Содержание
«Военная Литература»
Первоисточники

Содержание главы

? 187. Из воспоминаний стенографиста рейхсканцелярии Г. Херргезеля о последнем совещании у А. Гитлера. 22 апреля 1945 года

? 188. Распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующему 1-й танковой армией о выделении специального отряда для пленения германского руководства в районе берлинского аэропорта. 23 апреля 1945 г. 19.35

? 189. Политическое завещание А. Гитлера, составленное им в бункере рейхсканцелярии накануне самоубийства. 29 апреля 1945 г.

? 190. Донесение командующего войсками 1-го Белорусского фронта Верховному Главнокомандующему о смерти Гитлера и встрече с начальником Генерального штаба сухопутных войск Германии. 1 мая 1945 г. 10.35

? 191. Послание Геббельса и Бормана гросс-адмиралу Деницу с извещением о смерти А. Гитлера и назначении новых руководителей Германии в соответствии с завещанием фюрера. 1 мая 1945 г.

? 192. Заявление личного представителя гросс-адмирала Деница при ставке Гитлера вице-адмирала Фосса о последних часах жизни А. Гитлера. 2 мая 1945 г.

? 193. Донесение командующего войсками 1-го Белорусского фронта Верховному Главнокомандующему с текстом письменного обращения к нему первого заместителя Геббельса г. Фриче о прекращении военных действий. 2 мая 1945 г. 17.30

? 194. Донесение командующего войсками 1-го Белорусского фронта Верховному Главнокомандующему об опознании трупа Геббельса. ? 255. 3 мая 1945 г. 05.55

? 195. Донесение командующего войсками 1-го Белорусского фронта Верховному Главнокомандующему об опознании трупов имперского министра пропаганды и начальника Генерального штаба сухопутных сил Германии. 3 мая 1945 г.

? 196. Донесение начальника политического отдела 3-й ударной армии начальнику политического управления 1-го Белорусского фронта о смерти Гитлера, опознании трупов Геббельса и других лиц. ? 0352. 5 мая 1945 г.

? 197. Указание Ставки Верховного Главнокомандования командующему войсками 1-го Белорусского фронта для советского представителя в Союзной Контрольной комиссии в Германии о согласии советской стороны на арест правительства Германии во главе с Деницем. ?11093. 18 мая 1945 г. 19.50

IX. Судьба главарей третьего рейха

В данной главе подобраны документы, в которых в той или иной степени раскрываются малоизвестные страницы последних дней высшего военно-политического руководства Германии.

Берлинская операция советских войск подходит к своему победоносному завершению. Берлин в огне. В бункере рейхсканцелярии А. Гитлер пишет свое политическое завещание. Советское командование формирует специальный отряд для пленения главарей рейха. Со смертью фюрера его преемники продолжают войну, требуя от немецкого народа новых и новых жертв. Все это находит свое отражение в представленных материалах, которые перекликаются с содержанием предыдущей главы.


? 187. Из воспоминаний стенографиста рейхсканцелярии Г. Херргезеля о последнем совещании у А. Гитлера

22 апреля 1945 года{108}

Последние часы Адольфа Гитлера

В Берхтесгадене, на прошлой неделе, Герхард Херргезель, стенографист ставки германского верховного главнокомандования, рассказал корреспонденту «Тайм» Персивалу Кноту{109} историю последних записей совещаний, проводимых верховным главнокомандованием в небольшом бомбоубежище, расположенном глубоко в земле под зданием берлинской канцелярии:

«Я должен умереть здесь»

Херргезель рассказал: «Решающее совещание, которое определило судьбу всех нас, началось в 3 часа после полудня 22 апреля и длилось почти до 8 часов вечера. На этом совещании Адольф Гитлер заявил, что он хочет умереть в Берлине. Он повторил это 10 или 20 раз в разных выражениях. Он говорил: «Я погибну здесь» или: «Я погибну перед канцелярией», или «Я должен умереть здесь, в Берлине». Он сделал вывод, что дело было окончательно проиграно, что было в полном противоречии с его прежними взглядами, которые всегда выражались фразой: «Мы будем бороться до самого конца Германского рейха».

Никому не известно, какие причины побудили его так резко изменить свое мнение. Он заявил, что его вера была подорвана. Он потерял веру в вермахт довольно давно, объясняя это тем, что он не получал правдивой информации, что плохие новости скрывались от него. В этот день он первый раз сказал, что теряет веру в войска СС. Он всегда рассчитывал на войска СС как на отборные части, которые никогда не подведут его. Сейчас он указал на ряд донесений, которые, по его утверждению, были ложными».

Этот факт и неудачная попытка войск СС удержать русских севернее Берлина, как заявил Херргезель, очевидно, убедили Гитлера в том, что его [273] отборные части пали духом. «Фюрер всегда утверждал, что никакие войска, как бы хорошо они ни были подготовлены и вооружены, не в состоянии сражаться, если они пали духом, и сейчас он понял, что его последний резерв не существует».

Контроль нервов

«В течение всего этого времени участники совещания постоянно менялись. Сам Гитлер был, как обычно, собран. Каждый раз, когда он по-настоящему начинал злиться или волноваться, он снова быстро брал себя в руки. Однако лицо его было возбужденным и красным, и он почти все время ходил взад и вперед, ударяя иногда кулаком по ладони. Из всех участников всех прежних совещаний фюрер обычно лучше других держал себя в руках.

Настоящее решающее совещание произошло вечером. Оно длилось всего 15 минут. Присутствовали: Гитлер, Мартин Борман, преемник Гесса в качестве личного заместителя фюрера, фельдмаршал Вильгельм Кейтель и генерал-полковник Адольф Йодль. Всех других отпустили, за исключением двух стенографистов.

Гитлер снова объявил о своем решении остаться в Берлине и заявил, что хочет здесь умереть. Он считал, что это будет самой большой жертвой, которую он может принести немецкой нации. Его решение остаться в канцелярии было встречено на этом совещании решительным протестом. Кейтель говорил с ним довольно в резких выражениях, напоминая ему, что его новое решение противоречит его прежним планам. Борман поддержал Кейтеля не менее решительно».

«Йодль был спокойным человеком, который мало говорил, но если он говорил, то всегда ясно, откровенно и по существу. Теперь он тоже резко выступил против Гитлера. Он очень решительно заявил, что лично он не остался бы в Берлине; он рассматривал Берлин, как мышеловку, и его делом было руководить войсками, а не стоять с кремневым ружьем в руках, защищая город, и погибнуть под конец в облаках его руин. Когда Кейтель и Борман убедились, что им не удастся уговорить Гитлера изменить свое решение, они заявили, что, несмотря на его приказ, они тоже останутся. Гитлер снова приказал им покинуть Берлин; он сказал, что русские могут появиться перед зданием канцелярии через 10 минут. Кейтель и Борман повторили, что они остаются. Кейтель добавил: «Мы никогда не сможем посмотреть в глаза нашим женам и детям, если мы уйдем».

Тогда Гитлер заявил, что через два или три дня, самое позднее через неделю, с Берлином будет покончено и канцелярия будет захвачена. Он сказал, что обдумал, что должно произойти после его смерти. Он дал приказ трем присутствующим — было непонятно, кому он отдал его, возможно, что он имел в виду кого-то из них персонально. Он приказал: «Вы должны отправиться в Южную Германию, сформировать правительство, и Геринг будет моим преемником. Геринг будет вести переговоры».

Колеблющийся и неуверенный

«Никто не знает, являлось ли это последнее заявление приказом или пророчеством. Он мог сказать это, находясь в состоянии отрешенности, понимая, что если Геринг станет его преемником, он предпримет попытки к переговорам. Он мог также иметь это в виду как прямой приказ начать переговоры после его смерти. В это время фюрер был весьма неуверен в себе и выражался неясно, не давая прямых указаний, очевидно, полностью занятый мыслями о своей неизбежной смерти.

Йодль заметил, что Германия все же еще имеет несколько армий, способных [274] вести боевые действия. Он упомянул группу армий «Центр» под командованием фельдмаршала Шернера, которая находилась южнее Берлина в направлении на Дрезден, и вновь сформированную 12-ю армию генерала Венка, которая должна была противостоять американцам на Эльбе. «Возможно, — сказал Йодль, — эти армии смогут изменить ход событий вокруг Берлина». Гитлер почти не проявил к этому интереса. Он не отдал никаких распоряжений, передернул плечами и сказал: «Делайте, что хотите».

В поисках смерти

«Что касается смерти Гитлера, то я не верю, что мы когда-нибудь найдем свидетеля, который мог бы рассказать нам, как это случилось. Но я не верю, что фюрер остался в бункере. Я думаю, что он выходил, возможно, несколько раз, ища смерти, с которой он теперь полностью смирился, желая умереть под артиллерийским огнем. Одно мы знаем точно — он не был последним живым человеком в бункере канцелярии, так как после его смерти мы еще раз получали оттуда какие-то сообщения по радио.»

Здесь корреспондент Кнот рассказал Херргезелю о сведениях, полученных им от офицеров службы безопасности США, что Гитлер был убит гаупт-штурмфюрером СС Генше, личным адъютантом фюрера.

Херргезель ответил: «Генше был человеком гигантского роста и очень горячим. Он был способен это сделать, если бы его попросили, или если бы он думал, что пришло время застрелить фюрера, а потом самого себя. Но я не верю, что все произошло именно так. Я искренне уверен, что Гитлер искал смерти. Он был убежден, что все абсолютно потеряно, что он никому больше не может верить, и что он должен умереть.

Все это время усиливался артиллерийский огонь по зданию канцелярии, и даже глубоко внизу, в бункере, мы ощущали толчки, сотрясавшие здание. Совещание, наконец, кончилось без определенного решения. Мне было приказано покинуть Берлин с моими стенографическими записями, а мой партнер должен был остаться. На это он заметил, что в таком случае записи потеряли бы свою ценность, т. к. если он останется, то никто не сможет расшифровать его записи, а без этого мои записи будут неполными. Тогда Борман приказал нам обоим вылететь самолетом этим вечером.

Это был последний самолет и мы были последними, кто покинул Берлин».{110}

Печ. по: Дневник боевых действий... С. 1188— 1193. Пер. с немецкого.


? 188. Распоряжение командующего войсками 1-го Белорусского фронта командующему 1-й танковой армией о выделении специального отряда для пленения германского руководства в районе берлинского аэропорта

23 апреля 1945 г. 19.35

Я имею данные, что Гитлер, Геббельс и Гиммлер находятся в Берлине. На случай бегства для них стоят самолеты в аэропорту. Отберите отряд смельчаков, 15 — 25 танков с десантом и прикажите прорваться перед рассветом к аэропорту. Проскок отряда поддержите артиллерийским огнем.

Жуков [275]

РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 193. Л. 126. Подлинник.


? 189. Политическое завещание А. Гитлера, составленное им в бункере рейхсканцелярии накануне самоубийства

29 апреля 1945 г.

С тех пор как в 1914 году в качестве добровольца я вложил свои скромные силы в первую, навязанную рейху мировую войну, прошло уже более тридцати лет. В течение этих трех десятилетий при всех моих мыслях, действиях и жизни мной руководили только любовь и верность моему народу. Они дали мне силу принять сложнейшие решения, какие еще никогда не стояли ни перед одним из смертных. Я истратил мое время, мою рабочую силу и мое здоровье за эти три десятилетия. Это неправда, что я или кто-то другой в Германии хотели войны в 1939 году. Ее хотели и ее устроили исключительно те международные государственные деятели, которые или были еврейского происхождения, или работали в интересах евреев. Я сделал слишком много предложений по сокращению и ограничению вооружений, которые потомство никогда не посмеет отрицать, чтобы ответственность за эту войну можно было возложить на меня. Кроме того, я никогда не хотел, чтобы после первой злосчастной мировой войны возникла вторая — против Англии и даже Америки. Пройдут столетия, но из руин наших городов и исторических памятников будет возрождаться ненависть против того, в конечном счете ответственного народа, которому мы всем этим обязаны: международному еврейству и его пособникам. Еще за три дня до начала немецко-польской войны я предложил британскому послу в Берлине решение немецко-польских проблем, подобное решению Саарского вопроса под международным контролем. И это предложение не могут отрицать. Но оно было отвергнуто, так как круги, задающие тон в английской политике, желали войны, частично из-за выгодных сделок, частично подгоняемые организованной международным еврейством пропагандой. Но у меня не оставалось никакого сомнения в том, что если народы Европы будут опять рассматриваться только как пакеты акций этих денежных и финансовых заговорщиков, то тогда к ответу будет привлечен также и тот народ, который является истинным виновником этой убийственной войны: еврейство! Далее, я никого не оставил в неведении на тот счет, что миллионы взрослых мужчин могут умирать и сотни тысяч женщин и детей сгорать в городах и погибать под бомбами для того, чтобы истинный виновник искупил свою вину, хотя бы даже и гуманными средствами.

После шестилетней борьбы, которая, несмотря на все неудачи, войдет когда-нибудь в историю как самое славное и смелое выражение жизненной воли народа, я не могу расстаться с городом, который является столицей этого рейха. Так как силы очень малы, чтобы как раз на этом месте выдерживать и далее натиск врага, а наше сопротивление, ослепленное этим, как бывает у бесхарактерных и в такой же степени ослепленных людей, постепенно обесценится, я бы хотел, оставшись в этом городе, разделить мою судьбу с тем, что миллионы других уже приняли на себя. Кроме того, я не хочу попасть в руки врагов, которые для увеселения своих подстрекаемых масс нуждаются в инсценированном евреями зрелище. Поэтому я решил остаться в Берлине и здесь добровольно избрать себе смерть в тот момент, когда я буду уверен, что местопребывание фюрера и канцлера уже не может быть больше удержано. Я умру с радостным сердцем перед лицом осознанных мною неизмеримых подвигов и достижений наших солдат на фронте, наших женщин дома, достижений наших крестьян и рабочих и единственных в истории деяний нашей молодежи, которая носит мое имя.

То, что я выражаю им всем исходящую из самой глубины сердца благодарность, так же понятно, как и мое желание, что они ни при каких обстоятельствах не прекратят борьбы и, безразлично, где и когда будут продолжать [276] ее против врагов отечества, оставаясь верными призывам великого Клаузевица. Из жертв наших солдат и из моего собственного единения с ними до самой смерти в немецкой истории так или иначе когда-нибудь опять взойдет семя сияющего возрождения национал-социалистического движения и тем самым осуществления настоящей общности народа. Многие храбрые мужчины и женщины решили связать свою жизнь с моей до самого конца. Я их просил и, наконец, приказал, не делать этого, а принять участие в дальнейшей борьбе нации. Командующих армиями, военно-морским флотом и военно-воздушными силами я прошу с помощью крайних средств усилить дух сопротивления наших солдат в национал-социалистическом смысле с особой ссылкой на то, что также и я сам, основатель и творец этого движения, предпочел смерть трусливой сдаче или даже капитуляции. Пусть со временем станет понятием чести немецкого офицера, как это уже имеет место в нашем военно-морском флоте, что сдача местности или города — невозможна и что здесь прежде всего командиры своим ярким примером должны идти впереди, преданнейше выполняя свои обязанности вплоть до самой смерти.

Перед своей смертью я изгоняю бывшего рейхсмаршала Германа Геринга из партии и лишаю его всех прав, которые следуют из указа от 29 июня 1941 года, а также из моего заявления в рейхстаге от 1 сентября 1939 года. Вместо него я назначаю гросс-адмирала Деница рейхспрезидентом и Верховным командующим вермахта.

Перед своей смертью я изгоняю бывшего рейхсфюрера СС и рейхсминистра внутренних дел Генриха Гиммлера из партии, а также со всех государственных постов. Вместо него я назначаю гайляйтера Карла Ганке рейхсфюрером СС и начальником немецкой полиции, а гаулейтера Пауля Гизлера — рейхсминистром внутренних дел. Геринг и Гиммлер своими тайными переговорами с врагом, которые они вели без моего ведома и против моей воли, а также своей попыткой, вопреки закону, захватить власть в государстве в свои руки, причинили стране и всему народу неизмеримый ущерб, не говоря уже об измене по отношению ко мне лично.

Чтобы дать немецкому народу правительство, состоящее из честных людей, которые выполнят обязательство дальше продолжать войну всеми средствами, я назначаю в качестве руководителей нации следующих членов нового кабинета: рейхспрезидент Дениц, рейхсканцлер д-р Геббельс, министр партии Борман, министр иностранных дел Зейсс-Инкварт, министр внутренних дел гаулейтер Гизлер, военный министр Дениц, главнокомандующий сухопутными войсками Шернер, военно-морским флотом — Дениц, военно-воздушными силами Грейм, министры: юстиции Тиракк, культа Жеель, пропаганды д-р Науман, финансов Шверин фон Крозигк, рейсфюрер СС и начальник немецкой полиции гаулайтер Генке, министры: экономики Функ, сельского хозяйства Бакке, труда д-р Гупфауер, вооружения Заур, руководитель ДАФ{111} и член райхскабинета рейхсминистр д-р Лей.

Хотя некоторое число этих людей, таких как Мартин Борман, д-р Геббельс и т. д., включая их жен, примкнули ко мне по доброй воле и ни при каких обстоятельствах не хотят покинуть столицу рейха, а готовы погибнуть вместе со мной, я должен их все же просить подчиниться моим требованиям и в данном случае поставить интересы нации над своими собственными чувствами. Как товарищи они после смерти будут стоять ко мне так же близко, как и мой дух будет пребывать среди них и постоянно их сопровождать. Пусть они будут твердыми, но никогда — несправедливыми; пусть они никогда не берут страх в советчики их дел и честь нации ставят превыше всего на земле. Пусть они, наконец, осознают, что наша задача построения национал-социалистического государства представляет собой труд будущих поколений, который обязывает каждого отдельного человека всегда служить общему делу и в соответствии с ним отодвигать назад свои собственные выгоды. От всех немцев, всех национал-социалистов, мужчин и женщин, и всех солдат вермахта я требую, чтобы они до самой смерти были верны и послушны новому правительству и своему президенту. Я обязываю руководство [277] нации и подчиненных прежде всего к неукоснительному соблюдению расовых законов и к беспощадному сопротивлению мировому отравителю всех народов — международному еврейству.

Составлено в Берлине 29 апреля 1945 года в 4 часа.

Адольф Гитлер

В качестве свидетелей:

Д-р Иозеф Геббельс
Мартин Борман
Вильгельм Бургдорф
Ганс Кребс

Печ. по: Дневник боевых действий... Пер. с немецкого. С. 1143—1148.


? 190. Донесение командующего войсками 1-го Белорусского фронта Верховному Главнокомандующему о смерти Гитлера и встрече с начальником Генерального штаба сухопутных войск Германии

1 мая 1945 г. 10.35

1. Сегодня, 1 мая в 4 часа, на участок 8-й гвардейской армии явился начальник генштаба сухопутных войск немецкой армии генерал инфантерии Кребс, который передал Чуйкову для передачи Верховному советскому командованию письменное заявление за подписью Геббельса и Бормана следующего содержания:

«Берлин, 30 апреля 1945 г. Имперская канцелярия.

Сообщение.

Мы уполномачиваем начальника генерального штаба сухопутной армии генерала пехоты Ганса Кребса для передачи следующего сообщения: «Я как первый из немцев сообщаю вождю советских народов, что сегодня, 30 апреля 1945 г., в 15.50 вождь немецкого народа Адольф Гитлер покончил жизнь самоубийством.

В соответствии с законно отданными им распоряжениями (завещанием), он передал свою власть и ответственность гросс-адмиралу Деницу как президенту империи и министру доктору Геббельсу как имперскому канцлеру, а также назначил исполнителем своего завещания своего секретаря рейхсляйтера Мартина Бормана.

Я уполномочен новым имперским канцлером и секретарем Адольфа Гитлера Мартином Борманом установить непосредственный контакт с вождем советских народов. Этот контакт имеет целью выяснить — в какой мере существует возможность установить основы для мира между немецким народом и Советским Союзом, которые будут служить для блага и будущего обоих народов, понесших наибольшие потери в войне.

Доктор Геббельс
Борман».

Примечание к сообщению:

1. Причины смерти Адольфа Гитлера — военное надежда освободить для немецкого народа дорогу го, для которого он сам более не может создать сылки.

поражение в воине, для нового будуще-достаточные предпосылки. [278]

2. Состав единственного легального правительства в Германии, назначенного фюрером:

имперский президент — гросс-адмирал Дениц;
имперский канцлер — доктор Геббельс;
министр иностранных дел — доктор Зейсс-Инкварт;
министр по делам партии — Мартин Борман;
главнокомандующий сухопутной армией — генерал-фельдмаршал Шернер;
главнокомандующий ВВС — фельдмаршал .фон Грейм;
главнокомандующий морским флотом — гросс-адмирал Дениц;
министр внутренних дел — гауляйтер Гислер;
командующий войсками СС и начальник немецкой полиции — гауляйтер Ханке».

2. На наши вопросы: а) Где застрелился Гитлер и где находится сейчас его труп? — Кребс ответил, что Гитлер застрелился в Берлине, а труп сожжен согласно завещанию 30 апреля 1945 г.; б) Когда Геббельс и Борман будут объявлять народу о самоубийстве Гитлера и о его завещании? — Кребс ответил: «Объявлять о самоубийстве Гитлера и его завещании мы не будем, т. к. об этом узнает Гиммлер и воспользуется этим для создания своего правительства. Кроме того, у нас в Берлине нет средств связи для объявления. Мы думаем объявить о смерти Гитлера и о создании нового правительства после перемирия и открытия переговоров о мире» в) Знают ли Геббельс, Борман и другие о том, что Гиммлер обращался к англичанам и американцам с предложением о безоговорочной капитуляции? — Кребс ответил, что об этом ему стало известно только от советского командования и что Геббельс, Борман и другие об этом якобы не знают. Насчет Гиммлера Кребс добавил, что Гиммлер — это предатель, он очень нечестно относился к Гитлеру, обманывал его, не выполнил приказа о снятии войск с западного фронта на защиту Берлина и за это исключен из партии; г) Будет ли объявлено Гиммлеру, армии и народу о том, что Гиммлер оказался предателем и что он исключен из партии? — Кребс ответил: «У нас нет связи для передачи и это будет сделано тогда, когда будут налицо условия перемирия и когда будет легализовано новое правительство».

На вопрос, не лучше ли это сделать сейчас, чтобы знали армия и народ о Гиммлере как о предателе, Кребс ответил: «Это должен сделать Геббельс» д) Где сейчас находятся Геринг, Гиммлер, Риббентроп и Гудериан и какую роль они будут играть в проектируемом правительстве? — Кребс ответил, что завещанием Гитлера в правительство эти лица не включены. Геринг находится в Баварии на территории, уже оккупированной союзниками. Риббентроп и Гиммлер находятся в Мекленбурге.

Гудериан болен и с 15 марта освобожден от должности начальника имперского штаба, а вместо него Гитлером на эту должность назначен я — Кребс; е) Кто сейчас является верховным главнокомандующим, кто начальником штаба ставки? — Кребс ответил: «Верховным главнокомандующим будет гросс-адмирал Дениц, сейчас он находится в Мекленбурге. Там же находится и ставка» ж) На наш вопрос, не думает ли Геббельс сдать Берлин ввиду безнадежного положения гарнизона? — Кребс ответил, что Геббельс без Деница не может принять решения о капитуляции и сдаче Берлина, но так как Дениц находится в Мекленбурге, то Кребс просил разрешения послать своего офицера на машине через линию нашего фронта за получением указаний.

3. Из разговоров с Кребсом я сделал вывод, что главной целью Геббельса является прощупать возможность признания со стороны Советского правительства проектируемого правительства Германии (составленного по указанию Гитлера) и прощупать возможность начала переговоров о перемирии.

Сдавать Берлин на условиях безоговорочной капитуляции до получения гарантии о перемирии Геббельс и Борман не считают возможным.

Посылку немецкого офицера в Мекленбург к Деницу через линию нашего фронта я не разрешил. [279]

Примечание. Подлинные документы за подписью Геббельса и Бормана хранятся в штабе фронта.

Г. Жуков

Передано по телефону ВЧ в 10.35 1.5.45 г.

Принял дежурный генерал Генерального штаба Красной Армии генерал-майор Соколов

Передал генерал-лейтенант И. Бойков

Верно: Ст пом. нач. отдела по использованию опыта войны оперуправления подполковник Павловский

РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 739. Л. 522— 525. Зав. копия.


? 191. Послание Геббельса и Бормана гросс-адмиралу Деницу с извещением о смерти А. Гитлера и назначении новых руководителей Германии в соответствии с завещанием фюрера{112}

1 мая 1945 г.

Гросс-адмиралу Деницу

Вчера в 15.30 фюрер скончался. Завещание от 29 апреля 1945 г. возлагает на вас пост рейхспрезидента. На рейхсминистра доктора Геббельса пост рейхсканцлера, на рейхсляйтера Бормана — пост руководителя партии, на рейхсминистра Зейсс-Инкварта — пост министра иностранных дел.

Завещание, согласно распоряжению фюрера, было направлено из Берлина вам, фельдмаршалу Шернеру и в надежное место для общественного мнения.

Рейхсляйтер Борман будет еще сегодня пытаться прибыть к вам, чтобы информировать вас о положении. Форма и время опубликования для общественного мнения и войск предоставляется вам.

Подписали: Доктор Геббельс, Борман

Примечание:

Документ изъят у пленного вице-адмирала Фосса 2 мая 1945 г.

Перевел с нем. Нач. следственной части РО 3-й уд. армии капитан Альперович

Верно: Ст. пом. нач. отдела по использованию опыта войны оперуправления штаба 1 БФ подполковник Павловский [280]

РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 739. Л. 526. Зав. копия. Пер. с немецкого.


? 192. Заявление личного представителя гросс-адмирала Деница при ставке Гитлера вице-адмирала Фосса о последних часах жизни А. Гитлера{113}

2 мая 1945 г.

В последние дни перед кончиной фюрера неоднократно говорилось о том, является ли наилучшим исходом для Европы ориентация на Англию и Америку или на Россию. Фюрер видел в маршале Сталине наиболее сильного из своих противников и в последние дни в разговорах со мной часто высказывался о суровой и не способной на компромисс волевой личности этого противника. Поскольку он, вследствие полного прекращения связи, в течение последних 14 дней не смог сообщить гросс-адмиралу об этом изменении своих взглядов, несмотря на то, что была сделана попытка через курьеров передать соответствующее извещение, фюрер незадолго до своей смерти поручил мне лично передать эту точку зрения своему преемнику — гросс-адмиралу Деницу. Это волеизъявление должно было найти свое выражение в назначении кабинета на время после смерти [фюрера].

Я был особенно предан фюреру и гросс-адмиралу. Ввиду того, что гросс-адмирал счел бы неизвестное ему волеизъявление, переданное каким-либо другим лицом, провокацией, сам же он как моряк до сего времени в политическом отношении ориентировался на запад, я считаю необходимым информировать его лично и прошу дать мне возможность в сопровождении русского офицера ориентировать его.

Я хотел бы при этом сообщить ему последние слова благодарности фюрера за его и мою верность и описать ему последний час [(фюрера)] так, как. я сам его пережил.

Прошу это заявление не опубликовывать.

Р. S. Фюрер последний раз говорил со мною 30.4.45 г. в 14.30 и в длившейся около 10 минут речи простился со мной. Я знал о том, что он дал приказ сжечь свой труп сразу же после смерти. Такое же распоряжение дал рейхсминистр доктор Геббельс, который хотел до самого конца оставаться в рейхсканцелярии. Он также не хотел покидать горящий корабль и быть обузой прорывающейся группе.

Труп Гитлера я видел лично.{114}

Вице-адмирал Фосс

Перевел:

Нач. следственной части РО штаба 3-й ударной армии капитан Альперович

Верно: пом. нач. по использованию опыта войны штаба 3-й ударной армии гвардии капитан Дмитренко [281]

РФ. Ф. 233. Оп. 2356. Д. 776. Л. 134. Зав. копия.


? 193. Донесение командующего войсками 1-го Белорусского фронта Верховному Главнокомандующему с текстом письменного обращения к нему первого заместителя Геббельса г. Фриче о прекращении военных действий

2 мая 1945 г. 17.30{115}

Докладываю письменное обращение министериального директора и первого заместителя Геббельса Ганса Фриче, присланное через 8-ю гв. армию на мое имя. Ганс Фриче сдался и находится у нас.{116}

Г. Жуков

* * *

«Главнокомандующему Русскими армиями в Берлине, господину Маршалу Жукову

Господин Маршал!

Как Вы из переговоров с начальником германского генерального штаба, генералом Кребсом, осведомлены, Адольф Гитлер не находится в живых.

Назначенный Адольфом Гитлером рейхспрезидент Дениц из Берлина недостижим. Известно, что назначенный Адольфом Гитлером рейхсканцлер д-р Геббельс не находится в живых. Другие ответственные члены германского правительства и ответственные военные представители недостижимы. Они частью, вероятно, не находятся в живых или не находятся в центре Берлина, находящегося еще в руках германских войск.

Я, как один из немногих находящихся в Германии в живых высоких чиновников правительства, прошу Вас взять в свои руки Берлин под защиту советских войск. Имевшие до сих пор правительственную власть [чиновники] германской империи, которые, как уже упомянуто, не находятся больше в живых, меня на этот шаг не уполномочили. Но я хотел бы указать на то, что мое имя в германской империи и по эту сторону германских границ небезызвестно, и что мое слово, транслированное через еще имеющиеся имперские радиостанции, авторитетно; особенно тогда, когда я германскому народу и германским войскам мог бы дать сообщение о событиях, происшедших после смерти Адольфа Гитлера. Я уверяю, что с моим словом последнее, еще имеющееся сопротивление будет иметь свой конец.

Другие имеющиеся предложения отдельным союзным: великим державам находятся вне этого шага, который я предпринимаю в тяжелую минуту [для] германского народа.

Для технического проведения передачи германской столицы под защиту советских войск прошу о немедленном прекращении военных действий и предоставлении возможности через радиовещательную станцию Берлина дать германскому народу соответственную трансляцию. Парламентер уполномочен все подробности, согласно Вашему желанию, установить.

Я предлагаю, господин Маршал, эту передачу в надежде дать возможность оставшимся в живых после этой большой катастрофы, постигшей мою родину, мужчинам, женщинам и детям, работать на благо человечества.

В этом смысле я высказываю уважение не от своего имени, но в признании Вашей победы прошу милости от имени моих сограждан.

Министериалъный директор Ганс Фриче [282]

РФ. Ф. 233. П. 2307. Д. 3. Л. 109, 121 — 124. Подлинник.


? 194. Донесение командующего войсками 1-го Белорусского фронта Верховному Главнокомандующему об опознании трупа Геббельса

? 255 3 мая 1945 г. 05.55

Докладываю, что органами СМЕРШ 79 ск 3-й ударной армии 2.5.45 г. на территории германского рейхстага были задержаны личный повар Геббельса Вильгельм Ланге, работавший 10 лет в семье Геббельса, и начальник гаража Геббельса — Шнайдер, работавший на этой должности с 1937 года. Задержанные показали, что Гитлер застрелился 30 апреля, но место им не известно, а Геббельс и его жена покончили самоубийством 1 мая с. г. в подземном убежище под рейхстагом, где они проживали в последнее время.

При спуске в подземелье Геббельса у входа в его рабочий кабинет были обнаружены обгоревшие трупы мужчины и женщины, в которых Ланге и Шнайдер сразу же опознали Геббельса и его жену.

Дополнительно был вызван работавший 4 года в министерстве пропаганды «генеральный секретарь белорусского комитета» Барткевич, который также опознал Геббельса и его жену. Никаких документов при трупах не обнаружено, но в кабинете Геббельса найдены папки с различными документами, которые опечатаны и взяты под охрану.

Для подтверждения полученных данных приказано утром 3.5.45 г. предъявить трупы пяти пленным генералам, задокументировать их показания, зафотографировать трупы, изучить детально обстановку в убежище и установить причину обгораний трупов, после чего донесено будет вам дополнительно.

Одновременно приняты меры к обнаружению места жительства в последнее время Гитлера и детального исследования всех сведений по самоубийству Гитлера.

Жуков

Телегин

РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 3, Л. 119—120. Подлинник.


? 195. Донесение командующего войсками 1-го Белорусского фронта Верховному Главнокомандующему об опознании трупов имперского министра пропаганды и начальника Генерального штаба сухопутных сил Германии

3 мая 1945 г.

2 мая 1945 года в Берлине на территории гитлеровской канцелярии рейхстага на Вильгельмштрассе, где в последнее время была ставка Гитлера, обнаружены обгоревшие трупы, в которых опознаны имперский министр пропаганды Германии доктор Геббельс и его жена.

3 мая с. г. на той же территории в штаб-квартире Геббельса (бомбоубежище на глубине 80 метров) обнаружены и извлечены трупы шестерых детей Геббельса.

По всем признакам трупов детей можно судить о том, что они были отравлены сильнодействующими ядами.

Лично начальником управления контрразведки СМЕРШ фронта генерал-лейтенантом тов. Вадисом были предъявлены обнаруженные трупы задержанным:

— личному представителю гросс-адмирала Деница при ставке Гитлера — вице-адмиралу Фоссу; [283]

— начальнику гаража рейхсканцелярии — Шнайдеру;

— повару — Ланге и начальнику технических учреждений имперской канцелярии — Циену, в которых они опознали Геббельса, его жену и детей.

При осмотре трупов Геббельса и его жены были обнаружены золотые значки, два пистолета «Браунинг ? 1», портсигар с монограммой.

По заявлению Фосса, золотой значок имела только единственная женщина Германии — жена Геббельса; значок был вручен Гитлером за три дня до его самоубийства, также Фосс опознал личную подпись Гитлера на портсигаре.

На территории имперской канцелярии во дворе министерства пропаганды был обнаружен труп в форме генерала, в котором Фосс опознал генерал-лейтенанта Кребса, являвшегося начальником Генерального штаба сухопутных сил Германии.

Кроме того, на подкладке мундира у левого бокового кармана обнаружена нашивка с надписью «Кребс».

1 мая Кребс приходил в 8-ю гв. армию в качестве парламентера для переговоров о капитуляции.

При осмотре трупа обнаружено пулевое отверстие в правой стороне подбородка с выходным отверстием в затылочной части головы, что свидетельствует о самоубийстве.

Трупы Геббельса, его жены, а также Кребса находятся в СМЕРШе.

Прошу указаний, как поступить с трупами.

Г. Жуков

Телегин

РФ. Ф. 233. Оп. 2307. Д. 3. Л. 125— 126. Подлинник.


? 196. Донесение начальника политического отдела 3-й ударной армии начальнику политического управления 1-го Белорусского фронта о смерти Гитлера, опознании трупов Геббельса и других лиц

? 0352 5 мая 1945 г.

За время наступательных боев на берлинском направлении и в боях по овладению столицей Германии войсками 3-й ударной армии взято в плен 41 130 немецких солдат и офицеров. В числе пленных — 275 офицеров германской армии, среди которых: полковников — 7, подполковников — 2, майор — 1, а также 10 генералов, в том числе:

1. Генерал-майор медицинской службы Тарель Врубель — начальник санитарной службы полиции Берлина.
2. Генерал-лейтенант Баур — командир воздушной эскадры фюрера.
3. Вице-адмирал Фосс — личный представитель гросс-адмирала Деница при ставке Гитлера.
4. Генерал-майор полиции фон Хаймбург — начальник охранной полиции Берлина.
5. Генерал-лейтенант полиции Гюром — полицей-президент Берлина.
6. Генерал-лейтенант Роттенхубер — начальник полиции госбезопасности.
7. Генерал-майор Раух — командир 18 мд.
8. Генерал-майор войск СС Монке — командир центрального участка обороны Берлина, до этого — начальник личной охраны Гитлера.
9. Генерал-майор медслужбы Шрайдер — начальник военно-санитарного управления Берлина.
10. Генерал-лейтенант медслужбы Брикенфельд — ведущий врач Красного Креста г. Берлин-Бранденбург. [284]
11. Полковник Герман — командир 9 адд.
12. Полковник Бланкенбург — начальник артиллерии 9 адд.
13. Полковник Адольф Зур — начальник 5-го отдела вооружения 3-й инспекции вооружения Берлина.
14. Полковник войск СС фон Ганс Уолар — резерв ставки Гиммлера.
15. Полковник войск СС Гюнтер Пенк — главный врач центрального участка обороны Берлина.
16. Полковник Райнбабен — резерв главного штаба сухопутной армии.
17. Полковник Крехан — командир 51-го укреп. полка участка «Г».

Только за время с 1 по 4 мая 1945 г. взято в плен 31 801 солдат и офицер противника.

Особую ценность представляет вице-адмирал Фосс — личный представитель гросс-адмирала Деница при ставке Гитлера, который был в близких отношениях с Гитлером, Геббельсом и дал особо важные показания.

Согласно заявлению Фосса, 30 апреля 1945 г. Гитлер покончил жизнь самоубийством, а 1 мая 1945 г. совершил самоубийство министр пропаганды доктор Геббельс.

Незадолго до смерти, 30 апреля с. г., Гитлер вызывал к себе вице-адмирала Фосса, с которым беседовал в течение 10 минут и передал ему устное завещание, которое он должен был лично передать гросс-адмиралу Деницу, следующего содержания. (Перевод с немецкого).

«В последние дни перед кончиной фюрера неоднократно говорилось о том, является ли наилучшим исходом для Европы ориентация на Англию и Америку или на Россию. Фюрер видел в маршале Сталине наиболее сильного из своих противников и в последние дни в разговорах со мной часто высказывался о суровой и неспособной на компромисс волевой личности этого противника. Поскольку он, вследствие полного прекращения связи, в течение последних 14 дней не мог сообщить гросс-адмиралу об этом изменении своих взглядов несмотря на то, что была сделана попытка через курьеров передать соответствующее извещение, фюрер, незадолго до своей смерти, поручил мне лично передать эту точку зрения своему преемнику — гросс-адмиралу Деницу. Это волеизъявление должно было найти свое выражение в назначении кабинета на время после смерти фюрера.

Я был особенно предан фюреру и гросс-адмиралу. Ввиду того, что гросс-адмирал счел бы неизвестное ему волеизъявление, переданное каким-либо другим лицом, провокацией, сам же он как моряк до сего времени в политическом отношении ориентировался на запад, я считаю необходимым информировать его лично и прошу дать мне возможность в сопровождении русского офицера ориентировать его.

Я хотел бы при этом сообщить ему последние слова благодарности фюрера за его и мою верность и описать ему последний час фюрера так, как я сам его пережил.

Прошу это заявление не публиковать.

2.5.45 г. Фосс, вице-адмирал

Пост-скриптум. Фюрер последний раз говорил со мною 30.4.45 г. в 14.30 и в длившейся около 10 минут речи простился со мной. Я знал о том, что он дал приказ сжечь свой труп сразу же после смерти. Такое же распоряжение дал рейхсминистр доктор Геббельс, который до самого конца хотел оставаться в рейхсканцелярии. Он также не хотел покидать горящий корабль и быть обузой прорывающейся группе. Труп Гитлера я видел лично.

Фосс».

В изъятых документах у вице-адмирала Фосса найдена телеграмма на имя гросс-адмирала Деница за подписью Геббельса и Бормана следующего содержания:

Вчера в 15.30 фюрер скончался. Завещание от 29.4 возлагает на Вас пост рейхспрезидента, на рейхсминистра доктора Геббельса — пост рейхсканцлера, на рейхсляйтера Бормана — пост руководителя партии, на рейхсминистра Зейсс-Инкварта — пост министра иностранных дел.

Завещание, согласно распоряжению фюрера, было направлено из г. Берлина [285] Вам, фельдмаршалу Шернеру и в надежное место для общественного мнения.

Рейхсляйтер Борман будет еще сегодня пытаться прибыть к Вам, чтобы информировать Вас о положении. Форма и время опубликования для общественного мнения и войск предоставляется Вам.

Доктор Геббельс Борман».

Учитывая заявление Фосса о самоубийствах Геббельса и Кребса, были приняты меры по розыску и опознанию их трупов.

2 мая 1945 года в процессе фильтрации задержанных немцев отделом контрразведки СМЕРШ 207 сд было задержано два немца, работавших ранее в рейхстаге. Первый — Вильгельм Ланге — повар рейхсканцелярии, работал 10 лет, Геббельса знает хорошо. Второй — Карл Шнайдер — техник гаража рейхсканцелярии, работал с 1937 г.

Во время разговора с ними они заявили, что из хорошо осведомленных источников знают, что Гитлер застрелился 30.4.45 г., а Геббельс со своей семьей покончил жизнь самоубийством 1 мая с. г.

После этого работники отдела контрразведки СМЕРШ Быстров, Катышев, Хозин и Клименко вместе с поваром и техником гаража выехали к месту жительства Геббельса. Не доходя 2 метра до бомбоубежища (квартира Геббельса), против входной двери на земле были обнаружены два трупа — мужской и женский. Повар и техник гаража, осмотрев мужской труп, сразу заявили, что это Геббельс, а на женский труп указали, что это, очевидно, его жена. (Женщина была больше обгоревшая.)

На второй день, 3 мая, были найдены и привезены в 79 ск из квартиры Геббельса 6 трупов детей и труп обгоревшей женщины, а также труп генерала в чине генерала пехоты.

В связи с тем, что был обнаружен якобы труп Геббельса, на место выехала комиссия в составе представителей отдела контрразведки СМЕРШ, политотдела и разведотдела армии, которая взяла с собой вице-адмирала Фосса, знавшего Геббельса лично.

При осмотре трупов вице-адмирал Фосс, повар Вильгельм Ланге и техник гаража Карл Шнайдер опознали в обожженном мужском трупе доктора Геббельса, в обгоревшем трупе женщины — его жену, в шести детских трупах в в возрасте от 4 до 14 лет — детей Геббельса. В мужском трупе генерала был опознан начальник генерального штаба германской армии{117} генерал пехоты — Кребс.

Признаками для опознания трупов послужили следующие:

У Геббельса — овал головы, профиль лица и наличие протеза на правой ноге (ниже колена), золотой значок фашистской партии на обгоревшей куртке.

Вице-адмирал Фосс, который хорошо знал жену Геббельса, опознал ее в обгоревшем женском трупе по наличию у нее фашистского золотого значка, который за три дня до смерти вручил ей Гитлер (единственная женщина в Германии, имевшая фашистский золотой значок), а также по дамскому золотому портсигару с монограммой на внутренней стенке крышки «Адольф Гитлер. 1934 год», который также подарил в свое время Гитлер жене Геббельса.

В детских трупах вице-адмирал Фосс опознал детей Геббельса, которых он хорошо знал, и назвал их имена.

В мужском трупе генерала вице-адмирал Фосс опознал генерала пехоты Кребса по шраму на лице и по хорошо сохранившимся чертам лица. На внутреннем кармане кителя генерала была надпись: «Кребс».

Можно указать на тот факт, что из сотен офицеров и солдат, приходивших посмотреть труп Геббельса, все заявляли, что это Геббельс.

На месте составлен акт опознания трупа Геббельса комиссией под председательством начальника управления контрразведки СМЕРШ 1-го Белорусского фронта.

Трупы Геббельса, его жены, детей, начальника генерального штаба германской [286] армии генерала пехоты Кребса были вывезены из Берлина в пригород Бук в отдел контрразведки СМЕРШ 3-й ударной армии для опознания выехавшей из Москвы правительственной комиссией.

Начальник политотдела 3-й ударной армии полковник Лисицын

РФ. Ф. 233. Оп. 2374. Д. 92. Л. 97—100. Подлинник.


? 197. Указание Ставки Верховного Главнокомандования командующему войсками 1-го Белорусского фронта для советского представителя в Союзной Контрольной комиссии в Германии о согласии советской стороны на арест правительства Германии во главе с Деницем

?11093 18 мая 1945 г. 19.50

Немедленно передайте генералу Трусову следующий ответ правительства Советского Союза и Верховного Главнокомандующего на запрос главы англоамериканской Контрольной комиссии в Германии генерала Рукса:

«Правительство Советского Союза и Верховное Главнокомандование поручило мне передать Вам:

1. Что они не возражают против немедленного ареста всего состава так называемого правительства гросс-адмирала Деница.

2. Нет также возражений против ареста Йодля, Фридебурга и других генералов и офицеров с тем, однако, чтобы была создана комиссия из представителей Советского Верховного Главнокомандования и англо-американского Верховного командования для ликвидации штаба германского командования, принятия от него архивов, документов и имущества.

С советской стороны представителем в эту комиссию назначается генерал Трусов».

Сталин

Антонов [287]

РФ. Ф. 3. Оп. 11556. Д. 18. Л. 151. Копия.

Дальше