Содержание
«Военная Литература»
Военная история

Глава шестая.

Общие итоги боевых действий авиации в битве под Москвой
и их значение для развития оперативного искусства и тактики ВВС

Разгром немецко-фашистских войск под Москвой - одно из крупнейших событий Великой Отечественной войны. Важнейшим итогом этой исторической битвы явилось серьезное поражение главной группировки гитлеровских войск - группы армий 'Центр'. Операция 'Тайфун' потерпела полный провал. Гитлеровский вермахт после триумфального шествия по Европе и временных успехов, достигнутых на территории Советского Союза, под Москвой потерпел тяжелое поражение, а его ВВС утратили господство в воздухе на московском (западном) стратегическом направлении.

Советские войска отбросили фашистских захватчиков от Москвы на 120 - 400 км. В сложнейших условиях наше командование впервые во второй мировой войне осуществило контрнаступление в крупном стратегическом масштабе войсками трех фронтов. Были полностью очищены от оккупантов Московская, Тульская и часть Калининской областей. Переход от обороны к контрнаступлению, осуществленный без какой-либо паузы, говорит о высоком полководческом искусстве советских военачальников.

Фронтовая, дальнебомбардировочная и авиация ПВО своими эффективными боевыми действиями во многом способствовали разгрому группы армий 'Центр'.

Главнокомандующий Военно-Воздушными Силами Советской Армии Главный маршал авиации П. С. Кутахов так оценивает действия авиации в сражениях под Москвой:

'Первую крупную победу советская авиация одержала над фашистской авиацией зимой 1941/42 г. в битве под Москвой. На подступах к столице днем и ночью в ожесточенных воздушных сражениях наши герои-летчики самоотверженно отражали яростный натиск воздушных армад Геринга и уничтожили 1600 фашистских самолетов. В результате победы под Москвой была окончательно развеяна легенда о непобедимости немецко-фашистской армии и ее авиации. В этой исторической битве наша авиация во взаимодействии с войсками [273] ПВО надежно обеспечивала прикрытие столицы нашей Родины от ударов с воздуха' {1}.

Победа под Москвой явилась началом коренного поворота в ходе войны, развеяла миф о непобедимости гитлеровской армии, сорвала планы 'молниеносной' войны против СССР. После этой битвы фашистская Германия оказалась вынужденной вести затяжную войну. Вот что говорят бывшие гитлеровские генералы.

'Московская битва принесла немецким войскам первое крупное поражение во второй мировой войне,- признает бывший начальник штаба 4-й полевой армии генерал Г. Блюментрит . - Это означало конец блицкрига, который обеспечил Гитлеру такие выдающиеся победы в Польше, Франции и на Балканах' {2}. Сила удара русских, - пишет гитлеровский генерал К. Типпельскирх, - и размах контрнаступления были таковы, что поколебали фронт на значительном протяжении и едва не привели к непоправимой катастрофе... Немецким войскам грозила судьба великой армии Наполеона' {3}.

Общие боевые потери только сухопутных войск, как об этом говорится в дневнике генерала Гальдера, в период с 30 сентября 1941 г. по 28 февраля 1942 г. составили около 0,5 млн. человек. Группа армий 'Центр' не досчиталась 1300 танков, 2500 орудий, более 15 тыс. машин и много другой техники{4}.

Победа наших войск под Москвой имела крупное международное значение. Она охладила воинственный пыл правящих кругов империалистической Японии и Турции, готовившихся вступить в войну на стороне фашистской Германии. Оказала решающее влияние на активизацию национально-освободительной борьбы в странах, оккупированных Германией. Народы Франции, Бельгии, Голландии, Дании, Норвегии, Польши, Чехословакии, Югославии, Албании, Греции и других государств убедились в том, что гитлеровская армия отнюдь не является непобедимой, что ее можно разбить. Под руководством коммунистических и рабочих партий и других прогрессивных организаций они стали активнее бороться против фашистского 'нового порядка'.

Победа под Москвой способствовала укреплению антигитлеровской коалиции и подорвала престиж гитлеровской военной машины не только в глазах мирового общественного мнения, но и в глазах сателлитов Германии - маннергеймовской Финляндии, хортистской Венгрии, королевской Румынии и фашистской Италии, которые с готовностью предоставили свои вооруженные силы в распоряжение Гитлера.

Потеря врагом стратегической инициативы в результате поражения под Москвой создавала благоприятные условия для активизации военных действий против Германии на Западе. [274]

Историческая победа под Москвой стала возможной благодаря : организующей и руководящей роли закаленной в боях ленинской Коммунистической партии, превосходству советского общественного и государственного строя, патриотизму, дружбе народов. В разгроме немецко-фашистских войск на подступах к столице советские воины проявили массовый героизм, стойкость в обороне и решительность в наступательных действиях. Здесь было продемонстрировано превосходство советской военной науки и военного искусства. Новыми методами творческого решения сложных стратегических, оперативных и тактических задач в обороне, контрнаступлении и общем наступлении на московском (западном) направлении обогатилась военно-теоретическая мысль.

В документах и решениях XXIV съезда КПСС подчеркивается, что силы агрессии и милитаризма хотя и потеснены, но не обезврежены. Поэтому задача повышения обороноспособности нашей Родины, поставленная XXIV съездом партии, остается одной из самых главных. В ее выполнении существенную роль может сыграть приобретенный боевой опыт под Москвой. Но исторический опыт никогда не давал готовых рецептов, которые можно было бы использовать в новых, изменившихся условиях, тем более теперь, когда в ходе научно-технической революции в военном деле идет процесс глубоких изменений. Поэтому, изучая историю, следует к опыту прошлого подходить критически, взяв из него самое ценное и необходимое.

Происходящая в военном деле революция не отрицает возможности использования в будущем всего разнообразия форм и способов боевых действий, которые имели место в операциях Великой Отечественной войны. При этом следует иметь в виду, что некоторые принципы военного искусства, оставаясь сходными по форме, значительно изменились по своему содержанию. Следовательно, изучая опыт битвы под Москвой, можно найти много полезного и для современных условий, особенно в области стратегического руководства Вооруженными Силами, взаимодействия между видами и родами войск, обеспечения фронтов стратегическими резервами, в том числе и авиационными, завоевания оперативного господства в воздухе на московском направлении, совместных действий ВВС с Воздушнодесантными войсками по выброске (высадке) крупных оперативных десантов и т. д. Это важно еще и потому, что на основе опыта прошлого происходит подготовка военных кадров к наилучшему решению боевых задач в современных условиях, теоретическая разработка тех проблем военного искусства, которые обеспечивают высокую боевую готовность войск.

В разгроме гитлеровских войск под Москвой большая заслуга, наряду с другими видами Вооруженных Сил и родами войск, принадлежит советским ВВС, которые вели напряженные боевые действия с целью ликвидации господства в воздухе противника и создания выгодных условий для своих сухопутных войск. [275]

Победа под Москвой явилась важным этапом в развитии оперативного искусства и тактики ВВС. За время битвы советская: авиация (включая фронтовую, армейскую, дальнебомбардировочную и ВВС МВО и Московской зоны ПВО) всего произвела 116535 самолето-вылетов, в том числе в оборонительных операциях летный состав совершил 51 300 самолето-вылетов. При этом противник потерял на московском направлении более 1400 самолетов, из них 85 % - от действий авиации, что способствовало завоеванию оперативного господства в воздухе и срыву наступления гитлеровских войск на Москву{5}.

В период контрнаступления и общего наступления на московском западном направлении авиация произвела 65 235 самолето-вылетов и оказала эффективную поддержку сухопутным войскам в разгроме группы армий 'Центр'. Для нанесения бомбовых и штурмовых ударов по войскам и технике врага произведено 45,3 % боевых вылетов, остальные совершались для прикрытия войск и объектов, сопровождения бомбардировщиков и штурмовиков, и выполнения других задач{6}. Напряженно действовала на Западном фронте санитарная авиация, которая перевезла 34198 раненых и больных, 27 610 кг медицинского имущества, 10 102 л крови, 29 921 дозу бакпрепаратов. Из числа эвакуированных и больных. 25% перевезено с фронта и 75% из полевых эвакуационных приемников{7}.

В оборонительных операциях основные усилия ВВС направлялись на поддержку сухопутных войск, действующих на направлениях главных ударных группировок противника. Так, в период обороны на московском направлении 70% всех самолето-вылетов, было произведено на поддержку боевых действий общевойсковых армий Западного фронта, ведущих борьбу с 3-й и 4-й танковыми: группами противника, наступающими к северу от Москвы.

При проведении оборонительных операций обстановка настоятельно требовала изменить принцип использования авиации и перейти к массированному ее применению. В ходе обороны принцип массирования не был так резко выражен, как это удалось осуществить при контрнаступлении, когда Ставка ВГК на московское направление привлекла 36,6% всего боевого состава фронтовой авиации действующей армии, соединения дальнебомбардировочной авиации и 6-й истребительный авиационный корпус ПВО за счет ослабления других направлений, где менее активно велись боевые действия.

Поскольку при контрнаступлении Западный фронт играл главную роль, в его распоряжение выделялось около 90% всей авиационной группировки, сосредоточенной под Москвой. По [276] гитлеровским войскам, наступавшим на правом крыле фронта и представлявшим наибольшую угрозу, авиация произвела свыше 70% боевых самолето-вылетов и около 25 % - на войска левого крыла Западного фронта, где противник менее угрожал и дальше находился от столицы.

Таблица 7. Распределение усилий советской авиации по задачам в наиболее характерных
оборонительных и наступательных операциях под Москвой в 1941-1942 гг.
*

Операция

Авиационные объединения, участвовавшие в операции

Произведено самолето-вылетов

Из них с целью, %

Авиационной поддержки войск Борьбы за господство в воздухе Действий по резервам и ж/д объектам Воздушной разведки
Калининская оборонительная операция (9.10- 4.12. 1941 г.) ВВС Западного и Калининского фронтов, ДБА ГК 1398 49,1 41,2 2,8 6,9
Калининская наступательная операция (5.12. 1941 г.- 8.1. 1942 г.) ВВС Калининского фронта, ВВС МВО и МЗО 1604 48,0 36,9 3,1 12,0
Оборонительная операция Западного и Резервного (2.10. - 15.11. 1941 г.) ВВС Западного и Резервного фронтов, ДБА ГК, ВВС МВО 17804 49,7 38,0 2,4 9,9
Оборонительная операция Западного фронта (16.11-5.12 1941 г.) ВВС Западного фронта, ВВС МВО, 6 иак ПВО, ДБА ГК 15903 49,5 38,4 2,1 10,0
Контрнаступление (6.12.1941 г.- 7.1. 1942 г.) ВВС Западного и Калининского фронтов, ДБА ГК, ВВС МВО, 6 иак ПВО 7210 46,4 35,0 4,6 14,0
* Архив МО СССР, ф. 208, оп. 14269, д. 5, лл. 17-19; д. 3, л. 26; ф. 228, оп. 84894, д. 1, л. 17; ф. 35, оп. ?0799, д. 2, лл. 24-28 и др.

Ставка ВГК стремилась централизовать управление авиацией. Так, в наступательных операциях управление всеми силами авиации в основном осуществлял командующий ВВС Красной Армии через оперативную группу. И это было не случайно. Тогда линия фронта проходила на небольшом удалении от столицы, где находились командование и штаб ВВС Красной Армии, имевшие возможность непосредственно осуществлять управление авиацией, минуя промежуточные звенья руководства. Командующий ВВС через посредство оперативной группы координировал действия авиации Западного, Калининского, Юго-Западного (Брянского) [277] фронтов, ВВС Московского военного округа и Московской зоны обороны, авиационных групп Резерва Верховного Главнокомандования и соединений дальнебомбардировочной авиации. Единый орган управления позволил более целеустремленно использовать усилия авиации на важнейших участках.

Начиная с осени 1941 г. Ставка ВГК для координации усилий авиационных объединений и соединений стала практиковать посылку своих представителей по авиации в районы боевых действий на московское и другие направления. Эти представители наделялись большими полномочиями по организации взаимодействия между ВВС фронтов и видами авиации, по оказанию помощи командующим ВВС фронтов (армий) в процессе подготовки и проведения операции, осуществлению контроля за правильностью использования авиации. В отдельных случаях, если того требовала обстановка, представители Ставки ВГК привлекали силы авиации соседних фронтов для усиления московского направления.

Хотя управление авиацией в наступательных операциях под Москвой и претерпело значительные изменения, но по-прежнему более 50 - 55% частей и соединений все еще входили в состав ВВС общевойсковых армий, которые нередко действовали разрозненно, что нарушало принцип массирования. Даже в сложной обстановке на участках соседних армий командующему ВВС фронта запрещалось использовать армейскую авиацию по его усмотрению. Так, в распоряжении командующего ВВС Западного фронта на 22 февраля 1942 г. (см. стр. 281) оставалась лишь фронтовая группа в составе 7 авиационных полков (17,5% от общего количества авиации фронта, которой он мог маневрировать и решать боевые задачи, а 33 авиационных полка (82,5%) входили в состав ВВС девяти общевойсковых армий и выполняли задачи в их интересах{8}. Такое же положение было к этому времени и на Калининском фронте, где только 4 авиационных полка (15%) входили во фронтовую группу, а 23 авиационных полка (85 %) составляли армейскую авиацию, действуя в интересах шести общевойсковых армий{9} (см. стр. 282).

Командиры авиационных соединений в течение почти всего оборонительного периода осуществляли управление боевыми действиями своих частей с командных пунктов, расположенных в районе аэродромных узлов соединений. В результате этого они не имели возможности непосредственно руководить боевыми действиями на поле боя, что снижало эффективность воздействия, особенно штурмовиков и истребителей.

Опыт летне-осенней кампании 1941 г. и битвы под Москвой убедительно показал, что выделение из состава ВВС фронта армейской авиации приводит к организационной раздробленности во фронтовом звене, исключает централизованное управление и массированное [278] применение авиации в масштабе фронта на важнейших участках, а также значительно затрудняет маневр авиацией. Исходя из этого, в мае 1942 г. организационная структура фронтовой авиации по указанию Ставки ВГК подверглась коренной перестройке. Все авиационные части и соединения, действовавшие в составе фронта, были сведены в оперативные объединения - воздушные армии, которые подчинялись командующим фронтами. В приказе НКО СССР от 5 мая 1942 г. указывалось:

'В целях наращивания ударной силы авиации и успешного применения массированных авиационных ударов объединить авиасилы Западного фронта в единую воздушную армию, присвоив ей наименование 1-й воздушной армии' {10}.

Несколько позже воздушные армии создаются и на других фронтах. Всего в системе фронтовой авиации было сформировано 17 воздушных армий. В связи с этим отпала необходимость делить авиацию на фронтовую и армейскую. Армейская авиация была ликвидирована, кроме авиации связи. Объединение ВВС фронтов в воздушные армии облегчило управление авиацией и улучшило аэродромно-техническое и материальное обеспечение авиационных частей и соединений, создало объективные условия для массированного применения авиации в масштабе фронта.

В марте 1942 г., еще до создания воздушных армий, дальнебомбардировочная авиация Главного Командования была преобразована в организационном отношении в авиацию дальнего действия (АДД). С этого момента командующий АДД непосредственно подчинялся Ставке ВГК и через нее получал боевые задачи,

Для усиления ударов фронтовой авиации решением Ставки ВГК создавались резервные авиационные группы. Помимо них осенью 1941 г. из частей фронтовой и дальнебомбардировочной авиации формировались временные авиационные группы под командованием генералов И. Ф. Петрова, Г. П. Кравченко, Н. А. Сбытова и других, успешно применявшиеся под Москвой. Летный состав этих групп активно участвовал в разгроме войск и авиации противника, в завоевании оперативного господства в воздухе на московском направлении.

В марте - апреле 1942 г. было сформировано 10 ударных авиационных групп, две из которых в период общего наступления действовали под Москвой. Они являлись средством Верховного Главнокомандования и предназначались как для выполнения самостоятельных задач, так и усиления фронтовой авиации на важнейших участках.

Резервные, временные и ударные авиационные группы в битве под Москвой сыграли положительную роль. Но они не имели твердо установленных штатов, т. е. были различны по своему составу и создавались временно; по выполнении определенных задач [279] отдельные из них расформировывались. Кроме того, эти группы были смешанного состава и недостаточно мощными по количеству самолетов. Поэтому решать крупные оперативные задачи они были не в состоянии. Незначительное количество групп и сравнительно небольшой численный состав самолетов в них не обеспечивали превосходства над вражеской авиацией. В силу этого Ставка ВГК для усиления фронтовой авиации привлекала также дальнебомбардировочную авиацию Главного Командования и ВВС Московской зоны противовоздушной обороны.

Создание более мощных авиационных резервов стало возможным осуществить в сентябре 1942 г., когда были созданы авиационные корпуса и отдельные дивизии Резерва Ставки ВГК, предназначавшиеся для усиления воздушных армий на важнейших стратегических направлениях. Наличие таких соединений позволяло осуществлять межфронтовой маневр авиацией в рамках одного или нескольких стратегических направлений.

Следовательно, опыт битвы под Москвой способствовал поиску лучших форм организационной структуры резервных авиационных соединений. Были созданы маневренные, мобильные и мощные по своей ударной силе авиационные корпуса и дивизии Резерва Ставки, которые использовались на важнейших направлениях по усилению воздушных армий фронтов на период проведения крупных операций, в результате чего обеспечивалось численное превосходство над авиацией противника.

Исследование показывает, что главным преимуществом новой организационной структуры ВВС было то, что она позволила централизованно управлять всеми силами авиации фронта, широко маневрировать авиационными соединениями, использовать их там, где требовала обстановка.

Таким образом, создание воздушных армий и авиационных корпусов, реорганизация авиационных дивизий и авиационных полков, совершенствование организационной структуры подразделений ВВС, - все эти преобразования, происшедшие в штатной структуре фронтовой авиации, не могли не повлиять на дальнейшее развитие оперативного искусства и тактики родов авиации.

Количественный и качественный рост ВВС и совершенствование их организационной структуры позволили в дальнейшем с большей эффективностью использовать фронтовую авиацию и авиацию дальнего действия на главных стратегических направлениях. Воздушные армии фронтов использовались более целеустремленно, их усилия сосредоточивались на направлениях решающих ударов.

Опыт боевого применения ВВС под Москвой свидетельствовал о необходимости проведения в последующих операциях Великой Отечественной войны авиационного наступления по аналогии с артиллерийским. Впервые такие действия авиации были спланированы в период контрнаступления под Сталинградом и в полном объеме осуществлены под Курском. [280]

По объему выполняемых задач, времени и привлекаемым силам авиационное наступление делилось на авиационную подготовку атаки и авиационную поддержку (сопровождение) войск фронта.

Целью авиационной подготовки являлось подавление вражеской обороны на направлении главного удара войск фронта и создание благоприятных условий для перехода в наступление. В задачу авиации при проведении авиационной подготовки входило разрушение опорных пунктов и узлов сопротивления вражеской обороны, подавление организованной системы огня, деморализация войск противника.

По характеру выполняемых задач и времени проведения авиационная подготовка атаки подразделялась на предварительную (длительную) и непосредственную (короткую). При прорыве гитлеровской обороны под Москвой она проводилась небольшими группами бомбардировщиков и штурмовиков с целью подавления живой силы и огневых средств противника перед атакой. По времени она приурочивалась обычно к концу артиллерийской подготовки атаки и продолжалась 15 - 20 мин. Так, например, в ночь на 6 декабря ночными бомбардировщиками была осуществлена авиационная подготовка (150 самолето-вылетов) в полосе наступления правого крыла Западного фронта.

Авиационная поддержка имела целью содействовать войскам фронта в быстром прорыве оборонительных полос и развитии наступления путем последовательного подавления штурмовиками и бомбардировщиками огневых средств противника.

В оборонительных операциях под Москвой из-за недостаточного количества самолетов и распыления их по общевойсковым армиям, а также отсутствия радиосредств для управления авиацией над полем боя задачи по поддержке войск с воздуха выполнялись в большинстве случаев эпизодически и на небольшую глубину. Осуществлять непрерывное воздействие было невозможно. Так в конце ноября 1941 г. для поддержки войск Западного фронта днем привлекалось 44 самолета Пе-2 и 28 Ил-2; Калининского фронта - 11 Пе-2 и 12 Ил-2 и Юго-Западного - 6 Пе-2 и 20 Ил-2{11}. Но уже в ходе контрнаступления для авиационной поддержки войск Западного фронта помимо ВВС фронта привлекались значительные силы дальнебомбардировочной авиации, ВВС Московского военного округа и Московской зоны противовоздушной обороны, а также несколько резервных авиационных групп. Это позволило сосредоточивать усилия на главных направлениях и более эффективно осуществлять поддержку наступающих войск.

Впоследствии, когда количество самолетов во фронтах значительно возросло, поддержка атаки стала осуществляться непрерывным [283] сопровождением авиации на протяжении более продолжительного времени. Планирование в оборонительных операциях также обязательно, как и в наступательных. Однако в период обороны планы носили более ориентировочный характер, чем в наступлении, они требовали постоянного уточнения, поскольку инициатива в выборе направления главного удара и срока начала операции находилась в руках противника.

В оборонительных операциях летне-осенней кампании 1941 г. и в начале битвы под Москвой планы боевых действий авиации чаще всего разрабатывались штабами на сутки. Это объяснялось тем, что в условиях напряженной, быстро меняющейся обстановки оборонительного сражения трудно было предусмотреть возможный характер действий сухопутных войск и авиации на длительный период. Несомненно планирование на короткое время затрудняло организацию боевых действий, не всегда давало возможность летному составу изучить особенности района полетов, а также организовать взаимодействие авиации с сухопутными войсками. Командующие ВВС фронтов руководили действиями соединений путем отдачи отдельных боевых распоряжений на вылет, исходя из конкретной обстановки. В тех же случаях, когда оборонительным операциям предшествовал подготовительный период, разрабатывались планы боевых действий ВВС фронтов на первые 4 - 6 дней. Следовательно, планирование боевых действий авиации в оборонительных операциях имело свои особенности. Они определялись конкретной обстановкой. При разработке планов задолго до начала оборонительного сражения, когда направление главного удара противника еще не было раскрыто, предусматривалось несколько вариантов боевых действий авиации. Так, в ноябре 1941 г. разработанный штабом ВВС Западного фронта план предусматривал действия фронтовой и других видов авиации в операции войск Западного фронта по отражению наступления противника на ближних подступах к Москве{12}. Планом предусматривалось пять вариантов боевого использования ВВС с учетом возможных направлений вражеского наступления. Советская авиация должна была нанести массированные удары по аэродромам, поддержать контрудары войск Западного фронта.

Планирование боевых действий авиации по вариантам отвечало сложившейся обстановке и полностью себя оправдало. Оно позволяло быстро и организованно вводить в сражение авиационные соединения при переходе противника в наступление, сосредоточивать основные усилия авиации на важнейших направлениях по любому из предусмотренных вариантов. Для того чтобы авиационные соединения приступили к выполнению боевой задачи на том или ином направлении, достаточно было сообщить им условный пароль варианта и время начала операции. Такой способ планирования давал возможность массированно применять авиацию [284] в борьбе с главными силами наступающего противника, лучше использовать ее маневренные качества для оказания поддержки любой общевойсковой армии, на любом участке фронта, облегчал управление авиационными соединениями в начале оборонительного сражения.

Планы боевого применения ВВС фронтов предусматривали различные варианты действий с учетом наиболее вероятных направлений главных ударов противника, использования авиационных резервов для решения непредвиденных задач и отражения внезапных ударов. Наряду с ВВС Западного фронта такие планы разрабатывались штабами Московского военного округа и Московской зоны обороны, ВВС Калининского и Юго-Западного фронтов.

От качества планирования боевых действий ВВС и выполнения других подготовительных мероприятий во многом зависел успех применения авиации под Москвой.

Заслуживает внимания целенаправленность плана, разработанного в ходе общего наступления советских войск штабами ВВС Красной Армии и Западного фронта по обеспечению операции Западного фронта в конце февраля - начале марта 1942 г. на юхновском и гжатском направлениях. Конкретность задач, поставленных фронтовой авиации, Резерву Главного Командования и дальнебомбардировочной авиации, позволила оказать существенную поддержку сухопутным войскам в наступательных действиях и нанести эффективные массированные удары по железнодорожным узлам, аэродромам, опорным пунктам и другим объектам противника.

В битве под Москвой приобретен опыт в организации и проведении взаимодействия ВВС с сухопутными войсками, для чего выделялись авиационные соединения по поддержке боевых действий общевойсковых армий. В отдельных случаях допускалось оперативное подчинение командиров авиационных частей и соединений командующим общевойсковыми армиями или кавалерийских соединений. С танковыми войсками из-за их малочисленности авиация взаимодействовала в редких случаях.

Взаимодействие авиации и сухопутных войск в масштабе фронта организовывал командующий фронтом. Имело место взаимодействие в звене авиационная дивизия - общевойсковая армия и взаимодействие авиации со стрелковыми соединениями. Более распространенными стали личное общение общевойсковых и авиационных командиров и штабных офицеров в ходе подготовки операций, совместная разработка ими документов взаимодействия - плановых таблиц, карт целей, таблиц сигналов и др.

В отдельных случаях на Западном фронте стало практиковаться выделение авиационных представителей со средствами связи на КП общевойсковых армий, которые информировали командование фронта о сложившейся обстановке в районе боевых действий, передавали заявки сухопутных войск на удары авиации, [285] согласовывали сигналы взаимного опознавания и целеуказания.

Организация взаимодействия дальнебомбардировочной авиации с сухопутными войсками возлагалась на командующих ВВС фронтов, в оперативном подчинении которых находились авиационные дивизии. После создания в марте 1942 г. авиации дальнего действия, непосредственно подчиненной Ставке Верховного Главнокомандования, взаимодействие ее с сухопутными войсками и фронтовой авиацией организовывали по указанию Ставки командующие войсками фронтов, командующий авиацией дальнего действия и авиационные представители Ставки ВГК.

Большую роль в защите столицы сыграла воздушная разведка. В отдельные периоды битвы под Москвой, особенно во время прорыва танковыми группировками противника нашей обороны, воздушная разведка была важнейшим средством оперативной и даже стратегической разведки. Воздушная разведка обеспечивала своевременное получение данных об изменении положения войск и расположений огневых средств противника, а также о положении продвигающихся наших подвижных передовых частей. Разведывательные сведения, добытые экипажами самолетов, своевременно передавались в штаб ВВС фронта или армии и в штабы общевойсковых соединений. Полностью себя оправдало выделение для воздушной разведки специальных подразделений истребителей с базированием их на ближайших к командным пунктам командующих ВВС фронтов площадках с прямой телефонной связью. На выполнение задач воздушной разведки в оборонительных операциях Западного фронта было затрачено до 14% самолето-вылетов, воздушное фотографирование в период подготовки к операциям составило 8,9 %.

В 1941 - 1942 гг. широкое применение в боевых действиях нашла ночная бомбардировочная авиация, сыгравшая важную роль в разгроме немецко-фашистских войск под Москвой.

Согласно постановлению Государственного Комитета Обороны от 1 октября 1941 г. в составе ВВС начали формироваться полки ночной бомбардировочной авиации на базе устаревшей авиационной техники. Только в октябре - ноябре был сформирован 71 авиационный полк на самолетах У-2 (По-2), 27 - на Р-5, 5 полков - на Р-зет и 5 полков - на самолетах СБ{13}. Наибольший размах это формирование получило в ходе Московской битвы, и многие из созданных частей приняли в ней активное участие. Эффективно действовали авиационные полки, вооруженные самолетами По-2 и Р-5, которые в значительной степени компенсировали недостаток фронтовой бомбардировочной и штурмовой авиации. Большое количество этих самолетов в авиационных школах и аэроклубах страны позволило в короткие сроки подготовить части, укомплектовать их за счет постоянного инструкторского состава [286] и курсантов-выпускников, которые самоотверженно действовали в боях. В дальнейшем на базе этих авиационных полков стали создаваться авиационные дивизии, на вооружении которых оставались самолеты По-2, Р-5, Р-зет. Кроме них ночью эффективно использовались фронтовые бомбардировщики СБ и тяжелые ТБ-3. Для уменьшения потерь дальнебомбардировочная авиация почти полностью перешла на ночные действия. В наступательных операциях под Москвой удельный вес действий ВВС ночью значительно возрос и составил около 10% от всех произведенных самолето-вылетов.

Разработка проблемы боевого применения ночной бомбардировочной авиации в значительной мере обогатила развитие оперативного искусства и тактику ее действий.

Несмотря на труднейшую обстановку, советскому командованию удалось сосредоточить на московском направлении к началу декабря 1941 г. превосходящие силы авиации и нанести противнику тяжелое поражение. Немецко-фашистские ВВС не смогли преодолеть воздушную оборону Москвы, сорвать подготовку советских войск к переходу в контрнаступление. К концу оборонительного периода под Москвой наши ВВС впервые в ходе войны завоевали оперативное господство в воздухе. Это была серьезная победа советской авиации. Она дала возможность сухопутным войскам успешно решать боевые задачи без существенных помех со стороны ВВС противника, которые были в значительной мере скованы активностью нашей авиации.

Контрнаступление на главные гитлеровские группировки, пытавшиеся взять Москву в клещи с севера и юга, оказалось полной неожиданностью для противника. Враг не имел достаточных данных о сосредоточении крупных стратегических резервов под Москвой. Его авиация не в состоянии была вести непрерывную воздушную разведку из-за сильного противодействия советских истребителей. Следовательно, в обеспечении внезапности контрнаступления в декабре 1941 г. исключительную роль сыграло завоеванное господство в воздухе. Благодаря этому в значительной мере была обеспечена свобода маневра войск фронтов и повысилась эффективность ударов бомбардировочной и штурмовой авиации. Ослабла воздушная угроза, что создало более спокойную обстановку в городе. Даже нелетная погода не могла препятствовать полетам: шел снег или стелился туман - все равно в воздух взмывали самолеты. Почти все вылеты авиаторы 6-го истребительного авиационного корпуса ПВО в период контрнаступления проводили с целью поддержки наступающих войск Западного фронта. До 700 самолето-вылетов они совершили только с 4 по 7 декабря в районе Красная Поляна, Белый Раст, Каменка, Кочергино, а 9 и 11 декабря громили с воздуха колонны фашистов в районе Нудоль, Румянцево, Ново-Петровское, Теряева Слобода, Волоколамск. Уничтожались с самолетов штурмовыми действиями гитлеровские войска, отступавшие из Клина, Солнечногорска. [287]

Опыт борьбы за господство в воздухе в битве под Москвой свидетельствует, что при массированном применении и умелом использовании авиации даже в условиях, когда стратегическое господство в воздухе находится на стороне авиации противника, можно завоевать господство в воздухе на нескольких операционных или стратегическом направлениях. Главным и решающим способом борьбы за господство являлось уничтожение самолетов противника в воздушных боях. Основной силой в борьбе в воздухе были истребители. Они уничтожали фашистские самолеты, когда прикрывали столицу и войска, объекты тыла, обеспечивали боевые действия других родов авиации. Активные действия в полосе Западного фронта начались задолго до начала битвы. Еще летом 1941 г. для поддержки главной ударной группировки, действующей на западном направлении, противник стянул основные силы авиации. Уже тогда (с 10 по 31 июля 1941 г.) летчики Западного фронта в воздушных боях уничтожили до 200 вражеских самолетов. Об эффективности воздушных боев истребителей под Москвой говорят следующие данные{14}:
Операция Количество вылетов истребителей для завоевания господства в воздухе Проведено воздушных боев Сбито самолетов противника Количество самолетовылетов по аэродромам противника Количество уничтоженных и поврежденных вражеских самолетов на аэродромах
Оборонительные операции под Москвой 9758 612 484 1428 238
Контрнаступление и общее наступление на московском (западном) направлении 21205 597 461 1810 315

Анализ этих данных показывает, что если для уничтожения одного самолета противника в воздухе затрачивалось от 20 (в период обороны) до 45 (при контрнаступлении и общем наступлении) вылетов истребителей, то при ударах по аэродромам в среднем было совершено 8 - 12 вылетов бомбардировщиков и штурмовиков. При некоторых бомбо-штурмовых ударах по аэродромам под Москвой среднее количество самолето-вылетов на вывод из строя одного самолета противника было еще меньшим (от 5,7 до 6).

Особого внимания заслуживают успешные действия советских ВВС по аэродромам в оборонительных операциях, когда с целью ослабления авиационной группировки противника были осуществлены [288] две воздушные операции: 11 - 18 октября и 5 - 8 ноября 1941 г. Такие операции по своим целям и задачам, размаху и достигнутым результатам следует рассматривать как совокупность боевых действий нескольких авиационных объединений и соединений, проведенных по единому замыслу и плану для решения оперативно-стратегической задачи. Одновременные и последовательные удары ВВС Западного, Калининского, Брянского фронтов, ВВС МВО и МЗО, а также соединений дальнебомбардировочной авиации Главного Командования более чем по 30 аэродромам противника сочетались с воздушными боями и сражениями. В период данных операций на земле было уничтожено и повреждено более 200 самолетов, в развернувшихся воздушных боях сбито 63 самолета противника{15}. 12 и 15 ноября 19 аэродромов вновь подверглись ударам нашей авиации, в результате которых враг потерял 47 самолетов{16}. В период с 25 по 28 февраля 1942 г. по единому плану штаба ВВС, утвержденному Верховным Главнокомандующим, нанесено несколько последовательных и массированных ударов ВВС группы фронтов, Балтийского флота и соединений дальнебомбардировочной авиации по аэродромам противника в западном и северо-западном направлениях{17}.

Одновременное подавление авиации на широком фронте в значительной мере лишало гитлеровское командование возможности осуществлять маневр, сосредоточивать ее усилия на московском (западном) направлении для поддержки войск, а также организованно наносить ответные удары по аэродромам базирования наших ВВС.

Организатором воздушных операций по аэродромам фашистской авиации была Ставка ВГК, непосредственное же руководство ими осуществлял командующий ВВС Красной Армии со своим штабом. Централизованное управление всей авиацией в ходе операций позволило успешно осуществить массированные и последовательные удары по мощной авиационной группировке противника на главном стратегическом направлении при взаимодействии между видами и родами авиации.

Несмотря на большую эффективность ударов по аэродромам, воздушные операции как форма борьбы за господство в воздухе еще не получили в битве под Москвой значительного применения из-за малочисленности бомбардировочной и штурмовой авиации и необходимости использования ее в первую очередь для поддержки сухопутных войск. Вот почему действия по аэродромам по своему удельному весу занимали меньшее место в общей системе борьбы за господство в воздухе.

В битве под Москвой получили свое дальнейшее развитие теория и практика использования авиации в системе противовоздушной [289] обороны крупного объекта. Если в начале битвы истребительная авиация вела бои с воздушным противником в основном на подступах к Москве, то впоследствии истребители стали действовать и непосредственно над столицей, поддерживая тесное взаимодействие с наземными средствами ПВО, особенно с частями зенитной артиллерии. При этом в целях поддержки средств ПВО действовала авиация и других видов, нанося удары по аэродромам врага и участвуя в воздушных боях. В свою очередь, истребительная авиация ПВО оказывала содействие бомбардировочной и штурмовой авиации, а также сухопутным войскам на важнейших направлениях. Опыт организации и ведения противовоздушной обороны Москвы подтвердил основные положения нашей довоенной теории о том, что противовоздушная оборона крупного центра страны должна строиться на принципе массирования истребительной авиации, зенитной артиллерии и тесного взаимодействия их с прожекторами, аэростатами заграждения. Основным средством борьбы с вражеской авиацией являлась истребительная авиация. Из опыта боевого применения ВВС под Москвой представляют определенный теоретический и практический интерес действия авиации в системе ПВО столицы при отражении ночных налетов противника в световых прожекторных полях, а также согласование и взаимодействие авиации с зенитной артиллерией, прожекторами и другими родами войск ПВО в решении общих задач прикрытия крупнейшего центра страны.

В битве под Москвой получен опыт авиационного обеспечения выброски (высадки) тактических и оперативных воздушных десантов ночью на глубину до 60 км. Тактические воздушные десанты применялись под Москвой в районе Теряевой Слободы и других местах. Оперативные воздушные десанты применялись дважды в январе и феврале 1942 г. Первая воздушнодесантная операция в районе Озеречни (под Вязьмой) была одной из крупнейших за всю Великую Отечественную войну. В тыл противника был десантирован 4-й воздушнодесантный корпус численностью до 10 тыс. человек. Советские ВВС получили в этих операциях опыт авиационного обеспечения воздушных десантов. Они перебрасывали людей, грузы для частей, сражавшихся в течение более 5 месяцев в тылу врага.

Анализ авиационного обеспечения воздушнодесантных операций под Москвой позволяет сделать некоторые выводы и рекомендации. Прежде всего практика применения оперативных воздушных десантов требует четкой организации централизованного руководства всеми видами и родами авиации, привлекаемой для обеспечения воздушнодесантной операции, а также тесного взаимодействия между ними и с воздушнодесантными войсками. Практика применения воздушных десантов под Москвой выдвинула необходимость создания более мощной военно-транспортной авиации, как одного из основных видов советских ВВС. [290]

В целях обеспечения внезапности высадки (выброски) десанта и предотвращения ударов авиации противника по транспортным самолетам и десантным войскам в исходном районе десантирования, последний должен надежно прикрываться истребителями и другими средствами ПВО от налетов вражеской авиации. Время нахождения транспортных самолетов на исходных аэродромах должно быть непродолжительным, с тем чтобы обеспечить быструю посадку десанта и дозаправку самолетов.

Организация взаимодействия авиации с воздушным десантом, подготовка к вылету и проведение других мероприятий должны проводиться заблаговременно вне исходного района десантирования. Проблема скрытности в подготовке воздушных десантов остается актуальной и в современном военном искусстве. Применение воздушных десантов в тылу противника требует привлечения к их высадке (выброске) нескольких видов и родов авиации. Опыт проведения десантирования под Москвой убедительно показал, что тактические и оперативные десанты должны осуществляться в минимальные сроки. Растягивание высадки и выброски оперативного десанта на несколько суток может привести к его уничтожению по частям. Сбрасывание десанта в тыл врага должно происходить не только в короткие сроки, но и в точно указанные районы, где действуют наши войска, с тем чтобы они обеспечили десанту возможность быстро приступить к выполнению боевой задачи. Отсюда вытекают повышенные требования к штурманской подготовке летного состава, оборудованию транспортых самолетов новейшими аэронавигационными приборами, к организации обозначения соответствующими средствами маршрута полета и района высадки десантов на большой площади.

Перед выброской (высадкой) десанта необходимо проводить непродолжительную авиационную подготовку с целью уничтожения выявленных огневых средств, техники и войск противника. Прикрытие истребителями в воздухе боевого порядка транспортных самолетов с десантом, а также подавление средств ПВО в полосе их пролета и в районе высадки десанта является одним из необходимых условий успешного десантирования. По окончании десантирования немаловажное значение приобретает авиационная поддержка и прикрытие с воздуха десанта, ибо в это время противник имеет ряд преимуществ в наращивании усилий и свободе маневра, находясь на своей территории. В столь сложной обстановке только авиация может оказать эффективную помощь десанту в наращивании ударов, задержке подхода вражеских резервов к району его действий и ослабить силу удара противника.

Большая роль в успешном действии десанта во вражеском тылу принадлежит воздушной разведке. Еще до начала десантирования и в ходе боевых действий она должна вскрыть группировку войск, огневые средства и оборонительные сооружения [291] противника. Воздушная разведка должна вестись не попутно с выполнением других боевых заданий, а специально в интересах воздушного десанта. В районе высадки (выброски) и боевых действий она должна выявить группировку войск, средства поражения, расположение военных объектов, определить характер местности, наличие аэродромов, состояние дорог, наличие резервов в прилегающих районах. Воздушная разведка должна вскрыть средства ПВО на маршруте полета военно-транспортной авиации и в районе десантирования.

Многие положения из опыта боевого применения тактических и оперативных воздушных десантов под Москвой не потеряли своего значения и в настоящее время.

В битве под Москвой впервые в Великой Отечественной войне практически решались вопросы организации авиационного тыла и материально-технического обеспечения частей в условиях контрнаступления. Близость к линии фронта Москвы во многом накладывала свой отпечаток на работу тыла и позволяла тесно взаимодействовать с его центральными органами и через них оперативно обеспечивать части всем необходимым.

Формы и методы работы авиационного тыла менялись с изменением конкретных условий, в которых действовали войска и авиация. События 1941 - 1942 гг. под Москвой несомненно способствовали его дальнейшему совершенствованию. Приказом НКО СССР от 28 марта 1942 г. тыловые части и учреждения, предназначенные для аэродромного и материально-технического обеспечения и обслуживания боевых действий авиации были полностью выделены из авиационных соединений, окончательно ликвидированы стационарные авиационные базы. Вместо них были созданы районы авиационного базирования, батальоны аэродромного обслуживания, инженерно-аэродромные, дорожные и автотранспортные части, головные авиационные склады, госпитали. Такая организационная перестройка обеспечила рассредоточенное базирование и перебазирование фронтовой и дальнебомбардировочной авиации в ограниченные сроки, бесперебойное ее обеспечение боеприпасами, горючим, подготовку полевых аэродромов, посадочных площадок и сосредоточения на них материально-технических средств. Кроме того, подобная структура авиационного тыла позволила улучшить планирование, организацию и управление обеспечения боевых действий авиации материально-техническими средствами.

В тесном взаимодействии с органами и частями авиационного тыла напряженно работал личный состав инженерно-авиационной службы полков и дивизий ВВС, который приобрел большой опыт в подготовке самолетов к выполнению боевых задач, восстановлению поврежденных в бою самолетов, моторов, вооружения в труднейших полевых условиях.

В обеспечении успеха боевых действий ВВС очень важная роль принадлежит партийно-политической работе. Она тесно [292] увязывалась с задачами оборонительных и наступательных операций и являлась мощным фактором идейно-политического воспитания личного состава.

Основой высоких морально-боевых качеств советских авиаторов служила их идейная убежденность, беспредельная преданность делу Коммунистической партии и Родине. Советские авиаторы по морально-боевым качествам оказались выше фашистских летчиков и нередко одерживали победу в условиях неравной борьбы, когда численное превосходство находилось на стороне противника. Однако эти качества нельзя отрывать от других-факторов, как, например, качества авиационной техники, количественного соотношения сил, организаторских способностей командиров авиационных полков и дивизий и т. д. При хорошей организации боевых действий высокие морально-боевые качества советского воина проявляются в еще большей степени и обеспечивают высокую эффективность действий в достижении победы над врагом.

Только тот летчик сможет в сложной обстановке поднять в воздух самолет, преодолеть сопротивление врага, достичь заданной точки, вступить в трудный бой с сильным противником и победить его, у которого теоретическая и техническая грамотность, тактическое искусство помножены на высокие морально-боевые и психологические качества. Свидетельством этого являются 25 воздушных таранов, совершенных летчиками под Москвой, как самого решительного приема ведения воздушного боя с врагом. Фашистские летчики не совершили ни одного тарана. Фашистская звериная идеология убийства, разбоя, грабежа, расовой ненависти не могла воодушевить воина на самопожертвование и ратные подвиги. Моральное состояние гитлеровской армии и ее летчиков было в известной мере устойчивым лишь в начале войны, когда они имели временные успехи. Но после первых же неудач националистический угар фашистских авиаторов стал быстро угасать. Поражение под Москвой надломило морально-боевой дух личного состава ВВС Германии.

Исход воздушных сражений под Москвой был решен не только высокими качествами советских самолетов, но и беспредельной храбростью, отвагой и мастерством летчиков, штурманов, стрелков-радистов, авиационных командиров. Советский патриотизм и глубокая вера в справедливость целей битвы воодушевляли авиаторов на подвиги, порождали у них широкую инициативу, наступательный порыв и решительность.

Авиация стала теперь реактивной, сверхзвуковой, ракетоносной и всепогодной. Большие скорости полета, достигающие свыше трех тысяч километров в час, мощное ракетное, бомбардировочное, пушечное вооружение, новые автоматические средства навигации и управления значительно расширили диапазон действий и боевые возможности крылатых машин. Полеты днем и ночью в сложных погодных условиях стали обычным явлением. Именно в такой [293] метеорологической обстановке выполняются учебно-боевые задачи по перехвату самолетов на больших и малых высотах, по пуску ракет, бомбометанию, а также другие сложные учебные задания, включая посадку самолетов вне видимости земли.

В обеспечении защиты Москвы от ударов врага с воздуха и в разгроме его на земле многое сделала Московская партийная организация. Она имела тесную связь с авиационными частями и соединениями, дислоцировавшимися на территории Подмосковья. Было широко развито шефство рабочих заводов и фабрик над авиационными полками. Благодаря заботе МК ВКП(б) еще до войны были построены хорошо укрытые и оборудованные командные пункты и узлы связи, которые обеспечивали непрерывное и надежное управление истребительной авиацией и зенитной артиллерией в сложных условиях.

По призыву МК и МГК ВКП(б) десятки тысяч трудящихся участвовали в строительстве аэродромов. За счет оборудования промышленных предприятий столицы были созданы авиационные ремонтные мастерские, проведена мобилизация автотранспорта для авиационных тыловых частей и подготовлено несколько автоколонн бензозаправщиков. Многие предприятия Москвы и области занимались ремонтом самолетов и моторов, подбитых в воздушных боях. Нередко рабочим совместно с инженерно-техническим составом авиационных частей приходилось не только ремонтировать, но и восстанавливать сильно поврежденные машины.

В ходе битвы под Москвой непрерывно усиливалась защита столицы в противовоздушном отношении от налетов фашистской авиации. Боевой состав истребительной авиации, прикрывавшей московскую зону ПВО, увеличился почти вдвое. С помощью трудящихся города и области расширялась аэродромная сеть, строились новые командные пункты и линии связи.

Вся эта огромная работа проходила при активном участии Московской партийной организации. Секретари МК и МГК ВКП(б), секретари райкомов партии продолжали поддерживать непрерывную связь с авиационными частями и политотделами соединений. Большую помощь постоянно оказывал первый секретарь МК и МГК ВКП(б) А. С. Щербаков, входивший в состав Военного совета Московского военного округа и Московской зоны обороны. Все важнейшие вопросы обороны на Военном совете решались с его участием. Много внимания противовоздушной обороне юрода уделял Московский Совет депутатов трудящихся. По указанию ГКО его председатель был назначен членом Военного совета Московской зоны ПВО. К началу налетов фашистской авиации противовоздушная оборона Москвы представляла собой разностороннюю систему, в которой участвовало свыше 600 тысяч жителей столицы. МПВО была оснащена противопожарной, противохимической, медицинской и аварийно-восстановительной техникой. Предприятия Москвы изготовили и передали ПВО большое [294] количество специальной техники; архитекторы столицы многое сделали по маскировке основных ориентиров в городе и впоследствии фашистские летчики сбросили не одну сотню бомб на подсвеченные пустыри. В битве под Москвой получила свое дальнейшее развитие тактика действий родов авиации.

Истребительная авиация приобрела опыт поддержки и прикрытия сухопутных войск патрулированием (барражированием) в воздухе и действиями из положения 'дежурство на аэродромах'. Патрулирование являлось основным способом боевых действий и осуществлялось группами по 6 - 8 самолетов. Однако эффективность патрулирования была недостаточно высокой, поскольку в частях фронтовой и армейской истребительной авиации было мало радиотехнических средств. Прикрытие осуществлялось также вылетами по данным постов ВНОС или 'по зрячему' (видимым целям).

Получили дальнейшее развитие тактика маневренных действий истребительной авиации совместно с зенитной артиллерией и другими средствами противовоздушной обороны, тактика группового боя, способы поиска и перехвата воздушных целей ночью, борьба с самолетами-разведчиками и бомбардировщиками, действия ночью в световых прожекторных полях, совместные действия истребителей с бомбардировщиками-осветителями при отражении ударов фашистской авиации. Применение радиолокационных средств в системе противовоздушной обороны столицы и в ВВС фронтов позволило истребителям вести боевые действия непосредственно из положения 'дежурство на аэродроме' без постоянного патрулирования в отведенных зонах.

Внедрение радиолокационной техники способствовало повышению устойчивости связи и мобильности управления в бою. Наличие такой техники позволяло вести разведку противника на значительную глубину его обороны, обеспечивать согласованные действия родов войск по единому замыслу, проводить в ходе боя маневр истребительной авиации с одних направлений на другие с целью создания превосходства в силах над противником.

Истребительная авиация получила опыт штурмовых действий по войскам и объектам противника на поле боя в сложных метеорологических условиях.

С поступлением в авиационные полки новых типов истребителей боевые задачи по прикрытию войск и вылеты на перехват противника все чаще выполнялись в составе пар вместо звеньев. Использование пары как боевой единицы оставляло желать много лучшего, ибо не был еще обобщен опыт таких полетов, четко не определены обязанности ведущего и ведомого, отсутствовали единые взгляды на применение пары истребителей в воздушном бою, особенно при вертикальном маневре.

В дальнейшем из пар создавались боевые группы в четыре, шесть и восемь самолетов. Постепенно в практику входили разомкнутые, боевые порядки и эшелонирование их по высоте. В начале [295] битвы за Москву воздушный бой нередко вели одиночные самолеты и пары с применением обычно горизонтального маневра; к концу битвы все чаще можно было наблюдать групповые воздушные бои с применением горизонтального и вертикального маневров.

Управление истребителями осуществлялось с командных пунктов, находившихся в районе аэродромов или располагавшихся вблизи пунктов управления общевойсковых командиров.

Истребители составляли более 50% всего состава самолетного парка и произвели за время битвы под Москвой около половины всех самолето-вылетов, в том числе на поддержку и прикрытие сухопутных войск и объектов - 72 %, на сопровождение и прикрытие других родов авиации - 6 %, на штурмовые действия вражеских войск и объектов - 14%, на перехват воздушных разведчиков противника - 5 % и на ведение воздушной разведки - 3%{18}.

Многие теоретические и практические положения, выработанные в процессе боев истребительной авиации с гитлеровской авиацией в небе Москвы и Подмосковья, получили свое развитие в последующих операциях войны.

Бомбардировочная авиация в связи с весьма сложной обстановкой в начале битвы под Москвой и отсутствием достаточного количества истребителей вынуждена была зачастую действовать одиночными самолетами и мелкими группами (чаще всего звеньями). Когда же было завоевано господство в воздухе, она перешла к нанесению ударов группами по 6 - 9 самолетов и действовала под прикрытием небольшого количества истребителей, что повысило ее эффективность.

Фронтовые бомбардировщики в оборонительных и наступательных операциях под Москвой выполняли разнообразные боевые задачи. На поражение гитлеровских войск и техники было затрачено 76% всех самолето-вылетов, на удары по железнодорожным объектам и аэродромам - 9% и на воздушную разведку - 15% самолето-вылетов.

Фронтовые бомбардировщики преимущественно действовали днем с горизонтального полета, с высот 1000 - 2500 м. Бомбардирование объекта, как правило, производилось с одного захода. Удары в составе полка были редким явлением и производились только в ходе наступательных операций наших войск.

В боях под Москвой важную роль сыграл отечественный пикировщик Пе-2, который в начальный период войны использовался для поражения целей с горизонтального полета. Точность бомбового удара в этом случае была в 2 - 2,5 раза ниже, чем с пикирования. По мере приобретения опыта пикировщики все чаще стали применяться для нанесения ударов по малоразмерным и узким целям с пикирования под углом 60 - 55° к земле. [296]

Легкобомбардировочные полки, вооруженные самолетами По-2, Р-5, Р-зет, успешно действовали ночью одиночными самолетами с высот 400-800 м по войскам на поле боя, опорным пунктам, штабам, узлам связи, командным пунктам, а также по аэродромам противника. Атаки цели производились с интервалами 3 - 5 мин. с разных высот и направлений, с планирования и с убранным газом. Положительный опыт этих полков был широко использован в дальнейшем воздушными армиями на протяжении всей войны.

Малочисленность фронтовой бомбардировочной и штурмовой авиации (особенно в октябре - ноябре 1941 г.) потребовала от советского командования привлечения для ее усиления в тактической зоне обороны противника дальнебомбардировочной авиации Главного Командования. Поэтому бомбардировочная авиация в период битвы под Москвой действовала главным образом в целях поддержки сухопутных войск.

Дальнебомбардировочная авиация чаще всего наносила удары по танковым и моторизованным колоннам, а также вела самостоятельные действия по другим объектам, особенно по аэродромам. Удары по крупным железнодорожным узлам наносились преимущественно ночью, а по небольшим станциям выгрузки, перегонам и эшелонам - днем с малых и средних высот в сложных метеорологических условиях, что давало наибольший результат.

Штурмовая авиация в начале оборонительных сражений под Москвой была малочисленной и составляла 6% от всего самолетного парка. К началу контрнаступления удельный вес штурмовой авиации несколько увеличился, и основные ее усилия направлялись для ударов по войскам и объектам на поле боя. Атака осуществлялась с бреющего полета и с высот до 300 - 400 м одиночными самолетами, звеньями и реже - группами по 6 - 9 самолетов Ил-2. Штурмовики применяли реактивные снаряды, огонь из пулеметов и пушек. В наступательных операциях штурмовые авиационные полки стали эффективно применять малокалиберные авиабомбы по уничтожению фашистских танков. В этот же период были сделаны первые опыты применения штурмовой авиации для атаки подвижных целей в боевом порядке 'круг'. Кроме действий с бреющего полета и 'круга' летный состав применил способ 'комбинированного' удара с высоты 800 - 1000 м. Сущность его заключалась в том, что после обстрела цели из пулеметов и пушек сбрасывались бомбы, а затем снова открывался пулеметно-пушечный огонь по той же цели.

В тесном взаимодействии со штурмовиками Ил-2 активно принимали участие в поддержке пехоты и истребители. Самолеты появлялись над полем боя с началом атаки и наносили удары по артиллерийским и минометным позициям, боевым порядкам войск на глубину до 400 - 500 м от переднего края. Такое использование штурмовиков и истребителей обеспечивало надежное подавление огня артиллерийских и минометных батарей и пехоты врага {297}в наиболее ответственный момент нашего наступления - атаки.

Штурмовые действия советской авиации по отходящим колоннам противника явились одним из решающих средств дезорганизации и срыва его планомерного отхода и имели большое значение. Отступающий противник под непрерывными ударами авиации и наземных войск не мог задержаться для временной обороны на каком-либо выгодном естественном рубеже.

В условиях преследования врага важное значение имело предоставление командирам авиационных соединений самостоятельности в нанесении бомбовых и штурмовых ударов по отходящим колоннам по данным воздушной разведки. Однако это имело место в редких случаях, хотя и в значительной степени повышало эффективность ударов авиации. Постановка же в течение дня задач авиационным частям штабом ВВС фронта или армии сковывала инициативу командиров. В подобных случаях, как показал опыт, авиационным дивизиям для самостоятельных действий стали выделять направления или определенные дороги, по которым двигались отходящие колонны противника.

В период битвы под Москвой были применены и многие другие способы боевого использования авиации. Так, например, небезынтересны опыт действий ночной фронтовой и дальнебомбардировочной авиации и ее взаимодействие с партизанами, использование авиации для освещения местности в интересах действий сухопутных войск в ночных условиях, первое применение радиоуправляемых самолетов и т. д.

Опыт боевых действий авиации под Москвой оказал влияние на способы применения ВВС в последующих операциях Великой Отечественной войны и на дальнейшее развитие оперативного искусства и тактики Военно-воздушных сил. Именно в этом состоит неоценимое значение этого опыта. Осмысливание его с учетом изменения организационных форм и технического оснащения авиации несомненно окажет помощь в обучении и воспитании яичного состава ВВС в современных условиях.

Буржуазные реакционные историки и мемуаристы пытаются умалить, принизить значение победы советского народа и его Вооруженных Сил под Москвой. Стремясь скрыть от широких народных масс истинные причины поражения немецко-фашистских войск, буржуазная историография уделяет этой битве сравнительно мало внимания или вовсе игнорирует ее. В этом проявляется общая тенденция империалистической пропаганды к принижению вклада СССР в разгром фашистской Германии и ее союзников.

Анализ опубликованных трудов буржуазных историков показывает, что для большинства из них характерны одностороннее, предвзятое освещение битвы под Москвой, стремление принизить и извратить причины поражения гитлеровской армии, оправдать германский милитаризм и замолчать о важной роли Советских Вооруженных Сил, разгромивших немецко-фашистские войска. [298]

Многие буржуазные историки преподносят поражение гитлеровской армии под Москвой как незначительное, второстепенное событие. Так, в 14-томной 'Военной истории второй мировой войны' американского полковника Т. Дюпиу этой битве уделено менее двух страниц. Подобное повторяется и в 'Краткой истории второй мировой войны', изданной в США под редакцией бригадного генерала В. Эспозито{19}. Мимоходом говорят о битве под Москвой и английские исследователи Дж. Батлер, Дж. Фуллер и др.{20}

Западногерманские историки в своих работах Московской битве уделили больше внимания, чем американские и английские. Так, Г. Якобсен и Ю. Ровер включают ее в число 12 решающих сражений второй мировой войны{21}. В качестве важнейших операций войны битва под Москвой выделена в книге 'Роковые решения', написанной группой бывших гитлеровских генералов{22}. Некоторые буржуазные историки преподносят эту битву как локальное явление, ограничивая ее значение лишь рамками советско-германского фронта. Так, Филиппи, Гейм, Блюментрит и др. считают битву поворотным пунктом только восточной кампании Германии.

Иного мнения придерживается историк П. Карелл, усматривающий значение Московской битвы в том, что здесь был нанесен удар по фашистским дивизиям группы армий 'Центр', после которого 'они уже никогда не могли восстановить свою полную боевую способность', и была также впервые 'поколеблена вера Германии в непобедимость вермахта'. Генерал Ф. Гальдер в разгар ожесточенных сражений на ближних подступах к Москве записал в своем дневнике:

'Авиация противника проявляет большую активность... В ее действиях чувствуется твердое и целеустремленное руководство' {23}.

Бывший командующий 2-м воздушным флотом группы армий 'Центр' генерал-фельдмаршал в отставке А. Кессельринг вынужден признать эффективность действий советских ВВС:

'Судьба немецкой авиации и последствия ее поражения под Москвой представляют собой чрезвычайно дорого оплаченный урок на будущее...' {24}

Буржуазная историография много внимания уделяет причинам поражения гитлеровских войск в Московской битве. Основные из них сводятся к ошибкам Гитлера в политической и военной [299] областях, к неблагоприятным климатическим условиям и большим пространствам СССР, помощи нам со стороны союзников. Самоотверженные усилия всего советского народа, воинское мастерство и беспримерный героизм личного состава в боях с сильным врагом, как правило, выпадает из поля зрения многих буржуазных историков. Стремясь принизить роль СССР в разгроме фашистской Германии, некоторые фальсификаторы истории распространяют вымыслы о том, что Советский Союз достиг победы в войне за счет вооружения, боевой техники и других материально-технических средств, поставляемых США и Англией. Помощь союзников нашей стране по ленд-лизу не могла играть решающей роли в разгроме немецко-фашистских войск. Удельный вес поставок по ленд-лизу в 1941 - 1942 гг. был незначительным по сравнению с тем, что давала фронтам советская экономика в это время. Так, в первые два года войны поставки самолетов в СССР были незначительными по количеству и недостаточно высокими по своим тактико-техническим данным. Из 730 истребителей, поставленных в СССР из США и Англии в 1941 г., 729 самолетов были устаревших типов. В этом же году по ленд-лизу было получено 5 средних американских бомбардировщиков типа В-25 и 5 других типов самолетов{25}.

В боях на московском (западном) направлении принимало участие около 200 машин, полученных по ленд-лизу и входящих в состав частей фронтовой и частично истребительной авиации ПВО Москвы.

Наша военная промышленность в годы войны работала на полную мощность и в среднем ежегодно выпускала 24 442 орудия, 86,9 тыс. минометов, 27 007 самолетов, 23 774 танка, самоходно-артиллерийских установок и бронемашин, а также достаточное количество других видов вооружения{26}. Однако следует отметить, что Советский Союз получил от США и Англии за время войны важные для народного хозяйства машины, оборудование, металл и продукты питания.

Таким образом, не отрицая известной материально-технической помощи, оказанной Советскому Союзу нашими союзниками по общей борьбе с фашистской Германией, следует подчеркнуть, что решающую роль в обеспечении Красной Армии вооружением, боевой техникой и другими материально-техническими средствами в ходе битвы под Москвой сыграли не поставки по ленд-лизу, а текущее массовое отечественное производство.

Огромную роль в битве под столицей сыграли стратегические резервы, в том числе авиационные соединения и части, переброшенные с других фронтов и из глубины страны, которые эффективно использовались Ставкой Верховного Главнокомандования [300] в ходе боев на ближних подступах к Москве. Несмотря на тяжелую обстановку, Ставка ВГК проявила большую выдержку и волю, сохранив выдвинутые в район Москвы стратегические резервы для перехода Красной Армии в решительное контрнаступление. Опыт использования резервов под Москвой весьма поучителен.

Личный состав советских ВВС с честью выполнил ленинский наказ о защите завоеваний Октября и вместе с воинами других видов Вооруженных Сил и родов войск внес свой достойный вклад в разгром немецко-фашистских войск. Опыт боевых действий авиации в этой битве глубоко осмысливается молодыми авиационными кадрами. Он способствует не только повышению оперативно-тактического мышления офицеров-авиаторов, но и содействует успешному выполнению задач боевой подготовки, развитию и совершенствованию оперативного искусства и тактики родов ВВС.

Высокое воинское мастерство, отвагу и мужество в битве под Москвой проявили авиационные командные кадры, штабы, политработники. Победа показала, что советские ВВС стали организованнее и сильнее, чем в начале войны. Они стали силой, способной не только устоять против воздушного врага, но и разбить его в открытом бою. Руководящие авиационные командные кадры и штабы приобрели опыт управления частями и соединениями в сложной боевой обстановке. Летное мастерство и высокие морально-боевые качества воздушных воинов могут служить примером для грядущих поколений.

Суровое испытание в боях с сильным противником выдержала отечественная авиационная техника.

Разгром немецко-фашистских войск под Москвой стал возможен благодаря силе и возможностям советского социалистического государства, его народа и армии. Массовый героизм советских людей на фронте и в тылу, их стойкость и самоотверженность, умело направляемые ленинской Коммунистической партией, военное искусство наших полководцев, высокое мастерство воинов сорвали замыслы гитлеровского командования. Главная группировка врага была разгромлена и отброшена от Москвы. В этом суть неопровержимой правды истории.

Не померкнет в веках великий подвиг советского народа в наиболее тяжелый и полный героизма 1941 год. Под руководством Коммунистической партии советские люди в самоотверженной борьбе впервые в ходе второй мировой войны остановили войска фашистской Германии, разбили и отбросили их назад. Возрос авторитет нашей партии, еще ярче проявилась верность советского народа коммунистическим идеалам.

История не знает примеров, когда неблагоприятное вначале развитие военных событий было бы так решительно и круто изменено, а противник, имевший серьезные успехи в первые месяцы войны, в конце концов оказался перед крахом, [301]

Разработанные в предвоенные годы советским военным искусством положения по боевому применению ВВС послужили основой в битве под Москвой. Приобретенный опыт явился вкладом в развитии оперативного искусства и тактики ВВС.

Пройдут многие десятилетия, но из поколения в поколение будут передаваться рассказы о том, как под Москвой несколько месяцев подряд не затихали кровопролитные сражения с сильным и коварным врагом - германским фашизмом, посягнувшим на столицу нашей Родины - Москву.

Коммунистическая партия и Советское правительство высоко оценили действия личного состава ВВС в этой битве. За выдающиеся успехи, достигнутые в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками, тринадцать авиационных полков были преобразованы в гвардейские (см. приложение 2). Тысячи авиаторов награждены орденами и медалями, а летчики, штурманы, стрелки-радисты, совершившие беспримерные подвиги, были удостоены высокого звания Героя Советского Союза.

В ознаменование исторической победы Красной Армии под Москвой Президиум Верховного Совета СССР Указом от 1 мая 1944 г.{27} учредил медаль 'За оборону Москвы', которой награждены тысячи летчиков, штурманов, стрелков-радистов, инженеров, техников и авиамехаников ВВС.

За выдающиеся заслуги перед Родиной, массовый героизм, мужество и стойкость, проявленные трудящимися столицы в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками, в ознаменование 20-летия победы советского народа в Великой Отечественной войне над фашистской Германией Москва была удостоена 8 мая 1965 г. высокого звания города-героя. Для увековечения исторической победы советских войск в разгроме гитлеровских полчищ на подступах к Москве решено в Москве и Подмосковье соорудить мемориальный комплекс 'Рубеж Славы'.

Этот комплекс отразит организующую и руководящую роль Коммунистической партии в этой победе, массовый героизм советских воинов, стоявших насмерть на подступах к столице, участие в битве добровольцев из дивизий народного ополчения и партизан, самоотверженный труд жителей Москвы и Подмосковья, сооружавших под огнем противника рубежи обороны.

В общую композицию будут включены монументы и памятники, воздвигнутые и строящиеся в 300-километровой зоне 'Рубежа Славы': памятник 'Воину-освободителю' под Яхромой, монумент воинам Панфиловской дивизии под Волоколамском, монумент 'Противотанковые ежи' на Ленинградском шоссе у Химкинского моста через Москву-реку, памятные рощи под Наро-Фоминском и у деревни Льялово, монумент в честь победы под Москвой в г. Калинине, героической обороны Тулы и памятник 'Тулякам - Героям Советского Союза', комплекс мемориальных [302] сооружений под г. Алексином, монумент защитникам Москвы на 41-м километре Ленинградского шоссе (бывшее Крюково), где в 1941 г. был остановлен враг.

В проекте 'Рубеж Славы' предусмотрено сооружение монумента и памятников - самолетов в тех районах Подмосковья, где особенно отличились наши авиаторы в укрощении фашистского 'Тайфуна'. Несколько лет тому назад такие памятники-самолеты уже были воздвигнуты в г. Истре; на окраине деревни Дракино (близ г. Серпухова) установлен самолет-истребитель. С этого рубежа, проходившего через деревню, войска 49-й армии Западного фронта при активной поддержке авиации повернули вспять части гитлеровских захватчиков. На 96-м километре Минского шоссе, возле станции Шаликово, красуется боевой самолет-истребитель Як-3.

В преобразовании Москвы и Подмосковья активно участвуют и фронтовики, которых можно встретить повсюду: на заводах и фабриках, в научных учреждениях, лабораториях и институтах, в колхозах, совхозах и на стройках. Недаром так тепло и проникновенно говорил о них в Отчетном докладе ЦК КПСС на XXIV съезде Коммунистической партии Советского Союза Л. И. Брежнев: 'После колоссального напряжения военных лет им и отдохнуть не пришлось: фронтовики снова оказались на фронте - на фронте труда. Многих из фронтовых товарищей уже нет с нами. Но миллионы еще в строю'{28}.

Ветераны войны, как и все трудящиеся нашей страны, близко к сердцу приняли слова Генерального секретаря ЦК КПСС Л. И. Брежнева, сказанные им в речи 14 июня 1974 г. на предвыборном собрании избирателей Бауманского избирательного округа по выборам в Верховный Совет СССР: '... Москва - для всех столица. Она у всех на виду. И отрадные перемены, происходящие здесь, интересуют и радуют весь наш народ'{29}.

Великая историческая победа под Москвой еще раз подтвердила слова бессмертного Ленина: 'Во всякой войне победа в конечном счете обусловливается состоянием духа тех масс, которые на поле брани проливают свою кровь. Убеждение в справедливости войны, сознание необходимости пожертвовать своею жизнью для блага своих братьев поднимает дух солдат и заставляет их переносить неслыханные тяжести'{30}. В защите столицы нашей Родины - Москвы - эти ленинские слова нашли свое яркое воплощение.

Вечный огонь славы героям, павшим под Москвой, никогда не угаснет. Зажженный у Кремлевской стены, он будет всегда напоминать о мужестве и самоотверженности советских людей, беззаветно защищавших свою социалистическую Отчизну.

Дальше