Содержание
«Военная Литература»
Военная история

Часть I .

Создание авиации Военно-Морского Флота СССР

Глава 1.

В огне Гражданской войны

Авиация Военно-Морского Флота СССР как род сил флота имеет славную историю. Организация и начало боевой деятельности советской морской авиации совпадают по времени с событиями Великой Октябрьской социалистической революции и гражданской войны.

В период, предшествующий Великому Октябрю, личный состав морской авиации состоял из представителей различных классов: летчики-офицеры преимущественно из дворян, авиамеханики и мотористы - из рабочих и крестьян. Революционное движение на флоте, особенно на Балтике, всегда находило поддержку у рядового состава морских авиационных гарнизонов, разбросанных по отдельным островам и побережью морей. Их представители принимали активное участие в работе местных и флотских революционных организаций, вели работу среди населения, неоднократно выступали против контрреволюционных белогвардейских офицеров, разоблачали и срывали их заговоры. Особой революционностью отличались команды 3-й воздушной станции "Бригитовка" в Ревеле и 22-й станции в г. Або. Они стояли на позициях партии большевиков, многие из авиаторов были большевиками. Команды этих станций принимали активное участие в утверждении Советской власти в Ревеле. Телеграфисты, радисты, сигнальщики направлялись на телеграф и почту для замены саботировавших чиновников и служащих{1}. Не случайно Временное правительство поручило товарищу [6] морского министра эсеру Лебедеву ввести строжайшую дисциплину в морской авиации, "кровью и каленым железом" подавить "большевистское злодеяние".

В последние дни существования Временного правительства 70 белогвардейских офицеров Петроградской школы морской авиации в Ораниенбауме, главным образом летчики-инструкторы, готовились совершить воздушный налет на штаб пролетарской революции - Смольный. Но, благодаря бдительности революционно настроенных авиаторов во главе с А. Ф. Космодамианским, осуществление подлого замысла контрреволюционеров было сорвано. Самолеты были разоружены, налет предотвращен{2}.

В дни Октября морская авиация дала революции не один отряд авиаторов-моряков, участвовавших в свержении Временного правительства в Петрограде и установлении Советской власти на местах, в подавлении контрреволюционных выступлений. Военно-Революционный Комитет вызвал в Петроград отряд матросов воздушной станции г. Або для охраны Смольного. Группа матросов Петроградской школы морской авиации во главе с И. И. Казимировым участвовала в штурме Зимнего дворца. Балтийские матросы Морской школы высшего пилотажа и воздушного боя под руководством И. И. Демушкина в октябрьские дни принимали участие в захвате Балтийского вокзала в Петрограде. В Октябрьском вооруженном восстании в Петрограде в составе Красной гвардии участвовал П. П. Квадэ - впоследствии один из активных строителей авиации ВМФ, генерал-майор авиации, заслуженный деятель науки, профессор, доктор военно-морских наук.

Организация и управление морской авиацией

С победой Великой Октябрьской социалистической революции началась организация советской морской авиации. Она создавалась и развивалась вместе с Военно-Воздушными Силами Красной Армии и Рабоче-Крестьянским Красным Флотом. Вопросы обороны страны и военного строительства находились в центре внимания Коммунистической партии. Вскоре после взятия Зимнего дворца [7] в беседе c руководителями военной организации при ЦК РСДРП (б), созданной до революции и сыгравшей важную роль в ее победе, В. И. Ленин сказал:

"Теперь вам, военной организации, придется организовывать военные силы для защиты Советской республики"{3}.

Практическую работу по формированию первых советских морских авиационных отрядов и школ, организации их управления, комплектованию и снабжению осуществляло Управление морской авиации и воздухоплавания (УМА){4}. 20 декабря 1917 г. старое руководство УМА было заменено Исполнительным комитетом в составе В. П. Соколова, Н. П. Терентьева, В. М. Грязнова, Д. И. Федотова, А. А. Средневской и др. При исполкоме УМА имелось четыре отдела и две постоянно действующие комиссии по приемке самолетов и рассмотрению изобретений в области морской авиации и воздухоплавания. В последующем состав исполкома периодически переизбирался. Начальниками УМА были капитан 2 ранга В. П. Щербачев, капитан 2 ранга Н. Ф. Чернов, капитан 1 ранга И. Н. Дмитриев. 28 ноября 1917 г. была учреждена должность главного комиссара при Управлении морской авиации и воздухоплавания. Главным комиссаром был назначен военный моряк А. П. Онуфриев, ставший одним из активных организаторов советской морской авиации{5}.

Задачи, стоящие перед УМА, были трудными. Работа осложнялась тем, что не был налажен учет личного состава и авиационной техники. Многие летчики, бывшие офицеры царского флота, саботировали распоряжения командования, нередко перелетали к белым, некоторые отказывались служить революции и эмигрировали. Отсутcтвовали [8] опыт и единство взглядов по вопросам строительства, оперативною подчинения и использования морской авиации. Всероссийская коллегия по управлению Красным Воздушным Флотом республики настаивала на объединении морской и сухопутной авиации, мотивируя свою точку зрения постоянным использованием гидроавиации на сухопутном фронте, рациональностью развития и плановостью снабжения всего воздушного флота, централизацией научной работы и подготовки авиаспециалистов. Морской генеральный штаб был сторонником самостоятельного развития морской авиации в составе РККФ{6}.

20 декабря 1917 г. последовал приказ ? 4 по армии и флоту об объединении морской и сухопутной авиации во главе с Управлением Воздушного Флота Республики (УВФ){7}. Исполняющий обязанности начальника УМА капитан 2 ранга В. П. Щербачев представил Народному комиссару по морским делам П. Е. Дыбенко доклад, в котором указывал, что такое решение вопроса не учитывает специфичности развития и приведет к двойной подчиненности морской авиации. Доклад был рассмотрен 11 января 1918 г. на заседании Верховной морской коллегии, которая приняла решение:

"Вопрос о соединении управлений временно приведением в исполнение отложить и разработать проект урегулирования управлений"{8}. [9]

Против объединения морской и сухопутной авиации категорически возражал и Революционный военный совет Балтийского флота, который настоятельно просил командующего морскими силами Республики сделать все возможное, чтобы сохранить морскую авиацию в распоряжении Балтфлота. Ходатайство было поддержано Морским генеральным штабом. Морское командование исходило из того, что в условиях превосходящих сил противника на море, широкой постановки им минных заграждений авиация флота является единственным средством наблюдения за противником и силой, способной совершать бомбометание и обстрел вражеских кораблей, береговых батарей и крепостных (портовых) сооружений. Кроме того, морская авиация приобрела чрезвычайно большое значение в обороне Петрограда и Кронштадта с моря. Действуя главным образом над морем, она имела соответствующие типы летательных аппаратов, требовала особой специализации летного состава, знакомого с условиями и спецификой морской войны. Все это приводило к такому выводу, что морская авиация является "типичным морским родом оружия" и объединение ее с сухопутной авиацией, по мнению Реввоенсовета Балтфлота и командующего морскими силами, являлось мерой, находящейся "в разрыве с интересами морской обороны республики"{9}

На основании ходатайства Морского генерального штаба приказом по армии и флоту ? 3 от 20 мая 1918 г. Управление морской авиации вновь перешло в полное подчинение Народного комиссариата по морским делам. Для координации деятельности отделов УМА и УВФ была образована постоянная межведомственная комиссия.

Одновременно с организацией управления формировались новые боевые части. Советская морская авиация создавалась на базе авиации дореволюционного флота, хотя наследство это было весьма незначительное.

К октябрю 1917 г. на флоте имелись воздушная дивизия Балтийского моря в составе 2-х воздушных бригад и отряда корабельной авиации и воздушная дивизия Черного моря в составе 2-х воздушных бригад, дивизиона корабельной авиации и отряда дирижаблей. В строю находилось 269 самолетов (аппаратов) разных типов и назначений [10] и 101 летчик{10}. Однако и эти силы использовать в полной мере было невозможно. С вторжением войск кайзеровской Германии в марте - апреле 1918 г. на Украину и в Крым были начаты боевые операции германо-турецкого флота на Черном море. Врагам вскоре удалось захватить значительную часть побережья Черного моря. В этих условиях Советское правительство вынуждено было отдать приказ о затоплении боевых кораблей Черноморского флота в Новороссийске. С гибелью флота перестала существовать и воздушная дивизия Черного моря.

Не лучше сложилась обстановка и на Балтийском театре. Немецкий империализм стремился с суши и моря захватить Петроград. Части молодой Красной Армии и корабли Балтийского флота преградили путь врагу, доказали свою способность защитить социалистическое Отечество и заставили Германию пойти на заключение мира.

По условиям Брестского мирного договора Советская Россия должна была в самый короткий срок увести свои корабли из Ревеля и Гельсингфорса. Моряки Балтийского флота с честью выполнили приказ Советского правительства. 236 кораблей в феврале - мае 1918 г. совершили легендарный "Ледовый поход" из Гельсингфорса в Кронштадт. Одновременно в глубь России была эвакуирована и воздушная дивизия Балтийского моря, дислоцировавшаяся в Ревеле и Гельсингфорсе{11}.

27 апреля 1918 г. приказом по флоту ? 355 в связи с прекращением военных действий воздушная дивизия Балтийского моря была расформирована. На ее базе сформировалась воздушная бригада особого назначения в составе трех дивизионов. В бригаду входили два гидродивизиона и один истребительный дивизион{12}. Гидродивизионы дислоцировались: один в Ораниенбауме (три отряда), второй [11] - в Самаре (два отряда){13}, дивизион истребителей - в Красном Селе (три отряда). Начальником бригады был назначен морской летчик С. А. Лишин, комиссаром - И. Н. Пушков, а с 16 июля 1918 г. - С. М. Кочедыков. В последующем ускоренно формировались отдельные гидроавиационные и морские истребительные отряды на Северной Двине, Волге, Каме, Днепре, Селенге, Онежском озере, Каспийском, Черном и Азовском морях. За 1918 - 1920 гг. было сформировано 19 авиационных отрядов.

В октябре 1918 г. отряды морской авиации были объединены в дивизионы.

С образованием Революционного военного совета Республики его приказом ? 394 от 18 декабря 1918 г. структура РККФ подверглась коренной реорганизации. Коллегия Народного комиссариата по морским делам упразднялась. В составе РВСР был образован морской отдел во главе с командующим Морскими силами республики. Управление морской авиации было преобразовано в авиационный отдел при Управлении кораблестроения.

Приказ ? 394 был представлен на утверждение Советскому правительству. На подлиннике имеется резолюция: "Утверждается. Пред. СНК В. Ульянов (Ленин) 19.12. 1918г."{14}.

С 12 апреля 1919 г. по приказу РВСР вся гидроавиация, действующая совместно с речными и озерными флотилиями, в строевом, хозяйственном и техническом отношении подчинялась соответствующим флотилиям.

В сентябре 1919 г. воздушная бригада особого назначения переименовывается в воздушную бригаду Балтийского флота и зачисляется в состав этого флота. Начальником бригады назначается А. П. Онуфриев.

В августе 1919 г. на базе двух воздушных дивизионов, сражавшихся на Волге, создается воздушная бригада Волжско-Каспийской военной флотилии. Начальником бригады назначается морской летчик С. С. Негеревич.

Такая структура морской авиации сохранялась до марта 1920 г., когда по приказу РВСР от 25.03 1920 г. все авиационное, воздухоплавательное и гидроавиационное [12] дело Республики было объединено Главным управлением Рабоче-Крестьянского Красного Воздушного Флота{15}.

Гидроавиачасти, входившие в состав флота и флотилий, в оперативном отношении оставались в подчинении начальников морских сил морей и командующих флотилиями. Комплектование морской авиации возлагалось на морское командование.

Была учреждена должность помощника начальника воздухфлота Республики по гидроавиации, на которую в мае 1920 г. был назначен морской летчик С. Э. Столярский{16}.

26 декабря 1920 г, приказом PBСP вводилась должность начальника воздушного флота Балтийского моря. Воздушная бригада Балтийского моря переформировывалась в воздушный флот Балтийского моря{17}. Начальником воздухфлота моря назначался морской летчик Л. М. Порцель, военкомом - В. А. Букан.

Этим же приказом штаб воздушной бригады Волжско-Каспийской военной флотилии, передислоцировавшейся к этому времени на Черное море, переформировывался в воздушный флот Черного и Азовского морей. Начальником воздухфлота назначался морской летчик М. М. Сергеев, военкомом - И. В. Куцко. [13]

В октябре 1920 г. приказом РВСР были утверждены и введены в действие "Положение о морской авиации РСФСР в военное время", "Положение о начальнике Воздушного флота моря и состоящем при нем штабе", "Положение о гидродивизионе".

На действующие части морской авиации возлагались следующие задачи: воздушная разведка и наблюдение за противником; охрана судов и береговых объектов от налетов вражеской авиации и их отражение; обеспеченно воздушной связи флота (флотилии) со штабами фронта и армии.

Ко времени окончания гражданской войны штатная численность строевых частей морской авиации определялась в 2430 человек и 90 самолетов.

Производство авиационной техники и подготовка летно-технических кадров

Материально-техническая база авиации Рабоче-Крестьянского Красного Флота выглядела после гражданской войны весьма слабой. Здесь, как нигде, проявилось ничтожное наследие прошлого. Четкой технической политики военного ведомства в авиастроении царской России не существовало. Как заявил член Государственной думы А. Ф. Половцев на особом совещании по обороне государства, "этому роду оружия значения не придавали"{18}.

Начало гидроавиации в России было положено в 1911 г. За границей были заказаны 3 аппарата "Кертисс" (однопоплавковые) и 2 - типа "Вуазен". Местом испытаний гидросамолетов стало Черное море. В 1912 г. гидроавиация начала создаваться и на Балтийском море.

Появление русских конструкций гидросамолетов относится к 1913 г. В Петрограде были построены две конструкции гидросамолетов. Первая принадлежала известному пионеру авиационного дела в России В. А. Лебедеву, который поставил на поплавки свою сухопутную конструкцию "Лебедь". Двухпоплавковый самолет оказался неудовлетворительным и на вооружение принят не был.

Вторая конструкция русского гидросамолета принадлежала И. И. Сикорскому. Его двухпоплавковый гидросамолет [14] с мотором "Анзани" в 100 л. с. заслуживал внимания и стоял по своим данным выше некоторых заграничных поплавковых самолетов того времени{19}.

Оригинальной и удачной конструкцией гидросамолета явилась летающая лодка Энгельса, предназначенная для несения истребительной службы в воздухе. Гидросамолет вместо поплавков имел отогнутые книзу концы крыльев и высокое расположение моторной группы над крыльями. Первые испытания лодки самим Энгельсом в Петрограде и Баку показали высокие качества этой конструкции. Скорость лодки в воздухе достигала 170 км/час. К сожалению, после гибели конструктора в одном из полетов испытания прекратились.

В 1917 г. в России насчитывалось 16 авиационных заводов, которые скорее походили на сборочные мастерские. В стране совершенно отсутствовало авиамоторостроение. Не было своих экспериментальных заводов. В Петрограде находился единственный завод С. С. Щетинина, который до революции осуществлял конструирование и постройку гидросамолетов. Самолетный парк гидроавиации на 1 января 1918 г. состоял на Балтийском море из 98 аппаратов и на Черном море - из 112 аппаратов{20}. Если гидросамолеты были отечественной конструкции, то истребители - преимущественно французские, типа "Ньюпор", "Фарман" и другие. Скорость их не превышала 115 км/час, потолок 1500 - 2000 м. Полезная нагрузка, кроме экипажа и горючего, составляла всего 25 - 30 кг.

Такое положение, к сожалению, имело место в стране, где велась интенсивная научно-исследовательская и опытная работа в области авиации и воздухоплавания. Россия гордилась именами ученых - Н. Е. Жуковского, С. А. Чаплыгина, К. Э. Циолковского и других. Первыми в мире создателями летающих лодок и многомоторных самолетов были русские конструкторы, у которых учились иностранные самолетостроители.

В 1912 г. инженер-конструктор Д. П. Григорович сконструировал свою первую летающую лодку М-1, а затем создал целую серию их: М-5, М-9, М-11, М-15, [15] М-16 и М-20. Они положили начало "русскому направлению" в конструировании гидросамолетов.

Особенно удачными оказались лодки М-5 и М-9. Полезная нагрузка лодки М-9 достигала 400 кг. Она развивала скорость до 140 км/час, имела хорошие мореходные качества. С 1916 г. этот гидросамолет служил в русской авиации основным типом морского разведчика.

За 1914 - 1917 гг. было построено около 200 гидросамолетов{21}. Таких самолетов за границей еще не было. Благодаря самолетам М-9 кампания 1915 г. и весны 1916 г. на Балтийском море закончилась в пользу русских летчиков, успешно отражавших налеты немецкой гидроавиации. В гражданскую войну гидросамолеты М-5, М-9 и М-20 широко применялись в борьбе против интервентов и белогвардейцев как разведчики. Лодки этих типов находились на вооружении до 1924 г.

После Октябрьской революции техническое снабжение частей морской авиации осложнилось. Часть заводов, расположенных на юге страны, оказалась в руках интервентов. Владельцы авиационных предприятий центральных и северных областей открыто игнорировали военные заказы. Авиационное производство фактически прекратилось. [16]

Невелики оказались и запасы. Положение усугубилось еще и тем, что в ночь на 20 декабря 1917 г. в Петрограде на центральном авиаскладе произошел пожар, который уничтожил 335 новых моторов, полученных из-за границы, 700 пулеметов "Льюис" и "Виккерс" и другое авиационное имущество общей стоимостью 7 - 8 млн. рублей золотом.

От работников Наркомата по военным делам, рабочих и служащих авиационных заводов потребовалось много усилий, умения и энергии, чтобы в обстановке разрухи и гражданской войны возродить и наладить гидросамолетостроение в стране. Была разработана программа гидросамолетостроения на 1918 г. в количестве 138 самолетов{22}.

Главный комиссар УМА А. П. Онуфриев от имени Коллегии по морским делам обратился к рабочим авиационных заводов с призывом "помочь боевым летчикам, отправляющимся на революционный фронт, провести сборку аппаратов"{23}.

За отказ подчиниться народному контролю подверглись национализации авиазаводы Антра, Щетинина, Слюсаренко, Дукса и другие. Рабочие сами брались за налаживание производства, организацию ремонта самолетов.

Инициатива работников авиапромышленности всемерно поддерживалась Советским правительством и Коммунистической партией. В. И. Ленин лично занимался многими вопросами работы авиационных заводов и снабжения фронта самолетами, двигателями и горючим, заботился о подготовке кадров для советской авиации. В числе многих делегаций Ленина посетила и делегация московского авиационного завода "Дукс". Владимир Ильич подробно расспросил делегатов о работе завода, о трудностях, с которыми приходится сталкиваться коллективу. Тут же В. И. Ленин отдал распоряжение об оказании заводу всесторонней помощи и предложил немедленно ассигновать средства для расширения производства самолетов{24}.

Несмотря на недостаток средств, Советское государство изыскало и ассигновало на самолетостроение и снабжение [17] морской авиации в 1918 г. 12 млн. 881 тыс. рублей; в 1919 г. - 20 млн. рублей и в 1920 г. - 130 млн. 592 тыс. рублей{25}. Это позволило расширить программу гидросамолетостроения{26}.

Таблица 1. Самолетный парк морской авиации в 1918-1920 гг.{27}
<
Наименование фронтов, флотов и флотилий На 1 января 1918 г. На 5 октября 1918 г. На 5 мая 1919 г. На 1 декабря 1920 г.
Северный фронт (Северо-двинская флотилия) - 19 16 -
Балтийский флот 98 14 22 27
Волжская флотилия - 7 13 -
Каспийская флотилия - 21 18 -
Черноморский флот 112 - - 34
Школы морской авиации 78 66 30 12
На складах (резерв) - 26 - -
Итого 288 153 99 73
Примечание. На вооружении находились самолеты: М-5, М-9, М-15, М-20, "Телье", "Ньюпор", "Спад", "Лебедь", "Шорт", "Ферри", "Сопвич" и др. Моторы: "Сальмсон", "Рон", "Самбим", "Гном и РОН", "Испано-Сюиза".

В целях оказания технической помощи действующим частям в марте 1918 г. создается технический комитет авиации Балтийского флота. В Петрограде при авиационных мастерских и испытательной станции открылся опытный аэродром, на котором испытывались новые образцы гидросамолетов отечественного производства. [18]

В течение трех лет гражданской войны в Ораниенбауме, Петергофе, Гребном порту на Гутуевском острове под Петроградом, в Нижнем Новгороде, Самаре, Николаеве и Одессе были созданы морские аэродромы, открыто около 20 фотографических станций. В конце 1920 г. начато сооружение станций и ангаров в Петроградском, Мурманском и Архангельском укрепленных районах. Для Южного и Северного фронтов сооружались две подвижные гидроавиабазы. В качестве плавсредств гидроотрядов на реках использовались железные наливные баржи длиною в 66 - 70 сажен типа "Коммуна", "Протокол Советов", "Посейдон". Это были, по сути дела, первые в истории авианосцы, хотя с них непосредственно взлеты самолетов не производились.

Одновременно шла подготовка морских летчиков, летнабов, авиамехаников и других авиаспециалистов.

До Октябрьской революции морских летчиков готовили Петроградская (Ораниенбаумская) и Бакинская школы морской авиации и Морская школа высшего пилотажа и воздушного боя в Красном Селе под Петроградом. В июле 1918 г. Бакинская школа морской авиации была расформирована и на ее базе создан гидроотряд. Петроградская школа передислоцировалась в Нижний Новгород [19] и стала называться Нижегородской школой морской авиации (начальник - морской летчик Ф. П. Цветков, комиссар - М. Ф. Погодин){28}. При Морской школе высшего пилотажа (начальник - летчик А. В. Трофимов, комиссар -А. П. Онуфриев), где преимущественно проходили переподготовку и усовершенствование морские летчики, открылись четырехмесячные курсы (один класс на 30 человек) для обучения полетам авиамехаников и других младших авиаспециалистов и временные курсы аэрофотографов{29}.

В ноябре 1918 г. в связи с развертыванием борьбы на фронтах гражданской войны в Петрограде была открыта новая школа морской авиации (начальник - морской летчик П. Г. Еременко, комиссар - С. М. Кочедыков){30}. Задача вновь созданной школы состояла в том, чтобы обеспечить в короткие сроки подготовку морских летчиков из авиамехаников, знающих материальную часть самолетов.

Первыми летчиками-инструкторами в школах были опытные красвоенморлеты В. Мельников, П. Еременко, В. Глаголев, Н. Земан, П. Сорокин, Е. Петкевич, Л. Ковалевский, А. Мельницкий, Л. Гикса, М. Линдель, А. Лебедев, Н. Филатов. На 1 января 1919 г. в морских авиационных школах и на курсах обучалось 95 летчиков и летнабов и около 50 авиамехаников{31}.

Подготовка морского летчика слагалась из теоретического курса (1-е отделение), летного курса (2-е отделение) и специального курса - переучивание на другие типы самолетов, тактика, воздушный бой, разведка (3-е отделение). Успешно сдавшим экзамены присваивалось звание "морской летчик". В 1918 1919 гг. это звание утверждалось приказом РВСР.

По окончании школы морской авиации летчики, как правило, переводились в тренировочный отряд или непосредственно в боевую часть, где окончательно совершенствовали полученные летные навыки.

Технический состав готовился на курсах при авиашколах и в Московском авиатехникуме.

В связи с наступлением Юденича на Петроград Морская школа высшего пилотажа и воздушного боя вынуждена [20] была прекратить подготовку кадров. Командование школы во главе с начальником красвоенморлетом В. Е. Зверевым обратилось в Народный комиссариат по морским делам с письмом, в котором говорилось:

"Морская школа воздушного боя является первой социалистической школой высшего пилотажа, поставившей себе целью подготовку кадров опытных боевых летчиков, способных занять ответственные должности в авиационных истребительных отрядах по охране Рабоче-Крестьянской Красной Армии и Флота. Кроме того, школа... обладающая мощными авиационными истребителями, поставила целью, ввиду того что находится в Красном Селе, взять на себя защиту Центральной Советской власти в Петрограде и оказание посильной помощи в деле проведения идей социализма в духе рабоче-крестьянского правительства Советской власти среди крестьянского и рабочего населения в близлежащих к Петрограду селах, деревнях и городах путем разбрасывания прокламаций и постановлений"{32}.

Морская школа высшего пилотажа и Петроградская школа морской авиации с 1 мая 1919 г. участвовали в боевых операциях, производили разведку, бомбардировку и фотосъемку расположения противника. После разгрома Юденича в середине октября 1919 г. школы возобновили свою работу.

В сентябре 1919 г. Нижегородская школа морской авиации была переведена в Самару, а в декабре того же года туда передислоцировалась и Школа морской авиации из Петрограда. В июне 1920 г. они объединились в Военно-морскую школу авиации (начальник - красвоенморлет Н. П. Королев, комиссар - М. Ф. Погодин).

За весь период гражданской войны в школах морской авиации было подготовлено 120 человек летно-технического состава{33}.

Красные военморлеты на защите Советской Республики

Советская морская авиация принимала участие в боевых действиях почти на всех фронтах гражданской войны. [21]

Если в первой мировой войне гидроавиация использовалась исключительно на морских театрах, то в годы гражданской войны гидросамолеты широко применялись как на море, так и на реках.

В течение 1918 - 1921 гг. гидроавиация действовала на Северной Двине, Днепре, Волге, Каме, Чусовой, Урале, Куре, Иртыше, Тоболе, Енисее, Селенге, Онежском и Ладожском озерах, Каспийском, Балтийском, Азовском и Черном морях.

Во второй половине 1918 г. командование советских войск на Севере было озабочено созданием прочной обороны на северодвинском и архангельском направлениях от белогвардейцев и интервентов. В решении этой задачи большая роль принадлежала 6-й армии, морякам и авиаторам Северодвинской речной флотилии, составлявшим костяк Северного фронта.

Северная Двина в этот период приобрела важное военно-стратегическое значение. Она являлась ближайшим рубежом, на котором могло произойти соединение англо-франко-американских и белогвардейских войск, находившихся в районе Архангельска, с колчаковской армией, двигавшейся со стороны Перми и Казани.

В. И. Ленин, внимательно следивший за событиями на Севере, еще до подхода интервентов к Архангельску требовал принятия немедленных мер для закрытия устья Двины, лично контролировал порядок отправки из Москвы всего необходимого для войск Северного фронта.

В ночь на 2 августа 1918 г. белогвардейцы и интервенты захватили Архангельск. Советским морякам удалось увести значительную часть судов в Котлас.

9 августа 1918 г. В. И. Ленин отдал приказание в Высший Военный совет об оказании помощи Северному фронту{34}. Немедленно последовало распоряжение командующего морскими силами республики В. М. Альтфатера начальнику Морского генерального штаба:

"По приказанию председателя Совнаркома, переданного мне Высшим Военным советом, благоволите самым экстренным образом, минуя все препятствия, отправить все три готовых и погруженных уже на платформы аппарата гидробеломорского отряда в Вологду... Гидро должны быть снабжены летчиками, бомбами и прочими материалами, необходимыми для действия аппаратов"{35}.

12 августа В. И. Ленин телеграфировал в Вологду командующему Северным фронтом М. С. Кедрову:

"...Вы должны усиленно наверстать упущенное, связаться с Котласом, послать туда летчиков немедленно и организовать защиту Котласа во что бы то ни стало"{36}.

Первыми из авиачастей на Северный фронт прибыли Беломорский гидроотряд (начальник - морской летчик И. Ф. Мельцер) и Камский гидроотряд (начальник - морской летчик К. Р. Семенов).

Беломорский гидроотряд расположился в районе Котласа на небольшом озере. Собрав самолеты, красвоенморлеты приступили к боевой работе. Командующий Вологодским районом А. И. Геккер перед ними поставил две задачи: установить расположение противника и количество неприятельских судов в Архангельске и обеспечить воздушное прикрытие своих войск.

Первый полет гидросамолета воодушевил красноармейцев и моряков, которых основательно допекали белогвардейские летчики, летавшие на английских самолетах.

Наибольшую активность в кампанию 1918 г. проявили летчики 1-го морского истребительного отряда (начальник - летчик Н. Я. Яковицкий, комиссар - военный моряк Л. Минаев) и 2-го морского истребительного отряда (начальник - летчик Борис Щепотьев). Только в сентябрьских и октябрьских боях в районах Петровское, Чамово, Борки, Нижнее Сельцо, Тулгас и Кургомени ими было совершено 79 боевых вылетов{37}. Они оказали действенную помощь войскам 6-й армии и Северодвинской флотилии в отражении наступления противника.

Весной и летом 1919 г. англо-американское командование по-прежнему стремилось осуществить план соединения с армией Колчака в районе Котлас, Вятка. Интервенты к этому времени имели 46 тыс. солдат и офицеров, из которых 24 500 - белогвардейских, а также две флотилии: английскую и белогвардейскую. В их составе находилось до 10 мониторов и канонерских лодок, более 20 катеров и вооруженных речных пароходов, 5 батарей и несколько [23] тральщиков{38}. Авиация противника обладала количественным и качественным превосходством в самолетах, топливе и вооружении. Зимой 1918/19 г. белыми при помощи англичан в районе населенного пункта Березник был создан и оборудован большой аэродром с ангарами на 40 самолетов. На аэродроме противник сосредоточивал от 40 до 64 самолетов новейших типов.

В тяжелых условиях пришлось сражаться советским авиаторам. Сказывались численное преобладание противника в воздухе, сложные метеорологические условия, отсутствие специально оборудованных аэродромов и ангаров. Истребители базировались на лугу, вначале около реки Верхняя Тойма в 150 км от Котласа, а затем в районе населенных пунктов Пучуга и Нижняя Тойма. Гидропланы размещались на баржах, оборудованных спуском на воду. Примитивной мастерской и передвижной базой служил пароход "Пугачев". Но трудности не смущали крылатых защитников советского Севера. Накапливался боевой опыт, совершенствовалась организация и тактика боевых действий.

В октябре 1918 г. отряды морской авиации перешли в подчинение Северодвинской флотилии и объединились в Северный воздушный дивизион. Начальником дивизиона был назначен С. А. Знаменский, комиссаром - М. Ф. Погодин{39}. Во взаимодействии с 18-м авиаотрядом 6-й армии{40} морские летчики вели непрерывную разведку противника, отражали воздушные налеты, несли охрану своих кораблей и частей.

Красвоенморлет Б. А. Пилиповский на самолете "Ньюпор-24 бис" за 11 месяцев пребывания на фронте налетал 48 боевых часов. 8 июня 1919 г. в разведывательном полете он встретил неприятельский "Сопвич", корректировавший стрельбу своих канонерок, и с ходу атаковал его. Завязался воздушный бой, в результате которого поврежденный вражеский самолет вынужден был убраться на свою территорию. На обратном пути вблизи своего аэродрома Пилиповский был атакован самолетом противника. Красный летчик оказался безоружным перед врагом: пулеметная лента в 25 патронов была уже израсходована [24] в первом бою. Это было замечено на аэродроме. На выручку товарищу тотчас же поднялся в воздух красвоенморлет Н. С. Мельников. Сблизившись до 50 метров, Мельников обстрелял врага из пулемета. Белогвардейский пилот поспешно развернулся и стал удирать, не приняв боя.

Морские летчики первыми освоили ночное бомбометание с гидросамолетов в северных широтах. В октябре 1918 г. красвоенморлетами Яковицким и Мельниковым было совершено несколько ночных боевых вылетов на самолетах М-9 и М-20 при низкой облачности, в снегопад, с посадкой на воду без специального освещения посадочной полосы.

В 1919 г. практиковались и групповые боевые полеты гидросамолетов с истребителями прикрытия. Так, по инициативе и под руководством красвоенморлета Н. С. Мельникова в ночь на 24 июня 1919 г. на четырех М-20 в сопровождении двух истребителей "Ньюпор" был совершен групповой ночной налет на аэродром и корабли противника. Противник принял самолеты за свои. Все 6 самолетов без помех вышли на цель и отбомбились. От взрывов бомб на аэродроме возник пожар. С берега и кораблей открылась запоздалая беспорядочная стрельба, но наши [25] самолеты вышли из зоны обстрела и благополучно возвратились на свои аэродромы{41}.

Противник предпринял ответный удар. Под прикрытием низких облаков 20 вражеских самолетов совершили массированный налет на корабли нашей флотилии и стоянки самолетов. Удалось подняться в воздух только одному дежурному истребителю - летчику Н. С. Мельникову. Он смело пошел на врага и атаковал с хвоста вражеский биплан типа ДФ-4. Самолет противника, получив повреждения бензобака, сел на воду в расположении нашей флотилии. Летчик и летнаб - офицеры английской морской службы - были взяты в плен{42}.

Северный воздушный дивизион совместно с Северодвинской флотилией принимал активное участие в отражении предпринятого в августе наступления интервентов.

За период с августа 1918 г. по 14 сентября 1919 г. морскими летчиками Северного воздушного дивизиона было совершено 458 самолето-вылетов продолжительностью 345 часов. На корабли, войска, плавучие и береговые батареи противника сброшено 120 пудов бомб{43}.

* * *

В сентябре 1918 г. началась боевая деятельность Волжской и Астрахано-Каспийской военных флотилий. Их создали для защиты Волги и Каспийского моря от интервенции и контрреволюции. Каждой из них в августе 1918 г. придали по одному гидроотряду, на базе которых развертываются в ноябре воздушные гидродивизионы: Волжский воздушный дивизион (начальник - военный моряк Е. И. Куртов, комиссар - авиамеханик Н. И. Белугин) и Воздушный дивизион Каспийского моря (начальник - морской летчик А. С. Демченко, комиссар - военный моряк С. Рубен).

Боевые действия отряды морской авиации начали в конце августа - начале сентября 1918 г. на Казанском участке Восточного фронта, поддерживая наступление войск 2-й и 5-й армий. Гидросамолеты Волжской флотилии - 6 М-9 и 1 М-5 базировались на барже "Коммуна". [26]

Первыми красными морскими летчиками, сражавшимися на Волге, были И. А. Свинарев и С. Э. Столярский - прибывшие из Морской школы высшего пилотажа. Они вели воздушную разведку, обстреливали и бомбили суда, батареи и войска противника.

7 сентября С. Э. Столярский получил задание: совершить разведывательный полет вниз и вверх по течению Волги в районе Казани и сбросить над позициями белых воззвание командующего Восточным фронтом И. И. Вацетиса о немедленном прекращении сопротивления. Полет прошел успешно Было сброшено воззвание и обнаружено движение вооруженных судов в районе деревень Матюшино и Шаланга, месторасположение береговых батарей и сосредоточение войск противника в районе Казани. При повторном полете С. Э. Столярский и И. А. Свинарев над городом Верхний Услон сбросили 9 пудов бомб{44}. С 8 по 10 сентября они снова вели воздушную разведку в районах Казани, Кизичей и Козьей Слободы, установили систему артиллерийского огня противника и сообщили об этом командованию 5-й армии.

9 сентября начался штурм Казани. Корабли Волжской флотилии прорвались к пристани, высадили десант и своим огнем подавили левобережные батареи противника. К полудню 10 сентября Казань была взята советскими войсками. Войска белочехов и "учредилки" откатились на восток, к бассейну Камы.

Позже в своих воспоминаниях С. Э. Столярский писал, что в напряженный период борьбы за Казань летчикам для разведки и бомбометания приходилось совершать полеты под артиллерийским и пулеметным огнем, зачастую снижаясь для обстрела войск противника до высоты 500 - 300 метров. С 29 августа по 10 сентября Столярский и Свинарев налетали по 40 - 43 часа каждый{45}.

1 октября при освобождении поселка Пьяный Бор на Каме флотилия противника пыталась задержать продвижение наших кораблей. Попав под огонь замаскированных береговых батарей, охваченная пламенем, героически погибла канонерская лодка "Ваня-коммунист", на [27] борту которой находился помощник командующего Волжской флотилией Н Г. Маркин

На помощь морякам немедленно вылетели гидросамолеты М-9. Они сбросили на батареи 9 бомб и вместе с подошедшими боевыми кораблями обеспечили дальнейшее продвижение флотилии.

При отступлении из Сарапула белогвардейцы увели с собой баржу, в трюмах которой были заточены более 600 советских и партийных работников, красноармейцев, матросов и рабочих. Летчики гидроотряда разыскали ее с воздуха, а моряки флотилии подошли на трех миноносцах к барже и отбили ее у врага. Советские люди были спасены{46}. [28]

Атаки гидросамолетов, действовавших на небольшой высоте и эффективно бомбивших суда противника, оказывали удручающее моральное воздействие на врагов. Был случай, когда от воздушной атаки выбросился на берег вооруженный пароход белогвардейцев, и команда с него разбежалась. Гидросамолеты налетали на сборные пункты колчаковцев, забрасывали стрелами и разгоняли мобилизованных.

В 1919 г. Волжский воздушный дивизион принимал активное участие в разгроме главных сил Колчака на сарапульском и уфимском направлениях вплоть до очищения Камы от белых и освобождения Перми и Соликамска. К началу навигации дивизион пополнился истребительным отрядом, начальником которого стал С. Э. Столярский. Гидроотряд возглавил морской летчик Н. С. Махалов. В боевом составе дивизиона насчитывалось 12 гидросамолетов и 3 истребителя.

Морские летчики, защищая Советскую власть, проявляли не только отвагу, умение бить врага, но и преданность своей Родине. При выполнении разведывательного полета морскими летчиками П. А. Истоминым и П. Ф. Дмитриевым в районе Сарапула летчик Дмитриев из-за неисправности мотора совершил вынужденную посадку в расположении речной флотилии противника. Истомин, рассчитывая спасти друга, сел рядом с ним. Оба летчика были схвачены белогвардейцами. В момент расстрела сын рабочего, красный морской летчик П. А. Истомин заявил:

"Вы нас расстреляете - в этом мы не сомневаемся, но расстрелять миллионы рабочих и крестьян вам не удастся. За нашу смерть они вам отомстят"{47}.

В мае - июне 1919 г. морские летчики вели разведку по Каме от Чистополя до Сарапула и по Белой до Бирска. Были собраны сведения не только о движении судов, войск, но и о местонахождении траншей, артиллерийских батарей и речных минных заграждений. Морские летчики научились обнаруживать мины в мутной весенней воде. Это позволило быстро очистить фарватер реки и силами всех четырех дивизионов Волжской флотилии с боями продвинуться вверх по Каме до устья Белой и высадить в тылу противника морской десант под командованием [29] И. К. Кожанова. Совместными ударами сухопутных частей и кораблей флотилии белогвардейский корпус был зажат в клещи и окончательно разбит под Бирском.

После разгрома колчаковских войск и очищения от них рек Кама и Белая Волжская военная флотилия переводится под Царицын. Туда же был переброшен и Волжский воздушный дивизион{48}.

Обстановка на Южном фронте под Царицыном летом 1919 г. резко осложнилась. На царицынском направлении Деникин, сосредоточив основную массу своей кавалерии (4 корпуса), несколько бронепоездов, дивизион тяжелых танков и авиацию, 29 июня прорвал фронт 10-й армии и после двухдневных ожесточенных боев занял Царицын. Советские войска отошли к Камышину.

По призыву партии на Южный фронт было направлено 70 тыс. человек пополнения. Постановлением РВСР производится объединение Волжской и Астрахано-Каспийской военных флотилий в одну - Волжско-Каспийскую. С Балтийского флота по указанию В. И. Ленина железнодорожным путем в Астрахань были переправлены лодки "Минога" и "Макрель", 120 - 130-мм пушки, снятые с кораблей "Диана", "Громобой", "Россия" и других. До перекрытия Волги белыми в Астрахань перешло несколько легких миноносцев. Общая численность кораблей и вооруженных судов Волжско-Каспийской флотилии составила 110 вымпелов.

Произошли изменения и в составе авиации флотилии. Волжский гидродивизион усиливается Саратовским гидроотрядом (8 самолетов). В конце июля в Волжско-Каспийской флотилии находился 21 самолет, из них гидросамолетов типа М-9 и М-20 - 18 и истребителей типа "Ньюпор" - 32. Начальниками воздушных дивизионов были назначены: Волжского - военный моряк Е. И. Куртов, Каспийского - морской летчик С. С. Негеревич, комиссарами соответственно - Н. И. Белугин и М. Болотин. Руководил боевой деятельностью гидродивизионов вновь назначенный начальник авиации флотилии красвоенморлет С. Э. Столярский.

16 июля 1919 г. морские летчики Волжского воздушного дивизиона начали боевые действия под Царицыном. [30]

В сложных и трудных условиях они вели интенсивную разведку, бомбили и обстреливали деникинские штабы и коммуникации. Большей частью гидросамолеты применялись ночью. Это было опасно. С высоты полета отличить границу береговой черты и водной поверхности реки было чрезвычайно трудно, а благополучно совершить посадку на суше невозможно. Специального оборудования на гидросамолетах для ночных полетов не было. В ночной полет для освещения приборов самолета брался аккумуляторный фонарик. Посадка обеспечивалась установкой на барже с самолетами пары керосиновых фонарей "летучая мышь", направление посадки показывалось ракетой.

Активно действовала авиация противника. Из 187 самолетов, которыми располагал Деникин, 18 находились под Царицыном, в районе Бекетовки. Здесь же действовало отделение "С" 47-го отряда королевского воздушного флота Англии, имевшее на вооружении самолеты типа "Хавеланд" (ДН-9), скорость которых достигала 200 км/час. 7 сентября вражеская авиация совершила налет на нашу гидробазу и вывела из строя 7 аппаратов. Бывший моторист истребительного отряда А. П. Мосолов рассказывает:

- Трудное было время. Тяжелое положение было на фронте. Наша материальная часть слабенькая: дашь большую скорость и боишься, как бы самолет не рассыпался в воздухе. Бензина не было, работали на "казанской смеси", которая состояла из эфира, газолина, бензина и спирта. Не было запасных частей, не хватало боеприпасов. Но что было замечательным - это коллектив из добровольцев. Он был дружный и крепкий, никогда не падавший духом, как бы тяжело ни было{50}.

Летчики Волжского воздушного дивизиона неизменно проявляли героизм и отвагу. Однажды при налете вражеских самолетов на корабли флотилии красвоенморлет Е. И. Петкевич поднялся в воздух и вступил с двумя из них в воздушный бой. Неравенство в силах и в качестве самолетов не поколебало духа красного истребителя. Он дрался до тех пор, пока вражеские летчики не вышли из боя. После посадки в машине Петкевича насчитали свыше 30 пробоин. [31]

В августе - сентябре 1919 г. морские летчики Волжского воздушного дивизиона флотилии совершили 21 разведывательный полет, 5 ночных налетов на Царицын и Сарепту и один перелет из северного отряда флотилии в южный. В связи с выходом деникинских войск к Волге и захватом Царицына Вожско-Каспийская флотилия оказалась разделенной на северный и южный отряды. При отсутствии связи между отрядами морской летчик Сергей Козлов совершил ночью 200-километровый перелет через занятую противником территорию из Дубовки до Черного Яра, а на следующую ночь - обратно{51}. Он доставил захваченный при наступлении план обороны и расположения белых к югу от Царицына. 7 сентября красвоенморлеты С. Г. Козлов и Е. И. Петкевич на высоте 1600 - 2000 м отбили 9 атак неприятельских самолетов, а 9 сентября провели 4 воздушных боя{52}.

За 1918-1919 гг. летчиками Волжского воздушного дивизиона было налетано 1200 боевых часов, сброшено на войска и корабли противника 620 пудов бомб и 30 пудов стрел{53}. Истребительный отряд провел 23 воздушных боя с самолетами противника{54}.

Большую роль сыграла морская авиация в 1918 - 1919 гг. в защите низовий Волги и Астрахани, обороной которой бессменно руководил С. М. Киров. Выполняя указание В. И. Ленина - "Астрахань защищать до конца", советские войска 11-й отдельной армии во взаимодействии с авиацией и кораблями Астрахано-Кас-пийской флотилии не только отстояли Астрахань, не дали белогвардейским войскам Северного Кавказа, уральским и астраханским белоказакам захватить дельту Волги, но и сами вели наступательные действия в районе Черного Яра и на подступах к Царицыну против отряда генерала Драценко. Кроме того, корабли Южного (морского) отряда флотилии провели три набеговых операции на Старо-Теречную бухту и Форт Александровский с высадкой морского десанта и обстрелом береговых сооружений противника. В выполнении этих и других задач активное [32] участие принимали морские летчики Каспийского воздушного дивизиона. Они охраняли свои корабли и вели разведку судов противника в открытом море. Морской летчик Константин Михау в июне - июле совершил 31 боевой вылет на Царицын, Дубовку и в низовье Волги; морской летчик П. Т. Полозенко за 15 дней октября 1919 г. совершил 18 боевых вылетов, в ходе которых вел разведку и сбросил на войска противника свыше 10 пудов бомб, а морской летчик Б. Г. Чухновский совершил 12 боевых вылетов.

5 ноября 1919 г. Реввоенсовет 11-й армии отдал приказ разгромить астраханское контрреволюционное казачество, захватившее еще летом 1918 г. побережье моря северо-восточнее Астрахани. Было решено осуществить операцию путем комбинированных действий сухопутных, морских и воздушных сил.

Основной удар наносился в направлении Ганюшкино. Корабли Волжско-Каспийской флотилии должны были высадить морской десант в районе Гурьева в тылу у белых и прервать морское сообщение врага, в частности, парализовать в этом районе действия белогвардейских канонерских лодок "Карс" и "Ардаган".

Перед Каспийским воздушным дивизионом стояла задача: совершать налеты на вражеские корабли и морские базы Петровск-порт и Дербент, тем самым отвлечь внимание белых и не допустить переброски морем подкреплений в районы боевых действий - Ганюшкино, Сафоновка, Джамбай. Выполнение этой задачи возглавил начальник гидродивизиона морской летчик Александр Демченко - активный участник гражданской войны, депутат II съезда Советов, не раз по заданию Смольного совершавший разведывательные полеты в расположение войск Юденича в дни наступления белогвардейцев на Петроград{55}. С 18 по 28 ноября под его командой 6 гидросамолетов М-9 и М-20, ведомые морскими летчиками Максимом Башкиным, Романом Кроуном, Константином Михау, Трофимом Жуковым, Сергеем Богушевским, совершали групповое бомбардирование и обстрел кораблей и войск в заданных районах. Задача была выполнена. Корабли и авиация Волжско-Каспийской флотилии нарушили морское сообщение [33] врага и помешали его флоту оказать содействие своим войскам.

1 декабря 1919 г. Реввоенсовет 11-й армии направил ЦК РКП (б) на имя В. И. Ленина телеграмму, в которой сообщил о полной ликвидации контрреволюционных войск в районе устья Волги. В течение 10 дней наступления было захвачено 5 тыс. пленных, большие трофеи, в том числе 6 гидросамолетов{56}. 3 января 1920 г. войска Красной Армии вступили в Царицын. Начался окончательный разгром армий Деникина.

За 1918 - 1919 гг. Каспийским воздушным дивизионом было налетано 435 боевых часов, сброшено 250 пудов бомб{57}. За активную боевую деятельность в открытом море и под Царицыном морские летчики Каспийского воздушного дивизиона А. С. Демченко, А. А. Волынский, П. Т. Полозенко, С. Г. Козлов и другие были награждены орденом Красного Знамени.

* * *

С началом иностранной военной интервенции и гражданской войны Коммунистическая партия и Советское правительство проявили большую заботу и внимание к возрождению боевой мощи Балтийского флота, способного надежно защищать Советскую Республику.

Весной и летом 1918 г. из наиболее исправных кораблей Балтийского флота формируется Действующий отряд флота. На Онежском и Ладожском озерах создается Онежская военная флотилия в составе 11 вооруженных судов. Одновременно приводится в боевую готовность и авиация Балтийского моря. В составе Воздушной бригады флота формируется Воздушный дивизион особого назначения из трех гидроотрядов и одного истребительного отряда, имевший 14 самолетов{58}. С осени 1919 г. дивизионом командовал С. М. Кочедыков, комиссаром был И. Н. Пушков, начальниками 1-го и 2-го гидроотрядов - военморлеты Б. Ф. Копытковский и В. Ф. Еремин, начальником истребительного отряда - морской летчик [34] Н. Н. Евлампиев{59}. При Онежской флотилии создается 3-й гидроотряд Воздушного дивизиона из 6 аппаратов М-9 (начальник - морской летчик Л. В. Ковалевский). Кроме того, в Шлиссельбурге и на Онежском озере оборудуются воздушные посты{60}.

В конце 1918 г. в Копорский залив перебазировался сформированный для Восточного фронта Саратовский гидроотряд с двумя истребителями "Ньюпор" под командованием красвоенморлета Н. С. Мельникова{61}. 12 декабря 1918 г. морскими летчиками был установлен подход к Ревелю английской эскадры, спешившей на помощь белогвардейцам. Отряд вел разведку Нарвского залива и побережья до конца обороны Нарвы. Наиболее сложные задания выполнял начальник отряда Н. С. Мельников.

В начале 1919 г. гидроотряд был перевооружен на сухопутные самолеты типа "Лебедь-XII" и с середины января 1919 г. непрерывно до наступления весны нес боевую службу. Летчики отряда выполняли задания по разведке и бомбили укрепленные позиции и склады противника. Ими был разрушен мост через р. Нарву. Несмотря на сильные морозы, плохое питание, настроение личного состава было боевое. Сказывались влияние партийной ячейки, состоящей из 8 коммунистов, и удачный подбор летчиков из бывших матросов-механиков.

На долю морских летчиков Балтийского флота выпала ответственная задача и при защите Петрограда в 1919 г. Они систематически вели воздушную разведку в Лужской губе и Копорском заливе, прикрывали от воздушного нападения Петроград и Кронштадт, бомбили корабли и войска противника. Полеты начинались на рассвете и кончались поздней ночью. [35]

9 июня 1919 г. красвоенморлет К. В. Школов, выполняя на гидросамолете М-9 задание по обследованию Копорского залива, обнаружил транспорт с десантом под охраной английских кораблей. Летчик обстрелял суда и сбросил на транспорт 4 пуда бомб. Получив сведения о движении транспорта, командование Действующего отряда Балтийского флота приказало эсминцам "Гавриил" и "Азард" выйти в море и не допустить высадки десанта. 4 июня за Шепелевским маяком произошел бой, в ходе которого советские эсминцы потопили английскую подводную лодку "L-55" и предотвратили высадку десанта.

С выходом белоэстонской дивизии в восточную часть Финского залива в ночь на 13 июня 1919 г. в тылу советских войск - на фортах Красная Горка и Серая Лошадь, имевших исключительно важное стратегическое значение для обороны Петрограда, - вспыхнул мятеж. Положение создалось критическое.

В целях массированного централизованного использования авиации в борьбе с мятежниками все сухопутные и морские авиаотряды Петроградского фронта были объединены под командованием начальника авиации 7-й армии. Объединенная авиагруппа имела 67 самолетов с 106 летчиками и способна была выполнять сложные и ответственные задачи{62}. Воздушный дивизион Балтийского флота предназначался главным образом для удара по фортам Красная Горка и Серая Лошадь.

Утром 14 июня морские летчики разбросали над фортами обращение Петроградского Комитета обороны к мятежникам с призывом прекратить сопротивление и арестовать зачинщиков мятежа. В тот же день гидроотряд сбросил на форты 27 пудов бомб. В ответ мятежники обрушили артиллерийский огонь из 12-дюймовых орудий на Ораниенбаум и Петергоф, где базировалась морская авиация. Пришлось срочно перебазировать все самолеты на Крестовский и Гутуевский аэродромы.

15 июня с гидросамолетов сбросили на мятежников свыше 800 кг двухпудовых бомб и более 7000 металлических стрел. Пулеметным огнем самолеты подожгли аэростат, с которого мятежники корректировали артиллерийскую стрельбу.

Действия моряков и летчиков получили высокую оценку [36] Революционного военного совета Балтийского флота. В телеграмме Реввоенсовета, адресованной комиссару Шлиссельбургской крепости, говорилось:

"Передайте всем морякам базы следующее: моряки Красного Балтийского флота вплели славные лавры в историю борьбы пролетариата против мировой контрреволюции. Мощным натиском с моря, с суши и с воздуха аэропланами форты Красная Горка и Серая Лошадь 16 июня вновь заняты нами. Красное знамя коммунизма опять победно развевается над нашими укреплениями"{63}.

В конце июня советские войска начали разгром белофиннов на межозерном участке фронта. Главный удар наносился на Видлицу. Видлицкая операция была образцом четкого и хорошо организованного взаимодействия авиации, кораблей и десантных войск. Морские летчики Онежского гидроотряда вели тщательную разведку, успешно прикрывали переход кораблей флотилии с десантом и во взаимодействии с кораблями непрерывно оказывали поддержку десанту на берегу. Ведя разведку Финского залива, наши самолеты обнаружили в районе Бьёрских шхер английскую базу гидропланов. 6 августа четыре морских бомбардировщика и два истребителя совершили налет на авиабазу и стоявшую там авиаматку "Виндиктив", на борту которой находилось 12 самолетов. В результате бомбардировки авиаматка была подожжена и получила значительные повреждения{64}.

За всю кампанию авиаторы Онежского гидроотряда налетали 76 боевых часов, ими было сброшено на корабли и войска противника 30 пудов бомб. В базе Медвежья Гора и на острове Попова частями Красной Армии захвачен неприятельский воздушный дивизион: 9 истребителей и 6 гидросамолетов, которые были переданы морской авиации{65}.

В первой половине августа 1919 г. противник произвел несколько групповых налетов на Кронштадт и форт Краснофлотский (Красная Горка). Противовоздушная оборона Кронштадта и входивший в нее морской истребительный отряд с базой в Петергофе отразили несколько налетов. [37]

Требовалось разведать расположение вражеских аэродромов и уничтожить самолеты противника. Аэродром с брезентовыми ангарами был обнаружен морским летчиком Е. В. Кузнецовым на территории Финляндии в районе Териок. Финляндия формально не воевала с Советской Россией, но факт предоставления своей территории белогвардейцам был установлен.

Морская авиация получила приказ PBС Балтийского флота уничтожить аэродром противника. Восемь раз от трех до четырнадцати гидросамолетов и истребителей под командованием А. П. Онуфриева вылетали в район Териок. Сквозь огневые завесы они прорывались к аэродрому, забрасывали его бомбами, выводили из строя вражеские самолеты и подорвали бронепоезд на станции Териоки. Всего на аэродром и железнодорожное полотно было сброшено 120 пудов бомб{66}. Противник понес значительные потери и вынужден был сменить место базирования. Угроза авиационного нападения на Кронштадт и Петроград была временно ликвидирована.

Империалисты, значительно пополнив и вооружив Северо-Западную армию Юденича, 28 сентября 1919 г. снова двинули ее на Петроград. Главный удар на этот раз враг наносил вдоль шоссе Ямбург - Гатчина - Петроград. Снова создалась тяжелая обстановка. 15 октября Политбюро ЦК РКП (б) приняло специальное постановление о Петроградском фронте, в котором требовало: "Петрограда не сдавать!". Политбюро указало на необходимость "мобилизации всех сил на фронт", переброски под Петроград с Беломорского фронта максимального количества людей и техники{67}. В числе других соединений и частей под Петроград прибыл Северный воздушный дивизион в составе трех авиаотрядов. На Петроградском фронте сосредоточилось 17 авиационных отрядов, в том числе 7 морских.

В течение сентября и октября 1919 г. морские летчики во взаимодействии с сухопутной авиацией вели воздушные бои и разведку в Копорском заливе у мыса Долгий, в районе Онежского озера и Финского побережья, на сухопутном фронте в районах Стрелmна, Лигово, над шоссе Красное Село - Ропша. 2 сентября 6 гидросамолетов произвели [38] налет на позиции противника и сбросили 16,5 пуда бомб. 7 сентября налет повторили 7 самолетов. На войска белогвардейцев было сброшено 25 пудов бомб{68}.

5 октября у Повенецкого залива наши гидропланы бомбардировали катера противника. 16 октября в Копорском заливе летчики морского истребительного отряда обнаружили 11 транспортов в сопровождении 5 эскадренных миноносцев, о чем немедленно доложили командованию. Высадка неприятельского десанта и выгрузка оружия были предотвращены.

В оперативных сводках штаба флота только за 19 октября сообщалось:

"...Наши аппараты содействуют наступающим частям, сбрасывая бомбы и стрелы в неприятельские расположения. Воздушная разведка обнаружила в Копорском заливе в районе пристани Пения 4 судна и 2 катера".

"...Наши аэропланы в продолжении дня произвели 8 вылетов, в которых участвовало 19 аппаратов, причем сбрасывали бомбы и стрелы на неприятельские части в районе Лигово, Стрельна и обстреливали противника пулеметным огнем, снижаясь до 50 сажен"{69}.

Как сообщала газета "Красный Балтийский флот",

"...быстрые донесения морской авиации о движении противника давали возможность своевременно парализовать наступление белых и в некоторых местах даже окружить их части. Были моменты, когда аппараты, летая над расположением противника, снижались до 150, 100 и даже 50 сажен, расстреливая белых в упор из пулеметов"{70}.

В конце октября под ударами 7-й и 15-й армий на Петроградском фронте произошел перелом, а в конце ноября - начале декабря 1919 г. остатки Северо-Западной армии Юденича были окончательно выброшены с советской территории. Моряки и летчики Балтийского флота сыграли важную роль в защите Петрограда, выдержали экзамен на верность революции. Морская авиация Балтийского флота всеми силами и средствами способствовала успехам флота и армии. Летчики Воздушной бригады Балтийского флота налетали 307 боевых часов, совершили 189 разведывательных полетов на финский берег и суда [40] противника, произвели 46 бомбардировок объектов противника, сбросив 460 пудов бомб, около 9 тыс. стрел и 8 пудов агитационной литературы. Кроме того, на отражение налетов самолетов противника было совершено 59 вылетов, из них 46 завершились атакой{71}. Наши потери составили 14 самолетов.

В боях высокое воинское мастерство, храбрость и самоотверженность проявили красвоенморлеты В. Ф. Еремин, Б. Ф. Копытковский, И. И. Клементьев, А. А. Степанов, А. И. Орлов, И. Ф. Мельцер, Г. Г. Карцев, М. А. Коровкин, авиамеханики А. П. Русаков, М. М. Большаков, А. В. Соколов, И. Н. Евтушенко и другие. Все они были представлены к наградам.

По всему фронту разнеслась молва о геройстве и храбрости [41] морских летчиков высшего пилотажа истребительных отрядов С. В. Гришфельда, Е. В. Кузнецова, В. В. Петрова, Н. Н. Леонтьева и Я. С. Кононова. Многие авиаторы отдали жизнь за революцию. Среди них морские летчики Алексей Кубышкин, Борис Пилиповский, Карл Техтель, воздухоплаватель Виктор Конокотин.

Выполняя боевую задачу, 24 октября 1919 г. геройски погибли коммунисты летчик Карл Техтель, писатель и журналист, и механик Александр Бахвалов. При бомбардировке противника их самолет был подбит и вынужденно сел в тылу врага. Оба балтийца были захвачены в плен. Их сначала склоняли перейти на службу к белогвардейцам, а затем били шомполами, обоим выкололи глаза. Истерзанные, но не покорившиеся, они были расстреляны у деревни Систо-Палкино. На следующий день этот район был освобожден советскими войсками. Славных балтийцев с почестями похоронили на ораниенбаумском кладбище. По поводу их геройской смерти коммунисты Балтийского воздушного дивизиона писали:

"Они исполнили свой долг революционных борцов... Доблесть их светла и полна героизма. Мы только теснее сомкнем свои ряды и на смену доблестно павшим вышлем новы борцов, довершая великое дело освобождения трудящихся классов"{72}.

За умелые действия и проявленный героизм личному составу 1-го дивизиона Воздушной бригады было вручено Почетное Красное знамя Реввоенсовета Балтийского флота, на котором с одной стороны было написано: "Орел глубин небесных - Советов верный страж", а с другой - "За боевые подвиги от Реввоенсовбалта". Воздушный дивизион был первой частью Балтийского флота, получившей эту высокую награду.

* * *

Разгром войск Деникина и Колчака ознаменовал собой коренной перелом в ходе гражданской войны в пользу Советской власти. Советская страна твердо вышла к рубежам Ледовитого океана, Балтийского, Каспийского, Азовского и Черного морей.

Весной 1920 г. перед Рабоче-Крестьянским Красным Флотом была поставлена задача: совместно с Красной Армией полностью завершить освобождение Родины, восстановить [42] и защитить ее морские границы. Предстояло прежде всего разбить войска Врангеля, засевшего в Крыму, и освободить все побережье Черного и Азовского морей.

Численность войск Врангеля достигала 150 тыс. человек. Внушительную силу представлял и военно-морской флот интервентов и белогвардейцев - свыше 100 кораблей различных классов и типов. У белогвардейцев было около 50 самолетов.

Чтобы выполнить поставленную задачу, потребовалось сосредоточить на юге не только войска Красной Армии, но и создать морские силы Черного и Азовского морей, усилить их авиацией и артиллерией.

Под личным контролем В. И. Ленина шла организация этих сил, их техническое оснащение. Так, в телеграмме члену РВС Юго-Западного фронта И. В. Сталину В. И. Ленин требовал внимательного обсуждения положения с Врангелем и уведомлял, что фронту будет выделено "больше патронов, подкреплений и аэропланов"{73}.

В мае 1920 г. на Черное море направляется Аральский (Туркестанский) гидроотряд (начальник - морской летчик Б. В. Глаголев). В состав морской авиации Черного моря вошел и Одесский гидроотряд (начальник - морской летчик Гаркавин) и гидроотряд Днепровской военной флотилии (начальник - летчик В. Н. Филиппов, комиссар - военный моряк К. Д. Дюков). В связи с окончанием боевых действий на Волге и в северной части Каспийского моря распоряжением штаба морских сил республики в июле 1920 г. на юг перебрасывается воздушная бригада Волжско-Каспийской флотилии, за исключением одного гидроотряда{74}. С прибытием указанных частей в Николаев создаются Воздушные дивизионы Черного и Азовского морей. Части морской авиации в оперативном отношении были подчинены начальнику воздухфлота Юго-Западного фронта.

Основными задачами морской авиации являлись: воздушная разведка районов Одесса - Очаков - Перекоп, северной и восточной части Азовского моря, Керченского пролива и Кавказского побережья; отражение вражеских налетов на Очаков, Николаев, Мариуполь и бомбардировка кораблей и войск противника. С июня по ноябрь 1920 г. летчики морской авиации вели борьбу с противником на [43] суше и на море. Так, 19 июня начальник Туркестанского гидроотряда морской летчик Б. В. Глаголев, ведя на самолете М-9 разведку по маршруту Николаев - Кинбурнская Коса - Очаков, обнаружил подводную лодку противника и обстрелял ее. При втором заходе на цель Глаголев сбросил 4 пуда бомб, которые взорвались вблизи лодки. Он же 26 июня вел бои с эсминцем и транспортом противника в Тендровском заливе.

Отважно сражался на самолете "Эльфауге" начальник Одесского гидроотряда морской летчик Гаркавин. 24 июня у острова Долгий в Ягорлыцком заливе он обнаружил 8 неприятельских кораблей. Летчик обстрелял корабли и вернулся на базу. На следующий день Гаркавин снова вылетел на поиск. У острова Долгий им был обнаружен транспорт, идущий в охранении катеров и тральщиков. Зайдя со стороны солнца, Гаркавин снизился до 50 метров и сбросил 2,5 пуда бомб. Одна бомба взорвалась на корме тральщика, вторая - у машинного отделения, третья - у борта. Корабль стал тонуть. С катеров открыли огонь по самолету, повредили плоскость и стабилизатор, но отважный летчик благополучно вернулся на свой аэродром.

Активно воздействовали морские авиаотряды и по войскам врангелевцев. Упорные бои развернулись 15 июня за переправы через Днепр под Херсоном. У противника был отбит Станислав и несколько других населенных пунктов на левом берегу Днепра. В успехе наших войск решающую роль сыграли действия гидросамолетов Днепровского гидроотряда, систематически бомбардировавших войска и переправы противника.

Готовясь к контрнаступлению, противник сосредоточил войска и технику в районе Алешки, Голая Пристань. Морские летчики В. Н. Филиппов, Э. М. Лухт, механики А. В. Шляпников и П. Орлов на самолетах М-9 нанесли внезапный бомбовый удар по пристаням и плавсредствам противника, уничтожив много врангелевцев. Через несколько часов налет повторил в качестве летчика Александр Шляпников с механиком Петром Орловым. Им удалось двухпудовой бомбой разбомбить белогвардейский штаб. Контрнаступление врага было сорвано{75}. [44]

Командующий морскими силами Юго-Западного фронта Н. Ф. Измайлов в приказе от 19 июня 1920 г. дал высокую оценку боевой деятельности летчиков:

"От имени Рабоче-Крестъянского Правительства объявляю горячую благодарность красным героям гидроавиационных отрядов, участвовавшим в бою с белогвардейскими бандами под Херсоном 15 июня и героически выполнившим возложенные на них боевые задачи. С чувством глубокой благодарности будут вспоминать имена красных героев - гидроавиаторов при чтении истории Мировой революции"{76}.

В последующем гидроавиация наносила удары по кораблям противника, которые обстреливали укрепленные участки побережья. Береговые батареи, вооруженные 120 - 150-мм орудиями, не могли состязаться с 12-дюймовыми орудиями вражеских линкоров и крейсеров. На помощь немедленно приходила морская авиация. Она отгоняла корабли от побережья и бомбила их в базах.

15 сентября в Тендровский залив с моря вошел транспорт противника и стал на якорь около крейсера "Кагул". Морские летчики В. Н. Филиппов, С. Е. Семененко и П. И. Гарусов, вылетев из Очакова на гидросамолетах М-9, атаковали корабли и сбросили на них 9 бомб. 21 сентября они снова бомбили корабли, плавучую батарею противника в Тендровском заливе и вражескую аэробазу на острове Тендра, сбросив 7 пудов бомб. Отмечались попадания в корму одного из эсминцев и возникшие пожары на аэробазе противника{77}.

В боях принимали участие и морские летчики 1-го воздушного дивизиона, приданного Азовской флотилии. Совместно с кораблями они вели упорную борьбу за господство на море.

14 сентября отряд белогвардейских судов в составе 4 канонерских лодок, миноносца "Звонкий" и двух сторожевиков обстрелял побережье в районе Бердянска, а затем ушел в море. На разведку вылетели морские летчики. Они обнаружили противника, установили состав его сил, обстреляли корабли. На рассвете 15 сентября отряд кораблей Азовской флотилии (канонерские лодки "Буденный", [45] "Красная Звезда", "Знамя социализма" и другие) под командованием С. А. Хвицкого и комиссара Я. И. Озолина вышли навстречу противнику. У косы Обиточной произошел 7-часовой бой. Враг потерял канонерскую лодку "Салгир", две другие были повреждены. Не выдержав боя, суда противника отошли в Керченский пролив, где попали под бомбы наших гидросамолетов{78}.

В начале октября советские летчики приняли активное участие в ликвидации попытки Врангеля нанести удар с моря на участке Мариуполь - Таганрог. По вошедшей в Азовское море врангелевской флотилии группа наших сухопутных и морских самолетов нанесла несколько бомбардировочных ударов. За два дня на суда противника было сброшено более сотни бомб. Корабли противника, получив серьезные повреждения, вынуждены были отойти от берега{79}.

Интенсивность боевого применения сухопутной и морской авиации особенно возросла в период ликвидации белогвардейской армии Врангеля в октябре - ноябре 1920 года.

Свыше 1300 боевых часов налета и около 650 пудов бомб, сброшенных по войскам и кораблям противника, - таков боевой счет морских летчиков Черного и Азовского морей за 1920 год{80}. В боях за Крым особо отличились морские летчики Е. М. Кошелев, М. А. Коровкин, Э. М. Лухт, А. В. Шляпников, С. М. Кочедыков, Б. В. Глаголев, аэронавт П. В. Федосеенко и другие.

В 1920 г. морская авиация Сибирского гидроотряда обеспечивала боевые действия Сибирской военной флотилии при окончательном разгроме колчаковщины, а в марте 1921 г. авиация Балтийского флота принимала участие в подавлении контрреволюционного Кронштадтского мятежа.

За 13 дней боевых действий балтийские летчики совершили 77 боевых вылетов с налетом 68 часов. На мятежные корабли и военные объекты острова Котлин было сброшено 100 бомб общим весом в 65 пудов, 50 фунтов литературы, произведены киносъемка и две фотосъемки. [46]

Командующий 7-й армией М. Н. Тухачевский и начальник воздухфлота республики А. В. Сергеев отметили, что

"из всех эскадрилий лучше всех дисциплинированна в смысле точного выполнения задания моравиация"{81}.

За отличное выполнение боевых заданий и проявленное при этом мужество морские летчики Д. Д. Антипов, А. А. Таскинен, А. П. Комаров, Л. В. Ковалевский, М. Е. Линдель были награждены орденами Красного Знамени.

В период гражданской войны морским летчикам приходилось сражаться и в составе авиационных отрядов Красной Армии. В январе - марте 1918 г. авиаотрядом истребителей в борьбе против войск Каледина и немецких оккупантов на Украине командовал морской летчик С. Э. Столярский. В составе 1-й советской авиагруппы воевал морской летчик И. В. Сатунин. В боях за Казань он сбросил свыше 25 пудов бомб на войска белочехов, за что был награжден орденом Красного Знамени.

* * *

В огне гражданской войны морская авиация с честью выдержала все испытания, стала грозной силой в борьбе против воздушного и морского противника.

Летчики морской авиации с августа 1918 г. по март 1921 г. совершили около 3000 самолето-вылетов, налетали 4065 часов, провели свыше 30 воздушных боев, подбили несколько вражеских самолетов и сбросили на неприятеля более 30 т бомб, свыше 50000 металлических стрел и несколько десятков пудов агитационной литературы (15% боевых вылетов, 16% часов налета и 32% общего веса сброшенных бомб от соответствующих показателей боевой деятельности всей советской авиации за период гражданской войны).

Опыт гражданской войны показал, что морская авиация способна успешно действовать на морских и сухопутных театрах днем и ночью, самостоятельно и во взаимодействии с сухопутной авиацией. Она решала задачи воздушной разведки, наносила бомбардировочные удары по кораблям и сухопутным войскам противника, прикрывала с воздуха свои войска и корабли. Одновременно в [47] период войны вырабатывались новые принципы боевого применения морской авиации: массирование, сосредоточение усилий на направлении главного удара, внезапность действия и другие.

По характеру выполняемых задач морская авиация являлась важным родом сил РККФ и предназначалась главным образом для борьбы с вражеским флотом.

С изгнанием интервентов, с окончанием гражданской войны начался новый период в развитии авиации Рабоче-Крестьянского Красного Флота. [48]

Дальше