Содержание
«Военная Литература»
Военная история

Глава 1.

Боевые пловцы

За длительный период времени, на протяжении которого наш военно-морской флот охраняет интересы Соединенных Штатов во всех частях света, корабли подверглись значительным изменениям... Неизменным залогом успеха в бою по-прежнему остаются боевой дух и выучка самих моряков.
Начальник морских операций адмирал Арли Л. Бёрк

Обнаженное, коричневое от загара тело пловца покачивалось на волнах прибоя у ослепительно белого песчаного берега, за которым виднелись качающиеся кокосовые пальмы. За ними возвышались холмы, постепенно переходящие в горы. Зеленые склоны холмов, утесы, густая листва джунглей — все было окутано седыми клубами дыма. Яркое тропическое солнце обжигало спину пловца, но по телу его пробегала дрожь. Ведь пальмы качались не от порывов морского ветра. Их обезглавленные стволы сотрясались от разрывов тяжелых артиллерийских снарядов. Весь берег ходил ходуном. Вокруг пловца вздымались фонтаны воды от рвущихся мин и снарядов, и резкие удары взрывной волны обрушивались на обнаженного пловца. Когда хлестнула пулеметная очередь и вспорола позади него воду, он нырнул под набегавшую волну. Его страх был вполне оправдан. Ведь пловец знал, что в каких-нибудь ста метрах находятся отборные японские войска, занявшие рубежи обороны на холмах. Тяжелая береговая артиллерия японцев обстреливала американские корабли, ведя огонь в том направлении, откуда приплыл [24] пловец. Единственным его оружием был висевший на поясе нож.

Но пловец был не одинок. Поблизости от него, маскируясь в волнах прибоя, находились еще 56 человек. Они старались по возможности держаться под водой. Ведь вода была для них самым надежным укрытием от минометного и ружейно-пулеметного огня. Пловцы хорошо видели позиции противника. Они наносили наблюдаемые данные на грифельные доски и исчезали в волнах прибоя, стараясь отплыть на безопасное расстояние от берега.

Пловцы испытывали естественное чувство страха людей, находящихся перед лицом смертельной опасности. Они были почти безоружны, но тем не менее далеко не беззащитны. Непрерывный поток 40-мм реактивных мин обрушивался на берег с кораблей, расположенных от него на расстоянии нескольких сотен метров. За этими кораблями находился дивизион эскадренных миноносцев, которые обстреливали склоны холмов 127-мм снарядами. Несколько дальше находились крейсера. Их 152-мм и 203-мм орудия уничтожали огневые позиции японцев, расположенные в утесах. Два линейных корабля вели огонь по батареям тяжелой береговой артиллерии противника. Еще мористее, за линией горизонта, скрывались авианосцы. Пловцы их не видели. Но во время приближения пловцов к берегу авианосцы дали о себе знать: эскадрилья самолетов поставила дымовую завесу, скрывшую бойцов от противника.

Военные корабли и самолеты входили в оперативное соединение американского военно-морского флота. Они обрушили на побережье тысячи тонн снарядов и бомб, чтобы прижать японцев к земле на то время, пока пловцы выполняли свое опасное задание. Команде подводных подрывных работ предстояло подыскать на побережье наиболее удобные места для высадки десантов, подорвать сооруженные противником препятствия, мешающие подходу десантных судов, обнаружить и уничтожить мины.

Подобные боевые эпизоды повторялись на многочисленных островах широких просторов Тихого океана — на Маршалловых и Марианских островах, на островах Палау, [25] на Филиппинах, на Иводзиме, Окинаве и Борнео, — в Европе во время высадки десантов в Нормандии и на южном побережье Франции. В ходе второй мировой войны подводные пловцы стали действовать в авангарде морских десантов. А сравнительно недавно команды подводных подрывных работ действовали на побережье Кореи, Индокитая, островов Дайшань, в Арктике и Антарктиде.

Основная задача военно-морских сил США сводится к тому, чтобы обнаруживать и уничтожать противника. Одним из мощных средств выполнения этой задачи являются амфибийные силы. Это армада десантных транспортов для перевозки пехоты, различного оборудования и танков, охраняемая эскадренными миноносцами и поддерживаемая крейсерами, линейными кораблями и авианосцами, обладает достаточными средствами и достаточной подвижностью, чтобы высаживать десанты, наносящие сокрушительные удары противнику. В ходе выполнения задачи «обнаружить и уничтожить противника» нередко приходится высаживать войска на неразведанном и упорно обороняемом побережье.

Именно таким местом был атолл Тарава. Здесь впервые возникла острая необходимость в подводных пловцах. Командующий 5-ми амфибийными силами американского флота контр-адмирал Ричмонд К. Тэрнер получил приказ уничтожить японский гарнизон, оборонявший этот атолл.

План десантной операции был тщательно разработан. Американское командование использовало все разведывательные средства еще до того, как транспорты подошли к рифам, расположенным в виде прямоугольного треугольника и преграждавшим вход в лагуну Тарава.

Десант решено было высадить на остров Бетио, имеющий форму узкого треугольника длиной около 3,5 км и шириной не более 600 м у обращенного на запад основания. От берега над рифом тянулся Г-образный пирс, который достигал глубоководной части лагуны. Подсчитав количество сооружений на пирсе и зная, сколько японских солдат полагалось на каждое из них, разведчики пришли к выводу, что японский гарнизон этого острова [26] насчитывал до 5000 человек. Эта цифра, как потом оказалось, была очень близка к истине.

До прибытия кораблей у острова вела разведку подводная лодка, которая измеряла глубину моря и производила фотосъемку через перископ. В свою очередь летчики сделали серию плановых фотоснимков, а затем, пролетев вдоль рифов на небольшой высоте, произвели перспективную стереоскопическую фотосъемку, чтобы получить объемное изображение. На снимках было видно, что весь остров покрыт широко разветвленной сетью дотов, укрытых пальмовыми бревнами снайперских гнезд и орудийных окопов, а на берегу и над рифами установлено множество мин и различных заграждений. Однако по снимкам нельзя было судить о глубине воды над рифами во время прилива.

По словам большинства приезжих торговцев и местных жителей, бежавших от японцев за два года до проведения этой операции, глубина воды над рифами во время прилива достигает полутора метров. Этой глубины было вполне достаточно для прохождения десантных судов, так что десантники могли высадиться прямо на берег перед оборонительными сооружениями противника, даже не замочив обуви.

В плане операции адмирала Тэрнера подчеркивалась опасность, которую представляет собой частая смена приливов. Это малоизученное местное явление совершенно невозможно предугадать; под воздействием ветра и морских течений смена приливов и отливов происходит несколько раз в течение суток. Во время квадратурных приливов уровень воды поднимался всего лишь на 120 см. День высадки десанта, 4 ноября 1943 года, приходился как раз на период квадратурных приливов, но следовало ожидать, что в этот день сильные юго-западные ветры вызовут дополнительные приливы.

Прошло уже три часа с тех пор, как над островом Бетио взошла луна. По сигналу солдаты морской пехоты в полном боевом снаряжении, цепляясь за подвешенные по бортам транспортов грузовые сетки, начали спускаться в качавшиеся на волнах высадочные средства. Это были самоходные катера, а также низкие, частично бронированные транспортеры-амфибии, которые выгружались [27] с кораблей и выкатывались по аппарелям из открытых ластпортов{2} танко-десантных кораблей.

Плавающие транспортеры представляли собой прямоугольные металлические коробки на гусеничном ходу. Они приводились в движение бензиновыми двигателями и могли плыть по воде со скоростью 4,5 узла, преодолевать отлогие рифы и двигаться по суше со скоростью 27 км/час. Первые модели этих транспортеров, прототипом которых были гусеничные тракторы, применявшиеся в болотах Эверглейдс (штат Флорида), сразу же получили прозвище «аллигаторов». Официально они именовались Landing Vehicle Tracked (LVT). Во время десантных операций в Северной Африке и на Соломоновых островах на них доставляли различные грузы на берег после высадки десантов. На Тараве они впервые были использованы для высадки передовых десантных подразделений.

Японская береговая артиллерия вела огонь по американским кораблям. Орудия линкоров, крейсеров и эсминцев, входивших в состав крупнейшего по тому времени оперативного соединения американского флота, отвечали на огонь противника. От попадания снарядов взрывались оклады горючего и боеприпасов, окутывая берег густыми клубами дыма. Корабельная артиллерия обрушила на остров три тысячи тонн снарядов.

Плавающие транспортеры и катера, до отказа заполненные солдатами морской пехоты, медленно продвигались к лагуне по фарватеру, протраленному незадолго до этого в минном заграждении. Промокшие от брызг морские пехотинцы всматривались в пологий коралловый остров, поросший пальмами, верхушки которых были сбиты снарядами. Солдаты рвались в бой.

Первым достиг побережья транспортер, в котором размещались снайперы-разведчики под командованием лейтенанта У. Хокинса и солдаты огнеметного взвода под командованием лейтенанта А. Лесли. О том, что было дальше, расскажем словами самого Лесли, который впоследствии был прикомандирован к одной из команд подводных [28] подрывных работ в качестве офицера связи с морской пехотой:

«Мы получили задание очистить от противника и сохранить в целости Г-образный пирс, чтобы обеспечить снабжение войск всем необходимым и эвакуацию раненых.

Мы добрались до пирса минут на 15–20 раньше первого эшелона. Обстрел с моря прекратился, и тут началось что-то ужасное. Японцы яростно защищали волнолом, пытаясь не допустить подхода «аллигаторов» к берегу. Береговая артиллерия вела огонь по растянувшейся цепочке солдат морской пехоты, которые по плечи в воде пересекали лагуну. Выйти из зоны обстрела им мешали подводные заграждения». Во время высадки было уничтожено 90 из 125 плавающих транспортеров. Оставшиеся в живых солдаты прыгали в воду, пытаясь потушить горящую на них одежду. Наступающие несли большие потери: убитые и раненые лежали на всем протяжении отмелей, которые постепенно окрашивались кровью.

Деревянные десантные суда не могли пройти над рифом из-за недостаточной глубины и были вынуждены разгружаться у края лагуны. С помощью оставшихся транспортеров часть солдат была перевезена через риф, остальным пришлось идти по пояс в воде. К этому времени было получено неприятное известие о мелководье над рифом, однако не так-то легко изменить сложную десантную операцию после того, как она уже началась. Десантным судам второго эшелона, предназначенным для перевозки боевой техники, пришлось опустить свои аппарели у края лагуны, чтобы танки, двигаясь по отмели, выбрались на берег. Несколько танков попало в воронки от снарядов и затонуло, еще несколько машин было выведено из строя прямыми попаданиями. Часть десантников вообще не достигла берега или была уничтожена при попытке продвинуться в глубь острова, так как плацдарм был слишком узок. В этот день было убито или ранено около одной трети из 5000 солдат морской пехоты, принимавших участие в высадке. Развитию наступления помешали рифы и мощная береговая оборона. В самые тяжелые минуты первого дня операции командование морской пехоты в Тараве сделало беспрецедентное заявление: «Исход боя под сомнением». [29]

Это был единственный случай за все время войны на Тихоокеанском театре военных действий, когда десантная операция американских войск находилась под угрозой провала. Подводные заграждения чуть было не сыграли свою решающую роль. Наконец вода поднялась до нормального уровня. Пройдя над рифом, десантные суда доставили на берег подкрепление.

Шли упорные и кровопролитные бои, в ходе которых были подорваны и сожжены укрытия противника, неожиданно оказавшиеся весьма надежно защищенными.

Потеря американских войск возрастали: морская пехота, насчитывавшая 16800 солдат, потеряла около 3000 убитыми и ранеными; в середине четвертого дня с момента высадки последний японский «смертник» (в буквальном смысле этого слова) был уничтожен и бои на Тараве закончились.

Американские войска впервые осуществили высадку десанта на укрепленный коралловый риф под сильным огнем противника. В первую мировую войну американским и английским войскам приходилось высаживаться в портах союзнической Франции с последующей отправкой на фронт по железной дороге. Высадка десанта на укрепленный европейский берег Дарданелл (полуостров Галлиполи) закончилась полной неудачей. Многие военные специалисты авторитетно заявляли, что высадка войск на хорошо укрепленное побережье невозможна в такой же мере, как для военных кораблей невозможна борьба против морской крепости. Операция на Тараве опровергла подобные взгляды. Однако морская пехота за четыре дня боев на Тараве потеряла почти столько же, сколько за все время тяжелых боев в болотах и джунглях Гуадалканала (длившихся несколько месяцев).

Вторжение на острова Гилберта получило кодовое название операции «Гальваник». В сообщениях о ней американскую общественность поражали неожиданно тяжелые потери. Цензура пропустила в печать наводящие ужас фотографии убитых солдат, тела которых лежали на прибрежном песке, наполовину погруженные в воду. Склонное к оптимизму большинство американцев должно было наконец узнать жестокую правду о том, во что обходится война. [30]

Возмущенные политические деятели, корреспонденты и редакторы газет пытались найти козла отпущения за «трагические ошибки» Таравы, требуя, чтобы они никогда не повторялись. Командование военно-морского флота и морской пехоты понимало, что предстоят еще более кровопролитные бой на сильно укрепленных островах, лежащих на прямом пути к Японии через океан. Оно было полно решимости избежать таких больших потерь, сделав для себя все необходимые выводы из десантной операции на Тараве, сопровождавшейся такими ожесточенными и тяжелыми боями.

Еще до возвращения оперативного соединения{3}, одержавшего победу на Тараве, в штаб адмирала Нимица в Пирл-Харборе посыпались доклады, критические замечания и предложения относительно десантных операций.

Незадолго до высадки на Тараве командующий Тихоокеанским флотом адмирал Нимиц дал указание своему флагманскому артиллеристу капитану 1 ранга Т. Хиллу организовать отряд для проведения разведки берега и подрывных работ. Несколько бойцов отряда после высадки десантов на остров Макин и Абемаму (сравнительно небольшой и слабо обороняемый атолл) попытались взорвать отдельные выступающие коралловые рифы и проделать проход для крупных танко-десантных кораблей. Однако эту работу пришлось завершить с помощью бульдозеров.

Контр-адмиралу Тэрнеру, командовавшему 3-ми амфибийными силами во всех десантных операциях от Гуадалканала до Соломоновых островов, как правило, всегда удавалось найти такие районы высадки, подходы к которым не затруднялись какими-либо препятствиями в прибрежных водах. Лишь однажды Тэрнеру пришлось столкнуться с проблемой преодоления кораллового рифа атолла Мунда. Там под руководством капитана 1 ранга Р. Г. Роджерса два строительных батальона прошли специальную подготовку, обучаясь взрывать рифы, чтобы проделать фарватер, необходимый для прохода судов, снабжающих войска, уже высадившиеся на берег. [31]

Отсутствие точных разведывательных данных о рифе чуть было не сорвало десантную операцию на Тараве. Данные фотосъемки относительно глубин в этом районе оказались недостаточно точными и надежными.

Необходимо сказать, что ошибка на какой-нибудь метр при определении глубины воды над рифом может поставить под угрозу исход всей операции. Это навсегда усвоили все те, кто видел, как солдаты морской пехоты с трудом, по пояс в воде, шли сотни метров под жесточайшим обстрелом. Стало очевидно, что теоретических расчетов недостаточно, что впереди десантных войск нужно высылать разведчиков, которые бы точно замеряли глубины и обнаруживали мины и подводные заграждения.

По возвращении в Пирл-Харбор адмирал Тэрнер вместе со своим штабом составил доклад об операции на Тараве и одновременно с этим начал подготовку к операции на Маршалловых островах с учетом уроков, полученных на залитом кровью рифе у Таравы.

Офицеры штаба Тэрнера, Т. Хилл и Д. Тейлор, внесли предложение об организации подрывных работ в районе высадки десантов. Тэрнер тщательно обдумал это предложение, одобрил его и в течение нескольких часов обсуждал с офицерами методы и средства достижения поставленных целей. Капитану 1 ранга Хиллу было поручено добиться утверждения плана создания команд подводных подрывных работ командующим Тихоокеанским флотом и главнокомандующим Тихоокеанским театром военных действий. Хилл успешно выполнил это поручение, после чего перед ним была поставлена задача подобрать необходимые кадры и обеспечить материальную базу.

Большой и постоянный интерес Тэрнера к командам подрывных работ, а также помощь, которую он оказывал им в течение всей войны, способствовали их укреплению. В конечном счете они стали числиться среди самых боеспособных подразделений военно-морского флота.

За год до операции на Тараве в другом конце земного шара амфибийные силы Атлантического флота штурмовали берега Африки. И там десантные суда встретили грозные искусственные заграждения вековой давности, что вызвало необходимость подводных подрывных работ впервые за всю войну на Западе. [32]

Дальше