Содержание
«Военная Литература»
Военная история

Глава VII.

Блокада Мальты

Осажденный остров

Драматические события последних месяцев 1941 года со всей очевидностью показали решающее влияние Мальты на ход войны. Наконец итальянские и германские лидеры, которые отвечали за ведение войны, убедились, что проблему следует решать и решать радикально. Теперь стало очевидно, что для победы в Средиземноморской войне следует захватить Суэцкий канал. И стало кристально ясно, что надлежит «потопить» непотопляемый авианосец, которым являлась Мальта.

Поэтому Рим и Берлин начали вновь рассматривать планы захвата острова. В ходе операции предусматривалось высадить итальянские и германские войска с моря и воздуха. Вся морская часть операции была возложена на итальянский флот, которому следовало: прикрывать высадку; подготовить десантные суда; распланировать и проводить конвои; наконец, выделить для наземных операций полк морской пехоты Сан Марко и несколько десантных рот с кораблей.

В январе 1942 года приготовления шли полным ходом. Итальянскому флоту пришлось ускорить постройку сотни так называемых «моторных плотиков» - маленьких суденышек, похожих на американские LCT, созданных специально для десантных операций. Обучение войск десанта проводилось «Специальным морским соединением», упомянутым ранее в связи с албанской кампанией. Для этих целей его перевели в Ливорно.

Пока шли приготовления, стало совершенно очевидно: необходимо ослабить оборону острова как можно сильнее. Это достигаюсь прямым путем - бомбардировками с воздуха, и косвенным - блокадой острова и сокращением его запасов до минимального уровня. С одной стороны, прибытие II авиакорпуса, присланного в Сицилию именно для этих целей, позволило путем мощных ударов систематически ослаблять оборону Мальты. С другой - итальянский флот, с помощью итало-германской авиации, с новой энергией начал решать задачу изоляции острова.

После операции в конце сентября 1941 года англичане даже не пытаюсь послать сколько-нибудь значимые объемы снабжения на Мальту. Однако после 4 месяцев изоляции припасы на острове начали кончаться. Англичане во второй половине января отправили 2 маленьких конвоя. При этом они использовали временный захват Бенгази, что позволяло прикрывать конвои до залива Сирт. Оба этих конвоя были обнаружены уже в центральном Средиземноморье - слишком поздно, чтобы корабли успели атаковать их. Атаки с воздуха успеха не имели.

Грузы, доставленные 4 судами этих конвоев, могли помочь Мальте продержаться лишь недолгое время. Поэтому в середине февраля англичане затеяли еще более сложную операцию, чем раньше. Вечером 13 февраля с Мальты вышел крейсер и направился на восток вместе с 6 эсминцами и 4 теперь пустыми судами, которые пробрались сюда в январе. Одновременно конвой из 3 судов, прикрываемых 4 крейсерами и 16 эсминцами, вышел из Александрии и пошел вдоль побережья Киренаики. Оба конвоя должны были встретиться на полпути и обменяться кораблями эскорта. Однако на этот раз атаки II авиакорпуса принесли больше результатов, чем обычно. Конвой был обнаружен очень рано, и итальянские корабли вполне могли перехватить его. В итоге британская операция закончилась полным провалом.

Одно из судов снабжения, «Клан Кэмпбелл», было повреждено и направилось в Тобрук. Второе, «Клан Чаттан», получило попадание и было оставлено экипажем. Третье, «Роваллан Кастл», было так тяжело повреждено, что эскорту пришлось взять его на буксир. Тем времен нем, 3-я и 7-я дивизии крейсеров покинули Мессину и Таранто соответственно с приказом встретиться на следующее утро восточнее Мальты и перехватить вражеское. соединение в этом районе. Английское командование, узнав об этой угрозе, вечером 14 февраля отдало приказ: избегать любого столкновения. Эскорт неохотно затопил «Роваллан Кастл» и на полной скорости пошел на Мальту, благополучно прибыв туда еще до рассвета. Так вмешательство итальянских крейсеров, хотя и не привело к прямому соприкосновению с врагом, вызвало провал всей операции. Как сказал позднее Первый Лорд Адмиралтейства, «ее пришлось прервать».

Тем временем интенсивность воздушного наступления Оси на Мальту возрастала, и возможности острова начали подходить к концу. Чтобы нарисовать более точную картину, процитируем полуофициальную британскую книгу «Воздушная битва за Мальту».

«В первой половине декабря против Мальты ежедневно действовали не менее 10 самолетов. Во второй половине месяца это количество возросло до 30. 7 февраля было сыграно рекордное число воздушных тревог - 16, которые длились 13 часов из 24. Самый критический момент битвы наступил в марте, когда ежедневно совершали налеты от 70 до 80 бомбардировщиков. Вражеские самолеты подходили на малой высоте и бомбили с большой точностью. Наступательные возможности острова были окончательно исчерпаны 8 марта.

Повреждения взлетных полос становились все более и более серьезными. Самолеты ремонтировались, только чтобы быть разбитыми на следующий день. По этой причине самолеты, перегонявшиеся через остров на восток, приземлившись ночью, должны были немедленно взлетать. Задержка означала гибель. Несмотря на воздушную битву, Мальта оставалась важнейшим промежуточным звеном для самолетов, летящих из Великобритании на Средний Восток. С октября 1941 года на остров посылались гражданские самолеты для перевозки снабжения и эвакуации раненых. Разгрузку и погрузку приходилось проводить ночью под покровом темноты, пока кругом , падали бомбы.

Мальта не была единственным оружием в руке одинокого бойца. Это была важная составляющая общей стратегической картины Средиземноморья, связанная по воздуху с Гибралтаром и Египтом. Весь Средиземноморский театр находился в пределах ее досягаемости, благодаря ее центральному положению. С нее можно было следить за всеми передвижениями врага. Можно только гадать, как переменился бы ход войны на Средиземноморье, если бы Мальта пала и из нашего бастиона превратилась бы в базу для операций против нас».

Второй бой в заливе Сирт

Под тяжестью морской блокады и бомбардировок положение Мальты становилось все более и более критическим. Тем не менее, англичанам пришлось семь раз подумать, прежде чем предпринять новую попытку провести конвой. На этот раз они сделали ставку на внезапность, надеясь избежать вмешательства итальянского флота. Операция началась после тщательной подготовки, включавшей учения по тактическому прикрытию конвоя, проведенные возле Александрии.

Утром 20 марта конвой из 4 судов покинул Александрию. Его прикрывали крейсер ПВО «Карлайл» и 6 эсминцев. Вечером британские крейсера «Клеопатра», «Юриалес» и «Дидо» и 4 эсминца под командованием адмирала Вайэна также вышли в море (Эскадра лишилась четвертого крейсера - «Найад», потопленного подводной лодкой 4 дня назад). Вечером того же дня еще 7 британских эсминцев покинули Тобрук.

Утром 21 марта 8-я британская армия начала ложную атаку, чтобы оттянуть итало-германскую авиацию в район боев на фронте. В результате авиация Оси в Северной Африке разведывательных полетов на море не проводила. Внимание остальных самолетов-разведчиков Оси было отвлечено британскими авианосцами, находящимися к югу от Балеарских островов, и 2 торпедными катерами, замеченными севернее Туниса. Те пытались, подняв итальянский флаг, проскользнуть мимо мыса Бон, но были атакованы нашими истребителями. Один катер был потоплен, другой сдался и был захвачен совершенно целым.

Меры, которые должны были помешать воздушной разведке заметить конвой, оказались успешными, но итальянские подводные лодки «Платино» и «Ониче», патрулирующие в восточном Средиземноморье, во второй половине дня 21 марта заметили группу «Клеопатры» и подняли тревогу. Супермарина немедленно приказала 3-я дивизии - крейсера «Гориция», «Тренто», «Банде Нере» и 4 эсминца - выйти из Мессины, а линкору «Литторио» и 4 эсминцам - из Таранто. Командовал операцией адмирал Иакино с борта «Литторио», его заместителем был адмирал Парона на «Гориции».

Той же ночью британский крейсер «Пенелопа» и эсминец вышли с Мальты, чтобы соединиться с конвоем, и утром 22 марта все британские отряды собрались вместе. Теперь англичане имели соединение из 5 крейсеров и 18 эсминцев, против которых итальянцы выставили 1 линкор, 3 крейсера и 8 эсминцев (позднее это количество сократилось до 7). Из-за положения на Мальте ни один вражеский самолет не заметил итальянские корабли, и на рассвете 22 марта они определенно должны были захватить конвой врасплох. Однако сегодня мы знаем, что британская подводная лодка, патрулировавшая к югу от Таранто сообщила о выходе группы «Литторио». В результате британский конвой пошел южнее, чтобы предотвратить или по крайней мере отсрочить любой контакт. В действительности так и произошло - встреча состоялась на 3 часа позже, чем это могло случиться.

Тем временем, юго-восточный ветер превратился в яростный шторм, который все больше усиливался. Из-за трудностей, которые испытывали эсминцы, итальянская эскадра не могла развить больше 22 узлов, отсрочив встречу еще больше. Вдобавок эсминец «Грекале» из-за аварии в машине был вынужден повернуть назад в Таранто, оставив «Литторио» в сопровождении всего 3 эсминцев.

3-я дивизия, двигаясь поисковым строем в 6 милях» южнее «Литторио», заметила британские крейсера в 14.24. Последние, считая, что им противостоят 3 линкора, немедленно поставили дымзавесу. В этот момент 3-я дивизия повернула на северо-запад, стремясь навести англичан на «Литторио». Англичане же, удостоверившись, что перед ними 3 крейсера, а не линкоры, бросились за ними, как и желал адмирал Парона.

В 14.35, как только корабли Вайэна выскочили из своей дымзавесы, 3-я дивизия открыла огонь. Англичане отошли и снова поставили завесу. Началась новая фаза боя, длившаяся около часа. Адмирал Парона преследовал противника и вновь повернул на север, когда расстояние сократилось. Как только англичане выскакивали из дымзавесы, вспыхивали короткие перестрелки, но повреждений не имела ни та, ни другая сторона. Тем временем британский конвой в сопровождении «Карлайла» и 6 эсминцев отходил на юг, прикрываясь дымзавесой.

В 16.18 «Литторио» соединился с 3-й дивизией, однако волнение стало очень мощным, ветер усилился почти до 50 км/час, а густой туман сделал видимость крайне плохой. Британские корабли очень умело укрывались дымзавесами. Перед адмиралом Иакино стояли 3 возможные альтернативы. Первая: повернуть вправо, расположить свои корабли между вражеской эскадрой и Мальтой и дожидаться возможности обойти ее с запада. Вторая: повернуть влево для того, чтобы обойти неприятеля с востока. Третья: взять противника в клещи между группой «Литторио» и 3-й дивизией. По разным техническим чипам, обсуждать которые здесь нет места, Иакино выбрал первый вариант.

Так началась вторая фаза боя, длившаяся около 2 часов. Все британские корабли без исключения - что подтверждают их собственные донесения - непрерывно ставили дымзавесы до 19.30, пока окончательно не сгустилась темнота. В результате между итальянскими кораблями и противником выросла чудовищная гора дыма. Сквозь нее лишь иногда мелькали неясные силуэты британских кораблей. Со своей стороны, британские корабли, нырнув в этот дым, маневрировали почти бесцельно, не слишком ясно представляя, с какими силами они сражаются. Даже их собственные рапорты говорят о «беспорядке».

Для итальянцев стрельба стала крайне трудной не только из-за призрачного характера цели, но также из-за сильного волнения. Двигаясь со стороны неприятеля, волны обдавали орудия каскадами брызг, делая прицелы почти бесполезными. Несмотря на все трудности, итальянцы продолжали стрелять и добились великолепных результатов. Англичане надеялись, что адмирал Иакино рискнет войти в дым, но при сложившихся обстоятельствах такой поступок стал бы безумием. Однако итальянский адмирал, чтобы уменьшить неблагоприятное влияние дымзавес и брызг, сократил дистанцию до 10000 метров.

Чтобы ослабить давление, британские эсминцы не раз ходили в атаку, освою очередь их встречали итальянские эсминцы. Однако в целом маневры англичан, дымзавесы, ветер и волнение помогли им решать главную задачу - помешать итальянцам приблизиться к конвою и заставить их потерять как можно больше времени. Надеясь отделаться малой кровью, англичане были уверены, что с закатом итальянцы покинут место боя, руководствуясь обычными, много раз упоминавшимися причинами, к которым на сей раз добавились погодные условия и недостаточное количество эсминцев.

Разгадав замыслы англичан, итальянские корабли в 18.30 еще больше сократили дистанцию и усилили огонь, что поставило англичан в трудное положение. В этот момент несколько вражеских эсминцев совершили отчаянную атаку против «Литторио», но были отогнаны стрельбой 381-мм орудий, причинивших им серьезные повреждения. Тем не менее, линкор был вынужден сманеврировать так, чтобы уклониться от торпед. Одним из собственных выстрелов был подожжен гидросамолет Ro.43, стоящий на квартердеке. Видя это пламя, англичане ошибочно решили, что «Литторио» получил попадание торпедой.

После заката темнота быстро сгущалась, и адмирал Иакино понял, что бой можно считать завершившимся. В 18.51 он приказал отходить на северо-запад. Через несколько мгновений британский снаряд среднего калибра взорвался над кормой «Литторио», не причинив повреждений.

В 18.58 стрельба совершенно прекратилась. В 19.06 итальянские корабли под прикрытием темноты пошли на север. Тем временем шторм продолжал усиливаться и оказался для эсминцев более страшным, чем снаряды врага. Стало просто невозможно двигаться куда-то, чтобы наутро возобновить бой. Поэтому Супермарина приказала флоту возвращаться в базы. Британские корабли продолжали ставить дымзавесы до наступления ночи, а потом крейсера Вайэна повернули в Александрию. Конвой под прикрытием «Пенелопы», «Карлайла» и 6 эсминцев направился к Мальте.

В этот день итало-германская авиация, несмотря на самые неблагоприятные погодные условия и необходимость действовать на пределе дальности полета, совершила множество атак против вражеского соединения. Однако попаданий не было. Эти бесплодные атаки помешали итальянцам действовать успешнее. Ведь если бы несколько британских кораблей потеряли скорость, адмирал Вайэн не смог бы выполнить свой маневр.

Рассмотрим итоги перестрелки. Ни один из итальянских кораблей не получил ни малейших повреждений, если не считать нескольких осколочных царапин на палубе «Литторио». С другой стороны, огонь итальянцев, несмотря на все неблагоприятные факторы, достаточно сильно ударил по врагу. Из официальных британских донесений стало известно, что:

- В 16.44 флагманский крейсер «Клеопатра» получил попадание залпа с «Банде Нере», который уничтожил кормовые башни и вызвал большие жертвы среди экипажа.

- В 17.20 эсминец «Хэйвок» получил попадание, потерял ход на некоторое время и был вынужден отойти к конвою.

- В 17.48 эсминец «Сикх» был накрыт и выпустил наугад 2 торпеды, «чтобы не затонуть с торпедами на борту».

- Во время финальной атаки против «Литторио» эсминцы «Лиджен», «Ланс» и «Лайвли» получили тяжелые повреждения. Эсминец «Кингстон» получил 1 попадание, на нем начался пожар.

Из автобиографии адмирала Каннингхэма выясняется, что крейсер «Юриалес» тоже был серьезно поврежден. Также стало известно, что крейсер «Пенелопа», вернувшись на Мальту, стал в док.

«Сикх» и «Лайвли» сумели вернуться в Александрию, но «Хэйвок», «Лиджен», «Кингстон» и «Ланс» были вынуждены искать укрытия на Мальте, где они и остались временно. Это, несомненно, было результатом стрельбы итальянцев. В конечном счете она послужила причиной гибели этих кораблей. По этому поводу адмирал Каннингхэм писал: «Не следует думать, что итальянцы в этом бою действовали плохо. Наши эсминцы попали под плотный и точный огонь, и только воля Провидения спасла многих из них от гибели или от гораздо более серьезных повреждений».

Со своей стороны итальянцы, возвращаясь в базы, понесли и потери, и повреждения в результате исключительной силы шторма. Эсминцы «Джениере» и «Сирокко», высланные из Таранто на соединение с группой «Литторио», в 18.50 получили приказ возвращаться. Но около 21.00 «Сирокко» потерял контакт со своим товарищем и радировал, что следует только на одной маши-; не. Около 6.00 на следующее утро он окончательно проиграл битву со штормом и был захлестнут волнами.

Также около 21.00 «Ланчиере» - один из эсминцев группы «Литторио» - был поврежден волнами и потерял контакт с остальными кораблями. В 23.00 он радировал, что потерял ход и волны тащат его за собой. Лидер флотилии «Альпико» получил приказ помочь аварийному кораблю, но шторм расстроил эту попытку. На самом деле все корабли оказались в серьезной опасности. Даже» «Литторио» двигался с большим трудом и получил значительные повреждения. Из этого факта любой может представить ситуацию, в которой оказались эсминцы.

В 10.00 на следующее утро пришла радиограмма с «Ланчиере», которого не видели уже несколько часов. Это было короткое сообщение, трагичное в своей простоте. «Мы тонем. Да здравствует Италия!» Крейсер «Тренто», невзирая на собственные трудности, повернул назад в напрасной надежде помочь «Ланчиере». После 5 часов труднейшей борьбы с бушующими волнами во время движения на юг, крейсер получил такие повреждения, что теперь ему самому угрожала опасность затонуть или перевернуться под напором урагана. Спасательную операцию пришлось отменить.

Боги тайфуна не только помогли англичанам ускользнуть от опасности в бою, но также нанесли сильный удар итальянскому флоту. Каждый корабль, который вернулся в базу, имел более или менее тяжелые повреждения, причиненные штормом. Многим кораблям потребовался долгий ремонт. Вдобавок «Сирокко» и «Ланчиере» затонули почти со всем экипажем. После шторма удалось подобрать 2 человек с «Сирокко» и 5 человек с «Ланчиере».

Что касается самой битвы - она вошла в историю как Второй бой в заливе Сирт, так как происходила всего в 120 милях к северу от него, - не имеет смысла обсуждать маневры адмирала Иакино, мог ли он добиться решающей победы или упустил ее. Против него ополчились ветер и волны, не говоря уже о дымзавесах. Его тактика не позволила найти конвой, который являлся его главной целью. Также следует заметить, что маневры адмирала Вайэна тоже не представляли собой ничего замечательного. Скорее, они диктовались ситуацией, и похоже, адмирал просто не мог реагировать иначе.

Несмотря на трудные погодные условия, итальянские корабли маневрировали, исключительно точно придерживаясь предписанных командующим курсов. Они вели бой решительно и упорно. Зато англичане маневрировали совершенно беспорядочно и с необычной робостью, исключая последнюю отважную атаку эсминцев. Однако не следует забывать, что если итальянцы имели превосходящую огневую мощь, то англичане располагали большим количеством кораблей. В конкретных условиях этого боя такой фактор имел важное значение. Превосходство итальянцев в меткости стрельбы совершенно очевидно из результатов боя.

4 британских судна с их драгоценным грузом для Мальты не получили во время боя никаких повреждений. Однако бой имел некоторые последствия. Конвой должен был прибыть на Мальту ночью и начать разгрузку до начала воздушных налетов. Морской бой вызвал задержку как минимум на 4 часа, которая оказалась роковой. Когда на следующее утро немецкая авиация начала свои атаки, конвой находился еще достаточно далеко от Мальты. «Клан Кэмпбелл» был потоплен, тяжело поврежденный «Бреконшир» выбросился на берег. Пытаясь помочь «Бреконширу», эсминец «Саутволд» выскочил на итальянское минное поле и затонул.

Наконец, 24-25 марта немцы провели серию воздушных налетов на Мальту невиданной ранее силы. Эсминец «Лиджен», «Бреконшир» и 2 остальных судна снабжения - «Пампас» и «Талабот» - отправились на дно. Как говорят британские источники, «из 25000 тонн груза удалось, спасти только 5000 тонн».

Мальта в агонии - Роковая ошибка

После этих мощных ударов положение Мальты стало тяжелее, чем когда-либо. Помимо всего прочего стало ясно, что корабли больше не могут базироваться на Мальту, и англичанам следует поспешить увести их, прежде чем они будут потоплены.

Вечером 25 марта «Карлайл» и 4 эсминца покинули Мальту. Итало-германская авиация заметила их только возле Александрии, поэтому им никто не помешал. С 27 по 30 марта II авиакорпус бомбил не порт, а аэродромы. Как замечает уже цитировавшаяся книга: «Это было плохо продуманное изменение планов. Оно дало Королевскому Флоту передышку, чтобы закончить ремонт кораблей». Вечером 29 марта завершились отчаянные работы на крейсере «Аурора», который 19 декабря подорвался на мине. Крейсер в сопровождении эсминца ушел в Гибралтар. Возле мыса Бон их заметила подводная лодка «Нарвало», однако не сумела выйти в атаку. На следующий день 8 торпедоносцев с Сардинии атаковали крейсер, но успеха не имели.

После срочного ремонта повреждений, полученных в бою в заливе Сирт, ночью 5 апреля ушел эсминец «Хэйвок». Итальянская подводная лодка «Арадам» сумела атаковать его. Было видно попадание торпеды, «Хэйвок» выбросился на берег, и экипаж взорвал его. В официальном списке британских потерь, впрочем, говорится, что «Хэйвок» уничтожен после посадки на мель.

Вечером 8 апреля базу покинул крейсер «Пенелопа». Он был похож на дикобраза, встопорщившего все иглы. Деревянные пробки торчали из множества осколочных пробоин, полученных от града бомб, взорвавшихся поблизости, пока крейсер стоял в гавани и ремонтировался. Пытаясь добраться до Гибралтара в таком состоянии, «Пенелопа» испытывал судьбу. Но фортуна ему улыбнулась. Несмотря на атаки 11 итальянских торпедоносцев, 6 бомбардировщиков и 14 истребителей-бомбардировщиков, к которым присоединились 12 германских бомбардировщиков, «Пенелопа» благополучно добрался до цели.

Теперь на Мальте оставались только эсминцы «Ланс» и «Кингстон», которые еще были небоеспособны после столкновения в заливе Сирт. После нескольких дней бомбардировок затонул сначала первый, а потом и второй. Ливень бомб также послал на дно подводные лодки Р-39, Р-36, «Пандора» и «Глафкос» (греческая), а также множество мелких кораблей. По этой причине флотилия подводных лодок, находившаяся на Мальте, начала в середине апреля перебазирование в Александрию. Это немедленно ослабило атаки подводных лодок против итальянских судов, идущих в Африку. В тот же период были усилены минные заграждения вокруг Мальты, причем не только постановкой новых минных полей с итальянских эсминцев, но и минами, поставленными германскими самолетами и торпедными катерами. В первые дни мая на минах подорвались британский тральщик, буксир и подводная лодка «Олимпус».

Гибель этих кораблей, уничтожение множества самолетов, разгром аэродромов и жилых районов плюс нехватка снабжения, в том числе продовольствия, вызванная морской блокадой, сделали положение Мальты к середине апреля критическим. В это время II авиакорпус приступил к методическому уничтожению оборонительных сооружений острова атаками с малой высоты, так как ПВО уже почти не оказывала сопротивления.

20 апреля британская эскадра из Гибралтара появилась южнее Балеарских островов, сопровождая американскую эскадру, состоящую из крейсеров, эсминцев и авианосца «Уосп», пришедшую из Атлантики. С «Уоспа» взлетели «Спитфайры», которые должны были усилить авиацию на Мальте. Но уже через 3 дня от этих самолетов ничего не осталось Это была первая операция американского флота на Средиземном море.

В конце апреля положение Мальты стало, как признают сами англичане, «почти отчаянным». Хотя все детали сложившейся ситуации оставались неизвестны, некоторые отзвуки долетели до Рима. Были основания надеяться, что воздушные налеты, если их интенсивность сохранится, заставят остров капитулировать без высадки. Впрочем, подготовка к захвату Мальты почти завершилась, и при сложившихся обстоятельствах не было оснований сомневаться в успехе.

На остров планировалось высадить 4 итальянские и 1 германскую дивизии общей численностью 32000 человек. Высадочные средства состояли из 725 барж и десантных катеров, 25 моторных катеров, 80 десантных кораблей и 64 мелких судов для перевозки грузов. К операции привлекалось 1300 самолетов, половина итальянских, половина германских.

Тем временем Роммель, который раньше был пылким сторонником захвата острова, начал выказывать недовольство задержкой «своего» наступления на долину Нила. Его желание начать наступление усиливалось опасениями, что англичане вскоре будут настолько сильны, что не останется надежды на победу. Поэтому, боясь, что самолеты Оси будут отвлечены из Киренаики для поддержки вторжения на Мальту, он начал настаивать на отсрочке операции в пользу наступления на Египет. Супермарина открыто выступила против этой идеи, считая, что погодные условия, необходимые для высадки на Мальте, удержатся до конца июля. С другой стороны, хотя итало-германская авиация еще превосходила авиацию союзников, она не могла поддерживать, обе операции.

В этот момент, не желая отказываться от плана вторжения в долину Нила, Роммель предложил более ограниченную операцию, которая имела целью сорвать намечаемое наступление англичан. Он заявил, что хочет вынудить врага отказаться от всяких активных действий примерно на 3 месяца. То есть, пока не будет захвачена Мальта. Заявив, что ему нужна одна неделя, чтобы сломить сопротивление англичан, и еще одна неделя, чтобы развить успех, Роммель запросил II авиакорпус всего на 15 дней в свое распоряжение перед атакой Мальты. Он считал, что еще одна неделя потребуется авиакорпусу, чтобы вернуться в Сицилию и подготовиться к мальтийской операции. Таким образом, вторжение откладывалось всего на 3 недели - до второй половины июля.

Этот план был принят итальянским Верховным Командованием. От Роммеля, однако, потребовали письменных заверений, что:

1. Операция закончится в течение 2 недель.

2. Она будет ограничена срывом приготовлений противника.

3. Только в случае крайне благоприятного развития событий будет предпринята попытка отбить Тобрук, и в любом случае наступление будет остановлено на линии Соллум- Хальфайя.

4. В случае неудачи сухопутные силы немедленно вернутся на основную линию обороны у Эль-Газалы и будут ожидать захвата Мальты.

Супермарине не оставалось ничего иного, как посоветовать не отвлекать II авиакорпус с Сицилии больше, чем на обещанные 3 недели, так как в противном случае англичане сумеют восстановить силы авиации на Мальте. Однако просьбы Роммеля оказались только уловкой, чтобы склонить командование в пользу своего наступления. Это ясно показали последующие события и его бумаги. В частности, в этих документах оказалась запись от 24 мая, в которой он говорит, что «победил» план захвата Мальты.

Гитлеру, в свою очередь, остро требовались самолеты для наступления в России. Со всеми этими перекройками планов он совершенно забыл о требованиях Средиземноморского театра и решил немедленно отозвать 2. истребительные и 2 бомбардировочные группы из состава II авиакорпуса. К конце апреля уцелевшие остатки авиакорпуса начали переброску из Сицилии в Киренаику. Через несколько дней в Бергхофе Гитлер сказал итальянскому генералу Кавальере, что «наступление на Сталинград и Кавказ сделает Мальту бесполезной для англичан». ;

Решение отложить вторжение на Мальту превратилось в самую серьезную - пожалуй, даже роковую - ошибку Оси во всей Средиземноморской войне. И совершенно точно - с нее начался закат военной удачи. Едва месяц прошел со дня этого решения, как союзники уже восстановили свое превосходство в воздухе. Этому способствовал отзыв частей II авиакорпуса и прибытие первых американских самолетов на Средиземное море. Авиация, на Мальте, как и боялась Супермарина, стремительно усиливалась. «Потопить» этот «авианосец» больше не представлялось возможным, и Мальта снова обнажила свой «огненный меч». Над ливийскими маршрутами опять нависла угроза. Все это в итоге, привело к крушению надежд, которые мощи стать реальностью, если бы не эта ошибка.

«Воздушная битва за Мальту» сообщает, что 27 апреля с острова в Лондон ушел отчаянный призыв, в котором говорилось: «Вражеские операции могут принести катастрофу, если не принять немедленные меры противодействия им. Больше нельзя терпеть способность врага действовать безо всяких помех». Однако та же книга говорит: «Едва ушло это сообщение, как появились ободряющие признаки ослабления противника (По роковому совпадению, именно 27 апреля части II авиакорпуса начали отбывать из Сицилии в Россию). 29 апреля против острова было совершено 220 вылетов, а 30 апреля - только 60. Относительная передышка в конце треля оказалась для защитников божьим даром и подарила осажденной Мальте драгоценное время». Таким образом, 27 апреля 1942 года стало поворотной точкой войны на Средиземном море.

Несмотря на ослабление бомбардировок, положение Мальты в начале мая оставалось крайне затруднительным. В течение полутора месяцев после Второго боя в заливе Сирт на остров поступали только кроки снабжения. Их перевозили самолеты и подводные лодки. Англичане больше не могли рассчитывать на благоволение богов бури, которые до сих пор поддерживали их.

Кроме всего прочего, на Мальте не хватало боеприпасов и истребителей. Американский флот снова пришел на помощь англичанам, и ночью 8 мая оперативное соединение авианосца «Уосп» во второй раз вошло в Средиземное море. К нему присоединилась Гибралтарская эскадра, в которую входил авианосец «Игл». На рассвете 9 мая, выйдя в обычную стартовую зону, оба авианосца подняли первую группу истребителей, предназначенную для Мальты. Вечером 8 мая крейсер-минзаг «Уэлшмен», груженый боеприпасами, отделился от главных сил и на большой скорости пошел на Мальту. Его уверенно опознали только перед закатом 9 мая, когда он находился уже в районе Туниса. Однако Супермарина уже отправила патрулировать в Сицилийском проливе 2 подводные лодки и несколько торпедных катеров. В 21.15, когда «Уэлшмен» проходил мимо мыса Бон, «Ониче» заметила его и вышла в атаку. Крейсер прикрывали ночные истребители, которые обнаружили лодку и сами контратаковали ее, прежде чем она выпустила торпеды. Через час «Уэлшмен» был замечен торпедным катером, который тоже попытался атаковать его. Но высокая скорость крейсера помешала катеру выйти на дистанцию пуска торпед, несмотря на долгое преследование.

Авиация Оси приготовилась на следующее утро атаковать крейсер в порту Валетты, однако ночью 10 мая, когда «Уэлшмен» входил в порт, «Уосп» отправил на Мальту вторую волну из 47 «Спитфайров». Поэтому итало-германские самолеты, прилетевшие утром, были сами захвачены врасплох дымзавесами, интенсивным зенитным барражем и «Спитфайрами».

Завершив разгрузку, «Уэлшмен» после наступления темноты отправился в Гибралтар. Он прошел Сицилийский пролив незамеченным, на следующее утро поднял французский флаг, что сбило с толку наши самолеты-разведчики, и уклонился от всех атак. Впрочем, реконструкция этого похода позволил! итальянцам точно установить маршруты англичан в Сицилийском проливе. Это позволило немного позднее добиться определенных успехов.

Той же ночью 11 мая, предвидя, что все внимание итальянской авиаразведки будет приковано к «Уэлшмену», англичане отправили из Александрии на осажденный остров 5 эсминцев с различными припасами. Однако, их обнаружили южнее Крита достаточно рано, чтобы итальянский флот успел перехватить их до прибытия на Мальту. Поэтому соединение повернуло назад. Разумное решение не спасло англичан, так как ближе к вечеру эсминцы были атакованы германскими бомбардировщиками из Киренаики. 3 из 5 - «Лайвли», «Джакел» и «Киплинг» - были потоплены. Эта попытка доставить снабжение на Мальту не только полностью провалилась, но и дорого обошлась англичанам.

Несмотря на то, что воздушное наступление пришлось приостановить, Мальта теперь не могла наносить воздушные удары по юртам южной Италии. Поэтому Супермарина, не слишком рискуя, смогла перевести 7-ю дивизию крейсеров («Эугенио ди Савойя», «Монтекукколи» и 2 эсминца) в Кальяри, чтобы помешать новым походам «Уэлшмен». Действуя на основе непроверенных разведданных, крейсера 14 мая вышли в море, но «Уэлшмен» не был обнаружен.

18 мая Гибралтарская эскадра снова появилась севернее Алжира, чтобы с помощью авианосцев «Уосп» и «Игл» перебросить американскую авиагруппу из Гибралтара в Египет. Эта дата отмечает начало активного участия американских ВВС в войне на Средиземном море.

28 мая британский крейсер «Харибдис» к 2 эсминца покинули Гибралтар и пошли на восток. Что они собирались делать - неясно: то ли прорваться на Мальту, то ли проверить реакцию 7-й дивизии на возможный поход «Уэлшмена». Супермарина приказала 7-й дивизии выйти в район восточнее Кальяри и встретить британские корабли, но англичане вернулись в Гибралтар. Больше они не проводили подобных операций, пока снова не начались воздушные налеты на Кальяри, которые вынудили 7-ю дивизию покинуть этот порт.

Дальше