Содержание
«Военная Литература»
Военная история

Глава 8.

Торпеды на Средиземном море

Кампании в Западной Пустыне начались зимой 1940 года, когда крошечная армия Уэйвелла - всего 20000 человек - погнала итальянцев назад, захватив Бенгази. Это была наша первая победа. Но мы не смогли использовать наше первоначальное преимущество из-за того, что противник мог легко обеспечить работу своих морских коммуникаций в отличие от нас. Нам приходилось доставлять свои припасы вокруг мыса Доброй Надежды в Египет и потом везти их через Пустыню. В это время противник контролировал центральное Средиземноморье, и мы не могли помешать ему доставлять свои грузы в Триполи и другие порты Северной Африки. С самого начала стало ясно, что добиться решительной победы на суше можно, только выиграв битву за обладание Средиземным морем.

Только торговые суда могли перевозить требующиеся грузы. Защита этих судов стала серьезной проблемой. Даже самые мощные флотские соединения становились крайне уязвимы в море, зажатом со всех сторон сушей. После поражения итальянцев в бою у Матапана вопрос о господстве на Средиземном море превратился в вопрос о господстве в воздухе.

Весной 1941 года положение англичан стремительно ухудшалось. Войска Оси захватили Грецию и Крит, англичане отступили из Западной Пустыни к границам Египта. Ранее мы могли проводить конвои из Александрии на Мальту. [489]

Но когда резко усилилась вражеская авиация в Греции, на Крите, в Сицилии и Киренаике, походы на Мальту стали гораздо более редкими и в конце концов прекратились вообще. Наши судоходные маршруты в Восточном Средиземноморье оказались под угрозой со стороны вражеской авиации. И что еще хуже - противник получил более короткие и лучше защищенные коммуникации, ведущие в Африку. Теперь он мог легко доставлять припасы и подкрепления войскам, угрожающим Египту.

В боку у противника осталась только одна заноза - Мальта. Наверное, сам Бог кинул этот остров в Средиземное море на благо англичанам. Все морские коммуникации Роммеля находились в пределах досягаемости самолетов среднего радиуса действия, базирующихся на Мальте.

Но в 1940 и 1941 годах подходящих самолетов просто не имелось. И все же с началом военных действий на Средиземном море Мальта доказала свое стратегическое значение. Эта база находилась в узловой точке всех судоходных маршрутов Оси. Ее бомбардировщики могли наносить удары по Триполи и Неаполю. Самолеты-разведчики могли следить за главными итальянскими портами, находить и преследовать вражеские конвои. Их донесения стали основой успешных действий ударных самолетов с Мальты.

Кроме фактически потопленных судов, угроза с Мальты вынуждала конвои противника следовать в Триполи, делая большой круг, чтобы избежать обнаружения. Это почти удваивало протяженность маршрута и значительно увеличивало опасность атак подводных лодок. Переходы отнимали гораздо больше времени, хотя ни лишним временем, ни лишним тоннажем противник не располагал. Кроме того, вражеские суда расходовали значительно больше топлива, которого итальянцам уже не хватало. Таким образом наступательные возможности войск Оси в Северной Африке сокращались, а транспортный флот испытывал постоянное напряжение.

В результате совместных усилий, особенно летом и осенью 1941 года, Роммель начал испытывать серьезные проблемы со снабжение. «Бленхеймы» днем, «Суордфиши» и «Альбакоры» ВСФ ночью, а также подводные лодки [490] наносили тяжелые удары. В ноябре 1941 года Окинлек начал свое наступление в ходе операции «Крусейдер», и к январю 1942 года Роммель откатился к Эль Агейле, практически не имея ни продовольствия, ни топлива, ни боеприпасов.

Угроза со стороны Мальты стала настолько серьезна, что немцы были вынуждены признать ее. В декабре 1941 года они перебросили в Сицилию 400 самолетов под командованием Кессельринга. Это соединение состояло из частей, отозванных с русского фронта, плюс часть сил - с Западного. Таким образом было собрано около 600 самолетов. Имея эти самолеты, Кессельринг намеревался ликвидировать Мальту как военно-морскую и авиационную базу, уничтожив все военные сооружения, прежде всего аэродромы. Это избавило бы морские коммуникации от угрозы воздушных атак.

5 января конвой благополучно доставил в Триполи 55 танков, 20 бронетранспортеров, противотанковые орудия и массу различных грузов. Для Роммеля это было равнозначно выигрышу сражения, хотя ему по-прежнему многого не хватало, прежде всего топлива. Однако он немедленно начал планировать новое наступление. 21 января Роммель провел разведку боем, хотя так и не решил проблему снабжения. Это была отчаянная затея. Его войска имели продовольствия всего на 3 дня, а Люфтваффе через 5 дней были бы прикованы к земле из-за отсутствия топлива. Африканский Корпус после этого полностью лишился бы воздушной поддержки. Но положение англичан было немногим легче. Линии снабжения были растянуты до предела. Мы захватили Бенгази, но не смогли использовать этот важнейший порт, так как его сооружения были уничтожены, а гавань забита потопленными судами. Германская разведка боем захватила нас врасплох. Роммель смог развить наступление, используя захваченные британские припасы.

В феврале Роммель отбил Газалу, расположенную в нескольких милях к западу от Тобрука. Однако, чтобы удержать захваченное и подготовить наступление на Египет, ему следовало полностью обезопасить свои коммуникации. По мере наступления немцев ВВС Западной Пустыни отходили [491] назад, и в результате немецкие коммуникации оказались вне пределов досягаемости самолетов с египетских аэродромов. Таким образом Роммель начал всерьез угрожать полностью захватить Средиземноморье - за исключением Мальты, которая оставалась у него бельмом на глазу. Поэтому он потребовал уничтожить Мальту.

Англичане по-прежнему стремились использовать остров для нанесения ударов по итальянским судам. Однако выполнять эту задачу становилось все труднее, так как противник непрерывно наносил удары по аэродромам. Кроме этого, вражеские истребители постоянно патрулировали вокруг Мальты. На берегах Сицилии были установлены новые мощные радары. На островных аэродромах полетам часто мешала скверная погода. Таков был неполный список помех. Налеты вражеской авиации в феврале стали настолько мощными, что пришлось отвести «Веллингтоны» и «Бленхеймы» на аэродромы Среднего Востока, и атаки вражеского судоходства практически прекратились.

В конце 1941 года началась отправка «Бофортов» из Англии на заморские театры. Несмотря на потери во время перелетов, их количество на Среднем Востоке постоянно росло. Здесь в Александрии была создана Группа взаимодействия с флотом, и только что сформированная 39-я эскадрилья «Бофортов» была передана ей. Через несколько месяцев слава этой эскадрильи затмила все остальные, даже знаменитую 22-ю эскадрилью.

Когда 21 января Роммель начал свою разведку боем под Эль Агейлой, наши самолеты-разведчики получили приказ усилить наблюдение за морем. По некоторым признакам, в Триполи должен был отправиться большой конвой, чтобы облегчить положение Роммеля со снабжением. Противник поступил именно так, как и предполагалось. Это позволило 39-й эскадрилье продемонстрировать свое умение.

Утром 23 января был обнаружен большой конвой, состоящий примерно из 20 судов. Итальянцы пошли на беспрецедентные меры, чтобы защитить его: в состав эскорта вошли даже линкоры и крейсера, не считая эсминцев. Самым [492] большим из транспортов был 14000-тонный «Виктория», который Чиано в своих дневниках называет «жемчужиной итальянского торгового флота». В Бенгази было собрано большое ударное соединение «Бленхеймов» и «Альбакоров». В атаке должны были участвовать «Альбакоры» с Мальты. В состав ударной группы в Бенгази были включены 3 «Бофорта» из новой 39-й эскадрильи. Это была первая торпедная атака «Бофортов» на Средиземном море. Их пилотировали Тэйлор, Грант и Джепсон. Несмотря на плотный зенитный огонь, они атаковали «Викторию» и сбросили свои торпеды на расстоянии 1500 ярдов. Транспорт был поврежден, и позднее его добили «Альбакоры». Вместе с кораблем на дно пошли все грузы и 300 из 400 солдат, находившихся у него на борту.

Однако остальные суда конвоя дошли до цели. В следующие недели это же удалось еще нескольким конвоям. Регулярный беспрепятственный проход вражеских конвоев стал тревожным признаком. Больше всего это волновало молодого майора авиации, только что прибывшего на Средний Восток и уже смозолившего себе пятки в каирских штабах. Улетая на Средний Восток, этот молодой офицер сумел вырвать у одного из высших чинов министерства авиации обещание, что его назначат командиром эскадрильи «Бофортов». Однако очень многие прибывали туда с подобными рассказами, и наш офицер ничем не мог подтвердить свои слова. Его определили на штабную работу. В 39-й эскадрилье не было вакансий, и она тоже пролетела мимо него. Однако наш молодец быстро заставил штабистов пожалеть о своем решении, и они с радостью постарались от него избавиться. Этого офицера звали Пэт Гиббс.

Воздушное наступление на Мальту достигло своего пика в апреле 1942 года. Истории о том, как «Харрикейны» сражались с бесчисленными волнами вражеских истребителей и бомбардировщиков, или о том, как «Спитфайры» взлетали с авианосцев и тут же вступали в бой, рассказы о нечеловеческих усилиях наземного персонала стали легендой. Более 1000 германских самолетов было сбито и повреждено над островом, и Мальта выжила. [493]

В разгар воздушного блица противник решил, что ситуация совершенно безопасна и можно провести большой конвой в Бенгази прямо под берегом Мальты. На Мальте не осталось ударных самолетов, а конвой шел вне пределов досягаемости «Бофортов» из Египта, если считать с обратным полетом. Однако «Бофорты» могли атаковать конвой, а после этого сесть на Мальте.

Сам конвой состоял из 4 больших транспортов в сопровождении 5 эсминцев и 2 кораблей ПВО. Это была цель, которая оправдывала двойной риск для «Бофортов» - со стороны сил сопровождения конвоя и со стороны Me-109, круживших над Мальтой.

В это время 22-я эскадрилья, направлявшаяся на Дальний Восток, находилась в Египте. 39-й эскадрилье не хватало самолетов и опытных экипажей, поэтому 22-ю эскадрилью растаскали по кускам. Она уже провела несколько мелких атак вместе с 39 эскадрильей. А теперь ее задержали еще на несколько дней, чтобы она смогла участвовать в новой операции.

13 апреля пришел приказ приготовиться к операции. Было решено послать 10 самолетов. Один стартовал рано утром, чтобы обнаружить конвой с помощью радара и сообщить его координаты. 3 звена должны были находиться в готовности в Бу Амаде, на передовом аэродроме возле Тобрука, и дожидаться новостей. Пилотом разведчика был летчик 22-й эскадрильи Хауройд. В операции участвовали еще 2 экипажа этой эскадрильи. Белфилд, как и Хауройд, воевал уже 9 месяцев в составе этой части. Ударную группу возглавлял другой пилот 22-й эскадрильи, австралиец Джонни Лэндер.

Самолет Хауройда взлетел 14 апреля в 7.30. Он нашел конвой и передал сообщение по радио. Но когда самолет садился на Мальте, его атаковали Me-109 и обстреляли из пушек. Хауройд благополучно посадил «Бофорт», но уже на земле сам был убит. Его штурман получил тяжелые ранения и позднее умер в госпитале. Это же самое предстояло испытать и остальным экипажам.

Сообщение Хауройда было получено в Бу Амаде, и ударная группа взлетела в 12.00. «Бофорты» сопровождали 4 [494] «Бофайтера», а впереди летел «Мэриленд», который сообщил по радио последние координаты конвоя.

За несколько минут до взлета на самолете Бевериджа, одного из командиров звеньев 39-й эскадрильи, обнаружилась поломка турели. Беверидж решил взять самолет одного из экипажей, участвовавших в операции 2 дня назад. Ровно в поддень ударная группа из 8 самолетов поднялась в воздух. Ведущее вено состояло из 2 самолетов - Лэндер и Белфилд, остальные из 3. Справа от звена Лэндера летели Беверидж, Би и Седдон, а слева - Лининг, Гун и Уэй. Гораздо более скоростные «Бофайтеры» старались удержаться вместе с торпедоносцами. Немного позднее в строй влетел «Мэриленд», обогнал «Бофорты» и установил контакт с конвоем. Он передавал его координаты, пока не был сбит Ju-88 прямо над конвоем.

«Бофорты» прибыли в точку в 70 милях юго-восточнее Мальты. Не обнаружив противника, они правильно предположили, что проскочили мимо, повернули на юго-запад и развернулись в линию, начав поиск. Вскоре кое-кто из летчиков заметил на западе дым. У них не было связи с командиром, и все попытки привлечь его внимание провалились. Два Ju-88, охранявшие конвой, заметили «Бофорты» и подлетели ближе полюбоваться на них, но почему-то не атаковали. Зато «Бофайтеры» сбили один «Юнкерс». Но к этому времени у них начало кончаться топливо, поэтому «Бофайтеры» вышли из строя и направились на Мальту. Лэндер решил атаковать.

К этому времени растрепанная линия торпедоносцев прошла далеко на юго-запад, и впереди показался большой конвой. Лэндер повернул к нему, остальные «Бофорты» последовали за лидером. Конвой все еще находился в пределах действия истребителей с сицилийских аэродромов. Когда торпедоносцы подлетели ближе, они обнаружили 15 - 20 Ме-109, 6 Ме-110 и несколько Ju-88. Большинство выходящих в атаку «Бофортов» были сами немедленно атакованы.

4 транспорта шли «коробочкой», стараясь уклониться от торпедоносцев. Лэндер повел «Бофорты» на сближение, чтобы быть уверенным в успехе атаки. Лэндер и Белфилд [495] атаковали концевой левый транспорт с правой раковины. Лининг повел свое звено в атаку на это же судно с левого борта. Беверидж атаковал правое концевое судно. Почти все «Бофорты» были атакованы истребителями. Зенитный огонь кораблей был плотным и точным, поэтому летчики имели мало шансов увидеть, как пошли торпеды. На 2 атакованных судах были замечены 3 взрыва, левое судно окуталось дымом, но уточнить результаты оказалось невозможно.

Сразу после сброса торпед Уэй потерял контакт с Линингом и Гучем. Проскочив позади атакованного транспорта, он присоединился к Лэндеру и Белфилду. За ним неотступно гнались Me-109, и когда «Бофорт» Уэя оказался рядом с самолетом командира группы, он был сбит.

Теперь началась отчаянная гонка к Мальте, пока Me-109 не нашли новые жертвы. Все «Бофорты» отчаянно вертелись, чтобы уклониться от истребителей, стараясь в то же самое время держаться как можно теснее. Стрелки непрерывно стреляли из хвостовых пулеметов «Виккерс». Но до Мальты было полчаса полета, а в небе кишели стаи истребителей. Радар на Мальте утверждал, что их было больше сотни.

Самые мощные атаки обрушились на звено Бевериджа. Сам Беверидж был сбит первым. Но с каждым мгновением «Бофорты» приближались к цели, и вскоре на горизонте показался остров. Затем был сбит «Бофорт» Седдона. Он буквально разлетелся на куски, но Седдон сумел посадить развалину на воду примерно в 6 милях от острова. Резиновая лодка была продырявлена, и ее не удалось надуть. 2 члена экипажа были ранены. Один из них, канадец МакГрегор, вызвался проплыть 6 миль до Мальты. За ним последовал Миллер - один из стрелков. На месте остались еще 2 человека: сам Седдон и раненный Киган. Они держались за крыло тонущего «Бофорта» и следили за пловцами.

Тем временем Би сумел прорваться к острову, его самолет видели уже над сушей. Но когда он заходил на посадочную полосу, его атаковали Ме-109, и торпедоносец упал в море. Звено Бевериджа было полностью уничтожено. [496]

Теперь истребители обрушились на ведущие «Бофорты» - Лэндера и Белфилда. Самолет Лэндера получил попадание над хвостовым колесом, была повреждена гидравлическая система. Через несколько секунд последовали новые попадания. На сей раз была снесена обшивка хвоста, остался голый набор. Однако Лэндер сумел выровнять самолет над самой водой. Потом атаковал еще один Me-109. Его снаряды продырявили оба крыла, фонарь кабины был расколот. Масло из гидравлической системы залило весь самолет, покрыв его жирным слоем. Лэндер, чтобы уклониться от новой атаки, резко положил самолет на крыло и зацепил правой консолью за волну. Послышался глухой шлепок, словно гигантское весло ударило по воде, «Бофорт» весь содрогнулся, но удержался в воздухе. Осмотревшись, Лэндер увидел задравшийся вверх кончик крыла. Прямо перед ним находилась Мальта. Он прижимал «Бофорт» к воде, пока перед кабиной не выросли белые скалы. Таким образом он хотел стряхнуть с хвоста преследователей. Но «Мессеры» гнались за ним. Их очереди крошили известняк береговых обрывов. Наконец Лэндер сумел избавиться от погони. Он нашел аэродром и посадил самолет на брюхо на краю посадочной полосы. После этого экипаж бегом бросился в укрытия.

Белфилд пропал. Он до последнего держался вместе с Лэндером, но недалеко от острова был сбит и упал в воду.

Лининг и Гуч, потеряв Уэя при выходе в атаку, каким-то чудом сумели удержаться вместе. Гуч упрямо держался на хвосте командира звена, несмотря на его безумные манеры. Однажды Лининг заложил крутой вираж вправо со снижением к самой воде, чтобы стряхнуть преследующий Ju-88, и пришел в восторг, услышав лаконичное сообщение дисциплинированного стрелка:

- Мистер Гуч все еще здесь.

Самолет Гуча получил несколько пробоин бензобака. Гидравлика тоже пострадала. Тем не менее оба самолета благополучно сели на Мальте.

Беверидж и Би пропали вместе со своими экипажами. Позднее было найдено тело Бевериджа. Уэй был сбит прямо над конвоем. На следующий день был подобран Белфилд [497] со своими людьми, он болтались в резиновой лодке. Остается рассказать, что произошло с Седдоном, сбитым в 6 милях от Мальты.

Когда МакГрегор поплыл на остров, Седдон и Киган остались рядом с самолетом. Они надули свои жилеты и пожелали удачи пловцу. Миллер поплыл следом за МакГрегором, однако они быстро потеряли друг друга.

МакГрегор был сильным мужчиной и хорошим пловцом. Однако он получил пулевую рану в спину и никогда ранее не совершал заплывов на такую дистанцию. Вскоре после того, как он покинул тонущий «Бофорт», МакГрегор понял, что силы оставляют его. На нем были только шорты и майка, но после часа в воде даже они начали тянуть на дно. МакГрегор содрал с себя одежду. Но перед этим он вспомнил, что в кармане шортов лежит египетский фунт. В любом случае МакГрегор оставался истым шотландцем. Прежде чем шорты уплыли, он достал банкнот из кармана и зажал его в кулаке.

МакГрегор плыл час, второй, третий, четвертый, но Мальта все еще оставалась далеко. Он почувствовал, что левая рука немеет. Браслет часов начал казаться ему настоящими кандалами. МакГрегор снял часы и попытался надеть их на правую руку. Но пальцы сами разжались, и часы утонули. Однако египетский фунт он держал крепко.

Последний час его держала на воде только сила воли. МакГрегору потребовалось 5 часов, чтобы достичь острова. После этого он обнаружил, что находится возле мелового обрыва. К счастью, его увидел фермер-мальтиец, и на следующий день прилетел самолет-спасатель. Апрельская ночь холодна, а раненный, измученный и голый МакГрегор провел ее прямо на камнях. Однако в госпитале он быстро поправился, А самое главное - он сохранил свой египетский фунт.

Миллер, который поплыл за ним следом, пропал без вести. Также пропали и Седдон с Киганом. Из 36 членов экипажей 8 «Бофортов» погибли 17. Когда МакГрегор полностью выздоровел, он был переведен на более безопасный самолет - летающую лодку «Сандерленд». Вскоре он погиб во время аварии на взлете. Джонни Лэндер, который [498] возглавлял ударную группу и спасся только чудом, позднее стал командиром 22-й эскадрильи в Бирме. Февральской ночью 1945 года он возвращался на аэродром на джипе после вечеринки. Джип свалился с небольшого мостика и перевернулся. Лэндера придавило рулевым колесом, и он утонул на глубине 6 дюймов.

Лининг оказался единственным пилотом, который на следующий день улетел на своем «Бофорте» обратно в Египет. Его самолет вообще не получил повреждений. Экипаж напрасно пытался найти хоть единственную царапинку. Ничего!

После этих тяжелых потерь 39-я эскадрилья оказалась обескровлена. Вдобавок 22-я эскадрилья улетела в Индию. После гибели Бевериджа оказалась вакантной должность командира звена. Наконец-то настал черед Пэта Гиббса. [499]

Дальше