Содержание
«Военная Литература»
Военная история
Вместо предиcлов?я

Цѣль настоящаго очерка-дать краткое, связное и притомъ совершенно объективное изложен?е всѣхъ важнѣйшихъ обстоятельствъ Балканской войны 1912-1913 гг., вплоть до заключен?я Бухарестскаго мира и окончан?я константинопольскихъ переговоровъ Болгарии съ Турц?ей.

Телеграммы и корреспонденц?и, помѣщенныя во время войны въ газетахъ, на этотъ разъ были и невѣрны, и противоречивы, какъ никогда. Происходило это не всегда по винѣ корреспондентовъ, а потому, что въ последнюю Балканскую войну, во-первыхъ, военная цензура была строже, чѣмъ когда-либо, а во-вторыхъ, бездорожье и убогая обстановка почтово-телеграфной службы на театрѣ войны не давали возможности корреспондентамъ своевременно и обстоятельно обслуживать пославш?я ихъ газеты.

О строгости цензуры свидѣтельствуютъ драконовск?я инструкция, которымъ вынуждены были подчиняться военные корреспонденты.

Въ Болгар?и, напримѣръ, имъ было запрещено, подъ угрозой немедленной высылки и даже предан?я военно-полевому суду, сообщать:

1) Объ организац?и, дислокац?и и числѣ войскъ, о всѣхъ подготовительныхъ мѣрахъ къ выполнен?ю различныхъ операц?й.

2) О перемѣщен?и войскъ, штабовъ, команднаго состава, этапныхъ пунктовъ и резервовъ.

3) Назван?я войсковыхъ частей, нумерац?ю ихъ, имена командировъ частей.

4) О вооружен?и войскъ и укрѣплен?й, о санитарномъ состоян?и арм?и и ея продовольст?и.

5) О действительности стрѣльбы противника и ея меткости.

6) О подготовкѣ и движен?и войскъ и подкрѣплен?й къ театру военныхъ дѣйств?й.

7) О состоян?и и провозоспособности желѣзныхъ дорога, шоссейныхъ и другихъ путей въ тылу арм?и.

8) Свѣдѣн?я о противникѣ, добытыя путемъ тайной разведки.

9) Имена убитыхъ и раненыхъ и число ихъ ранѣе появлен?я оффиц?альнаго бюллетеня.

10) Воспрещались сообщен?я неблагопр?ятныхъ для болгарской арм?и военныхъ свѣдѣн?й и критика дѣйств?й военнаго начальства.

«По существу этой драконовской инструкц?и,-говоритъ одинъ изъ корреспондентовъ, Н. П. Мамонтовъ,-для представителей прессы осталось только писать о погодѣ или сочинять заранее хвалебныя оды...»

Вотъ почему всѣ телеграммы «собственныхъ корреспопдентовъ» съ театра войны отличались такимъ поразительнымъ убожествомъ свѣдѣн?й, не дававшимъ читателю возможности хотя сколько-нибудь основательно ор?ентироваться въ ходѣ войны.

Нѣкоторые изъ корреспондентовъ, попавъ въ такую обстановку, поспѣшили уехать, некоторые, болѣе энергичные, старались всякими обходными путями добыть хоть как?я-либо свѣдѣн?я, а большинство, сидя за сто версть отъ передовой лин?и, просто «фантазировало».

Когда-же корреспондентамъ, томившимся вь Старой Загорѣ, въ главной квартирѣ болгарской арм?и, было, наконецъ, разрѣшено отправиться въ Мустафа-Пашу, штабъ-квартиру второй арм?и,-они возликовали. Но это ликован?е было очень непродолжительно: ихъ тотчасъ-же обязали не выѣзжать никуда далѣе двухъ верстъ отъ города, вновь пригрозивъ, въ случаѣ нарушен?я этого распоряжен?я, немедленно выслать изъ предѣловъ Болгар?и... «Тогда, - говорить Н. П. Мамонтовъ, - началось бегство корреспондентовъ; первыми бежали итальянцы и австр?йцы, окруженные всеобщимъ недовѣр?емъ и плохо замаскированнымъ недоброжелательствомъ. Единственно, кому при такомъ режимѣ жилось припеваючи, это корреспондировавшему въ одну петербургскую газету г. Б.

Этотъ фантазеръ былъ весьма доволенъ запрещен?емъ выезжать изъ Мустафа-Паши и, сидя въ цензурномъ бюро, набрасывалъ так?я «красочныя картины» боевъ, имъ, будто-бы, «лично наблюдавшихся», что вся цензура рыдала у него на плечѣ.

- О, если-бы всѣ такъ писали, какъ вы!

Но и г. Б. пришлось поссориться съ цензорами, находившими, что «онъ слишкомъ много пишетъ, читать некогда».

Тогда г. Б. переселился въ Петербургъ, и «описан?я боевъ» стали у него еще красочнѣе...»

Такихъ корреспондентовъ было не мало.

«Здѣсь (въ Старой Загоръ),- пишетъ другой корреспондентъ, г. Пиленко,-корреспонденц?и сочиняются наглымъ образомъ: сидитъ человѣкъ въ комнаткѣ около цензурнаго бюро и строчить описан?е того, какъ осаждаютъ Адр?анополь, съ подробностями, съ техническими выражен?ями, номерами дивиз?й и съ описан?ями геройскихъ поступковъ... Одинъ изъ корреспондентовъ въ самомъ концѣ старо-загорскаго сидѣнья совершенно откровенно говорилъ:

- Если насъ завтра не пустятъ въ Мустафа-Пашу, то я больше не могу написать ни строчки: моя фантаз?я окончательно истощилась!..»

Такъ писалась истор?я.

Эти «фантастическ?я» корреспонденц?и исправлялись военными цензорами.

Въ роли цензоровъ явились добровольцы: наряженные въ военные мундиры господа профессора хим?и, механики и ботаники, явивш?еся въ арм?ю послужить отечеству. Не зная, что съ ними делать, главная квартира и определила ихъ въ цензора. Профессора зоолог?и и астроном?и ровно ничего не понимали въ военномъ дѣлѣ, но зато въ недостаткѣ усерд?я ихъ винить было нельзя: строгое соблюден?е не только дѣйствительныхъ военныхъ секретовъ, но и «секретовъ полишинеля» было надежно обезпечено.

О постановкѣ почтово-телеграфной службы въ арм?яхъ союзниковъ корреспонденты разсказываютъ нѣчто уже совсѣмъ фантастическое, хотя эти разсказы и не противорѣчатъ дѣйствительности. Одинъ изъ корреспондентовъ, г. Пиленко, разсказываетъ, напримѣръ, такой факть:

Онъ догналъ штабъ той арм?и, которая взяла Лозенградъ, въ 65 верстахъ отъ этого города.. Повидимому, все устраивалось отлично: въ штабѣ телеграммы были разрешены, но для того, чтобы ихъ отправить, надо было посылать эти разрѣшенныя телеграммы въ Лозенградъ. Г. Пиленко нашелъ болгарина, который, конечно, за особую плату, согласился доставить депеши по адресу. Мало того, бывш?й болгарск?й премьеръ-министръ Геннад?евъ написалъ начальнику станц?и особое письмо: «Важныя депеши, Пиленко симпатизируеть Болгар?и, пожалуйста поскорѣй и т. д.». Телеграммы отправили...

Что-же изъ этого вышло?

«Черезъ три дня,-повѣствуетъ г. Пиленко,-курьеръ возвращается и рапортуеть:

- «Начальникъ станц?и говорить, что ему приказано не пускать корреспондентскихъ депешъ раньше пяти дней послѣ ихъ подачи, для сохранен?я секрета. Онъ очень сожалѣетъ, что не можетъ исполнить просьбы г. Геннад?ева...» Затѣмъ курьеръ вынимаетъ всю пачку телеграммъ и торжественно возвращаеть ихъ г. Пиленко, радуясь, что довезъ ихъ обратно въ совершенной цѣлости!..

Вотъ что разсказываетъ другой корреспондентъ, г. Мамонтовъ.

Онъ сдаетъ телеграмму въ триста словъ въ Яни (въ трехстахъ верстахъ отъ Старой Загоры). При этомъ происходить слъдующ?й характерный д?алогъ:

- Что-же мнѣ делать съ вашей депешей? - спрашиваетъ телеграфистъ.

- Отправьте по телеграфу въ свободное время.

- Да у насъ не бываетъ свободнаго времени... День и ночь поочередно выстукиваемъ служебныя депеши... Впрочемъ, завтра-же отправимъ на буйволахъ до Лозенграда. А тамъ по телеграфу пойдетъ...

- Нѣтъ, и тамъ на буйволахъ,-вмешивается другой телеграфистъ,-до Ямбола.

- Когда-же она дойдета до Москвы?

- Дней черезъ десять, не раньше.

- А если «срочною» ее сдать?

- Тогда на сутки позже.

- Почему?!

- Срочную надо записать въ реестръ, она вѣдь втрое дороже,-а буйволы, все равно, скорѣе не повезутъ, будь она хоть десять разъ «срочная»...

Все это происходило еще въ то время, когда военное счастье не изменяло болгарамъ, но послѣ неудачи подъ Чаталджей положен?е военныхъ корреспондентовъ сделалось уже невыносимымъ.

Корреспондентамъ было категорически заявлено, что ихъ не только телеграммы, но и письма отсылаться не будутъ до окончан?я чаталджинской операц?и.

- «Корреспонденты хороши, пока есть победы,-говорили въ штабѣ.-Въ переживаемой нами драмѣ,-имъ, постороннимъ свидѣтелямъ, не мѣсто...»

И корреспонденты поспѣшили уѣхать.

Не лучше было ихъ положен?е и на другихъ театрахъ войны.

Изъ всего сказаннаго слѣдуетъ, что читатели, даже внимательно слѣдивш?е по газетамъ за ходомъ войны по описан?ямъ и телеграммамъ военныхъ корреспондентовъ, отчасти фантастическимъ, отчасти запоздалымъ, не могли какъ слѣдуетъ ор?ентироваться въ происходившихъ событ?яхъ.

Правда, после войны уже успели выйдти отдельными издан?ями «воспоминан?я» корреспондентовъ, но и они недостаточны для того, чтобы читатель могъ, даже съ ихъ помощью, придти къ какому-либо определенному выводу.

Эти «воспоминан?я» слишкомъ безсвязны, эпизодичны, а главный ихъ недостатокъ заключается въ томъ, что всѣ они писались при совершенно невѣрномъ освѣщен?и событ?й.

Вотъ, напримѣръ, какими словами заключаетъ свою книгу одинъ изъ лучшихъ и наиболее освъдомленныхъ военныхъ корреспондентовъ, г. Мамонтовъ.

«Несомнѣнно - спаянный кровью, пролитой при совмѣстномъ достижен?и общихъ задачъ, Балканский союзъ не распадется и явится могучимъ факторомъ будущаго...»

А что, въ действительности, осталось отъ этого «могучаго фактора»-теперь?

Не досмотрѣвъ до конца Балканской трагед?и, авторы этихъ «воспоминан?й» рискнули разсказать содержан?е ея послѣдняго акта и - жестоко ошиблись.

Вотъ почему мы думаемъ, что въ настоящее время, когда уже опустился занавѣсъ и послѣдн?й актъ кровавой трагед?и сыгранъ, нашъ очеркъ будетъ своевремененъ: онъ дастъ читателю возможность проследить весь ходъ недавнихъ событ?й, хотя и въ краткомъ, но связномъ изложен?и, не затемненномъ предвзятыми идеями и преждевременными выводами.

Прежде чѣмъ приступить къ изложен?ю военныхъ дѣйств?й на четырехъ театрахъ войны: болгарскомъ, сербскомъ, черногорскомъ и греческомъ, необходимо сказать о причинахъ войны и о томъ знаменитомъ «союзномъ договорѣ», на который возлагалось столько преждевременныхъ надеждъ съ одной стороны и опасен?й-съ другой.

Причинами войны выставлялись: 1) со стороны Болгар?и- категорически отказъ Турц?и въ дарован?и автоном?и Македон?и и въ наказан?и виновниковъ Кочанскаго погрома, совершеннаго турками въ Македонии; 2) со стороны Серб?и-наглое задержан?е турками сербскаго военнаго груза въ Салоникахъ, провозившагося чрезъ этотъ порть съ ихъ-же разрѣшен?я; 3) со стороны Грец?и- обстрѣлъ греческаго парохода турками и отказъ въ наказан?и виновниковъ этого инцидента; 4) со стороны Черногор?и - отказъ Турц?и въ вознагражден?и разоренныхъ турецкимъ погромомъ жителей Бѣлополья и Бераны.

Но это все такъ-называемыя «формальныя» причины войны, которыхъ можно было найдти не мало. Действительная причина, вызвавшая союзъ четырехъ балканскихъ государствъ противъ Турц?и, таилась, конечно, въ томъ положен?и, которое создалось на Балканскомъ полуостровѣ послѣ того, какъ Берлинск?й конгрессъ исковеркалъ Санъ-Стефансюй договоръ.

Болгары не переставали мечтать о «цѣлокупной" Болгар?и, сербы-объ открытомъ морѣ, Грец?я-о Критъ, Эгейскихъ островахъ, Салоникахъ и сѣверномъ Эпирѣ, а Черногор?я-о Скутари.

Тяжелое положен?е Турц?и, вслѣдств?е неудачной войны съ Итал?ей изъ-за Триполи, окрылило надежды четырехъ балканскихъ государствъ.

Трудно было придумать лучш?й моментъ для начат?я военныхъ дѣйств?й противъ Турц?и.

Это и повело къ заключен?ю союзнаго договора между Болгар?ей и Серб?ей, а къ нимъ впоследств?и присоединились Черногор?я и Грец?я.

Этотъ болгаро-сербск?й договоръ и послужилъ причиной печальныхъ недоразумѣн?й по окончан?и войны, лишившихъ въ концѣ-концовъ Болгар?ю большей части завоеванной ею территории.

Вся бѣда заключалась въ томъ, что по договору предполагались одни результаты войны, а въ действительности получились совершенно друг?е. Договоръ не предусматривалъ завоеван?я Болгар?ей Фрак?и, совсѣмъ не предполагалъ возможности появлен?я автономной Албан?и.

«Болгаро-сербск?й договоръ, - говорить въ своей брошюрѣ «Сербы и болгары» профессоръ бѣлградскаго университета А. Беличъ,-былъ заключенъ на тотъ случай, если сербамъ и болгарамъ придется однимъ воевать противъ турокъ. Онъ не представляетъ сербско-болгарскаго соглашен?я, какъ части договора «Балканскаго союза»; «Балканск?й союзъ» нисколько не предрешается имъ и даже не предполагается». А между тѣмъ то, что происходило на Балканахъ, была война противъ турокъ не сербовъ и болгаръ, но четырехъ союзныхъ государствъ; въ этой войне каждое изъ упомянутыхъ государствъ сделало вовсе не то, что предполагалось сделать. Вмѣсто освобожден?я Македон?и изъ-подъ турецкаго ига велась борьба на всѣхъ пунктахъ Европейской Турц?и. Многимъ казалось близкимъ уже и самое изгнан?е турокъ изъ Европы.

Для такой войны у союзниковъ никакого договора не было и это было огромнымъ минусомъ; опъ и былъ причиной всѣхъ тѣхъ ужасовъ, которые последовали для союзниковъ по окончан?и победоносной войны.

Коалиц?онная война, война нѣсколькихъ союзниковъ, безъ предварительнаго договора, по возможности точно предусматривающаго ея результаты, была безум?емъ и результаты этого безум?я не замедлили сказаться, когда дѣло дошло до раздѣла завоеванной территор?и.

Дальше