Содержание
«Военная Литература»
Военная история

Глава V.

Различные операции второй половины 1941 года

Перевозки снабжения морем

Снабжение Ливии во второй половине 1941 года послужило причиной большого расхода ресурсов и энергии. Ведь одновременно итальянскому флоту приходилось решать множество других задач, которые постепенно становились все сложнее. Удовлетворение потребностей оккупационных войск в Югославии, Греции, на греческих островах повлекло операции такого размаха, что каждый день в море выходило по несколько конвоев. Естественно, такая интенсивность перевозок требовала не только множества торговых судов и кораблей сопровождения, но и большого числа мелких судов и множества различного оборудования. Перевод X авиакорпуса из Сицилии в Грецию лег дополнительным грузом на плечи флота, которому было поручено решить эту задачу. Всего по морю было перевезено 4327 человек, 1 167 машин и 17061 тонну оборудования и припасов, принадлежавших X авиакорпусу. Потерь не было.

Усиление вражеской активности на морских путях во всех районах вынудило флот прикрывать гражданское судоходство у побережья итальянского полуострова и перевозки в Сардинию, Сицилию, Далмацию и Тунис. Ранее такие перевозки выполнялись практически без охранения, но теперь возникла бесконечная сеть маршрутов, которые нужно было охранять. Поэтому на флот рухнула масса требований, хотя он располагал буквально несколькими эскортными кораблями. В этот период ежедневно примерно 80 судов сопровождались тремя десятками миноносцев, к этой работе привлекались и вспомогательные суда. После оккупации Греции танкеры начали перевозки румынской нефти из портов Черного моря в Италию через Дарданеллы. По условиям конференции Монтрё танкеры разрешалось эскортировать только до входа в Дарданеллы. В Черном море они не имели прикрытия и были отданы на милость русским подводным лодкам. Следует заметить, что эти лодки, как правило, действовали совершенно неэффективно, ведь в таких благоприятных условиях они могли собрать богатую жатву. Так как Италия располагала ничтожным танкерным флотом, командование позднее сочло разумным прекратить любое судоходство далее Дарданелл.

Уже занятый другими делами, флот в последние 2 месяца был мобилизован для перевозки войск на Пантеллерию и Лампедузу. Эта операция на несколько недель связала много эсминцев и миноносцев. Следует также упомянуть перевозки пшеницы в Грецию для жителей этой страны, хотя эта операция была относительно мелкой. Смешно, что Италия поставляла зерно в Грецию из своих собственных скудных запасов, в то время как Германия конфисковала большое количество пшеницы в Греции и через Салоники вывозила ее к себе.

Подводная война

В первый год войны британские подводные лодки сумели добиться весьма скромных результатов. Но с началом второго года началась вполне серьезная подводная война, и теперь их активность вызывала серьезные опасении. Больше не существовав зоны, в которой не действовали британские подводные лодки. Особенно тщательно ими патрулировались проливы и другие узловые точки. Подводные лодки постоянно патрулировали на ливийских судоходных маршрутах, взаимодействуя с надводными кораблями и авиацией. Количество атак подводных лодок продолжало расти, соответственно росли и итальянские потери.

Меры усиления противолодочной обороны, предпринятые итальянцами, дали некоторые результаты. Но корень проблемы заключался в том, что итальянцы не имели современной техники. Еще в августе 1941 года итальянский флот увеличил свои antisim (противолодочные) подразделения и начал постройку множества специальных кораблей (позднее названных корветами) и катеров (VAS). Флот заметно улучшил качество своих глубинных бомб и предпринял действенные меры, чтобы решить задачу оснащения кораблей асдиком

Как уже отмечалось, флот начал разработку асдика некоторое время назад, но к началу войны имелось только несколько экспериментальных моделей. В начале лета 1941 года технические данные и результаты экспериментов по этим устройствам были сопоставлены с аналогичными немецкими данными. Оба устройства оказались практически идентичны, но итальянская промышленность не могла производить и достаточно быстро, тогда как немцы уже развернули производство своей модели в крупных масштабах Итальянский флот приобрел несколько десятков немецких асдиков. Для обучения работе с ними личный состав был отправлен в Германию. Летом 1941 года началась установка асдиков на миноносцах. Эти траты оправдались очень быстро. Вскоре были оборудованы асдиками и другие корабли.

Кроме 8 британских подводных лодок, потопленных в начальные месяцы войны, в 1941 году итальянские корабли уничтожили еще 12 штук. Это были: греческая подводная лодка «Протеус», протараненная миноносцем «Антарес»; «Нарвал» Свободной Франции, потопленная миноносцем «Клио»; британская лодка «Кашалот», сдавшаяся миноносцу «Папа» после тарана; 9 других британских подводных лодок - «Регьюлус», «Тритон», «Уск», «Андаунтед», «Юнион», Р-32, Р-33, «Тетрарх» и «Персеус». 4 из них подорвались на минах, остальные были потоплены итальянскими кораблями. Еще несколько лодок было повреждено.

С другой стороны, действия итальянских подводных лодок оказались куда менее эффективными, чем надеялись до войны. За 12 месяцев, прошедших после описанного ранее потопления крейсера «Бонавенчер» 31 марта 1941 года, итальянские подводные лодки не сумели потопить ни одного британского военного корабля. Да и торговых судов на их счету оказалось немного. Эти разочаровывающие результаты не следует приписывать порочной доктрине использования подводных лодок. Еще меньше повинны в этом сами экипажи, им хватало и отваги, и умения. Скорее, плохие результаты были следствием специфических условий, характерных для подводной войны на Средиземном море.

Во-первых. Итальянский флот был вынужден проводить множество конвоев по десяткам различных маршрутов, тогда как неприятель ничего подобного в западном Средиземноморье не предпринимал. Вражеские конвои в восточном Средиземноморье тоже были крайне немногочисленны и следовали по очень коротким маршрутам. Поэтому итальянским подводным лодкам предоставлялось гораздо меньше целей, чем неприятельским. Спорадические попытки англичан провести через Средиземное море конвой или группу военных кораблей были совершенно специфическими операциями. Они выполнялись при участии сильнейшего эскорта, корабли следовали по случайно выбранным маршрутам. Это делало почти невозможным заблаговременное развертывание подводных лодок. В результате итальянские подводные лодки могли играть в этих случаях только второстепенную роль.

Во-вторых. Подводным лодкам противостояли корабли, оснащенные самым современным вооружением. Вражеские поисковые соединения обнаруживали лодки ночью на поверхности с помощью радара, которого не было у итальянцев. При выходе в атаку лодку быстро засекали асдиком, который стоял на всех британских легких кораблях.

В-третьих. Только часть итальянских подводных лодок привлекалась к наступательным операциям. Недостатки воздушной разведки вынудили флот использовать множество лодок для разведки вокруг Александрии, Отранто и Мальты, а также на самых важных конвойных маршрутах. Иногда лодки привлекались для борьбы с британскими подводными лодками. Много подводных лодок использовались для доставки снабжения на Додеканезские острова и в Ливию. Остальные в течение всей войны использовались для обучения новых экипажей в Школе Подводного Плавания в Поле. Поэтому нет ничего удивительного в том, что итальянские подводные лодки не достигли результатов, пропорциональных их количеству.

До конца июня 1941 года итальянский флот потерял на Средиземном море 19 подводных лодок из 70 находившихся в строю к началу войны. Оставшихся подводных лодок было слишком мало для выполнения возлагавшихся на них задач. По этой причине летом 1941 года резко ускорилась постройка новых лодок, и к сентябрю 1943 года в строй вступила 41 новая лодка. Острая нехватка подводных лодок осенью 1941 года привела к тому, что 10 лодок были отозваны из Атлантики.

В это время немцы предложили послать примерно 20 подводных лодок на Средиземное море. Предложение было принято, и в конце сентября 1941 года они начали прибывать. 5 из них погибли, проходя через Гибралтарский пролив. Но это компенсировалось тем, что одна из лодок вскоре после прибытия, 14 ноября, потопила авианосец «Арк Ройял». 25 ноября другая субмарина послала на дно линкор «Барэм» возле Соллума. Если добавить сюда потопление 11 августа 1942 года авианосца «Игл» возле Гибралтара, то мы получим 3 главные победы итало-германского подводного флота на Средиземном море за годы войны (А при чем здесь ИТАЛО-?).

Германские подводные лодки, присланные на Средиземное море, были самой современной конструкции. Они были оснащены новейшим оборудованием и снабжены высокоэффективными торпедами. Тем не менее, несмотря на их качественное превосходство, эти субмарины, если не считать упомянутых выше 3 громких побед, добились не лучших результатов, чем итальянские. С течением времени их достижения явно ухудшались, хотя использовались они только для наступательных операций. Это четко продемонстрировало трудности подводной войны на Средиземном море, которая резко отличалась от войны в Атлантике.

Тем временем итальянский флот создал новый магнитный торпедный взрыватель, который был лучше аналогичного германского или английского. Немцы затребовали его для своих торпед, и он поставлялся в обмен на новую технику. В это же время прибыла одна эскадра германских торпедных катеров. Эти корабли должны были помогать итальянским катерам, слишком маленьким для действий вдали от берега. Со временем был создан и запущен в производство новый тип крупных итальянских катеров. Германские катера прибыли на Средиземное море в конце 1941 года по французским рекам и каналам.

Минную войну итальянский флот продолжал вести очень активно. В течение лета было поставлено больше десятка новых минных заграждений в Сицилийском проливе. Часть работы проделали крейсера и эсминцы, часть - 2 специально оборудованных парома из Мессинского пролива. Осенью была завершена постановка противолодочных заграждений вдоль итальянского побережья и в Эгейском море. Новые минные барьеры были поставлены вокруг Мальты.

Для того, чтобы правильно оценить эти действия, следует помнить, что в каждом случае корабли, выполнявшие эту работу, отвлекались от выполнения других задач как минимум на неделю. Учитывая серьезнейшую нехватку кораблей, это ясно показывает, какие огромные усилия , были направлены на постановку минных заграждений. Как мы увидим далее, итальянские мины нанесли противнику серьезный урон. Англичане тоже ставили мины. Особенно они любили ставить с самолетов магнитные мины на входах в порты перед прибытием туда конвоев. Такая, тактика вызывала увеличение нагрузки на тральные силы ;; и сделала необходимым создание нового типа тральщика, способного бороться с магнитными минами.

Противодействие вражеским операциям

Итальянский флот под грузом множества различных обязанностей, упавших на него вдобавок к обычным задачам, был просто не в состоянии совершить что-либо кроме того, что диктовали обстоятельства. Британский флот, хотя и был гораздо менее загружен, выбрал такую же линию поведения. В результате прошло 2 месяца, прежде чем англичане оправились от поражения, понесенного в боях за Крит, и смогли сделать хоть что-то заметное.

21 июля Супермарина получила известие, что из Гибралтара на восток вышла новая эскадра. Не имея точной информации, Супермарина решила, что англичане намереваются доставить истребители на Мальту, и поэтому были приняты только общие меры предосторожности. Но в 23.15 23 июля подводная лодка «Диаспро» заметила вражескую эскадру, идущую на восток, возле Бужи. «Диаспро» сообщила о ней и вышла в атаку, не погружаясь. Торпеды прошли буквально на волосок от борта эсминца «Нестор». На следующее утро авиаразведка заметила британский конвой, который до этого успешно скрывался. Когда его обнаружили, он находился уже севернее мыса Бон.

Теперь мы знаем, что этот конвой был отправлен на Мальту прямо из Англии. Он состоял из 6 торговых судов в сопровождении 4 крейсеров и 10 эсминцев. Это донесение сильно запоздало, и итальянский флот просто не успевал вмешаться. Поэтому нанести удар по конвою поручили ВВС. В результате был потоплен эсминец «Фиэрлесс» и повреждены крейсер «Манчестер» и эсминец «Файрдрейк», которые вернулись в Гибралтар.

Следуя своей обычной методе, корабли сопровождения севернее Туниса легли на обратный курс, а конвой со своим собственным прикрытием пошел на Мальту. Тем временем Супермарина отправила 3 маленьких эсминца и 4 торпедных катера, рассчитывая на ночную стычку в Сицилийском проливе. Это соединение было слишком слабым, но других кораблей под рукой просто не имелось. В 2.30 24 июля торпедный катер Mas-532 под командой капитана 2 ранга Форца, командовавшего соединением, заметил группу кораблей и выпустил свои торпеды с очень короткой дистанции, хотя вражеские снаряды падали вокруг него. Израсходовав обе торпеды, Mas-532 оставался под огнем до 3.25, не способный больше совершить ничего серьезного.

Mas-533 в 3.10 выпустил одну торпеду в британский эсминец, а вторую - в торговое судно. Он тоже попал под сильный ответный огонь. Из британских донесений стало известно, что торпедные катера были обнаружены радаром, и в цель попала только одна из торпед Mas-532, поразившая торговое судно «Сидней Стар» водоизмещением 12700 тонн. Сначала экипаж бросил его, но потом судно было отбуксировано на Мальту. Итальянская атака была проведена с такой энергией, что англичане решили, будто в ней участвовало 12 торпедных катеров. Они даже заявили, что потопили 2 и еще 2 повредили. На самом деле британские корабли стреляли друг в друга, и по крайней мере 1 корабль получил повреждения от огня своих товарищей Оба итальянских торпедных катера чудом избежали повреждений.

На следующий день, 24 июля, конвой подвергся 4 атакам с воздуха, но безрезультатно. Все суда достигли Мальты. Одно из специальных штурмовых подразделений итальянского флота подготовилось атаковать их в порту Ла Валетты, если они сумеют добраться до цели. Эта отчаянная операция была проведена на следующую ночь, но завершилась полной неудачей, Однако следует отметить, что это была славная неудача. Более детальное описание этой операции будет дано в главе, посвященной специальным подразделениям флота.

2 августа Гибралтарское соединение отправило на Мальту очередную партию истребителей. Оно снова вышло в море 22 августа. По различным признакам Супермарина заподозрила, что неприятель пытается провести еще один конвой, и флот немедленно получил приказ быть готовым через 24 часа вступить в бой к югу от Сардинии. В море должны были выйти линкоры «Литторио» и «Витторио Венето», завершившие ремонт повреждений, полученных в Таранто и при Матапане, вместе с тяжелыми крейсерами «Триесте», «Тренто», «Гориция» и «Больцано» и соответствующим количеством эсминцев. Кроме того, 8-я дивизия, состоящая из крейсеров «Абруцци», «Аттендоло» и «Монтекукколи», была развернута к северу от Туниса, чтобы перехватить конвой, если он попытается удрать, пока сражаются главные силы двух флотов. Англичане имели только 1 линкор - «Нельсон», 1 крейсер и 1 авианосец - «Арк Ройял», поэтому явное преимущество было на стороне итальянцев.

Утром 24 августа британский самолет заметил итальянские корабли. Последовали интенсивные радиопереговоры между эскадрой, Мальтой, Гибралтаром, Александрией и Лондоном. Вечером британские корабли повернули назад в Гибралтар. Итальянское соединение, убедившись в этом, тоже вернулось в базу. После войны узнали, что неприятель намеревался провести операцию против Сардинии. Однако его корабли находились так далеко от истинной цели, что резонным казалось объяснение: англичане отменили операцию, испугавшись превосходящих сил итальянского флота.

Эти случаи были характерны хорошим взаимодействием флота и авиации, поэтому можно было смотреть в будущее с оптимизмом. С другой стороны, эти выходы в море потребовали большого количества топлива, нехватка которого уже стала серьезной проблемой. По этой причине Супермарина была вынуждена предупредить Верховное Командование, что «более нет возможности повторять такие выходы, если только они не будут совершенно необходимы».

Ровно месяц спустя, 25 сентября 1941 года Супермарина получила информацию, что линкор «Нельсон», авианосец «Арк Ройял», 2 крейсера и 12 эсминцев вышли из Гибралтара и двигаются на восток. На следующий день итальянский самолет-разведчик заметил эту эскадру к югу от Балеарских островов, а французский самолет заметил конвой, идущий возле Алжира.

Чтобы не попасть в ситуацию, аналогичную случившейся в прошлом месяце, англичане разработали несколько приемов, которые должны были помочь им провести конвой и заставить итальянцев поверить, будто им противостоят более слабые силы, чем на самом деле. Неприятель надеялся завлечь итальянский флот в бой и нанести ему решительное поражение. Для этой цели вместе с конвоем на Средиземное море были отправлены линкоры «Родней» и «Принс оф Уэллс». Кроме того, англичане разделили свои силы на несколько отрядов.

Вечером 26 сентября Супермарина отправила в море линкоры «Литторио» и «Витторио Венето», крейсера «Тренто», «Гориция», «Абруцци» и «Аттендоло» и 9 эсминцев. Хотели также выслать и 3 маленьких линкора вместе с дополнительными крейсерами, однако в те дни флот испытывал жесточайшую нехватку топлива и мог задействовать только часть своих кораблей. Супермарина поверила, что итальянский флот сильнее вражеского, хотя на самом деле было иначе. Однако именно нехватка топлива, а не уловка англичан определила состав итальянской эскадры.

Верховное Командование приказало флоту вступать в бой с англичанами, «только если он будет иметь решительное превосходство». ВВС получили приказ проводить атаки только до полудня, после чего в районе боя должен был появиться флот. Таким образом командование надеялось получить дополнительную информацию о противнике и расколоть его строй, чтобы повысить шансы итальянской эскадры на успех в последующем бою.

Однако так получилось, что к полудню 27 сентября итальянские самолеты не принесли почти никакой новой информации, а ВВС начали свои атаки только в 13.00. Если бы итальянский флот продолжал выжидать, британский конвой сумел бы проскользнуть к мысу Бон Поэтому адмирал Иакино решил рискнуть начать действовать, не имея информации, и в 12.30 он приказал своему флоту выдвигаться к предполагаемому вражескому маршруту. После 2 часов следования намеченным курсом, в 14.30, итальянцы начали ожидать появления британского соединения. Несколько новых донесений самолетов так и не пролили света на складывающуюся ситуацию. В них не говорилось ни о составе вражеской эскадры, ни о ее курсе. Более того, не был даже известен результат воздушных атак итальянцев. Не появились итальянские истребители для сопровождения своих кораблей, хотя в любой момент можно было ожидать атаки торпедоносцев с «Арк Ройяла». Продолжать действовать вслепую в такой обстановке неопределенности и нескоординированности значило подвергать себя неоправданному риску. Вдобавок начал сгущаться туман, снизивший видимость до 10000 метров. Поэтому в 15.00 адмирал Иакино решил - снова по собственной инициативе - на короткое время повернуть назад, надеясь, что ВВС все-таки получат какие-то сведения. В 15.30 он сделал вывод на основе имеющейся информации, что англичане объединили свои разрозненные группы в единое целое в 20 милях от него, и что теперь они имеют 3 линкора. Расшифровав британские радиограммы, Иакино узнал, что «Арк Ройял» уже поднял свои самолеты в атаку, тогда как итальянских истребителей по-прежнему не было видно. Имея приказ не вступать в бой с превосходящими силами и сопоставив все имеющиеся сведения, Иакино продолжил отход. На его решение повлияли опасения получить повреждения, находясь поблизости от более сильной вражеской эскадры.

Немного позднее ВВС сообщили, что враг имеет только 1 линкор, и что итальянские самолеты потопили 1 крейсер и повредили 2 других. Кроме того, возможно, был поврежден и линкор. Учитывая эти новости, полученные в 17.00, адмирал Иакино немедленно повернул на юг, надеясь успеть до заката использовать все преимущества выглядевшей благоприятно ситуации.

А что в это время происходило у неприятеля? Английские рапорты говорят, что их самолеты обнаружили присутствие итальянского флота только в 13.30. В это время он находился в 70 милях от британских главных сил и двигался на юг. В это же время началась атака итальянских торпедоносцев. «Нельсон» получил попадание торпедой, его скорость снизилась до 15 узлов.

В 14.00 британский командующий адмирал Сомервилл отправил «Нельсон» на соединение с конвоем, который шел вдоль берегов Туниса, а сам с остальными кораблями пошел навстречу итальянцам. В 15.06 его разведывательный самолет сообщил, что итальянцы развернулись и двигаются на север. Вскоре после этого британские самолеты потеряли контакт с итальянским флотом. Поэтому адмирал Сомервилл, тоже основываясь лишь на предположениях, начал выжидательное маневрирование, держась между конвоем и предполагаемой позицией неприятеля.

В 16.58, как раз в тот момент, когда адмирал Иакино повернул на юг, чтобы догнать англичан, Сомервилл, не имея никакой информации, тоже решил повернуть на юг. Так получилось, что эскадры противников, ничего не зная друг о друге, практически всю вторую половину дня маневрировали на параллельных курсах и совершенно случайно держали дистанцию между собой практически постоянной. В 18.12, не имея никаких сведений об англичанах, Супермарина приказала Иакино двигаться в район к востоку от Сардинии и там ожидать наступления утра.

На закате главные силы англичан тоже повернули, чтобы вернуться в Гибралтар, а конвоя продолжал следовать на восток под прикрытием 3 крейсеров и десятка эсминцев. До наступления темноты торпедоносцы совершили 4 атаки против конвоя, и грузовое судно «Империал Стар» получило попадание. После нескольких безуспешных попыток буксировать его, судно было затоплено, а экипаж снят. Итальянские торпедные катера, патрулировавшие в Сицилийском проливе, не заметили конвоя. Ночью крейсер «Хермайона» отделился от конвоя и обстрелял Пантеллерию. Согласно английским рапортам, обстрел был очень успешным, но в действительности он вызвал мало разрушений. Большинство снарядов упало в море.

29 сентября Гибралтарское соединение возле Алжира было атаковано подводными лодками «Диаспро», «Серпенте» и «Адуа». Первые две лодки донесли, что их торпеды определенно взорвались, но в английских донесениях ничего не говорится о повреждениях, полученных в этом столкновении. «Адуа» была контратакована англичанами и потоплена. Хотя Люфтваффе приняли участие в операции, их самолеты не смогли найти цели.

Итальянский флот продолжал крейсировать восточнее Сардинии до 14.00 28 сентября. Британские самолеты постоянно следовали за ним, тогда как Иакино, можно сказать, блуждал в потемках. В целом операция завершилась полным разочарованием и колоссальным расходом бесценного топлива. Кроме того, рухнули надежды на эффективное взаимодействие авиации и кораблей.

Итальянские ВВС бросили в бой крупные силы, но не сумели добиться ничего более серьезного, чем незначительные повреждения нескольких кораблей противника. Вдобавок они, похоже, совершенно забыли свои обещания взаимодействия с кораблями в море. Ведь самолеты ВВС атаковали после полудня, а не утром, лишив флот возможности использовать благоприятную ситуацию. Истребители ВВС прикрывали эскадру в течение всего 30 минут, примерно в 17.00. Летчики также оказались неспособны дать удовлетворительную информацию о составе британского флота. Более того, их сообщение, что англичане имеют всего 1 линкор, могло поставить итальянский флот в трудное положение при ином развитии событий.

До середины марта 1942 года англичане больше не предпринимали на Средиземном море крупных операций. Тем временем, Супермарина в ноябре приказала флоту обстрелять Тобрук, несмотря на кризисную ситуацию, в которой флот находился. Супераэрео, не сумев справиться с рухнувшими на него проблемами, отказалось обеспечить хотя бы минимальное воздушное прикрытие, необходимое для такой операции в водах Киренаики. В результате приказ начать операцию сначала был задержан, а потом и вообще отменен.

Следует также рассказать об охоте за британскими минными заградителями, которые время от времени совершали переходы из Гибралтара на Мальту, перевозя небольшие количества самых необходимых припасов. В начале войны англичане имели в постройке 3 таких корабля - «Эбдиел», «Манксмен» и «Уэлшмен». Было известно, что эти корабли могут развивать скорость до 40 узлов. «Уэлшмен» прибыл в Гибралтар в конце июля 1941 года. Когда британский флот выходил в море, он умело использовал то, что немногие итальянские самолеты-разведчики сосредоточивались вокруг главных сил англичан. Поэтому британский крейсер не раз проскакивал на Мальту и возвращался обратно, как правило, незамеченным. Его силуэт был уникальным для британского флота и крайне «неанглийским». Каждый раз, когда его замечали, крейсер поднимал или французский, или итальянский флаг. Принимались также и другие меры камуфляжа, которые вводили в заблуждение итальянские самолеты-разведчики.

Эти уловки достигли цели только во время 2 переходов, увязанных с операциями флота в конце июля и конце августа 1941 года. Позднее сообщения о странных кораблях были правильно поняты, к уловки пользы больше не приносили. Весной 1942 года, анализируя переходы между Гибралтаром и Великобританией более старого крейсера-минзага «Эдвенчер», Супермарина вычислила день, когда «Уэлшмен» может попытаться совершить прорыв на Мальту. Однако «Уэлшмен» снова сумел благополучно ускользнуть, несмотря на интенсивные поиски торпедоносцев и кораблей. Что было тому причиной - недостатки итальянской авиаразведки или его высокая скорость - можно лишь гадать.

Безуспешные поиски однако принесли положительный результат несколько иного рода. До сих пор англичане проходили Сицилийский пролив ночью, и не было никакой возможности определить, каким именно путем они следуют. Анализируя переходы «Уэлшмена» к началу марта 1942 года, стало ясно, что британские корабли идут вплотную к берегу до мыса Боя и Рас Мустафы, пока не окажутся южнее Келибии, откуда поворачивают прямо к Мальте. Располагая корабли в самых важных точках, итальянцы сумели добиться значительных успехов, что будет описано позднее. Эти успехи более чем компенсировали неспособность помешать «Уэлшмэну» доставить на Мальту весьма ограниченное количество припасов.

Англичане испробовали и другой метод - отправку из Гибралтара одиночных судов без сопровождения. 23 октября 2 таких судна были замечены, когда они уже находились возле мыса Бон. Для их атаки были высланы бомбардировщики и торпедоносцы, но ice удары не принесли успеха. На следующий день еще одно судно - «Эмпайр Жильмот» - было замечено «Корреспонденте Бета» возле мыса Бон, и итальянские торпедоносцы потопили его. «Корриспонденте Бета» был одним из 3 или 4 морских рыболовных судов, которые итальянский флот посылал на разведку, чтобы помочь не справляющимся с этой задачей самолетам. Эти маленькие суденышки плавали до самого Гибралтара и сообщали о передвижениях неприятеля. Очевидно, англичане так к не догадались о настоящем улове этих «рыбаков». Хотя вражеские эскадры не раз замечали их, «рыбаков» никто не беспокоил. Последнюю попытку вывести с Мальты суда без сопровождения англичане предприняли в середине ноября 1941 года. Однако оба судна - «Эмпайр Пеликан» и «Эмпайр Дифендер» - были потоплены торпедоносцами.

Дальше