Содержание
«Военная Литература»
Первоисточники

Кленов П. С., генерал-лейтенант, начальник штаба Прибалтийского особого военного округа

Кленов Петр Семенович род. 21.02(4.03).1892 г. в г. Саратове. В Красной Армии с 1918 г. В период Гражданской войны командовал ротой, батальоном, полком, бригадой и дивизией. После окончания в 1923 г. военно-академических курсов высшего начсостава РККА занимал должности: начальника Военно-инженерной школы комсостава, военной школы связи. По окончании курсов усовершенствования высшего начсостава в 1930 г. был командиром дивизии, начальником кафедры тактики Военной академии им. Фрунзе, заместителем начальника и начальником штаба Приволжского военного округа. [152] С началом Великой Отечественной войны был назначен начальником штаба Северо-Западного фронта, однако уже в июле 1941 г. был освобожден от занимаемой должности и уволен из рядов Красной Армии. Генерал-лейтенант (1940). Умер 10.7.1941 г.

Товарищ Народный комиссар обороны! Исследование последних войн показало нам, что наличие таких средств, как авиация, мотомеханизированные части, позволили современной операции сделать то, что не удавалось в войну 1914 — 1918 гг. Несмотря на все попытки многих операций воздействовать на глубину оперативного порядка обороны, это (за отсутствием средств подавления глубины) не удавалось: тактический прорыв никогда не перерастал в оперативный. В чем тут дело? Почему не удавалось в прошлом воздействовать непосредственно на глубину?

Не удавалось, товарищи, потому, что оборона как в прошлом, так и сегодня обладает одним крупным свойством — очень быстро воспроизводить, восстанавливать то, что она теряет в процессе удара, в процессе самого наступления на нее.

Вопрос воспроизводства — свойство не только обороны, он касается и наступательной операции, требующей в процессе своего развития беспрерывного пополнения. Так вот, надо было воздействовать на этот процесс обороны. Надо было воздействовать на передний край при одновременном ударе на подаваемые резервы, материальные ценности и т. п., и это воздействие в операции удалось только сейчас при наличии авиации и мехсредств и наступление приобретает все свойства маневренного наступления.

В своем докладе генерал армии т. Жуков доказал, как эта вторая сторона дела — наступление на всю глубину, — которая не удавалась в прошлом, удается сейчас. Мы убедились, как наличие новых средств — новой боевой авиации плюс мотомеханизированных частей — позволили с максимальным эффектом воздействовать на оперативную оборону, которая представлена на этой схеме.

Я согласен с теми выводами об основах наступательной операции сегодняшнего дня, которые были предложены генералом армии т. Жуковым. Разрабатывая тему современной наступательной операции, я точно также подходил к расчетам и методам, которые были изложены в докладе генерала армии т. Жукова. Если, прослушав доклад т. Жукова, можно не согласиться, предположим, с тем, что для ведения такой операции, размах которой по глубине составляет 100 — 150 км, недостаточно определенных докладчиком 10 дней, то эти данные, как вам прекрасно известно, вытекают из одного очень важного момента — в какой степени обороняющийся сумел себя обеспечить в инженерном отношении. Если он имеет сильно развитую инженерную оборону, то естественно, что сам процесс преодоления оперативной глубины, т. е. темпы операции естественно возрастают.

Можно не соглашаться с данными по материальному обеспечению, которые были приведены докладчиком, исчисляющим 5 — 6 боекомплектов на операцию. Это зависит [от того], в какой степени противник приспособлен в инженерном отношении. [153] И вполне понятно, что при наличии у противника сильных инженерных сооружений 5 боекомплектов недостаточно. Нужно не менее 7 — 8 боекомплектов. А если возьмем территорию Восточной Пруссии, то для преодоления этой территории при наличии того, что она имеет целый ряд долговременных сооружений, причем не только на главной позиции, но и на передовых, то исчисление боекомплекта выйдет за десяток — полтора десятка.

Я согласен с положением, которое выдвигалось докладчиком, по вопросам использования эшелона развития успеха. У некоторых товарищей укоренился взгляд, что этот эшелон, т. е. моторизованные и мехсредства (мы берем мотомеханизированный корпус), можно вводить [в прорыв] непосредственно после того, как преодолели первые эшелоны тактическую оборону. Нужно считать, что его можно ввести только тогда, когда тактическая глубина преодолена полностью и мотомехкорпусу предоставляется [возможность] уже самому иметь дело непосредственно со второй полосой обороны, преодолевая ее своими средствами, для чего в его распоряжении находятся тяжелые танки. Таким образом, корпус решает самостоятельно свое дело вместе с авиацией во второй оборонительной полосе, ничем не отвлекаясь и непосредственно двигаясь на оперативные резервы в интересах разгрома их и завершения окружения обороняющегося противника.

Опыт войны на Западе и в Польше показал, что моторизованные части там, где надо было, шли самостоятельно на прорыв укрепленных полос. И, конечно, не исключена возможность такой операции мехкорпуса и в дальнейшем.

Из президиума: Вы за это?

П. С. Кленов: Да.

Мне хотелось бы, товарищи и товарищ Народный комиссар, остановиться на одном очень ответственном вопросе. Исследуя все материалы, которые мы имеем непосредственно по операциям Германии и Польши, мы видим одно разительное начало во всех этих действиях. В 16 дней Германия расправилась с Польшей, с ее вооруженными силами, нарушила стратегическое развертывание Польши. Из этого напрашивается один вывод об особых наступательных операциях. Тов. Жуков брал пример операции безотносительно от периода войны. Она могла быть (как нарисовано здесь) одной из последовательных операций. Так вот, я беру пример, когда эта операция начинается в начальный период войны и невольно возникает вопрос о том, как противник будет воздействовать в этот период на мероприятия, связанные со стратегическим развертыванием, т. е. на отмобилизование, подачу по железным дорогам моб-ресурсов, сосредоточение и развертывание. Этот начальный период войны явится наиболее ответственным с точки зрения влияния противника на то, чтобы не дать возможность планомерно его провести.

Я этот вопрос, товарищи, поднимаю потому, что порой сталкиваешься с некоторыми выводами, по-видимому, очень поспешными. Я просмотрел недавно книгу Иссерсона «Новые формы борьбы»{146}. Там даются поспешные выводы, базируясь на войне немцев с Польшей, что начального периода войны не будет, что война на сегодня разрешается просто — вторжением готовых сил, как это было проделано немцами в Польше, развернувшими полтора миллиона людей.

Я считаю подобный вывод преждевременным. Он может быть допущен для такого государства, как Польша, которая, зазнавшись, потеряла всякую бдительность и у которой не было никакой разведки того, что делалось у немцев в период многомесячного сосредоточения войск. Каждое уважающее себя государство, конечно, постарается этот начальный период использовать в своих собственных интересах для того, чтобы разведать, что делает противник, как он группируется, каковы его намерения, и помешать ему в этом.

Вопрос о начальном периоде войны должен быть поставлен для организации особого рода наступательных операций. Это будут операции начального периода, когда армии противника не закончили еще сосредоточение и не готовы для развертывания. Это операции вторжения для решения целого ряда особых задач. И на сегодня эти задачи остаются и должны быть разрешены. Это воздействие крупными авиационными и, может быть, механизированными силами, пока противник не подготовился к решительным действиям, на его отмобилизование, сосредоточение и развертывание для того, чтобы сорвать их, отнести сосредоточение вглубь территории, оттянуть время. Этот вид операции будет, конечно, носить особый характер. [154]

Вопрос выполнения этих особых операций очень сложный. Вполне естественно, что нужно предупредить противника в готовности таких средств для выполнения операций, как авиация и мотомеханизированные части с точки зрения развертывания их и количества. Организация и проведение таких операций позволит обеспечить господство в воздухе, не даст возможность [противнику] отмобилизоваться, затруднит [его] развертывание. И в связи с этим же вопросом связаны операции первоначального периода, которые ведутся в интересах захвата рубежей для принятия выгодного положения для развертывания.

Для выполнения подобных операций мы будем иметь дело с частями прикрытия. Но я не исключаю такого положения, что в этот период, т. Павлов, механизированные части придется использовать самостоятельно, даже несмотря на наличие крупных инженерных сооружений, и они будут решать задачи вторжения на территорию противника.

РГВА, ф. 4, оп. 18, д. 56, л. 53 — 58.

Дальше