Содержание
«Военная Литература»
Военная история

Глава первая.

Воздушная армия в битве под Сталинградом

Свой славный боевой путь 17-я воздушная армия{1} начала осенью 1942 г. в период контрнаступления советских войск под Сталинградом. К этому времени положение нашей страны было крайне тяжелым. Советский народ и его Вооруженные Силы вели ожесточенную борьбу с немецко-фашистскими захватчиками. Враг находился в 150 - 200 км от Москвы и осаждал Ленинград. Воспользовавшись отсутствием второго фронта в Европе, гитлеровское командование бросило на южный участок советско-германского фронта крупные силы. Ценой больших потерь противнику удалось прорваться к Воронежу, нижнему течению Волги и на Кавказ.

Однако трудности первого периода войны не сломили у советских людей высокого морального духа и веры в победу. Они еще теснее сплотились вокруг Коммунистической партии и Советского правительства.

17 июля 1942 г. немецко-фашистские войска предприняли наступление с целью прорваться к Волге в районе Сталинграда, захватить этот важный стратегический пункт и крупнейший промышленный район. В этот день началась величайшая битва второй мировой войны. [6]

Центральный Комитет Коммунистической партии и Советское правительство приняли срочные меры для организации отпора врагу. В те дни газета «Правда» писала: «Весь народ с волнением следит за ходом битвы на берегах Волги. Стойкость и мужество защитников Сталинграда воодушевляют советских людей на новые трудовые подвиги. Сталевары дают ускоренные плавки - в помощь защитникам Сталинграда! Колхозники убирают хлеб до зерна - в помощь защитникам Сталинграда!{2}»

К ноябрю оборонительные бои у волжской твердыни достигли небывалого ожесточения. В этих боях защитники Сталинграда отразили бешеный натиск фашистских войск, проявив при этом беспримерное мужество и героизм. За битвой на Волге с огромным вниманием следил весь мир. Беспримерная стойкость и отвага советских воинов восхищала все прогрессивное человечество.

В ходе оборонительного сражения, продолжавшегося до 18 ноября 1942 г., были разгромлены отборнейшие вражеские дивизии. Большие потери понесла и фашистская авиация.

Потерпев жестокое поражение под Сталинградом, немецко-фашистское командование было вынуждено отказаться от крупных наступательных операций зимой 1942/43 г. Оно рассчитывало на то, что войска сумеют удержаться на занимаемых рубежах до следующей весны, чтобы затем, накопив силы, вновь перейти в наступление и сокрушить Советский Союз. Гитлеровское командование было уверено, что в ближайшее время Советская Армия не сможет начать наступление на этом участке фронта. Но враг просчитался.

Уже в ходе оборонительного сражения советское Верховное Главнокомандование планировало развернуть зимой 1942/43 г. решительное наступление на южном крыле советско-германского фронта, захватить стратегическую инициативу, добиться коренного перелома в ходе войны, а в последующем провести ряд последовательных операций на западном и северо-западном направлениях и положить начало массовому изгнанию немецко-фашистских оккупантов с советской территории.

Центральный Комитет партии и Государственный Комитет Обороны принимали все необходимые меры для сосредоточения [7] в районе Сталинграда крупных сил наших войск. Всего для участия в контрнаступлении привлекалось три фронта: Юго-Западный (командующий генерал-лейтенант Н. Ф. Ватутин), Донской (командующий генерал-лейтенант К. К. Рокоссовский) и Сталинградский (командующий генерал-полковник А. И. Еременко).

В состав фронтов входили 17, 8, и 16-я воздушные армии. Перед началом контрнаступления они были усилены авиационными соединениями резерва Ставки ВГК и 2-й воздушной армии, которая оперативно подчинялась командующему Юго-Западным фронтом.

Авиацию Юго-Западного фронта представляла 17-я воздушная армия (командующий генерал-майор авиации С. А. Красовский, заместитель по политической части генерал-майор авиации В. Н. Толмачев, начальник штаба полковник К. И. Тельнов).

К началу контрнаступления (19 ноября 1942 г.) воздушная армия располагала 1-м смешанным авиационным корпусом (командир генерал-майор авиации В. И. Шевченко, заместитель командира по политической части полковник Е. И. Лапин, начальник штаба полковник А. В. Галькевич), 288-й истребительной (командир полковник С. Ф. Коновалов) и 267-й штурмовой (командир подполковник Л. В. Коломейцев) авиационными дивизиями. Кроме того, в состав армии входили 221-я бомбардировочная авиационная дивизия ( командир Герой Советского Союза полковник И. Д. Антошкин), 262-я ночная бомбардировочная авиационная дивизия (командир полковник Г. И. Белицкий), 282-я истребительная авиационная дивизия (командир подполковник А. М. Рязанов), 208-й и 637-й штурмовые авиационные полки. Всего в армии насчитывалось 477 боевых самолетов{3}.

На этом участке фронта действовал немецкий 4-й воздушный флот, имевший 1216 самолетов, или больше половины всех самолетов противника. Авиация трех наших фронтов имела 1414 самолетов.

Общий замысел контрнаступления заключался в том, чтобы, сковав главные силы немецко-фашистских войск непосредственно в районе Сталинграда, нанести два мощных сходящихся удара по флангам врага, занимаемым его союзниками - румынами и итальянцами, в общем на-правлении [8] на Калач, окружить и уничтожить прорвавшуюся к Волге группировку противника.

Главный удар наносили войска Юго-Западного и Сталинградского фронтов. Юго-Западному фронту предстояло прорвать вражескую оборону с плацдармов на правом берегу Дона в районе Серафимовича, Клетской, затем, совместно с войсками Сталинградского фронта, завершить окружение вражеской группировки.

Авиация фронтов должна была завоевать господство в воздухе и надежно прикрывать сухопутные войска от ударов ВВС противника, оказывать поддержку пехоте и танкам при прорыве обороны, окружении и уничтожении врага под Сталинградом, вести борьбу с подходящими резервами, осуществлять воздушную разведку{4}.

Командующий войсками Юго-Западного фронта поставил 17-й воздушной армии следующие задачи: прикрыть ударную группировку 5-й танковой армии на исходном рубеже для наступления; содействовать войскам 5-й танковой и 21-й армий в прорыве обороны противника на направлениях их главных ударов; обеспечить ввод в прорыв подвижных соединений и содействовать их выходу в район города Калач, не допускать подхода резервов противника к участку прорыва и району действий подвижных соединений с юга и юго-запада{5}.

Штаб армии приступил к планированию боевых действий авиации. Напряженно работал в эти дни оперативный отдел. Разрабатывались и уточнялись план боевого использования частей 17-й и 2-й воздушных армий, плановая таблица взаимодействия с войсками фронта, боевой приказ командующего армией и другие оперативные документы. Отделы штаба детально спланировали организацию боевого, оперативного, материального и аэродромного обеспечения боевых действий авиации.

Чтобы завоевать и удерживать господство в воздухе, было решено уничтожать авиацию противника силами двух истребительных дивизий во время прикрытия ими сухопутных войск и обеспечения других родов авиации, а также ударами 221-й и 262-й бомбардировочных дивизий по вражеским аэродромам. Поддержку войск фронта [9] в ходе прорыва обороны противника и ввода в прорыв подвижных соединений планировалось осуществлять эшелонированными действиями групп штурмовиков. Для борьбы с подходящими резервами противника намечалось иметь в готовности резерв - одну бомбардировочную дивизию и четыре полка ночных бомбардировщиков.

Командующий Юго-Западным фронтом при утверждении плана боевого использования авиации сделал на нем следующую надпись:

«Боевой авиации вести разведку на себя, искать объекты противника (резервы, колонны, районы сосредоточения). Быть готовой наносить массированные удары всей авиацией при обнаружении крупных резервов, особенно танковых и моторизованных дивизий противника{6}»

С целью усиления боевого состава авиационных полков в ноябре 1942 г. вводились новые штаты. Вместо двух эскадрилий по девять самолетов в истребительных и штурмовых полках ввели три эскадрильи. Звено трехса-молетного состава заменили звеном из двух пар. Новая организация позволила улучшить условия маневра самолетов в воздухе, повысить огневую мощь звена. Авиационная дивизия стала насчитывать 120 боевых машин. Ее боевые возможности значительно возросли.

Увеличение количества самолетов и частей требовало соответствующего увеличения числа аэродромов. Эта трудная и ответственная работа велась под руководством генерала П. М. Ступина. Воины авиационного тыла подготовили на правом крыле фронта 17 аэродромов, подвезли 21009 тонн авиабоеприпасов, 982 тонны авиабензина{7}.

В сложных условиях осуществлялось приближение частей и соединений армии к районам предстоящих боевых действий. Чтобы замаскировать основные взлетно-посадочные полосы, личный состав батальонов аэродромного обслуживания (БАО) оборудовал ложные аэродромы. На них имитировался взлет самолетов. Для этого в ночное время запускались шары-пилоты с горящими лампочками.

Солдаты, сержанты и офицеры тыловых частей, не зная отдыха, подвозили необходимые средства на расстояние от 90 до 500 км в условиях осенне-зимнего бездорожья. [10] 21 батальон авиационного обслуживания, 3 отдельных автотранспортных и 1 инженерный батальоны, тыл воздушной армии обслуживали полеты 33 авиационных полков и 5 отдельных эскадрилий, которые базировались в четырех районах. Службы тыла армии также частично осуществляли материальное и аэродромное обеспечение нескольких полков авиации дальнего действия.

Напряженно трудились связисты под руководством генерала Д. Н. Морозова. Они обеспечивали армию телефонной, телеграфной и радиосвязью со штабом ВВС Советской Армии, штабами общевойсковых армий, подвижных соединений, с соседними воздушными армиями, со своими авиационными соединениями и тыловыми органами.

Много энергии, разумной инициативы в обеспечение боевых действий летчиков вложил личный состав инженерно-авиационной службы, возглавляемый полковником Н. И. Плотниковым. Техники и механики использовали все возможности, чтобы, в предельно короткие сроки вводить в строй неисправные самолеты.

В дни напряженных оборонительных боев под Сталинградом основная тяжесть в борьбе против вражеских танков, опорных пунктов ложилась на плечи штурмовиков. В то время Ил-2 был одноместным самолетом, не защищенным со стороны задней полусферы. Инженер-полковник Антошин и инженер-майор Алимов предложили сделать на нем кабину для стрелка-радиста.

Вскоре в 1-м смешанном авиационном корпусе были переоборудованы 66 штурмовиков. Во второй кабине установили крупнокалиберный пулемет{8}.

В первых же боевых вылетах на этих самолетах стрелки сбили несколько «мессершмиттов».

Накануне контрнаступления в воздушной армии было значительное число молодых пилотов и командных кадров, не имевших боевого опыта, многие авиационные части еще не участвовали в наступательных операциях. Все это учитывалось при организации боевой подготовки. В полках отрабатывалась техника пилотирования и тактика ведения воздушного боя на самолетах новой конструкции, сколачивались пары и группы, изучались способы [11] взаимодействия с сухопутными войсками. Особое внимание уделялось штурманской подготовке.

В эти дни у авиаторов побывали представители Ставки генералы Г. К. Жуков, А. М. Василевский и А. А. Новиков. Они проверяли готовность соединений и частей, знакомились с боевой работой летчиков и бытом личного состава.

Целеустремленную организаторскую и политическую работу в соединениях и частях армии проводили политорганы, партийные и комсомольские организации. Она строилась в тесной связи с задачами, поставленными командующим войсками фронта перед объединением. Политработники, партийные активисты разъясняли авиаторам значение предстоящей операции, место и роль воздушной армии, соединений и частей, каждого летчика, штурмана, стрелка-радиста, техника и моториста в выполнении сложной и ответственной боевой задачи, в достижении успеха в бою.

Заместитель командующего 17-й воздушной армией по политической части генерал В. Н. Толмачев, начальник политотдела армии полковник В. Г. Точилов, офицеры политотделов армии и соединений поддерживали тесную связь с командирами и политработниками, партийным и комсомольским активом, с летным и техническим составом особенно тех частей и соединений, которым предстояло действовать на основных направлениях и выполнять наиболее ответственные задачи.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 9 октября 1942 г. в армии и на флоте было введено полное единоначалие. Командование и политотдел армии, политорганы соединений, выполняя требования директивы Главного политического управления Красной Армии ? 158, проводили большую работу по укреплению единоначалия, повышению авторитета командиров, обучали их умению организовывать политическое и воинское воспитание с подчиненными, опираться на партийные и комсомольские организации и направлять их деятельность.

Многое делалось для воспитания у летчиков, всего личного состава высоких морально-боевых качеств, мужества и отваги, любви и преданности социалистической Родине, ненависти к врагу, готовности во имя победы пойти на самопожертвование. [12]

Политорганы и партийные организаций умело пропагандировали славные боевые традиции героических защитников Царицына. Когда во фронтовой и армейской газетах было опубликовано письмо ветеранов гражданской войны, обратившихся ко всем защитникам Сталинграда с призывом отстоять город и разгромить врага, партийные и комсомольские активисты использовали его в своей работе с личным составом. В частях прошли встречи с участниками обороны Царицына. С проникновенными словами к защитникам города обратились участники пленума Сталинградского обкома партии, которые призвали воинов следовать девизу героев обороны Царицына: «Вперед, и только вперед, на врага!»

В частях широко практиковались переписка с предприятиями и колхозами, проведение непосредственно на аэродромах митингов и бесед о зверствах и насилиях, чинимых фашистскими захватчиками на советской земле. Политорганы совместно с особым отделом армии, который возглавлял старый большевик-чекист полковник Н. А. Борисов, проводили работу по воспитанию личного состава в духе высокой политической бдительности, сохранения государственной и военной тайны.

Политотдел армии и политорганы соединений проявляли постоянную заботу об идейно-организационном укреплении партийных организаций, о росте их авторитета и влияния на массы воинов, вовлечении всех коммунистов в активную работу с личным составом.

В период подготовки к контрнаступлению в 17-й воздушной армии насчитывалось 5522 коммуниста, объединенных в 100 первичных и 291 низовую партийные организации. Коммунисты и комсомольцы составляли 60 процентов всего личного состава армии.

В эти дни тысячи воинов стремились связать свою судьбу с партией великого Ленина. Политорганы и партийные организации проводили большую работу по выполнению постановления ЦК ВКП(б) от 9 декабря 1941 г. «О приеме в члены ВКП(б) кандидатов, отличившихся в боях с немецкими захватчиками». В партию вступали лучшие летчики и техники, бойцы и командиры. Их думы и чаяния хорошо выразил летчик 659-го истребительного авиационного полка сержант П. Фролов. В своем заявлении он писал: «Прошу принять меня в кандидаты ВКП (б). Не жалея своих сил и самой жизни, [13] буду вести борьбу с германским фашизмом до полного его уничтожения».

Несмотря на большие трудности, основные мероприятия по подготовке 17-й воздушной армии к началу контрнаступления были завершены. Высокий моральный дух, боевой наступательный порыв, вера в силу своего оружия и победу в предстоящем сражении - вот что отличало весь ее личный состав.

С получением боевого приказа в частях и подразделениях состоялись партийные и комсомольские собрания, митинги личного состава. Выступавшие на них летчики и штурманы, бойцы и командиры давали клятву, не жалея сил и самой жизни, храбро сражаться с фашистскими стервятниками, заверяли командование, что сделают все для выполнения приказа.

Летчик 774-го истребительного авиаполка 282-й дивизии коммунист И. А. Манойлов на митинге заявил: «Гитлеровская армия как бы своей головой пролезла к Сталинграду, распластав по остальным фронтам свое поганое туловище. Мы сейчас будет бить по этой голове. Надо отрубить ее, и тогда легче будет добить врага на остальных фронтах».

Коммунисты шли на стоянки, в землянки, в экипажи, звенья, шли к людям, чьи воля и мужество, мастерство и бесстрашие были так нужны для победы. Разъясняя боевую задачу, они страстным партийным словом звали авиаторов на подвиги во имя свободы и независимости Родины.

Утром 19 ноября 1942 г. войска Юго-Западного и Донского фронтов одновременно перешли в наступление. Главный удар наносили соединения 5-й танковой и 21-й армий, которые поддерживали 17-я и 2-я воздушные армии. Взламывая вражескую оборону на участках прорыва, они окружили войска противника, пытавшиеся удержать позиции в районе станицы Распопинская.

Из-за тумана и низкой облачности действия авиации были сильно затруднены. Тем не менее летчики 17-й воздушной армии совершили 546 боевых самолето-вылетов. Штурмовики и бомбардировщики дивизий Л. В. Коломейцева, И. Д. Антошкина, Г. И. Белицкого в основном действовали по окруженной распопинской группировке противника и его моторизованным войскам в районах Акимовского и Лученского. Вылеты проводились мелкими [14] группами, в которые входили наиболее подготовленные экипажи. Вечером 19 ноября командующий воздушной армией приказал: «20 ноября при плохих метеорологических условиях лучшими экипажами действовать методом «охоты» по путям отхода и скопления войск противника».

Основной задачей, которою выполняла армия в данный период, была воздушная разведка и поддержка войск в полосе движения танковых и механизированных корпусов. В тяжелых воздушных боях отличились летчики - коммунисты капитан М. В. Кузнецов, лейтенант Р. И. Сидоренко, старшина Е. А. Фомин. Лейтенант П. Л. Дымченко при патрулировании в районе сосредоточения наших войск вступил в воздушный бой с пятнадцатью Ме-109. Метким огнем он сразил три из них и один подбил. В этом бою летчик коммунист Дымченко пал смертью героя.

Успешное продвижение вперед войск фронта потребовало ускорить перебазирование авиации за реку Дон. На передовые аэродромы перелетело несколько истребительных и штурмовых авиационных полков воздушной армии. Они действовали по войскам и технике противника в районах Журавков, Боковской, Чернышевской, Обливской и Тормосина. Летчики делали по пять-шесть боевых вылетов в день. Именно в это время совершил геройский подвиг сержант Нуркен Абдиров. Вот как это было.

Четверка штурмовиков во главе с командиром эскадрильи лейтенантом Б. Алексеевым получила задание: нанести удар по сильно укрепленному рубежу в районе Боковской, уничтожить скопление танков и артиллерии противника. «Илы» поднялись в воздух. Экипаж Абдирова шел замыкающим. Противник не ожидал появления советских самолетов. Лишь когда на головы гитлеровцев посыпались бомбы, зенитки открыли огонь. Штурмовики перешли на бреющий полет.

Вражеские зенитки неистовствовали. В трудном положении оказался экипаж сержанта П. Вычукжанинова. Целая батарея вела по нему огонь. На помощь товарищу пришел Абдиров. Метким ударом он уничтожил расчет одного орудия. Но самолет Вычукжанина все же был подбит и, объятый пламенем, штопором шел к земле. Нуркен увидел неподалеку группу танков. В ту же секунду под крылом разорвался снаряд. Летчик резко бросил машину в сторону и тут же ввел ее в пике. Танк вспыхнул и застыл [15] на месте. Снова и снова устремлялся Абдиров в атаку. Но и его штурмовик был подбит. Нуркен приказал стрелку-радисту прыгать.

- Нет, я с тобой, - осветил тот.

Языки пламени уже лизали кабину. В шлемофоне раздался тревожный голос А. Писанко: «Выходи, Нуркен! Слышишь меня?! Выходи, я прикрою!»

Но Абдиров уже принял другое решение. Увидев сквозь дым и пламя бензовозы, стоявшие рядом с танками, он направил на них пылающий самолет.

В 1943 г. летчику 808-го штурмового авиационного полка коммунисту Нуркену Абдирову посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза.

На одной из центральных улиц Караганды установлен монумент в честь Нуркена Абдирова.

В вышедшей недавно в Алма-Ате книге «Фронтовой привет тебе, Казахстан!» опубликовано письмо Нуркена матери, которое он написал перед своим последним боем, перед огненным тараном:

Милая мама! Мы отстоим нашу любимую землю, не беспокойтесь за нас. Война не бывает без жертв. И если настигнет смерть, если шальная вражеская пуля вонзится в кипящее сердце, то пусть листок этой белой бумаги с моими строками, написанными сегодня, донесет до вас мой голос...»

Такой же подвиг совершил летчик-комсомолец сержант А. Ф. Андреев. Над целью его самолет был подбит вражескими зенитками. На глазах у своих товарищей Андреев направил горящий штурмовик на колонну вражеских танков и автомашин.

В этих боях отличились многие летчики-истребители, обеспечивавшие действия штурмовиков 267-й дивизии. Немало побед в воздушных схватках одержал командир эскадрильи Герой Советского Союза И. И. Чучвага. В ноябре пять «яков» под командованием Чучваги вылетели на сопровождение «илов». В районе Чернышевской они встретились с двенадцатью Ме-109 и смело вступили с ними в бой.

Чучвага лично сбил два «мессершмитта». Группы штурмовиков и истребителей потерь не имели.

В листовке, посвященной этой победе, говорилось:

Есть у наших героев драгоценные особенности, которые ведут их на легендарные подвиги. Это - бескорыстное служение Родине, народу, готовность на самопожертвование [16] во имя общего дела. Именно-таким является летчик герой нашей части капитан И. Чучвага».

При выполнении боевого задания в марте 1943 г. капитан И. И. Чучвага погиб смертью храбрых. Армейский поэт посвятил памяти летника стихотворение, которое было опубликовано в газете «Защитник Отечества»:

Я знаю, что вражью машину
Ты в воздухе сбил не одну,
Когда за мою Украину
Сражался на тихом Дону.
Ты умер со славой, героем,
В жестокой неравной борьбе.
Мы новый счет мести откроем,
Его посвящая тебе.

В городе Купянске именем героя названы улица и средняя школа.

23 ноября войска фронта, продвинувшись с боями на 150 км, овладели городом Калач и соединились с войсками Сталинградского фронта. В ходе стремительного наступления были заняты аэродромы Оськинский, Евлам-пиевский, Голубинский. Советские пехотинцы, поддержанные авиацией, прорвали оборону противника и окружили 6-ю полевую и 4-ю танковую армии гитлеровцев.

С 24 ноября погода улучшилась, и воздушная армия активизировала свои действия, надежно прикрывая с воздуха наступавшие войска. В воздушных боях летчики сбили 60 самолетов, уничтожили много боевой техники и живой силы противника.

К концу ноября вражеская группировка войск в районе станицы Распопинская была ликвидирована. Советские воины одержали замечательную победу на первом этапе контрнаступления - прорыве обороны противника и окружении немецко-фашистских войск в районе Сталинграда.

История знает немало героических деяний, которые и сегодня изумляют воображение, вызывают восхищение. Отважные люди были во все времена, но таких, как советские, история не знала.

Мужество, стойкость и отвага советских воинов наводили ужас на врагов.

Сталинград - это ад на земле. Верден, красный Верден с новым вооружением...» - писал домой ефрейтор Вальтер. В своих воспоминаниях бывший [17] офицер разведчик 6-й армии Паулюса признается: «Мы вынуждены были начать отход по всему фронту... Однако отход превратился в бегство... Путь наш был устлан трупами, которые метель, словно из сострадания, вскоре заносила снегом.

Мы уже отступали без приказа»{9}.

В документах, мемуарах бывших гитлеровских офицеров и генералов можно отыскать сотни подобных признаний битых фашистских вояк.

Советские воины, окрыленные успехом, били врага, не давая ему опомниться.

Противник приступил к организаций снабжения окруженной группировки Паулюса воздушным путем. На совещании в ставке Геринг заверил Гитлера, что люфтваффе справится с этой задачей.

Особое значение немецко-фашистское командование придавало созданию двух базовых аэродромов транспортной авиации: Тацинского на 600 и Морозовского на 400 транспортных самолетов. В районе окружения противник имел оборудованные аэродромы: Сталинград, Б. Россошка и др. На вооружении транспортных групп находились специальные самолеты типа Ю-52, ФВ-200. Кроме того, для доставки грузов привлекались бомбардировщики Хе-111 и Ю-88. Лучшие эскадры люфтваффе и даже связной отряд Гитлера были брошены под Сталинград на помощь котлу.

Советским Военно-Воздушным Силам предстояло сорвать снабжение окруженной вражеской группировки по воздуху, удержать господство в воздухе.

Основная задача 17-й воздушной армии формулировалась кратко: уничтожать транспортные самолеты противника за внешним фронтом окружения и не давать возможности авиации противника действовать по нашим войскам.

На все аэродромы, где базировались полки и соединения армии, было доставлено обращение Военного совета Юго-Западного фронта к личному составу воздушной армии. В нем говорилось:

Несмотря на большие потери, которые вы наносите врагу, самолеты противника еще продолжают прорываться к окруженной группировке. Вы можете и обязаны прочно с воздуха закрывать для транспортной авиации противника все доступы и лишить противника помощи с воздуха.

Истребители! Усильте удары по вражеской авиации! Смелее уничтожайте перетрусивших фашистских летчиков. Ни один вражеский самолет не должен пройти к окруженной немецкой группировке в районе Сталинграда.

Штурмовики и бомбардировщики! Бесстрашно штурмуйте и бомбите вражеские рубежи, громите и уничтожайте технику и живую силу противника.

Техники, механики, мотористы, оружейники! Быстро и отлично подготавливайте машины и вооружение к боевым вылетам! Помните, что победа летчиков в воздухе куется на земле.

Коммунисты и комсомольцы! Показывайте образцы воинского умения, отваги, доблести и геройства!{10}»

Слова обращения дошли до сердца каждого воина. Нередко прямо после коротких собраний-митингов летчики поднимали самолеты в небо и уходили на боевые задания. Так было, например, в 866-м истребительном авиационном полку, которым командовал майор С. Кузин.

Этот полк начал боевые действия в период разгрома сталинградской группировки противника. В воздушных боях отличились многие летчики. В их числе был и С. Бурназян, в прошлом ереванский рабочий, выпускник Борисоглебской школы летчиков. Однажды семерка Як-7б, ведомая старшим лейтенантом Бурназяном, вылетела на сопровождение штурмовиков. В районе цели она встретила около 20 Ме-109, пытавшихся атаковать наши самолеты. Однако все атаки истребителей противника были отбиты. Искусно маневрируя, не давая возможности вражеским летчикам вести прицельный огонь, старший лейтенант С. Бурназян сбил двух стервятников.

Только за три месяца боев за Сталинград Бурназян сбил семь вражеских самолетов, за что был награжден орденом Красного Знамени. Командир эскадрильи коммунист С. А. Бурназян до конца выполнил свой воинский долг. Указом Президиума Верховного Совета СССР в 1944 г. ему было присвоено звание Героя Советского Союза (посмертно).

Когда воздушные разведчики обнаружили скопление [19]

транспортных самолетов на аэродроме в Тацинской, бомбардировщики и штурмовики нанесли по ним мощные удары. Вот что сообщало Совинформбюро об одном из налетов, в котором принимали участие летчики 221-й бомбардировочной дивизии:

Советская авиация произвела крупный налет на аэродром противника. При первом же заходе наши летчики уничтожили на земле двадцать самолетов. Результаты последующих бомбовых ударов невозможно точно установить из-за густого тумана и дыма от возникших пожаров».

В уничтожении транспортных самолетов на аэродромах принимали участие летчики 262-й ночной бомбардировочной дивизии.

Об эффективности воздушной блокады свидетельствует тот факт, что враг потерял на аэродромах и в воздухе свыше 1 тыс. самолетов, из них около 70 процентов - транспортных.

Боевой опыт, полученный летчиками во время воздушной блокады, не потерял значения и в последующем. Особенно он был ценен при организации и ведении борьбы в воздухе в сложной воздушной обстановке, по уничтожению самолетов противника на аэродромах и организации взаимодействия авиации с наземными войсками.

В декабре 1942 г. начался второй этап контрнаступления под Сталинградом, в ходе которого советским войскам предстояло развить контрнаступление и ликвидировать попытки врага деблокировать окруженную группировку Паулюса.

В директиве от 13 декабря 1942 г. Ставка указывала командующему Юго-Западным фронтом:

Главный удар направить не на юг, а на юго-восток, в сторону Нижний Астахов и с выходом на Морозовск, чтобы боковско-морозовскую группу противника взять в клещи, пройтись по ее тылам и ликвидировать ее одновременным ударом с востока силами 5-й танковой и 3-й гвардейской армий и с северо-запада силами 1-й гвардейской армии»{11}.

К этому времени противник имел перед Юго-Западным фронтом 25 дивизий{12}. В полосе фронта на аэродромах Миллерово, Тацинская, Оравский, Кашары, Верхний [20] Максай, Морозовский базировались около 450 - 500 боевых самолетов немецкого 8-го воздушного корпуса, из них 250 - 300 бомбардировщиков, 150 - 160 истребителей, 50 - 60 разведчиков и 30-50 транспортных самолетов.

В распоряжении советского командования имелось 632 боевых самолета{13}. 17-я воздушная армия должна была в декабрьской операции содействовать наступлению 1-й, 3-й гвардейских у 5-й танковой армий Юго-Западного фронта.

Советская промышленность быстрыми темпами наращивала выпуск военной продукции, в том числе и авиационной. Самоотверженный труд советских конструкторов и рабочих, , быстрая перестройка технологического процесса позволили наладить выпуск новейших по тому времени самолетов типа Як-76, Ла-5, Ил-2 и Пе-2.

В стране ширилось движение за сбор личных средств на строительство танков, самолетов, подводных лодок, артиллерийских орудий и другого вооружения в подарок фронту.

...Лишь в Пензенской области в сентябре 1942 г. для этой цели было собрано 14 млн. руб. Построенные на эти деньги восемь авиационных эскадрилий уже накануне 25-й годовщины Великого Октября были переданы воинам Сталинградского фронта»{14}.

На средства колхозников Туркменской ССР было построено 32 самолета Ил-2, которые в торжественной обстановке были переданы 672-му штурмовому авиаполку. По поручению колхозников грамоту о вручении самолетов подписали секретарь ЦК Компартии Туркменской ССР, председатель Совнаркома республики и представители общественности.

При получении самолетов в полках проходили митинги, на которых авиаторы брали обязательства крепче бить врага. Принимая самолет, построенный на средства колхозника Власенко из Саратовской области, летчик 288-й истребительной авиадивизии коммунист П. П. Каравай сказал: «Я заявляю со всей ответственностью, что это доверие оправдаю с честью. Буду на этом самолете беспощадно истреблять фашистских захватчиков, не жалея [21] ни сил, ни крови для полного разгрома и изгнания ненавистного врага с нашей земли». Летчик сдержал свое слово.

Между авиаторами, получившими именные самолеты, и трудящимися, на средства которых они были построены, устанавливались тесные связи.

Деньги на строительство самолетов вносили и авиаторы. В то время личный состав 17-й воздушной армии собрал 4 млн. рублей.

Перевес сил авиации фронта над противником достигался сосредоточением на главных направлениях совместных действий 17-й воздушной армии (которая пополнилась 3-м смешанным авиационным корпусом под командованием генерала В. И. Аладинского) и 2-й воздушной армии.

На подготовительный этап операции (3 - 15 декабря) 17-й воздушной армии ставились следующие задачи: вести разведку в интересах предстоящей операции; фотографировать оборонительную полосу противника на правом берегу Дона; вскрывать начало и направление подвоза его резервов к фронту; 221-й бомбардировочной дивизии вести борьбу с авиацией противника на аэродромах Тацинская, Миллерово, Глубокая; вскрывать перевозки войск по железной дороге Миллерово - Лихая - Морозовский; уничтожать отходящие войска перед фронтом 3-й гвардейской и 5-й танковой армий; 262-й ночной бомбардировочной дивизии активными действиями изнурять войска противника в полосе наступления 1-й и 3-й гвардейских армий и уничтожать самолеты противника на аэродромах Старобельск, Каменск, Чернышковский; не допускать подхода резервов противника к линии фронта.

С целью увеличения радиуса воздействия на противника и времени пребывания над полем боя авиация была приближена к линии фронта на 25 - 100 км и дислоцировалась на аэродромных узлах Избушкинский, Калач, Панфилово, Манойлин, Грибниковский. При ограниченном количестве батальонов аэродромного обслуживания сделать это было нелегко. Особенно большие затруднения создавались из-за недостатка средств связи. Поэтому соединения вынуждены были базироваться в районах, имеющих постоянные провода, зачастую в невыгодных условиях для ведения боевой работы. На ряде аэродромов [22] предусматривалось совместное базирование истребителей и штурмовиков, что облегчало организацию взаимодействия между ними.

К началу операции в районе командного пункта командующего Юго-Западным фронтом (г. Калач) был организован вспомогательный пункт управления командующего воздушной армией. Он имел проводную и радиосвязь со штабом армии и с 3-м авиакорпусом. На пункте управления находилась оперативная группа офицеров, в которую входили заместители начальника штаба и оперативного отдела, два офицера этого отдела, помощники начальника разведывательного отдела и начальника связи. Командиры авиационных корпусов и дивизий, имея прямую связь со своими частями и штабом армии, находились непосредственно на командных пунктах наземных войск, откуда осуществлялось руководство боевыми действиями полков. В стрелковые, танковые и механизированные корпуса, действующие на главном. направлении, были выделены офицеры авиационных штабов с радиостанциями. Такая организация управления позволяла в динамике боевых действий оперативно реагировать на все изменения в обстановке и направлять усилия авиации туда, где они были нужнее всего.

Воздушные разведчики успешно справлялись с поставленной перед ними задачей. Вот лишь одно из донесений:

30 ноября от Котельниково на Верхне-Кумский - сплошная колонна автомашин. На станции Котельниково 7 эшелонов с паровозами, станция забита вагонами. Заслуживает внимания выдвижение сплошной колонны от Котельниково на Верхне-Кумский и скопление танков и автомашин в районе Тормосин, Суворовский».

Воздушная разведка полностью вскрыла систему обороны врага и сфотографировала основную оборонительную полосу на правом берегу рек Дон и Чир.

С районом предстоящей наступательной операции ознакомились представители Ставки Верховного Главнокомандования генералы А. М. Василевский, А. А. Новиков и Н. Н. Воронов.

Командиру 734-го ночного бомбардировочного полка 262-й авиационной дивизии была поставлена задача доставить представителей Ставки и сопровождавших их офицеров в населенный пункт Бутурлиновка, где размещался штаб Воронежского фронта (командующий [23] Ф. И. Голиков). Перелет проходил в сложных погодных условиях. Но ни сильный туман, ни обледенение не помешали авиаторам успешно выполнить его. Летчики С. К. Ковязин, К. Я. Василевский, В. Д. Рыжков, В. К. Зайцев, П. А. Ганьшин, М. Р. Баграмов и А. П. Назаркин проявили при этом высокое летное мастерство и мужество.

Как и в период ноябрьского наступления, вся организаторская и партийно-политическая работа направлялась на то, чтобы обеспечить успешное выполнение боевых задач каждым полком и батальоном. Она опиралась на свежие факты и события, носила целеустремленный характер.

13 декабря политический отдел издал листовку с призывом: «Воин-богатырь! Разгром окруженных немецко-фашистских войск теперь, как никогда, зависит от твоего умения бить врага, от твоего мужества, отваги, дерзости, быстрее истребляй фашистское зверье! Помни, что твоя победа под Сталинградом означает начало катастрофы гитлеровской армии».

Командиры, политорганы, партийные и комсомольские организации мобилизовывали личный состав на самоотверженный труд по подготовке авиатехники, аэродромов, средств обеспечения к новому этапу боевых действий. В частях и соединениях проводились летно-тактические, огневые и технические конференции; обобщался и распространялся опыт воздушных снайперов, мастеров штурмовых и бомбовых ударов.

Большое внимание уделялось сплочению воинских коллективов, воспитанию авиаторов в духе войсковой дружбы и товарищества, взаимовыручки в бою. Многое делала для пропаганды боевого опыта, формирования у воинов высоких морально-боевых и политических качеств, воспитания жгучей ненависти к фашистским захватчикам, армейская газета «Защитник Отечества» (ответственный редактор подполковник Г. Г. Дворецкий). На своих страницах она ярко и убедительно рассказывала о подвигах авиаторов, призывала равняться на героев. Многие статьи, очерки, репортажи были посвящены мужественным защитникам Сталинграда. В одном из номеров газета призывала: «Бомбардировщики! Громите врага, как отважный капитан Смирнов. Чтобы резервам врага не пройти- разрушайте им все пути!» Газета широко освещала [24] боевую работу частей и подразделений, опыт работы партийных и комсомольских организаций, пропагандировала требования военной присяги, воинских уставов, законов летной службы. Газету ждали, читали, она была желанным другом и советчиком командиров и политработников, летчиков и техников - всех авиаторов.

На страницах газеты часто выступали не только ее сотрудники (Ю. Казьмин, А. Кацнельсон, М. Маляр, Н. Гаврилов, И. Крестовский), работники политотдела армии М. Кучмин и И. Колотилов, но и многие летчики, штурманы, стрелки-радисты, техники и мотористы, воины тыловых подразделений.

Коллектив редакции постоянно ощущал помощь командующего и политотдела армии.

Как в период Сталинградского сражения, так и в последующие годы войны газета поднимала боевой дух авиаторов, звала их на подвиги во имя Отчизны.

Боевая деятельность авиации на втором этапе контрнаступления началась 8 декабря 1942 г. На левом фланге фронта, в полосе 3-й гвардейской и 5-й танковой армий, гитлеровский воздушный флот подвергал сильному воздействию наши войска, производя ежедневно по 200 - 300 самолето-налетов. Взаимодействуя с 5-й танковой армией при выполнении ее частной операции, наши летчики произвели с 8 по 15 декабря 1151 самолето-вылет и нанесли противнику значительные потери.

16 декабря 1942 г. в 9 часов 30 минут войска Юго-Западного фронта перешли в наступление. Командующий фронтом решил ударами с северо-запада и с востока разгромить основные силы противника, на шестой день операции достичь рубежа Новая Калитва, Чертково, Тацинская, Тормосин и зайти во фланг наступавшей на север котельниковской группировке противника.

Из-за сложных метеорологических условий воздушная армия не смогла поддержать атаку. Сухопутные части встретили упорное сопротивление противника. Однако когда в середине дня погода улучшилась, авиация произвела более 200 самолето-вылетов на обеспечение наступления 1-й и 3-й гвардейских армий. Удары с воздуха наносились по узлам сопротивления в районах Филонова, Новой Калитвы, Боковской и по скоплению войск противника в районах Твердохлебовки, Богучара, Ивановки, по аэродромам Тацинская и Морозовский. [25]

Командир 221-й бомбардировочной авиационной дивизии полковник П. И. Мироненко получил приказ выделить штурмовики на прикрытие с воздуха 24-го танкового корпуса. Оно осуществлялось в три яруса. Когда появились фашистские бомбардировщики, «ильюшины» встретили их заградительным пушечным огнем. Стрельба велась одновременно всем звеном. Нервы у фашистских летчиков не выдерживали, и они сбрасывали бомбы, не доходя до цели.

Бомбардировочная дивизия нанесла также удар по Тацинскому и Морозовскому аэродромам, уничтожив до 15 самолетов Ю-88 и Ю-52.

Под прикрытием штурмовиков танковый корпус за пять дней совершил стремительный 240-километровый бросок. Танкисты заняли железнодорожную станцию Тацинская, уничтожили на аэродроме более 300 самолетов, 5 складов с боеприпасами, свыше 300 тонн бензина и масла{15}. Гитлеровское командование пыталось организовать оборону, но безуспешно.

Отважно сражались с врагом летчики-истребители 288-й авиационной дивизии. Их не смущало, когда иной раз численный перевес был на стороне противника.

Звено младшего лейтенанта В. Михеева в составе комсомольцев старших сержантов В. Кострова, В. Колева и В. Шумкова в районе Каменки встретило шесть Ю-88, которые сопровождали четыре Ме-109. Одна наша пара сковала боем истребители противника, а вторая атаковала бомбардировщики и два из них сбила. Когда повторная атака младшему лейтенанту Михееву не удалась, он смело пошел на таран. Ю-88 камнем падал на землю. Но и самолет командира звена стал неуправляем. Михеев выбросился с парашютом и благополучно приземлился неподалеку от вражеского экипажа. Он пленил гитлеровских летчиков и сдал их в штаб наземной части. За мужестве и отвагу, проявленные в этом бою, Михеев был награжден орденом Ленина, а Костров - орденом Красного Знамени.

В эти же дни группа в составе пяти истребителей вылетела на прикрытие штурмовиков. Вскоре советские летчики заметили два «мессершмитта». Развернув машину, старший сержант П. П. Каравай атаковал ведущего «мессера». [26] Тот задымил, перешел в пикирование и врезался в землю. Второй фашистский летчик поспешил убраться восвояси.

От боя к бою росло боевое мастерство молодого летчика. Увеличивался счет сбитых им самолетов. Грудь П. П. Каравая украсили три ордена: Красного Знамени, Красной Звезды и Отечественной войны II степени.

Однажды в пылу воздушной схватки Каравай увлекся и забыл, что ведет бой без прикрытия. На помощь ему поспешил летчик из другой группы, но не успел. Истребитель Каравая был подбит и загорелся. Пламя ударило в лицо, обожгло руки. С большим трудом летчик покинул неуправляемую машину. Колхозники подобрали обожженного летчика и доставили в госпиталь.

Поправившись, Павел Каравай вернулся в родной полк. Он участвовал в воздушных сражениях под Харьковом и Одессой; в боях за освобождение Болгарии, Румынии, Югославии, Венгрии и Австрии сбил лично 16 фашистских самолетов и 7 - в группе. За боевые подвиги коммунист П. П. Каравай удостоен высокого звания Героя Советского Союза.

Исключительным мужеством, мастерством и волей к победе отличался заместитель командира 866-го истребительного авиаполка по политической части майор И. Ф. Черный. Умелый организатор партийно-политической работы, страстный пропагандист, Илья Федорович был первоклассным воздушным бойцом. 23 декабря 1942 г. майор Черный во главе шестерки истребителей вылетел на прикрытие штурмовиков. Маршрут пролегал вдоль реки Хопер. Во время штурмовки вражеских войск недалеко от станции Чернышевская появилась группа фашистских бомбардировщиков. Майор Черный приказал паре лейтенанта А. Роева прикрывать штурмовики и сопровождать их на свой аэродром, а сам резким разворотом вывел группу «яков» в заднюю полусферу и с превышением над «юнкерсами». Стремительная атака звена краснозвездных «ястребков» застала гитлеровских летчиков врасплох. С короткой дистанции майор Черный и его ведомые зажгли три «юнкерса», и они один за одним упали на землю.

Несмотря на ожесточенное сопротивление врага, его основные оборонительные рубежи на направлении главных ударов наших войск были прорваны. С 18 по 27 декабря [27] 1942 г. подвижные соединения фронта преследовали противника.

Командование сухопутных войск высоко оценило боевые действия 17-й воздушной армии в этот период. В отзыве командующего 3-й гвардейской армией генерала Д. Д. Лелюшенко говорилось:

В течение 16 - 18 декабря 1942 г. авиаторы работали отлично, что подтверждается рядом фактов и отзывами: а) командир 1-го гвардейского механизированного корпуса пишет: «Отлично прикрывали исходные позиции, выход на них, ввод в прорыв и поле боя»; б) пленные показывали: «Огромный урон причинила авиация нашим войскам, в особенности в Боков-ской, не было из-за нее покоя»; в) в результате взаимодействия наземных войск с воздушными силами освобождены Астахов, Боковская, Вислогубов и др.»{16}.

В боях отличались целые части и соединения. Так, например, командир 23-го танкового корпуса Герой Советского Союза генерал-лейтенант танковых войск Е. Г. Пушкин телеграфировал:

Командующему ВВС Красной Армии генерал-лейтенанту Новикову. Копия: командующему 17 ВА генерал-лейтенанту Красовскому, командиру 1-го САК генерал-майору Шевченко. При прорыве в районе Шараповка 23-й танковый корпус во взаимодействии с 1-м САК с поставленной задачей справился отлично. Несмотря на превосходство сил противника, летчики 1-го САК сбили 16 вражеских самолетов, в том числе имеется таран».

Наступательный порыв был неудержим. Но и враг был еще сильным. Однако все его попытки восстановить положение на Среднем Дону силами подходящих резервов были сорваны.

Действия авиации затруднялись низкой облачностью и частыми туманами. Но несмотря на суровую зиму, метели, стесненные условия базирования, авиаторы успешно выполняли боевую задачу.

Лютая ненависть к врагу, огромное желание как можно скорее разгромить его вдохновляли личный состав армии на героические дела.

27 декабря в районе Морозовской летчики эскадрильи старшего лейтенанта Бардина в двадцатиминутном бою [28] с 18 «мессершмиттами» сбили 5 самолетов противника. Два наших воздушных бойца таранили гитлеровцев.

Много раз вылетал на боевые задания в те дни летчик гвардии сержант А. Усманов, прибывший из Энгельсского училища в 843-й штурмовой авиационный полк. С 8 по 25 декабря Усманов уничтожил 15 автомашин, 5 полевых орудий и 200 вражеских солдат.

Одним из лучших в армии по праву считался 5-й гвардейский истребительный авиаполк. Его командир Герой Советского Союза гвардии майор Василий Александрович Зайцев - коммунист с 1932 года, в прошлом рабочий Коломенского паровозостроительного завода, пришел в авиацию по путевке комсомола. В излучине Дона гвардейцы-истребители сбили 45 вражеских самолетов, 6 из них уничтожил лично командир полка.

Летчики хорошо знали своего командира. Зайцев до войны был инструктором в авиационном училище и дал путевку в небо многим молодым пилотам.

Весну 1943 г. гвардии подполковник В. А. Зайцев встретил под Купянском. А в августе на одном из фронтовых аэродромов командующий воздушной армией зачитал Указ Президиума Верховного Совета СССР о награждении Зайцева второй медалью Золотая Звезда. День Победы он встретил в поверженном Берлине. В городе Коломне установлен бронзовый бюст дважды Героя Советского Союза В. А. Зайцева.

Самоотверженно трудились боевые помощники летчиков - техники, механики и мотористы. Они ни на минуту не отходили от своих машин, своевременно вводили их в строй. При осмотре «яка» механик 774-го истребительного авиационного полка сержант П. Компанеец обнаружил неисправность: замерзли дренажные трубки. Попытки удалить ледяные пробки путем продувки системы воздухом не увенчались успехом. А самолет завтра должен уйти на задание. Как быть? Обмакнув ветошь в горячую воду, он приложил ее к трубкам, пытаясь отогреть их, но крепкий мороз и ветер тут же охлаждали мокрую тряпку. Пальцы онемели. Но комсомолец Компанеец знал, что завтра его истребитель должен громить врага. Механик слил бензин, снял дренажные трубки и отогрел их на огне. Вновь установил на самолет, заправил бензобаки, а под утро прогрел двигатель, укутал его, чтобы [29] не остыл. Точно в назначенное командиром время истребитель ушел на боевое задание.

А сколько их было, таких бессонных ночей! За год Компанеец обслужил более ста боевых вылетов, не получив ни одного замечания от летчиков. Медалью «За отвагу» был отмечен его героический труд.

Большую и ответственную работу в этот период проделали аэродромно-строительные части армии, следовавшие со вторыми эшелонами наступающих войск. Разведывательные команды этих частей изыскали 62 площадки, пригодные для строительства аэродромов, и обследовали 35 аэродромных участков. Для работы авиации было полностью подготовлено 20 аэродромов. Это дало возможность с 26 декабря приступить к перебазированию авиационных частей и соединений на новые аэродромные узлы, расположенные в непосредственной близости от наземных войск.

Там, где действовали наши бомбардировщики и штурмовики, пути отступления противника были завалены разбитыми орудиями, танками, автомашинами и другой боевой техникой врага. Летчики 17-й воздушной армии с 16 по 31 декабря произвели 3672 боевых самолето-вылета, из них 477 ночью. За декабрь было уничтожено и повреждено в воздухе и на аэродромах около 300 вражеских самолетов. Мужеством, героизмом, высоким боевым мастерством советских авиаторов восхищались наши славные пехотинцы и танкисты, артиллеристы и саперы.

С разгромом 8-й итальянской армии фронт обороны немецких войск на Среднем Дону развалился, а тормосинская группировка Манштейна, предназначенная для деблокирования войск Паулюса, прекратила свое существование. Войска Юго-Западного фронта вышли на рубеж Новая Калитва, Беловодск, Миллерово, Ильинка, где прочно закрепились. В итоге наступательной операции советские воины освободили 1246 населенных пунктов, разгромили 18 немецких, итальянских и румынских дивизий, захватили в качестве трофеев 360 самолетов{17}.

К началу января 1943 г. были созданы необходимые условия для окончательного разгрома немецко-фашистских войск, окруженных в районе Сталинграда. Советское командование, стремясь избежать напрасного кровопролития, [30] 8 января предъявило командованию противника ультиматум о прекращении сопротивления. Генерал-фельдмаршал Паулюс отклонил это предложение. 10 января начался третий этап контрнаступления советских войск - ликвидация окруженной в районе Сталинграда фашистской группировки.

В январе 1943 г. летчики 17-й воздушной армии провели ряд блестящих ударов с воздуха по железнодорожным станциям Россошь, Миллерово, Лихая, Чертково, аэродромам Старобельск и Гармашевка, срывая тем самым перевозки войск противника. Командование фронта объявило благодарность личному составу 3-го авиационного корпуса за успешное выполнение боевых заданий, а 154 человека были награждены орденами и медалями.

На командный пункт командующего 17-й воздушной армией поступило донесение из 3-го смешанного авиационного корпуса:

На аэродроме Старобельск 15 самолетами Пе-2 и 11 Як-1 произведен исключительно удачный удар по скоплению техники и личному составу противника. Особенно отличились при этом экипажи Пе-2: подполковник Быстров, майор Суханов, капитаны Абрашкин, Кузнецов, Тарасенко, старшие лейтенанты Щербина, Гусаров, Тихомиров, младшие лейтенанты Большаков, Ростовцев, старшины Фомин, Куликов, старший сержант Шаповалов; истребители: сержант Химушин, Литовченко.

24.00 15.1 1943 г. Аладинский».

На этом документе командующий написал:

Замечательно. Ждем почаще таких сводок»{18}.

В воздухе господствовала наша авиация. Метко вели огонь и славные артиллеристы-зенитчики. Многие самолеты противника не долетали до окруженной группировки и сбрасывали грузы в расположение наших войск. 30 января, к примеру, контейнер с орденами - Железными крестами, посланный Гитлером окруженным войскам, упал прямо... в лагерь сдавшихся в плен гитлеровцев.

2 февраля 1943 г. закончилась битва у Волги. Этот день знаменовал собой победный финал сталинградской эпопеи. Вместе с войсками и штабом был захвачен в плен командующий 6-й немецкой армией генерал-фельдмаршал Паулюс. [31]

Историческая победа под Сталинградом была достигнута в результате совместных действий всех родов войск, в том числе и авиации. Характерным для битвы на Волге явилось возрастание активности наших войск и авиации по мере изменения соотношения сил в нашу пользу. К концу оборонительного периода наша авиация вырвала инициативу у авиации противника.

В ходе наступления основные усилия фронтовой авиации были направлены на помощь сухопутным войскам, осуществлявшим прорыв тактической зоны обороны и создававшим внутренний фронт окружения. Истребители надежно прикрывали стрелковые и особенно подвижные соединения.

В дальнейшем советская авиация изолировала район окружения от авиации противника путем удержания господства в воздухе и организации воздушной блокады. Она также оказала помощь войскам в уничтожении окруженной группировки и в борьбе на внешнем фронте с крупными резервами противника, наносившими контрудары , с целью деблокирования своих окруженных войск.

В Сталинградской битве советская авиация получила значительный боевой опыт, что имело большое значение для дальнейшего развития оперативного искусства Военно-Воздушных Сил и тактики родов авиации.

Управление фронтовой авиацией в основном было централизованным и осуществлялось командующим воздушной армией через штаб с использованием вспомогательного пункта управления (ВПУ), расположенного в районе КП командующего фронтом. Командиры авиационных соединений руководили боевыми действиями частей, находясь непосредственно на командных пунктах наземных войск. Широкое развитие получило управление боевыми действиями истребителей над полем боя по радио с земли, с пунктов управления воздушным боем (ПУВБ). До появления радиолокационных средств эта система управления была основной при организации боевых действий истребителей.

Более совершенными стали планирование боевого использования воздушной армии и организация всех видов обеспечения боевых действий авиации. Широкое внедрение радиосредств повысило мобильность управления штабом воздушной армии подчиненными соединениями и частями. [32]

В ходе операции был Осуществлен один из основных принципов боевого применения авиации - массирование ее усилий на направлениях главных ударов сухопутных войск.

В начале контрнаступления, как и в обороне, основные усилия авиации фронтов были сосредоточены на выполнении боевых заданий в интересах сухопутных войск. По мере развития операции авиация стала наносить удары по войскам и боевой технике противника днем и ночью в тактической зоне обороны и частично в оперативной глубине. При этом применялись не только эшелонированные действия, но и сосредоточенные удары бомбардировщиков и штурмовиков по резервам и аэродромам противника.

В битве под Сталинградом неуклонно возрастала роль штурмовой авиации. Штурмовики впервые успешно применились ночью.

Очень эффективными были их удары по аэродромам противника. Оправдали себя и получили распространение действия штурмовиков с применением пикирования при атаке целей и боевого порядка «круг самолетов».

Полученный в операции опыт борьбы за господство в воздухе показал, что победа над авиацией противника может быть достигнута совместными усилиями всех видов и родов авиации, направленными на уничтожение самолетов противника в воздухе и на аэродромах. Основным способом борьбы за господство в воздухе было уничтожение самолетов врага в воздушных боях. Главную тяжесть борьбы с воздушным противником вынесла истребительная авиация.

Особенно активно вели истребители борьбу с авиацией противника во время прикрытия войск и объектов способом патрулирования группами по 4 - 8 самолетов с эшелонированием боевого порядка по высотам. В ходе контрнаступления стали применяться перехваты из положения «дежурство на аэродроме». В тактике истребителей появились такие активные способы боевых действий, как «охота» и блокирование аэродромов противника, особенно при осуществлении воздушной блокады.

Основой боевого порядка истребителей стала пара. Если прежде воздушные бои велись, как правило, применением горизонтального маневра, то начиная с ноября, после поступления на вооружение истребителей Ла-5, [33]

имевших усиленное вооружение, лучшие маневренные качества и скороподъемность, летчики стали решительно переходить к ведению воздушного боя с применением вертикального маневра, к более активным наступательным способам действий. Воздушные бои велись парами, иногда звеньями и группами в составе 6 - 8 самолетов. В операции была отработана организация сопровождения бомбардировщиков и штурмовиков истребителями с выделением группы непосредственного прикрытия и ударной группы, а иногда и группы расчистки воздушного пространства в районе предстоящих действий наших бомбардировщиков и штурмовиков.

Важные задачи по обеспечению успешных боевых действий советских сухопутных войск и авиации в битве на Волге имела воздушная разведка. Ее вели визуальным наблюдением и фотографированием специальные разведывательные авиационные части, а также все виды и рода авиации. В наиболее критические периоды боевых действий сухопутных войск воздушная разведка, несмотря на сложные метеорологические условия, являлась единственным средством в руках командования фронта для получения сведений о противнике и о своих наступающих войсках. На протяжении всей битвы она вскрывала аэродромную сеть противника и сосредоточение на ней боевой и транспортной авиации и тем самым способствовала успешной борьбе с авиацией противника, завоеванию господства в воздухе и содействовала осуществлению воздушной блокады.

В битве за Сталинград, - говорилось в сообщении Совинформбюро, - наши ВВС истребили большую часть летчиков лучших эскадр, а затем блестяще осуществили воздушную блокаду окруженных немецких войск»{19}.

В приказе от 2 февраля 1943 г. Верховный Главнокомандующий И. В. Сталин поздравил советских воинов с победой и объявил всем летчикам, бойцам, командирам и политработникам благодарность.

В ознаменование успешного завершения героической обороны Сталинграда Указом Президиума Верховного Совета СССР от 22 ноября 1942 г. была учреждена медаль «За оборону Сталинграда». Ею были награждены все [34] участники обороны, в том числе и личный состав 17-й воздушной армии.

Историческая победа под Сталинградом была обеспечена огромной организаторской деятельностью Коммунистической партии и Советского правительства.

Этой победой советские войска вырвали из рук врага стратегическую инициативу, и, как показали дальнейшие события, навсегда.

В своей речи на открытии мемориального комплекса в Волгограде Генеральный секретарь ЦК КПСС Л. И. Брежнев говорил:

После битвы на Волге война длилась еще более двух лет. Предстояло еще многое вынести и многое совершить. Но ход событий уже был определен»{20}.

Великая победа под Сталинградом положила начало коренному перелому в ходе Великой Отечественной войны. Она еще выше подняла боевой дух Советской Армии, еще больше укрепила уверенность советского народа в окончательной победе над врагом.

Значительный вклад в дело разгрома немецко-фашистских войск под Сталинградом внесла 17-я воздушная армия. Совместно с другими авиационными объединениями она надежно прикрывала контрнаступающие войска на главных направлениях. Командиры, летчики и штурманы получили опыт организации и ведения боевых действий при окружении и уничтожении крупной группировки противника. Участие авиаторов в сложнейших операциях во взаимодействии с войсками Юго-Западного фронта показало, что воздушная армия способна решать самые сложные боевые задачи. [35]

Дальше