ВОЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА --[ Военная история ]-- Коленковский А. К. Маневренный период первой мировой империалистической войны 1914 г.

Содержание
«Военная Литература»
Военная история

##

Часть четвертая.

Операции на прочих театрах войны

### Глава XIX.

Операции на Кавказско-турецком театре

####

Турецкие и русские силы на Кавказском фронте

Турецкая армия к большой войне в 1914 г. не была готова. Наиболее слабой стороной армии являлся командный состав и неорганизованный тыл.

Считалось, что Турция обладает людскими ресурсами, позволявшими ей выставить в военное время до миллиона бойцов, однако недостаток материальной части и командного состава снижал эту цифру почти наполовину.

С началом войны Турция развернула:

1, 2 и 5-ю армии — между Адрианополем, Константинополем, Дарданеллами и Смирной для защиты берегов Черного моря, Дарданельских проливов и Константинополя;

3-ю армию — в турецкой Армении для действий против России и Персии;

4-ю армию — на побережье Средиземного моря для защиты Палестины и Сирии;

6-ю армию — в Месопотамии с целью прикрытия путей из Персидского залива вдоль рек Тигра и Евфрата и, наконец,

Аравийскую армию по северному берегу Красного моря.

Во всех армиях было до 537 батальонов, из которых до 190 батальонов было в 3-й армии.

Несмотря на деятельное участие германской военной миссии в реорганизации вооруженных сил Турции, мобилизация 3-й армии в турецкой Армении была проведена с большими затруднениями, вследствие недостатков в артиллерийском, продовольственном и санитарном снабжении. С началом войны при господстве русского Черноморского флота базирование 3-й армии могло производиться только по сухопутным путям, протяжением до 600 км, на Кайсарие в Анатолии. 3-я армия состояла из 9-го (17, 28 и 29-я дивизии), 10-го (30, 31 и 32-я дивизии) и 11-го (18, 33 и 34-я дивизии) армейских корпусов, 2-й кавалерийской дивизии, 4 1/2 курдских конных дивизий и 2 пехотных дивизий, прибывших из Месопотамии. Каждая дивизия имела 3 пехотных полка, артиллерийский полк и саперную роту; пехотный полк имел 3 батальона и пулеметную роту; артиллерийский полк 2–3 полевых или горных дивизиона по [308] 2–3 четырехорудийные батареи. Курдские части в боевом отношении были слабо подготовлены. Связь, вследствие недостатков снабжения, в большинстве была только живая.

Командование 3-й армией располагало лишь картами в масштабе 1:210000, составленными при содействии германцев, с большими погрешностями, в то время как пограничный район был охвачен отличной русской картой 1:84 000, которой турки не имели.

Русская Кавказская армия к зиме 1914 г. насчитывала 153 батальона, 175 сотен и 350 орудий, из них на фронте находилось 114 батальонов, 127 сотен и 304 орудия; остальные части охраняли тыл, Черноморское побережье или заканчивали формирование. Армия состояла из 2 корпусов: 1-го Кавказского и 2-го Туркестанского, в состав которых входили 2 пехотные дивизии, 5 стрелковых и пластунских бригад, казачья дивизия и казачья бригада.

Войска русской Кавказской армии были обычной организации, не имели горных подразделений, за исключением приданных к пехотным дивизиям артиллерийских бригад в 6–8 батарей, часть которых были горные.

Обозы и тыл русских войск не были приспособлены для действия в горах. Средствами связи русские были снабжены по нормам, недостаточным для горной войны. Радиосвязь имелась лишь между крупными штабами. Служба связи была не налажена, что отразилось на управлении войсками.

Вследствие непланомерного хода первых боевых столкновений у русских наблюдалось чрезвычайное перемешивание войск, создание импровизированных отрядов со случайными начальниками. Это в сильной степени отразилось на дисциплине, моральном состоянии войск и на организации их тыла. Убыль в командном составе в столкновениях была велика. Старший и особенно высший начальствующий состав у русских и турок имел слабое представление о действиях войск в горах и притом зимой, особенно о действиях крупных войсковых соединений.

####

Результаты операций на Кавказском фронте к 9 декабря 1914 г.

Схема 81

29 октября 1914 г. германо-турецкий флот произвел набег на русские черноморские порты, а 31 октября Кавказская армия, после объявления Россией войны Турции, вторглась на широком фронте в ее пределы, имея против себя 3-ю турецкую армию. Русские, перейдя в наступление главными силами на карсском операционном направлении, углубились в пределы Турции в районе Кепри-кей, но контратаками 9-го и 11-го турецких корпусов были оттеснены к границе. В то же время турки подтянули к Эрзеруму из Анатолии 10-й корпус в качестве резерва, на случай отражения якобы намечавшегося десанта русских в районе Самсун.

В итоге неудачного наступления главные силы русских, так называемый Сарыкамышский отряд генерала Берхмана в составе [309] 1-го Кавказского и 2-го Туркестанского армейских корпусов занял к 9 декабря фронт Маслагат, Юзверан, Арди, предполагая расположиться на зимних квартирах. Неожиданный успех окрылил турецкое командование надеждами на возможность нанесения сокрушительного удара русским, которые располагались на зимовку в то время, как 3-я турецкая армия усилилась не участвовавшим в боях 10-м корпусом.

В это же время действовавший на ольтинском направлении русский отряд генерала Истомина вышел на рубеж Ардос и Ид, а на эриванском направлении 4-й Кавказский армейский корпус выдвинулся на широком фронте на горный рубеж южнее хребта Агри-Даг. На батумском направлении турки, несмотря на господство русского флота в Черном море, сумели скрытно произвести в половине ноября в районе Хопы высадку своих войск. Эти войска совместно с отрядом, вторгнувшимся по долине р. Чорох, отбросили русских в район Батума и к северу от Ольты, где 9-й стрелковый полк для обеспечения отряда Истомина с севера занял с. Олор. Наступление турецких частей в Батумской области сопровождалось восстанием аджарского населения против русских, почему для обеспечения Ольтинского отряда со стороны перевала Яланус-чам выдвинулся из Ардагаиа отряд генерала Геника.

В итоге первых столкновений в армиях противников была произведена смена ряда старших начальников, причем у турок вместо отставленного от командования Гассана-Иззета-паши в командование 3-й армией вступил военный министр Турции Энвер-паша, его ближайшими помощниками являлись немцы в лице начальника штаба генерала Бронсарт-фон-Шеллендорфа и начальника оперативного отдела майора Фельдмана.

####

Планы сторон

Энвер-паша задумал широкую наступательную операцию на Кавказском фронте зимой, с целью окружения главных сил русских на карсском направлении. Немцы наружно противились этому плану, но фактически вдохновляли турок, исходя из предположения вынудить Россию усилить свои войска на Кавказе за счет Восточно-европейского театра. При успехе германцам открывалась перспектива использования запасов стратегического сырья в Закавказье — нефти, марганца и др. Энвер-паша намечал при наступлении 3-й армии сковать с фронта Сарыкамышский отряд (Берхмана) 11-м корпусом и 2-й кавалерийской дивизией, поддержанной курдами, а 9-м и 10-м корпусами, выбив отряд Истомина из Ольты, глубоко обойти Сарыкамышский отряд с фланга и тыла. Обход намечалось произвести, направив корпуса только с вьючным обозом, а 9-й корпус лишь с горной артиллерией. Продовольствие для обходящих корпусов должно было доставляться местным мусульманским населением. Для обеспечения обходного крыла намечалось занять г. Ардаган, выдвинув к нему отряд немца майора Штанке из Батумской области.

При такой обстановке, по расчету Энвера-паши, русские будут отрезаны от крепости Карс и, имея в тылу 9-й и 10-й корпуса, [310] вынуждены будут пробиваться к г. Кагызман. Для обеспечения операции были высланы агенты для поднятия восстания среди мусульманского населения Батумской и Карсской областей. Энвер предвзято оценил слагавшуюся обстановку и не сумел учесть ее элементов, как-то: 1) состояние своих войск; 2) местность — сложный горный рельеф в условиях зимы; 3) время года и, наконец, 4) самое главное — сложнейшие вопросы тыла в слабо населенном горном районе.

В итоге план турок был оторван от действительности, так как отсутствовало обеспечение выполнения этой операции, сложной вообще, а в горах в зимней обстановке, при трудности связи, особенно.

Кроме того 3-я турецкая армия не была подготовлена материально, а в смысле управления отсутствовали расчеты для одновременного выхода ударных корпусов к Сарыкамышу. Обходный маневр был разработан по заведомо неверной топографической карте, без учета сложности рельефа и трудности его преодоления зимой вообще, в полосе действий 9-го корпуса в особенности. Наконец, главнейшим недостатком этого плана в горных условиях зимой являлось отсутствие каких-либо расчетов устройства тыла ударного крыла в надежде на «базу впереди».

План русского командования при создавшейся обстановке ставил конечной задачей для Кавказской армии: 1) сохранение коммуникаций — железной дороги Сарыкамыш — Карс — Тифлис; 2) г. Баку с его нефтью и 3) предотвращение появления турецким сил на территории Кавказа.

####

Сравнение сил сторон

Соотношение сил по операционным направлениям слагалось следующим образом:

Операционное направление | У русских | У турок
батальонов | сотен | орудий | батальонов | сотен | орудий
Батумское | 17 {26} | 1 | 20 | 9 и до 6000 четников | — | 8
Ольтинское | 8 3/4 | 7 | 24 | 57 | 6 | 72
Карсское | 53 3/4 | 36 | 148 | 30 | 16 и курды | 154
Эриванское | 10 1/2 | 41 | 58 | 14 | Курды | 16
Азербайджанское | 9 | 24 | 24 | 11 | Курды | 13
Армейский резерв | 12{27} | 12{28} | 24 | — | — | —
Ардаганский отряд | 3 | 6 | 6 | — | — | —
Итого | 114 | 123 | 304 | 121 | 22 и курды | 263 [311]

Из таблицы видно, что русские имели на карсском направлении значительное превосходство в пехоте; на ольтинском направлении турки сосредоточили пехоты в 6 раз и артиллерии в 3 раза больше, чем русские. Русские превосходили вообще турок в коннице, но в условиях многоснежной зимы действия ее были крайне стеснены. В общем же на карсском и ольтинском направлениях турки имели почти полуторное превосходство в пехоте и некоторое превосходство в артиллерии.

Войска в массе, особенно турки, были плохо снабжены теплой одеждой. Глубокий тыл у русских, имевших хорошо развитую дорожную сеть и железные дороги в прифронтовой полосе, был организован прочно, но войсковой тыл работал с перебоями. Санитарное обслуживание у русских было лучше, чем у турок.

####

Переход в наступление 3-й турецкой армии

Схема 81

К 7 декабря 3-я турецкая армия заняла исходное положение: 9-й корпус (передав всю полевую артиллерию 11-му корпусу) в районе Пертанус и Кош; 10-й корпус: 31-я пехотная дивизия переходила на дорогу, ведущую на Ид, а 30-я и 32-я пехотные дивизии сосредоточивались в районе Тортум. К северу от р. Аракса против Сарыкамышского отряда занял фронт 11-й корпус, а к югу от этой реки 2-я кавалерийская дивизия с курдами.

Сарыкамышский отряд, состоявший из 2-го Туркестанского и 1-го Кавказского корпусов, возглавлялся командиром 1-го Кавказского корпуса генералом Берхманом. Левее, у прохода Кара-Дербент, действовал особый отряд — 1 ¼ батальона, 8 орудий и 3 сотни, а правее — Ольтинский отряд под командой генерала Истомина. Оба последних отряда, так же как и 3-я Кавказская стрелковая бригада генерала Габаева, заканчивавшая формирование в крепости Карс, подчинялись Берхману. Последнему было известно, что против его главных сил развернулся 11-й корпус со 2-й кавалерийской дивизией. 9-й же корпус он ошибочно полагал оттянутым в резерв в район Гассан-кала, куда, по его расчетам, мог подойти и 10-й корпус. Таким образом, Берхман предвзято полагал, что турки, оставив против Сарыкамышского отряда заслон, остальные войска 3-й армии сосредоточили в резерве, где они могли быть также расположены на зимних квартирах.

Между тем с 6 декабря агентурная разведка и перебежчики указывали на возможность перехода турок в наступление 8 декабря в ольтинском направлении.

Турки назначили начало наступления на 9 декабря:

1) 9-й корпус наступал на Бардус двумя колоннами — правой, 29-я и 17-я пехотные дивизии, через Чатах, и левой, 28-я пехотная дивизия, через Шакярлы, с тем чтобы 9 декабря выйти на фронт Кизыл-килиса, Ид (искл.);

2) 10-й корпус двигался на Ольты двумя колоннами: правой, 31-я пехотная дивизия, по долине р. Ольты-чай, и левой, 30-я к 32-я пехотные дивизии, по долине р. Сиври-чай. [312]

В итоге против Истомина развертывался 10-й корпус, который с целью более глубокого охвата и окружения Ольтинского отряда, направил на с. Хас-кей отряд Фехти-бея (93-й пехотный полк с 2 горными орудиями). Истомин же предполагал, если турки действительно перейдут в наступление 8 декабря, отойти ночью правым своим крылом на укрепленный горный рубеж юго-западнее Ольты, оставив в районе Ид арьергард. Однако 10-й корпус в этот день ограничился лишь боевой разведкой, но отряд Фехти-бея вечером внезапно появился в тылу правого фланга русских и прервал связь с Ольты, что принудило Истомина немедленно начать отход. Таким образом, план турок окружить отряд Истомина был сорван Фехти-беем.

Вследствие незамеченного турками отхода Ольтинского отряда удар 10-м корпусом 9 декабря был произведен впустую. В тот же день перешел в наступление и 11-й корпус против правого фланга Сарыкамышского отряда, который, в свою очередь, ответил 10 декабря контрнаступлением в направлении Кепри-кей.

10-й корпус с утра 10 декабря повел наступление в районе к югу от Ольты. 32-я дивизия, заметив двигающуюся на север колонну по ущелью р. Ольты-чай и считая ее за русскую, открыла по ней артиллерийский огонь. Вскоре за этой колонной были замечены наступавшие как бы в обход правого фланга 32-й дивизии новые значительные части. Артиллерия 32-й дивизии немедленно открыла огонь и по этим частям, ответившим тем же. Стрелки, приближавшиеся по горно-лесистой местности в глубоком снегу, не доходя 600–700 м, внезапно прекратили огонь, так как оказалось, что части 31-й дивизии наступали против своих же. В бою участвовало 24 роты, потерявшие до 2 000 убитыми и ранеными. В итоге этого самоистребления, явившегося результатом отсутствия разведки, связи и управления, Ольтинский отряд, слабо преследуемый, благополучно отошел к вечеру 10 декабря на позицию у Соленопромысловая. Между тем Берхман, перейдя в наступление правым флангом Сарыкамышского отряда в направлении на Кепри-кей, ухудшил свое положение, так как в этом случае он подставлял еще больше свой тыл под удар обходящих турецких корпусов.

Противоречивые и тревожные сведения, получавшиеся с фронта, понудили кавказского наместника Воронцова-Дашкова приказать своему помощнику генералу Мышлаевскому вместе с начальником штаба и первым эшелоном штаба отправиться в Меджингерт, в штаб Сарыкамышского отряда Берхмана, несмотря на то, что штаб армии, находясь в Тифлисе, был связан с фронтом телефоном и радио. Эти лица прибыли в Меджингерт 11 декабря. Вскрыв недочеты в работе Берхмана и его штаба, Мышлаевский сам вступил в командование отрядом.

11 декабря Мышлаевский уже имел сведения о подходе к Бардус значительных сил турок и об отходе Ольтинского отряда от Соленопромысловая и Пеняк, что заставило его остановить наступление Сарыкамышского отряда и отвести его на тыловой рубеж. В этот день в Бардус сосредоточилась лишь 29-я дивизия 9-го турецкого корпуса, остальные части были еще в пути. Энвер, [313] прибывший в Бардус с 29-й дивизией, не знал вечером этого дня о положении 11-го и 10-го корпусов. Между тем последний, заняв 10 декабря Ольты, увлекся преследованием Ольтинского отряда вдоль шоссе на Ардаган и потерял 2 дня. 32-я дивизия свернула от Ольты на восток и с трудом добралась 11 декабря до Коп, потеряв 50% состава обмороженными и дезертировавшими.

Германцы предлагали Энверу выждать сосредоточения всех частей 9-го корпуса и выхода на линию Вартанут, Бек-кей 10-го корпуса. Однако Энвер решил 12 декабря наступать на Сарыкамыш с одной 29-й дивизией.

К вечеру 12 декабря наступавшая 29-я дивизия столкнулась с передовыми русскими частями, состоявшими из пограничников и двух эксплоатационных (рабочих) батальонов, выдвинутых на санях из Сарыкамыша. В результате боя русские в темноте искусно оторвались от турок. Промокшие в снегу турки заночевали у костров, у которых в ночь на 13 декабря оказалась масса замерзших. 10-й корпус, который по первоначальным расчетам должен был одновременно с 9-м корпусом выйти в район Сарыкамыша, имел 32-ю дивизию в районе Бардус, куда она случайно вышла к вечеру 12 декабря, вследствие заноса снегом пути от Коп на Вартанут, Остальные части 10-го корпуса, закончив преследование Ольтинского отряда, поспешно отошедшего на Мерденек, свернули 12 декабря на восток и достигли 30-й дивизией Арсеняк, а 31-й дивизией Косор.

В то же время отряд майора Штанке, в составе 7-го и 8-го пехотных полков из 1-го Константинопольского корпуса с двумя батареями, высадившийся у Хопы, подошел к Ардагану и. выбил отряд генерала Геника (3 батальона 3-й Кубанской пластунской бригады, ополченская дружина, 2 батареи и казачий полк), отошедший на восток по шоссе. Это принудило русских для прикрытия направления на Ахалцих выдвинуть из Тифлиса по железной дороге Сибирскую казачью бригаду генерала Калитина со 2-й Оренбургской казачьей батареей. Для содействия Ольтинскому отряду из Карса выдвигалась 3-я Кавказская стрелковая бригада генерала Габаева, взамен которой из Кутаисской губернии перевозился 263-й пехотный Гунибский полк, являвшийся последним армейским резервом русских.

Сопоставляя все поступавшие донесения в течение 12 декабря, Мышлаевский решил отвести главные силы Сарыкамышского отряда на рубеж восточнее Сарыкамыша, выставив заслон против наступавших турок. Однако этот маневр был невыполним, так как турки, занявшие район Бардус, были ближе к Сарыкамышу, чем Сарыкамышский отряд, а, кроме того, войска 2-го сводного корпуса ввязались в тяжелый бой с турками, обходившими его правый фланг. Вследствие этого Мышлаевский, отменив намеченный отход, принял решение оборонять Сарыкамыш (с его многочисленными складами). Гарнизон Сарыкамыша состоял всего из двух ополченских дружин и двух эксплоатационных батальонов; там же случайно находились: собранные для формирования 23-го Туркестанского полка взводы от каждого из Туркестанских полков, [314] 2 орудия, направлявшиеся в Тифлис для формирования новых батарей, 12 пулеметов, направляемых во 2-ю Кубанскую пластунскую бригаду, и 200 прапорщиков, ехавших на фронт.

12 декабря Мышлаевским было направлено в Сарыкамыш из состава Сарыкамышского отряда 20 батальонов, 6 сотен, 36 орудий, головная часть которых могла подойти только к исходу 13 декабря. До прибытия этих частей организация обороны города была возложена на начальника штаба 2-й Кубанской пластунской бригады, полковника генерального штаба Букретова, находившегося в Сарыкамыше проездом в свою часть. Букретов распределил прапорщиков по ополченским, запасным и другим частям, которые были вооружены имевшимися в складах винтовками.

С утра 13 декабря уже обессиленные 17-я и 29-я турецкие дивизии повели наступление на отряд Букретова, стремясь охватить его. Русские отошли из Верхнего Сарыкамыша к железнодорожной станции и к самому городу. К вечеру 13 декабря в Сарыкамыш прибыли 6 сотен 1-го Запорожского казачьего полка с 4 орудиями, 1 батальон 80-го Кабардинского пехотного полка, переброшенного на подводах, конная батарея и запасные части, подвезенные из Карса по железной дороге. В итоге у русских к вечеру 13 декабря собралось до 7 3/4 батальонов, 7 1/2 сотен и 6 орудий против 24 турецких, сильно ослабленных и поддержанных малым количеством горных орудий. При наступлении 13 декабря турки не сделали серьезных попыток прекратить подход к русским подкреплений по шоссе из Караургана в Сарыкамыш и не разрушили телеграфа на этом шоссе.

30-я и 31-я дивизии 10-го корпуса, запоздав с выходом в район Сарыкамыша, 13 декабря почти без отдыха после предшествовавшего тяжелого перехода, плохо одетые и голодные, попали на склонах массива Алла-Икпар в буран, от которого на дорогах осталось до 10000 обмороженных солдат. Поздно вечером остатки (до 3 200 чел.) этих двух дивизий подтянулись — 30-й в с. Бек-кей, а 31-й в с. Баш-кей. Лишь 14 декабря, т. е. с опозданием на двое суток, обе дивизии подошли к району Сарыкамыша.

В ночь на 14 декабря был взят в плен раненый начальник штаба 29-й турецкой пехотной дивизии, у него был захвачен приказ, раскрывавший план операции. Вследствие этого утром 14 декабря было собрано для обсуждения создавшегося положения совещание, на котором Мышлаевский обещал в течение 15 декабря разбить турок у Сарыкамыша, а 16-го начать отход на Карс. Особенно беспокоило Мышлаевского положение Ольтинского отряда Истомина. Но скоро, однако, оно улучшилось — с прибытием 14 декабря трех стрелковых полков бригады Габаева. 15–16 декабря Габаев разбил турок у Мерденек, но в виду событий на Сарыкамышском фронте получил приказ оставить один полк с батареей и возвратиться с бригадой в Карс, что и было выполнено к исходу 18 декабря.

15 декабря Мышлаевский, придя к заключению о безвыходности положения Сарыкамышской группы войск, сдал командование войсками Берхману, а сам уехал в Тифлис. [315]

####

Сражение у сарыкамыша 14–23 декабря 1914 г.

Между тем русские к исходу 14 декабря уже располагали в районе Сарыкамыша силами в 17 1/2 батальонов, 7 сотен, 22 орудия и 38 станковых пулеметов против 45 батальонов турок, совершенно расстроенных и обессиленных. В этот день русские пресекли попытки турок перехватить шоссе Сарыкамыш, Караурган, а также отбили совместную атаку 9-го и 10-го корпусов. С 15 декабря русские, действуя против правого крыла турок, сбили с хребта Чамурлы-даг 28-ю дивизию и начали медленное наступление на Бардусский перевал.

Вялые действия 11-го турецкого корпуса позволили Берхману 16 декабря вновь снять с левого фланга Сарыкамышского отряда части войск, из которых был образован отряд генерала Баратова, в составе 5 батальонов пластунов, 14 сотен казаков с батареей, для противодействия обходу 10-го турецкого корпуса севернее Сарыкамыша.

С 16 декабря командование войсками, оборонявшими Сарыкамыш, объединил генерал Пржевальский. Русские отбросили в этот день турок к северу от железной дороги при их попытке охватить правый фланг русских; тоже оказалась неудачной и последовавшая вслед за тем ночная атака турок.

В общем итоге русские к исходу 16 декабря имели в районе Сарыкамыша 22 ¼ батальона, 8 сотен, 40 орудий и 78 станковых пулеметов. Турецкие войска были сильно ослаблены; общая численность 9-го корпуса дошла до 1 000 чел. при 16 станковых пулеметах и 20 горных орудиях, годных для стрельбы. 10-й корпус имел 1 800 чел. и 24 орудия.

18 декабря 18-й Туркестанский стрелковый полк, наступавший против правого фланга турок, овладел Яйла-Бардус, вследствие этого кратчайший путь сообщения 9-го турецкого корпуса оказался перехваченным русскими. Это обстоятельство побудило Энвера-пашу отправиться в 11-й корпус, сковывавший Сарыкамышскии отряд. С 18 декабря 9-й и 10-й турецкие корпуса перешли к обороне; 20 декабря русские овладели Бардусским перевалом в тылу правого фланга 9-го корпуса, который мог теперь сообщаться с тылом лишь через расположение 10-го корпуса.

Габаев, возвратившийся 18 декабря вечером с бригадой в Карс, получил приказание выдвинуться двумя полками, батареей и сотней 20 декабря в район Ново-Селим. Там он должен был подчинить ранее высланный из Карса отряд Воронова (3 батальона 263-го пехотного Гунибского полка, с батареей, полусотней и двумя ротами ополченцев) и наступать на перевал Эшак-Мейдан и выйти в тыл 10-го корпуса. С подходом 20 декабря в Ново-Селим отряда Баратова последний взял под свою команду группу Габаева. Соединенному отряду было приказано атаковать 10-й корпус на Дивик, Чатах, т. е. прямо с фронта.

В эти дни на фронте главных сил Сарыкамышского отряда, отошедшего на укрепленные тыловые рубежи, все атаки 11-го корпуса, стремившегося прорвать фронт русских и помочь 9-му корпусу, [316] были отбиты. С подходом отрядов Баратова и Габаева опасность захвата Сарыкамыша совершенно миновала, и сообщение между ним и Карсом было восстановлено. 22 декабря части, оборонявшие под командой Пржевальского Сарыкамыш, продолжая наступление против 9-го турецкого корпуса, окончательно окружили его. Остатки корпуса во главе с командиром корпуса, его штабом, командирами 17, 28 и 29-й дивизий были взяты в плен. Русским досталась также вся материальная часть этого корпуса. 10-й корпус в течение 22 и 23 декабря, использовав ошибку русских, которые атаковали лишь с фронта, искусно оторвался от частей Баратова и начал отступать на Косор и Бардус, где в качестве армейского резерва все время оставалась 32-я дивизия.

####

Поражение и преследование турок

Русские сумели организовать преследование 30-й и 31-й дивизий турок лишь 25 декабря, т. е. с потерей двух дней. Для этой цели они направили отряд полковника Воронова (2 батальона и 1 сотня) и конницу Фисенко (14 сотен) на Косор, остальные же силы отряда Баратова, действовавшие на фронте Ольты, Сарыкамыш, были повернуты на Чермук для отражения угрозы турок из района Бардус. Эта активность турок объясняется тем, что Энвер, прибывший 23 декабря на фронт 11-го корпуса, решил для оказания помощи отступавшим частям 10-го корпуса перейти в наступление 11-м корпусом на фронте гора Геля, Ени-кей, а 32-й дивизией из района Бардус.

На правом русском фланге сосредоточившаяся восточнее Ардагана Сибирская казачья бригада Калитина вместе с отступившим отрядом Генике воспользовалась пассивностью майора Штанке, занявшего Ардаган, и выбила 21 декабря турок из города, захватив до 900 чел. пленных. Для преследования турок выступили только по приказу штаба армии 23 декабря (т. е. с потерей двух суток): Калитин за частями 10-го корпуса на Ольты, а Генике — за отрядом Штанке на Ардануч.

Между тем группа войск Баратова, 8 батальонов и 28 орудий, предназначенная для удара по левому крылу 11-го корпуса, усиленному 32-й пехотной дивизией, сосредоточившись 26 декабря в районе Чермук, повела наступление в глубоком снегу тремя колоннами на фронте с. Ню-сунг, Яйла-Бардус. В ночь на 29 декабря левофланговая колонна Габаева овладела Бардус, где было захвачено в плен до 2 000 чел.

Поворот Габаева по собственной инициативе из Бардус ускорил разрешение кризиса на правом фланге Сарыкамышской группы русских, преследовавшей затем турок в направлении Чатах.

Что касается Ардаганского отряда Калитина, то он, достигнув 26 декабря Косор и присоединив к себе части, высланные Баратовым для преследования 30-й турецкой дивизии, лишь 27 декабря вошел в соприкосновение с арьергардом турок севернее Ольты. Сковывая противника пехотой с фронта, а конницей обходя с флангов, отряд Калитина последовательно сбил турок с ряда позиций и к 4 января 1915 г. вышел на фронт Шакярлы, Лавсор. [317]

Против 11-го турецкого корпуса 1 января 1915 г. перешел в наступление Сарыкамышский отряд на всем фронте. Несмотря на сильную метель и мороз и упорное сопротивление турок, русские, пробиваясь в снегах со скоростью 2–3 км в сутки, 2 января сбили турок с их позиции и, преследуя отходивших, 6 января вышли вновь на фронт гора Кабах-тапа, Тоды, где и были приостановлены русским командованием. Турки к этому времени отошли на свои исходные позиции.

Энвер-паша 25 декабря прибыл в Эрзерум и затем отправился в Константинополь, скрыв от народа поражение 3-й армии, начавшей наступление в числе 90 000 чел., из которых в конце операции удалось собрать лишь до 24 000 чел., считая в том числе 50% дезертиров.

Потери русских за всю операцию исчислялись более 20 000 убитыми, ранеными и больными и свыше 6 000 обмороженными.

####

Заключение об операции

Как указывает турецкая военная критика, данная операция была проведена турками беспорядочно. Их войска не обладали ни боевой подготовкой, ни организованным тылом, что позволило бы им провести маневр такого большого размаха. Горный район операции в зимних условиях оказался на некоторых направлениях непроходимым, что не было учтено при подготовке операции.

Операция подчеркивает роль в горной войне смелого, инициативного и не теряющегося в сложной обстановке командира. В этом отношении роль Мышлаевского и Энвера-паши, бросивших свои войска, должна быть отмечена как отрицательная. Растерявшееся русское командование готово было начать отступление в крепость Карс при угрозе полного разгрома армии. Поражение было предотвращено настойчивостью частных начальников, большой выносливостью войск, истощением турок и отсутствием взаимодействия их корпусов, разновременно выходивших в район Сарыкамыша.

Также было неудовлетворительно управление и со стороны турецкого командования 3-й армии, во главе которой находились Энвер и командиры корпусов — ученики германской школы и германские инструкторы. Условия горного боя требуют, как отмечал Ф. Энгельс, не только в высшей степени дисциплинированных и подвижных войск, но и высококвалифицированных командиров, способных руководить самостоятельно боем, который в горной обстановке распадается на ряд очагов. Подтверждается и другое указание Ф. Энгельса о том, что в горных условиях оборона должна быть исключительно активной, действуя всюду, где представляется случай, наступательно.

Состояние слабо развитой дорожной сети в горах требует тщательной подготовки операции с производством самых точных расчетов.

План турок по обходу русских в идейном отношении заслуживает одобрения. Распределение войск — 70% сил армии в ударной [318] группе и 30% в сковывающей — соответствовало обстановке Однако данный план при проведении его в жизнь превратился в авантюру.

Пассивность 11-го корпуса позволяла русским снимать с фронта войска и перебрасывать для контрманевра в район Сарыкамыша.

В обеспечении операции 9-го и 10-го корпусов 32-я дивизия сыграла роль армейского резерва, наличие которого в горной обстановке обязательно. Пленение 9-го корпуса произошло вследствие того, что командование его не учло в горах путей отхода через район 10-го корпуса и вообще было слабо ориентировано в обстановке.

Операция подтвердила способность продолжительного сопротивления в горах сравнительно небольших частей крупным силам и необычайную силу, приобретаемую в горах ничтожным отрядом прикрытым с фронта крутым скатом, а с флангов ущельями.

Сарыкамышская операция имела важное значение не только для Кавказской армии, восстановившей свое первоначальное положение, но и для Англии, так как успех русских потребовал усиления турецких войск на Армянском театре, что облегчило действия англичан в Ираке и оборону Суэцкого канала. [319]

Дальше