Разгром гитлеровцев в Венгрии и Австрии
//
9 Мая 1945 года. - М.: Наука, 1970.
А. С. ЖЕЛТОВ, генерал-полковник.

Родился 28 августа 1904 г. в Харькове. В Советской Армии с 1924 г.. член КПСС с 1929 г.

До 1934 г. находился на командных должностях: командир взвода, роты и начальник школы. После окончания Военной академии им. М. В. Фрунзе - на политработе. В предвоенные годы занимал должности комиссара 24-й стрелковой дивизии, члена Военного совета Приволжского и Дальневосточного военных округов.

В годы Великой Отечественной войны - член Военного совета Центрального и Карельского фронтов, 5-й резервной армии. Донского, Юго-Западного и 3-го Украинского фронтов.

В послевоенные годы - заместитель Верховного комиссара от СССР в Австрии и член Военного совета Центральной группы войск, заместитель по политической части главнокомандующего Центральной группой войск, член Военного совета Туркестанского военного округа, начальник Главного управления кадров Советской Армии, Главного политического управления Советской Армии и Военно-Морского Флота, а с июня 1959 г. - начальник Военно-политической академии им. В. И. Ленина.

Когда мысленно сегодня возвращаюсь к последним дням Великой Отечественной войны, перед глазами встает незабываемая картина.

Солнечный апрельский день. Воины 3-го Украинского фронта, разгромив вместе с войсками 2-го Украинского фронта крупную группировку противника под Будапештом и в Балатонской операции, неудержимо наступают на Вену. Еще гремят орудия, идут бои, но уже во всем чувствуется скорый конец войны: и в суровом выражении усталых лиц солдат, жаждущих отдыха, и в цветении природы, истосковавшейся по тишине, и в победном движении грозной военной техники, устремленной на запад.

Сочетание звуков и красок войны и весны невольно настраивало на глубокие раздумья и воспоминания.

В те дни особенно отчетливо сознавалось величие подвига, совершенного советским народом и его воинами. Сколько тяжелых боев, фронтовых дорог прошли они, чтобы оказаться на последних рубежах войны здесь, в Австрии! Боевой путь, начатый ими от Волги и Дона, завершался в предгорьях Альп.

Последние месяцы сражений войск нашего фронта в Венгрии и Австрии отличались огромным напряжением, динамичностью и крупными успехами. О них и пойдет речь в этой статье.

Окончилась Белградская операция, проведенная в сентябре-октябре 1944 г. войсками нашего фронта совместно с частями Народно-Освободительной армии Югославии и Болгарской Народной армии. Она завершилась разгромом крупной группировки немецко-фашистских войск в восточной части Югославии и освобождением Белграда. Теперь войска нашего фронта по приказу Ставки Верховного Главнокомандования перегруппировались в Венгрию - к югу от Будапешта. В последних числах октября передовые части войск вышли на Дунай на участке Байя, Батина, Апатин.

С этого времени открылась новая страница в летописи боев и сражений воинов 3-го Украинского фронта. Семь месяцев победных наступательных и тяжелейших оборонительных боев - таким был путь от Белграда до Вены. За этот период войска нашего фронта во взаимодействии с воинами 2-го Украинского фронта нанесли сокрушающие удары по фашистским ордам, пытавшимся в предсмертной агонии цепляться за последние рубежи в Венгрии и Восточной Австрии.

Боевые действия этого периода распадаются на определенные этапы. Это прежде всего захват задунайского плацдарма, преодоление вражеского оборонительного рубежа 'Маргарита' и окружение будапештской группировки противника. Далее - Балатонская оборонительная операция и последующий разгром врага в Венгрии. Наконец, заключительная Венская операция войск 3-го Украинского фронта, проведенная вместе с 1-й болгарской армией и соединениями Народно-Освободительной армии Югославии.

Захват плацдармов на правом берегу Дуная с форсированием этой широкой реки в период ее разлива в осеннее ненастье был осуществлен нашими войсками в дни ноябрьских праздников в районе городов Апатин и Батина. Воины 75-го и 64-го стрелковых корпусов под командованием генералов А. 3. Акименко и И. К. Кравцова почти две недели вели здесь ожесточенные бои. Лишь к 23 ноября два изолированных плацдарма, захваченных ими в районе Апатина и Батины, были объединены в один размером 35 на 14 км.

Второй плацдарм завоевали войска 4-й гвардейской армии, переданной нам из резерва Ставки. В двадцатых числах ноября ее передовые соединения форсировали Дунай на участке городов Бай, Мохач. После этого они охватывающим маневром овладели городами Мохач и Батажок.

В упорных боях к началу декабря нам удалось соединить эти два тактических плацдарма в один оперативный - размером более 180 км по фронту и 50 км в глубину.

Стремясь во что бы то ни стало уничтожить наши войска, вышедшие за Дунай, немецко-фашистское командование непрерывно подбрасывало в этот район свежие части из Южной Сербии, Северной Италии и северных районов Венгрии. Противник не только ожесточенно сопротивлялся, но и наносил контрудары, а на отдельных направлениях даже пытался наступать.

В боях за расширение плацдармов воины армий нашего фронта нанесли тяжелое поражение четырем дивизиям, одной бригаде, пяти полкам и другим фашистским частям. Враг потерял при этом 32 тыс. солдат и офицеров убитыми и пленными, 95 танков, 740 орудий и минометов, 56 самолетов и много другой военной техники и военного имущества.

Накопив необходимые силы и средства на плацдарме, мы в первой декаде декабря нанесли два сильных удара по противнику и раскололи его придунайскую группировку на три изолированные части.

Главные силы фронта наступали на западном берегу Дуная, имея целью окружить во взаимодействии с войсками 2-го Украинского фронта будапештскую группировку врага.

1 декабря 4-я гвардейская армия (командующий генерал-полковник Г. Ф. Захаров) при поддержке Дунайской военной флотилии нанесла в районе Мадоча стремительный удар по врагу и вынудила его к поспешному отходу. Преследуя отступавшего противника, левофланговые соединения этой армии за четыре дня продвинулись на 80 км и достигли озера Балатон, овладев городом Шиофок. Правофланговые же, тесня гитлеровцев вдоль Дуная, 12 декабря вышли к озеру Веленце. Попытки с ходу прорвать заблаговременно созданный здесь противником оборонительный рубеж 'Маргарита' не увенчались успехом.

Второй удар в эти же дни наносили части нашей 57-й (командующий генерал М. Н. Шарохин) и 1-й болгарской (командующий генерал В. Стойчев) армий. Развивая наступление в северо-западном и западном направлениях, они достигли юго-восточного берега Балатона, овладели городами Марцели, Надькорпад, Бабоча, а также важным узлом дорог Вировитица. Здесь они вошли в связь с войсками Народно-Освободительной армии Югославии, наступавшими вдоль южного берега Дравы.

Хотелось бы отметить некоторые особенности прорыва оборонительной линии 'Маргарита'.

Это был сильно укрепленный рубеж, для преодоления которого потребовалась тщательная подготовка. Мы детально изучили возможные направления главного удара и пришли к выводу, что наступать на Будапешт надо по кратчайшему пути - вдоль Дуная, где больше удобных дорог, местность менее пересеченная Правда, именно там гитлеровское командование сосредоточило свой лучшие дивизии и основные противотанковые средства.

Взвесив все, решили главный удар нанести из района озера Веленце в направлении Бичке. Намечалось выйти к Дунаю на участке Эстергом, Несмей и замкнуть кольцо окружения, соединившись с войсками 2-го Украинского фронта, действовавшими по левому берегу Дуная. Этим маневром наши войска могли отрезать будапештской группировке противника пути отхода на запад.

Замысел командующего фронтом Маршала Советского Союза Ф. И. Толбухина состоял в том, чтобы силами двух армий и двух корпусов сокрушить оборону врага западнее Будапешта. 46-й армии (командующий генерал-лейтенант И. Т. Шлемин) предстояло нанести удар между озером Веленце и городом Барачка в направлении на Етьек, Бичке. 4-я гвардейская армия прорывала оборону противника юго-западнее озера Веленце, сосредоточивая усилия в общем направлении на город Секешфехервар.

Подвижные войска фронта - 18-й танковый и 5-й гвардейский кавалерийский корпуса - использовались в полосе 4-й гвардейской армии после овладения ею Секешфехерваром. Первому из них, которым командовал генерал П. Д. Говоруненко, ставилась задача прорваться к городу Эстергом навстречу соединениям соседнего фронта. 18-й танковый корпус таким образом выходил на рубежи предполагаемого внутреннего кольца окружения будапештской группировки противника. В то же время главные силы 4-й гвардейской армии и 5-й гвардейский кавалерийский корпус генерала С. И. Горшкова создавали внешний фронт окружения, обеспечивавший отражение возможных ударов противника с запада и юго-запада.

Не касаясь всех особенностей этой операции, отмечу лишь, что нам удалось скрытно от противника в короткие сроки осуществить перегруппировку войск, сосредоточить основные силы на главном направлении. И так как командованию фронта было известно, что противник готовился в двадцатых числах декабря перейти в наступление с линии 'Маргарита', мы решили упредить врага.

Утром 20 декабря после мощной артиллерийской и авиационной подготовки войска фронта перешли в наступление. Успехи первого дня, однако, были невелики. Противник оказывал ожесточенное сопротивление. Во второй половине дня пришлось ввести в бой 18-й танковый корпус и потребовать от командования 4-й армией более энергичных действий.

Преодолев медлительность и развивая успех на главном направлении, войска этой армии за три последующих дня наступления продвинулись вперед до 40 км. Штурмом овладев городами Бичке и Секешфехервар, они тем самым перерезали основные пути отхода немецко-фашистских войск из Будапешта на запад.

У врага теперь оставался лишь узкий коридор между Бичке и Дунаем, и гитлеровцы всячески пытались удержать его. Немецкое командование бросало в контратаки все новые силы, но не смогло остановить советских воинов. 26 декабря части 18-го танкового корпуса генерал-майора П. Д. Говоруненко овладели городом Эстергом, установив связь с действовавшими на северном берегу Дуная войсками 2-го Украинского фронта. Кольцо вокруг Будапешта замкнулось. 188-тысячная группировка противника оказалась окруженной в городе. Вслед за тем войска нашего фронта ликвидировали отрезанные северо-западнее Будапешта вражеские части. В этих боях было взято в плен свыше 5 тыс. гитлеровских солдат и офицеров. Одновременно, точнее к 31 декабря, 20-й гвардейский стрелковый (командир генерал Н. И. Бирюков) и 5-й кавалерийский корпуса образовали внешний фронт окружения по гребню высот 'Баконьский лес'. За 11 дней ожесточенных боев нашего наступления противник потерял западнее Будапешта более 60 тыс. солдат и офицеров, много танков, бронетранспортеров, орудий и самолетов.

Новый, 1945 год принес нашим войскам трудные испытания. Часть сил фронта принимала участие в ликвидации окруженного врага, в борьбе за Будапешт, отличавшейся крайней ожесточенностью. Напряженные бои в западной части города - Буде продолжались до 13 февраля.

Сознавая огромное политико-стратегическое значение битвы за столицу Венгрии, гитлеровское военное руководство неоднократно прилагало отчаянные усилия, чтобы удержать город и прорвать кольцо окружения, освободив окруженные войска.

Первую попытку деблокировать их противник предпринял 2 января, когда из района Комарно крупные силы танков и пехоты нанесли удар вдоль шоссе Комарно-Будапешт. Ценою больших потерь им удалось захватить Эстергом. Однако совместными действиями войск нашего и 2-го Украинского фронтов вражеская попытка прорваться к Будапешту была ликвидирована.

Несмотря на эту неудачу, немецко-фашистское командование вновь попыталось осуществить свое намерение. Стянув к району Замоль (в 30 км к юго-западу от Бичке) три танковые дивизии, гитлеровцы нанесли 7 января второй удар - по центру обороны 4-й гвардейской армии. На участке 20-го гвардейского стрелкового корпуса им удалось потеснить наши войска. Однако 9 января силами этого корпуса и введенных в бой 7-го и вновь прибывшего к нам 1-го гвардейского механизированных корпусов (командиры генерал-майоры Ф. Г. Катков и И. Н. Руссиянов) противник был отброшен.

Третья попытка была более серьезной. Утром 18 января крупные силы танков и пехоты противника нанесли неожиданно сильный удар по нашей обороне северо-западнее Балатона. В первый же день гитлеровцы бросили в бой лишь на узком участке наступления до 130 танков и штурмовых орудий, свыше 60 бронетранспортеров.

Преодолевая упорное сопротивление наших войск, враг в течение нескольких дней, ценою больших потерь прорвал оборону и вышел к Дунаю на участке Адонь, Дунапентеле. Войска фронта оказались рассеченными на две изолированные группы. Часть войск 46-й и 4-й гвардейской армий, 18-го танкового и 1-го механизированного корпусов оказалась в нашей северной группировке, а 57-я армия с частями 1-й болгарской армии и частью сил Народно-Освободительной армии Югославии - в южной. Между нами образовался разрыв в 48 км.

Положение фронта стало критическим. В этой сложной обстановке кое у кого сдали нервы. Нам пришлось заменить командующего 4-й армией, не согласиться с мнением штаба армии, подготовившего приказ об уходе полевого управления фронта за Дунай. Но и в этой чрезвычайно сложной обстановке все наши усилия направлялись на принятие срочных мер по ликвидации прорыва.

Выйдя к Дунаю и продолжая расширять прорыв, немецко-фашистские войска главными силами (отборные танковые дивизии 'Великая Германия', 'Мертвая голова' и др.) устремились на Будапешт. Однако здесь стояли насмерть занявшие оборону бойцы и командиры соединений 4-й гвардейской и 46-й армий, 5-го гвардейского кавалерийского корпуса. В течение нескольких дней и ночей гитлеровцы пытались пробиться к Будапешту. Их танковые дивизии вышли даже к штабу 4-й армии. Но соединиться с окруженными им не удалось.

Противник был остановлен. Именно в эту трудную пору Верховный Главнокомандующий И. В. Сталин, переговорив с командующим фронтом, одобрил наше решение оставаться с войсками на правом берегу Дуная и оказал помощь, передав нам 30-й стрелковый и 23-й танковый корпуса. В последующие шесть дней враг был отброшен на прежние рубежи. Наши войска ликвидировали разрыв и к 7 февраля почти полностью очистили от противника всю территорию, занятую им в период январского наступления.

Это была очень важная победа войск нашего фронта, она имела исключительное значение для успешного завершения всей Будапештской операции, вывода из войны последнего гитлеровского сателлита-салашистской Венгрии. Совместными ударами войск 2-го и 3-го Украинских фронтов столица Венгрии 13 февраля была полностью очищена от фашистских войск. К тому времени за 50 суток боев в Будапеште и его окрестностях было разгромлено более 20 вражеских дивизий. Только пленными было взято свыше 138 тыс. солдат и офицеров во главе с командующим генералом Пфеффер-Вильденбрухом.

После завершения Будапештской операции Ставка Верховного Главнокомандования поставила перед войсками фронта новую задачу: разбить группировку противника севернее Балатона, завершить освобождение Венгрии и взять Вену, одновременно частью сил наступать севернее Дравы и овладеть нефтеносным районом Надьканижа.

Решение этой задачи осуществлялось в трудных условиях. Прежде чем приступить к ее выполнению, пришлось отразить наступление крупных сил группы армий 'Юг', которая к началу марта была значительно усилена. Противостоявшие нам гитлеровские и салашистские войска насчитывали теперь 431 тыс. солдат и офицеров, 5630 орудий и минометов, 877 танков и штурмовых орудий, 850 самолетов. В нашем фронте имелось 407 тыс. солдат и офицеров, 6890 орудий и минометов, 407 танков и самоходных орудий и 965 самолетов.

Наступление противника началось 6 марта. Одновременными концентрическими ударами с трех направлений - из района Секешфехервар в направлении на юго-восток, из района Надьбайом на восток и с участка Осиек, Дольни Михоляц на север - враг рассчитывал расчленить войска 3-го Украинского фронта и уничтожить их между Балатоном и Дунаем.

Сражение носило исключительно ожесточенный характер. В некоторые дни немецко-фашистское командование бросало в бой на сравнительно небольшом участке одновременно до 550 танков и штурмовых орудий.

Советские пехотинцы, артиллеристы, летчики и воины всех других родов войск оборонялись с исключительной выдержкой и стойкостью. Сражение не утихало ни днем, ни ночью.

Враг не считался с потерями. Он исступленно рвался к Дунаю, намереваясь разгромить наши войска и сбросить их с задунайской равнины. Кое-где превосходство сил позволило ему несколько продвинуться вперед. Но наши войска сражались за каждый метр земли, за каждую траншею. И натиск врага постепенно начал ослабевать. За десять дней упорных оборонительных боев наши пехотинцы, артиллеристы и танкисты уничтожили около 500 танков и штурмовых орудий противника, нанесли ему большие потери в живой силе.

9 марта, когда сражение между озерами Веленце и Балатон было в самом разгаре, его исход еще не был решен и противник использовал далеко не все свои резервы, Ставка Верховного Главнокомандовании передала нам 9-ю гвардейскую армию генерал-лейтенанта В. В. Глаголева и поставила новую задачу. Нам предписывалось: измотав в оборонительных боях вражескую танковую группировку, не позднее 16 марта правым крылом фронта перейти в наступление с целью разбить противника севернее Балатона и развить удар в общем направлении на Папа, Шопрон.

Одновременно 2-му Украинскому фронту было приказано нанести вспомогательный удар силами своей левофланговой 46-й армии. Перейдя в наступление 17-18 марта, она должна была содействовать войскам правого крыла нашего фронта в разгроме врага северо-западнее Балатона и развивать наступление в общем направлении на Дьёр.

Обескровив в ходе оборонительного сражения наступающую группировку врага и нанеся ей сокрушительное поражение, войска фронта - 9-я и 4-я гвардейские, 6-я гвардейская танковая, 26-я и 27-я армии198 - одновременно подготовили новый мощный удар по противнику. Начав 16 марта Венскую операцию, они в ожесточенных боях прорвали вражескую оборону западнее Будапешта, между Балатоном и Дунаем. 21 марта войска фронта овладели Варпалотой, а два дня спустя - Секешфехерваром и Веспремом. В ходе напряженных боев сбив основные силы 6-й танковой армии СС с занимаемых ими рубежей, советские воины перешли в преследование противника и к исходу 25 марта завязали бои за город Папа.

Успешно развивалось и наступление соседа справа - 46-й армии, начатое 17 марта совместно с 2-м гвардейским механизированным корпусом и Дунайской военной флотилией. С воздуха их наступление поддерживал штурмовой авиакорпус 5-й воздушной армии, насчитывавший 147 боевых самолетов. К 25 марта войска с тяжелыми боями продвинулись вперед на 45 км, вынуждая врага отступать к венгеро-австрийской границе. Здесь, как и на нашем фронте, наступление перешло в преследование яростно огрызавшегося и непрерывно контратаковавшего противника.

26 марта начался второй этап Венской операции, продолжавшийся до 4 апреля. В эти дни войска обоих фронтов усилили преследование противника и, сбивая его с заранее подготовленных промежуточных оборонительных рубежей, уверенно продвигались на запад. Исключительно важное значение имел выход соединений 27-й армии к городу Залаэгерсег, создавший угрозу охвата с севера надьканижской группировки противника. Немецко-фашистское командование вынуждено было начать ее отвод на запад. Одновременно стали отходить и вражеские войска, действовавшие за рекой Драва и южнее.

В течение 30-31 марта наши общевойсковые армии овладели десятью городами и сотнями других населенных пунктов на венгерской территории, а подвижные соединения пересекли венгеро-австрийскую границу и южнее города Шопрон вступили на территорию Австрии.

1 апреля Ставка Верховного Главнокомандования уточнила задачи фронтам. Главная группировка наших войск (4, 9 и 6-я танковая гвардейские армии) получила задачу овладеть Веной и не позднее 12 -15 апреля выйти на рубеж Тульн, Санкт-Пёльтен, Лялиенфельд. Остальным армиям предстояло достичь рек Мюрц, Мур и Драва. В овладении Веной нашим войскам должна была содействовать 46-я армия с 2-м гвардейским механизированным и 23-м танковым корпусами.

В тот же день войска правого крыла нашего фронта после упорных боев овладели городом Шопрон - крупным узлом сопротивления врага вблизи венгеро-австрийской границы. Завершив таким образом бои в Венгрии, они теперь продолжали преследовать отходившие части противника уже на австрийской территории. 3 апреля под их неудержимым натиском пал сильно укрепленный и с ожесточением оборонявшийся гитлеровцами город Винер-Нейштадт. Так наши войска вышли на подступы к Вене с юго-востока. А на следующий день 46-я армия, овладев рубежом Китзее, Брук (Северный), заняла выгодные позиции для удара по австрийской столице с северо-востока.

Борьба с гитлеровцами на территории Австрии была скоротечной, но весьма ожесточенной. 6 апреля начался штурм укреплений, созданных гитлеровцами на подступах к Вене. Он продолжался семь суток. Ожесточенные бои вели 4-я гвардейская армия в восточных и южных районах города, 9-я и 6-я танковая гвардейские армии - в западных.

13 апреля Вена была взята. Еще через два дня войска фронта вышли на линию, проходившую от Санкт-Пёльтена к западу от Глогница, восточнее Марибора и далее по левому берегу Дравы. А к концу апреля, энергично преследуя противника, достигли последних рубежей войны - населенных пунктов Линц, Гифле, Клагенфурт, где и произошла встреча с союзными американскими войсками.

* * *

Борьба с сальным и коварным противником на территории Венгрии и Австрии предъявила высокие требования к организации целеустремленной политической работы в войсках. Эта работа характеризовалась рядом особенностей, обусловленных своеобразием ставившихся перед войсками задач и военно-политической обстановкой завершающего этапа войны в Европе.

Наши задачи состояли в том, чтобы окончательно сломить сопротивление немецко-фашистских войск в этой 'южной крепости' Гитлера, уничтожить их как организованную реальную силу и содействовать тем самым быстрейшему победоносному окончанию Великой Отечественной войны. Беспощадно истреблять фашистских варваров - таков был главный лозунг в политической работе.

Задача советских войск состояла и в том, чтобы помочь трудящимся Венгрии и Австрии в их освобождении от фашистской оккупации. Наши прославленные полки и дивизии несли на своих боевых знаменах свет свободы для народов этих стран. Сокрушая гитлеровские рубежи обороны, отражая мощные контрудары немецко-фашистских войск, упорно пробиваясь на запад, они выполняли свой интернациональный долг - великую освободительную миссию Красной Армии.

Основным признаком военно-политической обстановки того периода были следовавшие одно за другим поражения немецко-фашистской армии на различных участках советско-германского фронта, что свидетельствовало о неминуемо приближающейся катастрофе вермахта и всего 'третьего рейха'. Каждому было ясно, что конец войны близок. Но когда он наступит? Как это произойдет? А пока необходимо было усиливать удары по врагу.

Нужно было глубоко изучить внутриполитическое положение в Венгрии и Австрии, тонко и оперативно реагировать на все изменения в обстановке, правильно учитывать национальные, исторические и другие особенности этих стран. Преследуя и громя войска противника сначала на территории салашистской Венгрии - последней союзницы гитлеровской Германии, а затем в Австрии, советские войска встречали много друзей среди трудящихся этих стран, но было у них и немало врагов - открытых и скрытых. Надо было найти правильную и четкую грань, которая с классовой точки зрения разделяла на два враждующих лагеря все население этих стран. На одной стороне находилось подавляющее большинство трудящихся, на другой - прогитлеровская властвующая кучка политиков и генералитета. Нельзя было не видеть этого.

Своеобразие обстановки для нас состояло также в том, что боевые операции на последнем этапе войны проводились с участием болгарских, югославских, венгерских войск. Это был тот принципиально новый фактор, который вызвал совершенно неизвестные доселе формы и методы работы Военных советов, штабов, политорганов фронта. Ведь практически вопрос был поставлен об оперативном и стратегическом взаимодействии, о единстве руководства боевыми действиями войск, об их политическом обеспечении.

С морально-психологической точки зрения чрезвычайно остро для советских войск стоял вопрос о взаимоотношениях с местным населением, которое не всегда и не во всем могло правильно и быстро ориентироваться, нередко оставаясь в плену ложных представлений о советских солдатах. Нельзя забывать, что фашистская пропаганда длительное время очень настойчиво и искусно уверяла венгров и австрийцев в 'дикости' и 'варварстве' советских солдат, распространяла выдумки о 'красном милитаризме'. Не так-то просто было в короткие сроки разоблачить в глазах сотен тысяч людей эту ложь.

Особенности обстановки мы учитывали при проведении политической работы. Надо сказать, что наша деятельность распадалась на несколько участков: партийно-политическая работа в своих войсках и воздействие на личный состав частей и соединений противника, пропаганда среди местного населения, мероприятия по укреплению боевого единства с армиями стран, освобожденных от оккупации. Но в этой краткой статье я коснусь лишь важнейших форм и главного содержания воспитательной работы среди воинов фронта.

Первая и главная цель этой работы, проводимой политорганами и партийными организациями, заключалась в том, чтобы обеспечить ясное понимание каждым солдатом и офицером положения на фронтах Великой Отечественной войны, его личной задачи и места в неудержимом движении Красной Армии на запад во имя полного разгрома ненавистного врага и исполнения своего интернационального долга. Важное место при вступлении на территорию Венгрии и Австрии занимало разъяснение характера наших взаимоотношений с населением страны. При этом в полной мере был использован богатейший опыт, накопленный советскими командирами и политработниками в предыдущих наступательных операциях - в Румынии, Болгарии и Югославии.

Особенный интерес с точки зрения политической работы представляют два с половиной месяца боев и сражений, в ходе которых завершился окончательный разгром противника. То был период Балатонской оборонительной и последовавшей за ней Венской наступательной операций.

Ко времени начала первой из них наше фронтовое объединение насчитывало более 400 тыс. человек и занимало полосу от Дуная северо-западнее Будапешта до Дравы на венгеро-югославский границе. Поскольку главный удар противника в операции нами ожидался в полосе 4-й гвардейской, 26-й и 27-й армий, сюда и было направлено основное внимание Военного совета, штаба и политического управления фронта. Командиры, политорганы, партийные и комсомольские организации стремились обеспечить высокую активность личного состава, направленную на быстрое и высококачественное выполнение работ по совершенствованию обороны.

Широко велась политическая работа среди артиллеристов, которым предстояло сыграть важнейшую роль в отражении вражеского наступления. Генерал М. И. Неделин, командующий артиллерией фронта, состав которой пополнился новыми частями, в соответствии с задачами тех дней основную массу орудий сосредоточил в полосах названных трех армий. Создав сильные армейские артиллерийские группы, он расположил на 83-километровом участке фронта от города Ганта до озера Балатон более 4 тыс. орудий и минометов. В артиллерийских частях царил огромный подъем. Они готовились и днем и ночью к решительным действиям. 'Тапки врага не пройдут!'-этот лозунг был лейтмотивом всей партийно-политической работы среди артиллеристов.

Задачу исключительной важности должны были выполнять в предстоящих сражениях летчики 17-й воздушной армии генерал-полковника В. А. Судца. Здесь под руководством политотдела, возглавляемого полковником Т. И. Мураткиным, партийные и комсомольские организации проводили свою работу в тесной связи с подготовкой летчиков к обеспечению безраздельного господства в воздухе. Боевой страдой был этот период в деятельности политорганов, партийных и комсомольских организаций. Члены Военных советов армий, работники политорганов фронта организовали обобщение и распространение передового боевого опыта. Широкое распространение получила цепная инициатива, проявленная в 40-й гвардейской стрелковой дивизии. Ее командир полковник Л. Ш. Брансбург и начальник политотдела полковник П. И. Черенков провели сборы боевого актива в частях и подразделениях. В них участвовало большое число солдат и сержантов, поделившихся боевым опытом. Этот почин подхватили командиры и политорганы других соединений.

Большое внимание уделялось подбору личного состава, сколачиванию и обучению создававшихся в каждом подразделении групп истребителей танков. Эта работа проводилась как в группах, так и на восьмидневных сборах бронебойщиков, проведенных в большинстве частей 4-й гвардейской армии (начальник политотдела армии полковник В. Ф. Смирнов).

Многое сделали политорганы в деле воспитания молодых офицеров. Им помогали при приеме подразделений и частей, освоении боевых участков. Организовывались занятия по обмену боевым опытом, беседы об обстановке на фронтах Великой Отечественной войны, доклады о международном и внутреннем положении нашего государства, о текущих событиях.

В феврале и начале марта в войска фронта поступило большое пополнение. Вновь прибывшим разъясняли военно-политическую обстановку в Венгрии, предстоящие боевые задачи, рассказывали о славных традициях частей и соединений. Огромное мобилизующее значение имели умело организованные встречи пополнения с боевыми ветеранами подразделений и полков. Вручение личного и коллективного оружия проходило во многих частях торжественно, при развернутом боевом знамени, в присутствии командования. Получая оружие, солдаты давали клятву хранить и беречь его, беспощадно громить врага.

Серьезное внимание обращалось на передачу боевого опыта. Политработники организовали встречи воинов-орденоносцев с молодыми солдатами. Так, на одной из них, состоявшейся в 230-м гвардейском стрелковом полку 80-й гвардейской стрелковой дивизии (командир дивизии полковник В. И. Чижов, начальник политотдела полковник П. Г. Хадневич), выступил гвардии сержант Молостов - герой боев за Днепр, награжденный орденом Ленина. С огромным интересом слушали молодые солдаты его взволнованный рассказ о славных боевых делах полка. Все они выразили готовность по-гвардейски громить врага.

Командиры и политработники прилагали значительные усилия к тому, чтобы быстрее обучить молодых солдат борьбе с немецкими 'пантерами' и 'тиграми'. Проводились практические занятия, получившие название 'обкатка тапками'. Политорганами были изданы памятки, содержавшие практические советы по борьбе с танками противника и их фотографии с указанием уязвимых мест. Фронтовая, армейские и дивизионные газеты из номера в номер публиковали материалы, ярко показывавшие героику прошлых боев и сражений.

Это был период большой и кропотливой работы по приему лучших воинов в члены партии и комсомола, по укреплению партийных и комсомольских организаций, созданных теперь во всех частях и подразделениях. Коммунистами и комсомольцами стали тысячи новых воинов, завоевавших право на это своими боевыми делами. Только в 4-й гвардейской армии в эти дни в партию было принято 064 человека в в комсомол - более полутора тысяч.

Личный состав постоянно получал широкую информацию о положении в Венгрии. При этом, заботясь о повышении боевой готовности, командиры и политработники воспитывали у солдат, сержантов и офицеров умение правильно сочетать ненависть к врагу с проявлением интернациональных братских чувств к освобожденному трудовому населению страны.

Военный совет фронта в период оборонительного сражения призывал к стойкости и упорству. '...В предчувствии своей неизбежной гибели,-говорилось в его обращении к войскам, - враг бросается от одной авантюры к другой. На участке нашего фронта он бросил в бой озверелые эсэсовские орды, пытается выйти на Дунай, прикрыть южные границы своей берлоги, он хочет остаться хозяином венгерской нефти, расположенной в районе Надьканижи, он хочет сохранить за собой Австрию с ее промышленностью. Он хочет подлатать свой подмоченный авторитет...

Не бывать этому!

Твоя задача, боец, сорвать этот новый авантюристический план гитлеровцев. Бешеным атакам гитлеровцев противопоставим нашу несгибаемую стойкость и упорство в бою. Измотаем, обескровим противника, а затем разгромим его всесокрушающим ударом... Родина ждет от нас победы, и мы завоюем ее. Смерть фашистским бандитам!'

В дни оборонительных боев командиры и политработники разъясняли личному составу обстановку, отмечали наши успехи в оборонительных боях, подчеркивали, что замысел противника - в два-три дня сломить наше сопротивление, прорвать фронт и дезорганизовать войска - срывается. В 'листовках-молниях' сообщалось, например, что у врага подходят к концу запасы горючего, что часть его техники завязла в грязи и болотах. Еще несколько дней величайшей стойкости и упорства в обороне, говорилось в листовках, и вражеский план рухнет, подобно карточному домику. Эта информация укрепляла уверенность каждого воина в неминуемом провале наступления противника, придавала новые силы для отражения фашистских атак. Мощный удар 6-й танковой армии СС, кадры которой в декабре 1944 г. добились успеха в Арденнской операции, прорвав оборону англо-американских войск на глубину до НО км, в Венгрии разбился о крепкую оборону наших войск и не достиг цели. Задача, поставленная войскам фронта, была выполнена. И в достижение этого успеха, наряду с боевой выучкой советской пехоты, артиллеристов и танкистов, мастерством наших командиров, большой вклад внесли политорганы, партийные и комсомольские организации, умело воспитывавшие личный состав частей и соединений.

В Венской операции в основу всей политической работы и подготовки войск к наступлению было положено требование Центрального Комитета нашей партии и Ставки Верховного Главнокомандования о быстрейшем разгроме врага. Условия для решения этой задачи были благоприятными. Блестящие победы Советских Вооруженных Сил на всех фронтах служили неиссякаемым источником вдохновения. Воины фронта видели и чувствовали свою силу. Они рвались в бой, желая быстрее разгромить захватчиков и победоносно окончить войну. Командиры и политработники всемерно поддерживали и развивали это священное чувство.

Большая работа в данном направлении была проведена в 9-й гвардейской армии (член Военного совета армии генерал-майор Г. П. Громов, начальник политотдела полковник И. С. Молин). Здесь на совещаниях командиров и политработников, состоявшихся при политотделах соединений, обсуждались конкретные задачи личного состава. В подразделениях проходили партийные, комсомольские собрания, беседы командиров и, где было возможно, митинги.

Весьма полезными были митинги боевого содружества. Стрелки, минометчики, артиллеристы, саперы, связисты обсуждали вопросы взаимодействия воинов различных специальностей в бою. Такие встречи способствовали взаимной выручке, укрепляли в личном составе веру в мощь советской боевой техники.

Партийно-политическая работа повсюду была конкретной. У танкистов она направлялась на воспитание стремительности и инициативности действий, у артиллеристов - на решение задач артиллерийского наступления, в авиационных частях - на усиление ударов по врагу с воздуха.

Чтобы политическое воздействие продолжалось и в ходе боевых действий, были четко определены место и задачи в бою каждого партийного и комсомольского руководителя, каждого агитатора. С той же целью заранее планировались мероприятия по обеспечению подразделений газетами, листовками, обращениями, оперативной информацией о ходе боевых действий.

Решающим звеном в подготовке войск к наступлению были мероприятия по мобилизации усилий коммунистов и комсомольцев- этой главной цементирующей силы и опоры командира. Заслугой парторганизаций являлось создание в подразделениях большой партийной и комсомольской прослойки: в ротах и в батареях из каждых четырех воинов, как правило, один был коммунистом и два- комсомольцами.

Усилиями командиров и политработников, партийных и комсомольских организаций были в сжатые сроки успешно решены главные вопросы подготовки наступления. Проверяя их готовность, руководящие работники штаба и управлений фронта отмечали царивший в войсках подъем. Так, начальник политического управления фронта генерал-майор И. С. Аношин, обобщая работу, проделанную в 9-й гвардейской армии, писал в донесении Главному политуправлению Красной Армии: 'Приказы войскам армии поняты правильно и глубоко. У бойцов, сержантов и офицеров они вызвали чувство рвения вперед до полного и окончательного разгрома гитлеровской армии'.

Характерным в политической работе в ходе сражения было оперативное доведение боевого приказа, боевой задачи до каждого воина, отделения, боевого расчета. Большое место занимала также популяризация героев боев, их смелости, находчивости, инициативы. Традицией стало и подведение боевых итогов за день или за ночь.

Вновь оперативно издавались 'листовки-молнии'. Теперь они рассказывали о героических подвигах наших воинов в наступлении. В одной из них, например, говорилось о том, как комсорг роты М. Морев, будучи ранен, вышел победителем из единоборства с фашистским 'тигром'. Другие листовки были посвящены подвигам гвардии старшего сержанта М. Григорьева, бросившегося под танк со связкой гранат, рядового Казишиба, который первым ворвался в траншею противника и уничтожил семерых гитлеровцев, а затем, будучи ранен, остался и строю. Немалое число 'молний' рассказывало о личном примере коммунистов в бою. Так, листовка поведала о парторге роты Сусареве. Он первым поднялся в атаку и увлек за собой остальных. В другой сообщалось, что парторг сержант Маховец заменил в бою выбывшего из строя командира роты.

Листовки эти отличались простотой и лаконичностью. Вот одна из них: 'Прочти и передай товарищу! Героям нашей части - слава! Гвардии рядовой 2-й роты В. А. Панков гранатой подбил самоходку и уничтожил трех немцев. Будьте такими, как Панков!'

Живое слово коммунистов, 'листовки-молнии' дополнялись материалами армейских и дивизионных газет, рассказывавших о героике боев. Так, газета 'Ленинец' 99-й гвардейской стрелковой дивизии 18 марта писала о решительных действиях бойцов взвода гвардии младшего лейтенанта Жуменова. В другом номере она поведала о подвиге орудийного расчета гвардии рядового Черных.

Политотделы армий периодически издавали бюллетени 'Из опыта партийно-политической работы'. Так, политотдел 4-й гвардейской армии выпустил пять таких бюллетеней: о награждении на поле боя, ротной парторганизации, 'листовках-молниях', митингах боевого содружества, деятельности агитаторов во время боя. Все они вооружали партийный и комсомольский актив конкретными фактами героики, опытом работы.

Важную роль играло награждение командирами и политработниками в ходе боя отличившихся воинов. Так, в частях 80-й гвардейской стрелковой дивизии через несколько часов после начала атаки 19 солдат, сержантов и офицеров были награждены на поле боя орденами и медалями. Их имена в тот же день стали известны всему личному составу дивизии. Подобные награждения производились также в гвардейских стрелковых дивизиях - 4-й (командир генерал-майор К. Д. Парфенов, начальник политотдела полковник А. С. Майсурадзе), 104-й (командир генерал-майор И. Ф. Серегин, начальник политотдела полковник Е. А. Руденко) и многих других соединениях и частях.

Часто командиры посылали родственникам отличившихся воинов письма о боевых успехах их сыновей и братьев, предварительно зачитывая их всему личному составу. Это была очень действенная форма воспитательной работы.

24 марта произошло событие, еще выше поднявшее боевой дух наших воинов. В тот день был получен приказ Верховного Главнокомандования, и котором войскам фронта объявлялась благодарность за успешный прорыв обороны противника в Венгрии. С этим документом были ознакомлены все солдаты и офицеры. И каждый испытал горячее желание выполнить до конца наказ Родины быстрее завершить разгром врага.

В ходе преследования противника вся деятельность командиров и политработников была направлена на обеспечение высоких темпов движения. Всем был понятен и близок лозунг: 'Чем ближе к Вене - тем ближе к Берлину, к окончательной победе'. И войска стремились выполнить его с честью. О высоком моральном уровне наших войск, действенности политической работы свидетельствовал быстрый рост партийных и комсомольских организаций. Так, только в 114-й гвардейской стрелковой дивизии (командир генерал-майор В. П. Иванов, начальник политотдела А. А. Титов) в дни преследования врага 385 воинов обратились с просьбой принять их в партию и 482 - в комсомол. В 9-й гвардейской армии тогда было подано 8 тыс. таких заявлений.

Бои в Вене в основном велись штурмовыми группами, усиленными отдельными орудиями и танками. Этому предшествовала проведенная в таких группах большая организаторская и политическая работа. В каждой из них были боевые, инициативные парторги и комсорги, увлекавшие воинов личным примером в схватках с врагом.

В заключение хотел бы как участник сражений в Венгрии и Австрии подчеркнуть, что исключительно высокий боевой дух царил в те дни во всех прославленных армиях 3-го Украинского фронта. Его войска в осуществлении освободительной миссии Красной Армии отдавали все силы, а многие и жизнь делу разгрома гитлеровских извергов. Наши солдаты и офицеры, вооруженные богатым опытом наступательных боев, вдохновляемые высокими идеями ленинской партии, глубоко верили в силу своего оружия, в нашу победу. И они победили.

* * *

Завершающие сражения войск 3-го Украинского фронта примечательны и тем, что в их пламени ковалось боевое братство Красной Армии с армиями стран, встававших на путь народной демократии. Как было отмечено выше, в оперативном подчинении командования фронта находились болгарские войска, а позже и венгерские. Военному совету приходилось решать многие вопросы по координации действий и с югославскими войсками.

После того как в ноябре 1944 г. был захвачен плацдарм за Думаем, к нам прибыла 1-я болгарская армия во главе с командующим генералом В. Стойчевым и его заместителем по политической части Ш. Атанасовым. 8 декабря Военный совет фронта посетил штаб этой армии, на месте ознакомился с ее составом и уровнем боевой и политической подготовки войск. Тогда же армии была поставлена боевая задача: сосредоточиться в междуречье Дуная и Савы, надежно прикрыть левый фланг нашего фронта.

В составе армии было лишь шесть дивизий, но численность ее в отдельные периоды достигала 100 тыс. солдат и офицеров. Однако в армии было мало танков, она совсем не имела авиации. Это было учтено командующим фронтом при постановке ей задачи.

3-я югославская армия находилась левее 3-й болгарской армии, занимала рубеж обороны на правом берегу Дравы в районе южнее Барча. Она состояла из трех дивизий общей численностью более 40 тыс. человек.

Военный совет был внимателен к действиям этих войск, своевременно оказывал им необходимую помощь. Вспоминается, как в начале февраля гитлеровцы потеснили югославские войска и отбросили часть сил этой армии на левый берег Дравы. Потеря ранее завоеванного выгодного плацдарма осложняла обстановку на нашем левом фланге. Военный совет фронта оказал немедленную помощь и организовал тесное взаимодействие между соединениями нашей 57-й, 1-й болгарской и 3-й югославской армиями.

Более подробно хотелось бы рассказать о совместных действиях в связи с отражением мартовского наступления противника. 6 марта оно началось ударом по войскам 1-й болгарской и 3-й югославской армий из района Валпово и Дольни Михоляц, а также по соединениям 57-й армии из района Надьбайом в направлении Капошвара. Именно в этих боях совместными усилиями советских и болгарских частей продвижение противника было остановлено, а на отдельных направлениях враг был отброшен. Так было на участке 64-го стрелкового корпуса, в составе которого действовала 12-я болгарская пехотная дивизия.

Этим войскам большую помощь с воздуха оказала наша 189-я штурмовая авиадивизия под командованием полковника А. А. Ложечникова. Она всеми своими силами наносила, удары по танкам и живой силе противника в районе Яко и других населенных пунктов, занятых фашистами.

Сложнее обстояло дело на участке наступления врага в полосе 1-й болгарской и 3-й югославской армий. В ночь на 6 марта гитлеровцы форсировали Драву и атаковали оборонявшиеся в районе Дольни Михоляц 3-ю и 11-ю пехотные дивизии болгар. Противник также потеснил части 3-й югославской армии северо-восточнее Валпово.

Подразделения болгарских и югославских войск смело встретили врага и мужественно сражались. Но отразить наступление противника им не удалось. Усиливая удар, враг к исходу дня закрепился на рубеже Драва Чехи, Драва Сабольч и сумел создать плацдарм на левом берегу Дравы.

Командование фронтом оказало немедленную помощь этим войскам. Сюда были переброшены дополнительные силы авиационной группы генерал-майора А. Н. Витрука. Командующий 57-й армией получил приказ направить 133-й стрелковый корпус генерал-майора П. А. Артюшенко в помощь 1-й болгарской армии, 122-ю стрелковую дивизию полковника Т. И. Сидоренко - на участок 12-го армейского корпуса 3-й югославской армии.

Эти меры, принятые Маршалом Советского Союза Ф. И, Толбухиным, изменили обстановку. Выход 133-го стрелкового корпуса в полосу 1-й болгарской, а затем и 3-й югославской армий укрепил положение на всем левом крыле фронта, лишил противника возможности наступать на этом направлении, поднял боевой и моральный дух личного состава действовавших здесь соединений.

10 марта после перегруппировки своих частей противник нанес удар в стык между нашей 299-й стрелковой и 12-й болгарской пехотной дивизиями в общем направлении на Кишбайом, Чекей, Кадаркут. Фашистское командование считало, что это наиболее слабое звено в нашей обороне. Но и здесь его ожидал полный провал. Стыки между советскими и болгарскими войсками оказались прочными.

Тесно взаимодействуя, советские и болгарские соединения в течение 10-12 марта вместе отражали наступление фашистских войск. В этих боях части 12-й болгарской пехотной дивизии вновь проявили себя с самой лучшей стороны. Они нанесли противнику существенный урон. Один лишь 31-й пехотный полк за пять дней уничтожил свыше 200 гитлеровцев. Хорошо действовал 44-й пехотный полк. 10 марта он контратаковал гитлеровцев, блокировавших подразделения нашего 960-го стрелкового полка в районе Сабаш, Акол Имрехаза, и тем самым помог советским воинам ликвидировать опасное положение.

Соединения 133-го стрелкового корпуса и 1-й болгарской армии севернее Дольни Михоляца в боях истощили силы врага и приостановили его дальнейшее продвижение от Дравы к Дунаю. Вечером И марта Военный совет фронта в телеграмме генерал-лейтенанту В. Стойчеву выразил благодарность болгарским войскам.

С 12 марта атаки советских и болгарских войск возобновились. Наши 122-я и 84-я стрелковые дивизии во взаимодействии с 3-й и 16-й пехотными дивизиями болгар овладели Драва Палконя, станцией Драва Сабольч и Дажонь. Авиация 17-й воздушной армии наносила удары по переправам противника через Драву в районах Петриевцы и севернее Дольни Михоляца.

Югославское командование в это время подготовило наступление силами восьми пехотных бригад с целью сбросить противника за реку. Однако у этих войск было недостаточно артиллерии и боеприпасов. Сообщая о недостатке собственных сил для решения намеченной задачи, командующий армией генерал-подполковник Коста Надж, политкомиссар В. Петриевич и начальник штаба полковник Субботич обратились к командованию фронта с просьбой об оказании помощи наступлению. Разумеется, помощь была оказана.

Непосредственное участие в Венской операции приняла 1-я болгарская армия. Как и советским общевойсковым армиям, ей была. определена полоса наступления с учетом ее наличных сил и средств.

При планировании Венской операции нами учитывалось также и то обстоятельство, что во взаимодействии с нашими войсками готовилась наступать на широком фронте вдоль южного берега Дравы подавляющая часть войск югославской армии. Ее командование рассчитывало использовать благоприятную обстановку, созданную наступлением советских войск в Западной Венгрии и Во-точной Австрии, для удара по немецко-фашистской группировке с целью полного освобождения своей страны.

Хотя югославская армия непосредственно в Венской операции не участвовала, ее наступление на фронте от Дравы до Адриатики имело важное значение и для успешного развития наступательных действий войск нашего фронта на венском иаправлении. Продвижение части сил югославской армии вдоль южного берега Дравы в общем направлении на Каринтию, начатое несколько позже, прикрыло левое крыло фронта от возможного удара противника с юга.

Незадолго до окончания войны против гитлеровской Германии в составе войск 2-го и 3-го Украинских фронтов действовали также венгерские соединения. В оперативное подчинение нашего фронта прибыли две пехотные дивизии венгерских войск, которым пришлось ликвидировать в Альпах банды эсэсовцев и отряды диверсантов - 'копьеносцев'. После выполнения поставленной задачи обе дивизии во второй половине мая 1945 г. передислоцировались на территорию Венгрии.

* * *

Сражения войск 3-го Украинского фронта, начавшиеся осенью 1944 г. в Венгрии, закончились в мае 1945 г. в Австрии. За семь месяцев беспрерывных боев воины фронта прошли большой победный путь. Они вынесли много тягот и лишений, громя ненавистного врага и выполняя свою освободительную миссию. Немало замечательных сынов Советской Отчизны сложили свои головы на полях Венгрии и Австрии.

Но эти жертвы не пропали даром. Навсегда сохранят глубокую любовь и искреннее уважение к советскому воину народы освобожденных стран. Эти чувства отражены в сотнях памятников, созданных и бережно охраняемых в этих странах, в крепнущих узах братства и дружбы народов, в огромных победах, которые одержали народы освобожденных стран Юго-Восточной Европы, встав на путь строительства социализма.

И сегодня, четверть века спустя, особенно наглядно проявляется историческое значение боевых действий, в ходе которых ковалась победа и рождалось братское содружество армий социалистических стран.

Примечания

198 Тремя последними соответственно командовали генералы А. Г. Кравченко, Н. А. Гаген. С. Г. Трофименко.
^