Содержание
«Военная Литература»
Военная история

Глава XIV.

Операции специальных штурмовых частей

Подготовка и первые операции

Перед тем как рассмотреть трагические события, предшествовавшие перемирию, следует дать более или менее детальный обзор операций специальных штурмовых частей итальянского флота. Эти отряды так прославились, что останутся в истории не только Средиземноморской войны, но, возможно, в истории войны на море в целом.

Итальянский флот в ходе Первой Мировой войны спроектировал и построил несколько новых видов оружия, с помощью которых был проведен ряд операций в австрийских портах, в частности в Поле. В связи с этим следует упомянуть несколько специально созданных аппаратов. Катер «Грилло», оснащенный тракторными гусеницами, сумел преодолеть боновые заграждения и проник на рейд Полы. Имелась также «Миньятта», своего рода человекоуправляемая торпеда, на которой Розетта и Паолуччи пробрались и гавань Полы и потопили австрийский линкор «Вирибус Унитис».

Воспоминания о славных делах минувшего вдохновляли. Поэтому, когда возникла угроза новой войны, начались работы по созданию аналогичного оружия. Итальянский флот оказался мировым лидером в области создания специальных штурмовых средств. В 1935 году, когда Великобритания угрожала объявить войну Италии во время Абиссинского конфликта, несколько морских офицеров начали их проектирование. Целью было уничтожение кораблей, стоящих в сильно защищенных базах. Создание новых технических средств, эксперименты с ними, обучение маленькой группы добровольцев - все проводилось в обстановке строжайшей секретности. Тренировки были не только физическими, но и психологическими. Люди не должны были отступать перед трудностями и опасностями, которые зачастую можно было твердо назвать сверхчеловеческими.

На вооружении специальных штурмовых частей состояли 4 типа аппаратов. Во-первых, это сверхмалые подводные лодки, водоизмещением 30 и 12 тонн, с экипажем из 4 и 2 человек, несущие по 2 торпеды. Итальянский флот начал работы с этими подводными лодками задолго до того, как японцы использовали их при атаке Пирл-Харбора. Эти лодки имели малый радиус действия, их нельзя было использовать против портов, прикрытых боковыми и сетевыми заграждениями. Поэтому в ходе Средиземноморской войны они не использовались, хотя оказались очень полезными на Черном море, что будет описано ниже.

Напомним, что еще во время Первой Мировой войны итальянский флот построил несколько похожих лодок и использовал их для патрулирования на входе в различные порты Адриатики. Однако лодки имели малую мореходность и не добились никаких успехов.

Вторым типом специального оружия были взрывающиеся катера. Экипаж такого суденышка состоял всего из 1 человека. Предполагалось, что оно на высокой скорости проскочит боны на входе в гавань и направится к цели. За несколько секунд до столкновения водитель выбрасывался в воду. После атак Суды и Мальты эти катера были почти забыты. Командование флота предпочло более крупные катера, вооруженные 2 торпедами и способные действовать в открытом море. Они использовались во время Тунисской кампании и во время вторжения союзников на Сицилию, хотя и не добились серьезных успехов.

Третьим типом специального оружия были управляемые торпеды, современная версия «Миньятты». Это была торпеда с отделяемой боеголовкой, управляемая 2 моряками, сидящими верхом на ней. Это оружие использовалось очень широко. Наиболее известны успешные операции в Гибралтаре, Александрии и Алжире. Торпеда управлялась очень плохо, и от экипажа требовалось исключительное мужество, чтобы проделать многочасовой путь под водой. Экипаж торпеды должен был иметь отличную физическую подготовку и обладать немалым терпением. Для дыхания под водой использовались акваланги, кроме них были созданы специальные резиновые костюмы. Экипаж должен был преодолеть множество искусственных и естественных препятствий на пути к цели. После этого следовало прикрепить боеголовку к корпусу цели. Затем, если имелась возможность, экипаж пытался выбраться из порта на ходовой части торпеды. Все это требовало колоссальных физических и нервных усилий.

Последним типом оружия были магнитные мины или контейнеры со взрывчаткой, которые подвешивались к дну корабля. Контейнеры были достаточно легкими, поэтому боевые пловцы носили их на поясе. Кроме того, «люди-лягушки» использовались для выполнения самых различных задач, в том числе для проведения подрывных работ. Магнитные мины дважды использовались в Гибралтаре и один раз в Алжире. Боевые пловцы успешно провели большое число операций во вражеском тылу в Тунисе и Мармарике, я также выполнили много секретных заданий.

Учитывая очень малый радиус действия специальных типов вооружения, их следовало доставить почти к самой цели. Взрывающиеся катера перевозились надводные ми кораблями. Для транспортировки управляемых торпед были выделены 4 подводные лодки. Во время первых операций лодки спускали торпеды с экипажем, находясь на поверхности. Но впоследствии были отработаны методы выпуска торпед из подводного положения. Задачи этих подводных лодок всегда были крайне трудными и рискованными.

Хотя успешное завершения операций подрывных команд было делом одиночек, которые получали вполне заслуженную ими известность, следует отдать должное действиям специальных частей, которые обеспечивали этот финал. Эти структуры были строго засекречены. Во главе специальных операций стояла Супермарина, которая определяла, где и когда нанести удар. Свои решения она принимала на основе донесений секретных агентов флота, действовавших на территории врага и в нейтральных странах. Важным составляющим звеном успеха была работа военных и гражданских технических учреждений, которые проектировали и производили вооружение. И наконец, исключительную важность имела строжайшая секретность, окружавшая всю деятельность специальных штурмовых частей.

Так как война началась на 2 года раньше предполагаемого срока, это специальное подразделение флота, известное под невинным названием 10-й флотилии Mas, оказалось точно в таком же положении, как и весь флот в целом. Короче говоря, специальные штурмовые части оказались не готовы к войне. Располагая обещанными 2 годами, 10-я флотилия Mas сумела бы нанести одновременный удар по всем британским базам на Средиземном море в момент начала военных действий. Можно только гадать, какая жатва была бы собрана, так как неприятель был бы застигнут полностью врасплох, даже не представляя, что именно происходит. 10 флотилия Mas была исключительно опасным итальянским «секретным оружием». Однако война началась преждевременно, и 10-я флотилия Mas оказалась не готова к широким действиям. Настроение личного состава и неоднократные заявления, что война не затянется, не оставили времени для дальнейшей подготовки. Операции были начаты немедленно. Поэтому первые попытки вскрыли множество недостатков и, что самое скверное - предупредили неприятеля, который предпринял все возможное, чтобы обезопасить себя от подобных атак. Его контрмеры усиливались и улучшались после каждого успеха итальянцев. Поэтому каждая последующая операция была для итальянцев «новой», полной непредвиденных, а подчас и роковых неожиданностей. Конечно, 10-я флотилия Mas продолжала отрабатывать методы внезапной атаки, но...

Первая операция была проведена против Александрии. Предполагалось атаковать этот порт тремя управляемыми торпедами, или «поросятами», как их называли сами моряки. Доставить их к цели должна была подводная лодка «Ириде». Но, к несчастью, ожидая начала операции в заливе Бомба возле Тобрука, лодка была потоплена британским торпедоносцем. Через полтора месяца - в конце сентября - подводные лодки «Гондар» и «Шире», каждая с 3 «поросятами» на борту, вышли в море для одновременной атаки Гибралтара и Александрии. Когда лодки уже подошли к цели, оказалось, что британские корабли покинули эти порты для проведения операций, описанных в главе II. Поэтому лодкам было приказано возвращаться назад. На обратном пути «Гондар» была обнаружена британскими силами ПЛО и потоплена. Командир 10-й флотилии Mas капитан 2 ранга Джорджини сумел спастись из тонущей лодки, но был взят в плен. Его заменил капитан 2 ранга Моккагатта.

Эти неудачи не обескуражили состав 10-й флотилии Mas. В конце октября была предпринята новая попытка. «Шире» вновь направились к Гибралтару. Подводная лодка, которой с начала войны командовал капитан-лейтенант Боргезе, проскользнула мимо вражеских патрулей и проникла на рейд Гибралтара незамеченной. Она пересекла весь рейд и спустила 3 торпеды в его северной части. После этого «Шире» благополучно вернулась в базу. Первая торпеда, лейтенанта Дюрана, де ла Пенне, из-за поломки почти сразу затонула. Вторую, инженер-майора Тезеи (технические работники 10-й флотилии Mas имели армейские звания), постигла та же участь, когда она подошла к входу в гавань. Оба экипажа после утомительного заплыва добрались до испанского берега. Там они встретились с секретными агентами 10-й флотилии Mas и с их помощью вернулись в Италию.

Третий «поросенок», лейтенанта Биринделли и старшины Пакканьини, сумел проникнуть внутрь сетевого заграждения порта и почти добрался до линкора «Барэм». Когда до цели оставалось всего 70 метров, торпеда внезапно затонула. Пакканьини был вынужден вынырнуть и был взят в плен англичанами. Оставшийся в одиночестве Биринделли попытался отремонтировать торпеду, упавшую на дно. Потом ему пришла в голову сумасшедшая мысль дотащить боеголовку до цели волоком. Его усилия привели к тому, что он просто потерял сознание. Автоматически Биринделли вынырнул на поверхность. Когда он пришел в себя, до «Барэма» оставалось всего 30 метров. Поэтому он решил совершить новую попытку и опять нырнул. Однако на сей раз он не сумел найти в темноте свою торпеду. Поэтому все его неимоверные усилия остались не вознагражденными.

Тем не менее, у Биринделли еще осталось достаточно сил, чтобы выбраться из гавани. Совершенно обессилевший, он выполз на сушу. Оказалось, что он находится возле гибралтарского волнолома. Сняв свой резиновый комбинезон, он пошел вдоль мола, успешно проскользнул мимо британских часовых. Наконец он добрался до испанского судна «Сайта Анна», стоявшего на якоре неподалеку. Хотя Биринделли старался спрятаться, британский матрос, охранявший судно, заметил его и поднял тревогу. Биринделли был схвачен. Он показал документы, подтверждающие, что он - итальянский офицер.

Однако он едва сумел убедить англичан, что не является шпионом, а потому не может рассказать, как попал в Гибралтар. Биринделли провел в плену 4 года. Все это время он находился в госпитале, оправляясь он пережитых испытаний.

Торпеда Тезеи выскочила на испанский берег. Испанцы поспешно доставили ее на свою военно-морскую базу. Однако англичане, узнав об этом, детально изучили «поросенка». После этого англичане наладили производство таких же торпед и попытались организовать нечто подобное 10-й флотилии Mas. Однако прошло более 2 лет, прежде чем они сумели начать свои операции. Свою первую попытку англичане совершили в январе 1943 года. Они потопили в Палермо достраивающийся крейсер «Трайано». В этой операции участвовали 5 торпед и все пилоты, кроме 2 попавших в плен, погибли. Один из пленных рассказал, что в учебном классе висит вырезка из итальянской газеты с фотографиями моряков 10-я флотилии Mas и призывом следовать их примеру. После первого успеха англичане провели операции против Маддалены и Триполи, но обе эти операции полностью провалились. Перед этим была предпринята безуспешная атака «Тирпица» в Норвегии.

Успех в бухте Суда и «славная неудача» на Мальте

После разочарования, которое принесла атака Гибралтара, управляемые торпеды подверглись серии улучшений и доработок. Тем временем началась боевая карьера взрывающихся катеров. В марте - апреле 1941 года 4 таких катера совершили атаки греческих портов Корфу и Санти Куаранта, но оба набега никаких успехов не принесли.

Ночью 26 марта взрывающиеся катера, действующие на британских линиях снабжения между Египтом и Грецией, добились выдающегося успеха. Эсминцы «Криспи» и «Селла», вышедшие с Лероса, доставили 6 катеров к входу в бухту Суда и спустили их на воду. Маленькие корабли пересекли бухту, имевшую длину около 20 километров, и сумели прорвать 3 линии заграждений, которые прикрывали якорную стоянку кораблей союзников. Буквально под бортом торгового судна командир группы лейтенант Фаджони распределил цели и приказал начать атаку на рассвете. Тяжелый крейсер «Йорк», военный танкер «Патроклес» (8324 тонны) и одно грузовое судно были потоплены. Пытаясь спасти «Йорк», англичане отбуксировали его на мель. Но этот корабль так и не удалось ввести в строй. Все экипажи катеров попали в плен.

То, что «Йорк» затонул не полностью, вызвало ожесточенные споры между немцами и итальянцами. Люфтваффе бомбили поврежденный крейсер и заявили, что потопили его. Автор лично нашел неопровержимые свидетельства, когда на своем торпедном катере участвовал в оккупации бухты Суда. Он побывал на борту «Йорка» до прибытия немцев. Были найдены документы, доказывающие, что крейсер потопили катера. Дальнейшее обследование показало, что повреждения надстроек и верхних палуб вызваны не бомбами, а подрывными зарядами, которые заложили сами англичане. Перед тем, как оставить бухту, они пытались сделать крейсер полностью небоеспособным.

10-я флотилия Mas давно вынашивала планы атаки мальтийского порта Ла Валетга. И без того огромные трудности еще больше увеличивало полное отсутствие информации о системе обороны порта. На Мальте не было итальянских секретных агентов, единственным источником информации служила аэрофотосъемка. Однако она мало чем могла помочь планированию такой операции. По этой причине весной 1941 года несколько торпедных катеров и катеров 10-й флотилии Mas провели ряд разведывательных походов. Так как было нежелательно вызвать преждевременную тревогу, они тоже не принесли много информации. Тем не менее, группа моряков, которая уже несколько месяцев готовилась к операции, настояла на том, что больше нельзя се откладывать. Поэтому, когда в конце июля на Мальту прибыл конвой из Гибралтара, Супермарина приказала начать действовать.

План операции был очень сложным, однако все шло нормально до самого последнего момента. На рассвете 25 июля посыльное судно «Диана» и торпедные катера Mas-451 и -452 вышли из Аугусты. «Диана» несла 8 взрывающихся катеров, большой катер командира группы, катер-буксировщик. Катера Mas-451 и -452 буксировали по управляемой торпеде каждый. Ни один из командиров 10-й флотилии Mas не пожелал отказаться от участия в операции. Командир флотилии капитан 2 ранга Моккагатта находился на борту Mas-452. Командир «корабельного подразделения» капитан-лейтенант Джоббе вел один из взрывающихся катеров. Командир «подводного подразделения» майор Тезеи, уже вернувшийся из похода к Гибралтару, вел одну из торпед.

Когда 3 корабля подошли к Мальте, они не обнаружили никаких признаков тревоги. «Диана» спустила катера в нескольких милях от входа в порт. Mas-451 и Mas-452 подошли еще ближе и передали своих «поросят» катеру-буксировщику. Он дотащил торпеду Тезеи до бона, прикрывающего гавань Ла Валетты, а вторую торпеду - к Марса Мушетто, базе британских подводных лодок. Тем временем взрывающиеся катера, которые вел Джоббе, осторожно двигались к входу в гавань Ла Валетты. «Диана» ушла в море, чтобы там ожидать исхода операции. Оба катера Mas остались под берегом, чтобы подобрать спасшихся и оказать поддержку в случае необходимости.

Тезеи сумел пробраться под заграждением, прикрывающим вход в порт. Оно состояло из нескольких бонов, которые полностью преграждали путь катерам. Тезеи должен был взорвать свою торпеду так, чтобы она открыла проход через эти боны. Затем 8 взрывающихся катеров, проскочив этим проходом, должны были атаковать корабли в гавани, используя факторы неожиданности и замешательства.

Предполагалось участие ВВС, бомбардировщики должны были совершить налет, чтобы отвлечь внимание неприятеля. График был таков: в 1.45 легкий налет на Ла Валетту; в 2.30 сильный налет на ту же цель; в 4.30 сильный налет на вспомогательную цель (Микабба). В действительности первая атака не состоялась. Второй налет был совершен в 2.45 одним самолетом. Третий налет выполнили 2 самолета в 4.20, однако они атаковали Ла Валетту, а не Микаббу. Наконец, на рассвете 10 истребителей провели ожесточенный бой с 30 британскими истребителями.

До этого момента все шло согласно плану, исключая небольшое отставание от графика. Не было никаких признаков того, что неприятель встревожен. На самом деле все обстояло иначе. После войны стало известно, что радиолокационные станции на Мальте обнаружили итальянские корабли, когда те подходили к острову. Получив предупреждение, все батареи были приведены в состояние полной готовности, особенно прикрывавшие вход в порт. Радары обнаружили и приближение катеров. Поэтому все английские батареи были готовы обрушить шквал огня на ничего не подозревающего противника. Джоббе и его 8 катеров, не подозревая об этом, в полной тишине ожидали, когда будет взорван бон. Время шло. Первые лучи солнца уже показались на востоке, а взрыва так и не было.

Мы так никогда и не узнаем, что же произошло с Тезеи. Так же останется тайной, о чем думал Джоббе во время своего ожидания. Мы знаем только, что, когда занялся рассвет, Джоббе приказал 2 катерам взорвать бон. Последовал взрыв такой силы, что не только боковое заграждение разлетелось на куски, но даже рухнул мост Сент-Эльмо, соединявший два берега узкой бухты. Сила взрыва была так велика, что можно предположить роковое совпадение - торпеда Тезеи взорвалась одновременно с зарядами катеров. В любом случае пилоты 2 катеров пожертвовали своими жизнями, а Тезеи пропал без вести. Остальные 6 катеров немедленно дали полный ход и попали под сокрушительный огонь дожидавшихся своего часа британских орудий. Орудия всех калибров уже были наведены на входной фарватер. В тот же момент фарватер был освещен прожекторами. Маленькие катера, ослепленные их лучами, сумели найти проход между обломками моста и попытались пробиться сквозь огневую завесу. Это им не удалось.

После долгих часов ожиданий, сама битва завершилась буквально в несколько минут. Как писали англичане, «на поверхности но осталось ничего». Трагедия разыгралась на глазах Джоббе, двигавшегося позади остальных катеров. После того как над залитой кровью водой воцарилась тишина, Джоббе повернул назад, к катерам Mas. Они направились в базу. К этому времени уже рассвело, и на перехват торпедных катеров с Мальты вылетели истребители.

Моккагатта, Джоббе и весь экипаж Mas-452 за исключением 2 человек погибли во время обстрела с воздуха. Mas-451 загорелся и потонул. Исключая экипаж «Дианы», которая сумела вернуться в Италию, не уцелел никто из участников рейда. Все руководство 10-й флотилии Mas, большинство их помощников или погибли, или попали в плен. Даже управляемая торпеда, выделенная для атаки Марса Мушетто, которую задержали технические неполадки, не сумела атаковать британские подводные лодки. 2 человека ее экипажа были взяты в плен. Наконец, в боях с британскими самолетами погибли 2 итальянских истребителя, пытавшихся прикрыть торпедные катера.

Так закончилась безуспешная атака Мальты. Личный состав флотилии понес самые тяжелые потери за всю войну. Тем не менее, все действия итальянцев полны столь

высокого благородства и самопожертвования, что даже поражение может считаться достойным славы.

Атака Гибралтара и победа в Александрии

Еще до операции против Мальты подводное подразделение 10-й флотилии Mas подготовило вторую попытку атаки Гибралтара. Ночью 23 мая 1941 года «Шире» проскользнула мимо британских патрулей в проливе в Атлантику. На следующий вечер она поднялась на поверхность и незамеченной прошла в устье реки Гвадалете в Кадисе, где отшвартовалась у борта итальянского танкера «Фульгор», который был интернирован там после начала военных действий.

Чтобы экипажам торпед не пришлось испытать на себе все неудобства путешествия на подводной лодке, их отправили самолетом в Кадис с гражданскими паспортами. Там они поднялись на борт «Шире». Перед рассветом 25 мая «Шире» покинула Кадис, не обнаруженная англичанами, и направилась к Гибралтару. Прибыв на место, она обнаружила столь многочисленные британские патрули, что не смогла проникнуть во внутреннюю гавань. Поэтому операция была отложена на 24 часа. Ночью 26 мая «Шире» опять пробралась на рейд. Там она поднялась на поверхность только для того, чтобы узнать от Супермарины, что британский флот покинул гавань несколько часов назад. Поэтому Супермарина приказала атаковать торговые суда в британской зоне Гибралтара.

Задача выглядела очень простой, однако вновь судьба была против итальянцев. Три торпеды - лейтенанта Каталано, лейтенанта Веско и мичмана Визинтини - были спущены на воду. Согласно приказу «Шире» немедленно направилась назад. Однако очень быстро торпеда Веско полностью отказала, и ее пришлось затопить. Боеголовку удалось отсоединить и подвесить к торпеде Каталано. 6 моряков разбились на две группы у двух оставшихся торпед и продолжили путь.

Одна из торпед уже находилась под корпусом судна, когда лейтенант Марчелья почувствовал себя плохо и поднялся на поверхность. Похоже, англичане что-то услышали, потому что на судне поднялся страшный шум, и экипаж начал спускать катер. В результате итальянцам пришлось затопить свою торпеду. Они сумели добраться до испанского берега, волоча на себе потерявшего сознание Марчелью.

Визинтини с его «поросенком» повезло не больше. Почти час он блуждал по гавани в поисках целей, однако первые 5 судов, которые он обнаружил, оказались крупными рыболовными траулерами. Затем он натолкнулся на госпитальное судно, а потом - на швейцарское торговое судно. Когда он наконец нашел подходящий объект для атаки, его торпеда тоже затонула. Она потащила за собой на дно экипаж. Глубина в этом месте была около 30 метров, и поднять аппарат было просто невозможно. Поэтому экипажу не оставалось ничего другого, как плыть к испанскому берегу. Там все итальянцы собрались вместе и встретились с секретным агентом 10-й флотилии Mas. Через несколько дней они отправились назад в Специю, чтобы готовиться к новым походам.

Через 4 месяца, ночью 20 сентября, «Шире», которой все еще командовал Боргезе, в третий раз сумела проникнуть на рейд Гибралтара. Она выпустила трех «поросят» возле устья реки Гвадарранка. Ими командовали те же люди, что участвовали в предыдущей операции: Каталано, Веско и Визинтини. За это время англичане успели принять некоторые меры предосторожности против подобных набегов. Множество катеров нею ночь патрулировали на рейде л возле входа в гавань военно-морской базы. Они регулярно сбрасывали глубинные бомбы, чтобы уничтожить водолазов.

Несмотря на новые трудности, Каталано сумел близко подобраться к северному входу в военную гавань, но был обнаружен патрульным катером и едва сумел спастись. Было уже 3.50 утра, и он обратил свое внимание на судно, стоящее на рейде. Когда Каталано уже приготовился установить боеголовку, он обнаружил, что это интернированное итальянское судно. Поэтому ему пришлось искать новую цель. На этот раз все закончилось благополучно, и на рассвете судно «Фиона Шелл» (2444 тонны) затонуло. Оба водолаза избежали плена, добравшись до испанского берега.

Веско также проделал весь путь под водой и сумел достичь входа в военную гавань. Однако два катера кружили вокруг, время от времени сбрасывая глубинные бомбы. Поэтому, проведя 6 часов под водой, он прикрепил заряд к дну судна, стоящего на рейде. Его жертвой стал «Дурхэм» (10893 тонны), груженный боеприпасами. На рассвете судно затонуло после страшного взрыва. Веско тоже сумел доплыть до испанского берега, таща на себе потерявшего сознание от усталости напарника.

Визинтини пришлось сложнее. Хотя два катера кружили над ним, он сумел добраться до северного входа в военный порт и проник внутрь, ползком по дну под сетью заграждения. Вскоре после этого он обнаружил стоящий в доке крейсер и 4 танкера. Визинтини, после некоторых размышлений, выбрал самую многообещающую цель - один из танкеров. Он решил, что после взрыва танкера горящее топливо растечется по всей территории порта. Вся операция была проведена отменно. Визинтини, установив заряды, сумел перебраться через заграждения. Снова уклонившись от патрулирующих катеров, он сумел достичь испанского берега, используя свою торпеду. Там он затопил ее и вместе с напарником выбрался на берег. Через несколько дней они уже прибыли в Италию. Действия Визинтини можно считать просто образцом исключительной отваги, профессионального умения и холодного расчета. Однако они не увенчались заслуженным успехом. Танкер «Денбидейл» (8000 тонн) на рассвете взорвался и переломился пополам, однако ожидаемый пожар так и не начался.

Через 3 месяца после третьей атаки Гибралтара, ночью 19 декабря, подводные диверсанты провели свою самую знаменитую операцию. Она стала легендарной не только благодаря проявленной участниками отваге, но и из-за своих последствий, которые оказали влияние на ход всей Средиземноморской войны. Вечером 18 декабря Боргезе, проявив незаурядную отвагу и умение, привел «Шире» в точку всего в 1 миле от входа в гавань Александрии. В 20.47 совсем рядом с минными полями были спущены 3 торпеды, и подводная лодка направилась домой. Пилотами этих торпед были: лейтенант Дюран де ла Пенне, который участвовал в первой атаке Гибралтара; инженер-капитан флота Марчелья, участвовавший во второй атаке Гибралтара; капитан службы вооружения флота Мартелотта.

Три торпеды достигли заграждения на входе в порт без каких-либо трудностей. Два катера ходили вдоль заграждения, периодически сбрасывая глубинные бомбы. Однако проход был открыт, чтобы позволить войти 3 эсминцам, которые прибыли как раз в этот момент. Следуя за ними, итальянцы смело проникли на акваторию базы. Пилоты торпед не стали попусту терять время и направились прямо к своим целям. Супермарина на основании данных авиаразведки сообщила по радио диспозицию кораблей в порту перед выходом торпед на операцию. Дюран де ла Пенне выбрал линкор «Вэлиант», Марчелья - линкор «Куин Элизабет», Мартелотта - очень большой танкер.

Операция была проведена классически. Каждый экипаж быстро обнаружил свою цель и установил боеголовку торпеды в намеченной точке, выбранной после изучения чертежей корабля. Предполагалось добиться максимальных повреждений. Некоторые проблемы встретил только Дюран де ла Пенне. Недалеко от «Вэлианта» его торпеда потеряла ход, однако он, с помощью напарника, сумел дотащить торпеду к цели по дну. Установив заряд, они вынырнули на поверхность, где были обнаружены патрульным катером. Итальянцев подняли на борт «Вэлианта», где их попытался допросить командир линкора капитан 1 ранга Морган. Напрасно. В конце концов по приказу адмирала Каннингхэма их заперли в трюме. За 10 минут до взрыва боеголовки итальянцы попросили встречи с капитаном 1 ранга Морганом. Они предупредили его, что линкор скоро затонет. Капитан приказал всему экипажу подняться на верхнюю палубу, но итальянцев приказал отправить обратно в трюм. Через несколько минут взрыв потряс линкор, и он медленно сел на дно. Итальянцы сумели открыть дверь отсека, в котором их заперли, и спаслись вместе с экипажем.

Марчелья и его напарник блестяще выполнили свою работу на «Куин Элизабет». Вскоре после того как «Вэлиэнт» получил роковой удар, второй линкор вздрогнул от взрыва и тоже сел на дно. Виновники этой катастрофы также попали и плен.

Однако Мартелотта и его товарищ не попали в плен прямо в порту. Они установили боеголовку, которая потопила большой танкер «Сагона» и тяжело повредила эсминец «Джервис». После этого итальянцы сумели выбраться из порта в город. Оттуда они добрались до Розетты в устье Нила и нашли маленькую лодку. Они собирались выйти в море, где крейсировала подводная лодка «Дзаффиро», которая должна была подобрать уцелевших участников операции. Однако на следующий день, идя по улице Розетты вместе с египетским полицейским, который пригласил их на обед, итальянцы были замечены патрулем военной полиции и арестованы.

Единственной причиной, которая спасла оба линкора от окончательной гибели, была малая глубина на месте якорной стоянки. Тем не менее, до конца войны они больше не вошли в строй. Поэтому можно смело сказать, что 6 отважных итальянских моряков выиграли крупную морскую битву у британского Средиземноморского флота. Эта победа имела далеко идущие стратегические последствия для всего хода войны на Средиземноморском театре.

Легендарный подвиг этих 6 моряков заслужил восхищение британского флота. Когда после войны они вернулись в Италию из лагеря военнопленных, адмирал Морган, бывший командир «Вэлианта», потребовал чести лично вручить Золотую медаль почета Дюрану де ла Пенне.

Адмирал Каннингхэм в своей автобиографии писал: «Таким образом были выведены из строя оба последних линкора. Это был тяжелый удар... Несколько дней спустя я написал Первому Морскому Лорду: «Мы получаем удар за ударом. Повреждение линкоров в такой момент просто катастрофа... Самое скверное, что мы до сих пор не знаем, как они проникли через боновое заграждение. Пленные говорят, что они проникли, когда был открыт проход для эсминцев. Такое вполне возможно. Однако они могут подготовить прорыв сквозь заграждение, под ним или над ним. Сбрасываются глубинные бомбы, однако не похоже, чтобы они помешали кому-нибудь... Сейчас мы устанавливаем на дне бетонные блоки с колючей проволокой поверху до глубины 40 футов и нижней кромки сетей. Это дорого стоит, но мы должны обезопасить гавань... Последние дни проходят в панике. Всем мерещатся плавающие объекты и шумы под килем корабля. Это надо пресечь». В заключение Каннингхэм писал: «Можно только восхищаться хладнокровной отвагой и предприимчивостью итальянцев. Все было тщательно продумано и спланировано» (Еще один пример, мягко говоря, неточности автора. «Куин Элизабет» после капитального ремонта и США снова участвовал в боевых действиях с июня 1943 года. «Вэлиант» вернулся в строй в апреле 1942 года, а в июле 1943 года поддерживал вторжение в Сицилию. Недурно для покойничка. А. Б.).

Операции в Средиземном и Черном морях в 1942 году

После успеха операции в Александрии было ясно, что англичане примут меры, чтобы подобное не повторилось. Итальянцы решили сделать передышку с двоякой целью: дать возможность улечься переполоху и собрать побольше сведений о новых оборонительных мероприятиях англичан. В конце апреля 1942 года стало известно, что временно отремонтированный «Куин Элизабет» готовится к отправке на капитальный ремонт. Поэтому Супермарина приказала подготовить новый удар по Александрии. На этот раз в поход отправилась подводная лодка «Амбра» лейтенанта Арилло. Она была переоборудована для специальных операций также, как «Шире». Вечером 14 мая «Амбра» подошла близко к входу в порт, неся на борту трех «поросят».

Что произошло дальше, так и осталось загадкой. Похоже, «Амбра» сбилась с курса из-за сильных подводных течений, и экипажи торпед не сумели выйти на цель. В любом случае, 2 торпеды до рассвета кружили, пытаясь найти вход в порт. Экипажи выбрались на берег, и там все 4 человека попали в плен.

Лейтенант Фельтринелли и водолаз Фавале сумели обнаружить вход в гавань, когда уже рассвело. Они попытались укрыться в обломках полузатопленного судна, чтобы дождаться следующей ночи. К несчастью, их заметили рыбаки и подняли тревогу. Экипажу пришлось уничтожить торпеду, после чего итальянцы попытались добраться до берега. Фавале был быстро схвачен. Фельтринелли добрался до Александрии, не возбудив подозрений. Там его встретил итальянский секретный агент и снабдил необходимыми документами. В результате Фельтринелли больше месяца прожил в Александрии под чужим именем. Однако англичане продолжали интенсивные поиски, так как подозревали, что он скрывается в городе - ведь они схватили пятерых его товарищей. В конце концов Фельтринелли тоже попал в плен.

Через несколько недель, в августе 1942 года, «Шире», которой теперь командовал лейтенант Дзелик, получила приказ доставить торпеды к Хайфе, куда перебазировался Александрийский флот после выхода итало-германских войск к Эль Аламейну. Когда лодка подошла к цели, ее обнаружили британские силы ПЛО и потопили со всем экипажем.

Чтобы полностью использовать благоприятные возможности, весной 1942 года Супермарина упростила организацию 10-й флотилии Mas. Поступали сотни рапортов от добровольцев, которые рвались заменить погибших товарищей. Теперь 10-ю флотилию Mas возглавил Боргезе. Большое значение приобрело «корабельное подразделение», и резко возросла важность «подразделения водолазов-подрывников». Начались работы по подготовке атаки порта Нью-Йорк, но эти планы не были реализованы. С весны по осень 1942 года штурмовые катера и водолазы провели несколько десятков операций. Хотя их цели были ограниченными и часто операции не приносили успеха, отважные действия личного состава добавили немало славных страниц к истории 10-й флотилии Mas. Нехватка места позволяет лишь коротко упомянуть об этих операциях.

Штурмовые катера провели несколько разведывательных походов к Мальте во время подготовки захвата острова. Два раза они высаживали секретных агентов. Свою задачу катера выполнили успешно. Были созданы 3 плавбазы для катеров - вспомогательные суда «Чефало», «Сольола» и «Костанца». Эти 3 судна должны были крейсировать в море: одно возле Алжира, 2 - возле Египта. Там они должны были спустить свои катера, когда покажется какое-нибудь британское соединение. Предполагалось проводить внезапные атаки в открытом море. 3 подобных соединения катеров действовали с июля по октябрь 1942 года, самое восточное из них базировалось на суше возле Эль Аламейна. Однако, несмотря на терпеливое ожидание, удача улыбнулась им всего один раз. 29 августа возле Эль Дабы они торпедировали британский эсминец «Эридж».

Подрывные диверсионные команды провели ряд вылазок во вражеский тыл и достигли значительных успехов, уничтожив много военных сооружений и складов. Действуя с помощью секретных агентов, 10-я флотилия Mas сумела заслать «людей-лягушек» в Альхесирас, где они укрывались на вилле возле самой границы Гибралтара. Они два раза - 14 июля и 15 сентября 1942 года -' переплывали рейд Гибралтара, буксируя за собой магнитные мины. Они сумели установить свои мины и вернуться на виллу Кармела, а потом и в Италию.

Таким образом были потоплены или повреждены торговые суда «Шуна», «Барон Дуглас», «Эмпайр Снайп», «Мета» и «Рэйвенс Пойнт» общим водоизмещением 11333 тонны.

Более сложными оказались операции в Черном море, но крайней мере, с точки зрения организации. В начале 1942 года было создано подразделение штурмовых катеров па автоприцепов, которое было придано флотилии торпедных катеров, отправленной на русский фронт. Секция перевозок была организована просто образцово. Она могла перевозить 5 штурмовых катеров с торпедными аппаратами и 5 взрывающихся катеров, а также все необходимое для обеспечения их самостоятельных действий. Подразделение пересекло восточную Европу по железной дороге от Специи до Симферополя в начале мая 1942 года. Затем по шоссе оно прибыло в Фарос (примерно в 20 километрах от Севастополя), где был создан оперативный штаб. Штурмовые катера начали еженощное патрулирование, содействуя морской блокаде Севастополя и помогая прибрежному флангу германских войск. Маленькие катера не раз атаковали большие русские баржи, груженные солдатами, обстреливая их из пулеметов.

В июне это подразделение приняло участие в финальном штурме Севастополя, а в июле - в операции немцев против форта Горький (36-я батарея.). Когда немцы начали наступление на Кавказ, подразделение перебазировалось в Мариуполь, ожидая переброски на Каспийское море. Однако все обернулось иначе. Успешная русская оборона Сталинграда и последующее контрнаступление вынудили немцев откатиться обратно к Черному морю. Когда началось общее отступление немцев, превосходная организация секции перевозок позволила штурмовым катерам пересечь Украину, восточную Европу и вернуться в Италию. Они вернулись, сохранив все катера, все оборудование и всех людей.

На Черном море отличились карликовые подводные лодки, нашедшие благоприятное место действий. 10-я флотилия Mas u апреле 1942 года отправила 6 таких лодок по железной дороге из Констанцы. Они совершили большое число походов. Особенно успешно они действовали против русских подводных лодок, потопив 2 из них.

База штурмовых частей на рейде Гибралтара

Весной 1942 года штаб 10-й флотилии Mas предложил кажущуюся безумной идею: создать базу управляемых торпед прямо на рейде Гибралтара. Ее следовало расположить в трюме итальянского судна «Ольтерра», которое было затоплено своим экипажем в начале войны и лежало на мели возле самого мола Альхесираса. С самого начала было совершенно ясно, что такую операцию следовало проводить в условиях строжайшей секретности. Альхесирас буквально кишел британскими агентами, а маленькое подразделение испанских жандармов располагалось прямо на «Ольтерре». Кроме того, чтобы реализовать безумную идею, приходилось посвятить в курс дела остатки экипажа «Ольтерры», находившиеся на судне.

Затем надлежало перебросить на судно водолазов, техников, сами торпеды, ремонтное оборудование, запасные части, воздушные компрессоры и множество других пещей, причем все следовало привезти из Италии. В трюме нужно было создать ремонтную мастерскую и станцию обслуживания, прорезать в корпусе судна подводный люк для выхода торпед.

Поскольку все это приходилось делать прямо под носом испанских жандармов и британских агентов, операция казалась просто абсурдной. Тем не менее, все прошло без сучка и задоринки. Используя тысячи самых невероятных уловок, через Францию и Испанию в трюмы «Ольтерры» было доставлено все необходимое оборудование и торпеды, разобранные до винтика, чтобы их нельзя было узнать. Часть личного состава была привезена в двойном дне грузовиков, другие пешком перешли Пиренеи и добрались до юга Испании самостоятельно. Часть изображала итальянских дезертиров, спасающихся в Испании. Чтобы обмануть испанских часовых, они изображали пьяных, которых экипаж «Ольтерры» волок на борт под руки. Туннель, который вел в полузатопленный трюм, где находилась секретная база, был так хорошо замаскирован, что испанские офицеры так и не обнаружили его. В результате вся эта разветвленная и сложная организация никем не была разоблачена. Англичане впервые узнали о ней только после перемирия, когда судно отбуксировали в Гибралтар на ремонт.

Как только начались работы по организации секретной базы, «Ольтерру» начали использовать как центр операций боевых пловцов против судов на рейде Гибралтара. Пловцы, прибывшие из Италии, находились на борту «Ольтерры», приходили на виллу Кармела, выполняли свои задания и возвращались в Италию, не вызывая никаких подозрений относительно своей настоящей базы. Британские агенты отчаянно пытались выяснить, в чем тут дело. В ноябре, когда союзники высадились в Алжире, база была почти полностью готова. Ее действия были увязаны с остальными операциями против вражеского судоходства.

Ночью 8 декабря 1942 года «Эскадра Ursa Major», названная так в честь созвездия Большой Медведицы, провела первую операцию. 3 торпеды покинули «Ольтерру». Их вели лейтенант Визинтини, который 14 месяцев назад участвовал в первом налете на Гибралтар, гардемарин Маниско, лейтенант службы вооружения Челла. Они имели приказ атаковать корабли британского флота, которые вернулись на якорные стоянки военного порта через несколько дней после высадки союзников в Алжире. Поскольку в базе находились главные силы флота, на рейде патрулировало множество катеров, и проникнуть на военную базу было крайне трудно. Катера постоянно освещали рейд прожекторами и сбрасывали тяжелые глубинные бомбы.

Поэтому пересекать рейд было рискованным занятием. К обычным трудностям добавлялись динамические удары от взрывов глубинных бомб. Эти удары могли контузить водолаза и нанести серьезные внутренние повреждения. Требовались поистине сверхчеловеческие усилия, чтобы действовать в подобной обстановке. Несмотря на все трудности, Визинтини и его напарник добрались до входа военно-морской базы, однако старая сеть была заменена новой усовершенствованной, которая достигал» дна. Теперь в сети не открывался проход, чтобы пропустить корабль, а она немного притапливалась. Можно предположить, что итальянцы попытались все-таки пробраться под сетью по дну. Но в этот момент сеть была приспущена, чтобы пропустить 3 эсминца, и буквально раздавила пловцов. На следующий день их тела были обнаружены англичанами, которые похоронили их возле Гибралтара: со всеми почестями.

Маниско и его товарищ, преодолев ужасные трудности, тоже достигли входа в базу вскоре после Визинтини. Они прибыли как раз когда проходили те самые 3 эсминца. Итальянцы затаились на волноломе, подкарауливая возможность проникнуть в порт в промежутке между взрывами глубинных бомб. К несчастью, в этот момент торпеда разломилась пополам и затонула. 2 человека попытались доплыть до испанского берега, однако близкий разрыв глубинной бомбы оглушил Маниско. Его товарищ, матрос Варини, перенес взрыв лучше. Но в этот момент итальянцев заметило американское судно, которое и выудило их из воды. Хотя экипаж судна выразил восхищение отвагой итальянцев, захват диверсантов заставил противника поднять тревогу. Все соседние корабли включили прожектора и начали обстреливать поверхность воды из пулеметов. Количество сброшенных глубинных бомб резко увеличилось.

Челла и его товарищ задержались почти на 2 часа на «Ольтерре», ремонтируя свою торпеду. Поэтому, когда поднялась суматоха, они находились еще на середине рейда. Имея приказ отказаться от операции в случае тревоги, они повернули назад. Их обнаружил патрульный катер и сбросил серию глубинных бомб, которая убила напарника Челлы. Сам Челла выдержал удары и увел торпеду на глубину 30 метров. Патрульные катера охотились за ним более полутора часов, используя прожектора, гидрофоны, пулеметы и глубинные бомбы (их взрыватели, к счастью, были поставлены на 15 метров). Это была невиданная ранее охота. Дичью была не подводная лодка, а водолаз. После полутора часов борьбы Челла почувствовал, что больше не выдерживает. Он затопил торпеду и отдался на волю судьбы, вынырнув на поверхность. К своему изумлению он обнаружил, что находится всего в нескольких метрах от «Ольтерры». Собрав последние силы, он добрался до своего убежища и спасся. На следующую ночь итальянцы сумели подобрать и его торпеду.

Последние операции

4 декабря подводная лодка «Амбра» лейтенанта Арилло покинула Специю в ходе большой операции против, судоходства союзников у берегов Алжира. Она должна была подойти к порту и дожидаться, когда прибудет крупный конвой. Это случилось 6 дней спустя, и Супермарина приказала начать атаку. На сей раз кроме обычных 3 торпед на подводной лодке находились 10 боевых пловцов с магнитными минами.

На рассвете 11 декабря «Амбра» погрузилась и начала поход к Алжиру. Скорость держали очень маленькую, были приняты и другие меры, чтобы избежать обнаружения и обойти минные поля. Умело маневрируя, подводная лодка прошла все преграды и уклонилась от всех патрулей. Двигаясь только по приборам, лодка проникла в центр рейда, там в 21.00 она легла на дно, прямо посреди стоящих на якоре судов.

Операция была выполнена превосходно. Сначала на поверхность поднялся офицер с телефоном, который передал вниз информацию о положении на рейде. Потом начали выходить диверсанты. Это заняло больше времени, чем предполагалось - почти 3 часа. Боевые пловцы установили свои мины на грузовых судах, но по различным причинам только 2 из них были серьезно повреждены взрывами.

Первая торпеда почти добралась до большого транспорта, но ее двигатели полностью отказали, и торпеду пришлось затопить. Экипаж второй торпеды выбрал целью большое судно снабжения и установил боеголовку, как положено. Третья торпеда, которая несла 2 боеголовки, установили их на двух американских судах. Так как операция затянулась, «Амбра» ушла в намеченный срок - 2.30, не приняв никого из диверсантов на борт. Поэтому боевым пловцам и экипажам торпед пришлось добираться до берега. Там они, ближе к рассвету, сумели полюбоваться на результаты своей работы. 3 судна были потоплены, 2 - серьезно повреждены. Из этих 5 судов 4 были британскими - «Эмпайр Сентаур» (7041 тонна), «Вэнкуишер» (7174 тонны), «Арматтан» (4587 тонн), «Берта» (1493 тонны). Пятое судно было американским.

В рамках общих операций у побережья Алжира группа морских пехотинцев из полка Сан Марко оккупировала остров Галите. Этот остров лежал на полпути между Бизертой и Боном. Его захватили, чтобы базировать там «Чефало» - вспомогательное судно, переоборудованное в плавбазу для штурмовых катеров. Это подразделение должно было действовать против вражеских судов, направляющихся в Сицилийский пролив. Кроме того, готовилась атака порта Бон. Однако «Чефало» было обнаружено противником на новой стоянке, и американская авиация атаковала его. От обстрела с воздуха погибли многие члены экипажа. Уцелевшие сумели удержать судно на плаву, и оно было отбуксировано в Бизерту на ремонт.

Пока шли бои в Тунисе, 10-я флотилия Mas провела много операций, однако они не увенчались серьезным успехом. Среди этих операций были: действия взрывающихся катеров, базирующихся на Лампедузе, в январе 1943 года; диверсии боевых пловцов, высаженных с подводных лодок «Вольфрамио» и «Малакитс» на побережье Алжира; попытка атаки порта Бон 6 апреля катерами с «Чефало»; действия боевых пловцов в районе Бона в апреле 1943 года - они тоже использовали в качестве базы «Чефало»; подготовка атаки Мерс-эль-Кебира, которая была отменена после падения Бизерты. Когда пала Бизерта, 4 штурмовых катера с «Чефало» помогали подрывным партиям уничтожать портовые сооружения. Завершив работу, крошечные катера сумели добраться до Кальяри.

После падения Туниса сложилась новая стратегическая ситуация, которая серьезно повлияла на действия 10-й флотилии Mas. Операции в этом районе окончательно прекратились. «Эскадра Ursa Major», базировавшаяся на «Ольтерре», была практически уничтожена 8 декабря, но вскоре она была воссоздана и снова начала действовать. 8 мая 1943 года 3 управляемые торпеды покинули свою секретную базу, чтобы атаковать суда в Гибралтаре. Плохая погода ослабила активность патрульных катеров, однако она же создала сильное встречное течение, затруднившее действия подводников. Одной из торпед пришлось совершить 6 заходов, прежде чем она достигла цели. С большими трудностями каждая команда установила свою боеголовку и вернулась на «Ольтерру». На рассвете взорвались 3 судна. Это были британские суда «Камерата» (4875 тонн), «Махсуд» (7540 тонн) и американское «Пат Харрисон» (7500 тонн).

В начале июля 1943 года один из самых способных боевых пловцов 10-й флотилии Mas Луиджи Феррато в сопровождении секретных агентов флота направился в Александретту и Мерсину в Сирии с грузом магнитных мин. Путешествие оказалось удачным, потому что он не задерживался подолгу ни на одном месте. Он отплывал прямо с городских пляжей и направлялся к якорным стоянкам. Феррато сумел заминировать по 2 судна в каждом порту. «Орион» и «Фернплант» были потоплены, «Кайтуна» - серьезно повреждено. Четвертое судно - «Сицилиан Принс» - англичане успели спасти. Таинственные взрывы встревожили их, поэтому они нашли и сняли магнитную мину. Боевые пловцы 10-й флотилии Mas провели много подобных операций в других районах. Однако по сей день приходится считать эти операции секретными и рассказывать о них нельзя.

Когда союзники высадились в Сицилии, 10-я флотилия Mas приняла участие в обороне острова с моря. На сей раз подразделения штурмовых катеров действовали против кораблей союзников в гавани Сиракуз. Для этой цели была снова выделена «Амбра» под командой капитан-лейтенанта Феррини. Ночью 25 июля, двигаясь под водой, лодка подошла на расстояние нескольких миль к Сиракузам. Вынырнув на секунду, чтобы снять пеленги, лодка была атакована самолетом. Разрывы бомб вызвали жертвы и повреждения. Несмотря на это, командир «Амбры» решил продолжать выполнение операции. Однако в последний момент ему пришлось отказаться от своего намерения, так как разрывами бомб были заклинены переходные люки к торпедам. Ничего не добившись, «Амбра» вернулась на базу.

Как только было получено и освоено новое оборудование, «Эскадра Ursa Major» ночью 4 августа 1943 года провела новую атаку судов в Гибралтаре. На этот раз море было очень спокойным и фосфоресцировало, что неизмеримо увеличивало риск. Несмотря на это, 3 «поросенка» сумели проскочить мимо патрульных катеров и пережить взрывы глубинных бомб. Боевые пловцы сумели установить боеголовки на 3 судах, которые взорвались и затонули в обычное время, на рассвете. Торпеды и их экипажи благополучно вернулись на «Ольтерру». Погибли британское судно «Стэнридж» (6000 тонн), американское «Харрисон Грэй Отис» (7053 тонны) и норвежский танкер «Торсховди» (9944 тонны). Этот последний рейд довел до 14 общее число судов, потопленных в Гибралтаре штурмовыми частями. Их водоизмещение достигло 75578 тонн.

Штурмовые подразделения и диверсионные команды 10-й флотилии Mas продолжали действовать у берегов Туниса со своей базы в Кальяри до самого перемирия. Даже после него, когда Италия раскололась на два лагеря, 10-я флотилия Mas продолжала свою работу. Это будет описано ниже. После подписания перемирия довольно часто итальянцам приходилось передавать свой опыт новым союзникам - британским морякам.

Мы могли позволить себе лишь короткий обзор широкого спектра действий специальных частей. Однако совершенно очевидно, что итальянский флот может законно гордиться их подвигами.

Дальше