Содержание
«Военная Литература»
Военная история

Глава XIII.

Крушение вместо мирового владычества
(январь - ноябрь 1918 г.)

В районе Британских островов 1918 год начался спокойно. Подводные лодки все еще проходили через Английский канал, но с каждым месяцем препятствия их движению становились более сложными и опасными. Командиры подводных лодок не могли без тревоги думать о том, что, возвращаясь из крейсерства, им придется проходить через опасные воды между Сциллой мин и Харибдой дозоров. Фландрская флотилия теряла каждую неделю по одной лодке. Было подсчитано, что средняя продолжительность жизни каждой лодки этой флотилии составляет не более шести походов. Даже по возвращении на базы они не имели покоя. Непрерывные налеты союзных воздушных сил, забрасывавших базу в Брюгге бомбами, еще более усилили то напряженное состояние, в котором находился личный состав этих фландрских лодок. Для защиты подводных лодок в Брюгге были построены бетонные бомбонепроницаемые убежища с покрытиями 1, 8 м толщиной, несколько подобных убежищ были сооружены и в Зеебрюгге. Только изредка удавалось воздушным силам наносить существенный ущерб подводным лодкам в их берлогах. В мелководных районах Северного моря подводные лодки боялись самолетов, глубина здесь была недостаточной, чтобы укрыться от воздушного наблюдения. Гайер признает, что весной англичане завоевали превосходство во фландрском районе, и утверждает, что было бы гораздо разумнее постепенно распределить фландрские лодки и их команды по флотилиям Северного и Средиземного морей. Даже в начале 1918 г. подводные лодки, выходившие в крейсерство в Бискайский залив, встречались с огромными трудностями, которые к концу [312] лета того же года стали непреодолимыми. В 18 милях от побережья проходило бельгийское прибрежное заграждение, простиравшееся на 35 миль от Дюнкерка до устья Шельды. Единственным способом избежать длинного окружного пути через голландские воды была попытка прорваться прямо через заграждение. Для обхода вокруг его оконечностей глубины были слишком малыми, так же как и для прохода в погруженном положении под сетями, увешанными минами и охраняемыми дозорами. Лодки могли надеяться проскользнуть через прибрежное заграждение только ночью. Преодолев это первое препятствие, подводные лодки встречали дуврские сети от Гудвинских мелей до банки Сну. И здесь лодки могли предпринимать попытку проскользнуть только под покровом ночи, хотя в этом месте большая глубина позволяла подныривать под минированную преграду. Наконец, наступал самый критический момент прорыва через Дуврский пролив. Поперек пролива от мыса Гри-Нэ до Фолкстона была поставлена большая стена из сверхчувствительных мин, а над этой большой подводной преградой из стали и взрывчатого вещества непрерывно стояли на страже дозорные суда. Гигантские береговые прожекторы, лучи которых встречались посредине канала, превращали ночь в день, по краям этих ненавистных снопов света скрывались другие дозорные суда. Сначала дозоры снабжались только факелами из магния (magnesium flares). Иногда факелы не действовали, и стоявшая в ожидании подводная лодка, пользуясь удобным случаем, прорывалась сквозь неосвещенное место и проходила. Это в самом деле было ее единственным шансом. Пройдя эту морскую «долину смерти», лодка могла надеяться избежать самолетов и дозорных подводных лодок в Канале. Укрытые стоянки, которыми до сих пор пользовались подводные лодки, превратились в гнезда британских мин - в смертельные ловушки, которых надо было избегать. Всякое судно, вплоть до какого-нибудь ветхого брига, могло оказаться опасной ловушкой. В небе, на поверхности моря, под волнами - всюду были западни и ловушки, силки и смертоносные машины, дозоры и суда-ловушки, сети и мины. Каждая набегавшая волна, казалось, нашептывала неизбежный ужасный конец. Только среди простора океана команда лодки могла дать некоторый [313] отдых своим напряженным нервам. Она могла жить настоящей минутой: она могла не думать о предстоящей попытке возвращения, о вероятной смерти почти рядом со своими базами. Случаи умопомешательства, хотя и имевшие место среди личного состава подводных лодок, не были многочисленными, но командиры преждевременно старились. Немногие из фландрских «асов» пережили войну, они вряд ли могли надеяться на это, когда их менее опытные собратья погибали дюжинами. Было уничтожено не менее 80 фландрских подводных лодок, 145 офицеров и более 1000 членов команды.

Район гибели субмарины германское командование могло установить только приблизительно. Что же касается обстоятельств, сопровождавших исчезновение лодки, то здесь были возможны по крайней мере три варианта. Лодка и команда могли погибнуть вместе, команда или часть ее могла быть спасена при гибели лодки, наконец, лодка и команда могли быть захвачены. О взятии команды в плен немцы в конце, концов узнавали путем обмена списками военнопленных. Об обстоятельствах же гибели подводной лодки германское командование могло знать очень мало. Британская сторона хранила полное молчание, мрачное и зловещее. «Бесследное потопление» оказывалось обоюдоострым мечом - торговые суда и подводные лодки могли подвергаться ему на равных основаниях. Семь лет спустя Гайер засвидетельствовал, насколько разумной была британская политика неумолимого молчания. «Ввиду отсутствия данных о причинах гибели U-84, U-87, U-93 и U-95 при проходе Дуврского пролива в январе и сведений о постановке дополнительных заграждений коммодор Михельсен приказал снова ходить окружным северным путем»{156}.

В действительности ни одна из этих лодок не погибла в проливе, все 4 достигли западных вод и там были уничтожены при различных обстоятельствах. Из обширных пространств Атлантического океана не доходило ни голоса, ни знака, ни следа их судьбы.

Обстоятельства, при которых закончила свою карьеру U-87, описаны выше. U-93 (Герлах) была случайно протаранена пароходом [314] «Braeneil» у мыса Лизард 7 января{157}. Этой лодкой в свое время командовал Шпигель, который имел на ней бой с знаменитым судном-ловушкой «Prize». Он покинул лодку, тонущей под его ногами, а сам спасся вплавь. Циглёр, приведший разбитую и протекающую лодку домой, не был на лодке в момент ее гибели, так как находился в отпуске по болезни, U-95 (Принц) до своего таинственного исчезновения, несомненно, пришла в западные воды. Не была ли она той лодкой, которая, забросанная бомбами с двух французских гидросамолетов у Гернси, после шести отчаянных попыток всплыть перевернулась и исчезла? U-84 под командованием Рера, участника ожесточенного боя с судном-ловушкой «Penshurst» годом раньше, была таранена и потоплена сторожевым кораблем РС-62 в канале Св. Георгия 26 января.

Первые месяцы 1918 г. были отмечены рядом преступных нападений на госпитальные суда, подобных тем, которые характеризовали жестокие убийства 1917 г. В августе 1917 г., когда Берлин согласился на назначение 11 испанских офицеров на службу в Средиземном море, германское правительство подтвердило, что Атлантический океан и Северное море свободны для госпитальных судов. Поэтому Эвонмот (Avonmouth) был избран как порт, подходящий для высадки привезенных морем раненых и больных, и в течение последних месяцев 1917 г. в Бристольский канал входили большие белые суда, наполненные эвакуированными с полей сражения и из окопов. В ночь на 4 января одно из этих госпитальных судов, «Rewa» (7308 тонн, ), шло Бристольским каналом со скоростью 8-9 узлов с ярко горящими обычными отличительными огнями. Оно шло с Мальты с 279 ранеными, 79 человеками персонала и 207 членами команды. Испанский офицер был высажен в Гибралтаре по установлении лояльности [315] судна. В 23 часов 15 минут судно находилось в 19 милях на W1/4S от мыса Хартленд-Пойнт, ночь была тихая и ясная. U-55 (Вернер) выпустила из темноты торпеду, взорвавшуюся посредине корабля. Четыре человека команды были убиты на месте. «Rewa» сразу же начал тонуть. Раненые и персонал были быстро посажены в шлюпки и подобраны патрульными судами. В 2 часа «Rewa» затонул. Такая гнусность, особенно в водах, в которых госпитальным судам была гарантирована безопасность от нападений, вынудила Берлин намекнуть, что катастрофа произошла от мины. Однако британский министр иностранных дел Бальфур указал, что в этом же самом районе, в тот же самый день, было атаковано дозорное судно. 2 дня спустя пароходы «Spenser» (4186 тонн) и «Halberdier» (1049 тонн) были подорваны торпедами с подводной лодки в этом именно районе. Ни один из подводных заградителей U C не ставил мин в тех районах, где могли действовать другие германские подводные лодки. Более того, находившиеся на судне заметили перед самой атакой низкий огонь у самой поверхности воды. Позднее стало известно, что это бессмысленное и намеренное нападение на беспомощных раненых было произведено Вернером - командиром, который уже пользовался дурной репутацией и о котором мы слышим еще не в последний раз.

В январе было подорвано торпедами и потоплено 57 британских торговых судов - на 19 судов меньше, чем в предыдущем месяце. В числе судов, уничтоженных вокруг британских островов, были: включенный в состав флота для конвойной службы «Mechanician» (9044 тонны) 20-го в 8 милях на W от мыса Св. Екатерины с 13 человеками; пароход компании «Кьюнард» «Andania» (13 405 тонн) неделей позже в 2 милях на NNO от острова Рэтлин с 7 человеками. В начале 1918 г. подводные лодки стали особенно активны в районе к северу от Ирландии, поэтому для защиты подходов к Клайду, Белфасту и Ливерпулю в Северном канале было поставлено глубинное минное поле. Работа была выполнена британскими минными заградителями при содействии крейсера США «Baltimore», превращенного в заградитель. По проекту, поле должно было состоять из 10 000 мин. Ко времени заключения перемирия оно еще не было закончено, и [316] приходилось полагаться на суда с гидрофонными установками и подводные дозоры. Более всего германские подводные лодки тревожило опасение, что где-нибудь на фланге скрывается подводная лодка противника. Имели место случаи, когда германская подводная лодка всплывала на поверхность одновременно с английской. Обе поспешно ныряли, и германская как можно скорее уходила от столь опасного места. В чрезвычайно рискованных условиях приходилось работать подводным лодкам союзников. Им было запрещено плавать вне указанного патрулируемого района, так как эскадренные миноносцы имели инструкцию топить при первом появлении любую подводную лодку, обнаруженную вне данного района. Командиры британских субмарин свидетельствовали о действенности работы «охотников», после того как сами становились по несчастливой случайности или по недоразумению объектами нападения. 3 британские и 2 итальянские лодки были случайно потоплены своими же или союзными дозорами. В течение 1918 г. через Северный канал шли непрерывным потоком американские транспорты с войсками, и неприятельские подводные лодки прилагали огромные усилия, чтобы перехватить и уничтожить их. Командиры германских подводных лодок особенно жаловались на многочисленные британские гидросамолеты и воздушные корабли в Ирландском море, их не пугали бомбы, падавшие вокруг них, но им не нравилось, что за всеми их передвижениями наблюдают и о них доносят.

Кроме 4 подводных лодок, гибель которых описана выше, в январе были уничтожены в водах вокруг Британских островов еще 4 лодки. 19 января на минных полях в Гельголандской бухте погибла одна из прибрежных лодок, приписанных к флотилиям Северного моря. UB-22 (Вакер), а на следующий день за ней последовали на дно 3 германских миноносца. 26-го в Дуврском районе внезапно погибли еще 2 подводные лодки. Во время патрулирования эскадренный, миноносец «Leven» заметил перископ и сбросил на это место глубинные бомбы, на воде показались 7 человек команды UB-35 (Штетер), но подобрать удалось только одного, который вскоре умер. В другом случае дрифтер «Beryl III» встретил утром около 8 часов у мыса Гри-Нэ большую лодку [317] U-109 (Рей). Она стояла без хода, по ней был открыт огонь, она нырнула, но прежде чем она успела сделать это, было замечено попадание в боевую рубку. Через 2 часа сторожившие кругом корабли услышали сильный двойной взрыв. Во многих местах на побережье ходят легенды о погрузившихся в воду целых населенных районах и о звоне церковных колоколов в глубине моря. От Англии до Франции висели теперь под волнами колокола смерти, закованные в сталь, начиненные смертью мины, готовые звонить погребальным звоном о подводных лодках. Из глубины еще раз раздался этот страшный перезвон. Двойной взрыв отметил гибель U-109, одной из лучших и новейших подводных лодок, построенных германскими верфями.

Через 2 дня после двух вышеописанных успехов, т. е. 28 января, гидрофоны Грентонского траулера «W. S. Bailey» обнаружили у залива Форта подводную лодку, очевидно, поджидавшую прохода скандинавского конвоя. Как только место, откуда шел звук, было определено, там сбросили глубинные бомбы. Прошло несколько часов. На поверхность воды не всплыло никаких обломков, которые указали бы на возможное повреждение лодки. Не было слышно и шума моторов. Затем при лунном свете всплыл корпус UB-63 (Гебешус), был ясно виден перископ, согнутый под углом 45°. Снова были сброшены глубинные бомбы, на этот раз траулером «Fort George», и поврежденная подводная лодка исчезла навсегда.

В феврале подводными лодками было потоплено 68 британских судов в 224 501 тонну гросс, причем погибло 697 человек. Последняя цифра объясняется тем, что на некоторых судах погибло много людей. 4-го пароход компании «Кьюнард» «Aurania» (13 936 тонн) был пущен ко дну в 15 милях на N1/2W от Инстрахол (Instrahull) с 8 человеками. В тот же день «Treveal» (4160 тонн) затонул у острова Скерри (Энглси), унеся с собой 33 человека команды. На следующий день, 5 февраля, «Mexico City» (5078 тонн) затонул в 15 милях на WtSl/28 от Саут-Стэк, Холихэд (South Stack, Holyhead), причем погибло 29 человек. В этот же день подводные лодки добились своего первого успеха против атлантических транспортов с войсками. В 7 милях от острова Рэтлин (Rathlin) пароход компании «Энкор» «Tuscania» [318] (14 348 тонн), шедший из Галифакса в Ливерпуль с 2000 солдат и грузом, был смертельно поражен торпедой и через 2 часа затонул. Отчасти вследствие опрокидывания шлюпок при спуске с накренившегося парохода, отчасти вследствие того, что шлюпки направлялись к берегу, вместо того чтобы остаться около судна, погибло много людей - 166 солдат и 44 матроса. При потоплении «Merton Hall» (4327 тонн) 11 февраля в 30 милях на NtO от Уэссана погибло 57 человек; при гибели «Renfrew» (3830 тонн) 24-го в 8 милях на SW от мыса Св. Анны (St. Ann's Head) утонуло 40 человек. Другие корабли тонули с 20-30 членами команды, но самым тяжелым несчастьем было потопление второго госпитального судна в 1918 г. Около 4 часов 26 февраля было подорвано торпедой с UC-56 (Кизеветтер) госпитальное судно «Glenart Castle» (6824 тонны). Оно направлялось из Ньюпорта (в штате Монтана) в Брест для приемки раненых и везло 64 человека администрации и 122 члена команды. Оно шло со скоростью 10 узлов, со всеми огнями, и находилось в 10 милях на W от острова Ланди (Lundy), когда торпеда поразила его в правый борт. Взрыв повредил динамомашины, погрузил судно в темноту и уничтожил радиоустановку. Палуба была разорвана, шлюпки разбиты, оставшихся было недостаточно для приемки всего личного состава. В довершение всего море было бурное, а погода исключительно холодная. Пароход, принадлежавший компании «Юнион Касл Лайн», затонул за 7 минут. Уцелевшие звали UC-56 на помощь, но их призыв остался без ответа. Шлюпки залило в бурном море, и на следующее утро французская яхта «Le Faan» и американский эскадренный миноносец «Parker» нашли только 30 человек уцелевших. Всего в результате этого преднамеренного нападения погибло 8 сестер, 7 врачей, 43 рядовых военно-санитарного ведомства и 95 членов команды. За 7 минут до выстрела торпедой видели, как подводная лодка шла полным ходом вперед, чтобы занять выгодную позицию для атаки.

В феврале были уничтожены 4 германские подводные лодки. 4-го UC-50 (Зойфер) была забросана у мыса Дэндженес глубинными бомбами с «составного» эскадренного миноносца, называшегося «Zubian», что послужило оправданием необычного [319] способа постройки этого корабля{158}. Через 4 дня около 21.30 во время попытки UB-38 (Бахман) пройти Дуврским проливом у французского берега она была обнаружена дрифтером «Gowan II». Видя себя освещенной факелами, она нырнула, чтобы не быть тараненной дрифтерами. Последовало 3 взрыва. Этот случай, по словам Шеера, заставил понять, «что пролив почти непроходим»{159}. После этого только фландрские лодки пытались проходить проливом, но в апреле большинство их отказалось от этих попыток. Однако небольшое число самых неустрашимых командиров упорствовало в этих попытках до сентября.

Было ясно, что необходимо принять меры для разрушения этой новой грозной преграды или проделать в ней проход Подобно тому как камень за камнем воздвигалась стена Адриана, чтобы оградить Англию и сдержать варваров пиктов и скоттов, так мина за миной воздвигалась подводная преграда между белыми скалами старого Альбиона и «прекрасной Францией». Не только в этом проливе против подводных лодок медленно воздвигалась стена из мин; в Гельголандской бухте поля смерти становились все обширнее. В январе подводная лодка, пытавшаяся выйти в крейсерство через выходы из бухты, обнаружила на своем пути новое минное заграждение и была вынуждена повернуть обратно и пройти через Каттегат. В итоге она подошла 12 февраля к Хартлпулю, имея в запасе ровно столько горючего, чтобы немедленно вернуться на свою базу. Личный состав подводных лодок больше не комплектовался добровольцами, ощущался недостаток в опытных мотористах и главных старшинах. Стало очевидно, что подводные лодки охотнее сдаются, чем оказывают упорное сопротивление.

В ночь на 15 февраля германская флотилия эскадренных миноносцев под командованием Хайнеке вышла для уничтожения «светового» заграждения, делавшего ночь в проливах подобной дню. Настойчивые призывы фландрского отряда вынудили [320] Шеера выделить эти быстроходные эскадренные миноносцы Флота открытого моря для решительного нападения на дозоры. О невидимой стене мин под массированными дозорами немцы ничего не знали, и набег был напрасен. Тайна глубинных полей была хорошо сохранена. Около полуночи в темноте и в тумане германские корабли бросились на суда, охранявшие заграждения. Они нашли здесь 40 дрифтеров, полдюжины траулеров, несколько тральщиков и эскадренный миноносец. Дозоры находились на 14 миль дальше в Дуврском проливе, чем во время предыдущего набега в октябре 1916 г., и имели в прикрытии значительно большее число эскадренных миноносцев. Однако противнику удалось уничтожить 1 траулер и 7 дрифтеров, а также повредить несколько других судов, причем потери с британской стороны составили 22 убитых, 54 пропавших без вести и 13 раненых. Было ясно, что необходимо усилить защиту. Следующей ночью световое заграждение снова действовало, и пролив по-прежнему охранялся.

Дальше к западу в Английском канале при попытке атаковать конвой закончила свою карьеру UB-17 (Браншейд). К концу войны дозоры, находившиеся дальше в Английском канале, жаловались, что Дуврский патруль не пропускает подводные лодки, делая их службу невыносимо однообразной. В данном случае эскадренный миноносец «Onslow», сопровождавший конвой, находился у Портленда, когда заметил, как под килем у него прошла торпеда. Повернуть по следу торпеды и сбросить глубинные бомбы в том месте, откуда она была выпущена, было нетрудно. UB-17 всплыла, накренилась на левый борт и затонула.

К северу от Ирландии подводные лодки продолжали уничтожать суда. В ночь на 12 февраля одна из них, U-89 (Баук), была таранена и потоплена со всем личным составом бронированным крейсером «Roxburgh», сопровождавшим океанский конвой, ее место заняли другие подводные лодки, потопившие много больших судов. 1 марта вооруженный вспомогательный крейсер, большой пароход компании «Аллан Лайн» «Calgarian» (17 515 тонн), также несший конвойную службу, погиб от торпед U-19 (Шпис), этой реликвии довоенного подводного флота Германии. «Calgarian» находился в Северном канале у острова Рэтлин, когда торпеда поразила его с дистанции [321] 180 м. Шпис, видя, что пароход еще держится на плаву, вернулся, чтобы завершить свою работу. Несмотря на охрану из 7 эскадренных миноносцев, 11 траулеров и 3 сторожевых кораблей, ему удалось выпустить 2 торпеды, чтобы прикончить свою жертву. Другой тяжкий удар был нанесен подводными лодками 15 марта, когда почтовый пароход «Amazon» (10 037 тонн, ) был потоплен в 30 милях к WtN от мыса Мэлин-Хэд. К концу месяца в Канале Св. Георгия действовала U-101 (Георг), а у Мэлл-ов-Гэллоуэй (Mull of Galloway) - U-90 (Иец). Вследствии оба этих командира за свои нападения попали в список военных преступников. Первый потопил 12 марта «Trinidad» (2592 тонны), причем погибло 39 человек. Вторым образцом деятельности Георга было потопление небольшого «Lough Fisher» (418 тонн) со всем личным составом 30 марта в 12 милях на SSO от мыса Хэлвик-Хэд. Одним из уничтоженных больших судов был «Etonian» (6515 тонн), затонувший 23-го в 34 милях к StOl/20 от Олд Хэд-ов-Кинсейл (Old Head of Kinsale) после больших усилий отбуксировать его в порт. При нападении на «Сотriе Castle» (5173 тонны) 14-го в Английском канале подводная лодка была замаскирована под дрифтер с поставленными трубой и кормовым парусом и несла красный огонь. Дав гудок сиреной, она только-только разошлась с пароходом компании «Юнион Касл Лайн» и быстро пустила в него торпеду. На следующее утро пароход был отбуксирован в тонущем состоянии на рейд Св. Плены (о. Уайт) (St. Helen's Roads).

Нападение на атлантические конвои, приближавшиеся к побережью Северной Ирландии, было рискованным делом для подводных лодок. Из книги Шписа можно получить представление об опасностях, связанных с подводными крейсерствами, В свое следующее крейсерство на U-19 Шпис необдуманно возвратился на место своей последней победы и, едва спасшись, вернулся домой, чтобы рассказать о своих приключениях{160}. Другим не так повезло. 15 марта эскадренные миноносцы [322] «Michael» и «Moresby», патрулировавшие в этих водах, застигли U-110 (Кроль) непосредственно после уничтожения ею парохода. Эскадренные миноносцы подобрали команду с одной из шлюпок, затем, заметив на поверхности след от погружения подводной лодки, сбросили над ней глубинные бомбы. Вынужденная подняться на поверхность, U-110 была прикончена орудийным огнем, причем 6 человек ее команды были спасены. В ночь на 26-е дозоры в южной части Ирландского моря добились очередного успеха, когда дозорное судно РС-51 в канале св. Георгия забросало глубинными бомбами U-61 (Дикман). Этот случай интересен тем, что первоначальное намерение таранить пришлось в последний момент оставить, так как заклинило руль. РС-51 описало полукруг и отошло от противника. К счастью, задержка была быстро устранена

На Дуврском барраже в марте погибла одна подводная лодка. 10-го рано утром UB-58 (Леве) пыталась пройти через пролив, но увидела на своем пути 6 дрифтеров и нырнула навстречу смерти. На следующий день у Линкольнширского побережья от глубинных бомб эскадренных миноносцев «Retriever», «Sturgeon» и «Thruster» погибла UB-54 (Хехт). Эскадренные миноносцы готовились образовать завесу впереди шедшей в крейсерство дивизии легких крейсеров, когда примерно в 1 миле слева по носу «Sturgeon» была замечена рубка подводной лодки. Злополучная лодка появилась прямо среди флотилии. Впереди шел «Sturgeon», слева вырисовывалась «Retriever», а справа - «Thruster». UB-54 сразу же погрузилась, пытаясь проскользнуть в быстро сужавшийся промежуток между преследовавшим ее «Sturgeon» и приближавшейся «Retriever», «Sturgeon» нагнал ее. Эскадренный миноносец смело пошел по следу подводной лодки и сбросил с обоих бортов глубинные бомбы, установленные на 40 футов.

Когда взрывы прекратились, над водой показался под большим углом нос UB-54 . «Sturgeon» снова повернул на нee. UB-54 сделала отчаянную попытку спастись погружением, но £ тот момент, когда она скрылась под волнами, за ней последовал остаток глубинных бомб со «Sturgeon», 2 бомбы с «Retriever» и 2 - с «Thruster». Пятно нефти и обломки отметили место этой лихой атаки, но, так как не было спасено уцелевших и не было видно трупов, адмиралтейский отчет [323] отметил лодку только «вероятно потопленной». Спустя 7 недель «дальнейшие сведения» рассеяли все следы сомнения в исходе атаки{161}. Наконец, вдали от этих прибрежных вод UC-48 была настолько повреждена в бою с дозорными судами, что вынуждена была 24 марта искать убежища в Ферроле, где и была интернирована{162}.

10 марта было атаковано еще одно госпитальное судно. В этот день в Бристольском канале было потоплено несколько судов. К вечеру «Guildford Castle» (8036 тонн), шедший из Кейптауна в Эвонмот с 438 ранеными, приближался к концу своего долгого перехода. В 17.35 четвертый помощник заметил след торпеды на расстоянии около 650 м. Пароход положил лево на борт, получил удар каким-то погруженным предметом, вздрогнул и накренился на 4°. Затем он выровнялся, но сразу же были посланы сигналы о помощи. Однако обследование не обнаружило повреждений, и судно благополучно дошло до порта. При осмотре корпуса был найден след вдоль левого борта, по которому скользнула торпеда. Кроме того, два или три человека видели перископ. Судно было, конечно, ярко освещено и несло все установленные знаки своего гуманитарного назначения.

В апреле подводные лодки потопили 67 британских судов общим водоизмещением 209 465 тонн. С этого времени число и тоннаж уничтожаемых судов пошли на убыль с небольшими колебаниями, но в общем с тенденцией к снижению. Михельсен указывает, что в апреле в море находились 22 лодки Северного моря, в мае, когда немцы сделали последнюю попытку снова достигнуть потерянного положения, это число возросло до 27.

15 апреля пароход компании «Аллан Лайн» «Pomeranian» (4241 тонна) был потоплен в 9 милях на NWtW от Портленд-Биля так быстро, что из 56 человек его команды спасся только один. Выплыв на поверхность воды, он уцепился за рангоут под самым вороньим гнездом (crow's-nest). Пароход [324] уже стал на грунт, и матроса вскоре сняли с его ненадежного убежища. На следующий день пароход компании «Кэнэдиен Пасифик» «Lake Michigan» (7640 тонн) был потоплен в 93 милях на NW от острова Игл (Eagle Island), 28-го в 12 милях к западу от острова Бардси (Bardsey) был также потоплен пароход «Oronsa» (8075 тонн), причем погибли 3 человека. 2 судна подорвались на минах, за весь 1918 г. от мин погибло только 10 британских судов.

Интересно сравнить апрель 1918 г. с этим же трагическим месяцем предыдущего года. В 1918 г. было потоплено 67 судов водоизмещением 209 469 тонн; 12 месяцами раньше было уничтожено 155 британских судов в 516 394 тонн. В сентябре 1918 г. потери снизились до 48 судов в 136 859 тонн. Этот результат был достигнут, несмотря на дополнительную работу по охране американских воинских транспортов.

В апреле на Дуврском барраже погибли еще 2 подводные лодки. 11-го UB-33 (Грегор), избегая бдительности дивизиона дрифтеров, погрузилась на свою погибель. Несколько недель спустя из погибшей лодки был поднят стальной ящик, содержавший секретные коды и сигнальные книги, 22 апреля через Дуврский пролив проходила UB-55 (Веннингер). Показались траулер и 7 дрифтеров. UB-55 поспешно погрузилась, раздался оглушительный взрыв, и подводная лодка закрутилась, накренилась и с треском ударилась о дно. Внутри лодки воцарилась темнота. Сквозь переборки просачивалась вода. Лодка лежала на глубине 100 футов (30 м) с разбитыми внутренними сложными механизмами. Вода безжалостно просачивалась внутрь. Были сделаны попытки открыть люк боевой рубки и создать воздушную подушку, поскольку поступающая внутрь вода сдавливала воздух. Люк медленно открылся, и на поверхность вырвался большой воздушный пузырь. 20 человек команды спаслись из своего стального гроба, и на рассвете 3 живых немца были подобраны дрифтером, другой дрифтер нашел еще 3 живых и одного мертвого. В апреле исчезла UC-79 (Крамейер). Немцы приписывают ее гибель мине. Ее разбитый корпус, вероятно, покоится на усеянном погибшими судами дне Северного моря или под Дуврским барражем.

День 23 апреля будет навсегда связан с бессмертной славой операции блокирования Зеебрюгге. Блокирующие корабли были [325] затоплены в устье канала, в Остенде атака потерпела неудачу. В мае попытка была повторена, и поперек входа в канал в Остэнде был затоплен «Vindictive». Обломки крейсера препятствовали более крупным из легких кораблей, вроде эскадренных миноносцев, выходить в море в течение 3 недель и представляли опасность в течение 2 месяцев. Однако через 2 дня после блокирования UB-16 вышла из Зеебрюгге{163} мимо затопленных судов. В Остэнде, когда «Vindictive» развернуло, осталась заблокированной только часть прохода. К этому времени силы фландрского отряда пошли на убыль. Большинство германских источников согласно с тем, что все лодки и личный состав следовало послать в Средиземное море или же весной 1918 г. присоединить к флотилиям Северного моря. Из отечественных портов они все же могли бы предпринимать нападения на торговые суда, курсировавшие между Голландией и Англией или поддерживавшие сообщение со Скандинавией. Вместо этого они оставались на бельгийской базе, пока военный разгром в октябре не заставил увести их оттуда. Дуврский барраж был теперь уже настолько усовершенствован, что старое сетевое заграждение было снято. В августе оно было поставлено опять, но только с минами, от восточных Гудвинских мелей до Гравлин (Gravelines){164}. На прибрежное заграждение фландрских берегов больше не обращали внимания.

После операции 23 апреля только немногие фландрские лодки пытались входить в Английский канал; район их деятельности сократился, и крейсерство было ограничено Северным морем. О том, какой любопытной работой они занимались в летние месяцы, будет сказано ниже. Здесь следует отметить, что командование германскими силами во Фландрии, т.е. военными кораблями, базами, береговыми укреплениями и морскими бригадами на берегу, было возложено на адмирала Шредера. В мае морские силы во Фландрии [326] под командованием Конрада Альбрехта состояли из 19 эскадренных миноносцев, 16 миноносцев типа А, 7 моторных катеров, 24 моторных тральщиков и 4 минных заградителей с 2 флотилиями подводных лодок из 22 единиц UB и 12 - U C. Подводными лодками ведал капитан Бартенбах. По германским сведениям, фландрский отряд подводных сил уничтожил минами и торпедами в общей сложности 2554 судна водоизмещением 4 400 000 тонн, что составляет одну треть всего потопленного тоннажа. Работая от мыса Флэмборо-Хэд на запад до Ирландского моря и отдаленного Бискайского залива, они потеряли 80 своих единиц, что составляет около половины общего числа подводных лодок, погибших в море во время боевого плавания как от противолодочных мероприятий союзников, так и от несчастных случаев{165}.

Если деятельность фландрских лодок сократилась, то большие подводные лодки действовали теперь далеко в Атлантическом океане и совершали крейсерства продолжительностью в 3 месяца. 23 декабря 1917 г. Кольбе, вступивший в командование одной из переделанных лодок типа «Deutschland», вышел на ней в море и вернулся только 19 апреля 1918 г. Под его командованием была, по-видимому, U-152. Во время своего крейсерства она дошла до берегов Португалии и Западной Африки и даже до Канарских островов. Несмотря на продолжительность плавания, Кольбе по возвращении смог доложить о потоплении тоннажа только в размере 30 000 тонн. 14 января из Киля вышла в район Азорских островов U-155 - на этот раз под командованием Экельмана. По возвращении обратно 4 мая командир лодки донес об уничтожении 50 000 тонн судов. В числе уничтоженных судов был угольщик итальянского флота «Sterope» (9550 тонн, ), с которого он взял 7 апреля 45 тонн жидкого топлива. Он также ограбил и потопил испанский пароход «Giralda» (2194 тонны) - 56-е по счету потопленное испанское судно. 28 марта еще одна из этих переделанных торговых подводных лодок, U-157 (под командованием Макса Валентинера), перехватила у Кадикса испанский пароход «Infanta Isabel de Bonbon». Итальянское вспомогательное судно «Prjmeteo» (4455 тонн), потопленное артиллерийским [327] огнем 18 марта в Атлантическом океане, вероятно, также было жертвой этих пиратов.

9 апреля у Монровии появилась U-154 (Герке) и открыла огонь по радиостанции, этим же она была занята, когда появился пароход компании «Демпстэр» «Burutu». По-видимому, Герке принял его за вооруженный коммерческий крейсер, так как прекратил обстрел. На следующий день «Burutu» был атакован большой подводной лодкой. Ему удалось уклониться от торпеды, после чего он был обстрелян с дистанции 2700 м всем четырехорудийным бортовым залпом подводной лодки{166}. Затем дистанция увеличилась до 5500-6500 м. Началась погоня, продолжавшаяся до наступления темноты. Стреляя из своего носового орудия, подводная лодка старалась прижать «Burutu» к берегу, но с наступлением ночи «Burutu» ускользнул от преследования и ушел в Сьерра Леоне. Он пришел в порт с большим креном, получив 2 попадания, 1 человек был убит. Затем U-154 соединилась с U-153, и 25 апреля они встретились с судном-ловушкой «Willow Branch» (бывшая «Бомбила»), возившим грузы между Гибралтаром и Сьерра-Леоне{167}. Это судно было в пути 9-й день и в момент появления 2 больших подводных лодок находилось у мыса Бланке. Чтобы пристреляться по цели, 2 подводные лодки выпустили 30 снарядов. В течение 2, 5 часа бой то разгорался, то утихал. В конце концов горящий остов «Willow Branch» был оставлен командой в числе 53 человек, третий помощник был взят в плен. Что касается противника, то он потерял 1 убитым и 7 ранеными. События, происшедшие затем в этих тропических широтах, были ужасны. На следующий день шлюпки с командой судна-ловушки разошлись. Шлюпка капитана пропала без вести. Другая дрейфовала 8 суток под палящими лучами солнца. Уцелевшие страдали от мучительной жажды. Некоторые из них - всего [328] 11 человек - напились морской воды и сошли с ума. На девятое утро остальные 14 человек вышли на берег в устье реки Сенегал. Двое самых сильных пошли на поиски и нашли небольшую лужу, немного напившись, они побрели обратно к своим товарищам, неся с собой живительную влагу. Но было слишком поздно: все умерли. На следующий день эти двое побрели дальше, затем, встретив дружественных арабов, были доставлены на французский пост.

Возмездие не заставило себя ждать. 11 мая обе эти подводные лодки - U-153 и U-154 - были замечены на широте мыса Св. Винсент E-35 - одной из британских подводных лодок, базировавшихся на Гибралтар. Последовал оживленный двухчасовой бой, в конце концов U-154 была взорвана метко выпущенной торпедой с британской лодки. Из-за присутствия U-153 поиски уцелевших не могли быть произведены.

Через воды метрополии начали во все возраставшем количестве проходить транспорты с американскими войсками, что значительно увеличило напряженность работы и без того перегруженных работой дозорных сил. В опасных районах эти ценные суда приходилось снабжать охраной ценой ослабления наступательных действий против подводных мародеров. Гайер говорит, что для одновременного нападения на конвои торговых судов и войсковых транспортов лодок не хватало, а поскольку эти последние можно было атаковать только торпедами, серьезных действий против них предпринято не было. Излюбленной добычей подводных лодок были торговые суда. Шеер указывает, что сосредоточение подводных лодок против конвоев потерпело неудачу, потому что конвои обходили опасные районы, подводные лодки напрасно ждали их. Тем не менее попытки топить воинские транспорты предпринимались, и Шеер говорит, что «подводные крейсеры» следовали за конвоями, вызывая другие лодки для нападения сосредоточенными силами вблизи побережья. Однако он признает, что конвой транспортов с войсками слишком хорошо охранялись, чтобы атаки могли быть легкими. Цена этой безопасности достигалась простым приемом снятия судов со службы патрулирования для сопровождения войсковых транспортов. Американский адмирал Симс свидетельствует, что из 1 500 000 войск Соединенных [329] Штатов, перевезенных в течение лета 1918 г., 1 000 000 был переправлен на британских судах, и это несмотря на то, что было уже уничтожено 2777 судов водоизмещением 7 082 977 тонн. Из числа кораблей, которые были нужны для охраны перевозки войск, 70 процентов были британскими, из эскадренных миноносцев - только 14 процентов американских, а из вспомогательных судов американских было только 3 процента. Из общего числа обширных вспомогательных дозорных сил в 3000 судов американских судов было 160{168}. Конвоирование караванов с американскими войсками потребовало 393 эскадренных миноносцев и 51 океанского конвоира. В апреле в этой работе помогало 150 американских судов, к июлю это число возросло до 250. Вооруженные вспомогательные крейсеры превратились в воинские транспорты, дозорные суда стали конвоирами, к июню было переброшено 1 000 000 американских войск. 56 американских солдат погибли 23 мая при потоплении в Английском канале вспомогательного крейсера «Moldavia» (9500 тонн) - единственный ущерб, причиненный подводными лодками конвоям с американскими войсками. Подводные лодки поймали также возвращавшийся порожняком на запад «President Lincoln» (18 168 тонн), потопленный U-90 (Иец) 31 мая, и «Covington» (бывший пароход Гамбург-Американской линии «Цинциннати» (16 339 тонн), пущенный ко дну в ночь на 1 июля лодкой U-86 (Пациг) с 6 членами команды. После 21 марта, когда немцы предприняли свое большое наступление на Западном фронте и когда германские войска прорвали фронт союзников во Франции и во Фландрии{169}, все пригодные суда любого размера были реквизированы для перевозки войск. [330]

Главная масса американских войск была высажена в С.-Назере (St. Nazaire), и с апреля по октябрь каждые четыре дня в порты союзников входило по одному конвою транспортов с американскими войсками. Рекордное число солдат, перевезенных одним конвоем, составило 31 693 человека. Натиск немцев был, наконец, сдержан.

Характерной особенностью кампании 1918 г. был полный провал попыток подводных заградителей U C причинить значительный ущерб британской торговле. За время с 1 января по 11 ноября на минах вокруг британских островов погибло 8 британских судов. В то время как за 1917 г. удалось уничтожить 32 подводных лодки, в 1918 г. было потоплено дозорами или погибло от несчастных случаев менее трети этого числа. В январе 1918 г. из 79 лодок типа U C, несомненно, оставалось еще 37 единиц, и в течение всего лета они были поглощены работой. Что же они делали?

Задача этих подводных заградителей является одной из наиболее интересных в период заключительных стадий морской войны. По большой дуге на расстоянии около 45 миль от Бел-Рок у залива Тэй начали обнаруживаться мины, затем их стали вытраливать по все более удлинявшемуся радиусу. Загадка их местоположения и назначения через некоторое время была разгадана. Тихо и методично тральщики убирали одну группу за другой. Не подозревая этого, противник продолжал выгружать полные грузы мин, опаснее прежних. Все лето подводные лодки пересекали взад и вперед Северное море. Они принимали груз мин, шли ставить их и возвращались домой за следующей партией. Они выходили в поход [331] сразу же, как только удавалось закончить погрузку по возвращении. К октябрю германский план был выполнен. Он состоял в том, чтобы поймать в ловушку и ослабить Гранд-Флит при выходе его из шотландских баз для боя с Флотом открытого моря, когда последний выйдет в море в последней отчаянной попытке добиться победы. Неприятель так твердо верил в существование своего большого заграждения, что в ноябре крейсер «Konigsberg» сделал большой обход, чтобы избежать этих воображаемых минных полей, не подозревая, что уже много времени тому назад они были вытралены 60 тральщиками, базировавшимися в заливе Тэй{170}.

Чтобы соблюсти внешнюю видимость обычного хода вещей, немцы продолжали ставить мины в других местах, в частности у Дувра и на пути судов, шедших по военному фарватеру к Метилу (Methil). 27 марта взорвался на мине старый эскадренный миноносец «Kale», а на следующий день был потоплен торпедой вооруженный пароход «Tithonus», сопровождавший скандинавские конвои. Мы знаем, что набег Флота открытого моря на скандинавские конвои 24 апреля 1918 г. потерпел неудачу. Вблизи Ставангера у линейного крейсера «Moltke» вышли из строя машины, и все соединение вернулось обратно. Шпис, возвращавшийся домой на U-19 из своего последнего крейсерства, заметил Флот открытого моря у норвежских берегов на большой дистанции. Не зная, что германский флот в море, он принял германские [332] корабли за Гранд-Флит. Поэтому он дал радиограмму с донесением об обнаружении «больших британских морских сил» в районе Норвежского побережья. Радиограмма была принята Флотом открытого моря, который сразу же перестроился в «боевой порядок» для сражения с флотом, которым было не что иное, как он сам!

Несмотря на выход из строя «Moltke», Хиппер{171} продвинулся на север до обычного пути скандинавского торгового движения. К счастью, один конвой только что вошел в Форт, а другой готовился к отплытию, поэтому немцы никого не нашли. После этой экскурсии маршрут конвоев был перенесен дальше на север. По военному фарватеру вдоль восточного берега Британских островов торговое движение шло беспрерывно, отсюда много судов шло в Норвегию, Данию и Швецию. Против этих судов подводные лодки имели мало успеха. 1 мая взорвался на мине тральщик «Blackmorevale», а сторожевой корабль «Rhododendron» был потоплен торпедой. С другой стороны, этот маршрут притягивал к себе подводные лодки, и для многих из них это имело роковые последствия.

До сих пор дрифтеры Северного канала на протяжении долгих утомительных лет сторожевой службы в суровую и штормовую погоду не имели трофеев. Наконец, им тоже довелось сыграть свою роль в поражении противника. Поздно вечером 17 апреля дрифтер «Pilot Me» заметил у мыса Торр-Хэд перископ в 40 м от правого борта. Идя зигзагообразным курсом, дрифтер повернул к этому месту и сбросил там несколько глубинных бомб. Через четверть часа между «Pilot Me» и другим дрифтером, «Ioung Fred», всплыла на поверхность UB-82 (Бекер). Встреченная огнем и с других дрифтеров, поврежденная подводная лодка попыталась погрузиться. Было слишком поздно - «Ioung Fred» сбросил на нее еще 2 бомбы. Раздался Сильный взрыв, и с разбитой подводной лодки всплыли обломки. [333] В последний день месяца дрифтеры снова добились успеха. Приблизительно на рассвете 30-го дрифтер «Coreopsis 11» заметил UB-85 (Крех), шедшую на восток в направлении Северного канала. Эта подводная лодка вышла из Гельголанда 16-го, обогнула Шотландию и уже около недели действовала в этом районе. При проходе у дрифтера по носу, она была приветствована тремя снарядами. Вследствие волнения огонь, казалось, был не очень действенным, и UB-85 продолжала идти вперед, преследуемая дрифтером. Внезапно UB-85 выпустила ракету Бери, в то время как Крех и его команда махали руками. Когда подошли другие дрифтеры, команда была снята, а лодка затонула. Немцы рассказывали взявшим их в плен, что в течение 2 дней дозоры заставили их держаться под водой. Ни одна из выпущенных торпед не попала в цель. В довершение всех неудач из аккумуляторов выделилось много хлорного газа, вследствие чего среди команды начались отравления. Боевая рубка была исковеркана одним из снарядов с «Coreopsis II», и, когда лодка погружалась, внутрь корпуса попало 15 тонн воды. От этого работа испорченных аккумуляторов не улучшилась. Поэтому Крех решил сдаться. Нельзя сказать, что он был чрезмерно огорчен судьбой своей лодки{172}.

Погибла также подводная лодка U-104 (Бернис). Она была построена по чертежам одного из наиболее удачных типов «средних» подводных лодок («Mittel U-boats»), которые когда-либо были спроектированы. После обстрела и потопления ее сторожевым кораблем «Jessamine» 25 апреля к югу от Ирландии удалось спасти только 1 человека из ее 40 офицеров и команды.

С наступлением мая немцы сделали последнее усилие. В море вышли 27 подводных лодок Северного моря и 8 фландрских лодок, в то же время 16 других лодок крейсировали на свободе в Средиземном море, а 4 большие лодки действовали далеко от берегов в Атлантическом океане. Никогда больше число подводных лодок, находившихся на «боевом фронте», не достигало столь высокой цифры. Впрочем, в последние дни войны все наличные лодки, готовые к выходу в море, были [334] собраны в германских портах Северного моря для драматического «финала». В этом месяце погибло или было обезврежено не менее 16 германских подводных лодок, включая 5 лодок в Средиземном море. За май только очень немногие подводные лодки прошли через «рогатки» огней и мин в Дуврском проливе. 2 мая еще 2 лодки попытались пройти и потерпели неудачу. В 8 часов 05 минут UB-31 (Браун) погрузилась, чтобы уйти от дрифтеров «Lard Leitrim», «Loyal Friend» и «Ocean Roamer», поддержанных двумя дирижаблями - британским SSZ-29 и французским VZ-2. UB-31 взорвалась. 5 минут спустя на восточной стороне UC-78 (X. Кукат) была загнана под воду дрифтерами «Mary», «В. Т. В.» и «Our Friend». Она или тоже коснулась мины, или была уничтожена глубинными бомбами. После этой двойной потери подводные лодки некоторое время тщательно избегали проходить Дуврским проливом.

Спустя неделю, 6 мая, пересекавшим Английский канал транспортом «Queen Alexandra» была протаранена и потоплена UB-78 (Штосберг). Вскоре последовал второй успех. На рассвете 12 мая пароход компании «Уайт Стар Лайн» «Olympic» входил в канал, нагруженный американскими войсками, под конвоем 4 американских эскадренных миноносцев. Капитан и сигнальщики огромного парохода одновременно увидели справа по носу в 1, 5 румбах от курса корпус подводной лодки, всплывающей на поверхность примерно в полумиле. Это была U-103 под командованием Клауса Рюккера. Он уже доказал свои каперские способности, командуя лодкой U-34 в Средиземном море. Отозванный из южных вод, он был послан на запад с U-103, чтобы нападать на торговые суда вообще, уделяя особое внимание американским воинским транспортам. Теперь ему представилась отличная возможность, цель огромных размеров и ценности - самый большой воинский транспорт, какой только могла поразить торпеда. Но все дело испортила неопытность команды. Он уже вышел на позицию для атаки, но только для того, чтобы услышать, что торпеды в кормовых аппаратах не готовы к выстрелу. Ничего не оставалось, как попытаться второй раз выйти на позицию. Поэтому Рюккер лег на курс, параллельный пароходу, держась на такой глубине, что «спаржа» (немецкое прозвище перископа) была как раз под поверхностью воды. По-видимому, снова произошла [335] какая-то путаница, так как лодка выплыла на поверхность и выдала свое присутствие. Над U-103 просвистел снаряд из носового орудия «Olympic». Подводная лодка шла вперед под обоими моторами, когда колосс изменил курс, чтобы ее таранить. В тусклом свете утренней зари Рюккер увидел прямо над собой огромный корпус гигантского корабля. U-103 сделала отчаянную попытку спастись, повернув внутрь круга фарватера парохода. «Olympic» ответил на этот маневр, положив штурвал право на борт. В 3 часа 05 минут форштевень парохода нанес подводной лодке страшный сокрушительный удар. U-103 пришел конец. Находившиеся на мостике парохода слышали, как лопнули цепи паравана, затем они увидели, как развороченный корпус побежденной подводной лодки поднялся из воды почти вертикально. Остов разбитой лодки оказался за кормой, после чего кормовые орудия парохода открыли огонь. Левиафан компании «Уайт Стар» с исковерканным штевнем продолжал свой путь в Саутгемптон и позднее перехватил сообщение американского эскадренного миноносца «Dauris» о спасении последним 35 человек, уцелевших с U-103, потопленной орудийным огнем «Olympic» {173}. Рюккер впоследствии заявил, что конец одного из винтов «Olympic» распорол корпус его лодки. Произошло ли это прежде, чем U-103 была протаранена, или после - неизвестно. Во всяком случае он заявил, что был вынужден подняться на поверхность, чтобы спасти жизнь своим людям. Находясь на грани гибели, он просил пощады и спасения для себя и своей команды и получил положительный ответ. Это был человек, который за 3 года до описанного события перебил команду «Victoria» только потому, что это рыбачье судно осмелилось оказать ему слабое сопротивление! В тот же день британская подводная лодка D-4, входившая в состав патруля Английского канала, встретила UB-72 (Трегер) у Портленда и взорвала ее торпедой, подобрав после этого 3 уцелевших. Двумя днями раньше другая британская подводная лодка, E-34, подобным же образом подорвала [336] и потопила маленькую UB-16 (Люэ) на протраленном фарватере у Гарвича.

Май был месяцем торжества противолодочной кампании. Кроме уже упомянутых успехов в разных местах от Бискайского залива до Йоркширского побережья были уничтожены еще 4 лодки. Далеко позади конвоя из Ля Палис (La Pallice) шел отставший пароход «Danae» под охраной американской яхты «Christabel» и гидросамолета. Внезапно в этот летний вечер на тихом море была замечена совсем близко подводная лодка. Она уже готовилась выпустить торпеду, когда вокруг нее стали рваться глубинные бомбы. Снизу из глубины послышался зловещий грохот, после чего на поверхность всплыли черная нефть и обломки. Днем позже, 24 мая, выведенная из строя UC-56 (Кизеветтер) дотащилась до Сантандера и была разоружена. Ее командир пустил ко дну госпитальное судно «Glenart Castle» и после перемирия был задержан в Лондоне для допроса. Поскольку он имел «гарантию безопасности» из Испании в Германию, то в конце концов его пришлось освободить. На следующий день после появления этого пирата UC-48, интернированная в Ферроле, пыталась уйти, но была задержана.

Следующим успехом было потопление UB-74 (Штейндорф) 26 мая у Портленда. Она была уничтожена глубинными бомбами с вооруженной яхты «Lorna». 4 человека ее команды были видны в воде, единственный спасенный умер тремя часами позже. Приблизительно в то же временя новая U-119 (Кольбе) вышла в Северное море и пропала без вести.

Что касается последней лодки, погибшей в мае 1918 г., она погибла в районе восточного побережья Британских островов. 31 мая UC-75 (Шмиц) атаковала здесь караван судов у мыса Флэмборо-Хэд. Лодка, не принявшая мер предосторожности, была таранена старым, двадцатилетним эскадренным миноносцем «Fairy». Тяжко поврежденная, UC-75 стояла без движения. Британский ветеран сделал поворот и, снова таранив своего противника, под конец открыл по нему огонь, лодка затонула с 26 членами команды. Встреча оказалась слишком тяжелой для старой «Fairy». Вся его носовая часть была разворочена, и он тоже затонул вскоре после этого.

Некролог погибших судов в мае показывает снижение по сравнению с предыдущим месяцем: подводными лодками было [337] потоплено 59 британских судов в 188 729 тонн с 407 человеческими жертвами, на минах погибло одно судно в 3707 тонн. Заслуживают упоминания: пароход компании «Кэнэдиен Пасифик» «Medora» (5135 тонн), потопленный 2-го в 11 милях к WSW от Мэлл-ов-Гэллоуэй; пароход компании «Нью Зиленд Шипинг» «Hurunui» (10 644 тонны) - 18-го в 48 милях на StW от мыса Лизард; почтовый пароход «Merionetshire» (4308 тонн) и «Cairnross» (4016 тонн) - оба 27-го около 100 миль к северу от Флорес на Азорских островах. 30-го U-62 (Хазхаген) потопила пароход компании «Кьюнард» «Ausonia» (8153 тонны) в 620 милях на WtS3/4S от Фастнэта. В момент поражения торпедой он только что вышел из состава конвоя, находясь далеко в Атлантическом океане. Команда покинула тонущий пароход, обстреливаемый U-62. В течение 8 дней и 9 ночей открытые шлюпки носились по водной пустыне, прежде чем уцелевшие были найдены, причем умерли 44 человека. Хазхаген говорит, что в то время подводные лодки были вынуждены искать себе цели вдали от берегов либо до того, как конвой формировался, либо после его расформирования. В момент, когда ему попался этот одинокий пароход, он находился на пути к Азорским островам.

Однако германские подводные лодки собирались расширить район своих операций. Скрытая угроза в виде визита U-53 в 1916 г. была приведена в исполнение, и подводная война должна была вестись вдоль побережья Соединенных Штатов. Бывшие торговые подводные лодки доказали, что [338] можно проводить расширенные операции. Их обычными районами были до сих пор Азорские острова и Мадейра. Теперь им предстояло идти дальше на запад. Всего в течение лета в американские воды было совершено 7 крейсерств: 4 были выполнены лодками типа «Deutschland» (U-151-U-157), 2 - первыми настоящими подводными крейсерами U-139 и U-140 и 1 - первым большим минным заградителем U-117. Один-два из этих походов можно проследить в деталях{174}.

Первым большим корсаром, посланным на запад, была U-151 (Ностиц-унд-Иенкендорф), вышедшая из Киля 14 апреля. Она получила специальное распоряжение не нападать на суда до прибытия на другую сторону Атлантического океана. Несмотря на это, 2 мая она пыталась потопить торпедой пароход «Port-Said», который и донес о ней. 13 мая она вновь нарушила приказ, атаковав у Азорских островов «Huntress» (4997 тонн). Однако, если бы немцы были в курсе дела, им не было бы необходимости так серьезно заботиться о сохранении этого похода в тайне. Британское адмиралтейство уже предупредило Вашингтон о предстоящем появлении большой подводной лодки, так как такой корабль вышел 19 апреля из своей базы, чтобы начать операции в Делаварском заливе (Delaware Bay) около 20 мая. В самом деле, U-151, временно оборудованная под заградитель, подошла к берегам 21 мая. У мыса Генри в свете ярких береговых огней она поставила мины. Ее работа была прервана проходившим мимо броненосным крейсером, но, после того как ничего не подозревавший военный корабль проследовал дальше, работа была закончена. Затем U-151 заметила другой броненосный крейсер, возвращавшийся с учебной стрельбы в сопровождении буксира, тащившего щит, крейсер был совершенно не защищен, даже самые элементарные меры предосторожности не были приняты для его безопасности. 28 мая U-151 перерезала в море у Нью-Йорка 2 кабеля - один в Европу, другой - в Южную Америку. Оставшиеся мины были поставлены в Делаварской бухте. 3 июня она перехватила сообщение, что на этом поле взорвалось 6000-тонное судно и что американское судоходство дезорганизовано. В течение следующих 10 дней она была [339] занята уничтожением судов и потопила несколько штук, в том числе «Harpathian» (4588 тонн) 5 июня у мыса Генри, американские пароходы «Carolina» (5093 тонны) и «Texel» (3210 тонн), а также несколько нейтральных пароходов и парусных судов. На обратном пути через океан 18 июня U-151 встретила пароход «Двинск» (8173 тонны), шедший в Ньюпорт-Ньюз (Newport News) за войсками. После того как команда села в шлюпки, пароход был потоплен в 400 милях на NO от Бермуд. Весь этот день шлюпки держались вместе, но ночью они разошлись. 10 дней одна из шлюпок дрейфовала при шторме по Атлантическому океану, пока не была найдена, другая была в море 8 дней, а одна с 22 членами команды пропала без. вести. Вскоре после потопления «Двинска» U-151 увидела другой приближающийся большой пароход, как полагают, бывший «Kronpriz», в него была также выпущена торпеда, и U-151 ушла под воду, ожидая взрыва. Когда положенный промежуток времени истек, послышался глухой взрыв, затем второй и третий. U-151 забрасывали глубинными бомбами. Лодка нырнула, и ничто не смогло остановить ее погружения.

Испытанная на глубине 50 м, она в действительности дошла до 83 м. Огромное наружное давление на этой глубине не позволяло быстро продуть цистерны, покуда огромным давлением сжатого воздуха не удалось преодолеть гидростатическое сопротивление. После того как погружение было оставлено, U-151 начала всплывать, сначала медленно, а затем, почти потеряв управление, вырвалась на поверхность, где ее мог поджидать противник. Поверхность воды взволновалась и извергла Левиафана. Со вздохом облегчения командир подводной лодки не увидел ничего, кроме шлюпок «Двинска». Несколько дней спустя из тумана появилась «Mauretania», промелькнула вблизи и исчезла невредимой. 20 июля U-151 пришла в Киль после 94-дневного крейсерства, в течение которого было покрыто 10 915 миль. По заявлению ее командира, он уничтожил 23 судна в 61 000 тонн и поставил мины, на которых погибло еще 4 судна.

29 июня адмирал флота США Симс сообщил в Вашингтон, что к западу от Ирландии находится другая большая подводная лодка, которая прибудет к берегам Америки около 15 июля. Эта лодка являлась первым «подводным крейсером» [340] U-140 и находилась под командованием Копхамеля. Она вышла в море 22 июня, прибыла к побережью Америки 14 июля и до 1 сентября действовала в западной части Атлантического океана, после чего вышла в обратный поход. Копхамель уничтожил, по его словам, 30 000 тонн судов. За неделю до ее выхода в крейсерство для постановки мин в американских водах вышла другая лодка, U-156 (Фельдт). Прибыв на место 5 июля, она поставила свои мины и 1 сентября отправилась в обратный поход. Да последнего этапа долгого плавания все шло хорошо. Затем 25 сентября в 130 милях от Бергена U-156 коснулась одной из мин обширного

Северного заграждения и погибла со всем личным составом. 19 июня на одной из мин, поставленных ею у острова Файр, взорвался крейсер Соединенных Штатов «San Diego».

В начале июля вышла в море четвертая большая подводная лодка. Это был новый подводный заградитель U-117 (Дрешер, бывший командир U-20), имевший около 34 мин{175} и 24 торпеды. Поставив свои мины (вызвавшие гибель торговых судов водоизмещением 23 000 тонн), она вернулась вместе с U-140. Последние три лодки (U-140, U-156, U-117) действовали у американского побережья в районе от мыса Гаттерас (Hatteras) до Ньюфаундленда. В числе уничтоженных ими британских судов были: теплоход «Dornfontein» (766 тонн) 2 августа в 25 милях на WNW от острова Бриер (Brier) в Новой Шотландии; «Luz Blanca» (4868 тонн) 5-го в 35 милях на SW от Галифакса; «Penistone» (4139 тонн) 11-го в 145 милях на SW1/2S от острова Нантакет (Nantucket); «Mirlo» (6978 тонн) 16-го в полумиле на StO от буя Уимбл-Шол (Wimble Shoal) у мыса Гаттерас; пароход компании «Блю Фэнел» [341] «Diomed» (7523 тонны) 21-го в 195 милях на OSO от острова Нантакет; наконец, небольшой «Erik» (583 тонн) 25-го, в 70 милях на NWtW от Сен-Пьер, в Ньюфаундленде. Проходя из южных вод на север, эти пираты применили новый способ уничтожения рыбачьего флота у Большой отмели (Grand Banks). 20 августа они захватили здесь рыбачье судно «Triumph» в 60 милях на SWtS от мыса Кансо (Canso) и превратили его в ловушку{176}. Импровизированный корсар начал затем уничтожать своих бывших собратьев. В тот же день были захвачены и потоплены подрывными патронами суда «Una A. Sounders» и «Lucille M. Schhare», а 25-го «Verna D. Adams». Рыбачьи суда были застигнуты, врасплох за работой, совершенно не подозревавшие, что одно из них превратилось в неприятельское судно. 21-го подводная лодка также потопила еще одно рыбачье судно, а 25-го - вместе с «Triumph» потопила еще два - «Е. В. Walters» и «С. M. Walters» в 35 милях на WtS от Малого Микелона. Затем, перейдя к Сен-Пьеру, они уничтожили «Clayton W. Walters» и «Marian Adams», на следующий день потопили «Gloaming», а 30-го уничтожили «Elsie Porter» и «Potentate» в 290 милях на O1/2N от Сент-Джонса на Ньюфаундленде.

В августе U-155 (Экельман), бывшая «Deutschland», нанесла вторичный визит в американские воды - на этот раз уже не в «одежде» мирного купца. Она прибыла 7 сентября и вернулась, когда прозвучал общий отбой. Непосредственно за [342] ней следовала U-152 (Франц), прибывшая 29 сентября и подобным же образом вынужденная сократить свое крейсерства Седьмая лодка, U-139 под командованием знаменитого фон Арно была отозвана, не дойдя до Азорских островов. На минах, по-видимому, поставленных U-155 или U-152, 20 сентября подорвался линейный корабль Соединенных Штатов «Minnesota»; поврежденный корабль дошел до порта. Адмирал Симc оценивает ущерб, причиненный судоходству этими океанскими пиратами, в общей сложности в 110 000 тонн, главным образом небольших и малоценных судов. Он говорит, что следить за их движением от времени их выхода до их прибытия не составляло никакого труда благодаря перехвату радиограмм, которыми германское адмиралтейство обменивалось с океанскими истребителями торговли.

После этого экскурса следует вернуться к кампании, которая велась вокруг Британских островов. В июне не было определенной разграничительной линии между зонами лодок Северного моря и фландрскими. Минное поле у Бел-Рок поглощало всю энергию подводных заградителей, и лодкам U B приходилось действовать, где только можно. Вследствие отзыва дозорных судов для конвоирования американских воинских транспортов, они добились большего успеха, чем можно было ожидать. За этот месяц дозоры не потопили вокруг Британских островов ни одной неприятельской подводной лодки. 2 погибшие следует отнести на счет мин: UC-64 (Шварц) рано утром 20-го была загнана в Дуврский барраж дивизионом из 1 траулера и 7 дрифтеров, первый фландрский подводный заградитель, UC-11 (Утке), взорвался на минах у Гарвича 26 июня.

Важнейшими из погибших судов, число которых достигает 49 водоизмещением 158 660 тонн, были: пароход компании «Кьюнард» «Vandalia» (7333 тонны), потопленный 9-го в 18 милях на WNW от островов Смолз (Smalls); «Montebello» (4324 тонны) 21-го в 320 милях на W1/2N от Уэссана с 41 человеками; пароход «Лейланда» «Atlantian» (9399 тонн) 25-го в 110 милях на NtWl/2W от острова Игл; пароход компании «Бритиш Индия» «Orissa» (5358 тонн) в тот же день в 21 миле на SW от Скерривор (Skerryvor); 13-го в Бристольском канале был потоплен вооруженный коммерческий крейсер «Patio» с 16 членами команды; подводная лодка D-6 из подводного патруля [343] Северной Ирландии была 28-го подорвана торпедой с неприятельской подводной лодки и затонула. Все затмила трагическая гибель госпитального судна «Landovery Castle» (11 423 тонны). Возвращаясь из Галифакса, судно шло с 80 человеками медицинского персонала, 14 сестрами и 164 человеками команды. Раненых на нем не было. 27 июня в 21 часов 30 минут в 116 милях к западу от Фастнэта оно было поражено торпедой с U-86 (Пациг). Торпеда попала в трюм ? 4, пароход быстро наполнился водой и через 10 минут затонул. Когда шлюпки отошли, всплыл мрачный корпус подводной лодки. Пациг приказал шлюпке капитана подойти к борту. Он спросил капитана Сильвестера относительно 8 американских летчиков, находившихся, по его убеждению, на судне. Это заявление было категорически опротестовано, и капитан добавил, что с ним шли 7 канадских военных врачей. Пациг пожелал видеть одного из них. Майора Лайоне так грубо толкнули, что он сломал себе ступню. Все еще неудовлетворенный своим преступлением, Пациг начал полным ходом кружить на своей подводной Лодке вокруг судовых шлюпок и чуть не протаранил шлюпку капитана. Затем находившиеся в шлюпке услышали в темноте на близкой дистанции, что подводная лодка открыла огонь по какому-то предмету. Прежде чем исчезнуть во мраке ночи, U-86 выпустила 12 снарядов. Шлюпки остались в сотне миль от берега - точками в пустыне океана. Штопка капитана с находившимися в ней 24 уцелевшими была подобрана эскадренным миноносцем «Lysander» в 50 милях от Фастнэта. Остальные 234 человека пропали без вести, и почти нет сомнений в том, что Пациг потопил их артиллерийским огнем.

Берлин предупреждал о возможности совершения такого преступления. 25 апреля было заявлено, что найденные у пленного американского летчика документы доказывают, что американские летчики перевозятся на атлантических госпитальных судах под видом сотрудников американской военно-санитарной службы. В 1921 г. Пациг со своими помощниками Больдтом и Дитмаром был вызван на суд в Лейпциге, но не явился. Подчиненные ему офицеры были приговорены к четырем годам тюрьмы. Убедительное доказательство его вины было получено от рулевого, который заявил, что Пацига тщетно просили пощадить госпитальное судна Целых 4 часа [344] U-86 следовала за «Landovery Castle», причем последний был освещен и его курс был очевиден. После подрыва торпедой Пациг послал за своим комендором, и эти 4 человека - Пациг, Больдт, Дитмар и комендор - остались одни на палубе во время обстрела шлюпок. Обоим приговоренным офицерам вскоре после осуждения представилась возможность бежать.

В том же месяце было потоплено другое госпитальное судно. 5 июня был подорван торпедой голландский пароход «Koningin Regentes», шедший с репатриируемыми британскими военнопленными. Все, за исключением 4 человек, были благополучно переведены на «Sindoro».

В июле на подходах к Северному каналу было сосредоточено 7 лодок. Следует отметить несколько серьезных потерь: 11-го был пущен ко дну американский транспорт «Westover» (5590 тонн), 16-го затонул с 16 членами команды сторожевой корабль «Anchasa»; на следующий день в 170 милях к WtN от Бишоп-Рока погиб хорошо известный пароход компании «Кьюнард» «Carpathia» (13 603 тонны); пароход «Аллена» «Mongohian» (4892 тонны) закончил свое существование 21-го в 5 милях к юго-востоку от Файли-Брига (Filey Brig), причем погибло 36 человек; «Barunga» (7484 тонны), везший домой раненых австралийцев и новозеландцев, был уничтожен 15-го в 150 милях на WtS от Бишоп-Рока, но, к счастью, человеческих жертв не было. 23-го, к югу от Ирландии, подобным же образом был потоплен вооруженный вспомогательный крейсер «Marmora».

Самым крупным является потопление огромного парохода компании «Уайт-Стар Лайн» «Justicia» (32 234 тонны) - второй по величине жертвы подводных лодок. В 1914 г. этот пароход строился для Голландско-Американской линии под названием «Statendam». По окончании постройки он был передан линии «Уайт-Стар» и явился очень ценным дополнением к флоту воинских транспортов. Он только что вышел из Белфаста в Америку под конвоем 12 дозорных судов, в 20 милях на WtN от Скерривора он получил попадание торпедой с UB-64 (Шрадер). Дело происходило 19-го около 16 часов. Конвоиры сразу же сбросили 35 глубинных бомб. Через 2 часа подводная лодка выпустила еще 2 торпеды, на это ответили, сбросив еще 23 глубинные бомбы. Гигантский [345] пароход, получивший сильный крен, был взят на буксир. По прошествии еще 2, 5 часов UB-64 выпустила четвертую торпеду. Снова море вспенилось от 11 глубинных бомб. Из подводной лодки, получившей сильную течь, стала просачиваться нефть. Между тем пароход все еще боролся за жизнь. До полудня следующего дня, находясь в 20 милях на WtN3/4N от Скерривора, огромный пароход был еще на плаву) но попадания еще одной торпедой с U-54 (Руктешель) он уже не мог выдержать и в полдень 20 июля затонул. Обе подводные лодки ушли, несмотря на огромное количество израсходованных глубинных бомб. Во время погони эскадренных миноносцев «Marne», «Milbrook» и «Pigeon» была встречена лодка UB-124 (Вутсдорф), которая и была потоплена глубинными бомбами. К этому времени собралось уже 40 дозорных судов. Спасшиеся с UB-124 рассказывали, что от страшных взрывов лодка получила сильную течь и при попытке уйти нырнула прямо под тонущий пароход.

В тот же день, 19 июня, UB-110 (Фюрбрингер), атаковавшая конвой у Рокера (Roker), была таранена эскадренным миноносцем «Carry» и потоплена глубинными бомбами с моторного катера ML-263. Когда эта лодка была поднята спасательным отделом адмиралтейства, ее вахтенный журнал оказался весьма интересным. Еще до прихода на фландрскую базу она была атакована двумя гидросамолетами. Выйдя из Зеебрюгге 5-го, она с 7-го по 18-е ежедневно подвергалась атакам глубинными бомбами, причем находившиеся в лодке слышали в последний день 26 взрывов. Эта порция бомб была наградой за подрыв торпедой нефтеналивного судна. Во время роковой для нее атаки на конвой бомбы повредили горизонтальные рули, что помешало ей погрузиться до столкновения с эскадренным миноносцем. 27-го недалеко от того же места, близ Уитби (Whitby), UB-107 (Притвиц-унд-Гафрон) была уничтожена глубинными бомбами с вооруженной яхты «Vanessa» и 3 траулеров. В течение того же месяца в Канале исчезла UB-108 (В. Амбергер).

В июле погибли еще 2 лодки. UC-77 (Рис) сделала попытку, которая теперь уже не удавалась даже подводным лодкам, находившимся под командованием опытных офицеров. Рис был новичком и пренебрег самыми элементарными мерами [346] предосторожности. Пытаясь пройти Дуврским проливом вечером 10-го, он оставлял за собой на поверхности след в виде воздушных пузырей и нефти из пробоины. 2 траулера, видя этот явный признак присутствия подводной лодки, быстро уничтожили UC-77 глубинными бомбами. В тот же день произошел любопытный случай у мыса Клир (Clear). Американская подводная лодка L-2, одна из семи, действовавших из Берхейвена (Berehaven), встретила UB-65 (Шелле), но, прежде чем L-2 успела выпустить свои торпеды, с «UB-65 случилось какое-то несчастье» (по словам адмирала Симса). Произошел страшный взрыв. Что же случилось? Были выдвинуты две версии: одни полагают, что там были 2 германские подводные лодки и что UB-65 была по недоразумению потоплена торпедой, выпущенной ее спутником; другие придерживаются того мнения, что UB-65 прошла так близко от L-2, что магнитный замыкатель в носовой части одной из германских торпед сработал преждевременно, пока торпеда находилась еще в аппарате. Третья, еще более фантастическая, версия гласила, что UB-65 выпустила торпеду, но последняя пошла неверным курсом, описала круг и попала в лодку, с которой была выпущена{177}.

Июль дал наименьший месячный итог потопленных судов со времени начала неограниченной войны в феврале 1917 г., и это несмотря на тот факт, что в море находились 22 лодки Северного моря и 8 фландрских. В Северном море американские и британские минные заградители медленно воздвигали обширное минное заграждение. Простираясь поперек Северного моря от Оркнейских островов до побережья Норвегии, оно должно было препятствовать выходу подводных лодок в Атлантический океан. Это была колоссальная задача, и находилось много сторонников постановки минных полей ближе к Германской бухте. Первые мины были поставлены 3 марта, это были мины антенного типа. Они оказались настолько неудовлетворительными, что после поста-, новки 43 процентов мин их пришлось вытралить. 28 марта на этих минах погиб сторожевой корабль «Gaillardia». С поступлением [347] мин нового образца работа возобновилась, и 8 июня Северное заграждение заняло свое место в ряду крупных противолодочных мероприятий. В день начала работ 2 неприятельские подводные лодки получили повреждения на минах. Вернувшись домой, они принесли известия о новом обнаруженном ими препятствии. К ноябрю было поставлено 70 117 мин{178}, главным образом американскими кораблями. Следует заметить, что, после того как в октябре 1916 г. Норвегия запретила подводным лодкам пользоваться ее нейтральными водами, германские лодки мало считались с этим запретом. В августе 1918 г. норвежцы потушили многие береговые огни, и, наконец, в октябре было поставлено минное поле, явившееся продолжением восточной оконечности 240-мильного англо-американского заграждения. «Даже в почти законченном виде заграждение оказалось не столь действенным, как многие надеялись, несмотря на большую затрату труда и материала. Число лодок, гибель которых относили на счет заграждения, было разочаровывающим», - пишет Джеллико{179}.

В других районах минная война продолжалась. 2 августа предприимчивая и смелая 20-я минно-заградительная флотилия потеряла 2 эскадренных миноносца: «Ariel» и «Vehement», взорвавшихся в Гельголандской бухте, причем погибло 97 человек. 11-го моторными катерами было поставлено новое минное поле, на котором, вероятно, погибли германские миноносцы S-63, S-66, S-138 и А-79. 15-го Гарвичский отряд тоже потерял лидера «Scott» и эскадренный миноносец «Ulleswater», павших жертвами торпедных атак подводных лодок.

В августе немцы проложили вдоль Торнтон-Риджа кабель для направления своих лодок, тем не менее значение [348] фландрских баз быстро падало. Движение судов вдоль восточного побережья Англии все еще привлекало малые лодки, и когда 13-го UB-30 (Штир) атаковала конвой у Тайна, она была уничтожена. Тараненная траулером «John Gillman», она получила затем порцию глубинных бомб, 2 часа спустя была вынуждена всплыть с серьезными повреждениями только для того, чтобы быть обстрелянной и снова забросанной глубинными бомбами. Впоследствии ее корпус был найден водолазами. 28-го UC-70 (Доберштейн) была также забросана бомбами с гидросамолета близ Уитби, затем был вызван эскадренный миноносец «Ouse», который при помощи неоценимых глубинных бомб вывел UC-70 из строя.

30 июля в западной части Английского канала произошел один из последних за время войны боев с судами-ловушками. Замаскированный малый каботажный пароход «Stockforce» (732 тонны) крейсировал в море. В этот последний период военных действий было мало надежды, что удастся вызвать подводную лодку на выполнение надводной атаки. Внезапно ловушка получила потрясающий удар торпеды. Не было сделано ни малейшего предупреждения, и маленькое судно было совершенно выведено из строя. После того как партия, симулировавшая панику, покинула судно, подводная лодка всплыла и начала обстреливать изувеченный «Stockforce». Подводная лодка приблизилась до расстояния 300 м. Командир «Stockforce» X. Отен приказал открыть огонь. Боевая рубка U-98 была сорвана, палуба разворочена, и, получив 20 установленных попаданий в корпус, лодка затонула кормой. Сама ловушка затонула у мыса Болт-Хэд (Bolt Head). Несмотря на сильные повреждения, U-98 уцелела и благополучно вернулась в порт. Это лишний раз доказало способность германских двухкорпусных лодок выдерживать тяжелые повреждения, наносимые почти в упор.

В августе подводные лодки потопили 41 британское судно водоизмещением 145 721 тонну. Средний размер погибших судов немного превышал 3000 тонн, хотя было потоплено и несколько крупных торговых судов. 3-го в 1 час 30 минут был подорван торпедой временный госпитальный транспорт «Warilda» (7713 тонн), шедший из Гавра в Саутгемптон под конвоем дозорных судов Р-39 и Р-45. Он шел, имея на [349] борту 614 раненых и больных, 70 человек медицинского персонала и 117 человек команды. Взрывом торпеды, попавшей между машиной и трюмом ? 4, были убиты не только механики и находившийся внизу персонал, но также 101 больной, лежавший в импровизированной палате в трюме. Пароход затонул кормой вперед, коснулся грунта и лег на борт. Всего погибло 113 раненых и больных, 1 сестра, 2 человека медицинского персонала и 7 членов команды. Вероятно, та же подводная лодка на следующий день в 14 милях на NNW от маяка Пендин (Pendeen) потопила «Clan Macneb» (4675 тонн) с 22 человеками. Другими важными потерями были пароход компании «Нелсон» «Highland Harris» (6032 тонны) 6-го в 82 милях к N3/4W от острова Игл с 24 человеками; «Clan Macvey» (5815 тонн) 8-го в полумиле на SO от мыса Энвил (Anvil Point) с 7 человеками; пароход Эллермана «City of Brisbane» (7094 тонны) в 1 1/2 милях на SSW от Ньюхейвна 13-го; грузовой пароход компании «Кьюнард» «Flavia» (9291 тонна) 24-го в 30 милях к NWtN от острова Тори; пароход компании «Канэдиен Пасифик» «Milwaukee» (7323 тонны) 31-го в 260 милях на SW от Фастнэта, причем вторая торпеда почти разорвала пароход на две части.

Для подводных лодок теперь оставалось только два пути: искать призов далеко в океане или держаться вплотную к берегам. Далеко в Атлантическом океане, в 400 милях к западу от Бреста, старый французский крейсер «Dupetit-Thouars» шел навстречу конвою, чтобы привести его в порт. 7 августа солнце село в спокойное море, залив огнем всю западную часть горизонта. Спокойствие необъятного океана было грубо нарушено жестоким разрушительным действием человека. Старый крейсер дрогнул от прямого попадания 2 торпед, выпущенных с U-62 (Хазхаген). Пораженный военный корабль сильно накренился и через 20 минут затонул. Его командир запретил всем судам, находившимся поблизости, подходить к крейсеру во избежание той же судьбы. Спустя 9 дней у северных берегов Испании был быстро потоплен французский пароход «Lyndiane» (1564 тонны), и в этом случае подводная лодка проявила крайнее варварство. Судовая шлюпка, вельбот и даже плот были все протаранены подводной лодкой, которой, видимо, командовал убежденный [350] сторонник политики «бесследного потопления». Вообще говоря, к концу войны командиры подводных лодок проявляли больше гуманности. Справедливости ради отметим, что были случаи, когда подводные лодки оказывали командам шлюпок своих призов медицинскую помощь и снабжали их продовольствием.

8 августа Торбейский гидрофонный отряд (hydrophone unit), состоявший из старого эскадренного миноносца «Opossum» и 7 моторных катеров, обнаружил подводную лодку в 4 милях на StW от мыса Бэрри Хэд (Berry Head) и так обильно засыпал район глубинными бомбами, что UC-49 (Кюкенталь) погибла. Ее остов был найден позже. Новые мины продолжали демонстрировать свою способность быстро взрываться и свою разрушительную силу. В августе небольшая UB-12 (Шеллер), превращенная в заградитель, способный нести 8 мин, погибла у Гельголанда. 14 августа UB-57 (Лош) взорвалась на прибрежном заграждении у Зеебрюгге. Ее командир, прозванный своими товарищами «веселым духом Фландрии», презирал все препятствия на своем пути. «Проходите через заграждения в надводном положении, - советовал он, добавляя хвастливо, - Патрули слепы. Я прохожу у них под носом»{180}.

Правда, в течение июля UB-109 (Рамиен) прошла Дуврским проливом на пути к Азорским островам. К несчастью для нее, до ее возвращения прошел месяц, а за это время заграждение было еще больше усилено. 21 августа по пути домой она взорвалась у Фолкстона. Последней подводной лодкой, погибшей на Дуврском барраже, была UB-103 (Хундиус). 16 сентября она была загнана на мины дирижаблем SSZ-1 и несколькими дрифтерами и разбита бомбами. UB-103 была одной из двух лодок, предпринимавших последнюю попытку преодолеть Дуврское препятствие.

Это был второй пример удачного сочетания дирижабля с надводным дозором. Первым примером была гибель UB-31 в мае. Все возраставшая эффективность комбинированной-погони гидросамолетов и дозорных судов была еще одним гвоздем, вбитым в гроб подводных лодок. Вокруг побережья Британских островов выросли аэродромы, базы дирижаблей [351] и гидросамолетные станции для противолодочных действий. В строю находилось около сотни небольших дирижаблей различных типов SS (Submarine Scouting) (разведчики подводньгх лодок){181}; кроме того, имелись типы: СР - Coastal Patrol (береговой патруль), С. Star и N. S. (North Sea). Последний был предназначен для разведывательной работы при Гранд-Флите. Каждый дирижабль имел по два мотора Роллс-Ройс или по два в 240 лошадиных сил мотора Фиат. Дирижабли мягкой системы (или «Blimps») несли дозорную службу или сопровождали прибывавшие и отплывавшие конвои. После того как суда конвоя расходились, малые дирижабли сопровождали самые важные пароходы с ценными грузами. Этим воздушным разведчикам, парившим, как ястребы, в поисках добычи, было видно многое, что было вне поля зрения надводных кораблей. Это воздушное наблюдение было не особенно приятно противнику. Когда «Ouse» уничтожил лодку UC-70, его воздушный спутник пускал ракеты Бери по следу подводной лодки. Этим путем надводному истребителю указывалось положение и курс цели. В этом весьма кратком очерке воздушного наступления на субмарины нельзя обойти молчанием змейковые аэростаты, буксируемые сторожевыми кораблями или траулерами.

В сентябре, с одной стороны, увеличилось число уничтоженных британских судов, но, с другой стороны, сумма погибшего тоннажа снизилась. К несчастью, при потоплении одного из судов погибло очень много людей. Всего погибло 48 судов в 136 859 тонн и 521 человек. 1 сентября в 21 миле на O1/4N от Таскара (Tuscar) были потоплены пароходы «Атлантик Транспорт» «Mesaba» (6833 тонны) и Эллермана «City of Glasgow» (6545 тонн), причем погибли 32 человека. 2 дня спустя в том же районе было потоплено еще одно судно - [352] «Highcliffe» (3238 тонн), 9-го пароход компании «Канэдиен Пасифик» «Missanabie» (12 469 тонн, ) был поражен на смерть в 52 милях на StOl/2O от Доунтс-Рок (Daunt's Rock). В то время как пароход ложился на бок, одна из дымовых труб ударила по шлюпкам и убила 45 человек. Самой крупной потерей было потопление «Galway Castle» (7988 тонн) лодкой U-82 (Адам),

12-го он был подорван торпедой в 160 милях к SW1/2S от Фастнэта при бурном море. Много шлюпок было залито, и список погибших дошел до 143 человек.

Большими потерями людей сопровождались следующие случаи: 7-го в 228 милях на W3/4S от Уэссана был потоплен «Ruysddel» (3478 тонн) с 12 человеками; «Buffalo» (286 тонн) -

13-го у мыса Корсуол (Corsewal Point) с 10 жертвами; «Gibel Натап» (647 тонн) - 14-го у Эботсбэри (Abbotsbury) (Дорсетшир) с 21 жертвой; «Kendal Castle» (3885 тонн) на следующий день в 4 милях на SO от мыса Бэрри-Хэд с 18 жертвами; «Acadian» (2305 тонн) - 16-го в 11 милях на SWtW от мыса Тривоз-Хэд (Trevose Head) с 25 жертвами. Столько же людей погибло на следующий день при потоплении «Lavernock» (2406 тонн) в 5 милях на NW от мыса Тривоз-Хэд. На следующий день в том же районе с 18 членами команды был пущен ко дну «John O'Scott» (1235 тонн), 19-го в 9 милях на W1/2N от мыса Чикен-Хэд (Chicken Head) был смертельно поражен пароход Харрисона «Barrister» (4952 тонн), унесший с собой 30 человек команды. 2 дня спустя «Poleslay» (4221 тонна) был подобным же образом атакован и потоплен в одной миле на N от маяка Пендин с 43 погибшими. Весьма вероятно, что последние 9 судов, потопленные за 9 дней у юго-западной оконечности Соединенного Королевства, были уничтожены одной подводной лодкой, причем погибло в общей сложности 202 человека.

2 сентября американскими эскадренными миноносцами едва не был уничтожен Ханс Розе на U-52. Его встреча с двумя другими лодками стала известна из перехваченных радиограмм, и ему едва удалось избежать расставленной ловушки. Большая часть подводных лодок, погибших в сентябре, была уничтожена на Северном заграждении. Германские источники все еще упорно отрицают, что на этих минах погибло больше, чем 2 лодки, однако точно установлено, что 9 сентября на заграждении взорвалась U-92 (Эрлих), а 10 дней [353] спустя подобная же судьба постигла UB-104 (Бибер). UB-127 (Шефлер), по-видимому, тоже погибла на этом заграждении{182}. Все эти лодки погибли на западной оконечности. У Бергена трагически закончилось, как упоминалось выше, атлантическое крейсерство U-156. В самой середине заграждения взорвалась в сентябре U-102. Ею командовал Бейцен, поставивший мины, на которых погиб «Hampshire». 10-го, непосредственно к югу от западной границы заграждения, вблизи Оркнейских островов, глубинными бомбами с эскадренного миноносца «Ophelia» была уничтожена UB-83 {183}. В том же месяце в Английском канале исчезла UB-113 (Пильцекер), но точных сведений о характере ее гибели не имеется. Наконец, 29-го у побережья Нортемберленда патрулировал большой британский дирижабль R-29. Заметив на поверхности воды пятно нефти, он привлек к этой многозначительной примете внимание эскадренных миноносцев «Louise» и «Star», а также 6 тральщиков. Не теряя времени, они уничтожили UB-115 (Томсен) глубинными бомбами.

Если подводные лодки наказывали море бичами, то сами они теперь подвергались избиению скорпионами. В доказательство того, что своими контрмерами союзники, наконец, начали преследовать противника на каждом шагу, мы имеем слова адмирала Шеера{184}: «Постепенное уменьшение месячного [354] итога судов, потопленных подводными лодками, вызывало беспокойство. Много подводных лодок с превосходной и опытной командой не возвращалось». И далее: «Итоги последних месяцев показали, что успехи отдельных лодок непрерывно снижаются. Это сокращение успехов объяснялось главным образом более сильными и более совершенными оборонительными мероприятиями противника, а также гибелью некоторых старых и более опытных командиров. Принимая во внимание темп строительства подводных лодок в то время, нам приходилось ожидать, что, несмотря на непрерывное увеличение числа подводных лодок, количество уничтожаемого ежемесячно тоннажа, уже снизившееся до 500 000 тонн{185}, в дальнейшем еще сократится. Судя по отчетам о строительстве торговых судов, можно было опасаться, что через короткий промежуток времени вновь построенный тоннаж будет превышать сумму потопленного. Успех кампании этим в большой степени снижался. Поэтому для нас было необходимо использовать наше единственное средство - наступление всеми силами, имевшимися в распоряжении Германии, чтобы добиться нашей цели - приемлемого мира».

Последний месяц ужасов подводной войны был отмечен несколькими трагедиями в западных водах. 1 октября в 170 милях на WtS3/4S от Бишоп-Рока был пущен ко дну пароход компании «Канэдиен Пасифик» «Montfort» (6578 тонн) с 5 жертвами; потеря наливного судна «Area» (4839 тонн) на следующий день в 40 милях на NWtW от острова Тори сопровождалась гибелью 52 человек. Еще хуже были действия подводной лодки в Ирландском море. 4 октября во время сильного шторма японский пароход «Хирано Мару» (7936 тонн) был подорван торпедой и быстро затонул; подводная лодка помешала спасательной работе американского эскадренного миноносца «Sterett», вследствие чего погибло 292 человека, в том числе много детей. 6 дней спустя в очень бурную погоду ирландский почтовый пароход «Leinster» (2646 тонн) только что вышел из Кингстауна в Холихед, имея на борту 720 человек. Пораженному двумя торпедами пароходу не [355] оставалось шансов на спасение: его машинное отделение было взорвано, и он затонул за 13 минут в 7 милях на OSO от плавучего маяка Киш (Kish). Старые эскадренные миноносцы «Lively» и «Mallard» блестяще выполнили спасательную работу, но несмотря на это, в бурном зимнем море погибло 176 мужчин, женщин и детей. По поводу этой катастрофы Артур Балфур сказал: «Я спрашиваю: показали ли те, кто заставил человечество побледнеть от ужаса своим варварством и зверскими жестокостями в Бельгии в начале войны, хотя бы в малой степени после четырех лет войны, что они сколько-нибудь существенно изменили к лучшему характер своих действий? Они были зверями, когда начали войну, и, насколько я могу судить, остаются зверями до настоящего момента. Я говорю, быть может, с горячностью негодования, не подобающей министру иностранных дел, но я признаюсь, что при известии об этом преступлении в Ирландском канале мне трудно сдержать свои эмоции, так как, если я правильно понимаю это событие, ирландский пароход, переполненный, как всегда, мужчинами, женщинами, детьми, был преднамеренно потоплен среди бела дня германской подводной лодкой. На нем не было никаких военных грузов, он не служил никаким военным целям. Это было чистейшим варварством, совершенным вполне сознательно. Я не могу оценить всего страшного безумия тех действий, в которых они виновны. Не забудем, что это лишь одно и не самое разрушительное, не самое подлое или зверское из преступлений, которые они совершают в тот момент, когда ищут мира, над беззащитными гражданами или еще более беззащитными военнопленными».

Первый лорд адмиралтейства (сэр Эрик Гедис) сделал 25 октября следующее многозначительное заявление: «Угроза германских подводных лодок уменьшалась до минувшего мая, когда стало необходимо перевести наши противолодочные флотилии с погони за подводными лодками на эскортирование судов. Ввиду нашего отказа от наступательных операций подводные лодки стали добиваться больших успехов», и нам, может быть, придется пережить очень грозную кампанию». И далее: «Предстоит новое мощное усилие... и угроза сегодня сильнее, чем когда-либо». [356]

Гайер сообщает данные, которые подтверждают эти предупреждения, когда говорит о том, что в октябре заводы сдали 30 новых подводных лодок. Морское ведомство, наконец, вырвало у военного командования несколько тысяч судостроительных рабочих для осуществления «программы Гинденбурга по постройке подводных лодок», и надеялись, что в течение ближайших месяцев будет готово много не сданных в срок лодок. Когда несколько недель спустя подводные лодки были сданы по капитуляции, было найдено около 100 новых корпусов, отчасти - на плаву и заканчивающихся, отчасти - в последней стадии постройки{186}. Не хватало подготовленного личного состава. Контрнаступление союзников неуклонно развивалось и усиливалось. Не было сомнений в том, что весной 1919 г. предстоит последняя безжалостная схватка.

Однако конец быстро приближался. Дуврский пролив был надежно прегражден. Каждая фландрская лодка могла рассчитывать сделать до своего уничтожения в среднем лишь 6 походов. Отрантский пролив преграждался. Северное заграждение начинало создавать затруднения. Сочетание конвоев, дозоров, дирижаблей и гидросамолетов, гидрофонных подслушивающих станций и гидрофонных отрядов вместе с опасностью от мин и глубинных бомб в значительной мере лишали подводных пиратов их жала. 1 октября флотский корпус (Marine Corps) получил приказ эвакуировать фландрские базы. 24 эскадренных миноносца, 20 подводных лодок вернулись в германские порты, но UB-10, UB-40, UB-59, UC-4 и 8 миноносцев были взорваны 1-2 октября, 17-го был эвакуирован Остэнд, 19-го - Зеебрюгге и Брюгге, а 20-го - все фландрское побережье.

5 октября новый имперский канцлер, принц Макс Баденский, попросил перемирия. Ему ответили, что сначала должна быть эвакуирована вся союзническая территория. Затем 14-го, когда союзные войска прорвали германскую оборонительную линию на Западном фронте, президент Вильсон потребовал немедленного прекращения бесчеловечных приемов [357] ведения войны. Этот суровый протест, видимо, был вызван известием о потоплении «Leinster». Кайзер, как было оговорено ранее, прибыл из Потсдама в Берлин, чтобы настоять перед канцлером на необходимости продолжать кампанию на море. У принца Макса Баденского он встретил графа Лерхенфельда (баварского посланника). Оба государственных деятеля желали прекратить подводную кампанию, чтобы получить возможность подготовить более благоприятную атмосферу для предложения перемирия. Напрасно кайзер старался убедить их в том, что кампания должна продолжаться, что условия ноты Вильсона унизительны и что Германия не должна отказываться от своих наиболее действенных средств ведения войны против союзников. Отказавшись от них, она пожертвовала бы очень ценным объектом торга. Мнение императора состояло в том, что прекращение подводной войны должно быть куплено ценой предоставления Германии более приемлемых условий мира. Принц Макс и Лерхенфельд были непреклонны, последний даже рискнул обратить внимание на то обстоятельство, что нота Вильсона не содержит требования об отречении от престола. Такое требование могло быть предъявлено позже, и если бы оно было предъявлено, его пришлось бы принять безоговорочно. По-видимому, принц Макс придерживался в этом вопросе того же мнения, что и баварский посланник. С этого момента дружественные отношения между кайзером и его канцлером прервались, побежденный монарх удалился в Спа.

21 октября всем подводным лодкам был послан приказ немедленно прекратить нападения на пассажирские суда. В этот день было уничтожено торпедой последнее торговое судно в британских водах, «St. Barchan» (362 тонны), потопленный без предупреждения в 4 милях от мыса Сент-Джон (St. John's Point) в графстве Доун (Down) с 8 жертвами. На следующий день в Ирландском канале были атакованы 2 почтовых парохода: «Duke of Cumberland» (2056 тонн) и «Duke of Connaught» (1564 тонны). Первому удалось увернуться от торпеды, второй ушел от погони. Последним военным кораблем, погибшим около Британских островов от неприятельской подводной лодки, был тральщик «Ascot», по-видимому, потопленный торпедой у острова Фарн 10 ноября 1918 г. [358]

Как известно, подводные лодки были отозваны в годовщину Трафальгарского сражения. По возвращении они были сосредоточены в Северном море для участия в намеченном последнем походе Флота открытого моря. В течение всего лета немцы работали над его планом. С каждым днем, почти с каждым часом, на британских кораблях росло ожидание первого движения немцев. Когда подводные лодки покинули внешние моря, все наличные британские траулеры и дрифтеры были посланы в залив Форт для тральных операций, в которых могла возникнуть необходимость. Западный район казался настолько безопасным, что с 26-го всем идущим в море судам было разрешено выходить из Ливерпуля самостоятельно, без конвоиров. Но «последняя вылазка» так и не состоялась.

Однако далеко, в западной части Атлантического океана осталась одна подводная лодка. Весной 1918 г. фон Арно де ля Перьер вступил в командование подводным крейсером U-139 (бывший «Corvetten-Capitan-Shwieger») {187} и в сентябре вышел в американские воды. По словам Гайера, работе этих больших подводных крейсеров (U-139-U-141) мешало наличие течи в прочных корпусах, кроме того, они страдали плохой устойчивостью и скверными способностями погружения. 1 октября фон Арно встретил у мыса Финистерре конвой из 10 больших судов. Сопровождаемый двумя вооруженными вспомогательными крейсерами, шедшими в голове и в хвосте, с дозорными судами на флангах колонны, конвой шел зигзагообразными курсами. Торпеда, выпущенная по одному из грузовых пароходов, не попала в цель. Конвой прошел над U-139. Когда шум судовых винтов стал удаляться, U-139 всплыла на поверхность, открыла огонь из своих орудий и получила горячий ответ. Спешно уйдя под воду от этого «приветствия», U-139 получила крещение глубинными бомбами. Несколько позже она решила возобновить нападение. [359]

Нагнав конвой, U-139 добилась попадания в один из пароходов. Один из кораблей охраны снова заставил ее погрузиться. Через несколько часов U-139 пыталась прикончить уже поврежденный пароход, но снова была вынуждена искать убежища под водой, затем она все-таки добилась попадания торпедой в поврежденное судно. Едва затих шум взрыва, как над лодкой раздался потрясающий грохот.

Внутри лодки свет погас, и в корпус начала просачиваться вода. U-139 накренилась. Лодка все погружалась, камнем падая в 900-метровую глубину. Выходной люк боевой рубки заклинило. Фон Арно полагает, что он случайно попал прямо под тонувший пароход и был прижат громадным погружавшимся корпусом. Дав воздушное давление во все цистерны, U-139 освободилась от кошмара только для того, чтобы вырваться на поверхность и быть встреченной глубинными бомбами. Потеряв все 3 перископа, она была вынуждена нащупывать себе дорогу вслепую под самой поверхностью воды, чтобы избавиться от своих преследователей. Получив приказ о возвращении, Арно 14-го привел свою лодку в Киль и узнал, что вспыхнула революция.

Поскольку подводные лодки ушли с судовых путей, чтобы принять участие в операциях флота в Северном море, возможность нападения на подводные лодки значительно сократилась. Все лодки, уничтоженные после этого, погибли восточнее Британских островов. Во-первых, 16-го в Скагерраке британская подводная лодка L-12 подорвала торпедой и утопила UB-90 (Мейер), подобным же образом 28-го при встрече с G-2 в водах к западу от района Ютландского сражения погиб большой подводный заградитель U-78 (Больбрехт). Последней жертвой Северного заграждения была UB-123 (Камм), взорвавшаяся 19-го у Оркнейских островов.

Гибель последней подводной лодки флотилии Северного моря была несравненно более героической, чем судьба многих лодок, погибших до нее{188}. UB-116 (Эмсман) вышла с командой офицеров-добровольцев в отважной попытке проникнуть в Скапа-Флоу и потопить там британский флагманский [360] корабль. Отчаянная попытка была плохо руководима, так как Гранд-Флит в это время находился в заливе Форт. 28 октября подводная лодка была обнаружена на экране, соединенном с электроуказателями внешнего заграждения обороны у Хокса (Ноха). Когда она оказалась под самым полем обсервационных мин, замкнули ток. Кстати, это был единственный случай за всю войну, когда подводная лодка была уничтожена с береговой минной станции.

Этим последним эпизодом завершился весь цикл. Как в 1914 г. германские подводные лодки начали операции с попытки отыскать Гранд-Флит на его военной якорной стоянке, так они и закончили их в 1918 г. В этой последней попытке они преследовали достойную цель, как и в начале войны, но между началом и концом они так далеко зашли по пути бесчестья и столько подлостей совершили!

28 октября германские линейные корабли получили приказ выйти на последнюю отчаянную операцию, но команды отказались идти, по их мнению, на верную смерть. Шпис, назначенный командиром U-135 (но не участвовавший на ней ни в одном боевом походе), в драматических выражениях описывает разложение Флота открытого моря{189}. Внезапно вызванный Михельсеном (командующим подводными лодками), Шпис узнал от него, что команды линейных кораблей «Ostfriesland» и «Thüringen», стоявшие на рейде Шиллиг{190}, восстали. Он получил приказание вывести туда U-135 и затем действовать согласно приказам командования флота. О том, что таилось за этими распоряжениями, легко было догадаться: большая подводная лодка должна была атаковать и потопить оба восставших линейных корабля, если будет приказано. На всякий случай Шпис счел полезным попросить письменного приказ. Поэтому он отправился на флагманский корабль - блокшив «Kaiser Willhelm II» - и обратился со своей просьбой к адмиралу Троту. Начальник штаба не счел целесообразным давать какие бы то ни было, письменные распоряжения. Что написано пером, того не вырубить топором! Если бы восставшие взяли верх, то написанное [361] черным по белому могло оказаться в высшей степени компрометирующим.

От Трота Шпис пошел к Хипперу, но даже от самого главнокомандующего не смог получить ясных инструкций или приказов. Хиппер просто сделал несколько неопределенных замечаний и официальным поклоном дал понять, что прием окончен. Тогда Шпис вернулся на U-135 и объявил офицерам свои поразительные новости и полученные распоряжения. Он сообщил, что они должны добиться беспрекословного повиновения от своих людей хотя бы путем угрозы револьвером.

U-135 отконвоировала на рейд Шиллиг 2 небольших парохода с вооруженными абордажными партиями. Первым восставшим кораблем, с которым пришлось иметь дело, был «Thüringen». Солдаты под командованием лейтенанта Гримма из Морского штаба выгнали восставших на бак и заперли люки. На сдачу было дано 5 минут. По истечении пятой минуты всем прочим кораблям, команды которых не принимали участия в восстании, было приказано отойти на некоторое расстояние. U-135 была изготовлена к бою и отошла на позицию для атаки. Затем подошел миноносец с поднятым сигналом, указывавшим, что он откроет артиллерийский огонь по непокорным морякам. Исполнение сигнала было задержано.

Вскоре после этого восставшие на «Thüringen» сдались.

Другой восставший корабль «Ostfriesland» вдруг угрожающе навел все бортовые орудия на U-135 на расстоянии 450 м. Это была последняя попытка сопротивления. Гримм и его солдаты поднялись на линейный корабль и завладели им. Вышедшие из повиновения моряки были спешно переведены на абордажные пароходы (boardings steamers) и увезены на берег под вооруженной охраной. Так закончилось восстание 31 октября.

Конец, хотя и отсроченный, был тем не менее близок. Адмирал Крафт повел свою линейную эскадру в Киль. Восстание вспыхнуло снова и с большей силой. Тлеющее недовольство разгорелось в большой пожар, который сжег не только Флот открытого моря, но и германскую монархию. Коммодор Михельсен поднял свой брейд-вымпел на U-135 и вышел на Гельголанд, чтобы собрать там все еще верные [362] старому режиму силы, в состав которых входило около 50 подводных лодок, миноносцы и дозорные суда. Вынужденный восставшим гарнизоном искать более безопасной якорной стоянки, он ушел в Листер-Дип (Lister Deep) на Шлезвигском побережье только для того, чтобы найти эту часть Германской империи объятой гражданской войной. На крейсере «Graudenz» был созван офицерский совет. Час за часом обсуждался и отвергался один план за другим. Вильгельмсхафен, Куксхафен и Киль - три главных военных порта - были в руках революционеров. Гельголанд, Боркум и Силы больше не были безопасными. Корабли Михельсена были лишены какого-либо надежного убежища. В конце концов после многочасовых дебатов было принято горькое, унизительное, но неизбежное решение - отвести корабли обратно в порт и сдать их «солдатским советам»{191}.

5 ноября союзники заявили, что они готовы обсуждать условия мира, и 11 ноября в 11 часов военные действия прекратились на всех фронтах. [363]

Дальше