Содержание
«Военная Литература»
Первоисточники

Хацкилевич М. Г., генерал-майор, командир 6-го механизированного корпуса Западного Особого военного округа

ХАЦКИЛЕВИЧ Михаил Георгиевич род. 8(22).11.1896 г. в Нижнем Новгороде. В Красной Армии с 1918 г. Участник Гражданской войны. С марта 1919 г. по июнь 1941 г. последовательно занимал должности: помощника командира полка, командира полка, помощника начальника штаба по оперативной части дивизии, помощника инспектора кавалерии РККА, командира механизированного корпуса. Генерал-майор (1940). Награжден 3 орденами, медалями. Погиб в июне 1941 г.

Товарищ Народный комиссар обороны, в докладе, изложенном здесь генерал-полковником т. Павловым, на мой взгляд, с достаточной полнотой и ясностью, со знанием глубины вопроса поставлены принципиальные вопросы по использованию танкового корпуса в прорыве.

Я все же хочу остановиться на вопросах, которые возникли у меня, верно, за сравнительно короткий срок работы в танковых частях. Бесспорно, я считаю, подвижная, пробивная сила танкового корпуса налицо и с каждым днем она еще более усиливается. Отсюда возникает вопрос, в первую очередь, управления таким сложным соединением. И вот за прошедший период осенней учебы под руководством и Народного комиссара обороны, и под руководством Военного совета Западного округа был проведен целый ряд опытных занятий. Эти занятия в значительной мере открыли нам глаза на то, как нужно мыслить, как надо понимать в современных условиях управление танковым корпусом.

В первую очередь вопрос касается того, что штат управления корпуса необходимо немедленно пересмотреть. Управление корпуса очень громоздко и неподвижно, его нужно смелее сократить, главным образом за счет технических и снабженческих органов, и тем в первую очередь увеличить оперативный и разведывательный отделы штаба корпуса.

Второй вопрос, что часто ставит корпус в тяжелое положение. Я хотел бы, в соответствии с теми докладами, которые были изложены и генерал-полковником т. Павловым, и генералом армии т. Жуковым, и Маршалом Советского Союза т. Буденным, [высказаться] по вопросу применения и использования танкового корпуса.

Ясно, что если командующий армией будет у себя иметь корпус, то он должен его использовать на главном операционном направлении. [275] Но как-то в жизни, в практике работы получается не всегда так. Нередко создается обстановка прорыва фронта одним стрелковым корпусом и подчас танковый корпус бросают в прорыв на участке лишь одного корпуса. Я считаю, что Народный комиссар обороны даст указание и отныне станет ясным и понятным, как нужно ставить задачу и когда использовать танковый корпус. А вот такое существующее положение часто ставит мехкорпус в тяжелое положение благодаря отсутствия у общевойсковых начальников единого взгляда на необходимую ширину фронта для ввода в прорыв. Здесь генерал-полковник т. Павлов достаточно убедительными цифрами и на схемах указал на необходимость иметь ширину фронта 15 — 20 км, считая гарантийную полосу по 5 км справа и слева, а остальное остается для ввода в прорыв. А мы имеем факты, когда иногда заставляют идти в прорыв в полосе шириною в 5 — 6 км. Как может такая масса танков войти в прорыв? Мы подсчитали на наших учениях (даже выбрасывали по 2500 машин из боевого состава, брали самое необходимое для жизни и боя), и то у нас в прорыв идет 6800 машин, почти 7000. Как можно втиснуть такую массу машин на такой узости этого фронта?

Здесь я хочу также остановиться и на том вопросе, что нельзя оставлять мехкорпус в зависимости от удачи или неудачи действия стрелковых корпусов, делающих прорыв. Это тоже мне пришлось лично испытать на учениях в Западном военном округе. Командующий войсками округа дал на разборе общевойсковым начальникам разъяснение, как пользоваться таким сложным организмом, как танковый корпус. Если в боевом приказе армии или фронта сказано, чтобы мехкорпус был готов для ввода в прорыв на участке [таких-то] корпусов, то в директиве командующего должна быть указана точная ширина фронта прорыва. Иначе командиры стрелковых корпусов считают так: раз он прорвал передний край и вышел на глубину 4 км, то, значит, им все уже сделано, а то, что еще работы в тактической глубине непочатый край, это их как бы не касается. Ведь нужно вытянуть колонны танкового корпуса, которые имеют глубину 22 — 23 км.

Такой случай был на нашем учении Западного округа, когда один корпус прорывал передний край и командиру стрелкового корпуса казалось — все готово. Оказалось, что еще далеко не готово. Если нам известно, что вторая оборонительная полоса уже подготовлена и занята соответствующими резервами, то уже рассчитывать на победоносное движение через вторую полосу нам не приходится. В таких случаях у нас должно быть точно установлено (и), что если второй оборонительный рубеж сильно подготовлен, то ввод танкового корпуса в прорыв, на мой взгляд, еще преждевременно пускать. Надо, чтобы ударные корпуса проломили вторую оборонительную полосу во взаимодействии с танковым корпусом, и пропустить танковый корпус в оперативную глубину. Это значительно облегчит танковому корпусу справиться со второй оборонительной полосой.

Не менее важное значение имеет момент определения времени движения корпуса в прорыв. Но кто же может сказать командиру танкового корпуса: «готово»! Или он сам определяет время вступления в прорыв? Бывает так: стоят два командира корпуса на наблюдательном пункте и рассуждают: командир стрелкового корпуса говорит: «Можно идти», а командир танкового корпуса, наблюдая за боем говорит: «Нет, по-моему, время еще не настало». Я считаю, что если танковый корпус является средством командования армии и фронта, то должен быть ответственный полномочный представитель армии или фронта, который будучи в курсе всей обстановки на фронте должен на месте сразу указать: «Время настало, введите корпус в прорыв». (Из президиума: Кто, командующий решает этот вопрос?). М. Г. Хацкилевич: Я считаю, что этот вопрос решает не командир корпуса. Может быть я и ошибаюсь. Я считаю, что этот вопрос решает командующий армией.

Я считаю, товарищ Народный комиссар обороны, необходимым здесь также поставить вопрос об использовании артиллерии танкового корпуса. В выступлениях по докладу генерала армии т. Жукова говорилось о том, почему артиллерия танкового корпуса не принимает участия в артподготовке прорыва. [276]

Я считаю, что этот вопрос принципиально важный и требуется с Вашей стороны указание. Один боекомплект танкового корпуса — это, примерно, 100 вагонов. Маршал Советского Союза т. Буденный говорил о том соответствии боеприпасов и горючего, какое надо иметь в прорыве. Один боекомплект приблизительно, как я сказал, это 100 вагонов. Вот представьте себе, какой нужен тыл, чтобы за собой это все тянуть, тем более, если иметь три с половиной боекомплекта.

Об использовании артиллерии в прорыве. Нередко передо мной ставили так вопрос: «Почему вы не используете свою артиллерию?» Наш командующий войсками не особенно сочувственно относится к этому делу. Почему? Три гаубичных полка в 84 гаубичных орудия могли бы поддержать артиллерию, но артиллерия не всегда в этом нуждается, не всегда она нуждается в наших артиллерийских средствах, тем более, что мы имеем в артиллерии трактора СТЗ-5, которые задерживают движение. Наша артиллерия, вооруженная этими тракторами, имеет небольшую подвижность и отстает от колесных машин и от танковых соединений. (Из президиума: 30 км в час). М. Г. Хацкилевич: Теоретически это так, а практически он такой скорости не дает. (Из президиума: Он не тянет этой системы.) М. Г. Хацкилевич: Да, он эту систему не тянет.

Относительно авиации. Безусловно, только в мирное время на совместных учениях можно научиться взаимно понимать и умело разрешать стоящие задачи. Я не предрешаю способа взаимодействия, но авиационная дивизия должна быть вместе с мотомехкорпусом. Считаю необходимым иметь также и авиадесантную бригаду, которая во многих случаях смогла бы разрешить целый ряд вопросов в оперативной глубине, взаимодействуя с танковым корпусом.

Наиболее уязвимым местом остается тыл. (С. М. Буденный: «Учиться надо вместе и потом драться вместе»).

М. Г. Хацкилевич: Остается довольно серьезный вопрос с тылом: что брать с собой. Здесь генерал-полковник танковых войск т. Павлов достаточно ясно изложил трудности при вводе в прорыв мехкорпуса. Боеприпасы. Их надо брать много, так как в оперативной глубине без них делать нечего. Горючего тоже надо брать в количестве не менее трех заправок. Между прочим вопрос с горючим сейчас облегчается,тем, что получаем дизельные танки, что значительно увеличивает запас хода. Но вот на колесные машины все-таки требуется продумать обеспечение необходимым горючим.

У нас в округе существует приказ ? 32 (О порядке на дорогах). Командующий войсками настойчиво добивается проведения его в жизнь. Многое уже сделано, но многое еще не доделано. Но для этого надо поставить вопрос перед Советом Народных Комиссаров, чтобы были сделаны съезды на шоссейных дорогах. Мы уже много дорог испортили, так как съезжать приходится через канавы, и поэтому мы разворачиваем государственные шоссе.

Доклад генерал-полковника т. Павлова, и, безусловно, Ваши указания, товарищ Народный комиссар обороны, послужат и общевойсковым начальникам и командирам танковых соединений основной программой для дальнейшей работы по подготовке танковых корпусов к современной войне. [277]

РГВА, ф. 4, оп. 18, д. 59, л. 50 — 55.

Дальше