Великий первооткрыватель Азии Григорий Потанин
//
Армейский сборник. 2008. ?12

В последней четверти XIX в. Русское географическое общество организовало ряд экспедиций для дальнейшего изучения Центральной Азии, тогда еще малоизвестной части земного шара. К этому побудили первые выдающиеся открытия, сделанные первопроходцем Центральной Азии Н.М. Пржевальским в 1871-1873 гг. Среди русских ученых, совершивших эти экспедиции, был и русский офицер Григорий Николаевич Потанин. Он исследовал внутреннюю Азию того периода, совершив пять путешествий по Монголии, Китаю и восточной окраине Тибета.

Григорий Николаевич Потанин родился 4 октября 1835 года в семье казачьего офицера в одном из поселков на р. Иртыш, в 50 километрах выше г. Павлодара (Семипалатинская область). До десяти лет мальчик жил у родителей. Видимо, первые же впечатления детства заложили в душе будущего путешественника стремление к изучению далеких стран и народов. Поселок Семиярский, где жил мальчик, стоял на высоком берегу, у подножия которого катил свои волны могучий Иртыш. Гладь его вод уходила в обе стороны до горизонта. Чуть виден был вдали противоположный берег - Киргизская степь, откуда приходили для обменной торговли киргизы - смуглые люди в живописных костюмах, говорившие на непонятном языке и приводившие безобразных, но интересных верблюдов. На восток расстилалась зеленая степь, манившая в голубую даль, где далеко-далеко, по рассказам бывалых людей, поднимался таинственный Алтай. Впечатления от окружающей природы дополнялись воспоминаниями отца и других казаков, побывавших на службе в Киргизской степи, на Алтае, на границе с Китаем.

Когда Грише исполнилось десять лет, его отдали учиться в Омский кадетский корпус, стоявший также на берегу Иртыша. Впечатления детства усиливались рассказами других кадетов, в большинстве также казачьих сыновей, прибывших из Бийска, Барнаула, Каркаралинска и Алтая. Среди товарищей Гриши был казах Чокан Валиханов, который много и хорошо рассказывал о жизни своих соплеменников. Потанин записывал его рассказы в тетрадь, которую Чокан иллюстрировал рисунками казахского оружия, утвари, одежды. В 1852 г. Григорий окончил корпус в чине хорунжего и записался в казачий полк, стоявший в Семипалатинске, чтобы быть ближе к Алтаю. В 1853 г. он получил назначение в отряд, который направлялся в город Копал и дальше в долину р. Или. Там Григорий впервые увидел снеговые вершины Джунгарского Алатау, а на переходе через р. Или перед ним из тумана поднялась величественная цепь Заилийского Алатау с ее острыми пиками, увенчанными снегами. Все это: вершины, бурные потоки с водопадами, ущелья, скалистые склоны, теплый климат - было ново для молодого хорунжего, жившего до тех пор на равнине. После зимовки во вновь заложенном городе Верном (ныне Алма-Ата) Григорий Потанин был командирован в Кульджу - большой китайский город - отвезти серебро русскому консулу. Впечатления от этой поездки во многом определили будущее Григория Потанина.

В 1855 г. Потанин с сотней казаков живет в Алтае в станице Бийской линии, где будущий исследователь познакомился с патриархальным бытом казаков-земледельцев, который пришелся ему по душе больше, чем торгашеский быт Иртышской линии. Неизвестный

Алтай очень привлекал Григория, но он чувст вовал неполноту своего образования для исследовательской работы и в 1856 г. вернулся в Омск. Здесь, занимаясь разборкой архивов, он извлек оттуда интересные материалы по истории Сибири и Джунгарии. За этой работой застал его знаменитый географ и путешественник П.П. Семенов-Тян-Шаньский, проезжавший через Омск по пути в Тянь-Шань.

Молодой офицер, рывшийся в архиве и мечтавший о путешествиях, несбыточных при его бедности (он получал всего 90 руб. в год) и научной неподготовленности, заинтересовал П.П. Семенова-Тян-Шаньского. Ученый словом и делом поддержал стремление Потанина учиться, облегчив ему освобождение от военной службы, переезд в университетский город и получение заработка в Петербурге.

Приехав в столицу с караваном, везшим золото из Томска на монетный двор, Григорий Николаевич поступил в университет. Летом на свои скромные средства он отправлялся на ботанические и геологические экскурсии (в 1859 г. - на реку Волхов, а в 1860 г. - на Урал). В университете Григорий Николаевич еще колебался в выборе занятий - натуралиста или публициста, но в конце концов перевес получила наука. Ему хотелось проникнуть в глубь Азии, к озеру Куку-нор, окруженному снежными пиками, на берегах которого не бывала нога европейца.

Однако в 1861 году в связи со студенческими волнениями университет был закрыт, и Потанину пришлось вернуться в Омск. Вскоре по рекомендации П.П. Семенова-Тян-Шаньского Григорий Николаевич (1862 г.) был включен в состав экспедиции астронома Струве для определения широты и долготы пунктов в пограничной с Китаем полосе между Алтаем и Джунгарским Алатау. Экспедиция обследовала берега озера Зайсан-нор, горы Сары-тау, реку Кальджир, впадину озера Марка-куль. Экспедиция зимовала в городе УстьКаменогорске, откуда Потанин ездил зимой на озеро Зайсан-нор для наблюдения зимнего лова рыбы, который он подробно описал в своем отчете. На основе этого он добился улучшения условий для казахов, арендовавших участки рыболовства. В 1864 г., когда экспедиция обследовала хребет Тарбагатай, Григорий Николаевич собрал много данных о быте казахов на летних кочевках и фольклоре и написал вместе со Струве большой отчет о путешествии, напечатанный в 'Записках Географического общества'.

По окончании экспедиции Потанин некоторое время был переводчиком с татарского языка при генерал-губернаторе в Омске. Но его не удовлетворял невысокий уровень культурной жизни местного общества, состоявшего главным образом из военных и чиновников. Григорий Николаевич подготовил статью о географическом распределении местных племен и послал ее в географическое общество. Кроме того, он начал преподавать естественную историю в мужской и женской гимназиях. В 1874 г. Потанин, по ходатайству Географического общества, был переведен в Петербург, где вместе с П.П. Семеновым-Тян-Шаньским занимался дополнением третьего тома 'Азии' Риттера по новым данным об Алтайско-Саянской горной стране. Эта работа хорошо подготовила Григория Николаевича к исследованию Северной Монголии, которое Географическое общество намеревалось начать.

В 1876 году экспедиция в составе Потанина, его жены, топографа Рафаилова, монголиста Позднеева и охотника Березовского вышла из г. Зайсанска к оз. Улюнгур, пересекла Монгольский Алтай к верховьям реки Кобдо и осенью спустилась в г. Кобдо. Здесь она зимовала, изучая условия русской торговли.

Весной 1877 г. путешественники прошли через Монгольский Алтай и Джунгарскую Гоби в г. Баркуль и пересекли конец Восточного Тянь-Шаня в г. Хами. Затем вернулись в Баркуль, вторично миновали Гоби по другому маршруту и еще раз пересекли Монгольский Алтай по пути в г. Улясутай, изучили нагорье Хангай до оз. Косогол и оз. Убса.

В декабре экспедиция возвратились в с. Кош-агач на р. Чуе в Алтае. Кроме ботанических, зоологических и геологических коллекций и маршрутной съемки, экспедиция доставила сведения о русской торговле в посещенных городах, о путях по Монголии и обширные этнографические материалы, составившие два тома 'Очерков Северо-западной Монголии', написанных Г.Н. Потаниным и его сотрудниками в 1878 г.

Весной 1879 г. была совершена вторая экспедиция в Монголию. В ней участвовали Г.Н. Потанин, его жена, топограф Орлов и археолог Адрианов, два переводчика и три казака - помощники топографа. Экспедиция началась в Кош-агаче на Алтае и прошла в г. Уланком близ оз. Убса. Отсюда она направилась на юг мимо больших озер в г. Кобдо и обратно. Экспедиция обследовала озера и вечноснеговую группу Харкира, пересекла хребет Таннуола и проехала вверх по рекам Улукем и Хакем в Урянхайском крае (ныне Тувинская Республика). Уже поздней осенью, посетив часть бассейна р. Селенги, вышла она в Дархатский курень близ западного

берега оз. Косогол. Оставив здесь снаряжение и скот до весны, путешественники выехали через Саян и Тунку в Иркутск на зимовку. Продолжению экспедиции помешали осложнения с Китаем, и в 1880 г. Г.Н. Потанин вернулся в курень, чтобы продать скот, но сделал еще экскурсию на запад вокруг оз. Дод-нор. Отчеты об этой экспедиции, составленные ученым в Петербурге за 1880-1883 гг., представляют следующие два тома 'Очерков Северо-западной Монголии', содержащие дневники, списки флоры и фауны, материалы о тюркских и монгольских племенах, их быте и религии, о фольклоре, и вместе с первыми томами представляют до сих пор ценные данные о природе и населении этой части Монголии.

В начале 1884 г. Г.Н. Потанин с женой, топографом Скасси и натуралистом Березовским выехал в новое путешествие, почти одновременное с четвертой экспедицией Н.М. Пржевальского. Последний собирался проникнуть в глубь Тибета, а Г.Н. Потанин ставил своей задачей изучение восточной окраины Тибета и прилежащей к ней части Китая. Григорий Николаевич и его спутники выехали на военном фрегате из Одессы, через Суэцкий канал и вокруг Индии в

Китай. Из Пекина началось путешествие через провинции Чжили и Шаньси и хребет У-тай-шань в г. Куку-хото. Отсюда они проехали по восточной окраине Ордоса и через провинцию Ганьсу в Лань-чжоу, зазимовав в местности Санчуань. Весной 1885 г. они прошли через г. Си-нин и монастыри Гумбум и Лабрая на Амдосское нагорье. Изучая окраину Тибета, они посетили города Мин-чжоу, Сы-гу и Сун-пан в провинции Сычуань, а на зимовку вернулись в монастырь Гумбум, где познакомились с бытом лам и окрестных тангутов.

В 1886 г. экспедиция посетила оз. Куку-нор, пересекла цепи хребта НаньШань до г. Гань-чжоу и прошла вдоль р. Эцзин-гол и мимо оз. Гашиун-нор через Центральную Монголию, миновала Монгольский Алтай, часть нагорья Хангай и закончилась поздней осенью в г. Кяхте. Маршруты этого путешествия на значительном протяжении проходили по местностям, еще не посещенным европейцами.

Отчет Г.Н. Потанина об этом путешествии составляет два больших тома и содержит не только дневники, которые велись с той же полнотой, как и в монгольских путешествиях, но также общие очерки посещенных стран, народов и снимки местностей, зданий и туземцев. Во втором томе помещены наречия нескольких монгольских племен, живущих в Нань-Шане и на окраине Тибета, а также сказки, легенды, предания разных народов.

Следующие четыре года Г.Н. Потанин прожил в Иркутске, где составлял этот двухтомник. Он принял большое участие в деятельности Восточно-Сибирского отдела Географического общества, был его правителем дел, организатором исследования быта и собирания народного эпоса бурят Иркутской губернии

и Забайкалья. Он издал первые тома этнографической секции отдела и вместе с Подгорбунским устроил выставку принадлежностей буддийского культа, познакомившую горожан с обрядами буддизма. Работа отдела в эти годы благодаря Г.Н. Потанину очень оживилась.

В 1891 г. Григорий Николаевич уехал в Петербург, чтобы закончить и напечатать свой отчет, а также подготовиться к новому путешествию на окраину Тибета. Оно началось осенью 1892 г. В нем участвовали Г.Н. Потанин с женой, коллектор Кошкаров, переводчик Рабданов и автор этих строк в качестве геолога, имевший, впрочем, самостоятельные задачи и другие маршруты и приехавший в Пекин отдельно. Остальные участники быстро проехали из Кяхты в Пекин по почтовому тракту и оттуда в провинцию Сычуань и на окраину Тибета, где провели зиму и лето 1893 г. в городах Тарсандо и Лифань-фу, занимаясь подробными исследованиями. Однако болезнь, а затем смерть А.В. Потаниной прервали осенью работу экспедиции. Григорий Николаевич, удрученный кончиной своей верной помощницы, вернулся в Россию.

Кратковременность работ этой экспедиции и болезнь жены не позволили Потанину собрать много материалов. Небольшой отчет, напечатанный в 'Известиях Географического общества' в 1899 г., содержит дневники, этнографические данные и описания буддийских монастырей.

Следующие 5 лет после путешествия ученый провел в Петербурге, занимаясь преимущественно изучением народного эпоса Азии и Европы по своим материалам и литературным источникам. Но в 1899 г. его опять потянуло в глубь Азии, где еще осталась неизвестная страна - восточная окраина Монголии. Григорий Николаевич направился туда в сопровождении двух студентов и переводчиков. Они выехали из Кулусугаевского караула в Забайкалье, прошли через р. Ке-рулэн на юго-восток, обследовали среднюю часть хребта Большой Хинган и через провинцию Барга, принадлежащую Манчжурии, вернулись осенью в Забайкалье с ботаническими и этнографическими сборами. Отчет Потанина об этой экспедиции содержит подробное описание страны и ее населения. Он напечатан в 'Известиях Географического общества'.

Это было последнее большое путешествие Г.Н. Потанина. Остальные годы своей жизни он провел в Иркутске, Красноярске, а с 1907 г. - в Томске, совершая летом небольшие поездки по Забайкалью, на Алтай и в Киргизскую степь для сбора народных легенд, сказок и поверий, чтобы пополнить свои труды о восточном эпосе. Он принимал деятельное участие в научной и общественной жизни этих городов, часто был инициатором учреждения ученых и других обществ, школ и музеев, хлопотал об открытии в Красноярске и Томске отделов Географического общества, составлял докладные записки, ездил в Петербург двигать дела. В Красноярске отдел был открыт, а в Томске вместо него по инициативе Г.Н. Потанина было учреждено Общество изучения Сибири, в котором он скромно занял место только товарища председателя. В новом Обществе он был главным деятелем и собрал средства для экспедиции двух профессоров университета в Монголию с целью изучения русской торговли. Григорий Николаевич был также инициатором открытия в Томске первых в Сибири Высших женских курсов и одним из учредителей общества изыскания средств для них, организовал музей наглядных пособий для городских школ, литературно-художественный кружок и все свое время делил между общественными, просветительными и научными предприятиями, удивляя всех своей энергией и инициативой, несмотря на преклонный возраст и ослабевшее зрение. В 1915 г. Томское общество отпраздновало 80-летие Григория Николаевича Потанина с большим собранием. На нем были оглашены многочисленные приветствия со всех концов Сибири. Летом 1919 г. Г.Н. Потанин тяжело заболел и 30 июня 1920 года скончался.

Заслуги Григория Николаевича Потанина как исследователя природы и населения Азии очень велики. Его трудами, как и трудами Н.М. Пржевальского, создана та основная канва географического лика внутренней Азии, на которой позднейшие исследователи разных специальностей начали вышивать детали общей картины. До путешествий Потанина и Пржевальского этой основной канвы, необходимой для дальнейшей работы, еще не было, а были только обрывки ее, часто не вязавшиеся друг с другом, несмотря на усилия таких мастеров, как Риттер, Гумбольдт, Рихтгофен, кропотливо собиравших материал из китайской географии и сказаний путешественников.

Благодаря путешествиям Григория Николаевича Потанина, наука получила много новых сведений о Северной, Центральной и Восточной Монголии, о нагорье Хангай, о хребтах Танну-ола, Большой Хинган и Монгольском Алтае, о Джунгарской и Центральной Гоби, Ордосе, части Северного Китая, западной окраине провинции Сычуань с соседней частью Тибета и системе Нань-Шаня. Г.Н. Потанин познакомил россиян с различными народностями, населяющими эти страны, с их бытом, нравами, верованиями и словесностью. В его отчетах даны сведения о разных племенах тюркских и монгольских, о тангутах, дунганах, китайцах. В них напечатано больше 300 легенд, сказок, загадок, пословиц и других произведений народной словесности, наречия некоторых племен. В отчетах имеются сведения о торговле и промыслах. Григорий Николаевич посвятил много работ также тюркским и монгольским народностям, живущим в пределах России, изучил быт, поверья и эпос бурят, калмыков, киргизов, вотяков и чувашей.

Нужно отметить также геологические и зоологические записи, имеющиеся в описаниях Г.Н. Потанина и в ряде случаев представляющие большой интерес. Н.М. Пржевальский и М.В. Певцов путешествовали с военным конвоем, который делал их более смелыми, более независимыми от населения и местных властей, но зато мешал их тесному общению с туземцами и часто внушал последним недоверие или страх. Г.Н. Потанин конвоя не имел, ездил в гражданской одежде и с женой; много времени он провел в селениях, стойбищах, китайских городах и буддийских монастырях и потому мог изучить быт и нравы народов гораздо лучше. Его жена имела возможность собирать сведения и о семейной жизни, интимной обстановке, закрытой для посторонних мужчин.

В отчетах Г.Н. Потанина нет описаний крупных приключений, ярких эпизодов охоты и столкновений с туземцами и местными властями, которых так много, например, у Н.М. Пржевальского. Но зато там содержатся точные характеристики местности, детальные описания быта и нравов народов. Для Г.Н. Потанина страны внутренней Азии являлись своеобразным музеем, в котором хранились разнообразные памятники материальной и духовной культуры народов, частью уже исчезнувших, и в котором можно было собрать богатые материалы по этнографии и народному эпосу. Умение расположить к себе туземцев и заслужить их доверие очень способствовало успеху собирания материалов из такой области человеческой жизни, как религия, обряды и обычаи. Его палатка, юрта или фанза часто были полны посетителей, от которых он умел получать интересовавшие его сведения.

Огромный материал по народному эпосу, собранный Григорием Николаевичем Потаниным, составил два тома его 'Очерков Северо-западной Монголии' и том 'Очерк путешествия в Сычуань и на восточную окраину Тибета', а также рассеян в мелких статьях и заметках в газетах и журналах за 50 лет. Последние 25 лет жизни Г.Н. Потанин обрабатывал свои материалы и написал на их основе ряд трудов, начиная с такого, как 'Восточные мотивы в средневековом эпосе', вышедшего в 1899 г., и кончая таким, как 'Ерке, сын неба Северной Азии', напечатанным в 1916 г. В последнем он обрисовал в образах легенды Монголии, повествующие об Ерке, участнике сотворения мира, сыне творца, свергнутого в преисподнюю и ведущего вечную борьбу с царем неба. Он изложил поэмы о сыне неба, фигурирующем в образах Цороса, Ирин-саина, Гэсэра и Чингиз-хана, и обряды, связанные с его почитанием. Он рассмотрел перенесение этого культа из Азии на Запад, привел сказания Кавказа, киргизских степей и сказки, распространенные в русских губерниях, и пришел к выводу, что культ Иисуса Христа, сына неба, создался на востоке у народов Центральной Азии гораздо раньше. Борьбу с верой в сказочную личность Христа и ее разоблачение устно и письменно он считал задачей своей дальнейшей жизни. Этот труд Г.Н. Потанина, вышедший в Томске в 1916 году, интересен. По богатству и новизне собранных этнографических материалов Г.Н. Потанин занимает первое место среди исследователей Азии конца XIX века.

^