Содержание
«Военная Литература»
Военная история

Глава VI.

Первая битва конвоев

Уход X авиакорпуса

Подведя итоги различных событий первой половины 1941 года, давайте вернемся к основной линии, которую мы оставили, когда завершилась операция, приведшая к захвату Крита. В конце мая 1941 года после оккупации Крита ситуация на Средиземном море, внешне по крайней мере, выглядела для итальянского флота многообещающей. Однако Супермарина имела достаточно оснований для беспокойства за будущее. Воздушная мощь союзников быстро росла, тогда как итало-германские ВВС были ослаблены передачей на русский фронт ряда частей и расширением оперативною пространства на самом Средиземноморье. В середине мая X авиакорпус был переведен из Сицилии в Грецию, чтобы участвовать в Критской кампании. Позднее, с началом военных действий в России, большая часть его самолетов была отправлена туда. Оставшиеся были разбросаны по Греции и Киренаике для поддержки сухопутных операций.

Самым тяжелым последствием ухода X авиакорпуса, против чего резко возражал итальянский флот, стало прекращение бомбардировок Мальты. Эти бомбардировки были совершенно необходимым элементом удержания итальянских линий снабжения Ливии в относительной безопасности. Англичане немедленно использовали предоставленное им преимущество и усилили авиацию на острове. Мальта вновь подняла в воздух свой «пламенеющий меч». Благодаря удачной позиции и техническому превосходству, относительно небольшие силы отвлекли непропорционально много кораблей и самолетов итальянского флота и нанесли им тяжелые потери. Кроме всего прочего, быстро сказалось наличие английских разведывательных самолетов и корректировщиков, оснащенных радаром. Взаимодействуя с ночными торпедоносцами, с надводными силами, эти самолеты создали новые методы атак, которые итальянские корабли смогли отражать с довольно сомнительной эффективностью.

Уход X авиакорпуса означал немедленную потерю Осью господства в воздухе, которое было захвачено над Сицилийским проливом. Передача германских самолетов также серьезно повлияла на воздушную разведку и сопровождение кораблей в море. Итальянские ВВС больше не могли в одиночку выполнять все возрастающие требования. В результате случались дни, когда полностью отсутствовала информация о передвижениях противника. Разведывательные полеты над Мальтой, которые до этого проводились хотя бы раз в день, теперь стали очень тяжелой проблемой и привели к значительным потерям итальянской авиации. Тем не менее, такая разведка была просто необходима для защиты судоходства на ливийских маршрутах.

Оснащение радаром системы ПВО острова и все увеличивающееся число перехватчиков привели к тому, что часто итальянские разведывательные самолеты встречали завесу истребителей еще на подлете к Мальте. Вот только один пример. Несмотря на множество тщетных попыток прорваться к острову, несмотря на тяжелые потери, несмотря на сопровождение разведчиков истребителями, был период почти два месяца - до 21 июля, когда итальянцы совершенно не имели информации о порте Ла Валетта.

Отсутствие конкретной информации о вражеских кораблях на Мальте, особенно на столь долгий период, увеличивало риск при каждом выходе в море и вынуждало итальянский флот использовать дивизии крейсеров для защиты особо важных конвоев, чтобы не быть захваченными врасплох. Такие выходы сами по себе были рискованными. 28 июля крейсер «Гарибальди», возвращаясь в порт после проводки конвоя, был торпедирован подводной лодкой. Получив тяжелые повреждения, крейсер сумел добраться до базы, но простоял в ремонте 4 месяца.

Еще больше осложняло проблему воздушного прикрытия то, что англичане теперь сочетали несколько методов атаки (высотные и с бреющего полета), поэтому требовалось несколько «слоев» истребителей, чтобы прикрыть корабли. По этой причине и из-за малого количества имеющихся истребителей, ил пилоты предпочитали атаковать британские самолеты на выходе из атаки. Более того, воздушное прикрытие осуществлялось только в дневное время, тогда как англичане предпочитали атаки в сумерках или ночью. Так как Италия не имела ночных истребителей, корабли оставались в это время совершенно беззащитными.

Всю серьезность вновь сложившейся ситуации подчеркнули события 3 июля, когда важный итальянский конвой был атакован возле Лампедузы. Британский пилот, которого выудила из моря одна из предполагавшихся жертв, сообщил, что атакующие самолеты заметили 2 итальянских самолета сопровождения и отложили атаку, пока те не улетят прочь. Так как итальянские истребители имели малый радиус действия и были вынуждены взлетать с береговых аэродромов, ВВС, чтобы обеспечить постоянное прикрытие конвоя только 2 истребителями, были вынуждены задействовать 56 самолетов, вылетавших парами! Интересно отметить, что атаковавшие британские самолеты были «Мэрилендами» американской постройки. Так в первый раз эта страна выступила на стороне Великобритании в войне на Средиземном море, хотя пока еще косвенно.

Другим важным последствием ухода X авиакорпуса и усиления воздушной мощи Мальты стали налеты британских бомбардировщиков на итальянские порты. Сильно пострадали Неаполь, Мессина и Палермо. Бомбардировщики, не встречая сопротивления в воздухе, начали атаки Специи, Коринфского канала и Наварина. Триполи и Бенгази подвергались налетам практически каждую ночь - часто очень сильным, особенно в день прибытия конвоя. В результате случалось и так, что грузы, которые флот дорогой ценой доставил в Ливню, уничтожались в доках или во время разгрузки судна.

Конечно, повреждения портовых сооружений осложняли транспортные проблемы и увеличивали итальянские потери при перевозках. Например, в описываемый период порт Триполи был настолько переполнен кораблями и судами, что кораблям эскорта приходилось до рассвета крейсировать в море. Это лишало экипажи заслуженного отдыха в порту. Такие меры уменьшали риск потерь в забитом до отказа порту, но приводили к износу машин, расходу топлива и усталости экипажей.

Все описанные выше факты и усиление воздушной мощи врага, опирающегося на американскую помощь, подтвердили давние опасения итальянского флота. Без серьезной авиационной поддержки флот оказывался во все более трудной ситуации, походя на боксера, пытающегося драться одной рукой. Учитывая сокращение запасов топлива, гибель кораблей и другие неблагоприятные факторы, становится очевидным, почему флоту пришлось решительно отбросить все надежды на ведение наступательных операций и вместо этого заняться тщательно спланированной упорной обороной, чтобы продержаться как можно дольше.

Начало битвы конвоев

Противник понимал, что для выигрыша войны в Африке достаточно просто перерезать итальянские линии снабжения, и англичане сосредоточили свои усилия именно на этом. В свою очередь, итальянский флот был вынужден практически всю свою энергию обратить на обеспечение их безопасности. Столкновение этих двух планов привело к затяжной ожесточенной кампании. Хотя она распадается на множество отдельных боев, ее можно рассматривать как настоящее сражение - и одно из величайших, - которое длилось шесть месяцев. Первая битва на ливийских морских коммуникациях, называемая «первой битвой конвоев», закончилась в пользу итальянцев в начале 1942 года. Она описана далее.

В этот период успешная проводка каждого ливийского конвоя сопровождалась ожесточенными боями, которые корабли были вынуждены вести круглые сутки без перерыва прямо с момента выхода из порта. Для того, чтобы как можно сильнее сократить потери, принимались все возможные меры. Они менялись каждый раз, как только англичане меняли свою тактику.

Следует напомнить, что маршруты конвоев пролегали через центр Средиземного моря. Они должны были держаться как можно дальше от Мальты, хотя это приводило к значительному удлинению пути и сравнительному увеличению расхода топлива и износу машин. Количество кораблей сопровождения постоянно росло, что приводило к передаче эсминцев из состава действующего флота. Значительно усилились средства ПВО кораблей и судов.

Одним из приемов стала отправка малых судов поодиночке и без сопровождения. Они выходили в море ночью и к рассвету добирались до Пантеллерии или Лампедузы, если направлялись в Триполи. Если они следовали в Киренаику, то ночью же они прибывали в порты восточной Греции или и бухту Суда. Каждое из таких судов несло мало груза, но взятые все вместе, они перевезли внушительное количество припасов. Одно время успешно применялись ложные конвои. Эта уловка состояла в том, что параллельно маршруту важного конвоя двигался другой, не столь значительный. Он располагался между первым конвоем и Мальтой. Часто британские разведывательные самолеты, а следом за ними и ударные обрушивались на первый замеченный конвой. Это позволяло более важному конвою следовать к цели не замеченным.

Но противник добился очень эффективного взаимодействия между подводными лодками и самолетами. Они выводили друг друга в атаку, сообщали о поврежденных судах, что позволяло добить их. Вражеские подводные лодки так и сновали на маршрутах следования конвоев, и они добились значительных успехов. Особенно тяжелым ударом стало потопление грех итальянских трансатлантических лайнеров, выделенных для перевозки войск. 20 августа «Эсперия» был потоплен 3 торпедами с подводной лодки всего в нескольких милях от Триполи. Ночью 18 сентября возле Мизураты конвой, состоящий из «Вулкании», «Нептунии» и «Океании», попал в западню. Нехватка войсковых транспортов заставила использовать эти великолепные суда, хотя они были слишком велики и заметны. Торпедный залп поразил «Нептунию» и «Океанию» , и они потеряли ход. Оба лайнера вскоре затонули. Итальянские эсминцы с большим умением сняли солдат с борта поврежденных кораблей, из 6500 человек пропали только 384. Большинство жертв пришлось на «Нептунии», они погибли при взрыве торпед.

Чтобы удовлетворить потребность в некоторых специфических видах снабжения в прифронтовых районах, маленькие, но очень быстроходные корабли и подводные лодки отваживались на походы в эти опасные воды. Они выгружали свой груз ночью и уходили в море еще до рассвета. Во время «первой битвы конвоев» итальянские подводные лодки совершили 46 подобных походов. При этом погибли «Караччиоло» и «Сент Бон», а «Атропо» была тяжело повреждена, когда взорвался ее груз бензина. Рейсы по перевозке бензина вообще были крайне опасны из-за повышенной воспламеняемости груза и его ядовитых паров. Кроме того, груз приходилось размещать буквально в каждом углу и без того тесных отсеков, даже на койках экипажа. А в награду экипажу приходилось самому проводить разгрузку. Генерал Роммель, хорошо зная о трудностях экипажей подводных лодок не раз лично благодарил их.

Сила британских ударов по конвоям вынудила итальянский флот постараться обезопасить от них, насколько это было возможно, войсковые конвои, направляющиеся в Ливию. Поэтому, несмотря на все более острую нехватку эсминцев и увеличивающийся расход топлива, флот начал перевозить войска исключительно на эсминцах. Они пересекали Средиземное море на большой скорости, проделывая большую часть пути ночью. Когда эта система доказала свою эффективность, перевозка солдат в Ливию на эсминцах стала стандартной процедурой, которая продолжалась до самого конца войны в Африке. Перевозки стали особенно интенсивными во время самой критической фазы Ливийской кампании, но флоту как-то удавалось справляться с возрастающими трудностями, вызванными нехваткой эсминцев и топлива.

Однако описанные выше методы, как и прочие аналогичные меры, имели вторичное значение. Главной проблемой снабжения Ливии было превосходство британской авиации, базирующейся на Мальте. Отсюда возникали все проблемы итальянцев. Первоначальная ошибка - отказ от захвата Мальты или Туниса - стоила большой крови.

Достигнув рекордной отметки 125000 тонн пере везенных грузов в июне, итальянцы сумели в июле перевезти только 50706 тонн грузов и менее 12000 тонн топлива. При этом 12% грузов, отправленных из Италии, были потеряны, но потери топлива достигли угрожающей величины 41%. В августе было доставлено только 46755 тони грузов и потеряно 20%. В виде компенсации были перевезены 37201 тонна бензина при минимальных потерях - около 1%. В сентябре и октябре ситуация продолжала оставаться очень серьезной, и лишь титаническими усилиями итальянский флот сума перевезти в Африку в сентябре 54105 тонн грузов и 61563 тонны - в октябре. Потери были тяжелыми и составили соответственно 29% и 20% отправленного из Италии. Эти скромные достижения сопровождались тяжелыми потерями в кораблях. Поставки топлива были такими же трудными. В сентябре было доставлено 13408 тонн при потере 24%, в октябре 11951 тонна при потере 21%.

Тем не менее, Лондон продолжал считать, что в Ливию прибывает слишком много грузов. От адмирала Каннингхэма потребовали перебросить на Мальту группу кораблей из Александрии, чтобы они перехватывали итальянские конвои. Каннингхэм опять воспротивился. В результате споров на Мальту послали 2 крейсера и 2 эсминца прямо из Англии. Оснащенные радаром корабли должны были проводить стремительные набеги, особенно по ночам, на пути следствия итальянских конвоев. Их атаки дополнили бы действия британской авиации и подводных лодок.

Новая дивизия крейсеров впервые была замечена нашей авиаразведкой в порту Ла Валетты 21 октября. Факт ее базирования там подтвердил второй контакт неделю спустя. Итальянский флот потребовал ударами с воздуха уничтожить эту новую опасность. Но германские ВВС появились в Сицилии только через 2 месяца, а за это время многое случилось.

Уничтожение конвоя «Дуйсбург»

7 ноября два итальянских конвоя, направляющихся в Ливию, находились в море. Один из Бриндизи шел в Бенгази, второй - из Неаполя в Триполи. Первый был обнаружен британскими самолетами, как только покинул Адриатику утром 9 ноября, был несколько раз атакован авиацией с Мальты. Второй и более важный конвой - известный как «Дуйсбург», по названию одного из 7 торговых судов - сопровождался 6 эсминцами. Его прикрывали крейсера «Тренто» и «Триесте» и 4 эсминца. Конвой, обнаруженный англичанами в полдень 8 ноября, подвергся внезапной атаке в 1.00 9 ноября в 135 милях от Сиракуз. Он стал жертвой нового мальтийского соединения, которое состояло из крейсеров «Аурора» и «Пенелопа» и эсминцев «Лайвли» и «Ланс». Они покинули Мальту после заката и, направляемые ночными самолетами-разведчиками, на большой скорости пошли на перехват конвоя. Тактика и исход неожиданного нападения были такими же, как и при Матапане и Керкенне. Вражеские корабли с помощью радара приготовились открыть огонь раньше, чем итальянцы заметили их. Затем, распределив цели, англичане внезапно открыли огонь с короткой дистанции, уничтожили итальянские корабли и исчезли в темноте.

Итальянские эсминцы «Эуро» и «Фульмине», находившиеся на правом фланге конвоя, и «Грекале», прикрывавший тыл, немедленно контратаковали. «Фульмине» сразу попал под огонь британских орудий и был тяжело поврежден. Командир эсминца капитан-лейтенант Милане, потерявший руку в начале боя, продолжал командовать и погиб вместе с кораблем. Старший артиллерист «Фульмине» лейтенант Гарау также сражался с большой отвагой. Когда корабль был превращен в руину британскими снарядами, он бросился к последнему действующему орудию, у которого уже не осталось расчета. В одиночку он продолжал стрелять, пока не погиб вместе с кораблем.

«Грекале» был тяжело поврежден и потерял ход прежде, чем вышел на дистанцию торпедной атаки, (Его потом отбуксировал в Италию «Ориани».) «Эуро», которым командовал Чигала Фульгози, уже упоминавшийся, как командир «Сагиттарио» в боях у Крита, подошел к противнику на расстояние 2000 метров, не получив повреждений. Заметив в темноте силуэты 2 крейсеров, он решил, что это могут быть «Тренто» и «Триесте», которые находились примерно в этом же районе. Подозрения усилил тот факт, что они не стреляли по «Эуро». Командир флотилии эсминцев с «Маэстрале» отдал приказ своим кораблям собраться на левом, противоположном фланге конвоя, еще больше усилив замешательство. В результате в последний момент Чигала отменил приказ выпустить торпеды. Минутой позже британские снаряды обрушились на «Эуро», но эсминец уже потерял выгодную позицию. «Эуро» получил 6 попаданий, однако из-за короткой дистанции снаряды пробивали корпус корабля, не взрываясь, хотя при этом погибло около 20 человек.

А что же крейсера, прикрывавшие конвой? Вынужденные держать скорость больше, чем у тихоходных торговых судов, они двигались взад и вперед параллельно курсу конвоя справа от него прикрывая конвой со стороны Мальты. Когда экипаж «Триесте» заметил вспышки выстрелов и пожары на итальянских судах, крейсера как раз повернули назад к конвою. Они находились от него на максимальном расстоянии - 5000 метров. Днем это была бы маленькая дистанция, однако во время стремительной ночной атаки - очень большая, тем более, что неприятель держался вне освещенных пожарами мест и не был ясно виден с кораблей конвоя. Как только итальянские крейсера открыли огонь, британские корабли исчезли в темноте. Очевидно, до этого времени англичане не подозревали о присутствии итальянских крейсеров вблизи конвоя. Итальянские крейсера попробовали перехватить противника на обратном пути к Мальте, но без помощи радара это была напрасная трата времени.

Тем временем, англичане отправили к месту боя несколько подводных лодок, и на рассвете эсминец «Либеччио» был торпедирован, когда подбирал из воды спасшихся. «Эуро» несколько часов буксировал поврежденный корабль, но потом тот преломился пополам и затонул. Крейсера также подверглась атаке подводной лодки, когда осматривали район в поисках уцелевших людей, однако они сумели уклониться от торпед.

Несомненно, исход боя был очень серьезным поражением итальянцев. Все 7 судов конвоя были уничтожены, а из кораблей эскорта 2 эсминца потоплены, а 2 - более или менее тяжело повреждены. Хотя бой дал примеры индивидуальной отваги, действия итальянских кораблей были нескоординированы и временами просто ошибочны. Экипажи были приведены в замешательство внезапной атакой, перемешавшимися кораблями и стремительными перемещениями противника. Основными факторами, приведшими к столь плачевному исходу, были: новое техническое оснащение и превосходящее тактическое искусство, которое англичане позднее еще больше усовершенствовали. Итальянским кораблям было просто нечего этому противопоставить.

Решение проблемы заключалось не в использовании против англичан более мощных орудий и кораблей. Истинными соперниками в этом случае были ученые двух стран. Англичане обеспечили своих моряков новой техникой, которая совершила революцию в тактике ночных боев. Против этого отвага и тренированность итальянских экипажей и их устаревшее оружие мало чего стоили. Бой в подобных условиях мог закончиться только легкой победой англичан и напрасными потерями в кораблях и людях для итальянцев. Слепой боксер, как бы он ни был силен, неизбежно проиграет зрячему противнику.

Цена растет

Уничтожение конвоя «Дуйсбург» 9 ноября отчасти обеспечило победу британской 8-й армии еще до того, как она начала свое наступление. Гибель конвоя неизбежно должна была сказаться на состоянии итало-германских войск. Если бы не удалось подвезти кое-какие запасы снабжения, англичане могли бы добиться немедленной и полной победы в Африке.

Ситуация оставалась критической, и любые действия были крайне затруднены, учитывая препятствия, которые следовало преодолеть. Некоторое количество снабжения в Ливию доставляли малые суда, путешествующие поодиночке. Другие, боже важные грузы доставлялись прямо к линии фронта подводными лодками. Более ценные запасы бензина грузили на крейсера, понимая всю невыгодность такого предприятия, ведь для перевозки небольшого количества бензина приходилось привлекать большой тоннаж. Кроме того, крейсера намеренно подвергались смертельному риску, ведь с палубами, заваленными бочками с бензином, они не могли полностью использовать артиллерии и были обречены при попадании даже самого мелкого снаряда.

Какое-то количество грузов было доставлено в Бенгази на двух сильно охраняемых конвоях. Каждый конвой состоял из 3 судов. Они благополучно прибыли 16 и 18 ноября, несмотря на воздушные атаки. Тем временем готовилась большая транспортная операция. 8 торговых судов были сведены в 4 конвоя, которые должны были выйти в море одновременно. Для их прикрытия привлекалось много королей и самолетов. 5 крейсеров и 7 эскортных корабле! прикрывали 2 самых важных конвоя, покидавших Неаполь вечером 20 ноября. Один из крейсеров - «Гориция» - принимал участие в операции, несмотря на то, что несколько часов назад во время налета британских бомбардировщиков на порт получил более 200 осколочных пробоин, а среди его экипажа было много убитых и раненых. В это же время другие 2 конвоя выхолили из Наварина и Таранто, направляясь в Бенгази, с общим эскортом всего из 3 эсминцев. Это объяснялось тем, что эскортных кораблей просто не было. Более того, одному из судов почти сразу пришлось вернуться в порт из-за аварии в машине. Вечером 21 ноября крейсер «Кадорна» с грузом бензина вышел из Бриндизи в Бенгази, что тоже было частью плана операции.

Враг, конечно, был настороже, так как в это время британская 8-я армия начинала свое наступление. Ночью 21 ноября оба конвоя из Неаполя были обнаружены англичанами еще до того, как они вошли в Мессинский пролив. Схема одновременной отправки 4 конвоев была удачной, так как неприятель, сосредоточив внимание на неапольских конвоях, не заметил 2 других и «Кадорну», которые благополучно достигли Бенгази.

После заката Супермарина узнала, что британские крейсера, базирующиеся на Мальте, вышли в море, а разведывательные самолеты уже кружат над обоими неапольскими конвоями, которые в это время сблизились, чтобы образовать одно соединение. В 21.30, едва корабли покинули Мессинский пролив, началась серия яростных воздушных атак. Корабли попытались прикрыться дымзавесами и открыли сильный огонь из всех зенитных орудий. Тем не менее, в 23.12 крейсер «Тренто» получил попадание авиаторпедой, которая взорвалась в котельном отделении и вынудила крейсер остановиться. Однако он сумел спастись, почти чудом, благодаря надежности своего оборудования и великолепному поведению экипажа, хотя воздушные атаки не прекращались. К рассвету еле двигающийся «Тренто» сумел своим ходом добраться до Мессины.

Тем временем, британские самолеты-осветители, бомбардировщики и торпедоносцы продолжали сновать между конвоем и своей базой на Мальте, проводя атаку за атакой. Корабли сопровождения всеми силами пытались защитить конвой, однако было понятно, что раньше или позже последуют новые потери. В 00.38, после более чем 3 часов постоянных атак, настала очередь крейсера «Дука дельи Абруцци» получить свой удар. В него попала торпеда, практически оторвавшая ему корму.

Последовали изнурительных 4 часа драматической просто неописуемой борьбы. Конвой и остальные корабли сопровождения продолжали двигаться на юг, оставив поврежденный крейсер в сопровождении пары эсминцев отбивать постоянные сосредоточенные атаки британской авиации, которая намереваясь прикончить почти беспомощную добычу. Если бы крейсер оставался на месте, его гибель была бы неминуема. Однако сверхчеловеческие усилия экипажа позволит ему дать ход, и он пополз со скоростью 4 узла. Так как рули были повреждены, корабль мог лишь описывать широкие круги на месте. Торпедоносцы и бомбардировщики проводили атаку за атакой в мерцающем сиянии осветительных ракет. Итальянские эсминцы пытались взять крейсер на буксир, однако им приходилось отдавать концы с началом каждой новой атаки. Бомбы и торпеды падали вокруг непрерывно. Однако экипаж «Дука дельи А1руцци» перед лицом смертельной опасности совершил настоящее чудо. К 3.30 была частично восстановлена работоспособность рулей, и корабль медленно двинулся к Мессине. Англичане наконец прекратили атаки, и в 11.40 на следующий день поврежденный крейсер прибыл в Мессину.

Тем временем, Супермарина расшифровала британские сообщения и решила, что крейсера с Мальты находятся вблизи места боя. Казалось вероятным, что они попытаются нанести «Дука дельи Абруцци» последний удар. Поэтому Супермарина приказала «Гарибальди» и 2 эсминцам повернуть на помадь поврежденному крейсеру. Таким образом, с конвоем оставалось всего 2 крейсера. Было ясно, что торговые суда неизбежно подвергнутся дальнейшим атакам на пути в Триполи. Естественно, такое развитие событий никого не устраивало, и в 1.00 Супермарина решила прекратить операцию и отдала приказ конвою направляться в Таранто.

Поворот конвоя заставил врага потерять его, однако около 2.00 группа, спешившим на помощь «Дука дельи Абруцци», подверглась серии ожесточенных атак бомбардировщиков и торпедоносцев. 1C счастью, «Гарибальди» не получил попаданий, хотя бом5ы ложились совсем рядом. Итоги операции были плачевными. Из 8 судов снабжения только 3 достигли Бенгази, так же как «Кадорна» с грузом бензина. Хотя некоторое количество очень нужных припасов было доставлено, требовалось еще столько же. Однако события этой ночи еще раз ясно продемонстрировали, что битву конвоев нельзя выиграть, пока не уничтожена воздушная мощь Мальты. Итальянские корабли могли защищаться днем, зато ночью техническое превосходство противника приводило к бессмысленным потерям, несмотря на любые усилия. Этот новый пример цены технической отсталости вызвал новую волну «надоедливых просьб» флота. Поэтому Муссолини вновь решил запросить помощь Люфтваффе, однако немецкая авиация появилась на Средиземноморском театре только в декабре.

Так как большие конвои привлекали пристальное внимание противника, было решено в порядке эксперимента отправлять одновременно несколько маленьких конвоев, разводя их как можно дальше друг от друга. Через 3 дня после описанных событий была испробована операция такого типа. Когда крейсер «Кадорна» возвращался из Бенгази, теплоход «Адриатике» был отправлен из Реджио в Бенгази без эскорта. 3 маленьких конвоя, каждый из 1 торгового судна и 1 корабля сопровождения, одновременно вышли в море. Два конвоя шли в Бенгази, третий - возвращался в Бриндизи. Теплоход с 2 эсминцами вышел из Трапани в Триполи, двигаясь вдоль тунисского побережья, и конвой из 2 судов - «Марица» и «Прочида» - в сопровождении миноносцев «Лупо» и «Кассиопея» вышел из Эгейского моря в Бенгази.

Вражеская разведка засекла все эти передвижения, и вечером 24 ноября британская эскадра вышла с Мальты на перехват. К счастью, итальянская подводная лодка «Сеттембрини» в 5.30 заметила британские корабли в центральном Средиземноморье и подняла тревогу. Поэтому Супермарина отправила конвоям приказ изменить курс. Исключением были 2 конвоя - тот, что находился уже поблизости от Бенгази (и куда он прибыл без происшествий), и конвой, находящийся западнее Мальты.

К сожалению, конвой «Марица» не принял этот приказ и продолжал следовать прежним курсом. В 15.30 конвой, , за которым следил британский разведывательный самолет, был обнаружен мальтийской эскадрой (крейсера «Аурора», «Пенелопа» и 4 эсминца).

2 итальянских миноносца попытались помочь судам снабжения спастись, держась между ними и противником и ставя дымзавесы. «Лупо» оставил «Кассиопею» прикрывать торговые суда, а сам под градом вражеских снарядов предпринял две отважные торпедные атаки. Его торпеды прошли мимо цели, не англичане были вынуждены уклоняться от них. После часового боя «Марица» и «Прочида» получили роковые повреждения. Первое судно взорвалось, а второе быстро утонуло. «Лупо», вышедший невредимым из своих смелых атак, и «Кассиопея», получивший лишь осколочные попадания, оторвались от противника.

За эту победу англичане заплатили очень дорого, хотя и косвенным путем. В первой половине ноября последовала новая ожесточенная перепалка между Адмиралтейством и адмиралом Каннингхэмом. Адмиралтейство утверждало, что в Бенгази продолжает прибывать «некоторое количество судов», и считало «жизненно важным» пресечь это. Поэтому Лондон требовал, чтобы адмирал Каннингхэм активно использовал силы Александрийского флота против этих конвоев, Каннингхэм же делать этого не хотел по множеству причин. Однако продолжающееся давление со стороны Черчилля в конце концов заставило Каннингхэма выйти в море для поддержки мальтийской эскадры в этой операции. На следующий день линкор «Барэм» был торпедирован германской подводной лодкой, взорвался и затонул в течение 2 минут.

Пока англичане сосредоточит свое внимание на конвоях, следующих через центр Средиземного моря, конвой, посланный в Триполи вдоль побережья Туниса, благополучно достиг цели. Но армии в Ливии продолжали требовать снабжения - прежде всего бензина, поэтому Супермарина немедленно организовала его доставку в бочках на эсминцах в Бенгази и Дерну. Сделать это было нелегко, так как готовилась сложная операция по прорыву британской блокады Средиземного моря - лишь этим словом можно было определить существующее положение вещей.

29 ноября эта операция началась. Снова, приспосабливаясь к обстоятельствам, Супермарина приняла систему разделения судов по маленьким конвоям. Это делалось для того, чтобы не дать противнику возможности атаковать сразу несколько целей. Одновременно в центральное Средиземноморье отправлялось соединение прикрытия, чтобы не повторилась история 24 ноября.

Суда снабжения «Изео» и «Капо Фаро» вместе с 1 миноносцем вышли из Бриндизи; теплоход «Вениеро» вместе с 2 эсминцами - из Таранто; танкер «Вольтурно» и 2 эсминца - из Наварина; теплоход «Адриатико», шедший без сопровождения, - из Аргостоли. Повторяя удачный маневр, использованный в прошлый раз, танкер «Мантовани» вместе с эсминцем «Да Мосте» двинулся вдоль тунисского побережья из Трапани в Триполи. В это же время крейсера «Аоста», «Монтекукколи» и «Аттендоло» вместе с 3 эсминцами патрулировали в центре Средиземного моря, а эскадра в составе линкора «Дуилио», крейсера «Гарибальди» и 6 эсминцев вышла из Таранто, чтобы действовать по необходимости.

И снова итальянцы подставились. Танкер «Вольтурно» почти сразу после выхода был поврежден бомбардировщиками с Мальты, и ему пришлось вернуться назад. Чтобы сорвать итальянскую операцию, англичане послали на Мальту еще 2 крейсера. Поэтому 30 ноября, когда операция вступила в кульминационную фазу, в море были замечены не 2, а сразу 4 крейсера, опознанные как «Аурора», «Пенелопа», «Аякс» и «Нептун», и 3 эсминца. Это соединение, безусловно, было сильнее дивизии «Аосты».

В 10.00 бомбардировщики с Мальты потопили «Капо Фаро» и повредили «Изео», которому вместе с эскортом пришлось вернуться в Аргостоли. Тем временем, Супермарина приказала группе «Дуилио» двигаться на поддержку эскадры «Аосты», чтобы прикрыть конвой «Вениеро», так как английская эскадра на большой скорости приближалась к нему. Но группа «Дуилио», уже отстававшая от графика из-за сильного волнения, еще больше задержалась из-за аварии в машине на «Гарибальди». Теплоход «Адриатике», продолжавший следовать в Бенгази, ночью был замечен британскими самолетами-разведчиками. После этого его перехватили и потопили британские крейсера. Эта жертва, однако, спасла конвой «Вениеро». В момент атаки «Адриатике» он находился еще дальше к востоку, поэтому неприятель его не обнаружил. В конце концов этот конвой благополучно пришел в Бенгази.

На сей раз даже попытка провести конвой вдоль побережья Туниса завершилась неудачей, так как он был обнаружен самолетами с Мальты. В 13.10 1 декабря его атаковали торпедоносцы и повредили танкер, который потерял ход. Самолеты вызвали крейсера, которые возвращались на Мальту и продолжали свои атаки. «Мантовани» получил новое попадание и начал тонуть. В 18.00 «Да Мосто», принимавший команду танкера, заметил подходящие на большой скорости британские крейсера.

«Да Мосто» легко мог дать полный ход и избежать столкновения. Вместо этого он повернул на противника и ринулся в атаку. В 10000 метров от противника эсминец выпустил торпеды, развернулся и поставил дымзавесу. Яростный британский огонь оказался безрезультатным. «Да Мосто», обнаружив, что его торпеды не попали в цель, выскочил из дымзавесы, открыл огонь и дал второй торпедный залп, на этот раз с дистанции 6000 метров. Когда эсминец уже развернулся, чтобы скрыться в дымзавесе, его накрыл вражеский залп, взорвавший погреба. «Да Мосто» потерял ход и начал тонуть, но снаряды продолжали сыпаться на него. Однако эсминец продолжал отстреливаться, пока орудия не ушли под воду.

Неравный бой был проведен так отважно и яростно, что враг счел необходимым отдать воинские почести. Британские корабли, проходя над местом гибели «Да Мосто», выстроили экипажи на палубе, чтобы салютовать смелым противникам.

В завершение этой печальной главы следует сказать, что около 2 месяцев, начиная с конца сентября, итальянский флот испытывал острую нехватку топлива, поэтому над всеми решениями Супермарины витал злой рок. В некоторых случаях нехватка топлива приводила к сокращению состава эскадр, выходящих на защиту конвоев. В других случаях приходилось отправлять торговые суда вообще без сопровождения. К концу ноября положение значительно улучшилось. А вскоре появились и более сильные корабли, которые можно было использовать для прикрытия ливийских конвоев.

Кризис

Несмотря на многочисленные жертвы, общий итог ноября оказался катастрофическим. Из посланных 79208 тонн снабжения и топлива в Африку прибыли только 29843 тонны. Потери в этом месяце достигли безумной цифры 62%. В Ливию удалось перевезти только 2471 тонну бензина - все на военных кораблях. А доставка этих 29843 тонн грузов обошлась итальянскому флоту - в течение 20 дней! - в 13 грузовых судов и 3 эсминца потопленными. Были серьезно повреждены 2 крейсера и несколько других кораблей. Эти цифры не учитывают износ техники и усталость экипажей.

Тем не менее, все это не ослабило решимости флота выполнять свой долг. Готовя новую большую операцию по доставке снабжения, флот до предела увеличил перевозки на своих кораблях и подводных лодках. Крейсера, эсминцы, эскортные корабли, подводные лодки сновали один за другим, словно челноки, между берегами

Италии и Африки. Они перевозили солдат, бензин, боеприпасы и продовольствие в порты поближе к линии фронта. Все несчастья, казалось, обрушились на них. В центре Средиземного моря разразился яростный шторм, который длился все первые 3 недели декабря. В результате кораблям приходилось сражаться не только с противником, но и с ветром и волнами. Шторм достиг своего пика 8 декабря, когда даже крейсер «Кадорна», следовавший с грузом бензина из Таранто в Бенгази, был вынужден укрыться в Аргостоли.

11 декабря была сделана попытка отправить теплоход «Калитеа» из Аргостоли в Бенгази в сопровождении «Фреччиа» - единственного эсминца, оказавшегося свободным. К несчастью, «Калитеа» был потоплен подводной лодкой вскоре после выхода из Аргостоли. Однако в тот же день «Кадорна» и несколько эсминцев доставили свой драгоценный груз в Бенгази и Дерну.

Эти походы были крайне опасны для кораблей, перевозивших подобный груз, и жертвы были просто неизбежны. Очень серьезная катастрофа произошла двумя днями позже. Вечером 9 декабря крейсера «Да Барбиано» и «Ди Джуссано», груженые бочками с бензином, вышли из Палермо в Триполи. Замеченные ночным самолетом-разведчиком с Мальты чуть южнее Трапани, они были немедленно атакованы торпедоносцами. К счастью, попаданий не было. Но стало совершенно ясно, что на всем остальном пути они будут подвергаться новым ударам. Также было понятно, что столь легко воспламеняющийся груз может привести к гибели корабля. Поэтому Супермарина приказала крейсерам, отбившим первую атаку, вернуться в Палермо.

Однако из Триполи продолжали требовать бензин, и вечером 13 декабря «Да Барбиано» и «Ди Джуссано» снова вышли из Палермо, обогнули по широкой дуге острова Эгады, чтобы уклониться от района патрулирования британских самолетов. Корабли имели строгий приказ возвращаться в случае обнаружения самолетами.

В 16.00 в тот же день 4 британских эсминца, идущих на большой скорости на восток, были замечены возле Бужи (Алжир). Подсчитал и, что они достигнут мыса Бон не раньше 3.00. К этому времени итальянские крейсера должны были давно миновать опасную точку. Однако вышло так, что крейсера прибыли к мысу Бон на час позднее намеченного и были замечены разведчиками с Мальты. Их зона патрулирования была расширена, так как англичане сами проводили свои корабли через упомянутый район.

Считая, что скоро начнутся воздушные атаки, командир итальянской эскадры в 3.20, едва пройдя мыс Бон, повернул назад. Он надеялся оторваться от вражеской авиаразведки. До этого времени впереди крейсеров следовал миноносец «Сигно», чьей задачей было заблаговременное обнаружение вражеских торпедных катеров и прочих опасностей. Теперь «Сигно» оказался позади крейсеров. Тем временем 4 вражеских эсминца, зная о приближении итальянских кораблей, выскочили из-за скал мыса Бон и очутились буквально под носом крейсеров, только что завершивших поворот. Последовала скоротечная стычка.

Британские корабли, проследовав мимо итальянцев на встречных курсах, выпустили торпеды с очень короткой дистанции. Крейсера, несмотря на опасность воспламенения бензина на палубах, немедленно открыли ответный огонь. Но прежде чем итальянские орудия сумели взять свою плату, каждый из крейсеров получил по 3 торпедных попадания. Бочки с бензином превратили их в огромные погребальные костры. Немного отставший «Сигно» выпустил торпеды и открыл огонь. Проходя мимо вражеской колонны, «Сигно» добился нескольких попаданий, однако англичане, удовлетворенные достигнутым успехом, ответили несколькими выстрелами их зенитных автоматов и скрылись в темноте.

Из-за высокой скорости обеих эскадр и встречных курсов стычка длилась всего 2 минуты. Однако «Да Барбиано» уже тонул, и море вокруг него превратилось в настоящий огненный ад, в котором барахтались несколько уцелевших моряков. «Ди Джуссано» тонул немного медленнее, но пожары сделали спасение остатков команды крайне трудным. Положение еще более осложнил тот факт, что «Сигно», занявшийся спасением экипажей, был несколько раз атакован вражескими самолетами. 5 кораблей, высланных из Трапани, вскоре прибыли к месту катастрофы, но более 900 человек погибли, в том числе адмирал и весь его штаб.

Немедленно после событий 1 декабря, как уже отмечалось, началась подготовка к отправке новой группы конвоев. Среди множества трудностей, которые предстояло преодолеть, самой главной была нехватка эсминцев. Нельзя было найти даже десяти эсминцев - минимально необходимого для проведения операции количества. Нагрузка на эти корабли была крайне велика, и они были абсолютно необходимы в других местах. Поэтому приходилось откладывать операцию день за днем, наскребая эсминцы буквально поштучно откуда только можно. Верфи работали днем и ночью, ремонтируя поврежденные корабли. Едва набрался необходимый минимум эскортных кораблей, конвои начали отправляться. Так получилось, что это произошло 13 декабря - в день выхода «Да Барбиано» и «Ди Джуссано» из Палермо. Некоторые эсминцы уходили в море пряно с верфи, где они ремонтировались в течение нескольких недель, не оставалось времени даже для проверки качества ремонта. Вот в какой критической ситуации оказался итальянский флот, и насколько необходима была отправка этих конвоев.

Всего в составе 3 конвоев было отправлено 5 судов снабжения в сопровождении 8 эсминцев. Каждый из 2 основных конвоев сопровождался эскадрой из старого линкора, 2 крейсеров и 3 эсминцев. Стратегическую поддержку осуществляли 2 новых линкора - «Литторио» и «Витторио Венето», вышедшие в море под прикрытием всего 4 эсминцев.

Слабость авиаразведки не позволила собрать достоверные сведения о передвижениях Александрийского флота. Однако вскоре после выхода конвоев из расшифрованных вражеских радиограмм стало известно, что англичане тоже покинули Александрию. (Гибель линкора «Барэм» оставалась неизвестной Супермарине, гак как подводная лодка, потопившая его, сообщила, что торпедировала крейсер.) Поэтому Супермарина решила, что следование конвоя к цели приведет к ожесточенному бою, результатом которого будет гибель как судов снабжения, так и военных кораблей. Эсминцев было слишком мало, воздушная поддержка оказалась чисто символической, и вообще итальянские корабли были совершенно не готовы к подобной встрече по перечисленным выше причинам. Поэтому около 22.00, испытывая нехватку информации о положении в море, Супермарина решила, что разумнее будет отозвать корабли, пока не прояснится ситуация.

Это тяжелое решение однако не позволило полностью избежать потерь. 2 судна, возвращаясь в Аргостоли, столкнулись и временно вышли из строя. Гораздо печальнее было то, что возле мыса делль Арми «Витторио Венето» получил попадание торпедой с подводной лодки в один из погребов. Исключительная живучесть корабля позволила ему и на этот раз достичь Таранто своим ходом, хотя погибло много людей, а ремонт растянулся на долгие месяцы. Завершила список трагедий этой ночи гибель 2 теплоходов. Они заранее вышли в поре, чтобы соединиться с конвоем, следующим в Ливию, но были торпедированы вражескими подводными лодками в заливе Таранто. Британский флот тоже не остался безнаказанным. Крейсер «Галатея» был потоплен возле Александрии немецкой субмариной. Но попытка итальянцев полностью провалилась. Также следует отметить в очередной раз, что флоты обеих сторон теперь вступали в бой, едва покинув порт. Но в глазах Верховного Командования как Италии, так и Германии доставка грузов на Ливийский фронт оставалась рутинной и очень простой снабженческой операцией.

Тем временем, в середине декабря, в те дни, когда кризис на море достиг своего пика, британская 8-я армия в Ливии сломила сопротивление итало-германских сил и начала стремительное наступление. По этой причине итальянский флот был вынужден второй раз заняться эвакуацией Киренаики, вывозя и уничтожая огромное количество вооружения и техники, которые были завезены туда после успешного апрельского контрнаступления. Несмотря на очень тяжелую ситуацию, эвакуация Ливии была проведена вполне достойно.

Достаточно упомянуть, что в ходе итальянского отступления береговые батареи Тобрука и Дерны отважно сражались и были уничтожены собственными расчетами в самый последний момент. Личный состав организованно отошел, хотя и понес большие потери. Из Бенгази были эвакуированы все войска и техника. Было вывезено большое количество британских пленных и часть армейских складов. 2 госпитальных судна приняли на борт всех раненых, а также несколько сотен женщин и детей, желавших вернуться в Италию. Личный состав военно-морской базы Бенгази покинул порт на эсминце вечером 23 декабря, когда англичане уже захватили окраины города. Портовые сооружения были уничтожены, и англичане смогли использовать их лишь частично, но и это потребовало нескольких недель тяжелых восстановительных работ. Между прочим, германский штаб в Бенгази, поддавшись панике, хотел эвакуировать город на 48 часов раньше. Только резкое вмешательство адмирала Манфреди, командующего итальянской морской базой, вынудило его не спешить с этим.

Лопав в окружение, гарнизон Бардии продолжал сражаться. Поэтому подводные лодки продолжали доставлять в Бардию припасы и вывозить раненых и пленных, хотя остальные порты Киренаики были уже оставлены. «Дандоло», «Каньи» и «Сеттимо» побывали там в конце декабря, когда кольцо осады стянулось еще туже, и бухту уже обстреливал противник. На закате 2 января 1942 года «Эмо» вошла в бухту с новым грузом. Но англичане несколько часов назад захватили город. Подводная лодка была встречена огнем, однако сумела уйти без повреждений.

Британское наступление к заливу Сирт нанесло новый сильный удар итальянскому флоту, так; как оно ухудшило и без того сложное стратегическое положение в центральном Средиземноморье. В середине декабря, казалось, флот потерял последние крохи везения, помогавшие ему доселе решать многие проблемы. Можно было подумать, что теперь все его предприятия отмечены знаком решительного невезения. Враг сумел воздвигнуть почти непроницаемый барьер поперек Средиземного моря, прорвать который не удавалось, несмотря на все жертвы.

Никто лучше командования флота не понимал, что успех сухопутных операций в Ливии зависит от того, будет ли сломан этот барьер. Вынужденный превозмогать свои собственные болячки, флот с несравненной решимостью готовился возобновить усилия, направленные на это. Возможно, именно она помогла развеять проклятье невезения, и с помощью благоприятных обстоятельств флот успешно возродился.

Первый бой в заливе Сирт

В середине декабря, в дни самого острого кризиса на море, британская 8-я армия прорвала итало-германский фронт в Африке и начала столь быстрое наступление, что захватила Дерну 19 декабря, а 4 дня спустя ворвалась в Бенгази. Поэтому доставка снабжения в Ливию больше не была такой же срочной, как раньше, хотя оставалась жизненно важной. Итальянский флот, учтя печальный опыт 13 декабря, попытался величайшим усилием - скорее духовным, чем материальным - восстановить линии снабжения любой ценой.

Кризис был преодолен совершенно неожиданно. Фактически «первая битва конвоев» закончилась в пользу итальянцев примерно к Рождеству 1941 года. Однако по различным причинам поворот в ходе событий стал ощутим только через несколько недель. Тем временем флот продолжал упорную работу, и практически все силы были собраны для новой попытки под лозунгом «любой ценой». В этот печальный момент воля флота была столь сильной, а решимость - абсолютно непоколебимой, что уже через 24 часа после катастрофического завершения предыдущей операции началась новая. На сей раз не предполагалась отправка большого количества судов - в наличии имелось только 4, хотя все они были крупнотоннажными. Однако их прибытие в Триполи в тот момент имело бы столь важное значение, что они могли повлиять на исход войны в Африке. А это имело бы неоценимое значение для хода всей войны в целом.

Пока роль челноков взяли на себя подводные лодки, эсминцы и крейсер «Кадорна», действуя без малейшего перерыва. Конвой покинул Мессину в сопровождении 8 эсминцев. К югу от Мессинского пролива вторую линию поддержки .образовали линкор «Дуилио», крейсера «Аоста», «Монтекукколи» и «Аттендоло» и 4 эсминца. Еще дальше шла группа, состоящая из линкоров «Литторио», «Дориа», «Чезаре», крейсеров «Тренто» и «Гориция» и 10 эсминцев, обеспечивая стратегическое прикрытие. Ее отправили, так как авиаразведка донесла, что на Малые находятся 2 линкора. О том, что это донесение оказалось ошибочным, узнали много позже. В результате такая операция означала привлечение всех наличных сил флота. Были предприняты усиленные меры ПЛО. Для участия в операции была привлечена вся имевшаяся итальянская и германская авиация.

Около 9.00 17 декабря германский самолет сообщил о присутствии в центре Средиземного моря британской эскадры. Она состояла из 1 линкора, 2 или 3 крейсеров и десятка эсминцев и двигалась на запад. Следует сказать, что так называемый линкор на самом деле был танкером, но точно так же ошиблись и все остальные самолеты-разведчики в тот день. Об ошибке стало известно только после войны. Благодаря этой ошибке, итальянцы проводили операцию в твердой уверенности, что англичане выслали эскадру для атаки конвоя. В действительности эта эскадра сама являлась конвоем - на Мальту следовал хорошо защищенный танкер. Уверенность, что англичане собираются атаковать итальянский конвой, вскоре укрепилась, когда пришло донесение о выходе мальтийских крейсеров. На самом же деле они намеревались принять танкер у его эскорта на полпути из Александрии.

Предыдущей ночью адмирал Каннингхэм получил информацию о передвижениях итальянского флота от подводной лодки, которая видела корабли, покидающие Таранто. Адмирал счел нежелательным отправлять главные силы Александрийского флота на поддержку конвоя, так как у него не было достаточного количества эсминцев прикрытия. Поэтому Каннингхэм приказал командиру конвоя адмиралу Вайэну маневрировать таким образом, чтобы избежать столкновения, пока танкер не прибудет к цели. После этого Вайэн должен был ночью атаковать итальянцев.

Адмирал Иакино, наоборот, получив информацию о присутствии британских кораблей, начал маневрировать таким образом, чтобы навязать им бой с группой «Литторио». Англичане находились примерно в 250 милях, поэтому он развил наибольшую скорость, которую позволяли машины «Чезаре» - 24 узла. Как только британский командир узнал об агрессивных действиях группы «Литторио», он повернул на юг, чтобы уклониться от встречи. Расстояние и соотношение скоростей были таковы, что столкновение могло произойти в лучшем случае в сумерках.

В 17.00 из донесений авиаразведки стало ясно, что англичане все еще слишком далеко, и встреча не состоится ранее заката, до которого оставалось всего 40 минут. Ночью же итальянским кораблям, не имевшим радара, следовало избегать встречи с противником. Кроме того, из перехваченных радиограмм Супермарина узнала, что конвой, который до сих пор оставался не замеченным противником, наконец обнаружен. Следовало принять меры для защиты драгоценного конвоя от ночных атак. Поэтому адмирал Иакино, опять по собственной инициативе, оставил идею активных действий, снизил скорость и начал готовиться к ночному бою.

Как раз в тог момент, в 17.30, группа «Литторио» заметила на восточном горизонте, где уже сгущалась темнота, множество разрывов зенитных снарядов. Это была британская эскадра, отбивавшая яростные атаки итальянских и германских самолетов. Корабли, вышедшие с Мальты, соединились с Александрийской группой, и англичане имели 7 крейсеров и 16 эсминцев против 3 линкоров, 2 крейсеров и 10 эсминцев итальянцев. Эскадра «Литторио» немедленно повернула на врага, и когда солнце скрывалось за горизонтом, были замечены надстройки британских кораблей. В 17.53 «Литторио» открыл огонь с дистанции 32000 метров, хотя быстро темнело и расстояние было великовато. Остальные итальянские корабли немедленно присоединились к нему.

На этот раз британская разведка сработала скверно. Адмирал Вайэн оказался под огнем итальянских кораблей, даже не подозревая до этого о надвигающейся угрозе. Он немедленно попытался прервать контакт, поставил дымзавесу и послал эсминцы в атаку. Английские крейсера, кажется, даже не отвечали на стрельбу итальянцев, потому что нигде вблизи итальянских кораблей не было видно всплесков. Иакино послал эсминцы в контратаку. Под прикрытием огня линкоров началась яростная дуэль двух миноносных соединений.

Итальянский крейсер «Гориция», находившийся ближе других к противнику, добился попадания в британский эсминец залпом 8" орудий. Эсминец вроде бы начал тонуть. Залп с «Маэстрале» тяжело повредил другой эсминец противника. В результате атака противника сорвалась раньше, чем эсминцы вышли на дистанцию торпедного выстрела. Они покинули район боя на большой скорости, прикрываясь дымзавесами.

На этих широтах сумерки всегда коротки. К 18.04 британские корабли полностью исчезли в темноте, и итальянцам не оставалось ничего другого, как прекратить стрельбу. Бой длился всего лишь 11 минут. Теперь следовало обратить внимание на защиту конвоя, так как казалось вполне вероятным, что адмирал Вайэн попытается ночью атаковать его, по крайней мере, своими эсминцами. Поэтому группа «Литторио» всю ночь патрулировала между конвоем и сектором, в котором исчезли британские корабли, образовав защитный барьер.

Странно, однако британские корабли не вернулись. Возможно, обрадовавшись, что с помощью темноты они выскочили из опасного положения, англичане не рискнули во второй раз испытывать судьбу. Им вполне хватило того, что танкер благополучно прибыл на Мальту. В действительности, они превосходно знали место и курс итальянских кораблей, так как авиаразведка всю ночь держала их под пристальным наблюдением. Вероятно, что некоторые корабли тоже оставались поблизости, так как из перехваченных радиограмм стало понятно, что англичане следили за передвижениями итальянцев с помощью радара. Однако адмирал Вайэн даже не попытался провести ночную атаку, хотя имел такой приказ от адмирала Каннингхэма. Он позволил очень важному итальянскому конвою проскочить между пальцев. В результате ночь, которая началась так тревожно, прошла для итальянцев совершенно спокойно. Просто невероятно спокойно. Уже много месяцев ни один итальянский конвой не мог похвастаться ничем подобным.

День 18 декабря тоже прошел без чрезвычайных событий. Теплоход «Анкара» отделился от основного конвоя, как и было приказано, и пошел в Бенгази без сопровождения. Он прибыл туда на следующий день без всяких происшествий. Сам конвой тоже подошел к Триполи благополучно. Но затем показала признаки жизни британская авиация с Мальты. Сначала на подходах к порту были сброшены магнитные мины. Затем был атакован сам конвой, ожидавший, пока эти мины вытралят. Несмотря на все трудности, утром 19 декабря 3 больших теплохода доставили свой ценный груз в порт назначения.

Тем временем мальтийские крейсера в сопровождении 4 эсминцев направились к Триполи. Вражеские корабли налетели на минный барьер примерно в 15 милях от Триполи. Это стоило им крейсера «Нептун» и эсминца «Кандагар». Крейсера «Аурора» и «Пенелопа» были серьезно повреждены и на несколько месяцев вышли из строя, ремонтируясь на Мальте.

Впервые за 2 горячих месяца итальянская операция завершилась полным успехом. Но не только это явилось долгожданной переменой. Эскадра «Литторио» целый день искала противника и вынудила отступить британскую эскадру. Неприятель и ночью не выказал желания продолжать бой, несмотря на возможности, предоставляемые ему радаром. Правда, англичанам противостояли значительно превосходящие силы, но это еще раз подтвердило, что они не желают принимать бой в неблагоприятных условиях. А ведь такие бои давно стали обычными для итальянского флота.

На успех итальянской операции немало повлияло отсутствие в составе британской эскадры авианосца. Следует также отметить очередные провалы итальянской авиаразведки. Например, итальянцы сумели атаковать британское соединение в результате случайного контакта в сумерках. Если бы адмирал Иакино располагал более точной информацией о позиции противника, он мог бы установить контакт раньше. Даже лишние полчаса боя в таких условиях привели бы к серьезным потерям, а может, и к полному разгрому британской эскадры. В любом случае, операция завершилась без потерь с итальянской стороны и с тяжелыми потерями для англичан. От артиллерийского огня и мин они потеряли 1 крейсер и 1 эсминец потопленными, а еще 2 крейсера и 1 эсминца тяжело поврежденными. Сюда не включены повреждения, вызванные воздушными атаками.

Материальный результат этих событий в определенном смысле был превзойден их моральным эффектом. После месяцев неудач и провалов, которые привели к, казалось бы, роковой агонии, этот успех принес заслуженную награду флоту за его упорство и тяжелые жертвы.

«Первый бой в заливе Сирт» сам по себе не представлял ничего необычного, но имел значение, далеко превосходящее его материальные итоги. Благодаря конкретным обстоятельствам, в которых он произошел, он стал одной из 3 или 4 поворотных точек в войне для Италии. Нужно было сломать высокую стену, и этот бой показал, что стена начала поддаваться. Во-вторых, маршрут в Ливию, красный от крови итальянских моряков, можно было считать снова открытым.

Дело в Александрии

Можно сказать, что ночью 17 декабря 1941 года звезды неожиданно начали благоприятствовать итальянскому флоту. Пока британские корабли в центральном Средиземноморье отходили под итальянскими залпами, подводная лодка «Шире» подкралась к гавани Александрии. Там находились британские линкоры, так и не вышедшие в море на помощь адмиралу Вайэну, На следующую ночь подводная лодка подошла к самому входу в порт и выпустили 3 управляемых людьми торпеды. Это предприятие, которое детально будет описано позднее, увенчалось исключительным успехом. Линкоры «Вэлиант» и «Куин Элизабет» были потоплены. Хотя мелководье не дало им затонуть до конца, они так и не были отремонтированы полностью, чтобы вернуться в строй в годы войны.

Следует отметить, что эту операцию провели после долгой подготовки люди с незаурядным самообладанием. Операция в Александрии примечательна и другим. Она с лихвой отплатила за налет англичан на Таранто. Если там из строя до конца войны вышел 1 линкор - «Кавур», то здесь пострадали сразу 2.

Более того. Налет на Таранто был первой в истории атакой самолетов-торпедоносцев против флота в его собственном порту. Зато до дела в Александрии итальянские подводные диверсанты 2 раза проникали в Гибралтар. Поэтому англичане хорошо знали о методах подобных атак и приняли все меры предосторожности. Наконец атаку Таранто производили 24 самолета с авианосца, поддержанного всем Александрийским флотом. «Куин Элизабет» и «Вэлиант» были потоплены 4 моряками с одной подводной лодки.

Также следует добавить, что в этот период англичане потеряли авианосец «Арк Ройял», линкор «Барэм», крейсера «Нептун», «Галатея», «Сидней», «Дьюнедин». Потери американского флота в Пирл-Харборе незадолго до этого вынудили англичан послать подкрепления на Тихий океан. Линкоры «Принс оф Уэллс» и «Рипалс» были потоплены японцами. Поэтому потопление 2 линкоров в Александрии было не только серьезным ударом по Королевскому Флоту, но и стало настоящей катастрофой для него, потому что в этот момент он не мог восполнить такие потери.

Александрийский флот на долгие месяцы остался без линкоров, и его крейсерам пришлось отказаться от любых активных действий. Адмирал Каннингхэм писал, что, флот «должен был оставить Королевским ВВС попытки оспаривать господство над центральным Средиземноморьем у вражеского флота». Поэтому александрийская операция помогла решительно преодолеть тяжелейший кризис, в котором находился итальянский флот 2 месяца, и косвенно принесла итальянцам решительную победу в «первой битве конвоев». Фактически с нее начался период явного господства итальянцев в восточном и центральном Средиземноморье.

Чтобы консолидировать сложившуюся благоприятную ситуацию, Люфтваффе вернулись в Сицилию. В ответ на настоятельные просьбы итальянского флота во время кризиса немцы в конце декабря начали переводить в Сицилию части сильного, испытанного в боях соединения - II авиакорпуса. В середине января 1942 года он с большой энергией возобновил удары по Мальте. Британские корабли, базировавшиеся на острове, быстро были парализованы. У врага было вырвано и господство в воздухе. Поэтому впервые с начала войны открылся период эффективного господства итальянцев на Средиземноморском театре. В течение следующих 6 месяцев это господство принесло множество плодов.

В конце апреля 1942 года II авиакорпус начали перебрасывать в Россию. Вскоре после этого, с прибытием на Средиземноморский театр сильных американских воздушных частей противник снова захватил господство в воздухе. На этот раз его преимущество стало подавляющим и быстро свело к нулю все оперативные возможности итальянского флота. Успехи союзной авиации, как авианосной, так и береговой, привели к краху итальянских вооруженных сил.

Путь в Ливию снова открыт

Но несчастья 1942 года были еще очень далеко, о них просто не подозревали, когда суда декабрьского конвоя вернулись в Италию. Немедленно началась подготовка к новой, еще более крупной операции по доставке снабжения в Триполитанию. Поскольку считалось, что атака британских линкоров в Александрии завершится гибелью или пленом отважных участников, было решено, что результаты операции следует определить с помощью авиаразведки. Естественно, что англичане старались мешать этому как можно дольше. Они усилили перехват самолетов-разведчиков. Англичане настолько преуспели в своих мерах, что Супермарина оставалась в полном неведении относительно результатов атаки еще 20 дней. 6 января на основании крайне двусмысленной фотографии решили, что один линкор повреждай. Через 2 дня стало ясно, что пострадали оба. Супермарина все еще не знала о гибели «Барэма». Поэтому, не подозревая, что Александрийский флот лишился всех своих 3 линкоров, итальянцы готовили новую операцию опять под лозунгом «прорваться любой ценой». И вновь к операции привлекли все наличные корабли.

3 января большой конвой из 6 судов в сопровождении 10 эсминцев вышел из портов Ионического моря. Его прикрывали 3 линкора, 6 крейсеров и 13 эсминцев. В то же время из Палермо вышел маленький конвой и направился вдоль тунисского берега в Триполи. Эта операция прошла успешно, без всяких происшествий.

С другой стороны, хотя последствия операции в Александрии стали известны, итальянцам по-прежнему приходилось прикрывать конвои крупными кораблями, так как на Мальте все еще базировались британские крейсера. Эхо продолжалось до тех пор, пока в середине апреля воздушное наступление не заставило крейсера бежать с острова. Хотя британские крейсера не предпринимали никаких активных действий, британские подводные лодки и самолеты с Мальты нанесли некоторые потери, прежде чем бомбардировки Оси полностью парализовали все британские операции. В этот период англичане в основном действовали против возвращающихся из Триполи пустых судов. Поэтому, хотя итальянцы и потеряли несколько судов, грузы в Африку доставлялись без потерь.

Следует отметить, что корабли, возвращающиеся в Италию, часто перевозили пленных. Поэтому британские удары иногда приводили к тяжелым потерям среди пленных, обычно содержавшихся в корабельных трюмах. Такая трагедия произошла 9 декабря, когда теплоход «Вениеро» был торпедирован возле Наварина. Волнение было очень сильным, и спасательные работы превратились в сложную проблему. Супермарина немедленно отправила 2 эсминца и госпитальное судно «Арно» на помощь. Благодаря сверхчеловеческим усилиям итальянских моряков было спасено от 1800 до 2000 британских пленных, несмотря на крайне неблагоприятные условия.

15 февраля 1942 года опять сложилась подобная ситуация после торпедирования «Ариосто», а через 2 дня еще раз - после гибели «Тембиеиа». Из 792 британских пленных на борту этих судов 592 были спасены. Большинство погибших стали жертвами взрывов торпед в трюмах.

К середине января путь в Ливию можно было считать вновь открытым, и снабжение начало поступать туда в достаточных количествах. Будет излишним давать здесь детальное описание большого числа конвойных операций, проведенных с января по май 1942 года, то есть в период господства итальянцев на море и в воздухе. Однако следует заметить, что интенсивность перевозок была прямо пропорциональна парализующему эффекту бомбардировок авиацией Оси и итальянской морской блокады Мальты. Когда эти бомбардировки на короткий период ослабевали из-за погоды или по другим причинам, либо ограниченное количество снабжения доставлялось на Мальту, англичане немедленно усиливали давление на ливийские конвои.

Флот быстро восстанавливался после черных недель кризиса начала зимы. Он возобновил регулярную доставку снабжения в Африку. Уже через 4 дня после того, как британская 8-я армия достигла предельной точки своего наступления, 21 января 1942 года итало-германские войска перешли в контрнаступление. Быстро продвигаясь, они отбили Киренаику до Эль Газалы за 2 недели. После того, как в декабре было доставлено всего 39092 тонны припасов и бензина и было потеряно 18% грузов, отправленных из Италии, в январе было доставлено 43328 тонн припасов и 22842 тонны бензина. Потерь не было вообще. В феврале и марте в Африку поступило 66990 тонн припасов и 39563 тонны бензина, потери составили 9%. Все эти потери были вызваны действиями подводных лодок.

В апреле и первой половине мая Мальта буквально корчилась под ударами авиации Оси. В это время итальянские операции по доставке снабжения в Африку отличались особой интенсивностью. Кроме того, их проведение было удивительно легким, чего не было раньше и что не повторилось позднее. Мальта, которая всегда была саднящей занозой для итальянцев, как угроза конвоям временно перестала существовать. Несколько конвоев проскочили в сопровождении только 1 - 2 эсминцев, не встретив противодействия. Конвои могли спокойно следовать всего в 50 милях от берегов Мальты, пользуясь преимуществами значительно сократившихся маршрутов. Остров не мог нанести удар ни одним из своих ужасных орудий. Поэтому в апреле поступление снабжения в Ливию достигло своего пика. Было доставлено 150389 тонн грузов, в том числе 49031 тонна бензина, потери не превысили 1%. В мае тоже было благополучно доставлено большое количество снабжения. В этом месяце конвои перевезли 86439 тонн припасов, в том числе 18581 тонну бензина. Однако, поскольку Мальта вновь начала подниматься на ноги, итальянские потери опять начали расти. В мае они составили 7,2% всех грузов.

С прибытием большого количества военных грузов, итало-германские сухопутные силы были готовы к новому наступлению. Далекий призрак пирамид манил Роммеля, и он продолжал наступать за ранее намеченные рубежи, дойдя до роковых песков Эль Аламейна.

Дальше