Содержание
«Военная Литература»
Военная история

Глава третья.

В трех наступательных операциях

В июне - июле 1943 г. в полосе Калининского фронта не было активных боевых действий. Как сообщало тогда Совинформбюро, «шли бои местного значения». Частные задачи решала и авиация 3 ВА. На нее, как и на другие воздушные армии, Ставка Верховного Главнокомандования в директиве от 4 мая 1943 г. возложила задачу: срывать железнодорожные и автомобильные перевозки противника на линиях Себеж - Новосокольники, Полоцк - Невель, Витебск - Невель; Пустошка, Невель, Городок{89}.

Конкретные участки имели также полки и эскадрильи. Например, первая эскадрилья 6 гв. шамп держала под наблюдением железные и шоссейные дороги в направлении Новосокольники - Пустошка, вторая - Невель - Дретунь - Полоцк, третья - Невелъ - Городок - Витебск{90}.

Экипажи не только вели наблюдение за передвижением вражеских войск, но и наносили по ним удары.

С 23 мая по 17 июня 1943 г. большую работу выполнили летчики 399 апс по доставке грузов партизанам в район Селявщины, что 40 км севернее Полоцка. Всего за это время совершено 134 боевых вылета ночью. Партизанам доставлено 3650 кг груза (взрывчатка, оружие, боеприпасы, медикаменты и др.) и перевезено к партизанам 53 человека, главным образом минеры. Вывезено от партизан 47 раненых и больных, 515 кг груза. Рейсы к партизанам совершали летчики А. М. Мельников, младшие лейтенанты А. В. Серегин, Л. Н. Васильев, П. П. Кузьменко, В. А. Сидоров, старшина Л. А. Лисин. Они сделали рейсов намного больше, чем другие летчики полка.

Старшие лейтенанты П. А. Собирайский, И. Ф. Ванякин, младшие лейтенанты А. С. Апунов, К. И. Балов, Б. Ш. Булаев, И. М. Иванченко, И. Л. Карпук, Л. В. Харькин вылетали на оперативную связь с дивизиями и корпусами воздушной [77] и общевойсковых армий. Среди них была только одна летчица - младший лейтенант М. Г. Соколова, которая по числу вылетов не отставала от мужчин.

Летом 1943 г. наря;ду с боями местного значения велась интенсивная подготовка к наступлению между Днепром и Западной Двиной. Цель этого наступления состояла в том, чтобы овладеть Смоленскими воротами и создать условия для освобождения в недалеком будущем Белоруссии и Прибалтики.

К наступательным действиям в междуречье привлекались войска Калининского и Западного фронтов - командующие генерал-полковники А. И. Еременко и В. Д. Соколовский. Наступление этих фронтов являлось составной частью общего стратегического наступления Советской Армии, развернувшегося от Великих Лук до Черного моря.

В 3 ВА, поддерживавшей действия Калининского фронта, к началу операции насчитывалось 205 самолетов: истребителей - 76, штурмовиков - 83, бомбардировщиков - 33, разведчиков и корректировщиков - 13.

Армия пополнилась двумя соединениями: 314 нбад- командир полковник С. Ф. Плахов и 240 иад - командир полковник Г. В. Зимин.

В первых числах августа войска Западного и Калининского фронтов начали наступление на смоленском направлении, чтобы овладеть рубежом Духовщина, Смоленск, Рославль и не допустить переброски отсюда войск противника на юг, где наносился главный стратегический удар.

15 июля 1943 г. летчик 21 иап младший лейтенант С. П. Пушков вылетел на боевое задание, чтобы уничтожить корректировщика ФВ-189, который продолжительное время наводил стрельбу артиллерии по нашим войскам. Гитлеровский летчик, искусно маневрируя, уходил из-под атак истребителя. Тогда младший лейтенант Пушков решил разделаться с ним таранным ударом. Вражеский самолет в районе Духовщины был сбит. Но погиб и Пушков.

7 августа 1943 г. наступательные действия начали войска ударной группировки Западного фронта в районе Спас-Деменска, в направлении Рославля. Спустя шесть дней, как и предусматривалось планом, перешли в наступление 39-я и 43-я армии. Войска этих армий (Калининский фронт) вместе с правым крылом Западного фронта наступали в сторону Духовщины и Смоленска.

Немецко-фашистские захватчики оказывали упорное сопротивление. Надо было во что бы то ни стало сломить их сопротивление на земле и в воздухе. [78]

Противник на этом направлении имел 250 самолетов, из них бомбардировщиков - 140, истребителей - 75, разведчиков - 351. Для усиления группы армий «Центр» он перебросил с других участков советско-германского фронта 13 дивизий. Бои здесь приняли ожесточеннейший характер. Гитлеровцы цеплялись за каждый рубеж. Ломая их сопротивление, советские войска упорно продвигались вперед: левое крыло Калининского фронта - в направлении Духовщина, Смоленск, а главные силы Западного фронта - на Ельню и далее на Смоленск.

Основная тяжесть по прикрытию войск Калининского фронта в наступлении легла на 259 иад. В первый день наступательных действий в полках дивизии состоялись короткие митинги. Летчики клялись беспощадно громить врага. Они поднимались в небо сопровождать бомбардировщиков и штурмовиков, прикрывать наступавшие войска, вести разведку, отражать налеты вражеской авиации. За первые пять дней было сбито 35 самолетов противника.

16 августа 1943 г. шесть Ла-5 21 иап, ведомых командиром эскадрильи И. Т. Борисовым, вылетели в район Духовщины на перехват вражеских бомбардировщиков. Приближаясь к линии фронта, командир группы заметил несколько эшелонированных по высоте и глубине групп бомбардировщиков под прикрытием 20 истребителей ФВ-190. Около 70 самолетов с бомбами приближались к переднему краю наших войск.

Капитан Борисов подал ведомым команду: «В атаку - за мной!» и первым устремился на врага. Ведомые не отставали от своего командира. В первой атаке они сбили два Ю-87. Группа прикрытия противника обрушилась на наших истребителей, стремясь отогнать их от бомбардировщиков. В схватке с ними летчик-истребитель А. В. Сударенков сбил ФВ-190. Другие летчики группы тем временем посылали меткие очереди в «юнкерсов». Воздушный бой длился 15 - 20 минут и закончился блестящей победой наших соколов. Они сбили восемь Ю-87 и одного ФВ-190. Группа капитана Борисова потерь не имела{92}.

Стремясь остановить продвижение наступавших войск, гитлеровцы на следующий день вновь направили против них несколько групп бомбардировщиков в сопровождении истребителей. Летчики 259 иад своими смелыми и решительными [79] действиями помогли наступавшим сорвать намерение противника.

Воздушные бои не утихали ни на один день. 16 августа на большой высоте барражировали две пары истребителей во главе с командиром эскадрильи старшим лейтенантом Е. В. Качановым (21 иап). Заметив армаду фашистских бомбардировщиков, пользуясь преимуществом в высоте, по команде своего ведущего «ястребки» дружно обрушились на фашистов. В первой атаке они сбили по одному самолету. Во втором заходе старший лейтенант Е. В. Качанов сразил «фоккера», а его заместитель старший лейтенант П. М. Бригидин - Ю-87.

В другом вылете штурман полка майор К. М. Разоренов лично сбил Ю-88 и в групповом бою - Хе-111. Командир полка подполковник И. М. Нестоянов в лобовой атаке уничтожил ФВ-190.

Успехи летчиков полка - результат их высокого мастерства, хорошей слетанности, взаимной выручки в бою и героизма. Изо дня в день они совершенствовали свое боевое мастерство и в короткий срок становились мастерами меткого удара.

Исключительное мужество и летное мастерство проявил летчик этого полка младший лейтенант М. И. Сидельников. В воздушном бою его самолет получил серьезное повреждение. Летчик, маневрируя на подбитом самолете, сумел поджечь одного стервятника. После боя благополучно приземлился на аэродроме базирования полка.

В любом вылете - на прикрытие наступавших войск, на сопровождение бомбардировщиков или штурмовиков, в разведку - летчики 259 иад действовали смело и расчетливо.

С 13 по 21 августа 1943 г. в воздушных боях было уничтожено 65 самолетов противника (31 бомбардировщик, 29 истребителей и 5 самолетов других типов){93}.

Бомбовые удары по противнику наносили летчики 314 нбад. Не прекращали полеты к партизанам летчики 399 апс. Большую и конкретную помощь партизанам оказывал 2 оап ГВФ. Партизанам своевременно доставлялось все необходимое для борьбы с оккупантами.

За образцовые действия на Калининском фронте 2 оап ГВФ был преобразован в гвардейский и стал именоваться «105-й гвардейский отдельный авиаполк ГВФ». [80]

Вот как оценивал действия полка начальник штаба 3 ВА генерал-майор авиации Н. П. Дагаев в докладной записке начальнику Главного управления ГВФ СССР: «105 гв. оап ГВФ в течение августа 1943 г. решал следующие задачи: 1) обеспечивал боевые действия партизанских бригад и отрядов перед Калининским фронтом;

2) обеспечивал бесперебойную доставку почты и газет из Москвы частям и соединениям Калининского фронта;

3) эвакуировал раненых из полевых госпиталей в тыловые.

С поставленными задачами 105 гв. оап справился отлично. Кроме того, полком в августе 1943 г. выполнено важное задание Калининского фронта по выброске спецгруппы в тыл противника»{94}.

Маршруты полетов «малой» авиации теперь простирались до Прибалтики. Самолеты, приземляясь на партизанских площадках в Литве, доставляли литовским партизанам тол, бикфордов шнур, контактные мины и другое снаряжение.

Ударные группировки Калининского фронта, ведя ожесточенные бои с противником, медленно, но уверенно продвигались вперед. Силами 84-го и 2-го гвардейского стрелковых корпусов и подвижной группы 39-й армии в составе двух танковых и двух механизированных бригад взламывалась вражеская оборона на подступах к Духовщине.

На каждый день операции составлялся план боевого применения авиации. 6 сентября 1943 г., например, перед частями 3 ВА, взаимодействовавшими с войсками 39-й армии, были поставлены следующие задачи:

- не допускать действий авиации противника по нашим войскам в районе Быхово, Павлово, Кулагино, Сельцо; организовать такое прикрытие, которое исключало бы всякую возможность проникновения бомбардировщиков противника в район боевых действий;

- организовать дежурство групп истребителей в районе перекрестка дорог Смоленск - Демидов и наблюдение за аэродромом противника в районе Смоленска;

- вести разведку;

- быть в часовой готовности к вылету для нанесения удара по войскам противника в случае контратак в полосе 39-й армии.

План был утвержден командующим фронтом. Итоги дня: произведено 305 самолето-вылетов, в том числе на [81] разведку - 62, на штурмовку - 12, на сопровождение - 12, на прикрытие войск - 219.

Авиация противника в течение дня проявляла высокую активность: группами до 100 и более бомбардировщиков под прикрытием 20 - 25 истребителей совершала налеты на войска 39-й армия. Всего за день над соединениями и частями 39-й армии противник совершил 260 самолето-пролетов, провел 22 воздушных боя. В боях был сбит 31 вражеский самолет. Наши потери: 1 истребитель сбит, 9 совершили вынужденную посадку{95}.

В первой половине сентября 1943 г. в районе Ярцева и Духовщины воздушные бои отличались своей ожесточенностью. В упорной борьбе в воздухе противнику был нанесен значительный ущерб, но не обошлось и без наших потерь. Среди не вернувшихся 6 сентября 1943 г. с боевого задания был штурман 133 гиап гвардии майор А. Г. Берко.

Первый воздушный бой он принял на рассвете 22 июня 1941 г. в районе Проскурова. Осенью первого военного года на счету летчика было три сбитых самолета противника, а его грудь украсил орден Красного Знамени.

Будучи штурманом полка, майор А. Г. Берко 4, 5 и 6 сентября вылетал отражать массированные налеты противника в районе Духовщины. Во второй и третий день он сбил по два самолета. Вечером 6 сентября Берко поднялся с полевого аэродрома в разведку. Он был опытным разведчиком. Но вот прошло три часа с тех пор, как майор вылетел на задание, а его все еще не было. В журнале боевых действий полка вечером 6 сентября 1943 г. появилась запись: «Майор Берко А. Г. на аэродром не вернулся. Судьба летчика неизвестна».

Однако в полку надеялись, что он все-таки вернется в родную фронтовую семью. Так раньше случалось. Но проходили дни и месяцы, полк перелетал с аэродрома на аэродром, перемещаясь на запад, а Берко продолжал числиться в списках пропавших без вести. О его судьбе стало известно только спустя тридцать с лишним лет после окончания воины. Майор А. Г. Берко погиб. На месте его гибели в деревне Фалисы, Духовщинского района, Смоленской области, установлен обелиск.

В боях за Духовщину геройский подвиг совершил командир эскадрильи этого полка гвардии капитан Н. В. Тихонов. 6 сентября 1943 г. в полк поступил боевой приказ: [82] «20 вражеских бомбардировщиков под прикрытием 10 истребителей ФВ-190 пересекли линию фронта и направляются бомбить наши войска. Истребителям полка отбить налет противника». Группу повел капитан Н. В. Тихонов. В завязавшемся воздушном бою на самолет командира эскадрильи напали четыре вражеских истребителя и подбили его. Летчик пал в бою смертью храбрых.

Вскоре от командира 240 иад на имя командующего 3-й воздушной армией поступил рапорт:

«На основании ходатайства командира 133 гв. иап прошу о зачислении навечно в состав первой эскадрильи 133 гв. иап командира 1-й эскадрильи гвардии капитана Тихонова Николая Викторовича, представленного к званию Героя Советского Союза.

Тов. Тихонов за период пребывания в 42-м, ныне 133 гв. иап вырос от рядового летчика до командира эскадрильи. Он совершил 229 боевых вылетов, провел 53 воздушных боя, в которых лично сбил 16 самолетов противника. Проявил себя бесстрашным, храбрым и мужественным летчиком-истребителем.

За личное мужество и отвагу, проявленные в боях с немецко-фашистскими захватчиками, награжден тремя орденами Красного Знамени и орденом Отечественной войны I степени»{96}.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 4 февраля 1944 г. гвардии капитану Н. В. Тихонову было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.

Командование Калининского фронта, общевойсковых и воздушной армий нуждалось в новых данных и точных сведениях о противнике, особенно о состоянии и системе его обороны, маневре силами и средствами, о прибывающих на фронт резервах. Такие сведения могли дать воздушные разведчики.

9 сентября 1943 г. экипаж Пе-2 под командованием капитана Т. А. Саевича (11-й отдельный разведывательный авиаполк) отправился в разведывательный полет. На борту находились штурман капитан И. Е. Русанов и стрелок-радист Дьяконов. Экипажу было приказано пролететь по маршруту Рибшево - Духовщина - Ярцево и разведать оборону противника перед Калининским и соседним слева Западным фронтом. Дальность полета не позволяла прикрывать Пе-2 истребителями. Полет проходил нормально. На КП полка по радио поступали необходимые сведения. [83]

При возвращении на аэродром на одиночный самолет-разведчик внезапно напали вражеские истребители. Они пытались посадить его на свой аэродром. Командир экипажа маневрировал, прибавлял газ, чтобы поскорее оторваться от истребителей и добраться до своей территории. Разгадав его замысел, гитлеровские летчики стали интенсивнее обстреливать Пе-2. Ведя ответный огонь, погиб стрелок-радист сержант К. Дьяконов. Горящая машина устремилась к земле. От нее не отставали истребители с крестами на фюзеляжах. Командир экипажа приказал капитану И. Е. Русанову покинуть самолет.

И штурман прыгнул. Приземлился на парашюте вблизи болота. На четвертый день, пробираясь через кусты и болота, вернулся в полк. А капитана Т. А. Саевича, раненного и обгоревшего, схватили гитлеровцы и в Смоленске бросили за колючую проволоку. Это был лагерь военнопленных. Саевич сумел за несколько дней до освобождения Смоленска бежать из лагеря, скрывшись в теплотрассе, где пробыл до вступления войск Западного фронта в город. Как же обрадовались командир полка подполковник Н. И. Лаухин и все воздушные разведчики, когда им по телефону сообщили:

- Приезжайте в Смоленск за своим пилотом{97}. К тому времени на фронте заканчивалась подготовка к возобновлению наступления.

В ночь на 14 сентября 1943 г. командующий 3 ВА генерал Н. Ф. Папивин выехал на КП командующего 39-й армией генерала Н. Э. Берзарина. Все указания о поддёржке сухопутных войск стали поступать через временный пункт управления (ВПУ) и офицеров штаба, выехавших с командующим. Для этой цели были выделены пять наиболее энергичных и расторопных штабистов: двое - в стрелковые корпуса, один - в подвижную группу армии и двое были оставлены при командующем.

Утром 14 сентября после перегруппировки войск левое крыло Калининского фронта вновь перешло в наступление. На следующий день к наступательным действиям приступила ударная группа Западного фронта. На холмах у Днепра стоит Смоленск. На освобождение его и направляли свои действия войска двух фронтов.

В течение пяти дней в штаб 3 ВА поступали указания о выделении групп штурмовиков для ударов по узлам сопротивления, контратакующим войскам и подходящим резервам [84] противника. В тот же день в воздух поднялись шесть Ил-2, возглавляемых гвардии старшим лейтенантом И. Ф. Павловым (6 гв. шмап). Над целью штурмовики неожиданно встретились с пятнадцатью Ю-88. По команде старшего группы штурмовики вступили с ними в бой и сбили 2 Ю-88. Группа без потерь выполнила поставленную перед ней задачу.

Мастер штурмовок гвардии старший лейтенант И. Ф. Павлов к тому времени совершил 127 боевых вылетов, выполняя самые ответственные задания. Представляя его к очередной награде, командир полка в характеристике писал: «Никакие противодействия зенитной артиллерии и истребительной авиации противника не мешают советскому асу пробиться к цели и разгромить ее. В этом ему помогают искусство и тактическое мастерство, внезапность атак и умелое руководство группой в бою».

Успешно действовала и группа, руководимая гвардии капитаном В. И. Феофановым. В боях за Духовщину восемь «ильюшиных», ведомые им, атаковали танки, артиллерийские и минометные батареи северо-западнее города.

Войска Калининского фронта в результате четырехдневных ожесточенных боев прорвали сильно укрепленную долговременную оборонительную полосу гитлеровцев и 19 сентября штурмом овладели важнейшим опорным пунктом врага на путях к Смоленску - городом Духовщина.

За отличные боевые действия войскам, участвовавшим в боях за освобождение Духовщины, в приказе Верховного Главнокомандующего объявлялась благодарность. Столица нашей Родины Москва салютовала им двенадцатью артиллерийскими залпами из 124 орудий.

В небе Смоленщины не умолкали бои. Четверка Як-7б под командованием комэска старшего лейтенанта И. М. Овсянникова (761 иап) сопровождала штурмовиков. Над целью завязался бой. В первой атаке группа Овсянникова сбила два вражеских самолета. Вдруг из-за облаков на его истребитель ринулись четыре «фоккера». Они подожгли его, а летчика тяжело ранили. Умирающий командир эскадрильи сумел сообщить об этом по радио. О его подвиге вечером всему личному составу полка рассказала световая газета.

В помещении, где демонстрировались кинофильмы, заполненном до отказа личным составом полка, перед началом сеанса на экране появились слова: «Вечная слава героям, павшим в борьбе за свободу и независимость нашей Родины». Далее текст сообщал о подвиге командира [85] эскадрильи И. М. Овсянникова: «Над целью завязался горячий бой. Самолет Овсянникова получил серьезное повреждение. Машину охватило пламенем. Летчик был смертельно ранен. Умирающий герой успел сказать по радио: «Прощайте, друзья! Я умираю за Родину! Хорошо дрались. Спасибо. Молодцы. Беспощадно бейте фашистов!» Собрав последние силы, Иван Овсянников бросил свой пылающий самолет в гущу вражеской автоколонны. Так умирают герои. Даже смертью своей они разят врага. Товарищи! Отомстим фашистам за Овсянникова!»

Завещание старшего лейтенанта И. М. Овсянникова по решению комсомольского бюро было размножено на машинке и вручено каждому молодому летчику. Многие из них обратились к командиру полка с просьбой разрешить написать на фюзеляжах своих самолетов «За Овсянникова!». В полку был заведен альбом, куда заносили победы, одержанные молодыми летчиками. На третий день после гибели комэска в альбом были внесены четыре фамилии летчиков полка, которые в групповом бою сбили три вражеских самолета.

Больших успехов в боях за Духовщину добились летчики 240 иад. Командир соединения гвардии полковник Г. В. Зимин стал Героем Советского Союза. Такого же высокого звания был удостоен и командир звена 11 орап капитан Н. Е. Самохин.

Из доклада-справки штаба 240 иад об итогах боевой деятельности с 4 по 7 сентября 1943 г. видно, что сильные воздушные бои разгорались над Духовщиной и Ярцевом. В течение дня каждый летчик дивизии участвовал в двух-трех - а то и более - воздушных боях. В итоге за четыре дня ими сбито 123 стервятника: 4 сентября - 19 (в этот день по два самолета сбили летчики лейтенант С. М. Бражнец, капитан А. В. Осипов и старший лейтенант А. И. Герман) ; 5 сентября - 22 (три самолета сразил гвардии лейтенант Н. Марченко, два - лейтенант Д. Кудрявцев); 6 сентября - 31 (три самолета уничтожил лейтенант С. М. Бражнец, по два - младший лейтенант И. Кулаков, лейтенант Н. Сергунин и старший лейтенант П. Лобас); 7 сентября - 51 (четырех самолетов противник недосчитался от метких ударов лейтенанта Д. И. Кудрявцева) {98}.

В разгар боев за Духовщину на аэродром, где находились 6 гв. шамп и 62-й район авиационного базирования, прилетел начальник политотдела 3-й ВА полковник [86] М. М. Москалев. Он побывал на стоянках самолетов, на КП, долго беседовал с замполитом и парторгом полка, летчиками, стрелками. Его интересовало все - где и как отдыхают летчики, как питаются, получают ли свежие газеты, каково их настроение и многое другое. Из бесед ему стало известно, что комсомольские работники частей выполняют не свойственные им обязанности. Так было и в 6 гв. шмап.

- Надо такое отношение к комсоргу изменить, - обратился полковник Москалев к командиру полка гвардии подполковнику Заклепе. - Ваш комсорг полка Борис Сальников не вылезает из кабины стрелка, а комсомольская работа далеко не отвечает требованиям обстановки. И это в полку, который завоевал добрую славу в военно-воздушных силах. То, что комсорг рвется в бой - это хорошо. Личным примером надо увлекать других, но его задача - мобилизовать всех комсомольцев на безупречное выполнение своего долга перед Родиной.

На следующий день в авиаполки и дивизии пошло указание политотдела 3 ВА об использовании комсомольских работников по прямому назначению.

21 сентября 1943 г. войска фронта после упорных боев овладели Демидовом, а также заняли свыше 50 населенных пунктов.

Радовали советских людей и последующие дни наступления войск.

25 сентября соединения Западного фронта, взаимодействовавшего с Калининским фронтом, освободили Смоленск.

За умелое руководство 3-й воздушной армией в Смоленской наступательной операции и большой вклад в разгром врага 28 сентября 1943 г. генерал-майору авиации Н. Ф. Папивину было присвоено очередное воинское звание, а начальник штаба генерал-майор авиации Н. П. Дагаев удостоился ордена Кутузова II степени.

Сотни авиаторов 3 ВА были удостоены орденов и медалей. В 133 гв. иап. например, орденами награждены 39 человек, а медалями - 60{99}. Многие авиаторы в эти дни вступали в ряды Коммунистической партии. Так, в 21 иап в августе стали коммунистами 9 человек, в сентябре - 17; в 133-м авиаполку, 86-м и 900-м истребительных авиаполках ежемесячно принимали в партию по 10 - 12 человек.

Боевые действия войск фронта на земле и в воздухе продолжались. [87]

Командир 6 гв. шамп гвардии подполковник К. П. Заклепа вызвал к себе командира звена гвардии старшего лейтенанта И. Ф. Павлова. Когда тот вошел в землянку и вскинул руку к козырьку фуражки, чтобы доложить о прибытии, подполковник перебил его:

- Иди сюда, Иван Фомич, и посмотри на эту точку.

Павлов шагнул к столу, внимательно посмотрел на разложенную карту. Командир полка карандашом показал ему точку.

- Понимаю - бронепоезд, - сказал гвардии старший лейтенант.

- То-то и оно, Иван Фомич. Выбрала же фашистская тварь такую удобную позицию: кругом открытая местность, не дает пехотинцам головы поднять, бьет по танкам и артиллерии.

- Надо убрать его, - предложил Павлов.

- Командарм уже посылал две группы штурмовиков. Ничего не сделали: зенитки с платформы хлещут нещадно, а с высоты ни бомбы, ни эрэсы не попали в цель. Вся надежда на тебя, Иван Фомич. Гвардейцы должны помочь пехотинцам. Летчиков бери, кого считаешь нужным, но бронепоезд надо уничтожить, тогда наши войска освободят Рудню. Я бы сделал так: забравшись на высоту в облака, уйти далеко на запад, а оттуда скрытно подойти и неожиданно ударить по цели.

- В данных условиях такой вариант наиболее удачный, - согласился с командиром полка старший лейтенант И. Ф. Павлов.

- Вылет через двадцать минут. Действуйте так, чтобы все вернулись на свой аэродром, - не сдержался подполковник К. П. Заклепа. Такое напоминание он делал тогда, когда сам представлял всю сложность задания.

- Стопроцентной гарантии не даю - война. Но к этому стремится каждый летчик. - Павлов улыбнулся и вышел из землянки.

Гвардейцы внезапным ударом вначале заставили замолчать стрелявшие с платформы рядом с бронепоездом пушки и пулеметы. Во втором заходе сбросили бомбы на бронепоезд. Вслед за этим Павлов, Детинин, Афанасьев, братья Смирновы, обстреливая его из пушек и пулеметов, видели, как бронепоезд окутался паром, наклонился и от нового взрыва бомб свалился под откос. Летчики возвращались домой, летя низко над землей. Они заметили, как пехотинцы двинулись в атаку, как они приветливо махали им руками. [88] На душе у штурмовиков было радостно. Лучшей похвалы им и не надо...

Группу гвардии старшего лейтенанта И. Ф. Павлова встречал командир полка. Когда штурмовики, все еще возбужденные после вылета, собрались вместе, командир полка подошел к ним и крепко пожал руку каждому.

29 сентября Рудня была освобождена. После освобождения города Велиж немецко-фашистские оккупанты были полностью изгнаны из Смоленской области. Войска Калининского фронта освободили город Сураж Витебской области и вступили на землю Белоруссии.

Смоленская наступательная операция закончилась 2 октября 1943 г. Длилась она 57 суток. Войска фронта за сто время продвинулись вперед на 200 - 250 км, приблизились к Витебску и продолжали двигаться западнее Смоленска, в направлении Орши. Гитлеровское командование не смогло отсюда перебросить части на юго-западное направление, где войска Советской Армии стремительно шли вперед.

В Смоленской наступательной операции только летчики 240 иад в сентябре провели 71 воздушный бой и сбили 153 самолета противника. Метко разили врага и истребители 259 иад.

В интересах Западного и Калининского фронтов в этой операции принимала участие дальнебомбардировочная авиация. Она бомбила железнодорожные узлы, живую силу и технику в глубоком тылу противника.

С большим напряжением пришлось вести боевую работу летчикам «малой» авиации 3 ВА в октябре 1943 г. на невельском направлении. В результате маневра, проведенного противником, оказалась в мешке часть наших войск. Много вылетов к ним сделали летчики 314 нбад. С самолетов они сбрасывали продовольствие, фураж, боеприпасы. Часто приходилось совершать посадки на лесных полянах, доставляя танкистам горючее. В темные зимние ночи такую же задачу выполнял экипаж лейтенанта Е. Трофимова и штурмана лейтенанта Л. Неуймина (390 ап 314 нбад).

Экипажу пришлось дважды столкнуться со смертельной опасностью. В одном из полетов во время сброса груза на правом крыле завис мешок с сухарями, предназначенный кавалеристам. Штурман лейтенант Л. В. Неуймин решил выйти на плоскость и сбросить его. Скорость самолета в это время была критической (малой), и, когда мешок был сброшен, летчик поспешил дать газ, чтобы набрать высоту. [89] В это мгновение резким порывом воздушного потока Неуймина отбросило, но он каким-то чудом успел ухватиться за борт кабины. Летчик, поняв свою ошибку, сбросил газ, отжал ручку от себя и тем самым дал возможность штурману забраться в кабину. Кавалеристы и не представляли, какого риска стоило штурману Неуймину сбросить мешок.

В другом вылете на обратном пути на По-2 прямо в лоб шел ФВ-190, поливая беззащитный «кукурузник» свинцом. Летчик резко бросил самолет в сторону. Истребитель пролетел рядом, сделал разворот и зашел По-2 в хвост. Снова обстрелял экипаж. Осколки снаряда вонзились в плечо, правый бок и колено Неуймина. Был ранен и лейтенант Трофимов. Летчик приложил большие усилия, чтобы приземлиться. К счастью, рядом находились свои войска. Воины с земли наблюдали за этим поединком. Они нашли раненых летчиков. На третий день их вывезли из невельского мешка и доставили в госпиталь. Неуймину врачи вынуждены были ампутировать ногу по колено. Здесь же в госпитале за успешное выполнение боевых заданий авиаторам был вручен орден Красного Знамени.

С 6 по 11 октября 1943 г. войска Калининского фронта проводили Невельскую операцию.

В боях за Невель летчики 211 шад и 240 иад внезапными штурмовыми налетами уничтожали артиллерийские и минометные батареи врага, его оборонительные сооружения и живую силу.

Штурмовики 723 шап в каждом вылете делали по шесть-семь заходов на цель. Они уничтожали танки, артиллерию и живую силу противника, расчищая путь наступавшим войскам.

Летчики 211 шад совершили 460 самолето-вылетов, уничтожив 3 самолета, 3 танка, 350 автомобилей, 15 вагонов и разрушили 58 дзотов противника{100}.

Истребители 240-й авиадивизии прикрывали действия штурмовиков и наступавших войск, отбивали налеты вражеской авиации, вели борьбу с самолетами-разведчиками. 240 иад совершила 1450 самолето-вылетов, ее летчики в воздушных боях сбили 94 самолета противника{101}.

6 октября 1943 г. Невель был освобожден. Только в день освобождения этого города летчики 3 ВА провели 17 воздушных боев и уничтожили 35 вражеских самолетов. [90]

В честь воинов - освободителей Невеля 7 октября в Москве прогремел салют. 211 шад и 240 иад было присвоено почетное наименование Невельских.

В разгроме невельской группировки противника участвовала также 308 шад - командир полковник А. В. Кожемякин, - вошедшая в состав 3 ВА в конце сентября 1943 г.

Летчики 314 нбад не давали покоя врагу, ночью бомбили его штабы, узлы связи, склады, сбрасывали листовки над оккупированной территорией. В октябре 1943 г. летчики-ночники этой дивизии сделали 1174 боевых вылета и сбросили 190 т бомб{102}.

При прорыве вражеской обороны южнее Невеля и ликвидации образовавшегося мешка отличились 211-я и 308-я штурмовые авиадивизии и 6 гв. шамп. Отличившиеся в боях дивизии были награждены орденом Красного Знамени, 6-й авиаполк - орденом Суворова II степени.

20 октября 1943 г. Калининский фронт был преобразован в 1-й Прибалтийский.

С этого времени соседом 3 ВА справа стала 15 ВА, а слева, как и прежде, была 1 ВА. Им предстояло совместно с сухопутными войсками участвовать в освобождении Белоруссии и Прибалтики.

Глубокой осенью 1943 г. пошли затяжные дожди. В такую ненастную погоду масштабы действий авиации, естественно, уменьшаются. Используя затишье на фронте, не сидели без дела комсомольцы 723 шап 211 шад. Они решили подготовить и торжественно провести вечер, посвященный 25-й годовщине Ленинского комсомола.

Этот праздник молодые летчики полка А. Волков, Р. Валеев, Е. Зиновьев, В. Клочко, В. Бирюков, А. Мойсеенко, П. Двойнишников, М. Незайкинский, М. Хрисанфов и М. Дроженин встречали замечательными боевыми делами. Вылетая на штурмовку войск противника, все они показывали образцы мужества и отваги. За непродолжительное время пребывания на фронте каждый из них совершил по 15 - 20 боевых вылетов, увеличивая всякий раз число уничтоженных гитлеровцев, танков, автомашин, огневых точек. У бывалых летчиков они учились, как нужно выполнять противозенитный маневр, выходить на цель, наносить удары по врагу.

Торжественная часть вечера была краткой, призывной: беспощадно громить немецко-фашистских захватчиков. Потом начался концерт художественной самодеятельности. Его программа оказалась содержательной и интересной. [91]

Песню «Идет война народная, священная война» исполнили вместе с хором все присутствовавшие в зале. Запевалами были старший техник-лейтенант П. Бондаренко и сержант Н. Ларев. А когда они запели «Катюшу», зал опять подхватил. Потом лучшие солисты полка исполнили несколько народных песен.

Комсомольский вечер закончился танцами. Он надолго запомнился его участникам.

Как только улучшалась погода, штурмовики вновь улетали на боевые задания. Экипаж младшего лейтенанта В. Г. Пивоварова получил задачу: подавить огонь зениток противника и обезопасить путь группе «ильюшиных». Под сильным огнем вражеских зенитных орудий Пивоваров подавил шесть точек. Группа Ил-2 также успешно выполнила свою задачу.

В другом вылете младшему лейтенанту предстояло уничтожить склад боеприпасов. Подойти к складу было трудно, он защищался большим количеством зенитной артиллерии, но экипаж прорвался к цели. Склад был взорван. Самолет В. Г. Пивоварова получил серьезное повреждение, но летчик сумел долететь до своего аэродрома.

В первых числах ноября 1943 г. партизаны донесли, что на одной из переправ скопилось много вражеских войск и техники. Надо было уточнить донесение партизан, а потом нанести удар по переправе.

Командир 6 гв. шамп гвардии подполковник К. П. Заклепа, получив такой приказ, задумался: кого послать в разведку в такую погоду? И решил выполнение задачи поручить братьям Анатолию и Николаю Смирновым.

Летели они к цели в облаках, как привязанные - крыло к крылу. Над переправой вынырнули из них. В этот момент по штурмовикам одновременно ударили зенитки. Николай почувствовал, как его самолет вздрогнул. Управлять им стало трудно. Мотор заработал с перебоями, стал глохнуть. Судьбу машины и экипажа решали считанные секунды.

Николай сумел чуточку взмыть вверх, качнуть крыльями и потом, перейдя в пикирование, направил самолет в переправу. Столб огня и воды поднялся над ней...

Анатолий Смирнов взял курс на свой аэродром. А вода и реке вокруг переправы еще долго колыхалась и пенилась от затонувшей техники и солдат.

Как расценить поступок летчика? Это, несомненно, было сознательное решение экипажа: ценой двух жизней - [92] летчика и воздушного стрелка - нанести большой урон противнику.

В этот день молча брели по аэродрому гвардейцы, не встретив Николая с боевого задания. Любили его за доброту и храбрость в боях.

Анатолий Смирнов продолжал водить группы Ил-2 на задания, громить немецко-фашистских захватчиков. Он мстил врагу за брата, за поругание родной земли, за то, что ему пришлось пережить в этот скорбный осенний день. А. В. Смирнов закончил войну Героем Советского Союза.

С 24 ноября 1943 г. 1-й гвардейский истребительный авиакорпус вновь вошел в оперативное подчинение 3 ВА.

На Северо-Западном фронте этот авиакорпус приказом Народного комиссара обороны от 18 марта 1943 г. был преобразован в 1-й гвардейский истребительный авиакорпус (гв. иак). Входившие в него 210 и 274 иад стали соответственно 3 и 4 гв. иад.

В первых числах апреля 1943 г. 1 гв. иак усиливал 15-ю воздушную армию Брянского фронта и участвовал в разгроме орловской группировки противника. Выполнив задачу на Курской дуге, в конце октября корпус был передан в 15 ВА 2-го Прибалтийского фронта, а 24 ноября - в 3 ВА. В середине ноября 1943 г. в командование 1-м Прибалтийским фронтом вступил генерал армии И. X. Баграмян.

13 декабря 1943 г. войска 4-й ударной, 11-й гвардейской, 43-й и 39-й армий фронта при поддержке 3 ВА начали наступление, чтобы обойти с северо-запада и юго-востока Витебск - крупный узел дорог, сильно укрепленный район обороны противника на левом крыле группы армий «Центр».

Как на земле, так и в воздухе развернулись горячие бои.

Поддержка наступления 11-й гвардейской армии возлагалась на 3 гв. иад, на вооружении которой находились самолеты Ла-5, а сопровождение штурмовиков - на 4-ю гиад, вооруженную самолетами Як-9.

15 декабря восемь Ла-5, ведомых гвардии капитаном И. М. Березуцким, разогнали двадцать пять Ю-87 и шесть ФВ-190, не допустив их до цели. В завязавшемся бою было сбито два самолета противника, одного из них сразил Герой Советского Союза гвардии старший лейтенант А. П. Маресьев. Группу Березуцкого сменила группа под командованием Героя Советского Союза гвардии капитана В. И. Гаранина. Летчики этой группы вступили в бой с 20 Ю-87 и 6 ФВ-190. Они не допустили бомбардировщиков сбросить груз на наши войска. [93]

Шесть Ил-2 949 шап 211 шад наносили удары по войскам и технике противника, двигавшимся по дороге Кузьмино - Боскатово. Во время атаки был отбит от своей группы летчик-штурмовик, кандидат в члены партии, младший лейтенант Д. Ф. Быковский. Используя облака и действуя согласованно со стрелком, он продолжал вести неравный поединок с двумя ФВ-190. В бою противник тяжело ранил воздушного стрелка. Однако Быковский сумел уйти от вражеских истребителей и благополучно приземлился на своем аэродроме. Спустя несколько дней он в составе группы вновь вылетел на подавление артиллерийских и минометных батарей. Во время выхода на цель самолет Быковского был подбит и загорелся. Направив горящую машину на позиции вражеских войск, летчик и стрелок отдали свою жизнь за победу над злейшим врагом человечества.

24 декабря 1943 г. войска 1-го Прибалтийского фронта освободили город и железнодорожную станцию Городок. В Городокской операции с большим напряжением действовали летчики-истребители 761-го и 97-го авиаполков 259 иад. Дивизии присвоено почетное наименование Городокской.

Авиаторы 3 ВА внесли достойный вклад в победы, одержанные войсками фронта в 1943 г. В течение года они совершили на бомбардировщиках 454 боевых вылета, на штурмовиках - 7914, на истребителях - 13 518, на разведчиках - 1821, на легких ночных бомбардировщиках - 9069 и на корректировщиках - 194 вылета{103}.

Значительную помощь летчики 3 ВА оказали партизанам. Об этом говорилось в отчете за 1943 год: «Части 3 ВА с 17.01.43 г. по 1.01.44 г. в интересах партизан произвели 3708 самолето-вылетов на По-2 и Р-5. Доставлено 270 т боеприпасов, вооружения и спецгрузов. Перевезено в тыл противника 1500 специалистов партизанской борьбы. Вывезено 2000 раненых и больных партизан. Потери за год составили 6 самолетов По-2 и Р-5 и 7 летчиков»{104}.

Гитлеровское командование повсеместно усиливало борьбу с партизанами. 10 декабря 1943 г. оно предприняло карательную экспедицию против советского района Лепель, Ушачи. Каратели имели 20 тыс. штыков, а партизаны - вдвое меньше. Первые атаки партизаны отбили. Однако, когда на винтовку осталось по два патрона, народные мстители были вынуждены отойти в глубь района. Положение их [94] с каждым днем становилось все более критическим. Требовалась срочная помощь, и партизаны обратились за ней к командованию 3 ВА.

В конце декабря 1943 г. погода стояла нелетная. Но командир эскадрильи 105 гоап ГВФ гвардии капитан Кузнецов предложил доставить боеприпасы партизанам и попросил командование разрешить вылететь ему днем. Командующий 3 ВА генерал Н. Ф. Папивин дал согласие. Для этой цели выделили лучшие самолеты По-2 и Р-5. Гвардии капитан Кузнецов и гвардии старший лейтенант Воронцов, поднявшись в воздух, тут же скрылись в снежной пелене. В районе деревни Новоселье летчики восстановили ориентировку и совершили посадку. Помощь была оказана своевременно.

Вскоре послушные машины легли на обратный курс. В пургу, когда человек на земле может сбиться с пути, летчики в воздухе не сбились. А назавтра вновь состоялся такой же вылет. В нем участвовал экипаж гвардии старшего лейтенанта Тарасова. Вовремя доставленные боеприпасы помогли партизанам отбить атаки карателей{105}.

Новый, 1944-й год летчики 3 ВА встречали на боевом посту. Пилоты 314 нбад ночью поднимались в небо и уходили бомбить вражеские эшелоны, штабы и узлы сопротивления. А бомбардировщики, штурмовики и истребители отдыхали до рассвета. 1 января 1944 г., как только наступил рассвет, четыре Ил-2 первыми поднялись в воздух. Группу повел гвардии старший лейтенант Г. Инасаридзе. Она получила задачу: уничтожить вражеский железнодорожный эшелон в районе станции Замосточье. На пути к цели их атаковали три ФВ-190 и Ме-109. Умело отразив атаку, группа подорвала паровоз, подожгла вагоны. При отходе от цели штурмовики вновь были атакованы истребителями противника. Завязался воздушный бой, в результате которого меткими выстрелами летчиков и стрелков были сбиты два вражеских самолета.

В январе 1944 г. авиация 3 ВА, содействуя сухопутным войскам, совершила 4312 самолето-вылетов, провела 64 воздушных боя и сбила 67 самолетов противника: 49 ФВ-190, 15 Ю-87, 2 Хе-111 и 1 Ме-109{106}.

В феврале 3 ВА помогала 11-й гвардейской и 4-й ударной армиям преодолеть упорное сопротивление противника, обрушив на него бомбардировочные и штурмовые удары. [95]

Войска 1-го Прибалтийского фронта при содействии авиации в марте 1944 г. нанесли ряд поражений витебской группировке противника и вынудили гитлеровцев привлечь сюда значительную часть резервов.

Истребители армии вылетали на патрулирование, ближние бомбардировщики - на разведку, а штурмовики - помогать пехотинцам отражать вражеские контратаки. Особенно напряженную работу пришлось выполнять легким ночным бомбардировщикам. Они изматывали врага, оказывали помощь партизанам. В марте на Идрицком аэродроме противник сосредоточил до 90 бомбардировщиков и истребителей. Отсюда они вылетали бомбить наши войска, подходящие резервы, железнодорожные станции. Аэродром прикрывался десятками зенитных батарей, которые взаимодействовали с зенитной артиллерией, расположенной вокруг железнодорожной станции Идрица.

17 марта 1944 г. истребители Ла-5 гвардии лейтенанта Е. В. Михайлова и гвардии младшего лейтенанта В. С. Титова (32 гв. иап 3 гв. иад) поднялись в воздух с задачей совершить патрулирование в районе двух озер, над аэродромом и железнодорожной станцией Идрица. Облака низко висели над землей. Летчики, пролетев над краем аэродрома, установили, что самолеты противника в воздух не поднимались. Затем истребители взяли курс на станцию Идрица. Над ней они попали в зону интенсивного зенитного огня. Самолет Михайлова прямым попаданием снаряда был сильно поврежден. Он горел, сбить пламя летчику не удавалось. На самолете можно было продержаться не более одной-двух минут. Машина теряла высоту. Презирая смерть, коммунист Михайлов решительно нацелил израненный Ла-5 на состав с, цистернами. Пламя пожара перебросилось на соседние эшелоны...

В первые же дни Великой Отечественной войны Евгений Михайлов рвался на фронт, но его, опытного инструктора, не отпускали. Он нужен был в военном училище. Однако Михайлов добился смены учебной машины на боевую. За мужество и отвагу в боях был награжден орденами Отечественной войны I степени и Красной Звезды. Гвардеец был готов в любую минуту на подвиг. Пришло время, и он совершил его.

«...Благодарные советские люди, - писала фронтовая газета, - воздвигнут на станции, среди цветов, памятник скромному и честному летчику-гвардейцу Евгению Михайлову. Проезжающие мимо люди будут вглядываться в бронзовые строгие черты героя. Они узнают о бессмертном подвиге, [96] совершенном этим человеком. Женщины, подняв на руки детей, с волнением в голосе прочтут слова, высеченные на постаменте: «Он пал смертью героя, отдав свою молодую жизнь за свободу и независимость нашей Родины». Так будет. А пока у всех нас одна задача - неустанно громить ненавистного врага»{107}.

Прошли годы. Давно Идрица залечила раны, нанесенные войной. На привокзальной площади установлен памятник Герою Советского Союза летчику-истребителю гвардии лейтенанту Е. В. Михайлову. Этого высокого звания он удостоен посмертно Указом Президиума Верховного Совета СССР 26 октября 1944 г. Привокзальная площадь Идрицы названа именем героя.

В воздушном бою смертью храбрых погиб командир 63 гв. иап Герой Советского Союза гвардии майор А. А. Федотов. Это был опытный воздушный боец. За героизм, проявленный в воздушных боях зимой 1939/40 г., он был награжден орденом Красного Знамени. Федотов познал горечь поражений в первые дни Отечественной войны и радость первых побед под Москвой. Потом сражался под Орлом. Долгое время он был штурманом полка, а затем его командиром. Добрый наставник молодых летчиков, бесстрашный и суровый в воздушных боях и отзывчивый на земле. Таким знал его личный состав части. Он совершил более 200 боевых вылетов, сбил 10 самолетов лично и несколько в группе. В городе Нижние Серги Свердловской области на доме, в котором родился и жил А. А. Федотов, установлена мемориальная доска. Одна из улиц города названа в честь героя. Его имя присвоено школе, которую он окончил. В июне 1968 г. приказом Министра обороны СССР Герой Советского Союза гвардии майор Андрей Андреевич Федотов навечно зачислен в списки 1-й авиаэскадрильи полка.

Прошло более полутора лет, как И. Ф. Павлов прибыл в 6-й гвардейский штурмовой авиаполк. За это время он сделал свыше 160 боевых вылетов. Не раз летчик смотрел смерти в глаза. Мастер штурмовых ударов учил молодых пилотов и водил их на задания. Все в полку уважали этого храброго бойца.

И. Ф. Павлов только вернулся из очередного вылета, зарулил на стоянку, вылез из кабины на крыло и был радушно встречен подбежавшими к нему однополчанами - летчиками, техниками, механиками. Они подхватили его на руки и с возгласом «Поздравляем!» начали качать. [97]

- Не понимаю, в чем дело? - сказал растроганным голосом Павлов, высвободившись из объятий друзей.

- Поздравляем тебя с присвоением звания Героя Советского Союза!

Скуп был на похвалу командир полка гвардии подполковник К. П. Заклепа. Но сейчас он крепко пожал руку Герою, тепло поздравил и по русскому обычаю поцеловал.

Командующий 1-м Прибалтийским фронтом Маршал Советского Союза И. X. Баграмян вспоминал: «Особенно страстное нетерпение охватило воинов, когда они весной 1944 г. узнали, что гитлеровцы предприняли крупную карательную экспедицию против белорусских партизан, основавших в тылу оккупантов своего рода партизанскую республику со столицей в г. Ушачи. В этом районе действовало 16 партизанских бригад. Желание помочь доблестным партизанам было настолько велико, что даже мой старый друг начальник штаба фронта генерал В. В. Курасов, обычно всегда трезво оценивавший обстановку, на этот раз не выдержал и начал выдвигать идею немедленного наступления. Но по условиям сложившейся к тому времени обстановки его желание, к сожалению, было неосуществимым: наступила уже весенняя распутица, да и войска фронта еще не были готовы к проведению крупного наступления. Именно в этих неблагоприятно сложившихся для нас условиях гитлеровское командование решило нанести белорусским партизанам решительное поражение, чтобы к началу летней кампании 1944 г. ликвидировать их основные очаги у себя в тылу»{108}.

Начало 1944-го было отмечено ожесточенными боями многочисленных сил карателей против партизан. В январе они начались в районе Освеи. Партизаны вышли из-под удара, но попросили помочь им оружием и боеприпасами. Для посадки самолетов была оборудована площадка. Несколько ночей подряд летчики «малой» авиации совершали рейсы. Помощь оказалась своевременной.

В марте 1944 г. противник набросился на партизан в районе Дриссы и Дисны с целью овладеть выгодными плацдармами на берегах этих рек. Летчики 3 ВА доставили партизанам 20 т боеприпасов. Это помогло им отбить наступление врага, а потом освободить город Дисна и вернуть выгодные плацдармы.

18 марта партизаны Сенненской зоны сообщили, что против них противник перешел в наступление крупными силами [98] бронемашин и танков. Партизаны просили подбросить им противопехотные и противотанковые средства борьбы. Их просьба была удовлетворена. К ним вылетели самолеты из двух полков. В момент приземления самолета младшего лейтенанта Шутова за посадочную площадку уже шел бой. Командование бригады решило поджечь самолет, чтобы он не попал в руки карателей, но летчик с помощью партизан быстро разгрузил его, пренебрегая опасностью, под огнем противника взлетел и благополучно вернулся на свой аэродром. Партизаны, получив боеприпасы, отбили наступление фашистов{109}.

«Начиная с 20 апреля 1944 г., - вспоминает В. Е. Лобанок, - днем и ночью фронтовая авиация наносила удары по боевым порядкам и скоплениям противника, наступавшим против партизан Ушачской зоны»{110}.

У врага перед наступлением на партизан была сильная группировка войск. В нее входили три дивизии, бригада, шесть отдельных полков и два танковых батальона (до 60 танков){111}.

Утром 17 апреля 1944 г. каратели предприняли наступление против партизан в районе Ушачи, на территории которого проживало в общей сложности до 200 тыс. жителей. 3 ВА была поставлена задача: совместно с народными мстителями отбить действия карателей.

314 нбад и 105 гв. оап ГВФ с бригадами партизан поддерживали радиосвязь, которая дублировалась самолетами, транспортировавшими грузы к ним.

Для обозначения линии фронта (переднего края) партизаны в ночное время зажигали костры, означавшие, что в 600 - 800 метрах от них находятся каратели. Большое количество костров свидетельствовало о скоплении войск противника в этом месте.

Ночными налетами одиночных экипажей По-2 уничтожались каратели. Действия ночной авиации противника в этих случаях были парализованы нашими легкомоторными самолетами, блокировавшими его аэродромы в Улле и Полоцке. В этих налетах участвовали летчики 314 нбад. В темное время они уходили друг за другом в воздух и оттуда били по стоянкам самолетов и взлетным полосам.

Штурмовая авиация группами по 4 - 6 самолетов в сопровождении такого же количества истребителей действовала днем по войскам карателей и их технике. [99]

27 апрели 1944 г. штаб партизанского движения сообщил командованию 3 ВА о том, что в лесу северо-восточнее населенного пункта Стapoe Село (20 км юго-восточнее Ушачей) сосредоточено большое количество войск противника. На задание вылетели четыре Ил-2. Они нанесли два метких удара, уничтожив пять автомашин и много солдат. Неоднократные налеты на карателей, двигавшихся к месту боев других полков, наносили летчики 211 шад.

Помощь авиации была эффективной. В. Е. Лобанок, руководивший действиями партизан в этом районе Белоруссии, доносил в штаб партизанского движения, что благодаря авиационной поддержке партизаны вышли из окружения с минимальными потерями.

Летчики-ночники, умело маневрируя, уходили из-под ударов ночных истребителей противника. За месяц они совершили 606 самолето-вылетов к партизанам, доставив им 88 т боеприпасов, почти 3 т спецгрузов. Было вывезено 314 раненых{112}.

К различным способам борьбы с «малой» авиацией прибегало гитлеровское командование. Оно усиливало зенитный огонь, увеличивало число ночных истребителей, разжигало ложные костры, чтобы вводить в заблуждение наших летчиков. Но все эти «новшества» не дали положительных результатов. Связь с партизанами крепла. Увеличилась поставка им оружия и боеприпасов, а партизаны в свою очередь усилили удары по оккупантам.

Во второй половине апреля 1944 г. части 3-й воздушной армии также доставляли партизанам боеприпасы, вывозили от них раненых, вели разведку противника, находившегося в обороне.

Однажды в штаб 105 гв. оап ГВФ пришел приказ: выделить опытных летчиков для вывоза детей от партизан. В перные дни войны Полоцкому детскому дому не удалось эвакуироваться на восток. В пути машины с детьми обошли танки противника. Пришлось с дороги вернуться.

Командир полка гвардии майор Г. Т. Клуссон для полетов за детьми выделил двух летчиков, неоднократно летавших к партизанам. Это были гвардии лейтенанты А Мамкин и А. Кузнецов. На самолетах Р-5 они совершали ми нескольку рейсов в ночь, вывозили сразу по десяти - а иногда и больше детей дошкольного возраста.

Девятый вылет для Александра Мамкина оказался роковым. На беззащитный самолет с детьми напал ночной [100] фашистский истребитель. Обстрелял. Самолет Р-5, в котором находились двенадцать детей и воспитательница, загорелся. Летчик стремился сбить пламя, но ему это не удалось. На нем уже горел комбинезон. Пламя пробиралось в кабину, к детям.

Летчик-гвардеец все же посадил самолет в расположении наших войск.

Воспитательница детского дома В. С. Латко рассказывала: «Когда мы перелетали линию фронта, послышались выстрелы. Самолет пошел на приземление... На земле Володя Шашков выскочил из кабины и кричит: «Валентина Степановна, горим!» Мы начали вытаскивать из самолета детей. На некоторых уже горела одежда. Едва успели вытащить детей, как взорвался бензобак. Мы стали смотреть, где же летчик? Метрах в тридцати от самолета увидели обгоревшего Сашу Мамкина»{113}.

В апреле 1944 г. гитлеровское командование силами двух пехотных дивизий и отдельного полка общей численностью 20 тыс. солдат и офицеров предприняло карательную экспедицию против партизанских бригад имени Ленина, Чапаева и «За Советскую Беларусь», в которых насчитывалось 5 тыс. человек.

На помощь им пришла авиация. Только за период боев по отражению атак карателей авиация фронта доставила партизанам 578 800 кг боевых грузов и вывезла в тыл сотни раненых{114}.

Авиация также прикрывала боевые действия 83-го стрелкового корпуса 4-й ударной армии, направленного на поддержку партизан, оказавшихся в тяжелом положении.

В том же месяце войска 1-го Прибалтийского фронта перешли к обороне, стали вести бои местного значения.

Весь май и первую половину июня 1944 г. 1-й Прибалтийский, 1, 2 и 3-й Белорусские фронты готовились к наступательной операции «Багратион».

В это время интенсивно вели разведку летчики 11 орап, 259 иад, 211 шад, 314 нбад и 6 гв. шамп. Командованию была дана полная картина характера обороны противника перед войсками фронта на глубину до 50 км, а авиационные полки и дивизии получили карту целей и схемы расположения вражеской зенитной артиллерии. [101]

Дальше