Содержание
«Военная Литература»
Биографии

Часть вторая

24-й Генералъ-Фельдмаршалъ

Графъ Алексѣй Петровичь Бестужевъ-Рюминъ

Граф Алексѣй Петровичь Бестужевъ-Рюминъ{272}, одинъ изъ Генералъ-Фельдмаршаловъ Росс?йскихъ , получилъ это достоинство не предводительствуя никогда войсками и, даже, не находясь въ спискѣ военномъ.

Онъ родился въ Москвв 22 Мая 1693 года. Отецъ его, Петръ Михайловичь, одаренный великимъ умомъ и, вмѣстѣ, гордый, чрезвычайно корыстолюбивый, занималъ разныя почетныя должности: былъ Воеводою въ Симбирскѣ (1701 г.); ѣздилъ въ Вѣну и въ Берлинъ съ разными поручен?ями (1705 г.); служилъ, потомъ, Генералъ Кригсъ-Цалмейстеромъ, Оберъ-гофмейстеромъ (съ 1712 г.) у вдовствовавшей Герцогини Курляндской Анны ?оанновны; награжденъ чиномъ Тайнаго Совѣтника (1726 г.); терпѣлъ гонен?я отъ сильнаго Меншикова за преданность къ славному Морицу Саксонскому, желавшему быть Герцогомъ Курляндскимъ; семь лѣтъ находился въ ссылкѣ (съ 1730 по 1737) преслѣдуемый Бирономъ, которому прежде покровительствовалъ ; освобожденъ за вѣрную службу сыновей; получилъ, съ ними, Графское достоинство отъ Императрицы Елисаветы въ 1742 году, не задолго до своей кончины.

Алексѣй Петровичь, на шестнадцатомъ году отъ рожден?я, отправленъ Петромъ Великимъ, вмѣстѣ съ старшимъ братомъ, Михаиломъ Петровичемъ, сначала въ Копенгагенъ, гдѣ учился въ тамошней Академ?и; потомъ (1710 г.) въ Берлинъ. Въ послѣднемъ городѣ оказалъ онъ отличные успѣхи въ наукахъ, равно въ языкахъ Латинскомъ, Французскомъ и Нѣмецкомъ и, будучи только девятнадцати лѣтъ, опредѣленъ Дворяниномъ Посольства на конгрессъ въ Утрехтъ, поступилъ подъ начальство знаменитаго дипломата того времени Князя Бориса Ивановича Куракина (1712 г.){273}. Находясь въ Ганноверѣ, Бестужевъ-Рюминъ умомъ и ловкост?ю обратилъ на себя вниман?е Курфирста ГеоргаЛудовика, и, съ соглас?я Петра Великаго, причисленъ въ 1713 году къ Ганноверскому Двору Камеръ-Юнкеромъ съ жалованьемъ по тысячи талеровъ въ годъ. Вскорѣ скончалась Англ?йская Королева Анна (1714 г.). Курфирстъ, наслѣдовавъ ей подъ именемъ Георга ?-го, возложилъ на БестужеваРюмина лестное Посольство въ Росс?ю. Государь чрезвычайно обрадовался, увидѣвъ своего подданнаго въ службѣ иностранной въ почетномъ зван?и Министра, щедро одарилъ его и, по прошеств?и трехъ лѣтъ, отозвалъ отъ Двора Великобританскаго (?717 г.).

Сначала Бестужевъ поступилъ Оберъ-Камеръ-Юнкеромъ къ вдовствовавшей Герцогинѣ Курляндской, въ 1718 году, но черезъ два года, опредѣленъ въ Дан?ю Резидентомъ. Здѣсь имѣлъ онъ случай пр?обрѣсть особое благоволен?е Петра Великаго посредствомъ великолѣпнаго праздника, даннаго имъ 1 Декабря 1721 года, всѣмъ иностраннымъ Министрамъ и первѣйшимъ чинамъ Королевства. Передъ домомъ его были поставлены прозрачныя картины, представлявш?я съ одной стороны бюстъ Петра Великаго, съ другой слѣдующую Латинскую надпись: Шестнадцать лѣтъ ознаменовавъ подвигами, затмившими дѣян?я Геркулеса, Онъ заключилъ 30 Августа 1721 года славный миръ въ Нейтадтѣ, заставивъ безмолвствовать зависть и даровавъ Сѣверу давно ожиданное спокойств?е. Такуюже надпись велѣлъ Бестужевъ выбить въ Гамбургѣ на медали съ изображен?емъ Обладателя Росс?и; ибо на монетномъ Дворѣ Королевскомъ не согласились чеканить оную, находя предосудительнымъ для Государства выражен?е: Сѣверу даровалъ спокойств?е. Со всѣмъ тѣмъ Бестужевъ, къ удивлен?ю посѣтителей и къ досадѣ многихъ изъ нихъ, роздалъ имъ медаль 1 Декабря. Лишь только Государь, находивш?йся тогда въ Перс?и, освѣдомился объ этомъ похвальномъ подвигѣ, основанномъ на любви къ Отечеству, немедленно благодарилъ Алексѣя Петровича собственноручнымъ письмомъ и вслѣдъ за тѣмъ пожаловалъ ему портретъ свой, осыпанный брил?антами, для ношен?я на груди; а во время коронован?я Екатерины ?-й, въ 1724 году, произвелъ его въ Дѣйствительные Камергеры.

Съ кончиною Петра Великаго, Бестужевъ лишился надежды и наградъ: сильный Меншиковъ наложилъ на него тяжкую руку, мстя за отца его, дерзнувшаго противодѣйствовать ему въ Курлянд?и. Тщетно просилъ онъ увеличить получаемое имъ жалованье, переименовать его, за семилѣтнiе при Датскомъ Дворѣ труды, Чрезвычайнымъ Посланникомъ. Участь Бестужева не перемѣнилась къ лучшему, когда начала царствовать Императрица Анна Iоанновна, руководимая Бирономъ: изъ Копенгагена перемѣщенъ онъ, 1-го Февраля 1731 года, Резидентомъ же въ Гамбургъ и въ Нижн?й Саксонск?й Округъ, и только въ слѣдующемъ году, вѣроятно, по ходатайству своего брата, пожалованъ Чрезвычайнымъ Посланникомъ. Михаилъ Петровичь находился въ этомъ почетномъ зван?и въ Прусс?и, гдѣ, къ удовольств?ю нашего Двора, примирилъ Короля Фридриха Вильгельма съ КронПринцемъ (въ послѣдств?и Фридрихомъ Великимъ), котораго жестокосердый отецъ заключилъ въ крѣпость и предалъ военному суду за предпринятое имъ путешеств?е безъ его соглас?я. — Тогда Алексѣй Петровичь ѣздилъ въ Киль, осмотрѣлъ Архивы Герцога Голштинскаго и вывезъ потомъ въ С. Петербургъ множество любопытныхъ бумагъ, въ томъ числѣ духовную Императрицы Екатерины ?-й, документъ весьма важный для Анны Iоанновны, составленный въ пользу потомковъ Петра Великаго{274}.

Въ исходѣ 1734 года Бестужевъ переведенъ снова въ Дан?ю; при этомъ случаѣ получилъ орденъ Св. Александра Невскаго. Счаст?е по прежнему начинало служить ему; ибо онъ умѣлъ въ послѣднюю бытность свою въ столицѣ пр?обрѣсть любовь Бирона — ласкательствомъ, поклонами. Не успѣлъ Бестужевъ пр?ѣхать въ Копенгагенъ, какъ акредитованъ былъ въ чинѣ Посланника и при Нижнемъ Саксонскомъ Округѣ, пожалованъ въ 1736 году Тайнымъ Совѣтникомъ, а въ 1740, Марта 25, Дѣйствительнымъ Тайнымъ Совѣтникомъ, съ повелѣн?емъ явиться къ Высочайшему Двору для присутствован?я въ Кабинетѣ. Нуженъ былъ Бирону человѣкъ съ хитрост?ю и умомъ Алексѣя Петровича, для умален?я власти Графа Остермана. Онъ не ошибся въ своемъ выборѣ: Бестужевъ содѣйствовалъ въ назначен?и его Регентомъ Импер?и во время малолѣтства ?оанна Антоновича и когда составился заговоръ противъ Бирона, совѣтовалъ ему принять надлежащ?я мѣры; но властолюбецъ, ослѣпленный счаст?емъ, довѣрилъ участь свою тайному врагу, Фельдмаршалу Графу Миниху: арестованъ имъ, 8 Ноября 1740 года. Съ паден?емъ Бирона пострадалъ преданный ему Бестужевъ, заключенный также въ крѣпость Шлиссельбургскую. Дана имъ очная ставка: «Несправедливо обвинилъ я Герцога — сказалъ Бестужевъ, увидѣвъ его — прошу господъ Кригсъ-Коммисаровъ взнесть слова мои въ протоколъ: торжественно объявляю, что однѣ только угрозы, жестокое обращен?е со мною и обѣщан?е свободы Фельдмаршаломъ Минихомъ, если я буду лжесвидѣтельствовать, могли исхитить гнусную клевету, отъ которой нынѣ отказываюсь!» — Старались запутать его, но не успѣли: онъ совершенно оправдался, получилъ свободу, лишился только должностей.

Вскорѣ Императрица Елисавета вступила въ наслѣдственныя права (1741 г.). Бестужевъ, тотчасъ, вкрался въ сердце Лейбъ-Медика Ея, Лестока, главнаго виновника событ?я 25 Ноября, пользовавшагося особою довѣренност?ю Государыни. Онъ началъ защищать опальнаго; исходатайствовалъ ему (30 Ноября) орденъ Св. Апостола Андрея Первозваннаго, зван?я Сенатора, Главнаго Директора надъ почтами и (12 Декабря) ВицеКанцлера; но Елисавета, зная властолюбивый нравъ Бестужева, сказала тогда Лестоку: ты не думаешь о послѣдствiяхъ; связываешъ для себя пукъ розогъ {275}. Вслѣдъ за тѣмъ, Алексѣй Петровичь испросилъ отцу своему (25 Апр. 1742 г.) Графское достоинство Росс?йской Импер?и, съ распространен?емъ онаго на его потомство; возведенъ (1744 г.) въ Государственные Канцлеры; получилъ Лифляндск?й замокъ Венденъ съ 63 гаками.

Достигнувъ въ короткое время высшихъ почестей, и не имѣя совмѣстниковъ, Графъ Бестужевъ-Рюминъ шестнадцать лѣтъ управлялъ кормиломъ Государства. Преданный душею Кабинету Вѣнскому, любя Англ?ю и питая ненависть къ Прусс?и и Франц?и, онъ былъ главнымъ виновникомъ Ахенскаго мира въ 1746 году и разорительной войны противъ Фридриха Великаго, стоившей Росс?и болѣе трехъ сотъ тысячь человѣкъ и тридцати милл?оновъ рублей. Наслѣдникъ Престола, Велик?й Князь Петръ Ѳеодоровичь, ревностный почитатель Короля Прусскаго, ненавидѣлъ Бестужева и не скрывалъ своихъ чувствъ; не могъ простить ему, что онъ исхитилъ изъ Архива Голштинскаго духовную Екатерины ?-й. Бестужевъ, съ своей стороны, отзывался невыгодно о Наслѣдникѣ и когда родился Павелъ Петровичь, вздумалъ лишить родителя законныхъ правъ и упрочить ихъ за Цесаревичемъ, подъ опекунствомъ Екатерины. Тяжкая болѣзнь, постигшая Императрицу въ 1757 году, представила Бестужеву случай исполнить отважное намѣрен?е: полагая, что Елисавета находится на смертномъ одрѣ, онъ сдѣлалъ распоряжен?е, чтобы войска наши бывш?я въ Прусс?и, ускорили обратнымъ походомъ въ Росс?ю и, между тѣмъ, не выѣзжалъ изъ Царскаго Села, умолялъ безпрестанноИмператрицу отстранить Наслѣдника отъ Престола, представляя: что Петръ помрачитъ въ послѣдствiи славу Ея царствованiя. Хитрый Министръ руководствовался собственною пользой: не надѣясь властвовать при Петрѣ, полагалъ долго еще управлять Росс?ею во время малолѣтства Августѣйшаго Сына Его; но права Наслѣдника защищалъ Пастырь, украшенный добродѣтельною жизн?ю и строгими правилами, гремѣвш?й на каѳедрѣ, въ присутств?и Высочайшаго Двора, противъ льстецовъ и себялюбцевъ — Димитр?й Сѣченовъ, Арх?епископъ Новгородск?й. Онъ далъ полезный совѣтъ Великому Князю отклонить угрожаемую опасность, не покидать одра больной Императрицы.

Побѣдитель при Гросъ-Эгерсдорфѣ исполнилъ волю перваго Министра; Росс?яне отступили{276}; Елисавета освободилась отъ болѣзни и велѣла арестовать Бестужева за самовольный поступокъ, лишила его, 27 Февраля 1758 года, чиновъ и знаковъ отлич?й. Алексѣй Петровичь безпрекословно возвратилъ Государынѣ ленты, носимыя многими; но не отдалъ портрета Петра Великаго, сказавъ: что не разстанется съ Нимъ. Старан?я его оправдаться остались тщетными: главнымъ доносителемъ былъ Камергеръ Брокдорфъ, любимецъ Наслѣдника. Въ слѣдующемъ году Бестужевъ приговоренъ къ отсѣченiю головы. Императрица сослала его на заточен?е въ одну изъ деревень, ему принадлежащихъ, не лишивъ имѣн?я. Онъ выбралъ постояннымъ пребыван?емъ село, находящееся въ ста двадцати верстахъ отъ Москвы, названное имъ Горетовымъ. Въ изданномъ Манифестѣ о преступлен?яхъ бывшаго Канцлера, означено, между прочимъ, что велѣно ему жить въ деревнѣ подъ карауломъ, дабы друг?е были охранены отъ уловлен?я мерзскими ухищренiями состарѣвшагося въ нихъ злодѣя.

Долго Бестужевъ обиталъ въ дымной избѣ, нося соотвѣтственную ей одежду, отростивъ бороду; наконецъ дозволено ему было построить домъ, названный имъ обителью печали. Въ немъ лишился онъ своей супруги, скончавшейся 15 Декабря 1761 года, и перенесъ этотъ ударъ съ твердост?ю христ?анина, утѣшая себя чтен?емъ Священнаго Писан?я. Ссылка его продолжалась до возшеств?я на Престолъ Императрицы Екатерины II-й (1762 г.): Она освободила Министра, Ею уважаемаго, пригласила его въ С. Петербургъ; возвратила ему ордена{277}и всѣ чины, со старшинствомъ службы и переименовала въ Генералъ-Фельдмаршалы (3 ?юля). Канцлеромъ, въ то время, былъ (съ 1758 г.) Графъ Михаилъ Лар?оновичь Воронцовъ.

Бестужевъ просилъ о переслѣдован?и его дѣла. Коммис?я совершенно оправдала его. Обнародованъ Манифестъ, въ которомъ Екатерина, защищая дѣйств?я Елисаветы, слагала всю вину на клеветниковъ, во зло употребившихъ довѣренность Монархини. Сверхъ получаемаго жалованья по зван?ю Фельдмаршала и Сенатора, Графу Алексѣю Петровичу опредѣлека еще ежегодная пенс?я, двадцать тысячь рублей; но онъ уволенъ, во уважен?е преклонныхъ лѣтъ, отъ занят?й военныхъ и гражданскихъ и тщетно старался, 1764 года, вмѣшаться въ назначен?е Короля Польскаго. Современникъ Петровъ, испытавш?й столько переворотовъ въ жизни своей, не оставался празднымъ; напечаталъ въ Москвъ 1763 года сочиненную имъ въ ссылкѣ книжку подъ заглав?емъ: Утѣшенiе Христ?анина въ несчаст?и, или стихи, избранные изь Священнаго Писан?я, съ предислов?емъ Гавр?ила Петрова, Ректора Московской Академ?и,въ послѣдств?и Митрополита Новгородскаго. Отдавая справедливость непоколебимой твердости Графа БестужеваРюмина въ несчаст?и, Гавр?илъ упомянулъ въ предислов?и: что одно только упованiе на Всемогущаго можетъ утѣшать челоеѣка во время испытанiй и что Священное Писанiе есть источникъ всѣхъ утѣшенiй. Эгу самую книжку, Графъ Бестужевъ напечаталъ потомъ въ С. Петербургѣ на Французскомъ и Нѣмецкомъ языкахъ; на одномъ Нѣмецкомъ въ Гамбургь и на Шведскомъ въ Стокгольмѣ. Она переведена и на Латинск?й языкъ Преосвященнымъ Гавр?иломъ. Сверхъ сего, велѣлъ Бестужевъ выбить и дарилъ своимъ знакомымъ слѣдующ?я золотыя и серебряныя медали: 1) на Нейштадск?й мирь, заключенный въ 1721 году{278}; 2) по случаю постигшаго его несчаст?я 1757 года: съ одной стороны представленъ его портретъ съ Латинскою надписью вокругъ; съ другой двѣ скалы, среди волнующагося моря, надъ которымъ изъ мрачныхъ тучь блеститъ молн?я, льется проливной дождь и вмѣстѣ съ противоположной стороны показываются лучи солнечные съ надписью: ?ттоbilis in тоbili {279}; внизу помѣщена другая надпись, какую употреблялъ онъ еще въ молодыхъ лѣтахъ на печатяхъ: semрer ?dет {280}; 3) третья медаль, выбитая въ 1764 году на скорую его кончину, изображала третье{281}и послѣднее торжество его надъ единственнымъ врагомъ, у него остававшимся: на оборотѣ портрета, представ — лена, среди пальмовыхъ деревъ, на возвышен?и, гробница съ гербомъ Графа Бестужева; подлѣ оной съ правой стороны Религ?я, держащая въ одной рукѣ распят?е, въ другой пальмовую вѣтвь, наклоненную къ гробницѣ; съ лѣвой: твердость, облокотившаяся лѣвою рукою на столпъ и держащая въ правой лавровый вѣнокъ надъ гробницею. Вверху помѣщена слѣдующая Латинская надпись : Теrt?о tr?итрhаt {282}; внизу: Роst duos ?п ѵ?tа dе ?п?т?сis triumphos de тоrtе tr?umрhаt А. М. D. С. С. L. X аеtаt {283}. — Предчувств?е его не обмануло: послѣ жестокихъ страдан?й, три недѣли продолжавшихся, онъ скончался отъ каменной болъзни, 10 Апрѣля 1766 года, на семьдесять третьемъ своей многотрудной жизни.

Графъ Алексѣй Петровичь Бестужевъ-Рюминъ съ обширнымъ, разборчивымъ умомъ, пр?обрѣлъ долговременною опытност?ю навыкъ въ дѣлахъ Государственныхъ, былъ чрезвычайно дѣятеленъ, отваженъ; но вмѣстѣ гордъ, честолюбивъ, хитръ, пронырливъ, скупъ, мстителенъ, неблагодаренъ, жизни невоздержной. Его болѣе боялись, чѣмъ любили. Императрица Елисавета ничего не рѣшала безъ его мнѣн?я. Онъ умѣлъ сдѣлаться для Нее необходимымъ; повелѣвалъ не только Сановниками Ея, но и приближенными; первый завелъ тайную переписку, подъ назван?емъ секретной корреспонденц?и, посредствомъ которой наши Министры, находивш?еся въ чужихъ краяхъ, сообщали ему, кромѣ обыкновенныхъ извѣст?й, свои догадки, мнѣн?я, пересказы и народную молву. Онъ извлекалъ изъ этихъ свѣдѣн?й, что хотѣлъ для донесен?я Елисаветѣ и, такимъ образомъ, направлялъ мысли Ея въ пользу и противъ иностранныхъ Державъ. Виновникъ его возвышен?я, Лестокъ, которому онъ клялся въ неизмѣнной дружбѣ, былъ имъ очерненъ во мнѣн?и Императрицы за то, что осмѣлился вмѣшиваться въ дипломатическ?я дѣла и переписывался съ Фридрихомъ Великимъ; преданъ суду (1748 г.), лишенъ чиновъ, имѣн?я, тринадцать лѣтъ томился въ изгнан?и. Присвоивъ себѣ власть располагать Престоломъ, Бестужевъ желалъ быть, по кончинѣ Елисаветы, Подполковникомъ четырехъ гвардейскихъ полковъ и Предсѣдателемъ трехъ Коллег?й: Военной, Адмиралтейской и Иностранной. Тѣсная дружба соединяла его съ Фельдмаршаломъ Апраксинымъ. Бестужевъ надѣялся на арм?ю. Главнымъ врагомъ его и виновникомъ паден?я (кромѣ Великаго Князя, Трубецкаго и Шуваловыхъ) былъ Маркизъ Лопиталь, Французск?й Чрезвычайный и Полномочный Посолъ въ Росс?и (1757–1761 г.), Генералъ-Поручикъ и кавалеръ Св. Духа, который пользовался особымъ благоволен?емъ Императрицы и въ день возшеств?я на Престолъ стоялъ, во время обѣденнаго стола, за Ея стуломъ съ тарелкою {284}. Онъ описалъ Бестужева Государынѣ самыми черными красками, какъ человѣка опаснаго по своимъ замысламъ.

Бестужевъ, женатый на Нѣмкѣ, покровительствовалъ ея единовѣрцамъ. Лютеранская церковь въ С. Петербургѣ, во имя Св. Петра и Павла, обязана ему многими богатыми приношен?ями; въ Москвѣ сооружена имъ церковь у Арбатскихъ воротъ во имя Бориса и Глѣба, за два года передъ его кончиною, какъ будто для очищен?я совѣсти. — Въ Медицинѣ извѣстны капли, изобрѣтенныя Бестужевымъ.

Онъ имѣлъ отъ супруги своей, АнныЕкатерины, рожденной Беттигеръ{285}, сына, Графа Андрея Алексѣевича, и дочь, выданную за Князя Волконскаго. — Сынъ его, произведенный изъ Подпоручиковъ отъ бомбардиръ въ Камеръ-Юнкеры (1744 г.), въ то самое время какъ отецъ получилъ достоинство Государственнаго Канцлера, былъ отправленъ въ Польшу, гдѣ дядя его находился Полномочнымъ Министромъ{286}; потомъ, черезъ два года (1746 г.), пожалованъ Дѣйствительнымъ Камергеромъ; посланъ, въ 1747 году, въ Вѣну съ поздравлен?емъ Императора по случаю рожден?я Эрцгерцога Леопольда; награжденъ орденомъ Св. Александра Невскаго (1748 г.) имѣя оть роду двадцать лѣтъ съ небольшимъ. Графъ Алексѣй Петровичь надѣялся сдѣлать изъ него дипломата; но молодый Бестужевъ не былъ одаренъ умомъ и способностями отца своего, хотя, въ послѣдств?и, и дослужился до чина Дѣйствительнаго Тайнаго Совѣтника. Онъ вступилъ, въ 1765 году, въ бракъ съ Княжною Долгоруковою, обобралъ ее, ругался надъ нею и выгналъ изъ дома. Императрица велѣла приставить къ нему гвард?и офицера съ солдатами и предоставила, потомъ, въ полное распоряжен?е отца{287*]. Графъ Алексѣй Петровичь заключилъ его въ монастырь, намѣревался лишить наслѣдства; но въ скоромъ времени скончался, не подписавъ духовнаго завѣщан?я. Надъ Графомъ Андреемъ Алексѣевичемъ опредѣлены были попечители которые, за уплатою долговъ, выдавали ему каждый годъ только по три тысячи рублей. Онъ имѣлъ пребыван?е въ Ревелѣ, гдѣ — какъ изъясняется Бишингъ — оставилъ въ 1768 году свѣтъ, для котораго былъ безполезенъ {288}. Съ нимѣ пресѣклось Графское колѣно Бестужевыхъ-Рюминыхъ{289}.

Дальше