Содержание
«Военная Литература»
Дневники и письма

1945

Январь

3 января

В Будапеште бои по уничтожению окруженной группировки противника. Фашисты расстреляли советских парламентеров.

В Чехословакии советские войска преодолевают упорное сопротивление противника. Взят город Лученец и множество населенных пунктов.

За 1–2 января уничтожено 67 танков и 8 самолетов противника.

Временное Национальное правительство Венгрии объявило войну гитлеровской Германии.

Союзники сражаются в районах реки Маас, Арденн, Рошфора.

Английские интервенты помогают реакционным греческим правительственным войскам очищать Афины от отрядов ЭЛАС.

Ллойд Джорджу — многолетнему лидеру либеральной партии, «защитнику» интересов народа, его величество король Англии пожаловал титул графа.

* * *

Рабочий день председателя ЦК КПК начинается около двух — четырех часов пополудни.

Обычно после пробуждения и омовения на восточный манер ему сообщают срочные телеграммы. После завтрака (точнее обеда) он принимает только близких сотрудников. Вечерами у Мао Цзэ-дуна совещания и заседания, нередко за полночь. На таких совещаниях преимущественно говорит сам председатель ЦК КПК. И говорит очень много. Регламента и строгого перечня вопросов, как правило, не существует — все подчиняются его настроению. [415]

Основные документы для Мао Цзэ-дуна составляют Чжоу Энь-лай, Лю Шао-ци и Чэнь Бо-да. По-моему, одним из помощников Чэнь Бо-да становится и Ху Цяо-му (историк по образованию).

Чжу Дэ и Жэнь Би-ши пишут по заданию председателя ЦК КПК, представляя буквально каждую страницу на проверку.

5 января

В Кламси (Франция) состоялись похороны Ромена Роллана.

Швейцария играет все более важную роль в грязных финансовых операциях гибнущего райха.

* * *

Председатель ЦК КПК опять подчеркнул мне, что для революционного преобразования Китая не обязательно знание марксизма-ленинизма. Важно знать Китай, его нужды, обычаи, историю...

Мао Цзэ-дун избегает в разговорах даже простого упоминания о ВКП (б). К опыту нашей большевистской партии (хотя он любит ссылаться на него) не проявляет ни малейшего интереса.

После окончательного утверждения своей безоговорочной власти в поведении Мао еще более заметно желание слыть непререкаемым авторитетом во всех партийных и государственных делах.

Соответственно своему положению Мао выработал и манеру поведения. Говорит едва слышно — поэтому все должны напряженно вслушиваться. В движениях медлителен. Часами почти неподвижен в своем кресле.

Во всех своих поступках и каждом слове он учитывает психологию Китая. И обидчив, очень обидчив...

7 января

Был у Мао Цзэ-дуна.

Он занят подготовкой съездовской документации. Выглядел утомленным. Говорил медленно, часто делал паузы, раздумывая о чем-то своем. Иногда вставал. Ходил горбясь. Волосы сползали на щеки, но он их не откидывал. Останавливался у стола, ворошил бумаги. Прихлебывал чай.

В жестах и поведении Мао та спокойная уверенность, когда человек не сомневается, что его обязательно подождут. [416] Вообще он разговорчив, но порой, «выдерживая тон», весьма скуп на слово...

Мао пожаловался на приступ слабости.

Мао — высокий, крепкий, но совершенно не выносит какой-либо физической работы. Он избегает прогулок, солнца, движений...

Мао жаловался на возраст. «Скоро старость», — заметил он невесело.

Я шутливо напомнил ему о Сяньюй Туне. Цзян Цин накануне дала почитать мне сборник старинных рассказов («Сяньюй Тун прожил девяносто семь лет, и последние сорок были для него годами процветания и славы...»).

Мао смолчал. В этот раз он курил особенно неряшливо. Засыпал пеплом штаны, полы куртки. Сорил окурками. Много и неприятно отплевывался.

Удивительно, как неудачи или малейшее нездоровье преобразуют его. Сразу делают похожим на старика.

10 января

В районе Будапешта бои по уничтожению окруженной группировки. На других фронтах без существенных изменений.

Англичане вытеснили греческих партизан (ЭЛАС) из Афин в горы и продолжают их истреблять...

Черчилль из Греции махнул во Францию, из Франции — в Бельгию. Надо полагать, в Греции он лично руководил карательными акциями. Он ведь специалист по этому делу. И там ему, кажется, удалось проделать то, что сорвалось в России в 1918–1921 годах...

Рузвельт обратился с посланием к конгрессу.

О Советском Союзе президент говорит как о непоколебимом союзнике США, который героически выстоял под Ленинградом, Москвой, Сталинградом и который в гигантских операциях минувшего года уничтожил бесчисленные германские армии...

О Китае Рузвельт отозвался как стране, мужественно выдерживающей в течение почти восьми лет варварские атаки японцев и сдерживающей агрессоров в обширных районах азиатского материка...

Япония, по словам президента, переживает сейчас мощнейшее воздушное наступление американцев...

Если падет Гуйян, неизбежно падет и Чунцин.

На 5 мая намечен созыв VI национального конгресса Гоминьдана. [417]

11 января

Американцы высадились на остров Лусон.

В конце 1944 года в распоряжении Чан Кай-ши было около 6 тысяч изношенных грузовиков.

Американским флотом, оперирующим у берегов Китая, командует адмирал Кук.

* * *

Хэрли предпринимает новые попытки к примирению Гоминьдана и Компартии на условиях американского контроля. Вчера из Чунцина в Яньань прибыли военный атташе США в Китае полковник Дэпас, советник по японским делам Вайтмейер, сотрудник штаба Ведемейера майор Эдвард и еще несколько должностных лиц.

Хэрли, уже в качестве посла США, передал с Дэпасом свое послание руководству КПК.

В послании Хэрли заявляет, что в настоящее время есть все условия для успешного завершения переговоров между Особым районом и Гоминьданом и просит Мао Цзэ-дуна и Чжоу Энь-лая разрешить ему посетить Яньань вместе с министром иностранных дел Китая Сун Цзы-вэнем, министром пропаганды Ван Ши-цзе и начальником политуправления китайской армии Чжан Чжи-чжуном.

Дэпас беседовал с Мао Цзэ-дуном, Чжоу Энь-лаем, Чжу Дэ и Е Цзянь-ином. Они проявили исключительную сдержанность и холодность к военному атташе США.

Сегодня Дэпас и другие американцы вылетели в Чунцин с отказом Мао Цзэ-дуна и Чжоу Энь-лая вступить в переговоры. Дэпасу вручено письмо, в котором Мао Цзэ-дун от имени КПК требует срочного созыва Общенационального демократического собрания и полной свободы для органа Компартии в Чунцине — газеты «Синьхуа жибао». Мао Цзэ-дун настаивает на организации дискуссии в стране по всем вопросам демократического преобразования Китая.

Неуступчивая и твердая позиция руководства Компартии — ставка, если не на срыв союза с Гоминьданом, то на его международную изоляцию. Мао Цзэ-дун отлично учитывает условия, сложившиеся в результате непрекращающегося японского наступления. Гоминьдан — под огнем органов прессы буквально всех стран антияпонской коалиции.

Председатель ЦК КПК продолжает спекулировать на промахе Хэрли, подписавшего проект яньаньского договора между КПК и ГМД 10 ноября минувшего года. Мао Цзэ-дун [418] понимает, что американский посол попал в неловкое положение и будет вынужден посредничать в переговорах между Особым районом и Чунцином, не допуская обострения отношений между ними, и тем более вооруженного столкновения. Поэтому Мао Цзэ-дун с каждым днем увеличивает сумму требований, не считаясь с реальностью. Реальность для него — привлечь симпатии американцев к Особому району, выставив Чана банкротом...

После статьи в «Известиях» (2 декабря 1944 года) руководители Компартии круто изменили свои взгляды на переговоры с американцами и уповают на неизменность нашей политической поддержки. Однако не исключили целиком из своих средств старую политику и продолжают ее в иной форме. Теперь своей неуступчивостью они шантажируют американцев...

Дай Ли — свой человек у Чан Кай-ши, ведает контрразведкой. Чан Кай-ши ему безгранично доверяет. Один из немногих, кто с ним встречается, — это военный атташе США полковник Дэпас. Дай Ли — неуловим. Почти никому в Чунцине не удавалось его увидеть.

12 января

Я обратился к председателю ЦК КПК с просьбой избавить меня от необходимости получать военно-политическую информацию от шефа цинбаоцзюй.

Во-первых, весьма унизительна зависимость от Кан Шэна. Каждый день я должен получать новости, которые он соблаговолит сообщать. При этом я должен терпеливо знакомиться не только с разного рода фальшивками. Шеф цинбаоцзюй всегда стремится разнюхать мои настроения.

Во-вторых, я, как правило, вынужден заниматься каторжной работой по очищению всех этих материалов от дезинформации.

В-третьих, он постоянно утаивает от меня факты яньаньской политики, затрагивающей интересы Советского Союза.

В-четвертых — ненавидит меня. Не может простить вмешательства в его расправу над Ван Мином. Ненавидит и за то, что я охарактеризовал его Москве как отступника от марксизма-ленинизма и палача китайских коммунистов-интернационалистов...

В-пятых, я по-прежнему не избавлен от его сыскного внимания. Человек из аппарата шефа цинбаоцзюй на свой страх и риск предупредил меня о новых формах и методах наблюдения за мной... [419]

В-шестых, Кан подбирает факты, которые могли бы скомпрометировать меня и, таким образом, поставили бы в зависимое от Мао положение, опорочив все мои прежние доклады Москве.

Разумеется, я не сказал об этом Мао Цзэ-дуну. Я мотивировал свою просьбу тем, что обстановка на Дальнем Востоке чрезвычайно усложняется. В таких условиях Кан Шэн не в состоянии обеспечивать меня квалифицированной информацией. В Яньани нет иностранных газет, нет пресс-центра. В результате я несвоевременно получаю информацию о важнейших событиях. В нынешних условиях Кан Шэн не в состоянии (я, конечно, не сказал, что он этого просто не хочет) дать объективную картину событий. Я лишен точной и своевременной информации и это вредит общему делу.

Председателю ЦК КПК было трудно возразить и все же он заметил, что, к сожалению, не видит другого выхода, ибо Кан Шэн — самый осведомленный работник в Особом районе («если не во всем Китае», — пошутил Мао).

Я сказал, что выход есть. Товарищ Е Цзянь-ин проявил себя толковым дипломатом, по долгу службы располагает необходимой информацией и способен дать деловую оценку событий. Но самое главное (это, несомненно, повысит ценность информации) — обеспечит оперативность работы. Знания товарища Е Цзянь-ина — гарантия квалифицированности сообщений и обзоров.

Еще каких-то два года назад председатель ЦК КПК даже не стал бы со мной говорить на подобную тему. Все радиостанции мира подсчитывали тогда часы до полной победы Гитлера над Советским Союзом...

И Мао, скрепя сердце, санкционировал возведение Е Цзянь-ина в ранг «пресс-атташе». Нет, он не поддался минутной слабости. Просто он начал серьезную игру с Москвой. И в его планах определенное место занимаю я. Стоит ли меня раздражать?

На прощание Мао Цзэ-дун с улыбкой сказал, что это не задача, от кого я буду получать информацию, лишь бы это содействовало «общему делу».

14 января

Войска 1-го Украинского фронта 12 января из района западнее Сандомира прорвали сильную оборону противника на фронте протяжением 40 километров.

Бои в Будапеште.

На других участках фронта поиски разведчиков... [420]

Образовано Временное правительство Польши. Президент Крайовой Рады Народовой — Болеслав Берут. Премьер-министр — Осубка-Моравский.

* * *

Мао вышел со мной из своего жилища. Вечерело. Дымка смазывала в долине очертания полей, домиков, дорог, фигурки людей.

Мы молча смотрели на зарю, темные скалы, нависшие над долиной, кустарник, обеленный инеем.

Мао, вдруг позабыв о предмете нашего разговора, стал читать стихи. Он читал их медленно, глуховато, со вкусом, повторяя понравившиеся сравнения. Он не равнодушен к символике восточной поэзии. Он, казалось, позабыл обо мне и о часовых...

Подошел Е Цзянь-ин. Мао достал сигарету, закурил. Он умеет молчать и ждать.

Е Цзянь-ин сказал, что американцы интересуются русскими в Яньани.

«Ваш корпункт их очень занимает, Сун Пин», — заключил свое сообщение Е Цзянь-ин.

«Репортеров это тоже интересовало», — добавил Мао Цзэ-дун.

Мао имел в виду прошлогодние визиты иностранных корреспондентов в Особый район. Конечно, и членов «союзнической миссии наблюдателей», и дотошных репортеров не мог не интересовать вопрос, а каковы здесь «позиции Москвы»?.. И всех явно поражало, что здесь из советских людей всего я, Орлов и Риммар (Проценко не в счет. Он в Яньани наездами). Ведь даже союзнический аппарат в Особом районе представлен громоздкой миссией, численность которой достигает порой нескольких десятков офицеров. Выражаясь спортивным языком, счет тут явно в пользу союзников.

Американцы, по-моему, достаточно осведомлены о чжэнфыне (кто потрудился: Фрей, Ма Хай-дэ?..). И если не ведают всех тонкостей партийных разногласий, все же уразумели главное — стремление Мао Цзэ-дуна обосновать свой националистический «марксизм реальности». А этот «марксизм» они понимают, как антисоветизм. Большего им не нужно.

Разумеется, не все союзные наблюдатели оценивали чжэнфынную подноготную в таком духе, но такие, как Дэвис, Сервис, Лудден (отчасти сам Стилуэлл), очевидно, со временем поняли возможности, какие открывают подобные взгляды Мао Цзэ-дуна. Экономическая платформа [421] КПК при таком партийном лидере их не смущает. Основа для союза с ним есть — это стремление к политической обособленности, за которым угадывается антисоветизм. Этот душок антисоветизма в настроениях руководства КПК господа союзники уловили верно.

Стилуэлл, Дэвис, Сервис, Лудден — самая опасная разновидность «союзника». Они видят дальше, много дальше своих коллег-чиновников, которые не поверили в антисоветские козыри Мао и решили, что председатель блефует. Эти военные чиновники точно следовали инструкциям, только инструкциям, а поведение Мао Цзэ-дуна не укладывалось ни в какие инструкции, так как он в любой инструкции значится, как «коммунист номер один», и тут такие авансы!.. Господа чиновники решили, что «коммунист номер один» просто блефует...

Стилуэлловекая группа (Дэвис, Сервис, Лудден) понимает, что союз США с Особым районом открывает гораздо более серьезные перспективы, чем традиционная ориентация на Чан Кай-ши или только ограниченное использование армейских соединений КПК.

Джозеф Стилуэлл действительно хорошо разбирается в обстановке. И отнюдь не случайно вокруг этого генерала сгруппировались такие люди. Стилуэлл, бесспорно, знаток Китая. Еще в молодости долго служил в Китае при американской военной миссии. Поэтому президент Рузвельт с началом войны на Тихом океане назначил его командующим всеми американскими вооруженными силами на китайско-бирманском театре военных действий (с исполнением должности начальника штаба Чан Кай-ши).

16 января

Отношения с американцами в новой фазе. Руководство Компартии понимает, что шансы на какой-то успех в переговорах с американцами постепенно сводятся к нулю. Рушатся надежды решить внутриполитические задачи в стране с помощью Соединенных Штатов. На худой конец, Мао рассчитывал нейтрализовать Чан Кай-ши заинтересованностью США в единстве антияпонского блока. При этом он гарантировал определенные и очень солидные выгоды заокеанским монополиям от вложений средств в экономику Китая, в случае своего прихода к власти.

То, что американцы не позволили бы национально-освободительной войне принять характер революции, Мао не смущает. Важно было с их помощью набрать силу, оттеснить старого Чана, запугав Белый дом гнилостью чунцинской [422] системы, неизбежностью его краха, ненадежностью этой системы с точки зрения экономических перспектив. Мао вел себя как торговец, доказывающий, что его товар самый лучший...

Коля отрывает меня от записей, заглядывает в комнату и предлагает чай в надежде поговорить. Я почти не бываю в нашем яньаньском доме. Куча дел, забот, встреч. Даже с товарищем нет времени перекинуться лишним словом.

...Итак, у американцев пересиливает животный страх перед Коммунистической партией. Они готовы поверить лидерам КПК, но не самой силе, которую те возглавляют. Четко разделить политиканство лидеров Компартии от нарастающего революционного движения у них не достает смелости, хотя такие попытки налицо. Риск для Белого дома кажется чрезмерным. Его эмиссары снуют между Вашингтоном, Чунцином и Яньанью. Искушение велико, но страх пересиливает. Американцам чудится за спиной председателя ЦК КПК Москва. Мао Цзэ-дун это отлично понимает! Недаром хунанец убеждал союзников в полной национальной независимости КПК (!) и всячески давал им понять, что изоляция СССР на Дальнем Востоке отвечает не только американским интересам. В Вашингтоне не приняли его авансы всерьез. Там решили, что Мао хочет просто поживиться за их счет.

Сейчас Мао, все более озлобляясь на американцев, вознамерился выжать из их заинтересованности в войсках КПК новую существенную выгоду — с их помощью держать Чан Кай-ши под постоянным контролем и давлением. Пусть союзники поскупились на оружие, но помощь 8-й НРА и Новой 4-й НРА ими не исключается. Кто будет сражаться с японцами здесь? Так пусть свяжут Чан Кай-ши разного рода требованиями, которые будет подсказывать Яньань...

Такая тактика позволит Мао захватывать новые территории, уничтожать гоминьдановскую администрацию в ряде районов. Причем Чан будет лишен инициативы, скованный заинтересованностью союзников в единстве борьбы против японцев и желанием контролировать весь Китай. Мао свяжет Чан Кай-ши с помощью американцев. Отнимет у Чана возможность эффективно отвечать на действия 8-й НРА и Новой 4-й НРА.

Можно не сомневаться, что председатель ЦК КПК разнообразит и усовершенствует эту тактику требований. Если же нужно, выдвинет и такие, которые Чан ни за что не примет. Разве этот чунцинский лидер такой глупец, чтобы [423] добровольно уступать власть председателю ЦК КПК?! А это как раз то, что нужно Мао Цзэ-дуну!

Пусть Чан Кай-ши упрямится, отвергает предложения Яньани! Чем больше таких отказов, тем лучше! Сам пойдет в западню...

Таким образом, Мао Цзэ-дун лишит Чан Кай-ши поддержки мировой общественности. Он дискредитирует Чан Кай-ши требованиями, которые тому поневоле станут передавать американцы. И пусть весь мир убедится, что Яньань готова на уступки, готова на сотрудничество, но чунцинская администрация в своей тупоумной реакционности отказывается внимать голосу совести!

Мао не говорит мне этого. Разумеется, и не скажет вообще. Но разве факты не красноречивее слов?

18 января

И меня, и американцев Мао продолжает пичкать по одному и тому же рецепту. Любопытно, а как ко всему этому относится Баррет?

Вооруженные силы КПК по-прежнему вызывают у Белого дома вожделение. Американцы заняты политическим урегулированием между КПК и ГМД. Значит, Баррет проглатывает приманку. Американцы мечутся между Яньанью и Чунцином. И уламывают то Чана, то Мао, то Чжоу. Но, возможно, тут дело не только в 8-й НРА и Новой 4-й НРА. Американцы хотят поставить под контроль политические события в Китае, мечтают управлять этим политическим процессом, быть дирижерами всех событий.

На днях я отправил примечательную телеграмму. Телеграммы я всякий раз получаю лично от председателя ЦК КПК. Обычно это служит поводом для встреч; он окончательно выбрал меня в качестве своего передаточного звена в переписке с Москвой. Он уверовал в эту тактику...

Так вот смысл этой телеграммы.

Председателя ЦК КПК очень занимает мысль о Лондонском конгрессе профсоюзов. Данный конгресс он рассматривает как очередное средство для создания определенного общественного мнения. В свою очередь, это подхлестнет американцев и те усилят нажим на Чан Кай-ши. Следовательно, участие в конгрессе послужит решению все тех же политических задач (изоляция Чан Кай-ши, возможность продолжать тактику уклонения от крупных операций в войне с Японией).

Телеграмма в адрес Всемирного конгресса профсоюзов послана через Чунцин. Мао не уверен, что цензура Чан [424] Кай-ши ее пропустит. Поэтому он доверительно сообщает Москве, что будет подготовлен специальный человек, который проберется в Индию и оттуда отправит телеграмму оргкомитету Лондонского конгресса.

В этом послании Москве председатель ЦК КПК развивает все ту же тактику подтасованных цифр. Так, численность членов профсоюзов в организациях самых важных уездов центральных провинций страны он определяет в двести тысяч членов (это в восьми районах). Что такие профессиональные союзы существуют вообще — сомнительно. Китай давно уже в хаосе войны, жестоких ограничений военного времени. О каких профсоюзных ячейках может идти речь?!

Но уж коли такие профессиональные союзы существуют, то никто не занимается их учетом. Руководство КПК до сих пор с точностью не может назвать даже численный состав своих вооруженных сил. Каждый командир практически волен выдавать цифры по личному усмотрению. Контроль центром не налажен. Во всех инстанциях бытует практика завышения цифр. Это со всех точек зрения выгодно: и поднимает авторитет командира, приумножает его заслуги, и служит интересам яньаньского руководства.

В одной из бесед со мной Мао сетовал на милитаристские пережитки в войсках КПК. И это лишний раз убедило меня, что «цифровой обмен» — одна из узаконенных здесь сторон работы.

В организациях соседней Шаньси (юго-восточных уездах провинции) членов профессиональных союзов не меньше ста двадцати четырех тысяч. Как там в полувоенной обстановке определена эта цифра, одному богу известно!

В яньаньском районе цифра членов профессиональных объединений более или менее правдоподобна, но это более или менее. И все же округлена до шестидесяти одной тысячи...

Мао Цзэ-дун предупреждает Москву, что это приблизительные данные, ибо не произведен подсчет батраков.

Меньше всего членов профсоюза в Шаньси — Суйюаньских уездах. Тут их только семнадцать тысяч. Зато в Пролетарской ассоциации сопротивления фашистской Японии и освобождения отечества профсоюзных товарищей ровно двести тридцать пять тысяч. Они трудятся в уездах Хэбэй — Шаньсийского округа.

В северной цитадели Компартии (профессиональных [425] организациях Шаньдуна) таких трудящихся около ста сорока четырех тысяч.

Мао Цзэ-дун сообщает, что руководство Компартии приняло решение об участии профсоюзных делегаций в работе Всемирного конгресса, который соберется в столице Великобритании.

Общее число членов профессиональных союзов составляет восемьсот тысяч. Руководство Компартии рассчитывает командировать в Лондон полномочную делегацию.

Под телеграммой фамильный иероглиф Мао...

Тщательное сопоставление цифр и сам факт, как составлялась эта телеграмма в Москву, привели меня к убеждению, что телеграмма не что иное, как преднамеренная дезинформация. Одна из многих за последние годы...

Я дополнил телеграмму председателя ЦК КПК своим мнением. Я сообщил Москве, что телеграмму можно принять лишь как документ, свидетельствующий о желании ввести руководителей ВКП(б) в заблуждение.

Никакого совета у руководства ВКП(б) Мао Цзэ-дун получать не рассчитывает. Такой совет его не интересует, так как он уже давно приступил к действиям, не подумав согласовать их с программной платформой прогрессивных профсоюзов мира.

Задача председателя ЦК КПК в том, чтобы через конгресс профессиональных союзов еще раз попытаться решить свои внутриполитические задачи, прямо противоречащие интересам борьбы с Японией. При этом председатель ЦК КПК упирает на то, что он якобы борется за единство всех национальных сил страны. В действительности его деятельность направлена на раскол и кризис власти в стране. Изгнание японских захватчиков из Китая он возлагает на внешние силы (СССР и США).

Количество членов профессиональных объединений определено произвольно. Составитель данной телеграммы член политбюро Чжоу Энь-лай. Можно без преувеличения сказать, что это перлы его бессонного служебного рвения. Чжоу Энь-лай автор большинства внешнеполитических документов. По отношению к Москве полностью поддерживает недобросовестный курс председателя ЦК КПК.

Мне стало известно от Бо Гу, что именно Чжоу Энь-лай включил в телеграмму пункт о том, что в Индию будет отправлен нарочный с приказом телеграфировать в Лондон оргкомитету Всемирного конгресса профсоюзов. Но такого нарочного никто посылать не собирался — это коллективная ложь руководства КПК. Есть секретная резолюция [426] о командировании специального делегата с подробнейшими документами (и не только о профсоюзной деятельности в Освобожденных районах). Эта документация должна вызвать новые политические осложнения в Китае, снова поколебать и без того нестабильную обстановку в стране и самое главное — вынудить Чан Кай-ши в будущем смиряться с потерей новых районов. Ясно, что Чан Кай-ши на такое «единство» в сопротивлении агрессору не согласится. Таким образом, конгресс в Лондоне явится еще одним ударом по единому антияпонскому фронту. И вся эта грязная игра идет в условиях успешного японского наступления...

Чжоу предложил также принять все меры к тому, чтобы, если делегация (или ее представитель) в Лондон приехать не сумеет, секретная цепочка Кана обеспечила бы передачу документации в Лондон.

Мао Цзэ-дун распорядился о принятии всех мер, чтобы специальный политический отчет профессиональных союзов Освобожденных районов на конгрессе был обязательно протиснут.

Дата телеграммы, представленной мне Мао Цзэ-дуном для отправления в Москву, очень отличается от сроков принятия подлинных решений по данному вопросу, что лишний раз убеждает меня в моей правоте. Мнение Москвы здесь никого не интересовало...

19 января

Я почувствовал определенное недовольство Мао. Безусловно, Кан Шэн наушничает. Е Цзянь-ин дал мне понять, что шеф цинбаоцзюй оказывает на него нажим. Но Е Цзянь-ин настроен решительно. Кроме того, он испытывает явное удовлетворение. Со времен разгула чжэнфына его отношения с Каном, мягко выражаясь, холодно вежливы. Настал час отыграться. Е Цзянь-ин со знанием дела изводит Кана. Бесплодные потуги Кана вернуть все к старому порядку приводят Е Цзянь-ина в хорошее настроение. Ведь это тот самый шеф цинбаоцзюй, который, измываясь, вершил «правосудие» над каждым! И было это каких-то полтора — два года назад!

20 января

Советские войска наступают по всему фронту! Близок, близок конец войны!

Сообщения о страшном фашистском лагере смерти [427] Освенциме. Поверить невозможно! Это ад на земле!

Сенатор от штата Монтана — некий Уилер — «отличился» погромной антисоветской речью.

Черчилль заявил в палате общин, что отвергает клеветнические измышления, независимо от кого они исходят, будто Англия корыстолюбивая держава, поглощенная алчными планами расширения колоний и европейскими интригами.

Откуда же тогда у маленькой островной державы столько заморских владений? А ультиматум Керзона молодой Советской республике? А заговоры против Советской республики?.. Английский народ нельзя ни в чем обвинить, а вот Черчилль такой же демократ, как я капитан китобойного флота...

В речи, посвященной вступлению в должность президента, Рузвельт привел слова философа и поэта Эмерсона: «Единственный способ иметь друзей — это самому быть другом».

* * *

Председатель ЦК КПК страдает приступами депрессии. По его просьбе Орлов делает ему инъекции пантокрина. Но и в эту пору Мао Цзэ-дун лично руководит партийными и военными делами.

Китайские коллеги завидуют Орлову. Андрей Яковлевич жаловался мне на постоянное стремление многих из них так или иначе опорочить его.

21 января

Кан все же сумел настроить председателя ЦК КПК. Мао Цзэ-дун явно сожалеет о своем разрешении мне получать информацию от Е Цзянь-ина.

Е Цзянь-ин намекнул мне, что его это мало тревожит, он здесь ни при чем. Он всего лишь выполняет распоряжения. Возможно, Е Цзянь-ин несколько преувеличивает и в действительности обеспокоен, но презрение к Кан Шэну в данном случае выше соображений карьеры.

Шеф цинбаоцзюй пытался оказать нажим на Е Цзянь-ина, дабы тот добровольно отказался от роли моего «пресс-атташе». Е Цзянь-ину представился удобный случай насолить Кану, отбить охоту совать нос в чужие дела.

Кан взбешен...

22 января

Американский конгрессмен Мэнофилд после двухмесячного пребывания в Китае выступил с речью. Вот ее краткое содержание. [428]

Китай находится в состоянии глубокого раскола. Страна разорена более чем семилетней войной. Авторитет Гоминьдана падает. В армии нищенский уровень содержания.

Коммунисты организованы лучше, сплочены, проводят большую организационную работу.

Чан Кай-ши враждебно относится к коммунистам, которые повсюду стремятся вытеснить Гоминьдан. Однако Чан Кай-ши пытается разрешить конфликт политическими средствами.

Чан Кай-ши спросил Мэнсфилда, почему американцы требуют уступок лишь от чунцинского правительства...

Чан Кай-ши боится коммунистов и держит на блокаде Особого района около 16 дивизий. (Мне Кан сообщил о 28 дивизиях).

Вместо борьбы с японцами коммунисты и националисты караулят друг друга, а японцы тем временем наступают.

Соглашение между Чан Кай-ши и коммунистами чисто теоретическое. 4-я НРА и 8-я НРА лишь формально подчинены Чунцину.

В настоящее время коммунисты считают США своим великим союзником... «Всегда, когда американские бомбардировщики пролетают над коммунистической территорией, люди говорят, что США их друг...»

Все же Гоминьдан остается самой сильной партией Китая, а генералиссимус Чан Кай-ши — символом борьбы народа против захватчиков. Гоминьдан имеет в своем распоряжении более мощную армию.

Единство страны — вот что сейчас отвечает интересам борьбы с японским нашествием.

Мэнсфилд успокоил своих коллег, заявив, что, по его мнению, китайские коммунисты не имеют связей с русскими коммунистами...

* * *

В воскресенье специальным самолетом из Чунцина в Яньань прилетел полковник Дэпас с очередным письмом своего посла.

В Белом доме готовы содействовать представительству Компартии в Военном комитете Китая — это довольно существенная уступка.

Однако председатель ЦК КПК против поездки Чжоу Энь-лая, так как «Военный комитет при Исполнительной палате (правительстве), возглавляемой Чан Кай-ши, — [429] бутафория, рассчитанная на обман общественного мнения и на оковывание инициативы Компартии...»

Приняты меры к провалу этого хода Чунцина и дальнейшей дискредитации Чан Кай-ши перед общественностью как в стране, так и вне ее.

Американцы проявляют исключительную напористость и нервозность. Возможно, это связано с предстоящей конференцией трех союзных держав, а возможно, и с предполагаемым визитом президента Рузвельта в Китай. Одно бесспорно — они хотят быть здесь хозяевами положения. Хотят ехать верхом сразу на двух лошадях. Но это еще никому не удавалось...

Однако факт остается фактом — господин Хэрли настойчиво зазывает Чжоу Энь-лая в Чунцин. Посла США не покидает надежда исправить свой промах и установить контроль над Китаем — как гоминьдановский, так и коммунистическим.

Американцы особенно спешат с разного рода переговорами, опасаясь неизбежных действий СССР на Дальнем Востоке. Это учитывает и Мао Цзэ-дун. И политическая карусель набирает скорость! Что ни день — новые визиты, пресс-конференции, многозначительные передовицы в газетах...

25 января

Три дня обсуждалось предложение американского посла. Три дня и три ночи у Мао ломали головы, как отказаться от последнего предложения Гоминьдана, не настроив против себя общественность. И три дня полковник Допас терпеливо ждал ответа...

В четверг Чжоу Энь-лай вылетел с военным атташе США в Чунцин. Как мне показалось, Моррис Дэпас был молчаливей обычного. И, правда, поводов для веселья было маловато. На аэродром его гурьбой провожали соотечественники. Дэпас выделялся своей наглаженной шинелью, начищенными ботинками. Настоящий кадровый служака. Усталое, старообразное лицо не вяжется с его крепкими широкими плечами, покрытыми зелеными полковничьими погонами.

Официальная цель поездки — переговоры с Чан Кай-ши при посредничестве Хэрли. Посол Хэрли, наверное, войдет в историю американской дипломатии, как «посол-посредник».

Мао Цзэ-дун доверительно сообщил мне, что «коммунисты [430] принципиально против участия в Военном комитете Чан Кай-ши».

Как всегда, председатель ЦК КПК был откровенен не до конца. Теперь за счет СССР руководство КПК рассчитывает на более крупный выигрыш, чем при американском посредничестве. Оно и согласилось на переговоры, дабы не раздражать общественное мнение своими резкими переменами в политических требованиях. Чжоу Энь-лай перегружен документами и условиями, которые в Чунцине заведомо не могут быть приняты...

На аэродроме в Чунцине Чжоу Энь-лай сделал следующее заявление:

«В ноябре прошлого года я прилетел из Яньани в Чунцин вместе с генералом Хэрли. В то время я был уполномочен ЦК КПК обсудить с гоминьдановскими властями конкретные вопросы, касающиеся создания коалиционного правительства. Прошло время — положение страны стало еще более критическим.

Чтобы мобилизовать и объединить все антияпонские силы китайского народа, чтобы координировать наши действия с действиями наших союзников для достижения победы над японскими захватчиками, спасти положение, сейчас крайне необходимо обсудить с правительством и другими кругами конкретные шаги в деле образования демократического коалиционного правительства.

Смысл моего приезда снова заключается именно в этом. И, как представитель моей партии, я предложу национальному правительству, Гоминьдану и Демократической лиге Китая созвать конференцию всех партий и политических групп, которая должна явиться подготовительным совещанием к созыву Национального собрания, а также предложу обсудить план организации и созыва Национального собрания и образования коалиционного правительства.

Мы считаем, что кроме этого нет иного пути мобилизовать и объединить все силы китайского народа, отразить наступление противника, координировать наши действия с контрнаступлением союзников, нет иного пути спасти положение. Все поверхностные методы борьбы с симптомами болезни, вместо лечения самой болезни, нисколько не помогут решению проблемы.

В действительности китайский народ теперь ждет от национального правительства немедленного упразднения однопартийной диктатуры и создания коалиционного правительства. Мы горячо надеемся, что правительство быстро примет эти предложения». [431]

27 января

Итоги наступления пяти советских фронтов с 12 по 24 января: фашисты потеряли убитыми свыше 295 тысяч человек, пленными — свыше 86 тысяч, уничтожено 442 самолета и 2138 танков.

Де Голль заявил в Париже, что французские части после войны будут размещены вдоль Рейна.

Сухопутная связь между Индией и Китаем восстановлена. Эта дорога начинается в индийской провинции Ассам и через Бирму доходит до Куньмина.

Многие радиопередачи посвящены докладу Дональда Нельсона президенту США о положении в Китае. Доклад опубликован Белым домом.

Нельсон считает, что сотрудничество Компартии и Гоминьдана необходимо для достижения победы над японцами. Раскол политических сил — одна из основных причин слабости Китая перед лицом агрессии...

Демократическая лига Китая, объединяющая малые партии и политические группировки, выступила с декларацией. Главный смысл этого документа — демократизация Китая и объединение национальных сил.

Дальше