ВОЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА --[ Военная история ]-- Коленковский А. К. Маневренный период первой мировой империалистической войны 1914 г.

Содержание
«Военная Литература»
Военная история

##

Часть третья. Операции на Восточно-европейском театре войны

### Глава XI.

Наступление 1-й русской армии в Восточную Пруссию со стороны р. Немана

####

Исходное положение

Схема 55

К 16 августа 1-я русская армия Ренненкампфа, совершив переход от Среднего Немана, собралась: конная группа Хана Нахичеванского в районе Шиленен{23}, 1-я отдельная кавалерийская бригада на дороге из Средники в Шаки, 20-й армейский корпус в районе Жальведеры, Андрикайме, с авангардами у Владиславова и Слабины, 3-й армейский корпус восточнее Вержболово, Шаки, Кунигишки, с авангардами у Вержболово и Карклупяны, 4-й армейский корпус: 40-я пехотная дивизия — Повиштайце, с авангардом у Виштынец, и 30-я дивизия — у Пржеросль. На крайнем левом фланге 1-я кавалерийская дивизия собралась в Мерунскене, с 5-й стрелковой бригадой в Емелисте. Штаб армии остался в Вильне.

К этому же времени 8-я германская армия Притвица развернулась в следующей группировке: 1-й армейский корпус растянулся от Маргграбово до Пилькалена, 1-й резервный корпус находился в районе Ангербурга, 17-й армейский корпус головными частями прибыл в район Даркемена, 3-я резервная дивизия с 6-й ландверной бригадой и одним крепостным полком находились в районе Мазурских озер у Летцена. На левом фланге армии в районе Пилькалена обосновалась 1-я кавалерийская дивизия, ведя разведки в восточном и северо-восточном направлениях, еще севернее, в районе Тильзита на Немане, была расположена 2-я ландверная бригада, и, наконец, в Кенигсберге находился подвижной резерв крепости — дивизия Бродрюка.

Усиленный 20-й корпус прикрывал южную границу Восточной Пруссии против собиравшейся на р. Нарев 2-й русской армии генерала Самсонова.

####

Соотношение сил

Соотношение сил 1-й русской и 8-й германской армий видно из приведенной таблицы. [176]

| Батальонов | Батарей | Всего орудий
легких пушечных | легких гаубичных | тяжелых гаубичных
1-я русская армия | 98 | 49 | 6 | 0 | 392
8-я германская армия | 103 | 70 | 8 | 14 | 526

Кроме того, русская армия имела 124 эскадрона против 57 германских эскадронов.

Таким образом, из таблицы видно общее превосходство германской 8-й армии, особенно в артиллерии, и превосходство 1-й русской армии в кавалерии.

Торопливое развертывание русской армии, связанное с зависимым положением царского правительства от своих западных союзников в смысле выполнения обязательств перед Францией о переходе в наступление после 14-го дня мобилизации, привело к тому, что русская армия принуждена была начать операции, не закончив полного развертывания своих сил и в особенности тылов. Германская армия находилась в исключительно выгодных условиях как в смысле законченности мобилизации, так и в смысле подготовки театра к военным операциям.

####

Район операции

Западной границей района операции служит Висла с рядом крепостей и укреплений на всем ее течении в пределах Восточной Пруссии, с севера район ограничивается Балтийским морем, с востока — Неманом и с юга — системой рек Бобра, Буга и Буго-Нарева. Центральная часть района представляет собой холмистую поверхность, покрытую лесами и озерными группами, составляющими во многих случаях тактически удобные для обороны рубежи. Южная часть района включает пространство с рядом крупных озер и лесных массивов и болот, дающих оперативные выгоды той стороне, которая раньше овладеет ими. Особенно важное оперативное значение имела Мазурская линия озер, образующая ряд узких дефиле, укрепленных германцами. Из укрепления Мазурской озерной группы большое значение имел форт Бойен (у Летцена), находящийся в центре группы и запиравший наиболее удобный проход через нее. Мазурская озерная группа при наступлении русских с востока разделяла их силы, заставляя обходить озера с севера и юга одновременно или направлять удар севернее или южнее озер. Одновременно с этим эта же озерная группа могла прикрыть сосредоточение германских сил к западу от нее.

####

План действий 8-й германской армии

Схема 55

Директива 8-й германской армии для действий в Восточной Пруссии ставила германскому командованию следующие задачи: 1) активно оборонять Восточную Пруссию до переброски сил с Западно-европейского театра, которая должна была начаться после 42-го дня мобилизации; 2) содействовать австрийскому наступлению [177] между реками Западным Бугом и Вислой и 3) удерживать за собой Нижнюю Вислу в пределах Восточной Пруссии как исходный рубеж для будущих операций. Конкретных указаний или плана действий дано не было. Таким образом, командованию 8-й германской армии предстояло решать вопросы обороны Восточной Пруссии по собственному усмотрению, в зависимости от складывающейся обстановки, помня, что чем больше будет привлечено сюда русских сил, тем больше будет оказано содействия Австро-Венгрии.

Результаты разведки в первый период войны создали у германского командования представление о том, что со стороны Немана русские главные силы будут наступать южнее Роминтенской пущи. Вследствие такого предположения германское командование развертывало свою армию с целью обойти правый фланг русских, которые, как им уже было известно, придвинулись к границе.

####

План русского командования

Схема 55

Директива Северо-западного фронта ставила русским армиям в Восточной Пруссии задачу поражения германских войск, оставленных германским командованием на востоке, и овладения Восточной Пруссией с целью развития дальнейших операций для вторжения в глубь Германии.

13 августа задача армиям фронта была уточнена особыми указаниями — разбить противника и отрезать его от Кенигсберга и от Вислы. Для выполнения этой директивы 1-й армии предстояло: перейдя государственную границу 17 августа и оставив заслон в сторону Летцена, наступать на фронт Инстербург, Ангербург в обход линии Мазурских озер с севера для охвата левого фланга противника, а 2-й армии, перейдя границу 19 августа, наступать с линии Августов, Граево, Мышинец, Хоржеле и направить главный удар на фронт Рудшаны, Пассенгейм, т. е. обойти Мазурские озера с запада для удара во фланг и тыл германцам, расположенным за озерами. Разграничительной линией между армиями назначалась линия Липовка, Поломен, Летцен (все для 2-й армии).

Пока 1-я армия торопливо собиралась, штаб 1-й армии 15 августа отдал свои распоряжения о выходе армии на границу и занятии там положения, о котором уже указано в начале главы.

Эти распоряжения состояли из двух директив, из которых первая носила характер предварительного распоряжения, за подписью только начальника штаба армии, и содержала следующее:

Главнокомандующий приказал:

1. 1-й армии перейти границу 4 августа{24} и с линии Владиславов, Сувалки наступать на фронт Инстербург, Ангербург и в обход линии Мазурских озер с севера.

2. 2-й армии перейти границу и с линии Августов, Граево, Мышинец, Хоржеле наступать на фронт Летцен, Рудшаны, Ортельсбург и далее на север. [178]

3. Задача 1-й армий — возможно глубже охватить левый фланг неприятеля на р. Ангерап, где предполагаются его главные силы, имея целью отрезать их от Кенигсберга.

4. Правофланговый корпус 2-й армии наступает от Августова на Лык, Арис, Летцен, причем этот корпус перейдет границу 6 августа.

5. Коннице 1-й армии перейти границу 3 августа, оттеснив передовые части неприятеля. Во исполнение изложенных указаний, обеим группам армейской конницы выступить по направлениям: а) правой груше (Хан Нахичеванский) — на Инстербург в обход Сталюпенена и Гумбинена с севера; б) левой группе (Гурко) — обеспечить левый фланг армии со стороны Летцена; в) 1-й отдельной кавалерийской бригаде (Орановский), обеспечивая правый фланг армии, 4 августа занять Шиленен. При этом коннице ставилась задачи по возможности скрыть направление движения корпусов и помешать угону подвижного состава на железных дорогах.

6. Корпусам армии на 4 августа была поставлена задача овладеть линией Вилюнен, Сталюпенен, Герминкемен, Дубенинкен, Ковален.

Повидимому, эта «директива» была отдана в отсутствие из штаба самого Ренненкампфа, так как в тот же день им был отдан приказ № 2, который приводится текстуально, чтобы показать образчик приказов того времени.

> ПРИКАЗ 1-й АРМИИ

> № 2

> (Германская карта 1:100 000)

> Штаб армии г. Вильна

> 15/2 августа 1914 г.

> 1. Имеющиеся сведения указывают, что на фронте Пилькален, Пилюпенен развертываются части обеих дивизий 1-го германского корпуса;

> имея на своем левом фланге у Пилькалена 1-ю кавалерийскую дивизию (6 полков); на остальном фронте без перемен.

> 2. Армии согласно моей директивы № 1 перейти 4 августа границу Германии и занять в этот день главными силами корпусов линию Вилюнен — Сталупенен — Герминкемен — Дубенинкен — Ковален.

> 3. Конница:

> а) Генералу Орановскому, обеспечивая правый фланг армии, разведать на фронте Тильзит-Краупишкея и занять к вечеру 4 августа Шилёнен.

> б) Генералу Хану-Нахичеванскому и генералу Гурко действовать согласно моей директивы № 1.

> 4. Районы наступления, реквизиций и действий корпусов ограничиваются:

> XX корпуса: с севера — Ширвинты, Вилюнен, Пилькален, Кусен; с юга Эйдкунен, Сталупенен, Гумбинен исключительно.

> III корпуса: с севера — южная граница XX корпуса включительно; с юга Копсодзе, Энцунен, Вальтеркемен включительно.

> IV корпуса: с севера — южная граница III корпуса исключительно; с юга Пржеросль, Гольдап, Даркемен включительно. [179]

> 5. 5-ю стрелковую бригаду подчиняю ген. Гурко для выполнения возложенной на него директивой № 1 задачи.

> 6. Штабам корпусов иметь ночлег на 5 августу: XX — Владиславов, III — Эйдкунен, IV — Пржеросль.

> 7. Донесения присылать: до 3 часов дня 4 августа в г. Вильну, после 3 часов дня — ст. Вержболово (Кибарты).

> 8. Связь — государственный телеграф; IV корпусу соединиться телеграфом с Шиплишки.

> 9. Заместители: генерал-лейтенант Милеант, генерал от инфантерии Смирнов.

> Командующий армией генерал-адъютант генерал от кавалерии Ренненкампф

> Начальник штаба армии генерал-лейтенант Милеант

Русское командование не учитывало того, что при мобилизационной спешке войска не были втянуты в полевую работу и нуждались в отдыхе, организации тыла, установлении связи. Все это было принесено в жертву известным уже обязательствам. Ренненкампф и его начальник штаба имели сведения о противнике только «контурного порядка». Приказы, определившие задачи корпусов армии, были расплывчаты: 1-я русская армия была двинута в пределы Восточной Пруссии вслепую. Такую элементарную нераспорядительность Ренненкампфа и Милеанта можно объяснить отсутствием ясного представления о вождении армии на войне.

Нужно отметить также, что в этом приказе и директиве течение р. Ангерап от Даркемена до Ангербурга, т. е. пространство перед фронтом армии, осталось без наблюдения и разведки, что представление о группировке 1-го германского корпуса было неправильное и, наконец, что Ренненкампф не забыл уже подумать о реквизициях, так как подвоз в армейском тылу вследствие торопливости с наступлением еще не был организован.

Из взаимного расположения сторон к вечеру 16 августа и задач, поставленных 1-й русской армии, было ясно, что уже на другой день, 17-го числа, произойдет столкновение между частями 1-й русской армии, наступающими в пределы Восточной Пруссии, и дивизиями 1-го германского корпуса, расположенными на фронте Гольдап, Сталюпенен.

Это обстоятельство, казалось бы, должно было вызвать у командующего 1-й русской армией Ренненкампфа необходимость быть поближе к своим корпусам, однако ни у самого Ренненкампфа ни у его штаба возможность близкого столкновения с противником никакого чувства ответственности не вызывает. Штаб армии во главе с командующим продолжает до 15 час. 17 августа пребывать в Вильне, оставляя корпуса армии в случае столкновения с противником без руководства. [180]

####

Вступление 1-й армии в пределы Восточной Пруссии

Выступив с утра 17 августа в пределах разграничительных линий, русские корпуса двигались совершенно самостоятельно, как бы в условиях мирного времени, и перешли границу разновременно между 8 час. (3-й корпус) и 14 час. (4-й корпус), причем 3-й корпус вообще перешел границу раньше других на 6 час. Из этого видно, что движение корпусов штаб армии не уравнивал, так как точно не знал, где были немцы. Все движение русских было огульным вследствие отсутствия организованной разведки перед фронтом армии.

####

Бой 17 августа у Сталюпенена

Схема 56

Сбив германские сторожевые посты, расположенные на линии Велиотен, Плятен, 27-я пехотная дивизия 3-го корпуса в полдень успешно атаковала части 1-го германского корпуса, закрепившиеся на фронте Кальвейтшен, Допенен, и к 15 час. отбросила их на линию Геритен, Иогельн. В то же время наступавшая севернее на Сталюпенен 25-я пехотная дивизия, захватив 6 германских орудий, оттеснила левофланговые части 1-й германской дивизии почти к самому Сталюпенену. С целью окончательного поражения немцев в охват правого их фланга был направлен 105-й пехотный полк (27-й дивизии), который, энергично наступая, не принял нужных мер для охраны своего открытого левого фланга. Положение германцев было крайне тяжелое, но германскую дивизию спасло выдвижение из района Мелькемен частей 2-й их дивизии, направленных в тыл 105-му полку, по инициативе командира 2-й германской дивизии.

Преступная нераспорядительность и непредусмотрительность привели к тому, что 105-й полк, неожиданно попав под артиллерийский огонь с тыла, отхлынул назад, открыв фланг всей 27-й дивизии, в силу чего последняя также была принуждена к отходу, понеся тяжелые потери от артиллерийского огня. Потери дивизии в этом первом для нее бою достигли более 6500 чел., а командир 105-го полка смертью заплатил за свою нераспорядительность.

В этом бою следует отметить отсутствие взаимодействия 27-й дивизии с 25-й, которая дралась севернее совершенно изолированно, без связи со своим соседом своего же корпуса. Вообще этот бой показал неумение управлять со стороны командиров дивизий и командира корпуса. Огромные потери (50%), понесенные 27-й пехотной дивизией, при полном сохранении артиллерии, которая частично из боя была вывезена на руках, показали стойкость русского солдата уже в первом, так плохо руководимом бою у Сталюпенена.

Так же плохо была организована связь и с соседом слева, с 40-й дивизией (4-го корпуса), которая наступала уступом назад, если не считать 15 казаков, болтавшихся в промежутке между 27-й и 40-й дивизиями. [181]

Такая изолированность и беззаботность штаба 40-й дивизии и позволила германцам нанести удар по 105-му полку со стороны Мелькемена.

Охрана при наступлении флангов и самая надежнейшая связь с соседом должны осуществляться всеми доступными мерами и всеми средствами, какими только можно располагать, не допуская при этом никаких оперативных или тактических предположений или вероятностей о близости соседа. Именно несоблюдение таких элементарных требований военного дела и превратило успех 27-й дивизии в поражение.

В то время, когда происходили описанные события в районе Сталюпенена, конный отряд Хана Нахичеванского, получив сведения, что германская конница ночевала в районе Пилькалена, двинулся против нее и атаковал ее на линии Ушбален, Иогшен. После нерешительного боя, вызвавшего относительно огромный расход боеприпасов, германская кавалерия отошла на Катенау, а отряд Хана Нахичеванского заночевал в районе Пилькалена. О бое под Сталгопененом в конном отряде ничего не было известно, так как с фланговой 28-й дивизией (20-го корпуса) у конницы связи, как и везде, не было.

Южнее, на левом фланге, конница Гурко наступала совместно с 5-й стрелковой бригадой, направляясь в общем направлении на Ковален, у которого немцы были сбиты и отошли на запад и северо-запад. Гурко занял Ковален и Бабкен, прикрыв этим левый фланг армии.

Бой 17 августа под Сталюпененом раскрыл германскому командованию истинное положение дел. Для избежания отдельного поражения 1-му корпусу было приказано отойти к Гумбинену, что и было сделано без помехи со стороны русских.

К концу дня корпуса 1-й русской армии вышли на указанную им линию, за исключением 27-й пехотной дивизии, которая после отступления собралась на границе на участке Ромейки, Копсодзе.

Приказ № 2 от 15 августа формально был выполнен, но никто не подумал о преследовании противника. Такое отрицательное поведение русских командиров должно быть решительно осуждено, так как 1-му германскому корпусу было дано время для приведения себя в порядок, чтобы в дальнейшем выступить на левом фланге германской армии в Гумбиненском сражении.

Бой под Сталюпененом исправил ошибочное представление германского командования о направлении главного удара русских южнее Роминтена и дал возможность командованию 8-й германской армии, пользуясь тем, что со стороны Нарева движение русских пока еще не замечалось, притти к решению атаковать русских, появившихся со стороны Немана.

На следующий день наступление русских корпусов началось только после полудня и продолжалось в ранее указанных им разграничительных линиях (схема 55); каких-либо новых указаний корпуса от армейского командования не получили.

К вечеру 18 августа 1-я армия вышла на линию Мальвишкен, Мингштимен, Сталюпенен, Раковкен, Сеескен, куда части прибыли [182] очень поздно. Движение колонн попрежнему уравнено не было. 20-й и 3-й корпуса наступали по обеим сторонам шоссе на Инстербург, имея на правом фланге впереди на уступе 28-ю пехотную дивизию (20-го корпуса) и несколько позади 27-ю пехотную дивизию, потерпевшую неудачу в бою у Сталюпенена. 30-я пехотная дивизия (4-го корпуса) с 5-й стрелковой бригадой продвигались на Гольдап, встречая только мелкие части противника. 40-я пехотная дивизия (4-го корпуса), следовавшая на Мелькемен, служила как бы связью между северной и южной группами русской армии.

####

События 19 августа

Схема 56

На 19 августа корпусам русской армии было приказано выйти на фронт Ушбален, Кармонен, Пупсерн, Соденен, Гольдап, а на 20-е была назначена дневка. Все эти распоряжения отдавались без расчета своевременного получения их на местах, почему в движение корпусов вносился беспорядок, части выступали разновременно, прибывали в назначенные места с запозданием, вследствие чего сторожевое охранение выставлялось ночью, что плохо отражалось на боевой готовности войск. Все это свидетельствует об отсутствии надлежащего управления и плохой службе штабов.

Назначение на 20 августа дневки после незначительных переходов 18 и 19 августа ясно указывает, что в эти первые дни открытия военных действий армейское командование, в лице Ренненкампфа и его штаба, преступно бросило армию вперед совершенно неподготовленной в организационном отношении к выполнению армейской операции.

В то же время германское командование, имея уже верные данные о направлении наступления русских, приступило к организации маневра, имевшего целью окружение правого фланга противника. Для осуществления своих намерений германцы к северу от Гумбинена собрали весь 1-й корпус, Кенигсбергскую дивизию Бродрюка, притянув 2-ю ландверную бригаду к Краупишкену. На левом фланге 1-го корпуса находилась отошедшая в район Цулкинерского леса 1-я кавалерийская дивизия, в то время как от Даркемена и Ангербурга спешили 17-й армейский и 1-й резервный корпуса.

####

Бой конной группы Хана Нахичеванского у Каушена

Схема 56

Конная группа Хана Нахичеванокого, получив сведения о высадке на станции Шилен новых германских войск (это была 2-я ландверная бригада, вызванная из Тильзита), двинулась 19 августа на Краупишкен, с целью не допустить противника на восточный берег р. Инстер, а если будет возможно, то и отбросить его за реку. В результате этого маневра конница столкнулась со 2-й ландверной бригадой, успевшей занять оборонительную позицию у Каушена.

Бой под Каушеном, проведенный конницей по методу комбинированного [183] боя, свелся к фронтальному удару и кончился тем, что русская конница отбросила на правый берег р. Унстер 2-ю ландверную бригаду и взяла 2 орудия, но не преследовала отошедшего противника, не переправилась через р. Инстер и не обследовала Цулкинерского леса. Понеся большие потери, конница отошла в район Лиденталя, утеряв соприкосновение с немцами, и осталась там в полном бездействии до 23 августа, мотивируя это необходимостью приведения себя в порядок и пополнения боеприпасов.

В течение этого же дня на правом фланге 28-й русской дивизии (20-го корпуса) передовые части ее натолкнулись на уже укрепленную позицию германцев на линии Пакальнишкен, Нибудшен, где и понесли частичную неудачу, так как считали, что имеют дело с частями, обеспечивавшими левый фланг противника.

Не управляемые армейским командованием корпуса не имели никаких боевых задач на случай столкновения с противником, что явилось следствием полного отсутствия сведений о противнике. В результате — ложная оценка у командиров корпусов и дивизий своего положения, например 20-й корпус считал, что против него только боковой заслон противника.

Результатом столкновений у Каушена и у Нибудшена было ослабление правого фланга армии накануне сражения 20 августа, которое произошло у Гумбинена.

####

Сражение у Гумбинена — Гольдапа 20 августа

Схема 57

В ночь на 20 августа 1-я русская армия заняла следующее положение: конный отряд Хана Нахичеванского приводил себя в порядок в окрестностях Лиденталя; отдельная кавалерийская бригада Орановского достигла района Кегстен, Эгленинкен.

20-й корпус вышел 28-й дивизией на фронт Мальвишкен, Бракупенен и 29-й — на фронт Балинен, Ворупенен.

3-й корпус 25-й дивизией достиг линии Калпакен, Гурдчен и 27-й — района Енцунена.

4-й корпус 40-й дивизией занял район Согинтен, Качелекен, а 30-я дивизия подошла к Гольдапу.

5-я стрелковая бригада достигла Иоганисберга и 1-я кавалерийская дивизия Гурко заняла Скечен.

Имея сведения, что русские находятся как бы в двух группах, командующий 8-й германской армией Притвиц решил сначала обрушиться на гумбиненскую группу, прикрываясь со стороны Гольдапа 1-м резервным корпусом и 3-й резервной дивизией, а затем атаковать и гольдапскую группу русских.

Для выполнения этого плана к утру 20 августа 1-й корпус 1-й дивизией занимает укрепленную позицию на линии Нибудшен, Пакальнишкен; 2-я дивизия сосредоточивается к Смайлен, имея в виду охватить правый фланг русских, а дивизия Бродрюка закрепляется на позиции южнее 1-й дивизии, растянувшись до шоссе Гумбинен, Сталюпенен; 17-й корпус из района Даркемена на р. Ангерап выдвигается для занятия исходного для наступления положения — 36-й пехотной дивизией к Гирнену и 35-й — к Пликену; [184] 1-й резервный корпус должен был обороняться, двинув 1-ю резервную дивизию к Клещовену и 36-ю резервную дивизию на линию Фридрихсберг, Кенигсфельде; наконец, 3-я резервная дивизия должна была выйти в район Бенкхейм.

Фронт предстоящего сражения доходил до 45 км.

####

Соотношение сил

Соотношение сил в районе Гумбинена было следующее: против 68 батальонов пехоты, 30 легких батарей, 4 легких гаубичных батарей, т. е. 278 орудий, у русских в районе Гумбинена германцы имели 64 батальона пехоты, 36 легких, 12 легких гаубичных и 14 тяжелых батарей, т. е. 336 орудий. Таким образом, германцы в районе Гумбинена сильно превосходили русских в артиллерии. В районе Гольдапа против русских 14 батальонов пехоты, 6 легких батарей и 2 легких гаубичных, т. е. 56 орудий, германцы имели, не считая подходящей с юга 3-й резервной дивизии, 26 батальонов пехоты, 12 легких и 4 тяжелые гаубичные батареи, т. е. 88 орудий. Таким образом, в районе Гольдапа германцы имели почти двойное над русскими превосходство в силах.

####

Бой у Гумбинена

Схема 57

В Гумбиненском районе бой начался на рассвете 20 августа наступлением 1-го и 17-го германских корпусов, в то время когда корпуса русской армии предполагали оставаться на дневке.

При ударе германцев с фронта, соединенном с охватом правого фланга, 28-я дивизия, уже потерпевшая неудачу накануне, стала постепенно отходить и после упорного боя уступила немцам к 10 час. Мингштимен, а к 11 час. — Бракупенен. Одновременно с этим 1-я германская кавалерийская дивизия, воспользовавшись тем, что путь в тыл русским был свободен благодаря уходу в Лиденталь конного корпуса Хана Нахичеванского, отбросила отряд Орановского и сделала налет на тыл в направлении на Пилькален, Сталюпенен, где к этому времени находился штаб 1-й армии.

Налет конницы на штаб был отбит частями этапного батальона, прибывшего в Сталюпенен для открытия головного этапа, но этот налет внес еще большую путаницу в управление корпусами армии.

17-й германский корпус развернулся на линии Гирнен, Пликен и повел наступление в северо-восточном направлении, оттесняя сторожевое охранение 27-й и 40-й дивизий, которое успело занять восточный берег р. Роминты. Вследствие донесения воздушной разведки об отсутствии русских войск южнее шоссе Гумбинен, Сталюпенен, командир корпуса генерал Макензен считал, что перед фронтом небольшие части русских, и это убеждение подсказало ему решение — повернуть и атаковать в общем направлении на Сциргупенен, завершая тем успехи, уже одержанные 1-м корпусом.

В то время, когда принималось такое решение и 17-й корпус, изменив свое направление, подошел к р. Швентишке, а на левом фланге даже частично переправился на восточный берег этого [185] ручья, его части были встречены жестоким артиллерийским и ружейным огнем 27-й дивизии, развернувшейся на фронте Матишкемен, Варшлеген, Соденен, а южнее ее — тремя полками 40-й дивизии.

До полудня успех был на стороне германцев, но с этого времени явно перешел на сторону русских. 1-й германский корпус попытался развить свой успех в направлении на Катенау, но был решительно остановлен частями, хотя и значительно потрясенной, русской 28-й дивизии, особенно благодаря блестящим действиям русской артиллерии. Об этом ярком боевом деле пишет участник боя так: «Обход нашего правого фланга был парализован 28-й пехотной дивизией, но ценой больших потерь и 8 орудий... 2-й дивизион 28-й артиллерийской бригады 19 августа вел бой, находясь в 9 1/2 верстах восточнее Бракупенена. Ночь на 20 августа прошла спокойно. Но утром на 28-ю дивизию обрушился удар германского корпуса, подкрепленного частями кенигсбергского гарнизона. Долго и упорно держалась наша пехота. Отдельных выстрелов слышно не было, казалось, что кипело что-то в гигантском котле. Все ближе и ближе, и вот на батарее стали свистать немецкие пули. Под страшным огнем, наполовину растаявшая и потерявшая почти всех офицеров, медленно отходила 28-я дивизия на линию артиллерии 4-й, 5-й и 6-й батарей. Менее чем в версте перед батареями тянулось шоссе, и через минуту, насколько хватал глаз по шоссе хлынула серая волна густых немецких колонн. Батареи открыли огонь, и белая полоса стала серой от массы трупов. Вторая волна людей в остроконечных касках — снова беглый огонь, и снова все легло на шоссе. Тогда до дерзости смело выехала на открытую позицию германская батарея, и в то же время над нашими батареями пролетел германский аэроплан с черными крестами. На батареях стоял ад. Немецкая пехота надвигалась на батареи и обходила 4-ю, которая била на картечь, а в ее тылу уже трещал неприятельский пулемет; она погибла. С фронта немецкая пехота подошла к нашим батареям на 500–600 шагов и, стреляя, лежала. Батареи били по противнику лишь редким огнем, ибо уже не было патронов. Понесшие большие потери немцы дальше не пошли, и поле боя осталось ничьим. С большим трудом 5-я и 6-я батареи были вывезены из боя».

Одновременно с этим бригада 25-й пехотной дивизии (3-го корпуса) отбросила пытавшиеся атаковать части кенигсбергской дивизии Бродрюка назад почти к самому Гумбинену. Это вызвало у германцев панику, вследствие чего они в беспорядке отступили к Нибудшену, и части 28-й дивизии снова заняли Мингштимен и Бракупенен. К 15 час. 1-й германский корпус оправился и попробовал снова атаковать, но эти атаки были уже легко отбиты.

Наступление 17-го германского корпуса шло очень медленно, на левом фланге наступала 35-я германская дивизия в направлении на Варшлеген, Иодцунен, а южнее 36-я дивизия. Понеся громадные потери от огня 27-й дивизии, части 35-й германской дивизии скоро остановились, а затем, после неудачной попытки толкнуть войска вперед резервом, их охватила паника, и, бросив на восточном берегу [186] p. Швентишке артиллерийский дивизион (12 орудий), они отхлынули сначала за р. Роминту, а затем и на р. Ангерап. За 35-й дивизией последовала в таком же беспорядке и 36-я дивизия. Так был разбит 17-й германский корпус, который был настолько потрясен, что в течение всей последовавшей ночи собирался и приводился в порядок, причем сам командир корпуса не знал, где его части.

Немцы, не ведя тщательной разведки перед фронтом, попали под огонь русской артиллерии, искусно расположившейся на закрытых позициях. Самоуверенность быстро исчезла и сменилась паникой.

Итак, операции германцев против гумбиненской группы русских окончились поражением 1-го и 17-го корпусов.

####

Бой в Гольдапском районе

Схема 57

В Гольдапском районе 30-я русская дивизия начала продвижение по приказанию командира корпуса в общем направлении на Даркемен, выступив лишь после 9 час. утра. Наткнувшись на обе дивизии 1-го резервного германского корпуса, 30-я дивизия завязала бой на линии Гавайтен, Вилькатшен, продолжавшийся до наступления темноты. Несмотря на двойное превосходство в силах германцев, последние смогли только слегка оттеснить назад части 30-й дивизии.

Конница Гурко в течение дня оставалась на месте в районе Вилькасен, Рудшен уступом за левым флангом армии, обратив все внимание на юг, откуда был возможен дальнейший обход вследствие выдвижения частей 3-й резервной дивизии на Рогален; 5-я стрелковая бригада была передана в распоряжение командира 4-го корпуса, но провела весь день в передвижениях, вследствие разноречивых приказов.

Наступила ночь. Все дивизии 1-й русской армии оставались на своих местах, где закончился бой, прерванный темнотой.

Германцы в этом сражении потерпели полное поражение как в оперативном, так и в тактическом отношении, что явилось следствием самоуверенности и преувеличенной оценки достоинств своих войск и связанных с этим возможностей. Русские войска, дурно управляемые со стороны корпусного и армейского командования, показали на поле боя исключительные боевые качества, с которыми германцам, при равных силах в пехоте и даже при решительном превосходстве в числе артиллерии, бороться было не под силу.

В ночь на 21 августа перед германским командованием стала задача — продолжать ли оставаться в соприкосновении с русскими и на следующий день, приведя себя в порядок, снова попытаться исправить поражение, понесенное в течение 20 августа. Во время дебатов по этому поводу в штабе армий сомнения были устранены с получением известия, что корпуса Наревской армии уже частично перешли южную границу Восточной Пруссии и вышли на линию Юха, Пельты, Хоржеле, Кржиновлога, Млава, что могло поставить под угрозу тыл и пути 8-й германской армии к Висле. [187]

####

Результаты сражения

Потрясенный неудачным боем своей армии 20 августа и видя единственное спасение ее в возможно скорейшем отходе, командующий армией Притвиц в ночь на 21-е отдал распоряжение для отхода его армии к Висле.

В заключение нужно указать, что в протекшей операции со стороны русских, независимо от искусства армейского командования, группировка сил отвечала обстановке — более чем 3/4 всех сил было на гумбиненском направлении и только менее ¼ на второстепенном, гольдапском направлении. Зная, что в гумбиненском направлении наступают только два русских корпуса, германское командование решило именно здесь «организовать победу» двумя с половиной корпусами, да еще с охватом обоих флангов русских; но германцы сильно переоценили свои возможности, за что и были жестоко наказаны.

В то же время нельзя не отметить странного поведения русского командования, которое на границе с прямым предательством объявляет себя совершенно неграмотным в военном деле. Оно оставляет армию почти без управления; зная о возможности столкновения с германцами, оно не уравнивает движения своих корпусов, отсутствует во время боя под Сталюпененом, назначает под носом у противника дневки, наконец, в ответственное время Гумбинен-Гольдапского сражения предоставляет управление боем в армейском масштабе компетенции начальников дивизий.

Конная масса Хана Нахичеванского была использована слабо; правда, это была импровизированная организация из четырех дивизий, но надо было соответствующими мерами превратить «импровизацию в организацию», т. е. дать ей все нужные средства для управления, начиная со штаба группы и средств связи, а затем озаботиться и о боевом и военно-хозяйственном ее обеспечении.

В оперативном отношении сражение, кроме потери времени, ничего германцам не дало и при надлежащем управлении русской армии привело бы в окончательном результате совместных действий со 2-й русской армией к поражению германских армий в Восточной Пруссии, однако преступная безграмотность командующего 1-й русской армией Рениенкампфа, граничащая с прямым предательством, как увидим ниже, спасла положение германцев в Восточной Пруссии. [188]

Дальше