическая работа была направлена на воспитание у личного состава храбрости, мужества и стойкости в бою, на повышение боевой активности и наступательного порыва. В частях состоялись партийные собрания, на которых обсуждался ход боевых действий штурмовиков и залдачи по обеспечению авангардной роли коммунистов.

На высоком идейном уровне прошло, например, такое собрание 24 июля в 655-м штурмовом авиаполку. Доклад сделали командир полка подполковник Г.И. Коржов. Он с удовлетворением подчеркнул, что полк, недавно возобновивший боевую работу, произвел за неделю 150 боевых вылетов и нанес большой урон противнику. В обработке цели особенно выделялись группы, [49] которые водили В.А. Кондаков, П.Н. Желтухин и другие коммунисты и комсомольцы. Это было отмечено Военным советом фронта, объявившему личному составу полка две благодарности. Собрание наметило ряд практических мер, которые позволили бы обеспечить усиление ударов по врагу.

В те дни группа старых шахтеров освобожденной части Донбасса обратилась с письмом к советским воинам. Пришло оно и в полки нашей дивизии. В нем содержался призыв: "Очищайте от вражеской нечисти наши замечательные шахты и заводы, чтобы снова цвел и славился наш Донбасс!" Письмо было доведено до каждого авиатора. Оно еще больше подняло их боевой дух, вдохновило на новые ратные подвиги.

Перед началом операции на реке Миус в части поступили новые противотанковые бомбы (ПТАБ). Они, имея малый вес и габариты, пробивали танковую броню толщиной до 150 мм, то есть более толстую, чем толщина лобовой и бортовой брони немецких танков "тигр" и "пантера".

ПТАБы пришлись очень кстати. После того как советские войска вклинились в оборону противника, потребовалось сорвать его контрудар во фланг наступающей группировки Южного фронта. Советское командование знало, что гитлеровцы стягивали к месту прорыва танковые и моторизованные дивизии. Значительные силы противника сосредотачивались вдоль балки Ольховчик и в населенных пунктах, прилегающих к ней. В состав этих войск входила и танковая дивизия СС "Мертвая голова".

30 июля немецко-фашистские войска нанесли мощный удар восьмью танковыми и пехотными дивизиями.

Перед штурмовиками стояла задача сорвать удар танковых сил противника. Перед началом боевых действий командир дивизии генерал-майор авиации Б.К. Токарев побывал в каждом полку и провел совещания с летным составом. Они проходили прямо на аэродромах.

- Наша задача, - говорил комдив, - упредить врага, первыми обрушиться на него и бить до тех пор пока не сгорят его последний танк, последняя автомашина.

Честь первыми начать разгром частей дивизии "Мертвая голова" выпала на долю гвардейцев во главе с Героем Советского Союза капитаном М.И. Смильским. [50]

Их вылет состоялся 30 июля 1943 года. Когда восемь экипажей группы Смильского пересекли линию фронта, они обнаружили до 70 танков. "Тигры" и "пантеры" сосредоточились в районе 2 км южнее шахты ?1 и Румовских рудников. Хотя ведущий и предполагал по данным разведки, о возможном выдвижении танков, все же он несколько удивился. "Ну и наглецы, - подумал Смильский. - Они словно на параде. На ровном поле выстроились в три ряда и стоят преспокойно". Среди танков находилось много автомашин и бронетранспортеров.

Долго раздумывать было некогда. По команде ведущего гвардейцы с ходу со снижением перестроились в "круг". Чтобы каждый летчик мог выбрать себе цель, первый заход сделали холостым. А потом вслед за ведущим штурмовики по одному стали пикировать до высоты 200-300 м и прицельно сбрасывать ПТАБы. После бомбометания "илы" сделали по пять заходов на штурмовку пушечно-пулеметным огнем. В расположении врага запылало 15 танков и столько же автомашин.

Удар был неожиданным для фашистов. Их прямо-таки ошарашило появление у русских таких бомб, которые пробивают броню даже новых танков.

В течение дня гвардейцы сбросили 1232 противотанковые бомбы, главным образом по танкам дивизии "Мертвая голова"{50}.

Штурмовики налетали группа за группой и поочередно набрасывались на танки. Каждый их заход отличался высокой эффективностью. Сбросив ПТАБы, летчики расстреливали мотопехоту. Под вечер группа капитана Смильского вновь появилась над полем боя. На этот раз штурмовики подожгли около 10 танков и три автомашины.

Когда на землю спустились сумерки, по всему району балки Ольховчик еще виднелись догорающие танки, бронетранспортеры и автомашины. Позднее пленные гитлеровцы показывали, что удар штурмовиков парализовал их танкистов, лишил командование дивизии управления. Они спешно принялись за перегруппировку уцелевшей техники, чтобы использовать ее в предстоящих боях.

Поздно вечером пришла телеграмма командования 8-й воздушной армии. В ней говорилось, что в [51] результате успешных действий штурмовиков прибывшая на фронт танковая дивизия "Мертвая голова" понесла значительные потери еще до ввода ее в бой{51}.

За ночь гитлеровцы привели в относительный порядок потрепанные танковые и моторизованные части и утром 31 июля вновь нанесли удар во фланг немецких войск. На помощь нашим наземным войскам поспешили штурмовики 1-й гвардейской штурмовой авиадивизии. Группы "илов" метко сбрасывали бомбы по танкам и пехоте противника. Летчики, снижаясь до бреющего, били врага эрэсами, обстреливали из пушек и пулеметов.

Как и 30 июля, район балки Ольховчик стал ареной жаркого сражения, которое не смолкала до самого вечера. Летчики наглядно убеждались в эффективности своих действий, отчетливо видели большое количество вражеских танков и автомашин, горящих на поле боя.

Вылеты на уничтожение техники двух танковых и моторизованной дивизий сопровождались успешными воздушными боями. Так, восьмерка "илов", ведомая капитаном С.И. Жариковым, 31 июля в районе юго-западнее населенного пункта Степановка встретила две группы вражеских самолетов, по 20 бомбардировщиков Ю-87 в каждой. Несмотря на то, что штурмовики подверглись атаке 15 истребителей Ме-109, гвардейцы не только не уклонились от схватки, но и решительно вступили в нее. Штурмовики расстроили боевой порядок бомбардировщиков, двух из них, а также вражеского истребителя сбили. Сами же потерь не понесли{52}.

Летчики дивизии действовали с большой нагрузкой и весьма эффективно. Об этом говорит хотя бы такой факт, что 30 и 31 июля ее экипажи произвели 188 боевых вылетов, уничтожив и повредив более 40 вражеских танков и свыше 30 автомашин с военными грузами и живой силой. В воздушных боях штурмовики сбили шесть самолетов врага. Более 90 процентов боевых самолето-вылетов было совершено в интересах наземных войск{53}.

"Ценой огромных потерь, - пишет в своих мемуарах бывший начальник штаба Южного фронта Маршал Советского Союза С.С. Бирюзов, - немцам опять [52] удалось остановить наступление наших войск на Миусе. Видя бесплодность дальнейших попыток прорвать миусские позиции врага теми силами, какие имелись в нашем распоряжении, командование фронта решилось на отвод войск в исходное положение - на рубеж, откуда 17 дней назад мы начинали наступление"{54}. В ночь на 2 августа войска Южного фронта оторвались от противника и под прикрытием арьергардов отошли на левый берег реки Миус.

В ходе июльских боев гвардейцы тщательно анализировали свои действия, особенно опыт применения ПТАБов. После активного обмена мнениями в дивизии пришли к единому мнению, что бомбометание ими целесообразно производить на выводе из пикирования с высоты 500 м. Сбрасывание ПТАБ по большой скученной цели оказалось наиболее эффективно производить с высоты 400м. Небольшие группы танков было признано целесообразно атаковать ПТАБ с высоты 200-300 м, прицеливаясь по каждому танку.

Командующий 8-й воздушной армии в письме от 2 августа 1943 года, анализируя боевые действия штурмовиков в ходе прошедшей операции, давал им хорошую оценку, но в то же время отмечал и недостатки. Они заключались главным образом в однообразии тактических приемов: заход на цель преимущественно с левым разворотом, постоянная высота ввода в пикирование и вывода из него. Это позволяло противнику пристрелять по таким высотам свою зенитную артиллерию, и его истребителям выработать контрмеры и более эффективные приемы воздушного боя. Штурмовики подчас неорганизованно отходили от цели, не выдерживали заданный строй, особенно после атак истребителей. Они не всегда заходили на цель со стороны солнца, а это отрицательно сказывалось на прицеливаниии и осмотрительности в бою, давало противнику преимущество в обнаружении воздушных целей{55}.

Это письмо было доведено до личного состава дивизии.

Претворение в жизнь требований командующего воздушной армии позволило 1-й гвардейской штурмовой авиадивизии более успешно действовать в последующей [53] операции по освобождению Донбасса, которую осуществили войска Юго-Западного и Южного фронтов.

13 августа началось наступление Юго-Западного фронта, а 18 августа в него включились и войска Южного фронта, которым командовал генерал Ф.И. Тобухин.

Прорвав оборону противника, советские войска, отражая контратаки противника, продвигались в направлении Донецко-Амвросиевки. Конно-механизированная группа фронта нанесла удар из этого района и вышла на побережье Азовского моря отрезав пути отступления немецко-фашистским войскам, оборонявшимся в районе Таганрога. 30 августа в результате смелого маневра таганрогская группировка была разгромлена и освобожден Таганрог.

"Большую помощь войскам в сокрушении обороны врага на Миусе оказала 8-я воздушная армия. Несмотря на высокую активность немецкой авиации, советские летчики удерживали господство в воздухе и во взаимодействии с войсками Южного фронта успешно уничтожали пехоту, танки, артиллерию врага. После прорыва обороны авиация перенесла свои усилия на поддержку действий войск по уничтожению таганрогской группировки противника, отражение его контратак, препятствовала подходу резервов к району боев, нарушала железнодорожные перевозки врага."

Действуя в составе 8-й ВА, активную помощь войскам оказывала и 1-я гвардейская авиадивизия. В августе авиаторы соединения совершили 1760 боевых вылетов. Это убедительно свидетельствует о большом напряжении и интенсивности действий гвардейцев. Три четверти всех вылетов было сделано на штурмовку целей, которые мешали продвижению наземных войск. Кроме того, штурмовики нанесли 380 ударов по маршевым колоннам врага{57}.

В дни наиболее интенсивной работы доблестные летчики-гвардейцы уничтожили и повредили 233 танка и 213 автомашин, подавили огонь 24 артиллерийских батарей, взорвали 8 складов боеприпасов и 7 цистерн с горючим. В результате штурмовых ударов в расположении войск противника возникло 86 очагов пожаров{58}. [54]

Большую боевую активность проявляли штурмовики и при встречах с воздушным противником. Они 41 раз вступали в схватки преимущественно с превосходящими силами врага. В боях участвовали 251 самолет Ил-2 1-й гвардейской штурмовой авиадивизии и 121 истребитель прикрытия против 400 вражеских самолетов, в том числе 141 истребителя Ме-109. Всего в августе летчики дивизии сбили 28 и повредили 13 вражеских самолетов.

Значительный вклад в успешное решение боевых задач соединения и его частей вносили инженеры, техники и младшие авиаспециалисты. Каждый воин, не жалея своих сил, любовно ухаживал за самолетами, устранял повреждения, нанесенные им в бою. Вот только один пример.

Августовской ночью в 1-й эскадрилье 655-го штурмового авиаполка на самолете ? 19 предстояло снять четыре карбюратора, а на их место поставить новые. Работой руководил недавно окончивший военное авиационно-техническое училище техник-лейтенант Ф. Бурмистров.

Забравшись на стремянки, механики по обе стороны блоков моторов выкручивали свечи, разъединяли тяги управления, отсоединяли тяги, отворачивали гайки, хомуты. Затем работа пошла в обратной последовательности. С рассветом 1-я эскадрилья запустила моторы и порулила на старт. Самолет ? 19 тоже ушел на задание.

Такими напряженными для техсостава были многие фронтовые ночи. Люди жертвовали сном и отдыхом, подчас забывали о еде. Зато они твердо помнили непреложное требование войны - содержать самолеты в постоянной боевой готовности. В этом они видели свой первейший долг и священную обязанность.

В этот период борьба с авиацией противника имела свои особенности. Штурмовики стали выступать в роли инициаторов воздушных боев, навязывать свою волю противнику и одерживать победы в воздухе. Шесть-восемь "ильюшиных" смело и решительно вступали в борьбу с группами (10-50) бомбардировщиков Ю-87, даже прикрываемых истребителями. В подобных случаях штурмовики, предварительно выстроившись в "пеленг", с ходу врезались в строй "юнкерсов", разбивали их боевой порядок и заставляли сбрасывать бомбы беспорядочно, подчас на свои же войска. Пользуясь [55] растерянностью противника, каждый из штурмовиков облюбовывал для себя воздушную цель, подходил к ней на короткую дистанцию и расстреливал прицельным огнем. Без воздушного боя не обходился почти ни один вылет, а 25-26 августа их произошло шестнадцать.

Весьма поучительным оказался воздушный бой, который 20 августа вели 11 экипажей 655-го штурмового авиаполка под командованием старшего лейтенанта В.А. Кондакова. Их прикрывали четыре истребителя Як-1. После прохода линии фронта на высоте 1800 м севернее Таганрога ведущий увидел впереди слева на высоте 800 и 600 метров более 50 Ю-87. Их прикрывали четыре истребителя Ме-109.

- Атаковать "лапотников"! - подал команду ведущий штурмовиков.

Несмотря на полную бомбовую нагрузку, штурмовики развернутым строем обрушились на фашистскую армаду. Каждый летчик выбрал себе цель и, пользуясь преимуществом в высоте, начал бить по "юнкерсам". Внезапная атака заставила противника сломать строй. "Юнкерсы" сбросили бомбы на расположение своих войск и стали поспешно поодиночке на высоте бреющего полета уходить на свою территорию.

В этом бою летчики полка сбили шесть Ю-87, одного Ме-109 подбили. Затем штурмовики нанесли удар по заданной цели и благополучно, без потерь возвратились на свой аэродром{59}.

25 августа шестерка "ильюшиных" 75-го гвардейского штурмового авиаполка во главе с лейтенантом Д.Т. Прудниковым при подходе к линии фронта встретила 54 бомбардировщика Ю-87. Штурмовики врезались в их строй. Ведущего "лапотников" атаковал Прудников. Фашистский самолет рухнул на землю. Гитлеровцы парами и звеньями стали нападать на советские самолеты, пытаясь зайти им в хвост. Но это им не удалось. "Илы" перестроились в "круг"

Бой закончился победой гвардейцев. Пять бомбардировщиков противника они сбили непосредственно над полем боя. Три "юнкерса", дымя, со снижением повернули на запад. Другие уцелевшие самолеты удирали поодиночке, сбросив бомбы на позиции своих войск. [56]

Аналогично действовали и две шестерки Ил-2 из 655-го штурмового авиаполка под командованием капитана С.В. Григоренко. 30 августа они получили задачу нанести удар по скоплению танков противника севернее Федоровки. На подходе к цели гвардейцы встретили более 20 бомбардировщиков Ю-87. "Илы" перестроились в правый "пеленг" и с левым разворотом ринулись в атаку. Для неприятельских летчиков она была неожиданной. Строй "юнкерсов" нарушился. Рассеявшись, они начали сбрасывать бомбы на расположение своих войск и затем уходить на запад.

Советские штурмовики уничтожили семь Ю-87. По одному самолету сбили капитан С.В. Григоренко, лейтенанты В.Г. Козенков, П.Н. Желтухин, младшие лейтенанты В.Д. Зайцев и М.И. Попов и воздушные стрелки П.А. Федоров и И.С. Белов{60}.

После трех атак капитан Григоренко собрал свою группу и повел ее для выполнения поставленной задачи. Отсутствовал ведущий второй группы старший лейтенант Кондаков. Он прибыл на аэродром лишь утром следующего дня и предъявил справку за подписью начальника штаба 8-й воздушной армии генерал-майора авиации И.М. Белова. В ней говорилось, что "самолет старшего лейтенанта Кондакова был подбит истребителями противника и благополучно совершил посадку вблизи командного пункта воздушной армии".

Летом 1943 года боевой порядок "круг" окончательно утвердился в боевой практике штурмовиков как верное средство защиты от воздушного противника. В дальнейшем он совершенствовался и завоевывал все большее признание летного состава. "Круг" дал возможность штурмовикам не только защищаться, но и обеспечивал им тесное огневое взаимодействие, круговой обзор воздушной сферы, широкий маневр, позволял вести успешные воздушные бои.

Летчики дивизии проявляли завидную смекалку и инициативу, свойственные советским авиаторам. Они стали шире применять новые способы атаки вражеских целей, решительно отказывались от установившегося шаблона - [57] замкнутого "круга" с левым разворотом, чередовали этот способ действий с боевым "кругом" с правым разворотом. Брали на вооружение атаку "восьмеркой", когда один заход производился с левым "кругом", второй - с правым, затем снова с левым и т.д. Все чаще прибегали к одновременному бомбометанию с пикирования парой или звеньями{61}.

В начале сентября войска Южного фронта, неотступно преследуя врага, освободили Макеевку и много населенных пунктов, а 8 сентября - город Сталино (ныне Донецк).

В это время основные усилия 1-й гвардейской штурмовой авиадивизии сосредотачивались на поддержке наступавших войск. Кроме того, экипажи штурмовиков принимали участие в воздушных боях, вели разведку целей противника.

6 сентября шестерка "илов" 75-го гвардейского штурмового авиаполка во главе с командиром эскадрильи капитаном В.Ф. Стрельцовым выполняла боевое задание в районе Васильевки. Стрельцов заметил впереди себя две группы немецких бомбардировщиков Ю-87. Он тут же дал команду сбросить бомбы на неприятельские автомашины и танки и ринуться в лобовую атаку на "лапотников".

После первой последовала и вторая атака. Штурмовики развернулись и открыли огонь по второй группе "юнкерсов". В воздухе вновь замелькали огненные трассы, прошивая вражеские самолеты.

Бой был упорным. Мастерство и отвага принесли победу штурмовикам. Группа "ильюшиных" в том бою сразила пять вражеских самолетов{62}. Два из них сбил Стрелцов. Штурмовики не дали "юнкерсам" дойти до цели и отбомбиться по нашим войскам.

На второй день после освобождения Сталино комэск 74-го гвардейского штурмового авиаполка майор В.Д. Жихарев получил не совсем обычное задание - не атаковать противника, а лишь обнаружить его. Это объяснялось тем, что в ходе отступления противнику удалось на ряде направлений оторваться от советских войск. [58]

Полет совершался в одиночку. Поиск был долгим и упорным. Майор обнаружил противника в 5-7 км от наших передовых частей. В балке скопилось несколько автомашин. Тупорылые, окрашенные в темно-серый цвет, они почти сливались с землей. Отдельные группы гитлеровцев занимались подготовкой артиллерийских позиций, другие вооружившись факелами, поджигали колхозные здания и жилые дома, расположенные поблизости.

В целях скрытности и внезапности штурмовик летел на высоте 10-15 м. Фашисты, увидев советский самолет, побросали факелы и лопаты, соскочили с машин и бросились врассыпную. Но Жихарев не стал их обстреливать. С этой задачей хорошо справились другие экипажи и группы, вышедшие на цель по данным воздушного разведчика.

Дерзко и активно действовали и другие гвардейцы дивизии. Многие из них в те дни продемонстрировали свою верность славным боевым традициям сталинградцев, стремление умножить число ратных подвигов. Таким был и Герой Советского Союза капитан А.И. Бородин. Как бы противник не маскировался, всегда находил его и наносил сокрушительные удары. Искусно ориентируясь над многочисленными поселками, терриконами, шахтами и густой сетью дорог, только над Донбассом он произвел 20 боевых вылетов. В первый день операции его группа 10 раз заходила на цель, уничтожив два танка и 8 автомашин.

Самозабвенно бил врага в Донбассе командир 1-й эскадрильи 76-го гвардейского штурмового авиаполка капитан Ф. Безуглов. Подвижный и энергичный, он обладал большой силой воли, исключительной выдержкой и отменной храбростью.

Генерал-полковник А.Г. Рытов, вспоминая о выдающемся подвиге Безуглова, писал: "Подбитый штурмовик Безуглова приземлился на территории занятой врагом. К нему со всех сторон устремились враги. Летчик и стрелок отбивались до последней возможности. На подступах к самолету уже валялось множество вражеских трупов. Когда иссякли патроны, Безуглов пустил последнюю пулю себе в висок. Его примеру последовал и воздушный стрелок Анохин"{61}. [59]

В канун освобождения Сталино знаменательное событие произошло в боевой жизни уроженца города Кинешмы Ивановской области командира звена 655-го штурмового авиаполка старшего лейтенанта Г. Лебедева. Во время штурмовки железнодорожной станции снарядом вражеской зенитки был серьезно поврежден его самолет. Пришлось произвести посадку на территории занятой врагом, в 25 км от линии фронта. Главное, что волновало тогда Лебедева, - избежать плена и не дать врагу возможность завладеть самолетом.

К месту посадки советского штурмовика уже спешили около десятка гитлеровцев. Но их надежда на легкую добычу не сбылась. Когда фашисты подбежали к месту посадки, самолет уже догорал. Простыл и след летчика. Он скрылся в ближайшем лесу и лишь на четвертые сутки перешел линию фронта и возвратился в часть.

Стойкость и мужество летчиков стали темой бесед агитаторов в полках дивизии. Доблестное поведение воинов в бою ставилось в пример, и священная ненависть к фашистам вдохновляла на подвиги весь личный состав. Кроме бесед политработники прибегали и к другим формам и методам партийно-политической работы. Политотдел дивизии, возглавляемый полковником Т.И. Мураткиным, применил тогда новую форму популяризации отличившихся воинов. По его инициативе были изготовлены красочные макеты листовок под лозунгом-призывом: "Агитатор! Расскажи летчикам, стрелкам и всему личному составу о героях борьбы за освобождение Донбасса!"

В те дни политотдел обобщил опыт работы лучших первичных парторганизаций. Такими, в частности, являлись парторганизации 2-й эскадрильи 74-го гвардейского штурмового авиаполка (парторг старший техник-лейтенант Г.М. Шульман), 3 эскадрильи 75-го гвардейского штурмового авиаполка (техник-лейтенант Б.В. Поповский), 3-й эскадрильи 655-го штурмового авиаполка (техник-лейтенант В.С. Синицын.).

Работа их прежде всего была направлена на обеспечение передовой роли коммунистов и выполнении боевых заданий и в образцовом содержании материальной части. В этих организациях почти все члены и кандидаты в [60] члены партии имели партийные поручения. Регулярно и при высокой активности проходили партийные собрания.

Боевитости в работе этих парторганизаций в немалой степени способствовало и большое внимание, уделяемое им командирами подразделений. Так, 3-ей эскадрильей 75-го гвардейского штурмового авиаполка командовал лейтенант Д.Т. Прудников. Хотя стаж пребывания его в партии и в своей должности у него был невелик, он правильно понимал, что успех его деятельности в решающей мере зависит от активности партийной организации. Вот почему Прудников часто беседовал с парторгом и рядовыми коммунистами, выступал с докладами на партийных и комсомольских собраниях, проводил с личным составом беседы и политинформации.

Одной из актуальнейших задач партийно-политической работы была задача укрепления братской дружбы воинов разных национальностей. Примеров для иллюстрации лекций, докладов и бесед на эту тему было множество, в том числе и из жизни и боевой деятельности частей и подразделений дивизии, в которой бок о бок дрались с врагом воины 15 национальностей{64}.

Только в 76-м гвардейском штурмовом авиаполку вместе с русскими механиками Е.Шибаевым и Г. Ледневым служили мастер по вооружению украинец В. Корюк, летчик башкир М. Гареев, механик по радио армянин О. Арутюнов, младшие авиаспециалисты удмурт Е. Данилов, мариец В. Ивашкин, еврей И. Зинковецкий, белорус В. Селицкий, татарин А. Шараев, летчик бурят А. Перинов.

В арсенале форм партийно-политической работы и весьма эффективных мер морально-психологического воздействия тогда появилась и такая, как торжественное вручение летчикам новых боевых самолетов. Впервые такая церемония состоялась в 655-м штурмовом авиаполку 29 августа 1943 года. В тот день новые самолеты получили лейтенант В.Г. Козенков, младшие лейтенанты А.И. Зайцев, А.С. Башкиров и некоторые другие летчики. Получая грозные боевые машины, офицеры клялись еще бесстрашнее громить врага, сражаться до полной победы.

22 сентября войска Южного фронта подошли к оборонительному рубежу противника на реке Молочная, где встретили организованное сопротивление. [61]

С выходом советских войск на этот рубеж закончилась Донбасская наступательная операция, продолжавшаяся около 40 дней.

В сентябре 1943 года экипажи частей 1-й гвардейской штурмовой авиадивизии произвели 891 боевой вылет, уничтожили 18 бомбардировщиков и 3 истребителя противника{65}.

Всего за время боевых действий на реке Миус и по освобождению Донбасса дивизия произвела 3482 боевых вылета, уничтожила и вывела из строя около 500 танков и штурмовых орудий, 1087 автомашин, 32 артиллерийские батареи, почти 1500 гитлеровцев{66}. От меткого огня атак гвардейцев противник потерял 108 самолетов, из них 89 были сбиты в воздушных боях.

Особенно напряженной была последняя пятидневка сентября, так как с 26 сентября войска Южного фронта приступили к осуществлению Мелитопольской наступательной операции. В эти дни полки совершили 500 самолето-вылетов на обеспечение действий наземных войск на поле боя. Тогда же было проведено шесть воздушных боев, преимущественно с вражескими бомбардировщиками.

Практика борьбы с воздушным противником подсказала необходимость выделять для таких действий целый полк. Эта ответственная задача выпала на самых опытных в этом отношении летчиков 655-го штурмового авиаполка.

Шестерки самолетов этой части под прикрытием "яков" поднимались на высоту 2500-3000 м и патрулировали над полем боя, а при необходимости, действуя как истребители, вступали в воздушный бой.

30 сентября в районе Розенталь группа старшего лейтенанта Кондакова обнаружила две группы бомбардировщиков Ю-87 по 30 машин в каждой. Советские летчики в строю "клин из пар" с набором высоты ринулись навстречу врагу. Первым обстрелял "лапотников" ведущий. Вслед за ним с дистанции 50-100 м открыли огонь и ведомые. В этом бою противник недосчитался трех самолетов{67}.

В октябре 1-я гвардейская штурмовая авиадивизия тесно взаимодействовала с частями 51-й и 28-й армий [62] Южного фронта. В сложных метеоусловиях авиаторы оказывали действенную помощь наземным войскам в прорыве обороны на реке Молочная и в освобождении города Мелитополя.

...21 октября. Погода почти нелетная. Облачность высотой всего 150-200 м. Но это не могло послужить помехой для лейтенанта Прудникова. Во главе шестерки "илов" 75-го гвардейского штурмового авиаполка он вылетел в район Мелитополя. Здесь очень была нужна помощь авиации. И она пришла. "Ильюшины" перестроились в "круг" и стали пристально вглядываться вниз. Обнаружив наиболее важные цели, штурмовики нанесли по ним бомбовый удар, а потом стали поливать свинцом из пушек и пулеметов, уничтожать эрэсами.

За первым заходом последовал второй, третий... Вот их уже семь! Но боевой порыв был настолько велик, что Прудников со своими питомцами сделал еще семь заходов на цель. Ведь каждый удар по врагу облегчал продвижение вперед наших танкистов, пехотинцев, артиллеристов.

Этот вылет был последним для Д.Т. Прудникова. От прямого попадания снаряда вражеской зенитки самолет взорвался. Герой погиб за штурвалом любимого "ила".

Указом Президиума Верховного Совета СССР лейтенант Д.Т. Прудников был удостоен звания Героя Советского Союза.

... Ранним осенним утром, как всегда, ожил аэродром. И хоть моросил дождь и небо окутывали облака, все же полеты начались вовремя. Зеревели моторы, выбрасывая из патрубков злые языки огня. Шла обычная напряженная и слаженная работа. Когда же небо на востоке порозовело две группы самолетов 76-го гвардейского штурмового авиаполка, которые возглавляли старшие лейтенанты В. Ф Анисов и М.Т. Степанищев, поднялись с раскисшего аэродрома и взяли курс на запад.

Вот и цель - аэродром противника западнее Мелитополя.

К моменту налета штурмовиков там находилось до двух десятков двухмоторных бомбардировщиков. На взлетной полосе стояло столько же истребителей. Противник окружил аэродром большим количеством зенитных средств.

Заметив приближение советских самолетов, вражеские зенитчики открыли плотный заградительный огонь. [63]

Они стремились во что бы то ни стало не дать нашим летчикам атаковать цель. В воздух поднялись Ме-109. Но это не испугало гвардейцев.

Набрав выгодную высоту, ведомые по команде ведущих устремились в атаку. Бомбы и эрэсы легли точно. Гитлеровцы заметались по стоянкам. Штурмовики вели прицельный огонь из пушек и пулеметов. В итоге нескольких заходов восемь фашистских самолетов сгорели, шесть были сильно повреждены.

Все время, пока штурмовики находились над целью, враг неистово огрызался. И вот на пятом заходе снаряд зенитки угодил в самолет Степанищева. Из системы охлаждения двигателя хлынула струя горячей воды. Мотор заклинило, он остановился. Совсем разворочена консоль крыла. Летчики отчетливо услышали в шлемофонах голос ведущего:

- Подбили, гады!

Самолет, теряя высоту, устремился к земле. Изуродованная машина проползла несколько метров на фюзеляже, за ней тянулась полоса свежевзрытого грунта.

К месту вынужденной посадки советского самолета устремились фашисты. Они хотели захватить русского летчика. Но не тут - то было! Гвардейцы поспешили на помощь своему товарищу. Они, во главе с Анисовым встали в над ним в замкнутый круг и огнем из пушек и пулеметов препятствовали гитлеровцам приблизиться к самолету.

Возглас командира резанул по сердцу ведомого - младшего лейтенанта Л.П. Павлова. Он совсем недавно прибыл в полк, но уже успел несколько раз слетать со Степанищевым и полюбил его за смелость и мастерство, отеческую заботу о подчиненных. Страшно было даже подумать, что командир может погибнуть.

"Надо что-то немедленно делать, как-то выручить командира", - подумал Павлов. Он внимательно осмотрел местность около упавшего самолета и, выпустив шасси, пошел на посадку. "Ил" коснулся земли и, ныряя по бороздам, немного пробежал по пашне. Пилот резко развернул его и как можно ближе подрулил к Степанищеву.

- Садитесь, товарищ командир!

- Спасибо, друг!, - услышал в ответ Павлов. Командир с воздушным стрелком С. Горбуновым втиснулись в заднюю кабину самолета ведомого. [64]

Теперь полный газ! Машина сначала медленно, а затем все быстрее побежала по неровному полю. Мотор напрягал последние силы, но тянул. Наконец-то самолет оторвался от земли и начал набирать высоту{68}.

Указом Президиума Верховного Совета СССР младшему лейтенанту Л.П. Павлову было присвоено звание Героя Советского Союза.

Неделю спустя в армейской газете появилсь статья Павлова. Он писал: "Говорят, что я совершил подвиг. А разве я мог поступить иначе? Командир - мой учитель, мой вопитатель, мой отец. Его жизнь для меня дороже собственной жизни. Я просто выполнил долг, долг каждого воина.

Взлетать было трудновато. Для штурмовика груз великоват. Но я дал форсаж и после длинного пробега оторвался"{69}.

Лето и осень 1943 года были горячими и для воздушного воина А.В. Покликушкина. В 1-ю гвардейскую штурмовую авиадивизию он прибыл весною того же года, имея на своем счету 700 боевых вылетов на По-2. Хорошо воевал под Сталинградом в полку ночников. На штурмовике совершал по 6-7 вылетов в день. Участвовал в девяти воздушных боях, сбил три вражеских бомбардировщика. Замечательно проявил себя и при атаках наземных целей. Только за время боев на юге Украины на самолете Ил-2 совершил 69 успешных боевых вылетов. В последующем он действовал так же решительно и сноровисто.

За мужество и отвагу, проявленные в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками, А.В. Покликушкину было присвоено звание Героя Советского Союза. 18 марта 1945 года капитан А.В. Покликушкин пал смертью храбрых. К этому времени он совершил более 150 боевых вылетов на штурмовике Ил-2.

23 октября в результате многодневных боев войска 4-го Украинского фронта{70} освободили Мелитополь.

В этот день вся страна услышала по радио приказ Верховного Главнокомандующего [65] генералу армии Ф.И. Толбухину, в котором отмечались армии, особо отличившиеся в боях за Мелитополь. В числе их называлась и 1-я гвардейская штурмовая авиадивизия. 76-му гвардейскому штурмовому авиаполку этим приказом присвоено почетное наименование "Мелитопольский"{71}.

Вскоре 1-я гвардейская штурмовая авиадивизия была награждена орденом Красного Знамени{72}, а 655-й штурмовой авиаполк был преобразован в 136-й гвардейский штурмовой авиаполк{73}.

В конце октября 1943 года войска 4-го Украинского фронта, сломив сопротивление врага, перешли в преследование противника. 31 октября войска правого крыла уперлись в сильно укрепленный никопольский плацдарм противника, где и были остановлены организованным огнем и контратаками. Войска левого фланга развивали преследование в южном направлении с задачей ворваться в Крым с ходу.

"В это время 28-я армия выходила к Генеческу. 51-я армия, разгромив вражескую группировку в районе Аскания-Нова, в начале ноября совместно с 19-м танковым корпусом вышла к Перекопскому перешейку и захватила плацдарм на южном берегу Сиваша... Фашистские соединения в Крыму были блокированы с суши и изолированы от остальных войск вермахта"{74}.

5 ноября завершилась Мелитопольская наступательная операция войск 4-го Украинского фронта.

В начале ноября полки дивизии базировались в степях Северной Таврии, в низовье седого Днепра. Стояла поздняя осень с холодными ночами, густыми туманами. Сильные порывы ветра проносились над бескрайними украинскими степями. Непогода буквально прижимала "горбатых" к земле.

Аэродромы раскисли до такой степени, что даже автомашины могли передвигаться только с помощью тракторов. Порой можно было видеть такую картину. На самолете запускался двигатель и выпускались посадочные щитки. Под каждое крыло становилось человек [66] двадцать. Они принимались раскачивать самолет с крыла на крыло. Двигателю давался полный газ, и "ильюшин" срывался с места. Летчик выруливал на старт, а там, не останавливаясь, сразу производил взлет.

В ноябре 1-я гвардейская штурмовая авиадивизия продолжала оказывать поддержку общевойсковым армиям, которые продолжали бои за освобождение Крыма., ликвидацию Никопольского плацдарма противника и пытались форсировать Днепр на участке Никополь, Большая Лепетиха. Первые два месяца экипажи работали в тесном взаимодействии с 19-м танковым корпусом и 4-м гвардейским кавкорпусом, помогая им захватить и удержать Перекопский перешеек. Существенная помощь была оказана и 51-й армии, форсировавшей Сиваш. На южном участке фронта штурмовики подавляли огневые средства и уничтожали живую силу противника на поле боя.

Во второй половине ноября немецко-фашистские войска перешли в наступление с никопольского плацдарма, нанося главный удар против 5-й ударной армии. В этот период штурмовики совершили 96 самолето-вылетов и помогли наземным войскам отразить удары врага.

В конце 1943 года плохие погодные условия ограничивали боевую деятельность дивизии. В декабре она произвела всего 472 вылета. Штурмовики мелкими группами и парами летали преимущественно на разведку, наносили удары по переправам врага через Днепр, уничтожали цели на поле боя.

Экипажи "Ильюшиных" содействовали войскам 2-й гвардейской армии в ликвидации группировки противника, переправившейся через Днепр и укрепившейся на небольшом плацдарме у озера Вчерашнее, подавляли артиллерийские батареи противника, расположенные на правом берегу Днепра, помогали частям 3-й гвардейской армии и 19-му танковому корпусу{75}. В их интересах только 16 и 17 декабря было произведено 210 боевых вылетов.

28 декабря в командование дивизией вступил Герой Советского Союза подполковник С.Д. Прутков.

30 и 31 декабря 1943 года 1-я гвардейская штурмовая авиадивизия наносила штурмовые удары по войскам противника, действовавшим на никопольском плацдарме. [67]

В эти дни ее экипажи произвели 110 самолето-вылетов{76}. Потом в боевой работе наступило относительное затишье, которое длилось 12 дней.

14 января 76-й гвардейский штурмовой авиаполк всем составом нанес удар по аэродрому противника в районе Ворошилово (северо-западнее Каховки), в 60 км от линии фронта. Там стояло до 60 самолетов Хе-111 и Ю-88.

Взлетели еще до восхода солнца. Заходили на штурмовку аэродрома с востока. "Ильюшины" последовательно, группа за группой с ходу ударили по самолетам врага бомбами и эрэсами. Развернувшись в обратную сторону, атаковали стоянки из пушек и пулеметов, а затем на малой высоте взяли курс на восток. На аэродроме возникло несколько очагов пожара. Взметнулись ввысь черные султаны взрывов...

Перед самым Днепром штурмовики заметили, что в головной группе летит не шесть, а четыре самолета. Только после посадки выяснилось, что на свой аэродром не вернулись командир звена младший лейтенант В.И. Протчев и его ведомый младший лейтенант Г.М. Надточиев.

Через три часа после посадки из штаба дивизии пришло сообщение: Надточиев сел вблизи Аскания-Нова, добраться до своего аэродрома ему помешала густая дымка. Самым же приятным было то, что в задней кабине своего самолета он доставил Протчева и его воздушного стрелка, вывезя из из расположения противника{77}.

За этот подвиг и спасение командира Г.М. Надточиеву в апреле 1944 года было присвоено звание Героя Советского Союза. Но получить награду он не успел: погиб при освобождении Крыма.

15 января отличился летчик 136-го гвардейского штурмового авиаполка лейтенант В.Г. Козенков. Он водил группу "ильюшиных" на штурмовку противника в Большой Лепетихе. Гвардейцы снижались до 50-100 м и в упор расстреливали гитлеровцев. Группа Козенкова уничтожила две вражеские батареи, танк и самоходное орудие, а в скоплении автомашин создала три очага пожара{78}. [68]

Всего в январе экипажи дивизии 525 раз поднимались в воздух, что бы перелететь линию фронт и там бить по аэродромам, железнодорожным станциям и узлам сопротивления противника, главным образом в районе никопольского плацдарма{79}.

С 30 января по 29 февраля войска 3-го и 4-го Украинских фронтов осуществили Никопольско-Криворожскую операцию. 3-й Украинский фронт имел в этой операции ограниченную задачу - ликвидировать вражеский плацдарм в районе Никополя.

Плохие метеоусловия не позволяли дивизии работать с полной нагрузкой. И все же отступление противника с никопольского плацдарма за Днепр проходило не только в условиях настойчивого преследования наших наземных войск, но и под постоянными ударами штурмовиков с воздуха. За первую неделю февраля экипажи соединения совершили 436 боевых вылетов и во многом способствовали тому, что 8 февраля советские войска освободили Никополь.

Вслед за этими событиями началась борьба за плацдарм на правом берегу Днепра. Экипажи гвардейцев четверками, а чаще парами, без прикрытия истребителей оказывали существенную помощь войскам 5-й ударной армии в удержании плацдарма, в преследовании отступавших частей противника.

Всего в феврале дивизия произвела 800 самолето-вылетов, из которых 671 пришелся на штурмовку целей на поле боя, а также днепровских переправ. На боевой счет летчиков 136-го гвардейскогой штурмового авиаполка капитанов С.Д. Герасимова и Д.Н. Овсянникова было записано по одной уничтоженной переправе через Днепр{80}.

В декабре-феврале аэродромы полков дивизии находились главным образом в Друга-Черне (35 км западнее Мелитополя), Ивановке (65 км юго-западнее Мелитополя), Новонатальевске (18 км северо-западнее Аскания-Нова) и в районе некоторых других населенных пунктов, в частности Успеновки, Нововасильевки, Чаплинки, Доренбурга. На последний базировался 136-й гвардейский штурмовой авиаполк. В конце февраля этот полк посетил представитель Ставки ВГК [69]

Маршал Советского Союза А.М. Василевский. В сопровождении командующего 8-й воздушной армии генерала Т.Т. Хрюкина он побывал в общежитии и столовой личного состава, на аэродроме, беседовал с солдатами и офицерами, интересовался их боевой работой, настроением, условиями быта и отдыха{81}.

В марте на фронте было относительно тихо. Войска 4-го Украинского фронта готовились к освобождению Крыма. Поэтому, а также в связи с нелетной погодой, когда из-за обильных дождей размокли дороги и аэродромы, боевые действия 1-я гвардейская штурмовая авиадивизия почти не вела, если не считать нескольких вылетов на штурмовку обороны врага, действовавшего перед 51-й армией, и эшелонов на железнодорожных станциях Ишунь и Джанкой.

В дивизии значительно уменьшились потери от огня вражеской зенитной артиллерии. Это служило лучшим подтверждением тому, что в соединении был взят правильный курс на выделение в каждом полете специальных групп штурмовиков для подавления зенитных точек противника. Кроме того, каждому летчику вменялось в обязанность в случае обнаружения огневых позиций вражеской зенитной артиллерии немедленно атаковать их и сразу же докладывать о них ведущему.

Крепли связи, улучшалось взаимодействие штурмовиков с наземными войсками, совершенствовались способы наведения авиации на цель.

Большое внимание уделялось в частях повышению тактического мастерства летчиков, обобщению передового опыта и внедрению его в повседневную практику летного состава. Росту боевого мастерства способствовали летно-тактические конференции. Одна из них состоялась в 136-м гвардейском штурмовом авиаполку 28 декабря 1943 года.

С содержательным докладом на конференции выступил капитан С.Д. Герасимов. Его доклад посвящался практике уничтожения вражеских танков ПТАБами, эрэрсами и пушечным огнем. Большой интерес вызвал доклад майора С.В. Григоренко о наступательных воздушных боях штурмовиков [70] с бомбардировщиками противника и оборонительных боях "илов" с вражескими истребителями.

Выступающими было что сказать и чем поделиться с однополчанами. Каждый из них имел солидный фронтовой опыт и, кроме того много потрудился, чтобы творчески осмыслить и обобщить положительные примеры боевых действий не только в своем, но и в других полках. Григоренко, например, рассказал о поучительном воздушном бое, который вела его группа 30 августа в районе Таганрога. Он подробно анализировал воздушные бои, проведенные группами лейтенанта И.А. Воробьева 20 августа и капитана Д.Н. Овсянникова 23 августа 1943 года.

Аналогичные конференции состоялись и в других частях. В 76-м гвардейском штурмовом авиаполку в ней участвовали также летчики 78-го гвардейского истребительного авиаполка, которые чаще всего летали на прикрытие штурмовиков. Летчики-истребители рассказали об основных условиях, обеспечивающих их четкое взаимодействие со штурмовиками. Одновременно они предъявили серьезные претензии к штурмовикам, которые порой при отходе от цели не совершали никакого маневра по высоте и направлению и поэтому становились добычей вражеских истребителей.

В итоге боев в Донбассе и Приднепровье 1-я гвардейская штурмовая авиадивизия нанесла противнику большой урон. Они уничтожили 738 танков, а 277 повредили; на земле и в воздухе сожгли 166 самолетов, 8 минометных батарей, 28 штурмовых орудий, 23 бронетранспортера, около 2100 автомашин; подавили огонь 230 батарей полевой и 136 зенитной артиллерии. 3650 гитлеровцев.

Кроме того, они уничтожили до 60 бензоцистерн, 13 паровозов, 211 вагонов, 127 складов с горючим и боеприпасами, разрушили 9 переправ, потопили 2 баржи.

За этот период летчики дивизии произвели 5055 самолето-вылетов с налетом 6481 час, израсходовали 1468 т бомб свыше 2,5 млн. снарядов и патронов{82}.

Огромные потери, понесенные врагом, многочисленные подвиги летчиков-штурмовиков в битвах на украинской земле служили ярчайшим свидетельством их [71] высокого боевого мастерства, крепкого морального духа и пламенного советского патриотизма. Они свидетельствовали о высокой действенности политико-воспитательной работы, о той беспредельной верности ленинской партии, которую свято соблюдал каждый воздушный воин. Одним из проявлений этого было стремление вступить в партию или комсомол.

В конце 1943 года в дивизии действовали восемь первичных парторганизаций, которые объединяли в своих рядах 273 члена ВКП(б) и 181 кандидата в члены партии. Из этого числа за истекший год в члены партии было принято 97 человек и 136 - кандидатом.

Парторганизации росли за счет мужественных, отлично проявивших себя в боях гвардейцев. В их числе было немало летчиков, которые после вступления в партию заслужили звание Героя Советского Союза. Это старшие лейтенанты В.А. Кондаков, К.В. Макаров, Д.Т. Прудников.и др.

Так же обстояло дело и в шести первичных комсомольских организациях, которые насчитывали 428 молодых авиаторов. 56 человек из них стали комсомольцами в 1943 году{83}.

Дальше